Николай Скиба
Егерь. Системный Зверолов. Книга 1
Глава 1
Я шагал по сибирской тайге, а она в июле, скажу я вам…
Что ж, это не просто лес.
Это живой, дышащий зверь – мой зверь.
Воздух пахнет хвоей и смолой, а где-то вдали трещат кузнечики, заглушая редкие птичьи трели.
Я иду впереди, чувствуя, как подошвы сапог пружинят на мху, а ветки цепляются за старую куртку. Двое новичков, которых я веду на охоту, пыхтят сзади, как паровозы на последнем издыхании. Богатенькие, из тех, что платят за «экзотику», эмоции и добычу.
– Уже…всё…сказал тебе! – пропыхтел один из клиентов позади – тот, что потолще. С красным лицом и золотыми часами, поблескивающими на запястье. Как же его звали? Точно, Олег.
– А я тебе ещё раз говорю, не надо сейчас бабки выводить! Чё ты ведешь себя как трусливая баба? Ты никогда за бабло не отвечал и в эту тему не лез, чё начал-то? – с едва скрываемым презрением, почти истерично выпалил второй.
Знаете, есть такие люди, от взгляда которых хочется проверить, не украли ли твой кошелёк. Вот этот явно из таких, и явно умнее своего дружка. Даже имя его запомнил, Павел, точно. Он держал ружьё, дорогущее, с гравировкой, но сжимал его так, будто боялся, что оружие само выстрелит. Глазки то и дело как-то хаотично бегали, останавливаясь то на мне, то на Олеге.
– Потому что не хрен сидеть на наших деньгах как Скрудж Макдак. Захотел и полез, мы равноценные партнёры! – огрызнулся первый.
– Эй! А ну замолкните, вы не на базаре тут, – рыкнул я, оборачиваясь. – В лес глубже зайдём, что делать будем?
– Ты свою работу делай, егерь, без тебя разберёмся, – противно процедил Павел.
Я глубоко вздохнул, сдерживаясь, чтобы не наделать глупостей, о которых потом могу пожалеть.
Ну удружил Витёк, сослуживец, твою мать! Позвонил же, умолял: «Проведи, люди хорошие, я у них в долгу». Ладно, Витька, так и быть.
– Сказал же, тихо себя ведите, сами за добычей пойдёте. Ясно нет? – я остановился и выжидающе посмотрел Павла.
– Да ладно-ладно, чё ты, – хмыкнул он в ответ.
– Пошли, – холодно сказал я и мотнул головой.
Уж навидался таких.
Приезжают в своих модных куртках, с блестящими ружьями, а в глазах – ни черта не понимают, что такое лес. Мне-то без разницы, вот только топают как слоны, а потом ещё могут высказать тебе. Мол, проходимец ты, Иван Александрович, денег взял, а кабана не убили. И нет смысла объяснять, что сами виноваты.
Чего в лесу с такими «клиентами» только не бывает.
Я невольно улыбнулся, вспоминая забавный случай. Был один контуженый, друг его на охоту решил вывезти. Большая компания собралась, в охоте вроде разбирались, а меня наняли тропы лесные показывать.
И контуженый этот вечно твердил что-то про то, что за ним следят. Люди разные бывают, пока в лес не вошли – нормально с ним всё было. А чем глубже пробирались, тем хуже становилось. Паника, и в каждой тени противника видит. В итоге зацепился курткой за ветку и, с криком, «ЗАСААААДА», начал заваливаться, да шмальнул в воздух. Повезло, что не убил никого. И как только лицензию получил, ума не приложу. Хотя, чего это я, все прекрасно знают, как это делается.
Это сейчас смешно, а тогда не очень было. Половину гонорара им отдал и отказался, ходить с такими в лес – себе дороже.
– Блин, егерь, далеко ещё? – вновь пропыхтел Олег.
– Скоро, – буркнул я, не оборачиваясь. – Следы свежие, кабан близко. Только тише, а то спугнёте.
Я остановился, присев на корточки.
Следы на мягкой почве были чёткие: копыта вдавились глубоко, а рядом – лёгкий отпечаток когтей. Зверь крупный, килограммов на сто пятьдесят. Судя по глубине следов, он не спешил, но был настороже. Я провёл пальцем по краю отпечатка, ощущая влажность земли. Недавно прошёл дождь, значит, следы не старше пары часов. Лес вокруг был тихим, слишком тихим – ни птиц, ни шороха ветра.
Тайга затаилась, решила поиграть со мной? Утихла, как перед бурей.
Меня всему учил дед, папашки-то не было, а маму болезнь давно уж забрала, я тогда в классе втором был. И дед влюбил меня в тайгу, так уж вышло.
Чтобы стать Егерем – очень много вещей нужно знать и помнить. Да и характер нужен подходящий.
Ты должен и любить лес, и уметь читать его, как книгу: по сломанной ветке понять, где прошёл кабан, по едва примятому мху – куда ушёл лось, по запаху в воздухе – близко ли дождь. Дед учил всему, как только понял, что мне это действительно интересно.
Надо разбираться в повадках зверей, знать, когда заяц петляет от страха, когда волк метит тропу, чтоб тебя обойти, а где будет медвежья берлога. Ты должен предугадывать – не только движение зверя, но и капризы погоды. Потому что в тайге метель или гроза разрешения не спрашивают.
Чего мне было не занимать, так это терпения. Можно часами сидеть в засаде, не шевелясь, пока кости не заноют, но всё равно держаться.
Если новичок спугнул дичь или сломал снаряжение, ты не орёшь, а учишь, хоть внутри и может копиться раздражение.
– Это его следы? – шепнул Павел, его голос стал очень напряжённым.
– Да, – кивнул я, поднимаясь. – Идём, но тихо. Только хватит спорить про дела постоянно, мы же на охоте, а не в вашем офисе. Слышите, как ветки хрустят? Это вы, мужики, топаете постоянно.
– Ой, да ладно, не услышал твой кабан, – Олег хохотнул и с вызовом посмотрел на меня.
Не люблю я таких… Они платят, да, но вечно всё портят: то шумят, то лезут не туда, то начинают умничать, вот как сейчас. Бывают, конечно и хорошие клиенты, с которыми и поболтать можно, рассказать, что полезное, если им интересно. Но те, как правило, слушают и результат получают. Встречаются и такие, которые нанимают меня чисто как проводника, а охоту любят до дрожи и советы не терпят. Тогда я молчу в тряпочку и только на вопросы отвечаю, если зададут.
Так что тут, как и на любой другой работе – разные люди захаживают. И моё отношение тоже разное. На некоторых рычать приходится, хоть у егеря и терпения в избытке. Но остро углы не срезаю, потому что деньги мне нужны, чего уж тут. На официальную зарплату не разгуляешься.
– Идём? – буркнул Олег и кивнул в глубину тайги.
Я повёл их дальше, вдоль узкой тропы, где мох сменялся каменистой почвой. Солнце пробивалось сквозь кроны, рисуя пятна света на земле.
Жарко, пот заливал глаза, рубашка липла к спине.
Я остановился и прислушался.
Где-то вдалеке хрустнула ветка. Не наша.
Поднял руку, давая знак замереть. Олег открыл было рот, но я цыкнул на него, и он заткнулся. Этот хруст был характерным, слишком тяжёлым для белки или лисы.
– Оно? – шепнул Павел, и в его голосе я уловил не только азарт, но и осторожность. Страх – это хорошо, значит умный мужик.
– Может быть, – ответил я, прищурившись. – Держите оружие наготове, но без моего сигнала не стрелять. Поняли?
Оба кивнули, хотя Олег выглядел неуверенно, будто ожидание не совпало с реальностью.
Я украдкой усмехнулся в свою бороду и двинулся вперёд. Держал ружьё низко, но палец на спусковом крючке. Следы кабана вели к зарослям орешника.
Вдохнул глубже, уловив слабый мускусный запах. Да, кабан близко.
Мы углубились в чащу, деревья тут стояли так плотно, что свет едва пробивался.
Шёл первым, раздвигая ветки и чувствовал, как колючки царапают руки.
Олег споткнулся, выругался шёпотом, а я лишь усмехнулся и покачал головой. Ничего другого от них и не ждал.
Я уже давно знал, что ветер дул в нашу сторону, слабо, но надёжно. Хорошо, не учует.
И тут увидел его.
Кабан стоял в прогалине, здоровенный, с клыками как кинжалы. Шерсть лоснилась, глаза настороженные. Я медленно поднял руку, сигнализируя остановиться.
Зрение у него слабое, на такой дистанции он вряд ли разберёт наши силуэты, если не дёргаться. Только вот Павел с Олегом за моей спиной дышали, как загнанные кони, и я шикнул, чтоб затихли.
Зверь вдруг вскинул голову, фыркнул, мотнув мордой. Что-то заметил. Но бежать не спешил, стоял, будто прикидывал, кто мы такие. Я замер и прищурился, держа ружьё наготове.
– Стреляйте, когда скажу, – шепнул, не сводя глаз с зверя. – Цельтесь в шею, ниже уха. И не дёргайтесь.
Чувствую, как пот стекает по виску. Сердце колотится, но мои руки твёрдые – дело привычное.
Кабан всё фыркает, копает землю копытом. Мощные клыки блестят в пятнах солнечного света, пробивающихся сквозь крону. Зверь чует что-то неладное, но пока не бежит. Я медленно поднимаю ружьё, целюсь в шею, ниже уха, как учил дед – одним точным выстрелом, чтобы не мучить.
– Нет ну я не могу! У меня внутри прямо всё горит, Пашка! Не верю я короче тебе про бабки! Лоха из меня делаешь! – вдруг зло прошипел Олег позади меня, явно забыв про то, где мы находимся. – Деньги с нашего общего счёта потратил, а теперь мажешься!
Я замер. Чёрт возьми, какого творят эти дебилы? Сказано же было – тихо!
Кабан насторожился ещё больше, его маленькие глазки-бусинки искали источник шума.
– Заткнись, придурок! – взвизгнул в ответ Павел, и в его голосе была такая ярость, что даже птицы замолкли. – Не знаешь ничего и базаришь! Согласился же, что я финансами заведую!
– Согласился на сделку, а не на то, чтобы ты полмиллиона в казино просрал! – голос Олега дрожал от бешенства. – Думал, я не узнаю? Мне Сашка из охраны твоей рассказал! Ты меня за лоха держишь?
Я почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Полмиллиона? Казино? Да они что, совсем с катушек съехали? Я резко обернулся, забыв про кабана, и увидел лица двух мужиков – красные от злости, искажённые яростью. Олег сжимал кулаки, а Павел держал ружьё, но направлял его не на зверя, а куда-то в сторону.
– Тихо! – зашипел я. – Вы что творите, идиоты? Зверь же…
– Да пошёл ты со своим зверем! – рявкнул Олег и толкнул меня в плечо. – Мы тут серьёзные дела обсуждаем. Партнёр мой тут решил поиграть в большого человека.
– Я не играл. – Павел побагровел. – Это была инвестиция. В новый проект. Но эти козлы кинули!
– Чёрт, всё-таки я был прав? Ну ты и… Какая инвестиция, дебил? В рулетку инвестиция?! – Олег схватился за голову. – Да я тебя убью! Это были деньги на закрытие долгов! Ты понимаешь, что теперь будет?!
При упоминании долгов лицо Павла изменилось. Стало бледным, но тут же снова налилось злостью.
– Ничего не будет. Найдём деньги. Продадим склады, займём ещё!
– У кого займём? – Олег смеялся, но смех был истерический. – Ты уже всех должников обошёл! Да нас же… с потрохами сожрут, если не вернём к сроку!
Кабан фыркнул ещё громче и сделал шаг назад. Он готовился к бегству. Впрочем, кажется, моих «клиентов» это больше не волновало.
– Заткнитесь оба! – прошипел я. – А не то…
Павел резко повернулся ко мне, его глаза горели бешенством. Ружьё в его руках развернулось прямо на меня.
– А не то что? – процедил он сквозь зубы. – Сам заткнись, егерь паршивый! Не с тобой разговор идет!
Холод прошёл по спине. Ствол смотрел прямо в грудь, палец Павла лежал на спусковом крючке. А вот моё ружьё опущено, точно не успею. Я быстро оценил расстояние – метра три, может чуть больше. Если рвануть в сторону, за дерево… Но он может выстрелить раньше. Если просто вскинуть ружьё и остаться на месте – шансов попасть в меня больше.
– Послушай, Пашка… остынь. – Олег нахмурился, смотря на него. – Ты чего творишь? Мы же…
– А знаешь, – вдруг холодно сказал Павел. – Уже всё равно.
В его голосе появилось что-то страшное. Он наставил ружьё на компаньона.
– Эй, ты чё? – Олег подался назад, вскидывая руки. – Не дури!
БАХ!
Выстрел разорвал тишину тайги оглушительным громом. Эхо покатилось между могучими стволами сосен и елей, отражаясь от коры, а птицы поднялись с веток чёрной тучей.
Кабан где-то вдалеке от нас басовито взревел и рванул в чащу. Звук удаляющегося зверя смешивается с предсмертным хрипом Олега, а убийца наводит ружьё на меня.
В критический момент думать некогда – только реагировать. Адреналин бьёт в виски, время словно замедляется.
БАХ!
Выстрел Павла грохочет первым. Дробь свистит совсем рядом, сдирая кору с дерева. Если б не рванул в сторону – размазало бы по стволу.
Но я успеваю укрыться.
Не останавливаясь, на адреналине, вскидываю ружьё на ходу. Мушка – прямо в центр грудной клетки.
БАХ!
Мой выстрел разносится эхом по тайге. Павел отлетает назад. Ружьё выпадает из рук, со звоном ударяется о камень, а он падает на спину в жёлтые опавшие листья, широко раскинув руки. На груди клетчатой рубашки мгновенно расплывается тёмное пятно.
Хорошо попал. Точно наглухо.
Сердце колотится как бешеное, в горле пересохло. Через адреналин пробиваются странные ощущения. В боку словно раскалённое железо воткнули.
Опираюсь о дерево. Ноги слабеют, в глазах темнеет. Вот же чёрт! Неужто задел?
Дыхание даётся с трудом, каждый вдох отдаёт мучительной болью. Рубашка быстро намокает от крови – слишком быстро.
Точно задел, зараза!
