Андрей Первухин "Чужак"

Чужак
Андрей Первухин

Ветеран войн попадает в магическое средневековье, где ему придётся начать свою новую жизнь с самого дна.

Андрей Первухин

Чужак

Глава 1

Аппарат, к которому я был подключён, снова начал тревожно пищать, из-за чего в палату ворвалось сразу несколько докторов. Перед глазами всё поплыло, но после укола вроде бы стало легче. Я уже вторую неделю валялся в постели не в силах подняться. Тем не менее, когда навещали дети, старался выглядеть бодрым и даже улыбался, хотя чувствовал, что доживаю последние дни, старые ранения меня добивали.

Наверное, перед смертью или во время тяжёлой болезни все подводят итог прожитой жизни, если не впадают в панику. Особыми свержениями похвастаться не мог, всю жизнь служил своей стране. Множество командировок в самые разные уголки мира, ранения, но Бог миловал, удавалось выкарабкиваться, смог даже дожить до пенсии. Имею несколько правительственных наград, о которых мало кто знает, никаких официальных награждений, вызвал командир, выдал коробочку, пожал руку.

Даже при такой жизни удалось жениться, а потом родились три сына. Несмотря на то, что постоянно приходилось переезжать с места на место, жена меня не бросила, жили душа в душу. Смогли поставить на ноги всех троих детей, никто из них не пошёл по пути военного, чему я был даже рад. Мне прекрасно известно, что бывает в командировках, не хотелось каждый раз с тревогой ждать звонка из части с печальной вестью о том, что кто-то из детей погиб.

Жена умерла два года назад, а я остался совсем один, благо, что часто приезжали дети и привозили внуков. Пока супруга была жива, болезни как будто обходили меня стороной, а после её смерти они обрушились на меня разом. Скончался бы в своей квартире, когда в очередной раз стало плохо, но приехал младшенький, обнаружил старика без сознания и вызвал скорую, вот теперь лежу и жду костлявую.

Ночью снова стало плохо, на этот раз примчался всего один врач, но после укола лучше не стало, в глазах появилась темнота, и я потерял сознание.

Пришёл в себя резко, как будто кто-то включил рубильник, секунда – и я уже бодрый и полон сил, даже как-то непривычно ощущать себя так хорошо. В последнее время постоянно что-то болело, а сейчас состояние просто замечательное. Правда, не успел толком разобраться со своим состоянием, потому что стал удивлённо осматриваться по сторонам, больно необычная обстановка меня окружала.

Надо мной не было привычного белого потолка больничной палаты. Хотя в комнате стоял полумрак, но удалось рассмотреть, что потолок деревянный и сделан он не из ровных досок, а из горбыля, стены сложены из брёвен. Окна мутные, как будто их давно не мыли. Никаких ламп или люстры, ничего подобного. С улицы доносилось ржание лошадей, кудахтанье кур и визг поросят, что для крупного города как-то необычно. К тому же я находился не в простой больнице, а в элитной, сыновья расстарались, и тут такое.

Я хотел встать и выяснить, где вообще оказался, но не смог. Одеяло на мне было колючим, не сразу обратил на это внимание, а когда попытался его откинуть, то замер, уставившись на свою руку. Она была худая, чуть ли не детская, а пятна, которые часто бывают на руках пожилых людей, исчезли. Не успел я подивиться этой странности, как меня снова скрутило, на этот раз боль была в голове, да такая сильная, что я не смог сдержать своего стона и снова упал на постель.

В голову хлынули мысли, которые не имели ко мне никакого отношения. Меня зовут Звягинцев Владимир Юрьевич, однако вторая моя половина кричала о том, что моё имя Гарнот Квил. Бежал со своими родителями от войны и недавно родители были убиты вот в этой самой комнате. Отца, по всей видимости, зарезали во сне, а вот мать успела поднять крик, который меня разбудил. Бандиты ударили её несколько раз ножом в живот, а мне треснули по голове, отчего я потерял сознание и очнулся только сейчас. От осознания того, что родителей больше нет, на глазах выступили слёзы.

- Да что за блядство такое? – Выругался я и зло стёр ладонью выступившие слёзы. Последний раз плакал от счастья, когда родился первый внук, и его назвали в мою честь.

Я перевёл взгляд на пол, куда упала моя мать, там были кровавые пятна. Их явно пытались затереть, но безуспешно, пол из досок не самого высокого качества, сама комната очень убогая. Боль в голове вроде бы начала проходить, мне удалось подняться и осмотреть своё тело.

«Похоже, лежу в больнице и всё это плоды моего больного воображения», - пронеслось у меня в голове. Ущипнул себя за худую руку, стало больно. Впрочем, у меня три контузии, такое запросто может привидится. Тело явно принадлежало мальчику, мозг услужливо подсказал, что мне двенадцать лет. Отец мой был мелким торговцем, а мать – домохозяйка. Едва я подумал о родителях, как на глазах снова начали выступать слезы, пришлось отвлечься, но получалось не особо. Возможно, я попал в какое-нибудь чистилище или куда люди попадают после смерти. В Бога верил, но не ожидал, что после смерти бывают вот такие спецэффекты, и кто бы мне об этом рассказал? Почему-то сразу сделал вывод, что моё предыдущее тело уже умерло. Может быть, это вообще перерождение и такое бывает со всеми. Тогда почему мой разум или душа попала не в младенца?

Я потрогал затылок и зашипел, когда почувствовал огромную шишку – последствия удара тупым предметом. Присев на кровать, попытался сосредоточиться и выудить из памяти побольше ценной информации. Бежали от войны, куда именно, не имел понятия, родители тоже. Имперская армия была разбита, а городок, в котором мы жили, находился неподалёку от места сражения, сдержать натиск врагов точно не мог, по крайней мере, так говорил отец. Как только мирные жители вместе с немногочисленным гарнизоном увидели отступающих уцелевших солдат, приняли решение уходить.

Нам повезло, что успели проскочить ворота до того, когда там началась давка. Дальше была долгая и тяжёлая дорога, отец постоянно с тревогой оглядывался назад, ожидая погони. Тут ещё и часто проходили отряды, которым приходилось уступать дорогу. Один раз отца этого тела чуть не забрили в рекруты, похоже, здесь существует такая практика, могли запросто взять прямо с дороги и отправить воевать. Только у него было ранение, из-за которого на правой руке отсутствовало три пальца, так что вояка из него получился бы так себе.

Кроме нас было полно таких же беженцев, которые тоже уходили подальше от войны. Также полно мутных личностей, приходилось держаться вместе, у отца ребёнка под рукой всегда был топор, как и у других беженцев. Мы прибыли в этот город, ехать дальше вроде бы не планировали, хотели остаться в нём на время. Тут в дверь без стука вошла какая-то худенькая женщина.

- О, очнулся, - всплеснула она руками, – а я переживала.

- Простите, а вы кто? – Спросил я.

- Я травница, - ответила женщина как само собой разумеющееся. – Меня позвали голову твою посмотреть.

- И как моя голова?

- Ты мне скажи, - улыбнулась она, – но вставать не советую. Тебя не мутит?

- Нет, - покачал я головой, если честно, ожидал, что весь этот бред сейчас закончится, и я снова очнусь привычной для себя палате, ну или на суде Божьем.

Старушка внимательно осмотрела мою шишку, как будто могла увидеть в ней что-то необычное.

- Удивительно, такой удар и никаких последствий на мозг, – задумчиво проговорила она, как будто увидела какое-то чудо. – Вчера всё было гораздо хуже.

Мне было известно, что при сотрясении мозга глаза могут смотреть в разные стороны, имеются также другие симптомы, но женщина каким-то образом определила степень моего здоровья просто посмотрев на шишку. Насчёт мозга тоже сильно удивила, когда об этом упомянула. Из памяти я знал, что здесь что-то вроде средневековья, а в нашем мире в те времена даже сопли считали вытекающим мозгом, то есть понятия не имели, для чего он вообще нужен. Говорила эта женщина на незнакомом мне языке, а я без всякого труда на нём же отвечал.

- Сейчас с тобой поговорят стражники, придётся потерпеть, а позже провожу тебя к родителям, простишься с ними, - сказала травница и с жалостью посмотрела на меня.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы снова не разрыдаться. Интересно, у меня постоянно будут литься слёзы по абсолютно незнакомым мне людям. Стражники были больше похожи на бандитов с большой дороги, а произошедшее двойное убийство их не сильно тревожило. Из этого можно сделать вывод, что такие события происходят нередко.

- Нападающих видел? – Спросил у меня усатый стражник, наверное, главный в этой троице.

- Они были в масках, - честно ответил я. – Темно было, не удалось никого толком рассмотреть, по голове получил почти сразу. Их вроде четверо было, один высокий примерно как вы, а двое пониже, как вот этот стражник, на четвёртого посмотреть не успел, он меня по голове ударил.

- Понятно, - буркнул стражник.

Одеты они все в одинаковую кожаную потёртую броню, вооружены старыми мечами и ножами, явно пользуются ими не первыми, на головах кожаные шлемы. Никаких щитов, разве что поверх накинуты плащи.

- Вы спросите у хозяина этой забегаловки, - посоветовал я. – Моя мать успела закричать, но местная охрана почему-то не поспешила на помощь, а она тут точно есть.

- Одного охранника тоже ранили, - услышал я и в комнату вошёл пузан.

Даже удалось его вспомнить, отец договаривался с ним о постое. Этот же человек доказывал, что тут мы в полной безопасности. Но я был уверен, что именно он навёл на нас бандитов или сам этим промышляет. Помню, сколько людей прибывало в этот город. Наверняка грабят тех, кто побогаче, вполне вероятно, что стражники об этом прекрасно знают, только получают свою долю и помалкивают. Сразу же видно, им абсолютно наплевать на то, что здесь произошло. Больше допрашивать не стали, дружно развернулись и ушли вместе с хозяином гостиницы. Снова пришла травница и потребовала идти с ней. Оставаться в этой комнате как-то не хотелось, я подхватил свои пожитки и пошёл следом.

К моему удивлению, мои вещи не тронули, скорее всего, спешили, поэтому оставили, а вот одежду отца и матери забрали, даже обувью не побрезговали. Моя одежда и обувь лежали под кроватью, может быть, это её и спасло, рядом лежал невеликий заплечный мешок, я даже не знал, что там имеется, но всё равно прихватил. Надеялся посмотреть городок, в котором очутился, но пока не повезло, никто не собирался хоронить родителей этого ребёнка, их просто сожгут в специальных печах. Сейчас два тела лежали на заднем дворе, едва я их увидел, как снова пришлось сдерживать слёзы, мальчишка снова начал прорываться наружу. Хорошо, что не слышу в голове чужую речь, только эмоции. Я подошёл, постоял у тел родителей этого мальчонки и отошёл в сторону, потому что их тут же начали грузить на телегу.

- Всё в порядке? – Спросила у меня старушка-травница.

- Да, - кивнул я. – Почему тела сжигают, а не закапывают, а если родные захотят навестить могилу?

- Крепко тебя по голове приложили, - удивилась она. – Ну-ка присядь, ещё раз посмотрю при хорошем свете.

Я выполнил её команду, она сильно надо мной наклонилась, чуть ли не навалилась.

- Сейчас же уходи с этого постоялого двора, внутрь не заходи, просто уйди, пока тут много народа, - зашептала она. – Головой не верти, за тобой следят.

Похоже, эта травница тоже заодно с преступниками, ну или в курсе того, что здесь происходит. Одно непонятно, почему ночью не прибили этого мальчонку, ведь если всё схвачено, то у этого толстяка не было бы никаких проблем. Впрочем, совет дельный, мне и самому не хотелось оставаться в комнате, где произошло убийство. Чувства ребёнка смог задвинуть подальше, сейчас чувствовал себя хорошо. Кто-то может сказать, что я бессердечный, но за свою жизнь уже много раз видел смерти, и убивали не только взрослых, но даже женщин и детей. Правда, до такого мне удалось не опуститься. Сейчас я старался сохранить нормальное выражение лица, так как радовала лёгкость в моём теле, ещё бы затылок не болел и вообще красота. Если всё это бред воспалённого сознания, то пусть он длится как можно дольше.

- Где тут ещё можно остановиться? – Спросил я тоже шёпотом.

- Постоялых дворов много, но около них постоянно крутится какая-то шушера, - вздохнула старушка. – Ты маленький, поищи сам, вдруг повезёт.

- Понял, - кивнул я и направился к конюшне.

Оставлять свою лошадь и телегу не собирался, мало ли, сколько мне тут придётся прожить, а её можно продать. К тому же там остались кое-какие товары, их тоже хотелось забрать. В местной торговле ничего не смыслю, но обязательно разберусь, не ребёнок же, хотя выгляжу таковым.

- Куда прёшь? – Грубо остановил меня один из охранников с лицом, не слишком обременённым интеллектом.

- За лошадью и телегой, - ответил я, заметив, что хомяк выкатился из таверны и внимательно слушает, следом за ним вышли стражники. До этого момента меня хотел остановить охранник, но не решился. Заходить в конюшню не потребовалось, там не было ни лошади, ни телеги, ни товаров.

- Уважаемый, где всё моё имущество? – Спросил я специально громко, чтобы все слышали. – Вы заверяли, что ничего не пропадёт!

- Эй, парень, а что случилось? – В ворота как раз въехало несколько телег, возможно, с такими же беженцами, они слышали мои слова.

- Моих родителей в этой забегаловке ночью убили, - заявил я так громко, что даже бегающие по двору люди прекратили работать и стали прислушиваться. – А вот этот человек решил забрать себе мою лошадь и телегу, наверное, был в сговоре с бандитами.

- Ты что несёшь? – Прошипел толстяк и сжал кулаки.

Женщины, сидевшие на телегах, тут же стали перешёптываться и вскоре караван развернулся и отправился дальше.

- Верни мою телегу, - снова потребовал я, хотя чувствовал себя неуютно, – иначе останешься без постояльцев, орать могу до самого вечера.

- Украли всё, - развёл руками толстяк, покосившись на стражу, которая только ухмылялась и слушала.

- Тогда плати за превосходную лошадь, крепкую телегу и товар, - краем зрения заметил я бабульку, которая округлившимися глазами смотрела на меня, видно не ожидала подобного поведения от мальца.

- Хорошо, - неожиданно покладисто согласился толстяк, ещё раз переглянувшись с усатым стражником, после этого он достал кошель и передал мне несколько серебряных монет.

- Тут мало, - сказал я.

- И это лишнее, - Видно довёл толстяка, потому что он резко дёрнулся, чтобы выхватить монеты, но не преуспел в своём начинании, я оказался ловчее.

Монеты вроде серебряные, не знаю, насколько их много, но у меня были сомнения, что если даже их мало, то мне дадут спокойно уйти. Этот шакал сунул их мне при всём дворе, впрочем, сам же кричал и требовал. Куда идти не знал, но лучше подальше отсюда, в другой конец города, сейчас только утро, а значит, успею дойти, каким бы крупным ни был этот город. Вряд ли тут всё контролирует одна банда, а пускать друг друга на свою территорию эти деятели не любят, в этом я уверен.

Как оказалось, гостиница была вполне приличной, а по сравнению с другими строениями так вообще красота. За воротами было такое убожество, что не понятно, как эти строения вообще умудряются не разваливаться. На улице вроде бы жара, а под ногами грязь, приходилось двигаться по самому краю, рискуя получить на свою голову помои, которые выльет прилежная домохозяйка. Наверняка все так делают, судя по невыносимой вони.

Двухэтажных зданий было мало, но хватало и таких, тоже старых, похоже, этот район что-то вроде трущоб, народу на улицах много, все куда-то спешили. Я взял в руки мешок, чтобы мои вещи не стащили, уверен, карманников вокруг хватает. Пока они вели себя прилично, потому что хватало и стражи, но уверен, что спокойно могу дойти только до ближайшей подворотни, где меня попытаются лишить одежды. Да, среди остальных я выделялся, многие вообще месили грязь босиком, а одеты в какую-то мешковину. По сравнению с ними я выглядел вполне зажиточным гражданином, но маленьким и беззащитным, которого сам бог велел пощипать.

Тут же за мной увязалась стайка моих ровесников, правда, получили по шее от моего «охранника». Какого именно? Да которого послал толстяк, сразу же удалось его обнаружить, когда сделал вид, что отряхиваю одежду.

Глава 2

Конечно, у меня было желание уйти поближе к центру, даже предпринял попытку это сделать, выйдя на широкую дорогу, по которой двигались люди, но моим надеждам сбыться было не суждено. Как оказалось, нужно специальное разрешение, чтобы пройти к центру, таких как я просто заворачивали. Вдалеке виднелись более приличные дома, по всей видимости там проживала знать, которая не желала жить по соседству с беженцами. Наверняка все желающие не смогут найти себе работу, а значит, будет рост преступности. Я уже успел оценить, сколько мутных личностей находится вокруг, ищущие взглядами свою очередную жертву. Представляю, что здесь ночью творится, не хотелось бы ночевать на улице, без проблем такой ночлег точно не обойдётся.

Мне пришлось пройтись мимо нескольких постоялых дворов, вроде нормальные, но преследователь никуда не делся, нужно как-то стряхивать его с хвоста или вообще убирать. Хорошо, что вслед за мной отправили всего одного. Будь я полон сил, наверное, смог бы справиться и с двумя, но сейчас я мальчишка, которого может скрутить любой крепкий парень.

Заметив впереди проулок, я решительно пошёл туда, мой преследователь резко ускорился. У меня имелся нож, который мне подарил отец на день рождения. Я держал его за поясом, чтобы никто не видел, сейчас нащупал рукоять, но доставать пока не торопился, решил посмотреть, что будет делать слуга толстяка.

Ждать бандита долго не пришлось, он уже устал за мной идти и резко ускорился, видимо знал в этой дыре каждую нору и решил, что это его шанс со мной разобраться. Как оказалось, одним грабежом этот деятель ограничиваться не собирался, у него в руке тоже был нож.

- Прости, парень, - ухмыльнулся он, завидев, что я стою и смотрю на него. – Не люблю детей убивать, но приказ есть приказ.

- Ты из военных, что ли? – Спросил я, внимательно отслеживая действия этого деятеля.

Видно мой вид его слегка удивил, он ожидал увидеть испуганного мальца, который начнёт звать на помощь, а я ещё попытался завести беседу. Может быть, покричал бы, но как-то сомнительно, что на этот крик сбегутся добрые горожане. Отвечать он мне не стал, молча шагнул вперёд, сокращая дистанцию. По глазам было видно, что шутить он не собирался, с таким взглядом убивают. Скорее всего, я у него такой не первый, неизвестно, сколько эти твари вырезали семей беженцев.

Отступать не стал, мы находились в тупике. Вместо этого размахнулся и изо всех сил метнул во врага свой заплечный мешок. Бандит инстинктивно поднял руки, чтобы уберечь свою физиономию от снаряда и на короткое время потерял меня из виду. Когда мешок был отбит им в сторону, я был уже достаточно близко, чтобы ударить бандита ножом в бок. К счастью, кольчуги на нем не было, нож практически не встретил препятствия. Такой прыти от меня этот человек явно не ожидал, он вскрикнул и даже как-то обиженно на меня посмотрел, а через пару секунд получил ещё один удар. Он тоже взмахнул ножом и попытался ударить, но я уже отскочил в сторону.

Он шагнул следом, но ноги его подвели, преследователь завалился за живот, несколько раз дёрнулся, пытаясь подняться, зажимая рану рукой, а после затих. Разумеется, это было не первое моё убийство, но после проделанного руки всё равно предательски дрожали. Я как вор осмотрелся по сторонам, обыскал парня, забрав нож и мелочь из кошеля, а после спешно покинул место преступления. Скоро начнёт темнеть, а я ещё даже гостиницу себе не нашёл, где можно переночевать в относительной безопасности. Нужно всё хорошо обдумать и решить, что делать дальше и чем заниматься. У меня почти не осталось сомнений в том, что это не бред, а моя новая реальность.

Как оказалось, в этом закоулке мы были не одни. Я заметил, как к трупу метнулся человек в каком-то рванье, даже не понял, кто это был, мужчина или женщина. Похоже, этот человек одевал на себя всё, что только попадалось под руку, он начал спешно раздевать бандита. Думаю, минут через пять в этой дыре останется лежать голый труп, а все вещи неудачливого детоубийцы найдут новых владельцев.

Не успел я пройти и сотни метров по оживлённой улице, как за мной снова увязалась толпа подростков. Детей вообще было на удивление много, все в рванье, держались группами. Одетых как я, более-менее прилично, было мало, мне тоже не помешает переодеться, чтобы не выделяться.

К большому сожалению ребятни, по-прежнему следующими за мной, ограбить меня не получилось. Постоялых дворов тут хватало, и я зашёл в ворота очередного, приличного на вид. Имелась даже охрана, которая меня пропустила, несмотря на возраст, видимо приличная одежда делала своё дело. В общем зале хватало народа, но на меня никто не обратил внимания. Пьяные тоже были, но они ещё не дошли до того состояния, при котором хочется развлечений за счёт сопляка. Я сразу же направился к столу, за которым стоял хозяин данного заведения. Из памяти предшественника я знал, что именно тот, кто разливает напитки, часто является хозяином таверн и постоялых дворов. Не знаю, почему в этом мире так, но факт остаётся фактом. Мужчина, едва я только приблизился, окинул меня взглядом и приподнял левую бровь.

- Здравствуйте, уважаемый, - вежливо поздоровался я. – У вас есть свободные комнаты?

- А деньги у тебя есть? – Вопросил он.

- Немного, - улыбнулся я, – на комнату должно хватить.