Потоптавшись некоторое время у высокого камня, за которым довольно успешно получилось спрятаться, я решила больше не терять время и возвращаться к своему болезному. Его глубокий сон меня беспокоил. Да, я тоже не бодрствовала, пока он спал, однако драконам на восстановление нужно не больше пяти часов крепкого сна, тогда, когда нам, людям, в идеале требуется не меньше восьми!
Пока шла, осознала, что «комната», в которой мы с драконом расположились, третья по счёту. Переходы между нишами довольно просторные, конечно, но именно проход в третью прикрыт сталагмитами так, что её не всякий заметит.
«Удивительно, как я сама умудрилась высмотреть лаз! И не просто высмотреть, а затащить туда просто огромного двухметрового мужика!»
Чего скрывать?! Я гордилась собой!
Оказавшись в просторном укрытии, подошла к блондину ближе и заметила, что его лицо покрыто тревожного вида испариной.
– Да, – уныло констатировала, тронув рукой лоб болезного. – У тебя горячка, красавчик. – Прошлась по пещере, скинула с себя плащ и ругнулась от души. – Да за что мне всё это?!
Ругнулась тихо, так как опасность обнаружения никуда не пропала.
Но!
Дракон всё равно меня услышал.
Ресницы боевика дрогнули, и на меня посмотрели небесно-голубые глаза. Цепко, несмотря на болезненность и довольно мутный взгляд. Так, как будто заглянули в самую душу.
– Э… здрасьте, – весьма неловко начала я, тушуясь от такого пристального внимания.
– Я тебя помню, – хрипло прошептал дракон, на миг устало прикрывая глаза. – Огонёк… – то ли попросил тепла, то ли дал мне прозвище наглец. – Помоги встать. Я должен… должен идти. Мне необходимо найти детей…
– Каких ещё детей, – охнула я, останавливая торопыгу, который, впрочем, сам рухнул на спину, не рассчитав своих сил. – У вас жар. Надо сначала самому прийти в норму, а потом о других думать.
– Ты не… – мне показалось, что блондин потерял сознание, но вот дракон моргнул и снова посмотрел на меня. – Я должен их найти!
И столько лютой решимости прозвучало в последней фразе великана, что я, даже не зная мотивов боевика, уже не завидовала его врагам.
– У вас жар. В таком состоянии вы никого не найдёте. Скорей разрушите последнюю надежду того, кто ждёт вашей помощи.
Прикрыв глаза, мужчина с трудом сглотнул образовавшийся в горле ком. Я тут же открыла крышку бурдюка и осторожно поднесла горлышко бутылки к сухим губам с виду молодого парня.
– Пейте. Это вода.
Как только мужчина утолил жажду, его взгляд немного прояснился.
– Там… в кармане моего плаща есть восстанавливающее зелье. Дай.
– Магическое?
– Что? Да. Наверно.
– Вряд ли оно будет работать. Здесь повсюду слимы… Одного из них вы… употребили. А потом, когда упали без сознания, я растёрла вас их слизью, – получив пристальный взгляд, вспыхнула, как свеча, и бросилась объяснять. – Надо было делать что-то с проклятием…
– Спасибо, – огорошил меня дракон, поблагодарив так, как будто общался с ровней. Но на этом шок не закончился. – Ты меня спасла. Я обязан тебе жизнью. Без твоей помощи, я бы точно не очнулся. Тени выпустили в меня весь арсенал проклятий.
– Тени? Какие тени? Те наёмники в чёрных плащах?
– Да. Забудь. Тебе лучше этого не знать. Меня зовут Эван. Эван Сагай.
«Сагай», «Сагай»… У меня от испуга аж в ушах зашумело.
Видимо мужчина что-то увидел на моём лице, так как нахмурился и спросил:
– Что-то не так? Что за реакция? Обычно человечки на меня реагируют иначе.
А я не знала, что ответить. Ну, не говорить же правду о том, что его какая-то там родственница грезит выдать мою скромную персону за некую Роуз, чтобы меня «сношали» в её борделе все, кому не попадя?!
Прищурившись, прикусила щёку с внутренней стороны и продолжила задумчиво изучать мужчину.
Меня за эти две недели жизнь, конечно, знатно потрепала, но лежащий напротив дракон не вызывал… опасений, что ли? В плане физической расправы – да. Этот великан легко может даже без участия внутреннего зверя скрутить меня в узел! Но я не это имею в виду. Я говорю о внутреннем посыле, который распространяется вокруг дракона плотной доброжелательной аурой. Не похож он на озабоченного извращенца. Он, скорей, как Берриан – честный воин с повышенным чувством долга перед своей совестью и честью.
– Ты меня пугаешь, Огонёк, – дракон хмыкнул, рассматривая меня так же пристально, как и я его. Взгляд из полуопущенных густых и длинных ресниц заставлял краснеть.
– Меня Криста зовут, – буркнула тихо, скрещивая руки на груди. Хотелось скрыть своё волнение. – Вы же в курсе, что долг жизни запрещает вредить спасителю дракона? По крайней мере, пока он не будет выплачен.
Болезненная насмешливость мигом покинула черты идеального лица ледяного дракона.
– Что ещё за новости? – искренне возмутился Эван, а потом вдруг усмехнулся ещё шире. – Я не обижаю женщин… если только они сами меня об этом не попросят.
Лицо пылало, как костёр, но я упрямо стояла на своём:
– Кодекс драконов, глава первая, пункт 2.1 гласит, что…
– «… долг жизни священен. Всякий, иже обременивший себя долгом таковым, обязан отплатить своему спасителю равноценно».
– Именно.
– И что же ты… кхм-кхм… хочешь?
Насмешливая дурашливость покинула дракона. Кажется, он устал. Да и повышенная температура никуда не пропала.
«Хорошо хоть не рвётся больше в бой, а то все старания прошли бы насмарку. Те голоса на опушке… Они явно ищут его. Выходить к ним в таком состоянии равноценно самоубийству!»
Оставив разговоры на потом, потянулась к плащу боевика.
– Где там ваше восстанавливающее зелье?
Не успели пальцы нащупать склянку в кармане добротного офицерского плаща, которым, к слову сказать, я утром укрыла Эвана, крепкая мужская рука перехватила меня в районе своего бедра.
– Не надо. Ты права. Все магические свойства зелья будут сейчас бесполезны. Сколько времени прошло с момента, когда последнее проклятие спало?
– Точно не знаю, – округлив глаза, опустила взгляд на свою руку, которая просто утонула в широкой крепкой ладони воина. – Около двенадцати часов примерно. Когда я тащила вас сюда, рассвет только окрашивал небо. А сейчас… я ходила к выходу – там уже сумерки. Совсем скоро стемнеет. И метель крепчает, что хорошо. Шансы, что нас не найдут те ассасины, увеличиваются.
– Ассасины? – удивился блондин, продолжая удерживать меня возле себя. Пальцы дракона были такими горячими! Казалось, у меня самой слишком быстро начинает подниматься температура. Мужчина хмурился, всматриваясь в меня с какой-то прям профессиональной проницательностью следователя. – Ты вообще кто такая? Откуда здесь взялась?
С трудом, но я всё же отобрала свою конечность. Пришлось несколько раз дёрнуться, чтобы боевик ослабил хватку и позволил от себя отстраниться, пусть и с видимым недовольством.
– Я скажу, – внутренне подобравшись, решилась, – если вы ответите на один мой вопрос.
– Хм… равноценный обмен. Я не против.
– Раз равноценный, – не удержалась от ехидства, располагаясь рядом с Эваном в позе релаксирующего мыслителя, – тогда с вас два ответа.
– А тебе палец в рот не клади, да, девочка?
– Совершенно верно, – я усмехнулась. – Нечего вашим пальцам делать у меня во рту. – Хотела ещё кое-что сказать, но глаза дракона внезапно зажглись голубым светом. Почти как слимы, которые продолжали ползать по своим делам, игнорируя нас.
«Но как?! Как его дракон мог проснуться, если слизь слима должна глушить магию резерва?!»
Глава 14. Огонёк для ледяного дракона
Эван сейш Сагай, начальник имперской канцелярии и наследник правящего рода Сагай
– Совершенно верно, – губ девушки коснулась тонкая усмешка. – Нечего вашим пальцам делать у меня во рту…
Пробуждение дракона, который так-то пребывал в довольно коматозном состоянии из-за подавляющего воздействия слимских ферментов, я ощутил не сразу. Чувственные губы красотки были так близко, что думать вообще не хотелось. Она, как сирена из легенд, манила своей невинной красотой, заставляя забывать и свои цели, и своё имя.
«Криста… на языке первых драконов её имя означает "избранная"… Забавный выбор для человечки. Интересно, кто её родители? Может… может, она полукровка?»
Со смешанными эмоциями я изучал маленькую фигурку, когда зверь внутри рыкнул, приказывая забрать её себе, присвоить. Даже растерялся. Обычно мы, как единый организм, все порывы и мысли встречаем одним фронтом, а тут такое…
«Нет, ты прав, дружище. Девчонка очень даже хороша. Но она человечка… Зачем нам этот… как там Грегори говорит? "Головняк"? Вот-вот. Ещё тот головняк! – припомнил я нашего общего с побратимами наставника – попаданца Григория, который на Уграсе сделал невероятную карьеру ректора, а после смерти сумел вернуться в форме плотного духа. – Нет уж. Лучше сразу такие знакомства оставлять на уровне недолгих приятельских отношений».
– Ваш дракон! – вдруг воскликнула девица, наклоняясь ближе.
Думал, сейчас поцелует! А она принялась интенсивнее рыться в карманах моего плаща, который выполнял функцию одеяла. Брошенный поперёк, он здорово меня подвёл, оказавшись карманами на весьма интимных частях тела.
– Воу-воу! – предпринял ещё одну попытку остановить этот красноволосый беспредел, но в этот раз эта малышка оказалась проворнее.
Она прекрасно прочувствовала мою готовность удовлетворить все её девичьи фантазии, но виду не подала. С победной улыбкой достала флакон с зельем и ловко влила в мой удивлённо раскрытый рот почти полпузырька. Только щёки очаровашки выдавали крайнюю степень её смущения.
«Ну, прости, лапуля… Уж очень ты хороша. А я давно не уделял своё внимание прекрасному полу!»
Вспомнив о причине такого попустительского отношения к своим физиологическим потребностям, нахмурился, глотая вязкое пойло.
В лесу Дин Фэль я оказался не просто так. Мы с моим отрядом (да примут их души Боги-драконы в свою обитель!) уже пятый день прочёсывали эту проклятую тайгу в поисках детей, которых украли приспешники Тени… по крайней мере, так думают мои побратимы. Сам я не до конца уверен. Хотя… кто ещё посмел бы красть наследников Имперской Четвёрки?! Проклятие! По большому счёту это не важно! ДЕТЕЙ УКРАЛИ! Наших детей! Пятилетнюю дочку Дария и Таис и годовалого сына Райлана и Лили. Сердце разрывалось от беспокойства за малышей, хоть кровного родства между ними и мной не было. Нас связывает другое родство – духовное и магическое. Я Дарий, Райлан и Кевин выросли вместе, учились в академии… да и вообще! У нас никого ближе друг друга не было и нет. Разве что пары парней, которые уже успели обзавестись второй половинкой и уже даже родить детей.
Я не считал себя обделённым, находясь среди трёх пар в гордом одиночестве. Нет. Раньше, конечно, по глупости было дело. Спишем эту обиду на мироздание на молодость. Сейчас, когда мне исполнилось сто пятнадцать лет, зависть и обида – это последнее, что посетит меня в окружении верных друзей, их заботливых красавиц-жён и шумных любознательных детей. Мы все срослись, как единый организм. Оттого-то похищение детей и шантаж воспринимаются как собственная боль.
«Марк… он же совсем младенец! – стиснув челюсти, прищурился. – Амире – пять, но от этого только страшнее. Ами такая болтушка… И уже всё понимает! Что с ней сделают похитители, когда она начнёт их раздражать своими слезами?!»
– Хватит лежать, – приказал себе, заставляя человечку отпрянуть. – Раз дракон среагировал на тебя… да ещё и зелье ты так вероломно мне скормила. У меня должно хватить сил добраться до границы Греиджа. Мне необходимо сообщить важную информацию. Ты…
– Что за глупости?! – возмутилась девушка, когда я, будучи в сидячем положении, накренился в бок, не в силах сконцентрировать поплывший взор. – У вас жар! О какой границе вы говорите, когда ровно сидеть не можете?! Сделаете десять шагов и замёрзнете в сугробе?! Нет! Я не для того вас спасала, чтобы вы так глупо умерли!
– Но…
– Все ваши сведения вылетят в трубу!! – отчитывала меня эта кроха, как какого-то нерадивого адепта. Её изящные хмурые брови расчертила одна морщинка – Хотя бы дайте подействовать зелью! Вот жар спадёт, тогда и помчитесь спасать мир! Что за дракон?! – возмутилась Криста чуть тише, будто сама к себе обратилась. – Когда «вашему брату» высокомерие раздавали, вам не хватило, что ли, поэтому глупость выписали?
«Вот язва! Нет, я знаю, что драконов люди считают высокомерными снобами, но чтобы так откровенно об этом говорить?! Да ещё и главу тайной канцелярии настолько изящно обозвать глупым… заноза – вот она кто!»
Несмотря на эмоциональный всплеск, сил во мне совсем не осталось, чтобы настоять на своём. О чём говорить, когда эта кроха уложила меня на лопатки, укрыла плащом и, бормоча что-то об обильном питье, завозилась возле своего рюкзака?!
Досмотреть этот театр не получилось. Сознание уплыло вслед за драконом, который довольно уркнул и заснул ещё на моменте, когда Огонёк силком поила меня восстанавливающим зельем.
Глава 15. Побочные свойства экспериментального питания
Пошли вторые сутки нашей пещерной жизни. Мой сожитель продолжал «беспамятствовать» после магического всплеска, который сработал больше ему во вред, словно на сопротивлении. Теперь Эвана постоянно лихорадило, он не приходил в себя, а я нервничала, исправно сбивая жар мужика, как только тот появлялся.
Измотала себя в край! На каком-то этапе вообще решила пристроить своё импровизированное ложе к Сагаю, чтобы не бегать каждый раз к нему со своими проверками.
Помимо кровати я соорудила в дальней части пещеры туалет для себя. Глубже заходить не стала. Побоялась. Кто знает, что или, не дай Всеединый, КТО там может прятаться?!
Трудность с нуждой дракона разрешила привычным обтиранием. В доме отца детей было много. Детей прислуги в смысле. Я часто и много возилась с ними. Поняла, что дети – бесценное сокровище. И пусть великан далеко не ребёнок, я решила относиться к нему так же: строго и без брезгливости следила за гигиеной мужчины.
Беспокоило меня то, что уже двое суток дракон оставался у меня голодный. Нет, я знаю, что организму вредно тратить силы на пищеварение, когда температура зашкаливает, но двое суток без еды… да ещё и для такого здоровяка?! Нет! Голодание точно не будет на пользу!
Эту проблему я решила вполне просто: размяла хлеб и залила его водой из бурдюка, чтобы импровизированная кашица стала максимально жидкой. Пил Эван жадно, стоило мне только коснуться его рта горлышком бурдюка, поэтому процесс питания прошёл нормально.
Однако через ещё двое суток вопрос наличия провизии стал ребром. Хлеб заканчивался, а сыр в воде размачивать – так себе идея. Не дай Всеединый подавиться твёрдыми крошками! Я же Эвана потом отбить не смогу…
Да и мне самой осточертели слимы. Живот уже крутило и сводило судорогой, когда рука брала очередного слизня, чтобы утолить мой голод. Не помогало даже то, что я глаза закрывала и представляла всякие вкусности.
В общем, на пятый день решила предпринять вылазку.
На эту мысль меня натолкнул арбалет Сагая, который я нашла в снаряжении боевика. Он, арбалет, конечно, был тяжелее моего домашнего, однако меткость от этого не пострадала. Убедилась я в этом, прицелившись в одного из слимов.
Перед тем, как оставить Эвана одного в пещере, я отгородила его камнями от слизней, чтобы эти вездесущие ползучие улитки не облепили моего бедолагу, пока я буду пытаться кого-нибудь подстрелить. Нельзя ему больше их ферментов. Мне любыми путями необходимо пробуждать дракона, чтобы он запустил уже, наконец, регенерацию двуипостасного.
И второе – максимально незаметно спрятала проход в третью комнату, где, собственно, остался дракона.
У выхода из пещеры стояла не меньше двадцати минут. Говорю навскидку, потому как никаких временных ориентиров, кроме солнца в зените, я не имела.
Лес Дин Фэль молчал. Не было слышно ни голосов, ни шагов. Купол тоже пропал. Никто больше не защищал меня от поисков леди Аэлин хас Сагай. Однако прошло уже больше шести дней, и раз меня за это время не нашли, видимо, больше искать не станут. Отчаялись наверняка.
«Или затаились где-то и ждут… – одёрнула себя, не позволяя до конца верить в удачу. – Хватит. Плавали – знаем!» – Но и отступать я не могла. Голод толкал вперёд. На охоту.
Осенив себя божественным знаком, я закинула арбалет на правое плечо и осторожно вышла вперёд, стараясь ступать на подмёрзшие проталины, где почти не было снега.
Шла бесшумно и по кругу, чтобы не отходить слишком далеко от пещеры.
Радовали небольшие следы какого-то животного. По-моему, зайца. Точно говорить сложно, ведь я – житель пустынный. Ко всему прочему ещё и невыездной из-за паранойи отца. Всё, что я знаю о животном мире Дарийской империи и всех её четырёх провинций, подчерпнуто только из книг.
Естественно, что, когда я чуть не наступила на неприметного белого зайца, испугалась больше него самого! Еле удержалась от вскрика… и с арбалетом потому завошкалась.
Зато, когда из сугроба вынырнул жирный тетерев, я была уже наготове!
