Страница 8 из 10
– И как ты смогла сбежать?
– Я была не одна. Мы все попали.
– Все? Это кто?
– Я, Юджин, Рико…
– А, понял…
В этот момент я заметил в небе точку и сосредоточил свое внимание на ней.
Это ли не наша платформа?
Но почему она идет откуда-то справа? Ведь город по идее…
Тут-то до меня дошло, я вскочил на ноги.
– Либерти! Платформа!
– О! Отлично. А то я уже…
– Это не наша! Это корпораты!
– Твою же…
– Нужно срочно выводить людей из лагеря. Уйдем в леса. Может, так удастся скрыться.
– Сколько у нас есть времени?
Я прикинул расстояние до точки.
– Минут пятнадцать от силы. Может и того меньше. Нужно уходить быстро, прежде чем они нас засекут. Пусть летят в лагерь, садятся и угадывают, что здесь случилось. Мы за это время успеем отойти подальше и свяжемся с нашей платформой. Если они рядом – пусть садятся. Мы до них дойдем пешком.
– Поняла. Поднимаю людей…
Либерти не подвела. Уже через пять минут я увидел вереницу людей, которые через пролом в стене покидали территорию санатория.
Бросив взгляд на небо, я несколько секунд рассматривал приближающуюся платформу.
Может, я ошибся? Может, это все же наши?
Нет. Незачем себя обманывать. Это точно корпораты. Вон, отсюда даже надстройки на палубе отлично видно. А на нашей платформе мы их разломали, чтобы было больше места.
Я развернулся и пошагал к лестнице.
Сбежав вниз, я пересек двор и подбежал к пролому в стене, затем обернулся, рассматривая двор.
Вот и все. Концлагерь «РоботЭкс» перестал существовать. Туда ему и дорога…
Глава 6 Опасность на каждом шагу
Я быстро нагнал удаляющийся отряд. К моему счастью, замыкающей шла Либерти.
– Ну и где тебя носит? – сварливо спросила она. – Уж думала, придется за тобой возвращаться.
– Да… – я отмахнулся.
Не признаваться же ей, что торчал на крыше и, как идиот, до последнего надеялся, что ошибся, что приближающаяся платформа – наша.
– Так, ты сильно не разгоняйся, – Либерти схватила и придержала меня за руку.
– Что? В смысле?
– Я сказала ребятам, чтобы увели пленников подальше и затаились. Бедолаги все равно много не пройдут, им нужен отдых. А мы их нагоним.
– Нагоним? Что ты задумала?
– Я видела на востоке от санатория холм. Взберемся на него и осмотримся.
– Зачем?
– Хочу узнать, что будут делать корпораты. Не вычислят ли сразу, куда мы ушли.
– Если так – тогда никакого отдыха бывшим пленникам давать нельзя. Нужно уходить как можно дальше.
– Вымотаем их, и завтра они уже и шага ступить не смогут, – покачала головой Либерти, – а нам ведь еще нужно добраться до нашей платформы. А перед этим еще и связаться с ней. С холма должно получиться.
– Вы так и не связались с нашими? – удивился я.
– Нет, – ответила Либерти, – наверное, были слишком далеко…
Ну, наша рация действительно никакая, но на платформе стоит вполне приличная. Хотя… Это ведь Лима-Каприз. Очень может быть, что между нами и платформой не такое уж большое расстояние. Зато имеется аномалия, которая глушит сигнал. Это встречается сплошь и рядом.
Эх, жаль, что аналоговая станция, которой плевать на все эти аномалии, есть только на платформе…
Но ближе к теме. Либерти права – нужно во что бы то ни стало связаться с нашими, предупредить их, чтобы они не летели к санаторию, а немедленно сели и ждали нас. Мы уж как-то добремся до них пехом.
– Так. Тогда давай на холм, – сказал я Либерти, – хочешь – следи за корпоратами, но я буду пытаться связаться с нашими.
– Как скажешь…
***
Как оказалось, самая легкая часть плана (подразумевающая подъем на холм) оказалось неимоверно изматывающей. За пределами санатория были самые настоящие джунгли, пробираться через которые стало тем еще испытанием.
И все же мы с Либерти, работая ножами, смогли продраться через заросли и наконец-то оказались на холме.
Здесь я разместился с рацией дальней связи, а Либерти принялась наблюдать за лагерем.
– Облако, Облако! Я Еж! Как слышно?! – повторял я, в надежде получить ответ. – Облако! Как слышно…
Продолжалось это минут пять, и когда я в очередной раз начал тараторить уже набившую оскомину фразу, Либерти не выдержала.
– Не слышат они! Похоже, Еж, сегодня нам на белогривых лошадках не покататься…
– Чего? – нахмурился я.
– Ничего, – отмахнулась Либерти, – из мультика вспомнилось…
– А…понятно. А у тебя там как?
– Да как? Корпораты как тараканы ползают по базе, пытаясь понять что произошло. Надеюсь, купятся на следы, что мы им оставили.
– Следы? – не понял я.
– Я специально приказала садить платформу на заднем дворе возле третьего корпуса, – пояснила она. – Там все песком занесло и отпечатки отлично видно. Даже такие тупицы, как «РоботЭкс», должны смекнуть, что людей вывезли на платформе.
– Но ведь так и было, – не понял я.
– Ага. Часть вывезли, а часть ушла пешком и сейчас недалеко от лагеря, – кивнула Либерти. – А я хочу, чтобы корпораты решили, будто мы все улетели и никого в погоню не отправляли. Иначе, сам понимаешь, нам придется несладко.
– Теперь понял, – хмыкнул я, – а как насчет следов у пролома? Там ведь такая толпа прошагала…
– Там такие заросли, что могут и не заметить, – ответила Либерти. – Пока, кстати, и не заметили…
– Хорошо бы, – вздохнул я.
Одна мысль о том, что нам придется бежать через джунгли от преследующих киберов, ввергала меня в уныние.
– Давай, вызывай еще наших! – напомнила мне Либерти.
– Так не отвечают, сама же слышала.
– Тогда не отвечали, сейчас могут и ответить… Может, аномалия где-то совсем рядом. Пройдут ее и засекут их корпораты, тогда все, капец…
Я кивнул. Тут она права.
– Облако, Облако! На связь…
– Облако на связи! Что случилось, Еж? – рация вдруг ответила, и я даже подпрыгнул от неожиданности.
– Облако! Сколько вам до точки?
– Километров…десять, наверное, – отозвалась рация.
– Немедленно на посадку! – затараторил я. – Как поняли? Быстро садитесь! На точке противник.
– Вот ведь, блин… Понял вас, Еж, иду на посадку.
– Дайте координаты. Мы к вам сами дойдем.
– Понял вас. Сбрасываю…
Координаты с платформы сбросили нашим стандартным шифром. Пока ничего сложнее не требовалось – корпораты, насколько мы знали, аналоговой связи не имели, и даже еще не поняли, что мы ее вовсю использовали.
Что ж, дело сделано. С платформой мы связались, убедились, что корпораты нас не преследуют, а значит можно возвращаться…
Спуск с холма, вопреки моим надеждам, был не намного легче, чем подъем. Я просто в шоке от того, как джунгли быстро отвоевывают свои территории. Ведь сколько прошло? Пара часов с момента, как мы продирались наверх, и что? Вот по прошествии этих двух часов мы возвращаемся, и пробитая нами тропа уже вовсю зарастает – притоптанная трава поднялась, свисают какие-то лианы, на пути попадаются здоровенные ветки папоротников. Откуда они, мать их, взялись?
Мы шли долго, часа полтора, и путешествие наше превратилось в жутко монотонное занятие, где чтобы сделать шаг, нужно еще помахать тесаком, освобождая себе дорогу. Или точнее прорубая ее…
– Вот тут наши шли! – голос Либерти словно бы вырвал меня из анабиоза. Только что я шел, словно робот, совершенно автоматически махая ножом и шагая вперед.
Я огляделся. Как она вообще поняла, что здесь прошел отряд?
С горем пополам я смог увидеть тропку, пробитую нашими в джунглях. Вот только тропка эта выглядела так, будто тут шел один, максимум два человека, но уж никак не отряд из нескольких дюжин людей.
– Охренеть, как все зарастает! – не удержался, чтобы не отметить этот факт, я. – Несколько часов ‒ и корпораты даже если и догадаются, что мы пешком ушли, хрен уже найдут эту тропу. Ее тупо не будет.
– Это да, – вздохнула Либерти, – джунгли быстро восстанавливаются… Ненавижу, блин, джунгли…
Судя по ее лицу, она вспомнила что-то из прошлого, что-то не особо приятное. Но я решил не лезть с расспросами – и не до этого, и незачем бередить старые раны.
Мы вдвоем отправились нагонять наших людей, и спустя часа четыре добрались до более-менее чистой поляны, на которой почему-то было не так много растительности, зато имелся небольшой ручеек, из которого вода была неимоверно вкусной и холодной.
Именно на этой поляне отряд и решил разбить лагерь.
Что ж, должен признать, неплохое место – места хватит на всех. А главное – над нами, будто купол, сомкнулись джунгли – даже если корпораты начнут разыскивать нас с воздуха, заметить лагерь сверху невозможно, мы великолепно скрыты растительностью.
Что касается людей – бойцы выглядели уставшими. Ну, еще бы – нам сегодня пришлось повоевать. Но и пленники, несмотря на первые восторги, после того, как первое опьянение от обретенной свободы прошло, были совершенно выжатыми – все же сколько им пришлось сидеть взаперти? А теперь за один день отмахать не по самой легкой местности сколько-то километров – то еще испытание для неподготовленных.
Так что когда мы с Либерти появились, некоторые уже и вовсе спали, хотя до вечерних сумерек еще было долго.
Тем не менее, едва я напился воды из ручья, меня тоже разморило.
Мы определили очередность смен (как бы ни казалось тут безопасно, а не выставить часовых было бы верхом глупости), и большая часть людей завалилась спать…
***
Моя смена наступила в четыре утра. Один из бойцов бесцеремонно разбудил меня, буркнув, что настала моя очередь, после чего отошел на пару метров, улегся на свободное место и практически сразу захрапел.
Я потянулся, зевнул и поднялся на ноги.
Ну что же, пора за работу…
В качестве поста я выбрал заваленное бревно, у которого бродил кругами, вглядываясь и вслушиваясь в окружавший нас лес.
Ничего подозрительного я не слышал, хотя лес орал и кричал на разные голоса.
