Страница 5 из 10
Он отложил вилку и посмотрел на меня внимательно.
— А если они и тебя тронут? Ты же не боишься?
— Я что, по-твоему, совсем отбитая на голову? Они в натуре ещё страшней, чем на картах. Я соль с собой возьму и травы, ну и буду тростью отбиваться, если что. И это, ещё надо найти фонарь по типу керосинового. Они не любят открытого огня.
— Ты их собралась солить, что ли? — хихикнул Олег. — Да и чем тебя не устраивает обычный фонарик на телефоне?
— Ты меня каким местом слушаешь? Они не любят огонь, — проговорила я по слогам. — И соль им тоже не нравится.
— На данный момент не могу тебе помочь с фонарём, — пожал он плечами, уплетая свою лапшу. — Бери свечи, спички и зажигалку.
— Какой ты умный, и что бы я без тебя делала? — проворчала я. — Если бы ты не припёрся, то я бы себе спокойно смотрела сериальчик.
— Ты сама мне их показала, — фыркнул Олег, наматывая лапшу на вилку.
— Не ври. Если бы ты не схватил карту, то ничего такого не увидел. Так что сам виноват, нечего было совать свой любопытный нос куда не надо.
— Ладно, хватит препираться, давай одевайся. Или ты поедешь на канал в этой пижаме?
— Зануда, — фыркнула я. — Понесёшь мой рюкзак.
— Как скажешь, дорогая, — кивнул он и продолжил с удовольствием есть.
Я сложила в рюкзак вторую смену одежды, полотенце, затем мешочек с солью и мешочек с травами, несколько травяных скруток, свечи, бутылку воды и парочку сладких батончиков. Ну и отправила туда же маленькую бутылочку с настойкой.
— Ты в поход, что ли, собралась? — поинтересовался Олег, смотря, как я всё это собираю.
— В последний раз, когда я видела этих тварей, мне пришлось не по своей воле искупаться в канале. И я благодарна тому, что кто-то подумал о сухой одежде. Правда, он же меня и скинул в воду, — пробормотала я и пошла переодеваться.
На себя я натянула спортивный костюм, тёплые носки и ветровку.
— Круто, — оценил меня Олег. — Прямо спортсменка, если бы не эта дурацкая трость. Ты в аварию попала?
— Нет, меня избили, — спокойно ответила я.
— Муж?
— Нет, это старая история, — поморщилась я. — Ты доел?
— Ага, — кивнул он, собирая всё со стола.
— Тогда дуй в туалет, а потом поедем. Надо такси вызвать, — я потянулась за телефоном.
— Я на машине, — ответил Олег. — А в туалет зачем?
— Чтобы на канале не захотелось, — спокойно ответила я. - А то схватят тебя за причинное место и уволокут трапезничать. Вдруг им остренького захочется, - я намекнула ему на острую еду.
— Ох и шуточки у тебя. Слушай, а ты правда их видела?
— Так же, как тебя сейчас.
— Понятно, - ОЛег задумчиво почесал затылок.
Он вышел из комнаты. Я поковыляла в коридор и села обуваться. Через пару минут Олег вернулся из туалета, подхватил мой рюкзак и сунул ноги в туфли.
— Возьми мешочек с солью на всякий случай, — я протянула ему соль.
— Окей, — забрал он его у меня из рук и запихнул в карман. — Серебро там, колья не нужны?
— А у тебя есть? — поинтересовалась я, поднимаясь со своего места и беря трость.
— В машине лежат осиновые колья. Купил сегодня в специализированном магазине.
— Серьёзно? — я с удивлением на него посмотрела. — У нас есть такие магазины?
— В этом городе чего только нет, - он улыбнулся грустно.
Мы вышли из дома и отправились за новыми приключениями.
Глава 6 Они ждали?
— Куда поедем? — спросил Олег, заводя машину.
— Не знаю. Я последний раз этих тварей видела на Фонтанке, - ответила я.
— Окей, значит, двинем на Фонтанку, — кивнул он.
Я устроилась на переднем сиденье, положила трость между коленями и пристегнулась. Машина у Олега оказалась старенькой и вполне ухоженной — внутри пахло кожей и мятным освежителем. Он ловко вырулил со двора и направился в сторону центра.
— А ты часто по ночам катаешься? — спросила я, чтобы хоть как-то разрядить тишину.
— По ночам предпочитаю спать, — ответил он, не отрываясь от дороги. — Не вижу смысла в покатушках по ночному городу. Хотя сегодня, наверное, самый странный вечер в моей жизни.
— Поверь, у меня таких странных вечеров было больше, чем у тебя за всю жизнь.
— Верю, — усмехнулся он. — Ты вообще кто по жизни, Аделаида? Ну, кроме гадалки?
— Давно мне таких вопросов не задавали, — хохотнула я. — А ты с какой целью интересуешься?
— Ну, если хочешь, я могу помочь тебе разобраться во всей этой ерунде, — сказал он просто. — Не знаю, в чём именно, но я умею слушать, и у меня есть машина и осиновые колья в багажнике.
Я улыбнулась. Несмотря на весь его дурацкий юмор, в нём чувствовалась какая-то искренняя теплота.
— Спасибо, Олег. Я учту. Как ты думаешь, почему они прилепились именно к тебе? — поинтересовалась я.
— Я не знаю, — пожал он плечами. — Они же рыбы. Какие могут мотивы у рыб?
— Что они тебе обещали? — спросила я.
— Покой, и… — он запнулся.
— И ещё что?
— Бескорыстную любовь, — выдохнул Олег. — И они так шепчут, что хочется поверить в это.
— Ну да, дамочки умеют уговаривать, — усмехнулась я. — Это их хлеб, вернее мясо.
— Бррр, — он повёл плечами. — Я запомню эту фразу.
— Пользуйся, — усмехнулась я.
Мы подъехали к набережной Фонтанки. Ночь стояла безветренная, почти безлюдная, кое-где бродили туристы и снимали всё на телефон. Вода блестела под фонарями, отражая жёлтые блики. Я вышла из машины, опираясь на трость, и огляделась. Всё выглядело спокойно.
— Пока никаких голосов, — сказал Олег, прислушиваясь. — Может, они ушли?
— Они не уходят, — ответила я. — Они здесь живут и ждут.
Я сделала пару шагов к воде и остановилась.
— Это не моя трость, — проговорила я, рассматривая её.
— А чья? Или ты думаешь, что я её тебе подменил? — спросил он с удивлением. — Ты с ней вышла из дома.
— Угу, — кивнула я. — Один человек забыл её у меня, и я, кажется, схватила её по ошибке.
Я задумчиво рассматривала трость.
— Простите, — кто-то тронул моё плечо.
Я резко обернулась, сжимая трость. Передо мной стояла невысокая женщина в длинном тёмном пальто и платке, повязанном на бабушкин манер. Её лицо было бледным, а глаза слишком светлыми, почти прозрачными, как вода в канале. От неё пахло какой-то затхлостью, словно её вещи долго лежали где-то во влажном помещении, а потом их просто просушили, не стирая.
— Вы Аделаида? — спросила она тихо.
— Допустим, — ответила я настороженно. — А вы кто?
— Меня зовут Мила, — она перевела взгляд на трость у меня в руках и едва заметно улыбнулась. — Я ищу вас уже несколько дней. Соседка сказала, что вы гадаете на Лиговке, но я опоздала, вы уже уехали. А потом увидела вас здесь, у воды.
— И поняли, что это я? - я с недоверием на нее посмотрела.
— Да, - кивнула она.
Олег шагнул ко мне, вставая чуть сзади.
— А вы, простите, зачем её искали? — спросил он с плохо скрытой подозрительностью.
Женщина посмотрела на него, затем перевела свой взгляд на меня, и я заметила, как её пальцы нервно теребят край платка.
— Мне нужна помощь. У меня пропал муж. Три дня назад он вышел из дома и не вернулся. Я обошла все больницы, морги, полицию — бесполезно. А потом мне приснился сон, где он стоял по пояс в воде и звал меня. Когда я проснулась, я поняла: мне нужно найти тех, кто видит то, что скрыто. Мне сказали, что вы одна из таких.
Я переглянулась с Олегом. Он молчал, но по его лицу было видно, что он напрягся.
— А где именно вы живёте? — спросила я. — И где он мог пропасть?
— На Мойке, — ответила Мила. — Он вышел ночью проветриться, так и не вернулся. Когда я пришла на набережную утром, нашла у воды вот это.
Она протянула руку и разжала ладонь. На её ладони лежал блестящий значок.
— Значит, говорите, искали меня на Лиговке? — задумчиво проговорила я.
— Да, соседка сказала, что вы там принимаете, — кивнула она.
— Что за соседка? — продолжила я допытываться, нащупывая в кармане мешочек с солью.
— Ну такая светленькая. Вы посмотрите, что я нашла, — она так и стояла с протянутой рукой, в которой поблескивал значок.
— Поближе можно? — попросила я. — А то я плохо вижу в темноте.
Она сделала ко мне один шаг, я выхватила из кармана мешочек с солью и высыпала ей в открытую ладонь. Её кожа тут же покрылась волдырями. Женщина зашипела и отшатнулась, тряся рукой. Соль посыпалась на асфальт, а на её ладони остались красные, влажные пятна, которые на глазах начинали затягиваться чешуёй. Её почти прозрачные глаза потемнели, и в них мелькнула ярость.
— Ты… — прошипела она. — Ты знаешь?
— От тебя пахнет тиной, и никто из ныне живущих не знает, что я когда-то принимала на Лиговке, — спокойно ответила я, отступая на шаг и поднимая трость.
Она оскалилась, и я увидела во рту не человеческие зубы, а тонкие острые иглы. Платок сполз, открывая бледную шею с тёмными прожилками, похожими на жаберные щели.
Олег схватил меня за локоть и потянул назад.
— Это одна из этих тварей? — быстро спросил он.
— А ты сам, как думаешь? Она из них, — подтвердила я.
«Мила» сделала шаг вперёд, но остановилась, не решаясь пересечь невидимую черту, где на асфальте осталась соль. Её ладонь всё ещё дымилась, и она с ненавистью и злостью смотрела на меня.
— Ты не имеешь права, — проговорила она. — Ты не хранительница и не охотница. Ты просто девочка, которая случайно прошла сквозь туман.
— Что за бред? — не поняла я. — На что я не имею права и кто это решил?
Я сжала трость, и в камнях на её набалдашнике отразился свет от фонарей. Мне хватило присутствия духа не показывать страха. Тварь прищурилась, принюхалась, и вдруг её лицо исказилось в улыбке.
— Ты думаешь, я одна? — спросила она. — Нас много и мы уже здесь. Не все в каналах, Аделаида. Некоторые уже ходят среди вас, притворяются людьми, и мы ищем не только мужчин.
Она сделала ещё один шаг, и её нога ступила прямо на соль. Однако ничего не произошло, и она пошла дальше, пытаясь меня схватить.
— Э, руки прочь от Аделаиды! — крикнула я и звезданула её прямо в лоб тростью.
И тут произошло то, чего я не ожидала. Трость в моей руке вспыхнула тусклым зелёным светом, и набалдашник будто бы ожил — камни засияли, а по моей ладони пробежал разряд, от которого я чуть не выронила её. «Мила» замерла на мгновение, и её лицо исказилось в гримасе боли. По её лбу побежала тонкая сетка трещин, как по старой глине, и из них повалил серый пар. Она попятилась, прикрывая лицо руками.
— Ух ты, — выдохнула я с удивлением. — Как-то неожиданно.
