Страница 1 из 6
Великанша Зиночка
Часть 3. Великанша Зиночка
Я – великан, а моя ипостась – человеческая сущность. После исчезновения родителей я жила у тётки, выполняя всю тяжёлую работу.
Когда мне выпала возможность стать Стражем, я, не думая, согласилась. Ведь мне уже восемнадцать, и хочется чего-то большего…
Пролог
— Зинка! Где ты, недокормыш! — орала тетка из дома.
— Да иду я…
Я вздохнула, завернула книгу в тряпицу, и спрятала в тайное место. Тетка не разрешала бездельничать… не то что своим детям. Сейчас они купались на речке…
Встала и пошла в дом, тетка сидела за столом, что-то шила.
— Где ты ходишь, бездельница? — посмотрела она на меня.
— Так поросенок сбежал, ловила… — придумала на ходу.
— Смотри у меня… Дрова уже надо запасать на зиму!
— Хорошо, я схожу, сейчас возьму топор, и пойду! — повернулась я снова на выход.
— Хлеба возьми… — расщедрилась она.
— Спасибо! — я обрадовалась этому и, подойдя к корзинке с хлебом, выбрала себе кусок побольше.
Вышла во двор и, взяв топор, засунула его за пояс, большой моток веревки повесила на плечо. Не забыла про бутылку из сушеной тыквы с водой, и пошла в сторону леса. За дровами я ходить любила, в лесу было хорошо… Тихо, никто не орет, не дает тумаков, и можно помечтать…
И не торопиться домой. Спокойно насобирав три хороших сухих дерева, притащила их на ближайшую опушку, и принялась рубить. Срубив все мелкие сучья, сложила их в сторонку, затем каждое дерево порубила на большие бревна, на длину моих рук. Это — чтобы удобно было нести на плечах. Потом, растянув веревку, сложила все аккуратной горкой, сверху — мелкие сучья на растопку, и, связав хорошенечко, взвалила на плечи.
Шла по лесу не торопясь, до вечерней зари еще много времени. Рано придешь — тетка еще найдет работу..., а еще и наорет.
Я опять мечтала, что уеду из деревни, только вот куда — я не знала. Все местные кумушки говорили, что великанов не любят. Не берут на работу… Но мне так хотелось жить где-то в другом месте, да и работы я не боялась…
Замечтавшись, свернула не туда, прямо к оврагу, ноги под тяжестью дров подкосились, поехали, и я полетела вниз. Скатившись в яму, я была мгновенно засыпана дровами…
— Хочешь служить Стражем и жить? — раздался голос в накрывшей меня тьме.
— Хочу! — испугалась я, понимая, что, кажется, меня сильно так приложило по голове.
Все вокруг засверкало, а потом я обернулась великаном, страшась чего-то…
Меня перевернуло, развернуло, и поставило в каком-то доме на ноги.
Глава 1
— Кто посмел? — зарычала я.
— Сир? — кто-то пискнул женским голосом.
— Ослепла, что ли, Белоснежка, я — девушка! — поправила я девушку.
— Леди, прошу вас. Нам нужна помощь! — выскочил из-под кресла большой рыжий кот.
— Ой, котик! — я сменила свою ипостась великана, и присела рядом с котиком. — Испугался, бедненький? — погладила его по вздыбленной шерстке.
— Леди! — снова произнес кот, чудно — животинка, и говорит...
— Я не леди, — смутилась оттого, что меня причислили к высшей касте, — я — Зина!
— Зинаида, нам нужна помощь, в Междумирье ворвалась банда разбойников, — быстро заговорила девушка…, вот она-то точно — леди. — Они идут сюда…
— Как это — они идут сюда? — испуганно сказал кот и запрыгнул на стол. — Это что, улица, или переулок?!
— Судя по всему, у нас теперь перед домом есть лужайка, а на ней — забор из кустов, а за ней виднеется просвет. Что там еще, давайте разберемся позже! — леди взвизгнула, так как в дом ударили чем-то тяжелым.
— Ой, я сейчас! — смутилась я, и поспешила из библиотеки, останавливаясь возле входной двери. — Не смотрите, пожалуйста… — попросила я их, я знаю, как устрашающе выглядит моя ипостась, и очень стесняюсь, когда на меня смотрят.
— Ша, придурки! — открыла дверь, и увидела нескольких мужчин, весьма страшных по виду, я бы сказала. Великанша снова заняла свое место, в моей руке появилась любимая дубинка, и я начала точно выверенными ударами посылать их отдыхать. Справилась я всего за пару минут.
— А куда их? — ввернувшись в человеческое тело, я пришла в библиотеку и заглянула под кресло, откуда виднелся кончик рыжего хвоста.
— Дверь с топориком, но сама не заходи! — вышла из-за полки с книгами леди. — Просто закидывай туда.
— А что там? — с интересом рассматривала девушку: таких, как она, я видела только на картинках в книгах. В нашей деревне отродясь таких не водилось…
— Не знаю, но там тьма, и она их поглощает, как живая… — она испуганно дернула плечами. — А после них остаются пуговицы, застежки, артефакты, железо. Такое ощущение, что ОНА не переваривает это…
— Ой, как все у вас тут интересно… — я повеселела, у меня сегодня целое приключение. — А у нас в деревне скукотища! — вышла на крыльцо, схватила мужчин попарно за руки и поволокла в дом, закидывая по одному за дверь с топориком. Брала за шкирку и ремень, приподняв над полом, закидывала внутрь тьмы.
— Ну, вот и все! — оттряхнула ладони, закрыла дверь и посмотрела на странную пару. — Мне бы руки помыть, и чаю, если можно… А потом — домой!
— А домой теперь нельзя, — они переглянулись между собой. — Ты читала контракт?
— Как — нельзя? А у меня там коровы, поросята, тетка ругаться будет! — испугалась я. Там тетка, прибьет же…
— Так. Ты когда сюда попала, что делала? — девушка подошла ближе.
— Я? — потерла лоб, пытаясь вспомнить. — Кажется, ходила в лес, за дровами, много нашла сухих деревьев, несла два или три сразу… — растерялась. — А потом я упала в яму, и меня присыпало дровами, — я не понимала, что происходит, и хотела плакать.
— Тише, успокойся, — подбежал ко мне кот, заглядывая в глаза. — Ты жива, это главное, но всего лишь должна поработать здесь. Тебе должны были дать свиток, без твоего согласия никто бы не прислал сюда.
— Ну да, когда мне по темечку полено-то прилетело, — потерла макушку ладонью, — голос спросил: «Хочешь жить? Пойдешь в услужение? »
— А ты что? — уточнил он.
— Я сказала «да»… Я же не думала, что умерла! — потерла глаза.
— Не плачь! — строго шикнула на меня леди. — Ты не умерла, но, вернувшись домой, умрешь, в яме, похороненная под дровами. Посмотри в карманах, должен быть контракт. Читать-то умеешь?
— Немного, — засунула руки в карманы в платье и достала свиток.
— Читай вслух, — скомандовала она.
— Нельзя! — воскликнул кот. — Эта информация — только для личного пользования! Про себя читай, а нам скажи, что сможешь, лишнего тебе магия и не даст ничего произнести.
Начала читать про себя, отвлек кот, брезгливо отряхивая лапки от нанесенной мной грязи, стало неловко.
— Ой, я бы прибрала!
— Ну, что там? — поторопила меня леди.
— Непонятно! Меня отпустят, когда я буду готова! А к чему готова, непонятно!
— Ну, и, примерно, то же самое написано и у меня… Пойдем, покажу кухню, а комната твоя, по всей видимости, вот, — она указала на новую дверь, появившуюся напротив ее. Знак на ней был… светящаяся косточка. Прямо как мой талисман, что подарила мне мама, автоматически погладила себя по браслету.
— У меня будет своя комната? — я удивленно посмотрела на них, в доме тетки я спала на лавке в кухне. Свернув свиток, положила тот сразу в карман.
— Откуда ты хоть? — кот с удивлением смотрел на меня.
— Ой, а я расскажу! — обрадовалась я.
— Тогда закройте дверь на ключ, — скомандовал кот, — и идемте на кухню!
Дверь я тут же захлопнула, повернув красивый резной ключ в замочной скважине.
— Меня зовут господин Баюн, а ее — леди Изабелла. Мы — Хранители и Стражи библиотеки! — важно заявил кот, запрыгнув на высокий стул. — Теперь ты — тоже!
Меня подтолкнули к обычному, я села, леди Изабелла налила мне чаю в очень хрупкую чашку. Дала мне два сэндвича, и только тогда присела напротив.
— Рассказывай, — позволила она…
Ну, я и рассказала. Родители умерли пять лет назад, ушли в лес, и не вернулись. Охотники, что пошли по их следу, вернувшись, сказали, что их останки они присыпали валунами, и отдали дань мертвым прямо там. А тетка, соседка, взяла меня на попечение, забрав все, что смогла, из двора родительского дома. Живность, опустошила амбар, но дом не тронула… Сказав, что духи ее накажут, что надо хоть что-то оставить сироте.
С тех пор беззаботная жизнь закончилась, и началась тяжелая, деревенская. С раннего рассвета до последнего луча вечерней зари я трудилась на благо дома и его хозяйки. Которая не забывала меня попрекать тем, что я — неблагодарная девка, за ее-то заботу…
У тетки было пять дочерей, и трое уже на выданье. Сначала она ныла, что нет приданного за ними, чтобы хоть по одной начинать отдавать из дома. А потом, прямо в первый же год моего появления, старшую отдали в соседнюю деревню. Еще через два — вторую, в этом году была просватана третья, и по осени она должна была съехать из дома.
Двое еще были совсем маленькими девчонками, подростками, я, посмотрев на то, с какой скоростью девушки выходят замуж, решилась спросить, когда меня тоже отдадут. Ведь мне тоже уже скоро восемнадцать. На что тетка сказала — «Куда тебе до моих дочек, худая, тощая, бестолковая. Кому нужна такая? Вот младшие выйдут, тогда и подумаем о тебе!».
— Ну, она права, ее дочки все красивые, статные, в теле, с густыми волосами. А я что? — оглядела свое старое с чужого плеча платье.
— Дело не в платье, — отмахнулся от моих слов Баюн, — а в том, что у тебя в голове. Она пользовалась тобой, а ты, по наивности своей, посчитала это заботой!
— Она за счет тебя и имущества твоих родителей и выдала замуж дочерей, — хмыкнула леди. Ох, и красивая она, платье на ней шёлковое, чулочки, туфельки… а уж прическа — волосок к волоску…
— Та не, это чтобы меня прокормить, ем-то я много! — не поверила я ей.
— А дом-то там остался? — она оглядела меня снова.
— Нет, год назад сгорел дотла, — покачала головой. — Гроза была, наверное, молния попала.
— А через какое время вышла замуж вторая дочь? — уточнила у меня леди.
— Так во вторник сгорел, а в субботу обвенчали их. Все еще судачили, что слишком быстро свадьба… — я уже умяла два сэндвича и, в общем-то, все еще была голодной. Просить что-то еще не решилась, а тётка не разрешала брать лишнего. Только то, что сама давала. — А еще у нас говорили… — решила рассказать им последние деревенские сплетни. Начала рассказывать, кто что сказал, какие ходят слухи, найдя в них благодарных слушателей.
— Мне пора заняться делами! — сказал кот, когда я умолкла, потому что Изабель поставила передо мной большую миску супа и тарелку с хлебом, мясом.
— У меня тоже есть дела! — потерла виски леди, поставив еще рядом со мной большую кружку с чаем и вазочку с вареньем. Затем они быстро как-то ушли, хотя я им не рассказала еще про сестру соседки, из деревни на левом берегу реки…
— Я все уберу, — сказала им в спину, так быстро они ушли из кухни. — Знать бы, куда…
— Мы все покажем и расскажем! — на столе стояли крошечные феечки.
— Вы настоящие? — я даже ложку уронила, увидев этих сказочных существ.
— Конечно! — они переглянулись и хихикнули.
— Угощайтесь, — подвинула им вазочку с вареньем.
— Ой, спасибо! — на столе появился крошечный кукольный столик, два стула и чайный набор. — А вы не расскажете, что было дальше с сестрой соседки…
— А вам точно интересно? — рассматривала я их. Все же, наверное, удачно я упала-то в яму.
— Очень! — они сложили ладони и прижали к груди.
Я ела, и успевала рассказывать все, что знала, вернее, слышала от тетки, от соседок, что приходили к чаю и посплетничать.
— А куда посуду? — в деревне я все мыла в тазу. Здесь ничего такого не было.
— Вот раковина, нужно покрутить кран, и пойдет вода, правый — горячая, левый — холодная. Мусор — под раковиной! — феечки начали летать за мной, все показывая. — А здесь — крупы, макароны, специи и посуда. У каждого — своя полка. Вот — твоя! — я как раз вымыла всю посуду, и не знала, куда ее деть.
— Значит, вот то, в чем я ела — только мое? — взяла полотенце и начала натирать красивую глиняную миску.
— Да! В холодильнике есть твои полки! С других не бери… — феи открыли странный железный короб.
— Хо-ло-ди-ль-ник… — произнесла я незнакомое мне слово. — Что это?
— В нем прохладно, и здесь хранятся те продукты, которые без него пропадут, — объясняли они мне.
— А у тетки все было в погребе, в нем холодно. Там лежал аф-те-факт — каменюка, вот она — ледянющая!
— Артефакт, — поправили меня феечки.
— Ага, он! Мои какие? — я, поставив чистую посуду на полку, подошла и заглянула в железный шкаф. — А, вот эти две? Да? — ткнула на те, на которых лежало то, что я больше всего любила из еды. Окорок, колбаса, котлеты, сыр, яблоки и груши. Молоко, сметана…
