Наконец, я сел на место водителя ещё раз, теперь уже с чувством, что это надолго. Да, стоит заняться и переделать тачку под себя, чтобы этого не заметили. Но документы готовы, осталось только выехать.
Заметил, как за мной посматривают, ведь боятся, что я разобью её. Но волноваться нечего. Выехал без выкрутасов и поехал по улице, держа обе руки на руле.
Пока привыкал к габаритам и управляемости китайского кроссовера. Отрегулировал крышу, сделав умное стекло чуть более светлым и прозрачным. Сматерился на самокатчиков, которые выскочили перед носом, и дважды моргнул фарами встречному, когда проехал мимо тачки ДПС.
У Тумана была мода ехать по лужам на скорости, но я сбавлял, чтобы никого не облить, а то дождь зарядил, и лужи росли. Скорость не превышал, не гнал, но такая тачка может разогнаться очень быстро. Хотя максималка у неё ограничена электроникой.
Дворники работали сами, без моего участия. Смотрел разные режимы вождения, которые можно менять прямо на экране, вплоть до регулирования подвески, настраивал системы помощи водителю, вроде удержания на полосе и даже системы ночного видения через эти многочисленные камеры в корпусе, чтобы я не задавил кого-нибудь ночью. Ну и климат-контроль потыкал, чтобы было посвежее в салоне.
Тут функций дохрена. Камера в салоне меня сняла, запомнив как владельца, даже написала моё имя. Теперь не просто уважаемый владелец Voyah Free, как было по умолчанию, а Вадим Александрович.
Сделал круг по району, привыкая не только к машине, но и официальному статусу. Ведь не прячусь, права настоящие и машина легальная. Причём личная, оформленная.
Так что тут палка о двух концах. Прятаться не надо, но если что, то меня найдут сразу, как по камерам, и по следам, которые оставляет бортовая система. Один выход в сеть, и весь Китай будет знать, куда я поехал. И коллеги, разумеется.
Поэтому надо заранее придумать, как я это исправлю. Думаю, потом заведу вторую машину, которая будет отделана по последнему слову шпионской техники.
Как было у Тумана. У него был «мерс» для представительских расходов и «фольксваген пассат», пострадавший при аварии с Турком. Так что Турок должен мне машину, и я всё ещё оглядываю двор в поисках тачек, которые так и не двинулись с места за эти недели.
Их уже осталось меньше. Но это потом.
— Домой, пора домой, — доносилось из мультимедийной системы, к которой я подключил свой телефон.
Наташа ещё не прибыла, но она сначала поедет на работу, а потом ко мне, и уже от меня мы поедем на встречу. Просто отлично, что у нас будет часок, когда мы останемся наедине, и никто не будет мешать.
И раз есть машина, то теперь могу ходить в магазин не у дома, а ездить за продуктами в гипермаркет побольше, где и выбор серьёзнее, и цены выгоднее. Вот и решил сразу так поступить.
Доехал до магаза, припарковал тачку на парковке, внутри взял тележку и пошёл по отделам. Нашёл охлаждённое филе сибаса, свежую стручковую фасоль, лимон, чеснок, оливковое масло, каперсы (никогда в жизни их не пробовал) и свежую зелень.
Этого хватит. Думаю, группа наблюдения сейчас слюнями давиться будет.
После поехал домой, заехал во двор и припарковал машину рядом с соседской тачкой. Её водитель увидел меня и нахмурил брови.
— Ты где эту тачку взял, Вадик?
— На работу устроился, — сказал я. — Выдали.
— Нифига себе. Спроси, туда требуются ещё сотрудники?
— Пока нет.
Дождь зарядил сильнее. Поставил машину на сигналку и пошёл домой, немного промокнув по пути. В квартире стянул мокрую толстовку с футболкой, положил покупки в холодильник и пошёл в душ, где постоял под горячей водой, обдумывая всё.
Значит, в город прибыл Корнеев, который хочет со мной поговорить. Мне кажется, что Туман знал его лично и говорил с ним, но тут определённо я сказать не мог. Зато если увижу его, то вспомню сразу, и будет проще.
Да и вид знакомых людей может открыть оставшиеся залы. И, кто знает, может, вскоре пройду в ту башню над дворцом памяти?
Думаю, скоро со мной выйдет на связь старый ГРУшник Верещагин, который пока не показывался после той встречи. Но старик осторожный и знает, что за мной присматривают, поэтому на улице не подойдёт. Возможно, появится вечером на приёме? Увидим, у него могут быть контакты, чтобы его туда позвали. Не удивлюсь, если он там будет, причём тайно.
И доктор Ланге с Епископом должны заинтересоваться, с чего это мне такие плюшки? На это у всех и идёт расчёт, чтобы они клюнули.
Вышел из душа свежий, напялил чистые боксёры и подошёл к окну, где заряжался телефон. Там увидел пропущенное уведомление, а через минуту — такси, въезжавшее во двор.
Ого, как быстро прибыла Наташа. Сразу, значит, поехала ко мне. Надо встречать. Одеваться было некогда, так что накинул кроссовки на босу ногу, из шкафа достал дождевик и прямо так, почти на голое тело, надел его и быстро спустился вниз, не дожидаясь лифта.
Зато едва дверь такси открылась, как я распахнул дождевик и приобнял Наташу, прижав к себе, чтобы её не залило холодным дождём. Заодно взял чемодан и чёрный чехол, в котором было что-то мягкое.
— Вадим, ты прям при всём параде встречаешь, — она усмехнулась, когда поняла, что на мне кроме дождевика и трусов ничего нет.
— А я тебя караулил, — пошутил я. — И плащ надел, как этот, как его… эксгибиционист. Чтобы сразу встретить и показаться во всей красе.
Она засмеялась, а водитель такси, глядя на нас, нахмурился, а после уехал.
— У тебя шампунь новый? — спросила Наташа, чуть принюхавшись. — И гель для душа другой.
— И не только. Пошли уже, — я потянул её за собой, прикрывая девушку от капель.
Её близость рядом с моим телом чуть не отключала голову, и я едва сдержался, пока мы поднимались в лифте. Потерпел и потом. Когда вошли в квартиру, я подал ей полотенце, чтобы она вытерла волосы, подождал, пока она их расчешет и просушит феном, рассказывая, как долетела.
А потом поманил к себе, и она охотно легла рядом со мной на кровать, пока я расстёгивал на ней блузку, жадно целуя в губы.
После лежали рядом, я не убирал от неё руки, смотрел на неё. Дождь разошёлся, отопление уже выключили, поэтому стало немного прохладно, но нам не мешало. Даже наоборот, лежали поближе. С кухни доносилась музыка, которую я не успел отключить:
— ... и обугленный фильтр мне на пальцах оставил ожог…
— Я думала, там до осени оставят, — пожаловалась Наташа, глядя мне в глаза. — Столько работы навалилось, а что кроме неё делать? Ты сюда вернулся.
— И мотоцикл твой остался, — я кивнул. — Я его проверял, кстати, всё с ним норм.
О задачах не говорили, у нас они не пересекались до сегодняшнего дня. Болтали так, обо всём сразу и ни о чём конкретно. Потом я снова к ней потянулся.
— Ты будто из армии вернулся, Вадим, — она рассмеялась.
После мы пошли на кухню, ведь надо перекусить и собираться. Наташа подключена к этому делу, но у неё там свои задачи. Просто они пересекались в одной локации, и нас отправляли вдвоём под прикрытием.
Зато мы вместе приготовили обед под моим руководством. Я просушил филе рыбы бумажными полотенцами и сделал несколько косых надрезов, чтобы она не скручивалась при жарке, и посолил.
Пожарил сначала со стороны кожи, добавив оливковое масло, затем перевернул, когда сформировалась корочка. После добавил сливочное масло, зубчик чеснока и веточку тимьяна прямо на сковороду, и этой смесью поливал рыбу.
Ну а Наташа приготовила купленную фасоль на гарнир, как я посоветовал. Забросила её в кипящую солёную воду, но ненадолго, и достала через три минуты, переложив её в миску со льдом. Это чтобы немного хрустело, но не чрезмерно. Перед подачей я её прогрел на сковороде, и вышло отлично.
А на соус смешал оливковое масло, лимонный сок и мелко порубленные каперсы с лимонной цедрой. Разложил на тарелки по ресторанному, и получился отличный обед, за который в ресторане взяли бы кучу бабла.
— Вот этого мне не хватало, — сказала Наташа.
— Моей готовки?
— Угу. И самого процесса. У тебя так быстро выходит, будто между делом. Зато выглядит, будто мишленовский ресторан приготовил.
Ели высокую кухню по-домашнему, обсуждая, как получилось. Она была в моей белой футболке, а я в трусах, но мы уже давно так привыкли. После ещё раз душ, а то я вспотел, но раздельный, вместе опять бы стало не до этого.
Ну и начали облачаться в парадную форму для работы. Костюм у меня был ещё с прошлого раза, висел на плечиках в идеальном состоянии, даже стрелочка на брюках на месте. Костюм я надел вместе с белой рубашкой и галстуком, после расчесался, чтобы волосы не торчали.
А Наташа достала из чехла, что привезла с собой, и надела чёрное бархатное платье с открытыми плечами. Ей идёт.
— Такое у тебя не видел, — сказал я.
— Взяла для работы. Застегни, пожалуйста, — попросила она, и, когда я закончил, повернулась ко мне. — Как тебе?
— Отвал жопы, — я рассмеялся.
Она подхватила меня под локоть, и мы постояли у зеркала, разглядывая, что получилось, после она сделала снимок, но в соцсети не выкладывала. Вышли в подъезд, удивив по пути пару соседей, которые меня едва узнали в этом прикиде, и сели в новую машину, благо, что дождь кончился.
— Вот так кресло регулируется, — я потянулся через девушку и нажал на кнопочку, и будто случайно поцеловал её в шею.
— Вадим, — протянула Наташа. — Надо серьёзнее.
— Я и так серьёзен, — я улыбнулся ей и подмигнул. — Всё, поехали на инструктаж.
Глава 3
Я снял пиджак, и гримёр начал возиться с моим левым предплечьем. Несколько дней назад тот мутный сообщник Паука, которого мы брали с Глебом перед тем, как отправиться за самим гадом, размахивал бритвой и немного порезал мне руку. Хотя Глебу тогда досталось жёстче, его пнули между ног.
Порез заживал и почти не мешал, но чтобы бинт не привлекал лишнего внимания, его заменили на узкую пластырную полоску, которую тщательно прикрыли гримом и силиконом, а сверху я надел часы. Но не отцовские, а те, которые мне выдали сегодня.
Гаджетов у меня прибавилось. Телефон мне выдавал ещё Ваня, но теперь мне добавили к нему затенённые очки под костюм, в оправе которых была спрятана камера, а в дужках уже привычные мне наушники с костной проводимостью, вот ещё дали часы с микрофоном и маячком, функций в которых явно больше, чем мне говорят. Всё это можно было связать в одну систему, так что разберусь по ходу дела.
— Короче, Вадя, смотри, — начал Глеб, усевшись передо мной, когда с рукой закончили.
Он сегодня сам в костюме, и вид у него стал серьёзнее. А как ещё? Вся ответственность на нём, он же прикрывал всю операцию и координировал её вместо Петренко.
— Твоя задача — фиксировать всех, кто к тебе подходит и не избегать контакта, — говорил он. — Но при этом оставаться самим собой. Так что если кто докопается, смело огрызайся, как ты умеешь. Лишь бы не было фальши.
— Можно ругаться, — я сделал вид, что записываю. — Понял, Глеб.
— У клиента есть подозрение, что в его окружении есть кто-то, кто работает на конкурента. И, скорее всего, такой человек не один. И, возможно, работают не только на конкурентов, а на кое-кого опаснее.
— Конкретику мне можно знать?
— Немного. Есть такая забугорная фирма «Альбион», — Глеб поморщился, будто у него болел зуб, — они и тобой интересуются, и им. И вот твоё появление — провокация.
Про эту фирму помнил Туман и говорил Верещагин, который пока не давал о себе знать, а я его не выдавал. Хотел оставить этот контакт на себе, на всякий случай. Ведь уже много раз убеждался, что случаи бывают разные, и не всегда приятные.
— Если тобой заинтересуются, то будут выходить на контакт. И любой, кого ты там видишь — потенциальный шпион.
— Прям любой?
— Ну, Наташка точно нет, — он усмехнулся. — Но у неё своя задача, она рядом с тобой стоять не будет. Но будет поблизости, на всякий случай. Ещё будет пара человек, кого ты знаешь и кто точно не шпион. Но всё равно, гляди в оба. Шеф думает, на тебя по полной налезут, профессионально. И даже могут сделать так, что мы не будем этого видеть.
— Понятно.
— Ещё есть вероятность, — продолжил Шилов, — что там будет кто-то из тех, кто тогда пытался тебя похитить в Москве. Вдруг захотят повторить? Поэтому один не оставайся.
— Не собирался. А сам Корнеев о чём хочет со мной поговорить?
— А хрен его знает, — Глеб пожал плечами. — Мне знать не положено. О деле, наверное. Или к себе на работу переманит, в свою службу безопасности, — он усмехнулся. — Ладно, брат, ни пуха.
— К чёрту, — отозвался я.
Он хмыкнул, ведь теперь я сказал эту фразу правильно.
— Ты хорошо справляешься, — добавил я на прощание.
— Эта работа для людей вроде Вани, — отмахнулся Глеб. — А я простой оперативник.
— Синдром самозванца начался? Всё у тебя отлично, чел.
Вот он прикроет, Глеб себя хорошо показал. Ну а мне и правда надо смотреть в оба.
Закончив с подготовкой, мы с Наташей поехали за город, где должен был проходить приём. И по дороге мы повторяли общую часть инструктажа.
— В области собираются открывать новую сборочную линию от «К-Авто», — говорила Наташа. — А кроме того, губернатор и Корнеев хотят подписать соглашение о цифровизации региона.
— Да. Интересно, как у них это получится без интернета, — я хмыкнул.
Мобильного интернета снова не было, включились «белые списки», но нам для работы выдали особые симки, которые подключались к ресурсам «Контура». И в машине стояла такая же.
— Будут большие люди, — продолжала Наташа, — самые влиятельные в регионе. Ты там, как получатель стипендии от Корнеева, поэтому у тебя будет личная встреча с ним. Он как раз собирается увидеться с талантливыми студентами.
Среди них — мой друг и одногруппник Лёша, который привлёк внимание фирмы своим умным автоответчиком, я уже знал, что его пригласили, и мне надо будет рассказать одну из легенд и ему. Будут ещё таланты, и я с ними, будто айтишник.
— А ты у нас кто? — спросил я с усмешкой.
— А я — шпионка, — она улыбнулась, — которая использовала тебя, чтобы проникнуть на приём и заняться своими коварными делишками.
— Эх ты, — протянул я. — Ну и как теперь людям верить? Кругом разводят.
Мы засмеялись. У нас двойной и даже тройной слой легенды. Одна для гостей, другая — для окружения Корнеева и наших знакомых, и третья — для возможных шпионов.
— А классно здесь, — сказала Наташа.
Впереди показался загородный клуб, который построили лет десять назад. Как говорится, «у нас есть Рублёвка дома», и вот, она во всей красе. В этом посёлке в стороне от города жили самые богатые люди региона.
Двухэтажное здание было видно издалека, как и машины, стоящие рядом. Вокруг них столпилась охрана в чёрных костюмах. Мероприятие уже почти началось, я видел людей на террасе. Там людно.
Машина въехала через ворота.
— Я сейчас уйду, Вадим, — сказала Наташа, взяв сумочку. Губы она сжала, взгляд серьёзный. — Но буду рядом, если что.
