Читать «Охотники за потусторонним. Книга вторая» — Евгений Прядеев онлайн
Страница 5 из 7
Семен долго собирался с мыслями, но начал складно.
— Мужик стоит, смотрит на меня. Даже чуть поверх меня как будто. Холодом повеяло, хотя ветра не было, это точно помню. Я коробку закрыл, под спецовку спрятал, вставать начал. Думаю, сейчас скажет, что коробка его, проблемы будут — докажи, что прав! Попятился назад, обернулся бежать — а он уже у меня за спиной стоит! Я так деру дал, что ногу подвернул. Бросил все в машину и бегом в церковь.
— Почему именно в Пятницкую?
— Да туда ближе всего было от машины. Как побросал внутрь все, так и бросился туда. В жизни так не крестился. Напросился на исповедь, вытащил отца Павла наружу, а ведь он не хотел. Показал то место — и снова этот мужик.
— Быстрый мужик был там? — задался вопросом Кащей.
— Смешного ничего нет. И да, он там был. Его отец Павел святой водой обрызнул — и все. Готово дело. Думаю, вот так да. Призрак. Дух. Не растворяются же люди от воды, даже от святой?
— Нет, конечно, — ответил Георгий. — Вы рассказывайте дальше, мы версию отца Павла уже слышали.
— А, да? — немного растерялся Семен.
— Да-да. Вы же на следующий день зачем-то туда снова пошли?
— Конечно. Надо было убедиться, что все в порядке. На этот раз пошел без металлоискателя. Налегке. Пришел, походил — опять мужик. Я ждать не стал, сразу в церковь, отыскал отца Павла. Вот он — не поверил. Говорит, не бывает такого. Да он, собственно, и в первый раз не поверил. Но пошел со мной. На этот раз книжку какую-то взял.
— Молитвослов, — утвердительно произнес Георгий.
— Не знаю, но начал шпарить по этому призраку. Я в кино такого не видел. Прям орал на него. И тот опять исчез. До следующего дня. В общем, из-за этого отца Павла и уволили. Из-за этого духа.
— Интересная интерпретация событий, — задумался Ворон. — Вины ни вашей, ни священника нет, по большому счету. Вероятно, он не предупредил настоятеля о своих действиях из-за того, что вы его так резво вытащили. Еще раз опишите место, где все происходило, нам надо самим его посмотреть.
Когда Семен описал в точности место, где он встретил духа, Ворон с Кащеем успокоили его обещанием помощи отцу Павлу, распрощались и сели в машину.
— Странный мужик обернулся странными алкашами, — задумчиво проговорил Георгий. — За просто так не отдают такое дорогое снаряжение.
— Думаешь, все было подстроено? — Синев завел двигатель и вывел «буханку» на дорогу. — Как по мне — так бывший мент, который монетки собирает, куда подозрительнее.
— Давай к бабулям, — выдал Ворон. — Спросим у них еще кое-что.
Бабули уже собирались было уйти с палящего солнца, но, завидев их, остановились, готовые оказать любое содействие в поисках мошенников.
— Уважаемые, дело вот какое, — заговорил с ними Кащей, а бабули улыбались ему во все некогда тридцать два, — Семен сказал, что ему продали ту штуку, с которой он тут вдоль берега ходит. А вам предлагали?
— Да, — кивнула одна. — Да накой он нам? Сорок тыщ запросили!
— Точно?
— Это ж больше моей пенсии, я запомнила! Так что точно, милок, точно!
— Вот и стало все понятно, — заявил Ворон, в очередной раз хлопнув дверью «буханки». — Целенаправленно к нему шли, иначе бы всем одну цену предлагали.
— Как сказать, — Кащей закусил губу. — А дар-то работает.
— Не расходуй зря, пожалуйста, — попросил Ворон.
— Само собой, — Синев вырулил на дорогу.
Они не спешили, сделавшись еще осторожнее прежнего. Уазик прокатил мимо патрульного автомобиля. Костик притормозил — за рулем мирно храпел полицейский. Покачав головой, он направил машину в сторону Пятницкой церкви.
Глава 5. Дух (окончание)
Костик выбрался из «буханки», на всякий случай переобувшись в резиновые сапоги, спустился с дороги и встал у самой кромки воды, засунув руки в карманы. Неторопливо бегущая река с легкой дымкой завораживала. Ну и где, спрашивается, искать этого духа?
Повернувшись спиной к реке, он внимательно изучил позицию. Слева — мост. Перед лицом — Пятницкая. Дальше, отчасти скрытая растительностью, дача или дом, который называли купеческим. Значит, надо было идти еще дальше.
Кащей прошел метров триста, покрутил головой и нашел место раскопок, еще не успевшее зарасти травой.
— Здравствуйте, — с легким акцентом проговорил человек, неожиданно показавшийся в поле зрения.
— Здрасьте, — встрепенулся Кощей.
— Не поможете ли? — человек держался на расстоянии пары метров, точно опасаясь подходить ближе.
Синев внимательно посмотрел на незнакомца — мягкие черты лица, взлохмаченные волосы, грязь на щеке, мутные глаза. Явно давно не стиранная рубаха и такие же штаны непонятного цвета. Мужчина стоял рядом и как-то странно, требовательно что ли, смотрел на Кащея.
— Не курю, не пью и мелочи нет, — сказал Костик, досадуя, что его одиночество прервал какой-то непонятный бомж.
— Не поможете ли? — повторил вопрос незнакомец тем же ровным тоном.
Кощей промолчал. Интуиция подсказывала, что сейчас лучше захлопнуть рот и не вступать ни в какие диалоги.
— Кто ты такой? — спросил он и отступил на шаг назад.
— Не поможете ли? — с жуткой монотонностью повторил оборванец.
Костик прощупал почву и шагнул назад снова — упасть на ровном месте не хотелось. Шагнул и тут же развернулся.
— Не поможете ли? — в паре метров от него, но снова перед лицом, стоял тот же самый оборванец.
— Да как ты… — по спине пробежал холодок.
— Не поможете ли? — без настойчивости продолжил незнакомец.
Акцент был странным, то ли стершимся за долгое время ассимиляции на новом месте, то ли древним. Ни то, ни другое Костику не нравилось. Перед ним явно стоял тот самый призрак, о котором говорил отец Павел. А он, как дурак, был здесь без всего: ни серебра, ни соли — все в «буханке» оставил, злясь про себя на Ворона, который его сюда отправил.
Укоряя себя за забывчивость, Кощей вытащил руки из карманов и посмотрел на них: пальцы подрагивали. Соглашаться он не собирался, но дух явно напрашивался на диалог.
— Чем помочь?
Оборванец будто встрепенулся, оживился, причем черты его лица стали чуточку четче, разве что глаза не прояснились.
— Ищу. Сына. Не поможете ли? — отрывисто, будто подбирая слова давно забытого языка проговорил оборванец.
— Сына? — Костик поежился от сбегающих к копчику мурашек. Волосы на руках уже давно встали дыбом.
— Сына. Знаете такого? Поможете мне?
— Не знаю, — ляпнул Кощей и тут же чертыхнулся про себя.
В невыносимо жаркий летний день его тут же точно волной холода обдало.
— Сына. Был здесь. Ушел. Ищу, — уже быстрее, но все так же отрывисто продолжил оборванец. — Знаете его?
Костик непроизвольно сделал шаг назад, опасаясь новой волны призрачного холода. Резкая смена тона делала встречу с духом совсем непредсказуемой.
— Не знаю его. Но…
— Не знаете. Не поможете! — затараторил призрак. — А он был. Он ушел. А вы не поможете.
Еще одна волна холода ударила по Костику еще более ощутимо, заставив покачнуться.
— Не поможете. Не поможете!
По траве пронесся ветер столь ледяной, что кончики травинок покрылись инеем. Кощей поднял глаза на призрака как раз в тот момент, когда очередная волна ударила его в грудь.
«Посреди бела дня», только и успел подумать Костик, улетая в Волгу.
Ворон, отправив к реке Костика, некоторое время еще сидел в машине, размышляя о том, что всё может оказаться сложнее, чем кажется. Худший вариант, если окажется, что странный тип, который заходил к отцу Павлу, и болтал про духа, из его старой братии. Обман, провокация, лишение сана — конечно, кто-то мог и просто ради развлечения поиздеваться над стариком-священником, но раз уж куратор отправил их в Старицу, во всем надо было искать смысл.
Отец Павел кому-то мешал. Кому?
Ворон сидел и внимательно осматривал округу — не хватало столкнуться лоб в лоб с кем-нибудь из своих же. Убедившись, что все в порядке, он вышел и поспешил к берегу реки, предпочитая не спускаться к воде, а пройти грунтовкой, с нее берег и гладь воды лежали как на ладони.
Склон зеленел травой, легкий ветерок шевелил волосы. Наверное место можно было назвать романтичным, так что Ворон даже поддался не слишком знакомому для себя чувству и некой отрешенностью наблюдал с вершины склона за зрелищным полетом Костика прямо в реку и спокойно разглядывал виновника этого происшествия: фигуру, что растворилась за секунду, как только он сосредоточил на ней свой взгляд.
— Вот же урод! — плевался Кощей, вылезая из воды. Речка оказалась неглубокой, и он без труда нащупал дно, едва вода сомкнулась над ним. Но сапоги были полны воды, а одежда насквозь промокла.
Ворон встряхнулся и сбросил с себя романтичное оцепенение, поспешив на помощь к товарищу. Протянув руку, он помог Костику выбраться из воды, внимательно осмотрел его, а потом сразу же округу и склон.
Прошла минута, затем другая, но вопреки ожиданий Ворона, никто не появился. Значит, что? Вся затея с призраком действительно нужна лишь ради того, чтобы убрать священника?
— Кащей, ты как? Живой?
— Да нормально все со мной! — Костик дрожал от холода, и непохоже. Что виной тому была лишь холодная вода в речке. Кащей стянул сапоги, вылил из каждого воду и уставился на Ворона. — Живой. Здоровый. Вот только озяб немножко.
— Ну-ну, — усмехнулся Георгий. — То-то ты искупнуться решил. Ладно-ладно, видел я все.
— Ну, раз видел, то тогда зачем спрашиваешь? Поехали! — Кощей, подрагивая, натянул обратно мокрые сапоги. — Доберемся до отца Павла, поговорим по душам, что его призраки тут вытворяют.
Вопросов и впрямь было много, другой вопрос, точно ли отцу Павлу надо их задавать.
Поднять сильного духа — такая еще задачка. Нет, ритуал, само собой, еще сложнее, но обычно вызванные любителями пошутить духи могли только чашки со стола скидывать. А тут явно постарались и приложили множество усилий.
— Может, переоденешься? — спросил Ворон, глядя на друга.
— Так поеду, пусть его… совесть загложет, — сердито бурчал Костик, запрыгивая в «буханку».
Даже несмотря на то, что Кащей пытался сдерживаться и не гнать, до отца Павла они добрались буквально через десять минут.
— Отец Павел! — Синев забарабанил в калитку, перекрывая грохотом шум соседского триммера. — Отец Павел!
— Ась? — та распахнулась в ответ резко, едва не задев нос Костика. — Вы уже вернулись?
— А может, мы пройдем? — почти прошипел Кощей. — Уж будьте так любезны!
— Да, конечно, — с самым невинным видом посторонился отец Павел.
Они вошли, священник уже привычно отправился к чайнику на окошке, налил воды в стакан, когда Костик заявил:
— Почему сразу нельзя было сказать, что он такой сильный?
Хозяин дома вздрогнул, стакан выпал из его руки и разбился вдребезги. Сам он при этом замер, как статуя.
— Отец Павел, — позвал его Ворон, и тот вздрогнул, глянув испуганно на пару гостей:
— Чего? — взгляд при этом метался между обоими, пока наконец, он не решил окатить из чайника сперва Кощея, а потом уже и Ворона.
— Ну мне мало вот в Волге поплавать было! — полурасстроенно-полувозмущенно заявил Костик.
— Так вы… вы… живые?
— В смысле — живые? — Кощей чуть не сел прямо на пол.
— Ой, да вы… ну, к столу, в общем, — отец Павел бочком приблизился к Синеву, слегка кивнул Ворону и обоих пригласил к столу.
— Да все мы живые люди, святой отец, — сказал Ворон, пытаясь успокоить священника и одновременно с этим вытереть лицо. — Но мы действительно работаем со всякой нечистью. То есть, против, конечно же.
— Отец Павел, — Кощей явно с трудом сдерживал раздражение. — Вы его действительно видели?
— Духа? Да.
— Разговаривали?
— Раз… А с ними что, разговаривать можно? — лицо священника вытянулось от изумления.
— Можно и даже нужно, — добавил Ворон.
— Только вы-то с ним тогда что делали? — поинтересовался Кощей. — Солью кидались, да водой обливали? И все? — с нажимом уточнил он.
— Ну да, — продолжил отец Павел, смутившись так, что старческое загорелое лицо вдруг стало пунцовым.
— И все?
— Да.