«Им с третьего этажа сбежать, да еще арбалеты в мешки попрятать, вряд ли они их сбросят, не те времена еще на дворе, явно уже позади меня остались», — прикидываю я.
Пробегаю пяток домов, заскакиваю в как раз открытый двор, там пробегаю мимо не успевших меня что-либо спросить местных жителей, благо конфигурация двора хорошо знакома. Точно такой же сам по себе, как у Клои, поэтому сразу добегаю до общих туалетов у задней стенки. Там запрыгиваю на крышу одного из них с растущего тут же рядом дерева и переваливаюсь через забор, который закрывает двор сверху над туалетами.
Мне что-то раздраженно кричат в спину, что нельзя сюда так просто забегать, но я не обращаю внимания.
Сразу вижу бегущего по проезду мужичка с большими мешками на шее, который недалеко успел отбежать от распахнутой калитки.
— Обе машинки на себе тащит, — сообщаю в пространство и переваливаюсь вниз, не слушаю рассерженных криков возмущенных жителей за спиной, ловко приземляюсь и тут же встаю.
Насмешливо смотрю на притормозившего мужика самой невзрачной местности, которому теперь совсем некуда деваться. Потому что за его спиной в проезд забегают двое моих охранников с кинжалами в руках.
Так мы и стоим с беглецом-неудачником лицом к лицу, ждем, когда охранники схватят его за руки. Что они и делают, прижимая, как я вижу, уже окровавленные лезвия к его шее.
«Нехорошо это, что уже в крови испачкали!» — понимаю сразу же.
— Что в мешках, родной? — спрашиваю первым делом павшего духом мужичка.
— Арбалеты, ваше магичество! — дрожащим голосом отвечает стрелок.
Ага, значит, уже знал, в кого метился. Или только сейчас разглядел.
— Стрелял?
— Стрелял! Но мимо специально! — удивляет меня мужичок.
— А ты вообще умеешь это метко делать? — я слышу в его словах ложь.
Значит, просто промазал, а не мимо стрелял.
— Нет, ваше магичество! — тут «снайпер» все же не врет.
— Второй? — спрашиваю я охрану.
— Убили, господин Капитан! Столкнулись в дверях во внутренний двор, он кинжал потащил, но неумело совсем. Однако отчаянный оказался, первый бросился на нас. Мы его втроем по разу ударили, он сразу и упал, — докладывающий мне Дропер понимает, что сами серьезно накосячили, поэтому опускает глаза.
— Живьем брать надо было! Где теперь заказчика искать? Этот если только знает? — показываю я на мужичка. — Знаешь?
— Никак нет, господин Капитан, мне не говорили, — пугается он и тут тоже не врет.
— Кто тебе не говорил?
— Дак это, кто меня заставил с ним идти! Стражник этот! Жедор его кличут!
Охранники недоверчиво смотрят на мужика, но ему врать никакого смысла нет, только гнуть свою линию, что его заставили и обманули от лица города уполномоченные на то люди.
И кое-какие основания для подобных надежд у него есть.
А я понимаю, что такое имя мне знакомо. Это же про того самого Жедора мне жулик Хледвик говорил. Я не то, чтобы забыл про такую личность, просто решил сразу всю Стражу почистить, поэтому самого Жедора приготовился раньше времени не трогать. Чтобы не спугнуть всю кодлу.
— Зря вы его убили! — только и могу сказать сквозь зубы очень раздосадованно своим архаровцам.
«Явно по заказу бывшего начальника Стражи сработал! После изгнания с высокого поста он так обиделся, что хорошо связанного с ним подручного сразу же заставил покушение готовить. Именно поэтому такая бестолковая засада получилась, смогли за три-четыре дня только к моему маршруту присмотреться и место выбрать! И помощника себе нашел — взглянуть смешно даже! Совсем времени не было, еще людей подходящих и опытных для убийства в городе не осталось совсем!» — быстро понимаю я, глядя на уже трясущегося от страха мужичка.
— Ко второму пошли! — командую, понимая, что делать здесь, на канализационном выезде, нам больше нечего.
Народ сверху поглядывает, забравшись на туалеты, но уже понял, что дело серьезное и тут не просто какой-то хулиган пробежал. Тем более целый Капитан.
«Мужичок все расскажет, как и что готовилось. Но самого главного он не знает, кто заказчик. Понятно, кто именно, но доказательств пока нет. Придется Гульдера самому, что ли, убирать? Не время сейчас такими опасными вещами заниматься. Совет против себя снова непримиримо настраивать», — рассуждаю я про себя.
В дверях первого этажа валяется тело неудачливого стрелка, стражника Жедора. Мертв окончательно и бесповоротно, что очень жаль. Я пока разглядываю лицо стражника, с которым так плотно два раза связала здесь новая жизнь.
«В тот раз не прибил сразу, теперь из-за него, то есть его помощника, похоже, мой человек погиб», — понимаю я.
— Крови то сколько натекло! — бледнеет мужичок, почти теряя сознание, уже со связанными руками опускается на колени.
Не ожидал, что так быстро снова встретится с пособником-организатором, тем более в таком потрепанном виде.
Третий охранник не подпускает к телу жителей дома, потрясенных случившимся кровопролитием.
— Дропер, проверь Иглиса, как он там! Сюда пока не несите, если живой, ни к чему с места его поднимать! Там буду лечить. Если все и моя помощь уже не нужна, тогда вызывай Стражу и о теле позаботься, положи повыше, чтобы не в грязи лежал! — начинаю командовать я.
— Апис, посмотри арбалеты, может что-то знакомое увидишь! — это уже второму помощнику.
Он тащит их из мешков и тут же зовет меня.
— Господин Капитан, наши это машинки! Из Стражи, значит, даже номера не срезаны! — поражается он.
— Вернуть обратно хотели, поэтому выжженные на ложе номера оставили! Их срезать — раз плюнуть! — сразу веселею я.
Взятые из караулки служебные арбалеты, да еще с номерами для своих стрелков — это уже что-то такое реальное, сильный косяк для самой Стражи.
«Придется ее прямо сегодня громить! После подобного залета, когда свой служивый берет без проблем служебные арбалеты, чтобы стрелять в целого Капитана Совета — теперь ничего объяснять не требуется!» — прямо отчетливо понимаю я.
— Апис, дай в главную Караулку, зови сюда или в Ратушу Капитана Тинтума! — начинаю я операцию по разгрому асторской Стражи. — После Тинтума найди Драгера, пусть тоже придет!
Новому командиру Стражи для настоящей зачистки с обязательными побоями своих зажравшихся архаровцев гвардейцы обязательно понадобятся, но с Генсом он сам договорится без проблем. Они оба уже в курсе того, что я собираюсь делать с основной частью Стражи, сами только приветствуют такие нововведения в жизни Астора.
Знают уже конкретно, что полностью прогнила контора и только один вред от нее родному городу происходит.
Вскоре прибегает Дропер и докладывает, что Игнис мертв.
— Ну вот, а говорил, что плохо стреляешь, только моего охранника убил! Готовься к страшной смерти! — сообщаю я мужичонке и тот снова бессильно опускается на колени.
Вроде и несильно виноват, больше купол обрек на смерть Игниса, но теперь ничего не поделать. Можно моим людям отдать, чтобы отыгрались на нем за смерть товарища. У которого немаленькая семья осталась и даже родители еще живы.
«Придется сегодня же прийти к нему домой и помочь финансово. Да еще пенсию назначу высокую, чтобы мои люди знали — за меня умереть можно спокойно, родные не пропадут потом».
— Дропер, значит, оба тела везешь в центральную Караулку и оставляешь там во дворе. Пусть господа стражники полюбуются, чем их младшие командиры занимаются. И арбалеты там же положи, но не отдавай никому.
— А этого куда, господин Капитан? — мрачно спрашивает Дропер, кивая на несчастного убийцу.
Хочет сам устроить кровавую тризну по своему товарищу, но мужичок еще нужен для дачи откровенных показаний.
— Туда же. И чтобы ни волосинки с него не упало, он еще должен все рассказать, как его к преступлению осьминник Стражи принудил! Все остаетесь здесь, я один домой вернусь!
— Альтер, давай за повозкой! Любую бери! — сразу же командует Дропер оставшемуся охраннику.
А я подумал, хорошо, что у меня четверо охранников, было бы двое, все стало бы тогда гораздо сложнее.
Затем я сначала из дома, а потом из Ратуши готовлю зачистку Стражи.
«Лучше уже момента не будет. До Гульдера пока мне не достать, но жесткие допросы теми же гвардейцами должны показать всю глубину падения Стражи при таком командире. Так что из Совета я его смогу попереть, особенно с ожидаемой теперь поддержкой от Крома. Должна уже Клея начать переубеждать его понемногу, что стоит за меня держаться, а никак не противопоставляться такому могущественному Магу. А там Гульдер уже сам попадет в подвалы и быстро во всем сознается», — размышляю я.
Невероятно плохо устроенное покушение и еще то поразительное обстоятельство, что на дело осьминник Стражи взял служебные арбалеты, с которых не удосужился даже номера срезать, дают мне теперь обоснованную возможность начать разгром последней недружественной военизированной структуры в Асторе.
Взрослые гвардейцы, как узнали, что за ними будет сохранена плата, которую они получают сейчас, так сразу же массово захотели перейти в Стражу.
Чтобы больше не скакать по полям и лесам в полной выкладке, а тихо и мирно шагать по нагретым улицам города, совсем рядом со своими семьями.
Разница для рядовых воинов Гвардии и стражников не так велика в плате, которую они получают. Стражники по два-два с половиной тайлера, гвардейцы по три-три с половиной золотых. Но это для меня не так велика, а для самих служивых с семьями лишний тайлер сейчас очень много значит. Стражники себе в городе могут нащипать еще минимум столько же, а скорее всего, гораздо больше, кто в теме с поборами.
Так что Тинтум доложил мне, что полный штат в Стражу удастся набрать:
— Желающих жить и служить в городе постоянно хватает. На рудники народ ехать не согласен, а по городу с алебардой все готовы походить.
На самом деле я собираюсь поднять плату страже на половину тайлера даже новичкам, Гвардия и так неплохо получает, а вот стражники с семьей на одну плату от города нормально жить не смогут.
Так что Тинтум собирает своих старичков, Генс отправляет осьмицы и взводы ему в помощь, все стражники срочно собираются в Караулке.
Я сам приказываю поменять на Речных, Каменных и Портовых воротах стражу гвардейцами так, чтобы была нормально организована служба и сменяемость нарядов.
А потом отбиваюсь в Совете от недовольных и прямо здорово нервничающих Капитанов, решивших, что я устроил реальный военный переворот.
— Нет, уважаемые Капитаны, ничего в городе не меняется, просто Стража будет почти вся поголовно поменяна!
И рассказываю, кто сегодня стрелял в меня, из какого оружия и еще убил моего охранника, бывшего гвардейца Игниса.
— Уверен, следы ведут на самый верх! — я показываю на потолок зала для собраний. — Дознатчики Стражи под контролем гвардейцев проведут правильное дознание и я со своей способностью им помогу найти виновных. Но виновных не только в нападении на одного из Капитанов Совета. А в той ужасной коррупции, которая уже давно поглотила почти всех стражников, а начальство Стражи так поголовно все!
Драгеру тоже поручил выделить своих людей для помощи Гвардии, раз Гильдия пока квартирует в городе, в освободившихся казармах Гвардии после больших потерь. Сторожка занята и надолго степняками, но новую все равно строить нет пока никакого смысла.
Если дорога через перевалы заработает, то будет смысл туда Гильдию вернуть, а если все же нет — то пока непонятно, как дальше жить будем.
Потом, после выступления в Совете и ответов на все вопросы, я до поздней ночи веду опрос в Караулке. Отделяю агнцев от козлищ, и вижу, что вторых гораздо больше, но и первые тоже попадаются в составе Стражи.
Из семидесяти пяти стражников вместе с начальством около двадцати пяти молодых оказалось не так сильно замазано в коррупции, еще восемь опытных вышли даже довольно честными людьми. Зато все остальные мазаны-перемазаны вдоль и поперек налаженными сборами наличности с торговцев и ремесленников. Все начальство поголовно и все осьминники Стражи, еще четверо оказалось больными, я решил обойти их завтра на всякий случай.
— Значит, этих выпускаю и на ворота сразу же ставлю. Пусть с гвардейцами делятся хитростями службы! — показываю я на часть стражников, собранных во дворе.
— Тех, кого оставил в Караулке — всех под арест! С ними буду окончательно уже завтра разбираться!
Уже поздний вечер, мне с утра снова в Ратушу, которая вся гудит после сегодняшних событий с покушением, потом снова в Караулку добивать гадину коррупции.
— Кто покается и даст показания — тот пойдет дорогу строить! Кто не станет сотрудничать со следствием — тот скоро поплывет на Север! И точно не для того, чтобы за каторжниками присматривать!
Такое понятное будущее донес до всех арестованных, посмотрим, что они за ночь решат.
Глава 7
Стража не сдалась так просто, конечно, пытались меня на глотку брать бывшие теперь высокие начальники, откровенно хамили всякие зажравшиеся осьминники, тихонько огрызались рядовые коррупционеры.
— Прав не имеешь! — и все такое прочее. — Мы тебе не подчиняемся! У нас свое начальство!
«Ага, теперь у меня все права при себе и сила на моей стороне, а гвардейцы мне и так в рот смотрят!» — усмехаюсь я.
Но пробить меня и мое внешнее спокойствие у них не получилось, я не нервничаю, не ругаюсь с особо наглыми представителями асторской охраны. Только вызываю гвардейцев, уже они приводят к послушанию и положенному порядку весьма сильно понимающих о себе бывших стражников.
Негласных, теперь в прошлом, конечно, хозяев города и его улиц для мелких, крупных и средних торговцев, еще всяких прочих ремесленников. Загнали почти всех торговцев и трактирщиков в жизнь с незаконными поборами за обеспечение безопасности и пока по инерции их продолжают собирать.
То есть уже только собирали, но пока еще не поняли окончательно, что теперь не все из Караулки сами по родным жилищам разойдутся. Некоторые в ней останутся дожидаться отправление в разные интересные места, из которых очень трудно вернуться.
Слава богу, я теперь могу себя совсем не сдерживать после наглого покушения, а гвардейцы с большим удовольствием и особым рвением доводят до арестованных такие новые, совсем не случайно возникшие обстоятельства по жизни.
Военная прослойка общества, живущая строго на плату и редкие трофеи, давно уже имеет большой зуб к здешней городской безопасности, пытающейся крышевать всех и вся из их же хороших знакомых.
Город небольшой, все точно знают, чем занимается та же Стража под видом обеспечения правопорядка и давно уже ничего не стесняется. Как только начали привлекать страшные уголовные рожи из Астрии, которых местные жители еще никогда так близко не видели, так у них дела круто в гору пошли.
Только нет более таких бандюганов в Асторе, теперь борются за жизнь и пайку еды на рудниках. Хорошо один из Капитанов постарался, ничего не скажешь, город сразу же преобразился в лучшую сторону.
«Ну, еще к солидным деньгам здорово привыкли, значит, к высоким расходам у вроде мало получающих проходимцев из Стражи», — правильно понимаю я настоящую причину нелюбви кадровых военных к ленивым городским котам, как называют здесь стражников.
Поэтому Гвардия не считается со званиями арестованных, одинаково жестко принимает и доводит до самых неразумных, что время полной безнаказанности окончательно и бесповоротно прошло.
Кого и насколько прибить — я передаю своим охранникам, которые все сейчас служат при мне, дальше уже они передают гвардейцам мои указания.
«Да, спустить с небес реально зажравшихся толстых, хорошо откормленных мужиков — просто необходимо. А то не понимают пока своей участи, так и норовят главного Диктатора обидеть ленивые коты!» — посмеиваюсь я постоянно, слыша, как по выходу из моего приемного кабинета, пока находящегося в Караулке, происходит одна и та же сцена.
Сначала несколько глухих ударов, то есть их звуки, потом какое-то время стонов и ругани, снова пара ударов и дальше краткий громкий инструктаж:
— Господина Капитана называть — Верховным Правителем! Рта своего поганого не открывать, пока господин Капитан Совета не спросит! Отвечать быстро и с почтением! Ты все понял, тля амбарная! И еще кланяться, не переставая!
И после подобного внушения еще пара ударов с назиданием:
— Еще раз Господин Капитан нас к себе из-за твоего поведения вызовет — потом уже заносить тебя в подвал придется!
