— Мы слышали взрыв! Госпожа колдунья, что случилось? — еще издалека крикнул весь из себя такой деловой мэрский помощник.
— Все хорошо… Кхе-кхе, — поспешила я успокоить взволнованную общественность. — Зелье слегка перегрелось. Бывает!
Теодор кивнул, полностью удовлетворившись данным ответом, а вот господин Рок отчего-то не пожелал верить в чистоту помыслов и искренность слов доброй колдуньи. Он остановился рядом с забором, с подозрительным прищуром оглядел дом, поднял голову к моему окошку и неожиданно уточнил:
— Помощь нужна?
Еще как нужна! И самой лучшей помощью мне и моему страдающему бизнесу будет то, что вы как можно быстрее свалите отсюда, господин восхитительный брюнет с мерзкой привычкой затыкать дамам рот ладонью.
— Не переживайте, — вымучила я кривую улыбку. — Проветрить дом я и сама в состоянии.
И в доказательство этой самой самостоятельности подняла руку.
Перстень на пальце нагрелся. С его массивного ободка слетела проворная светлая искорка и шустрым мотыльком заметалась по особняку, распахивая настежь окна во всех помещениях.
То ли это недосып так повлиял, то ли женская натура, воспитанная на любовных романах, так сильно впечатлилась брюнетом, но магии я не пожалела. Как это поняла? Да просто. Окна и даже дверь распахнулись не только на светлой половине особняка, но и на темной.
Высунувшись из окна по пояс, я сперва обалдело глянула на соседнюю часть, которая мне не принадлежала, а после шустренько взяла себя в руки и гордо выпрямила спину.
— Видите, господин Рок, — сказала я, широким жестом показывая на темную половину.
— Вижу, — веско уронил мужчина и на секунду мне показалось, что черты его лица стали хищническими.
Словно большой зверь заметил в кустах аппетитную лань, беззаботно пощипывающую травку, и теперь лениво решал — обедать сейчас или пусть эта бестолочь сперва сама подкрепится.
Я нахмурилась, ибо где это видано, чтобы на порядочную ведьму вот так вот смотрели. А еще в голову закралась какая-то настойчивая мысль, но прежде чем она успела сформироваться в нечто осознанное, в этот междусобойчик вмешались.
— Госпожа колдунья, извините, я не знал, что у вас такая очередь, — подал голос Теодор, робко кося на девиц, едва не пищащих от восторга при виде двух симпатичных холостяков. — Госпожа Заленвах послала меня к вам за средством от мигрени.
Я покосилась на очередь, которая сейчас больше всего напоминала обалдевших кур, впервые увидевших петуха в курятнике. Поняла, что возражать и сопротивляться из них никто не будет. Вздохнула и махнула рукой.
— Поднимайтесь на крыльцо. Я сейчас.
ГЛАВА 12. В которой ведьма узнает все самые свежие новости
Мужчины кивнули и двинулись в сторону калитки. Я же нырнула обратно в дом и пришла в ужас.
— Вот блин!
Часть стены и даже потолок закоптились и приобрели пикантно-подгорелый оттенок с ноткой гари. Люстру, мебель и пол покрывал ровный слой серого пепла. Но самое ужасное, что в центре всего этого безобразия сидел злой, как полчище демонов, гримуар.
— Ой, — выпалила я, с ужасом и капелькой раскаяния глядя на пострадавшего друга.
Белая обложка утратила даже намек на этот цвет и стала серой. Между страничек залегли пыль и пепел, а атласная закладочка рассерженной гадюкой кружила и извивалась в воздухе, выдавая крайнюю степень бешенства, в которую впал мой магический помощник.
Не в силах больше сдерживаться, гримуар подскочил на месте, прыгнул в портал и вывалился мне прямо в руки. Страницы возмущенно шелестели, закладка хлестала воздух, корешок раскалился настолько, что рукам стало жарко.
— Тише, тише, — попросила я, кончиками пальцев поглаживая обложку. — Ничего страшного не случилось. Протрем тебя тряпочкой, и засияешь как прежде.
«Шарлотта, ты совсем дура, да?» — всхлипнул бумажный обиженка, вырвался из моих рук и переместился на одну из полок стеллажа, где развернулся ко мне задом и показательно замер.
И мне бы подойти, утешить, сказать, что не хотела и сильно-сильно раскаиваюсь, но внизу гомонила толпа клиенток, а в дом с минуты на минуту должны были подняться Нейтон и Теодор. И все как-то наложилось друг на друга. И так не вовремя, что…
Да, я тоже малость психанула.
— Ладно, сиди тут и дуйся, но помни: ты мог меня остановить и предупредить, что ничем хорошим это не кончится, но предпочел сидеть, злорадствовать и ждать, когда я облажаюсь, значит ты сам виноват!
Гримуар от такого заявления едва не свалился с полки. Вскочил на обложку, поднял в воздух закладочку и, судя по всему, приготовился через пантомиму доказывать мне обратное, но я оказалась проворнее и выскочила из комнаты до того, как в ней разгорелся нешуточный скандал.
Сбежав по лестнице, вышла на крыльцо, мельком глянула в сторону Нейтона и Теодора, прорывающихся сквозь кордон из женщин, и обалдела.
— Господин Рок, у вас такая необычная фамилия. А еще глаза… И руки! О, светлые боги, какие накаченные у вас руки! — восхищалась одна, хватая Нейтона под локоток и с обожанием поглаживая бицепс.
— Господин Рок, я слышала, что вы остановились в гостинице, — напирала другая. — К счастью, в моем доме есть свободная спальня с очень широкой и удобной кроватью. Как вы смотрите на то, чтобы прийти ко мне на ужин и увидеть все воочию?
— Отрицательно. Меня вполне устраивает мой номер, — вежливо, но непреклонно отвечал брюнет, высвобождаясь из захвата и продолжая медленное, но верное продвижение сквозь толпу.
Но если у господина Рока получалось ставить на место упрямых дам, то Теодор ля Фэй стоял в самой гуще, аки монашка среди разбойников с большой дороги. Откровенно трусил перед напором противоположного пола и позволял им хватать себя за руки, вешаться на шею и делать двусмысленные предложения.
— Ты глянь чего творят, — прокомментировала все это массовое помешательство до неприличия довольная Гортензия, обмахивая себя веером.
Пока я озадаченно соображала, стоит ли спасать застрявшего в толпе Теодора, Нейтон Рок умудрился вежливо отшить последнюю претендентку на его неокольцованный безымянный палец и поднялся на крыльцо.
— Рад вас видеть, Шарлотта, — вполне себе искренне улыбнулся брюнет.
— Мы перешли на ты? — не менее искренне удивилась я.
— Темнота сближает, — подмигнул Нейтон, а я вспомнила наши прятки от Реджины Болл и тихо фыркнула от смеха.
— Кстати, Шарлотта, — сказал брюнет, слегка наклоняясь ко мне так, чтобы не услышала Гортензия. — На меня не действуют все ваши женские штучки, в том числе магические и колдовские чары, изменяющие внешность.
Я развернулась к нему всем корпусом и от всего сердца возмутилась:
— Как это не действуют?!
— Особенности рода по отцовской линии. Я вижу все манипуляции с внешностью, начиная от хирургического вмешательства и заканчивая самыми сложными иллюзиями. Так что у этих дам не получится обмануть меня с помощью ваших средств.
Ишь какой! Не действует на него.
Хотела бы я знать, что это за особенность такая. Точнее даже, аномалия в роду. Но сейчас обеспокоена более приземленным:
— Ты ведь не расскажешь это моим клиенткам?
Нейтон выдержал долгую, тревожную паузу и доверительно шепнул:
— Я слишком люблю и ценю свою жизнь, чтобы скоропостижно закончить ее ссорой с белой колдуньей.
Облегченно выдохнув, я подавила сиюминутный порыв обнять такого понимающего, такого здравомыслящего, такого…
Так, минуточку!
Белой? Он сказал «белой», а не «светлой»? Или мне показалось?!
— Дамы! — внезапно пискнул мэрский помощник, когда одна особенно дерзкая дамочка умудрилась ущипнуть смущенного парня за крепкую ягодицу.
— Шарлотта, — окликнула меня госпожа Флау, взирающая на все это безобразие. — Поверьте опыту, еще пара минут — и здесь начнется очень некрасивая драка за мужчину.
Я глянула на толпу с красным от смущения Теодором и поняла: пора спасать.
Магический перстень на пальце не просто нагрелся, а обжег кожу. Рой белых искорок слетел с моей руки и устремился в толпу, поражая клиенток и заставляя цепенеть. Со стороны казалось, что я решила сыграть с клиентками в детскую игру «морская фигура на месте замри». Двигаться мог только Теодор, озирающийся по сторонам с видом обескураженного суслика.
— Все в дом! — крикнула я, указывая на открытую настежь дверь.
Нейтон Рок принял приглашение с такой готовностью, словно только и ждал шанса проникнуть на светлую половину особняка на улице Поцелуев. Гортензия оценила взгляды скульптур, что-то прикинула в уме и сочла более безопасным оказаться чуть дальше от разгневанных дам, поэтому тоже метнулась в дом.
Колебался только мэрский помощник.
— Быстрее, господин ля Фэй, пока они не опомнились! — не выдержала я.
Теодор наконец опомнился и включил здравый смысл, а не то, чем он там думал, находясь в центре внимания представительниц слабого пола.
Вырвавшись из загребущих рук охотниц за холостяками, он добежал до крыльца и прошмыгнул внутрь дома. Я же успела повесить табличку «Не беспокоить» и захлопнуть дверь до того, как замершие дамы очнулись и в голос начали возмущаться.
— Эти женщины сошли с ума, — пожаловался Теодор, но, честно-то говоря, не слишком искренне.
Нейтон Рок так вообще предпочел многозначительно искривить губы в подобии улыбки и с интересом осмотреть прихожую.
— Идемте в лавку, — скомандовала я, щелкая замками и поворачиваясь к любительнице современных любовных романов. — Гортензия, вы ведь поможете мне с порядком?
— Да, конечно.
Пока я искала средство от мигрени и отмеряла в пустой пузырек нужное количество, Гортензия умудрилась не только протереть прилавок от копоти, но и вытянуть из Теодора кучу интересных сведений.
Оказалось, что яма, в которую на днях провалился мэрский помощник, никакая и не яма вовсе, а очередная рабочая халатность.
Случилось это лет эдак семь назад, когда нашему сумасбродному принцу Каллиану приспичило прокатиться по королевству. В официальных источниках писали, что «будущий наследник осматривает владения и вникает в проблемы простого люда». В действительности же молодому принцу осточертели столичные кабаки, игорные клубы и официальные празднества, где надо улыбаться гостям, держать лицо и кружить в танце молодых дебютанток. Вот венценосный дурак и решил ударить по разнообразию. Собрал охрану, натыкал в карте флажков, обозначая места, куда хотел заскочить с внеплановым визитом, и удрал из столицы.
Градоправители засуетились, схватились за сердце и попытались слечь с неожиданным инфарктом, но вовремя вспомнили, что список того, что давно планировалось починить, перестроить и улучшить, займет аж три листа, и бросились выполнять возложенные на них поручения.
Вот так и вышло, что прошлый мэр Страшилвилля в одночасье опомнился, прошелся с шапкой по спонсорам и взялся за то, что давно обещал сделать: замостить главную площадь. Делалось все в спешке и страхе, что вот-вот в город пожалует сам принц, поэтому кто-то из рабочих решил самую капельку схалтурить и положил аккуратные квадратики кирпичей поверх технического люка, ведущего в канализацию.
Минуло семь лет, и этот самый всеми забытый и потерянный люк внезапно решил обрушиться под ногами не подозревающего о подвохе Теодора.
— Я так испугался, когда это случилось, — доверчиво делился с госпожой Флау помощник. — Ребра до сих пор болят так, словно парочка из них поломалась… Кстати, госпожа светлая колдунья, у вас найдется что-то еще и от похмелья?
— А как связаны ребра и похмелье? — не уловила я за логической связи.
— Так это не мне. Это Йорл.
— Кому?
— Ну, тому… — Помощник поднял руки, выпучил глаза и пошевелил пальцами.
— Это для гостя из нижнего мира, — пришел на помощь Нейтон Рок.
Он практически не принимал участия в беседе, предпочитая стоять в сторонке и с интересом наблюдать за моей суетой с баночками и зельями.
— Бедняга так впечатлился нашим городом, что напился? — предположила я, упаковывая лекарство в бумажный пакет и завязывая сверху белый бантик.
— Хуже, — усмехнулся Нейтон. — Ваш город произвел на него всего лишь неизгладимое впечатление, а вот внуки госпожи Заленвах окончательно добили хрупкую иномирную психику.
На слове «внуки» госпожа Флау непроизвольно вздрогнула. Теодор сглотнул и оттянул ворот рубашки. И только я беспечно поинтересовалась:
— А что случилось?
ГЛАВА 13. В которой ведьма чувствует смущение
Выяснилось, что после всех треволнений бедный жабосьминог таки дополз до мэрии, чтобы встать на учет.
В подобных случаях попаданцы обязаны были пройти ряд бюрократических проверок, заполнить анкеты, сделать несколько снимков и разместить список требований для будущих работодателей. Но вечерок у госпожи мэра выдался сумасшедший, поэтому она предложила перенести всю эту обязательную бумажную волокиту на утро.
Секретарша Бэллочка, которой перепоручили гостя, покопалась в ящике с ключами и предложила иномирцу на выбор ряд комнат в единственной на весь город гостинице, но Йорл осмотрелся по сторонам, решил, что идти куда-то не так безопасно, как сидеть в приемной самой влиятельной женщины этого страшного города, и ткнул щупальцем в сторону аквариума.
— А можно я займу вон ту емкость?
Бэллочка покосилась на аквариум, где еще в обед меланхолично плескалась заморская рыбка, подаренная госпоже Заленвах кем-то из чиновников на прошлый день города. До нового дня города рыбка не дожила каких-то двух недель, трагически отдав морским богам свою душу и всплыв брюхом вверх.
— Да, конечно, располагайтесь, — закивала секретарша, наклоняясь за сачком, чтобы по тихому смыть трупик в канализацию. — Я только выловлю эту пакость и…
— Не надо, не надо, — перебил ее Йорл, одним из щупалец перехватывая уже занесенный сачок. — Я как раз еще не ужинал.
Бэллочка проследила за тем, как гость шустро заползает в резервуар с водой. Передернулась при виде того, как многочисленные щупальца обвивают жертву и, сославшись на рабочие вопросы, позорно сбежала, дабы не смущать трапезничающего гостя своей усталой персоной.
И надо же было так совпасть, что именно в этот момент в приемную нагрянули внуки госпожи Заленвах…
— Бабушка? — сунул голову в кабинет один из братьев.
— Смотри! — ткнул его локтем в бок другой.
«Цветы жизни» и кошмары родителей узрели аквариум с жабосьминогом. Жабосьминог их тоже узрел и впал в отчаянье.
Шестым чувством иномирец понял, что надо бросать ужин и срочно драпать, но не успел даже булькнуть, как деятельные братья взяли его в оборот.
Сперва в ход пошел сачок, которым малолетние обормоты попытались выловить дрожащего от страха жабосьминога, но Йорл забился под корягу на дне, и ничего не вышло. Тогда детки попытались выловить его руками, но банально не достали до дна и только намочили рукава футболок. Поняв, что так просто чудо-юдо «рыбка» рассмотреть себя поближе не даст, мальчишки переглянулись. Улыбнулись. И…
В тот момент, когда в приемную вошли госпожа Заленвах и Нейтон, в аквариуме кружил водоворот, раскручиваемый братьями, а бедный Йорл бултыхался в его сердце, точно по ошибке заглянувший на аттракционы школьник со слабым вестибулярным аппаратом.
— Дети! — рявкнула госпожа мэр.
