Он работал и думал о том, что там, в маленькой дворницкой, ждет его возвращения рыжая девочка. Что она сейчас делает? Смотрит телевизор? Или легла досыпать? Или, может, обед готовит? Или просто читает книгу? У него там полка с фантастикой как раз имеется…
В любом случае, она была там, дома у него.
И это почему-то грело…
Глава 12
– Лялька, блин! – голос Адельки звучал тихо и как-то напуганно даже, – ты где вообще?
– А ты где?
Я в волнении сжала трубку, вытерла другую ладонь о рубашку Бродяги, резко садясь на кровати.
– Я в заднице! – шепотом рявкнула Аделька, – родаки в деревню увезли! К бабке! Тут ни связи толком, нифига! И телефон забрали! Звоню с чужого! Лялька прости меня, я нас подставила!
– Как? И что делать? – Я, ошарашенная внезапным звонком с незнакомого номера и неожиданным голосом подруги, тупила, не понимая, что спрашивать и сколько у меня вообще времени на разговор.
Бродяга, как и все эти два дня, ушел рано утром на работу, а я валялась в кровати, собираясь вставать и готовить ему завтрак.
И совершенно не ожидала раздавшегося телефонного звонка.
Вот и не могла сообразить, что спрашивать в первую очередь.
– Не важно, как! Главное, что предки узнали, и меня сюда заперли! Ляль, я не смогу поехать! Прости меня!
– Но… Как же… Москва… Документы мои?.. – растерялась я.
– Смотри, документы они у меня забрали, все полностью. И твои тоже. Сказали, твои отцу твоему отвезут… Уже, наверно, отвезли, блин! Ляль… Прости, а…
– Ну хватит тебе… Что делать-то теперь?
– Не знаю… – Аделька шмыгнула носом, – ты дома? Вернулась?
– Нет, не дома… Не вернулась…
– Блин… А где ты? Я так надеялась, что ты поймешь, что меня увезли, и успеешь вернуться до того, как тебя хватятся…
– Нет, я не успела, Адель… Я… У одного человека…
– Мужика нашла себе? – Аделька так удивилась, что даже голос с шепота до звона повысила, и я торопливо зашептала, пытаясь привести ее в чувство:
– Нет! Это не то, что ты… Не важно… Адель… Ты когда вернешься?
– Не знаю… – опять всхлипнула Аделька, – у меня бабки забрали, документы… А из деревни не уехать. Только пешком, двадцать кэмэ… Не дойду, блин… Хотя, есть один вариант…
– Ох…
– Надо ждать, когда предки приедут… Ты к отцу не вернешься?
– Нет…
– А ты, вообще, в городе еще?
– Да.
– Слушай, говори, где ты! Может, возьмешь билет ко мне сюда? Правда, автобус ходит раз в неделю… Но мы вместе свалим. Автостопом. Мне одной страшно, а вдвоем не так опасно…
У меня были вообще другие мысли на этот счет, но с Аделькой я ими делиться не стала.
– Нет, я пока тут… Мне тут безопасно…
– У мужика все же, – утвердительно сказала Аделька, – вот ты коза скрытная! Я тебе, значит, все рассказывала, а ты мужика скрыла!
– Ничего я не скрывала! Это случайность… – раздраженно отмела я претензии Адельки. Вот вечно она не вовремя! Хотя, чего ей-то? Она у родни, пусть и в глухой татарской деревушке. Ее никто замуж насильно за живодера и маньяка не выдает… То, что отобрали все средства связи, конечно, плохо…
Тут я услышала тихий мужской голос со стороны Адельки, и ее резкое:
– Да погоди ты! Дай поговорить!
– А ты с чьего телефона? – насторожилась я.
– Да так… Есть тут один… – неопределенно ответила Аделька, я и только вздохнула. Подруга умудрилась в совершенно пустой деревне, где два дома жилых и то по лету, найти себе парня.
– Слушай, Ляль, – серьезно сказала Аделька, – если нужно, давай я приеду…
– Ну как ты приедешь? – вздохнула я.
– Ну… У Рамиля тут мотоцикл… “Ява”.
Послышался опять бубнеж мужской, и подруга раздраженно цыкнула:
– Ой, да дам я тебе денег на бензин! Убогий! Ну так что, Ляль? Давай приеду!
– Не надо, – торопливо ответила я, – все равно документов моих нет у тебя. И твои тоже не при тебе… Смысл приезжать? Сиди уже, где сидишь… Может, родители пожалеют, если будешь себя вести хорошо. А сбежишь, так еще что-нибудь устроят…
– Да что они могут устроить круче того, что уже сделали? – фыркнула подруга.
– Замуж выдать. За Марата. – Мрачно сказала я, и Аделька замолчала, ойкнув.
Замуж за такого, как Марат, она категорически не хотела.
– Но как же ты? – все не успокаивалась Аделька, явно чувствуя за собой вину.
– Я разберусь…
– Ляль…
Тут опять зафонил мужской голос, и я торопливо принялась прощаться:
– Все, отдыхай, Адель…
– Я еще позвоню, – хмуро ответила она и отключилась.
А я осталась сидеть на кровати и лихорадочно раздумывать, что же делать дальше.
Все эти два дня, прошедшие с того момента, как Бродяга разрешил мне остаться в его доме, я ждала вестей от Адельки. Почему-то была уверена, что она проявится, и тогда уже можно будет что-то решать.
Ну что же… Я оказалась права. Она проявилась.
И что теперь решать?
Глава 13
Бродяга смотрел на Лариску, отслеживал тонкие пальцы, ласково проходившиеся по спецовке, убирая несуществующие нитки, и думал о том, как от нее избавиться.
Странные мысли, раньше как-то в голову вообще не залетавшие, потому что ну какой нормальный мужик в здравом уме будет отказываться от бесплатного, ни к чему не обязывающего секса с вполне симпатичной ему женщиной?
Но теперь, когда в его доме, словно рыженький мурчащий котенок, обосновалась Ляля, сама идея привести туда же Лариску казалась кощунственной. Дурацкой, прямо скажем.
Бродяга даже представлять себе это все не хотел.
А вот Лариска, похоже, очень даже неплохо представляла, судя по масляно блестевшим глазам и искушающей улыбке. Опять со своим, похоже, поругалась, а они, когда лаются, могут неделями не разговаривать… И ни о каком сексе разговора нет, конечно же. А Лариска – баба горячая, ей надо.
Эти подробности Бродягу не особо занимали, просто после жаркой ночи Лариска была нереально словоохотливой. А он слушал. Уши-то есть, не заткнешь.
И вот сейчас Бродяга разрывался между желаниями плоти и мозга.
Секса у него не было давненько, еще до того, как Ляля на его жилплощади завелась, он про Лариску вспоминал же… Так что тело очень даже отзывалось на предложение. Прямо так… Активно отзывалось.
А вот в башке… В башке прокручивались бешеными темпами дальнейшие варианты, среди которых не было ни одного, позволяющего и Лариску поиметь, и Лялю не рассекретить. Последнего Бродяга не желал ни за что на свете, а потому решение было очевидным.
Он вздохнул, с сожалением убрал ласковые пальчики со своей груди, отступил на шаг.
– Ты чего? – удивленно приподняла брови Лариска, реально не ожидавшая такого маневра.
С того самого первого раза, когда она, злая до чертиков после очередной ссоры с мужем, выбежала на крыльцо покурить и встретила там Бродягу, он никогда не отказывался от секса.
Она тогда, помнится, рассерженно хлопала себя по карманам джинсов в поисках зажигалки, сигарета уныло повисла на нижней губе… И тут из темноты появилась огромная мрачная фигура, а перед глазами оторопевшей Ларисы возник огонек зажигалки.
Она затянулась, благодарно кивнула, прищурилась в полумрак, с неожиданным интересом оглядывая странного, непонятно, откуда взявшегося мужика…
Бродяга как раз закончил работу, сменил спецовку на футболку и джинсы и намеревался добежать до магазина, купить еды.
Он помнил ее жадный взгляд на своих забитых цветными рукавами предплечьях, затем внимательный, оценивающий осмотр всего остального пространства… Довольно загоревшиеся глаза.
И после этого она, отбросив сигарету, сама шагнула вперед и положила ладони ему на плечи…
А Бродяга и не стал отступать. Дурак он, что ли?
С тех пор прошло уже больше года, и всех все устраивало… До этого момента. Потому удивление Лариски было понятным.
А вот как объяснить свое поведение теперь, вообще неясно…
– Не получится, Лар, – глухо пробормотал Бродяга, так и не придумав нормального ответа.
– А чего? Бабу завел, что ли? – прищурилась неожиданно Лариска, каким-то своим, доступным исключительно женщинам чутьем безошибочно находя истинную причину такого поведения любовника.
Бродяга вздрогнул немного, удивившись ее проницательности, и замотал головой:
– Не-не… Просто… Ко мне нельзя. У меня там… Потоп.
– Да? – подняла брови Лариска.
– Ага… – подтвердил Бродяга и принялся торпливо врать, – залило все, трубу прорвало. Вроде откачал, но воняет… Подвал же…
– Ну да… – Лариска покивала немного, соглашаясь, что в вонючей комнатушке заниматься сексом не особо приятно, затем огляделась, осматривая пустой по утреннему буднему дню двор. И кивком указала на небольшую подсобку рядом с основным жильем Бродяги, дверь в дверь буквально. Там Бродяга хранил все крупногабаритные инструменты, да еще здоровенную сетчатую тележку, в которую обычно складывал мусор из урн и всякие большие отходы, типа коробок, бутылок и спиленных веток деревьев. – А там?
– Ну… – Бродяга с сомнением оглядел чистый короткий халатик Лариски, – там не особо чисто…
– Да плевать, – рявкнула Лариска, ухватила Бродягу за руку и решительно потащила к двери, – мы по-быстрому.
Бродяга, немного ошеломленный напором, тупо не нашел, как отмазаться. Если и сейчас будет врать про грязь и неудобство, получится странно, потому что подсобка эта была им с Лариской тоже давным-давно освоена. И как-то раньше ни его, ни ее особо не волновали детали. А сейчас что?
Нет, отказываться нельзя, а то она реально решит, что он бабу у себя прячет. И захочет проверить… Он-то, само собой, не пустит, отсюда еще большие проблемы возникнут… И, кто его знает, до чего это все дойдет…
Черт, давно надо было с этой бабой развязаться! Замужняя, причем, мужик-то – мент… Раньше это придавало их связи флер не только таинственности и опасности, но и тонкий привкус мести, потому что легашей Бродяга терпеть не мог еще со времен детдома. И тут поиметь жену мента… Это было интересно… К тому же, Лариска ничего особого от него не требовала никогда, бабок, там, подарков, ухаживаний и прочего. Разводиться с мужиком своим не собиралась, планов на Бродягу не строила, оно и понятно, кому он, нахрен, сдался… И в постели была огонь. Короче говоря, крайне удобный во всех отношениях вариант. Был. До появления в его доме рыжего котенка с такими же рыжими глазами…
А теперь и заднюю не дашь…
Эти мысли скакали в голове Бродяги, пока Лариска открывала дверь в подсобку, затаскивала его туда и по-хозяйски лезла в штаны.
Почувствовав прохладные пальцы на самом дорогом, Бродяга пришел в себя и выдохнул. – Ладно… По-быстрому. А то мне работать… – и, прекратив самовольство, развернул женщину лицом к стене, задрал халатик.
– Успеется все… – промурлыкала крайне довольная Лариска и потерлась ягодицами о Бродягу… – Ох… Давай скорей…
– Рот закрой, – скомандовал Бродяга, как всегда, в сексе привыкший к доминированию и не любивший, когда женщина командует, навалился на Лариску и закрыл ей рот жесткой ладонью. Для верности.
Ляля еще должна десятый сон видеть, рано совсем… Не разбудить бы…
