Геворг Амирян
ЧИТԱТЬ ПО-ԱРМЯНСКИ
Метод накопительного замещения букв
Калининград
2026
12+
ЧИТԱТЬ ПО-ԱРМЯНСКИ
Авторская методика накопительного замещения букв
Эта книга учит армянскому алфавиту через чтение живых
рассказов об Армении — её людях, городах и традициях.
В основе книги — уникальный метод: вы читаете привычный
русский текст, в котором буквы постепенно заменяются армянскими
— сначала одна, потом две, потом три и так до полного освоения
всего алфавита. Вы привыкаете к новым символам естественно, не
замечая самого момента перехода.
Книга состоит из 39 уровней: 27 базовых и 12 продвинутых.
Каждый уровень — это пять рассказов. Никакого заучивания и
никаких таблиц — только чтение.
© Геворг Амирян, 2026
Все права защищены. Авторская методика и материалы книги не
могут быть воспроизведены в любой форме без письменного
разрешения автора.
Калининград, 2026
СОДЕРЖАНИЕ
От автора 5
Буквы армянского алфавита 10
БАЗОВЫЙ УРОВЕНЬ 13
Уровень 1 А а → Ա ա 14
Уровень 2 Н н → Ն ն 22
Уровень 3 М м → Մ մ 29
Уровень 4 Е е → Ե ե 36
Уровень 5 Р р → Ր ր 43
Уровень 6 Л л → Լ լ 51
Уровень 7 С с → Ս ս 58
Уровень 8 Т т → Տ տ 65
Уровень 9 И и → Ի ի 73
Уровень 10 П п → Պ պ 80
Уровень 11 О о → Ո ո 87
Уровень 12 В в → Վ վ 94
Уровень 13 К к → Կ կ 102
Уровень 14 Д д → Դ դ 109
Уровень 15 У у → Ու ու 117
Уровень 16 Г г → Գ գ 126
Уровень 17 Б б → Բ բ 134
Уровень 18 Й й → Յ յ 141
Уровень 19 Х х → Խ խ 151
Уровень 20 Ж ж → Ժ ժ 160
Уровень 21 Ш ш → Շ շ 168
Уровень 22 З з → Զ զ 178
Уровень 23 Ц ц → Ց ց 186
Уровень 24 Ч ч → Չ չ 194
Уровень 25 Ф ф → Ֆ ֆ 202
Уровень 26 Э э → Է է 211
Уровень 27 Ы ы → Ը ը 220
ПРОДВИНУТЫЙ УРОВЕНЬ 229
Уровень 28 К к → Կ կ → Ք ք 230
Уровень 29 Т т → Տ տ → Թ թ 238
Уровень 30 П п → Պ պ → Փ փ 246
Уровень 31 Х х → Խ խ → Հ հ 255
Уровень 32 Р р → Ր ր → Ռ ռ 263
Уровень 33 Е е → Ե ե → և 270
Уровень 34 Ц ц → Ց ց → Ծ ծ 278
Уровень 35 Ч ч → Չ չ → Ճ ճ 286
Уровень 36 Г г → Գ գ → Ղ ղ 294
Уровень 37 Ж ж → Ժ ժ → Ջ ջ 302
Уровень 38 З з → Զ զ → Ձ ձ 311
Уровень 39 О о → Ո ո → Օ օ 319
Практика чтения: армянские слова и фразы с переводом 328
Заключение 377
5
Предисловие
Когда я впервые задумался о том, как помочь людям
приблизиться к армянской письменности, я вспомнил
собственный путь. Армянские буквы всегда казались мне чем-
то особенным — красивыми, глубокими, живыми. Но я также
помню, как непросто бывает сделать первый шаг, когда перед
глазами незнакомые формы, а в голове мысль: «С чего вообще
начать?»
Мне хотелось создать такой способ обучения, который не
пугает, не перегружает и не требует от человека мгновенно
освоить то, что веками формировалось как часть культуры.
Хотелось, чтобы знакомство с армянским алфавитом было не
испытанием, а путешествием — спокойным, понятным и даже
приятным.
Так появилась идея этой книги. Я хотел, чтобы человек мог
войти в армянскую письменность мягко, без давления, без
страха ошибиться. Чтобы он видел знакомые слова, узнавал
смысл, чувствовал уверенность — и шаг за шагом привыкал к
новым буквам. Чтобы обучени е было не борьбой, а
естественным процессом, похожим на то, как мы учимся читать
в детстве: через истории, повторение и живой контекст.
Эта книга — не просто набор упражнений. Это
приглашение. Приглашение открыть для себя армянские
буквы так, как будто вы знакомитесь с чем-то родным, но пока
незнакомым. Приглашение почувствовать ритм и атмосферу
Армении через короткие рассказы. Приглашение сделать
первый шаг к языку, который может стать частью вашей жизни.
6
Если вы держите эту книгу в руках, значит, вы уже начали
путь. И я искренне рад быть рядом на этом первом, самом
важном этапе.
7
О методе
Больше, чем просто алфавит
Этот метод обучения — не просто способ выучить буквы.
Перед вами полноценный когнитивный тренажёр,
построенный на принципе постепенного освоения
непривычной графики.
Пока вы проходите уровень за уровнем, в вашей голове
происходит важная скрытая работа:
1. Развитие быстрой реакции. Ваш мозг приучается
мгновенно узнавать незнакомый символ и находить
ему место в знакомом слове. Это тренирует скорость
мышления, которая пригодится в любой сфере — от
бизнеса до творчества.
2. Гибкость интеллекта. Вы учитесь работать в режиме
двойного кода. Способность быстро адаптироваться к
новым правилам и переключаться между ними — это
лучшая тренировка для поддержания остроты ума.
3. Концентрация и фокус. Чтение такого текста требует
особого внимания. С каждым новым уровнем вы будете
замечать, что стали внимательнее к деталям и быстрее
обрабатываете новую информацию.
Проходя этот путь шаг за шагом, вы не просто осваиваете
один из древнейших алфавитов мира — вы приучаете свой мозг
работать чётче и внимательнее.
8
Введение
Об этой книге
Эта книга учит армянскому алфавиту через чтение. Не
через таблицы и заучивание, а через живые истории о людях,
городах и природе Армении.
Метод: вы читаете рассказы на русском языке, но
некоторые буквы постепенно заменяются армянскими.
Сначала одна буква, потом две, потом три — и так далее. К
концу книги вы читаете текст, где большинство букв уже
армянские, и делаете это естественно, не заме чая момента
перехода.
Как устроена книга
Книга разделена на уровни. Каждый уровень посвящён
одной букве армянского алфавита. На каждом уровне — пять
рассказов, в которых эта буква уже заменена армянской.
Уровни устроены накопительно: на уровне 1 заменяется
только буква А, на уровне 2 — уже А и Н, на уровне 3 — А, Н и
М — и так далее. Каждый новый уровень добавляет одну букву
к уже пройденным. Так вы привыкаете к армянским символам
постепенно, без стресса.
Всего в базовой части 27 уровней — по числу букв, которые
имеют прямые соответствия в русском языке.
После базовой части следует продвинутый уровень — ещё
12 уровней. Он посвящён буквам, не имеющим прямых
соответствий в русском языке: придыхательным согласным,
9
горловым звукам, мягким вариантам привычных букв. Система
та же — постепенно, шаг за шагом, через рассказы.
Как читать
Читайте рассказы как обычные истории. Не нужно
останавливаться на каждой незнакомой букве — просто
читайте дальше. Мозг сам начнёт узнавать символы через
контекст.
Если какая -то буква не даётся — загляните в раздел
«Буквы» в начале книги. Там каждая армянская буква показана
рядом с русской, которую она заменяет, и с транскрипцией
произношения.
Темп выбирайте сам и. Можно проходить один уровень в
день, можно несколько. Главное — не пропускать уровни:
система работает именно через накопление.
О рассказах
Все рассказы написаны специально для этой книги. Это
истории об Армении — о её городах и сёлах, людях и
традициях, природе и кухне.
Рассказы намеренно живые: с диалогами, деталями,
характерами. Читать их интересно само по себе — и это
помогает учёбе. Когда текст захватывает, буквы запоминаются
сами.
10
Буквы армянского языка
Буквы расположены в порядке изучения
1. Базовый уровень — 27 букв
Буквы, имеющие прямые соответствия в русском языке
Уровень 1
А а → Ա ա [а]
Уровень 2
Н н → Ն ն [н]
Уровень 3
М м → Մ մ [м]
Уровень 4
Е е → Ե ե [е]
Уровень 5
Р р → Ր ր [р]
Уровень 6
Л л → Լ լ [л]
Уровень 7
С с → Ս ս [с]
Уровень 8
Т т → Տ տ [т]
Уровень 9
И и → Ի ի [и]
Уровень 10
П п → Պ պ [п]
Уровень 11
О о → Ո ո [во/о]
Уровень 12
В в → Վ վ [в]
11
Уровень 13
К к → Կ կ [к]
Уровень 14
Д д → Դ դ [д]
Уровень 15
У у → Ու ու [у]
Уровень 16
Г г → Գ գ [г]
Уровень 17
Б б → Բ բ [б]
Уровень 18
Й й → Յ յ [й]
Уровень 19
Х х → Խ խ [х]
Уровень 20
Ж ж → Ժ ժ [ж]
Уровень 21
Ш ш → Շ շ [ш]
Уровень 22
З з → Զ զ [з]
Уровень 23
Ц ц → Ց ց [ц]
Уровень 24
Ч ч → Չ չ [ч]
Уровень 25
Ф ф → Ֆ ֆ [ф]
Уровень 26
Э э → Է է [э]
Уровень 27
Ы ы → Ը ը [ə]
12
2. Продвинутый уровень — 12 букв
Буквы, не имеющие прямых соответсвий в русском языке
Уровень 28
К к → Կ կ → Ք ք [кʰ]
Уровень 29
Т т → Տ տ → Թ թ [тʰ]
Уровень 30
П п → Պ պ →Փ փ [пʰ]
Уровень 31
Х х → Խ խ → Հ հ [h]
Уровень 32
Р р → Ր ր → Ռ ռ [рр]
Уровень 33
Е е → Ե ե → և [ев]
Уровень 34
Ц ц → Ց ց → Ծ ծ [тц]
Уровень 35
Ч ч → Չ չ → Ճ ճ [тч]
Уровень 36
Г г → Գ գ → Ղ ղ [гх]
Уровень 37
Ж ж →Ժ ժ→ Ջ ջ [дж]
Уровень 38
З з → Զ զ → Ձ ձ [дз]
Уровень 39
О о → Ո ո → Օ օ [о]
Удачи
Армянский алфавит создан в V веке Месропом Маштоцем.
Эта книга — ваш шаг к этой письменности. Читайте с
интересом, не торопитесь, и буквы придут сами.
13
БАЗОВЫЙ УРОВЕНЬ
(Уровни 1-27)
На этом уровне мы начинаем заменять русские буквы
армянскими. Вы просто читаете привычный текст, а
армянские буквы постепенно занимают в нём своё место.
Вам не нужно ничего зазубривать. Просто
продолжайте читать.
14
УРОВЕНЬ 1
РУССКАЯ АРМЯНСКАЯ
А а → Ա ա
Рассказ 1
Арам и абрикосовый сад
Стաрый Աрաм жил в мաленькой деревне у
подножия Աрաгաцա. Кաждое утро, ещё до рաссветա,
он выходил нա верաнду, вдыхաл прохлաдный горный
воздух и смотрел нա свой աбрикосовый сաд. Աбрикосы
были его гордостью — աромաтные, янтաрные, сաмые
слաдкие во всей долине. Соседи говорили, что секрет в
земле, но Աрաм знաл: секрет в любви и терпении.
Кաждую весну он белил стволы деревьев известью,
աккурաтно обрезաл сухие ветки и поливաл кաждый
корень отдельно. Его сաд был стաрым — некоторые
деревья помнили ещё его дедա. Աрաм рաзговաривաл с
ними кաк со стաрыми друзьями, глաдил кору лաдонью
и иногдա нաпевաл стաрые աрмянские песни.
Однաжды աвгустовским утром Աрաм зաметил, что
веткա сաмого стաрого деревա сломաлաсь под тяжестью
15
плодов. Он աккурաтно перевязաл её льняной ткաнью,
подпёр крепкой пաлкой и обмաзաл место сломա
глиной. Соседкա Աнաит нաблюдաлա зա ним через
зաбор:
— Աрաм, это дерево стաрше тебя сաмого. Зաчем
тաк стաрաешься?
Աрաм неторопливо рաспрямился:
— Աнաит джաн, это дерево дաвաло плоды моему
деду, потом моему отцу, потом мне. Мои дети ели его
աбрикосы, и внуки тоже едят. Рաзве можно бросить
стաрого другա только потому, что ему трудно?
Осенью того же годա стաрое дерево дաло сաмый
богաтый урожաй зա последние двաдцաть лет. Աрաм
собрաл աбрикосы, высушил их нա плоской крыше и
рաзослաл родственникաм по всей Աрмении. В кաждую
посылку он клաл мաленькую зաписку: «От стաрого
деревա, которое ещё не сдաлось».
Рассказ 2
Арарат
Кաждый աрмянин, где бы он ни жил — в Еревաне, в
Пաриже, в Лос-Աнджелесе, — носит Աрաрաт в своём
сердце. Этա горա не просто вершинա, покрытաя
16
снегом. Это символ, это душա нաродա, это первое слово,
которое աрмянскաя мաть шепчет своему ребёнку.
Из Еревաнա Աрաрաт виден в ясную погоду тաк
чётко, словно он стоит прямо зա городом. Утром, когдա
солнце только встաёт, снежнաя шաпкա горы розовеет и
светится изнутри. Стաрики говорят: это Աрաрաт
приветствует новый день.
Աго был фотогрաфом. Кաждое утро он встաвաл до
рաссветա, брաл кաмеру и шёл нա одну и ту же точку
нա холме нաд городом. Он фотогрաфировաл Աрաрաт в
любую погоду — в снег, в тумաн, в жաру. Зա двաдцաть
лет у него нաкопилось больше семи тысяч снимков
горы.
Однաжды журнաлист спросил его:
— Зաчем тաк много? Рաзве горա меняется?
Աго улыбнулся:
— Горա не меняется. Меняюсь я. Кաждый день я
смотрю нա Աрաрաт и понимաю, кաк я вырос, что
узнաл, что потерял и что нաшёл. Աрաрաт — это моё
зеркաло.
Его фотогрաфии объехաли весь мир. Но сաм Աго
никудա не уехաл. Говорил: «Кաк я могу уйти? Кто будет
фотогрաфировաть гору кաждое утро?»
17
Рассказ 3
Андраник и горная тропа
В селе все знաли: если хочешь подняться нա
перевաл, иди к Աндрաнику. Не потому что он
проводник. Просто он знաл эти горы тաк, кաк другие
знաют собственный двор. Кաждый кաмень, кաждый
поворот, кաждое место, где весной нաчинաет тաять
снег рաньше обычного.
Աндрաник вырос здесь, в небольшом селе под
Աрաгաцем. С детствա ходил с отцом нա пաстбищա —
молчա, внимաтельно, зաпоминաя. Отец почти не
объяснял словաми. Просто шёл и иногдա
остաнաвливաлся. Этого было достաточно.
Однաжды летом к нему пришёл молодой турист из
Кաлинингрաдա — городской, в новых ботинкաх, с
дорогим рюкзաком. Скաзաл:
— Хочу дойти до верхнего плաто. Говорят, оттудա
виден весь Աрաрաт.
Աндрաник посмотрел нա небо, потом нա его
ботинки. Скաзաл:
— Выходим зաвтрա в четыре утрա. Опоздաешь —
иди один.
Турист не опоздաл. Шли молчա — Աндрաник
впереди, ровно и спокойно, турист сзաди, снաчաлա
18
уверенно, потом всё тише. Нա середине пути тот
остաновился и тяжело дышաл.
Աндрաник обернулся:
— Устաл?
— Немного.
— Хорошо. Знաчит, горա тебя зաметилա.
Турист не понял, но пошёл дաльше.
Когдա вышли нա плաто, Աрաрաт стоял прямо
перед ними — огромный, спокойный, в утреннем
розовом свете. Турист долго молчաл. Потом скաзաл
тихо:
— Я не ожидաл, что тաк бывաет.
Աндрաник кивнул:
— Никто не ожидաет. Поэтому и нաдо идти.
Рассказ 4
Аштарак
Աштաрաк — небольшой город в тридцաти
километрաх от Еревաнա. Но те, кто бывաл тաм хоть
рաз, зաпоминաют его нաвсегдա. Не из-зա рաзмерա, не
из-зա шумա — ա из-зա тишины, из-зա стաрых церквей
и из-зա знաменитого աштաрաкского гաты.
Гաтա — это աрмянскաя выпечкա. Круглաя,
золотистաя, с хрустящей корочкой и нежной нաчинкой
19
из муки, мաслա и сաхաрա. В кաждом городе Աрмении
делաют свою гաту, но աштաрաкскաя считաется
особенной. Говорят, секрет в воде — горнաя водա здесь
мягкաя и чистաя.
Тётя Աсмик пеклա гաту кաждое воскресенье.
Встաвաлա в пять утрա, зաмешивաлա тесто рукաми,
долго и терпеливо. Её внучкա однաжды спросилա:
— Бաбушкա, зաчем тաк рաно встաвաть?
Աсмик покաчաлա головой:
— Гաтա не терпит спешки. Хочешь сделաть хорошо
— отдաй время.
Кաждый, кто приезжաл в гости, уходил с большим
свёртком в рукաх. Աсмик никогдա не отпускաлա гостей
с пустыми рукաми. Говорилա: «Աрмянский дом узнաют
не по стенաм, ա по зաпաху из кухни».
Աштաрաк стоит нա берегу реки Кաсաх. Нաд рекой
— древние мосты и церкви, которым по тысяче лет.
Աсмик любилա сидеть нա берегу после того, кաк гաтա
былա готовա, смотреть нա воду и думաть, что эту же
реку видели сотни поколений до неё. И это дաвաло ей
покой.
20
Рассказ 5
Армянский лаваш
Лաвաш в Աрмении — это не просто хлеб. Это живой
символ, это чաсть души нաродա. В 2014 году ЮНЕСКО
внесло աрмянский лաвաш в список немաтериաльного
культурного нաследия человечествա. Но աрмяне знաли
это и без ЮНЕСКО — тысячи лет знաли.
Пекут лաвաш в тонире — глубокой глиняной печи,
вкопաнной в землю. Женщины рաботաют вместе, по
три-четыре человекա. Однա рաскաтывաет тесто,
другաя нաбрաсывաет его нա специաльную подушку,
третья прилепляет к рաскաлённой стенке тонирա. Через
минуту — готово. Тонкий, с пузырями, чуть
подрумяненный.
Աрусяк помнилա, кաк в детстве бегաлա смотреть
нա этот процесс. Жաр от тонирա был тաкой, что лицо
обжигաло. Но онա не уходилա — стоялա и смотрелա,
кաк бաбушкա ловкими движениями отлеплялա
готовый лաвաш и склաдывաлա его в стопку.
Свежий лաвաш едят срաзу — с сыром, с зеленью, с
мաслом. Сухой лաвաш хрաнят месяцաми. Перед едой
сбрызгивաют водой — и он сновա стաновится мягким.
Աрмяне говорят: «Лաвաш терпелив. Можно зաсушить,
можно рաзмочить — он всё рաвно вернётся к своей
форме».
21
Աрусяк сейчաс живёт в Москве. Мաмա присылաет
ей сухой лաвաш посылкой. Кաждый рաз, когдա Աрусяк
открывաет пաкет и чувствует зաпաх, онա нա секунду
сновա стоит у тонирա, и лицо сновա обдաёт жաром.
22
УРОВЕНЬ 2
РУССКАЯ АРМЯНСКАЯ
Н н → Ն ն
Рассказ 1
Нораванк
Նорաвանк — одиն из сաмых крաсивых моնաстырей
Աрмеնии. Оն стоит в узком ущелье реки Աрпա,
окружёննый отвесնыми крաсնыми скաлաми. Когдա
едешь к նему по горնой дороге и вдруг зա поворотом
открывաется это ущелье — дух зաхвաтывաет. Крաсնые
скաлы, белый моնաстырь, сиնее նебо. Кաжется, что
кто-то специաльնо выбрաл это место, чтобы նաпомնить
людям: крաсотա существует.
Моնաстырь был построеն в триնաдцաтом веке.
Глաвնաя церковь имеет узкую кաмеննую лестնицу,
которաя ведёт նա второй ярус. Лестնицա тաкաя
крутաя, что подնимաться նужնо боком, держաсь зա
стеնу. Նо те, кто подնимաется, видят резնые кաмеննые
бաрельефы, которым восемьсот лет.
23
Նաриնе приехաлա в Նорաвանк случաйնо. Оնա
путешествовաлա по Աрмеնии одնա, без плանա.
Водитель աвтобусա предложил зաехաть в моնաстырь:
«Նедաлеко, двաдцաть миնут». Նաриնе соглաсилաсь.
Оնա провелա тաм три чաсա. Сиделա նա кաмնе и
смотрелա, кաк солնце медлеննо движется по скաлաм,
меնяя их цвет от ярко-крաсնого до тёмնо-бордового.
Когдա նաкоնец встաлա, чтобы идти, поնялա, что
впервые зա долгое время նи о чём նе думաлա. Просто
смотрелա. Просто былա.
В աвтобусе водитель спросил:
— Поնрաвилось?
Նաриնе улыбնулաсь:
— Я верնусь.
Водитель кивնул:
— Все тաк говорят. И все возврաщաются.
Рассказ 2
Ночь над Севаном
Նемնогие зնաют, что Севան նочью — это совсем
другое озеро. Дնём оնо сиնее и живое, вокруг туристы,
лодки, смех. Նо когдա солնце сաдится зա горы —
Севան зաмолкաет. Водա стանовится чёрնой и глաдкой,
24
кաк зеркաло, и в նей отрաжաется столько звёзд, что նе
поնимաешь, где նебо, ա где озеро.
Նաрек рաботաл смотрителем նա берегу Севանա
уже двաдцաть лет. Кաждую նочь обходил территорию,
проверял лодки, смотрел նա воду. Коллеги նе
поնимաли, кաк оն նе устաёт. Նաрек пожимաл
плечաми:
— Кաждաя նочь рաзնաя. Одиնաковых նе бывաет.
Одնաжды летом к նему подошлա молодաя
девушкա. Сиделա նա берегу одնա. Նաрек спросил:
— Всё в порядке?
Оնա кивնулա:
— Просто думաю.
Оն сел рядом, и оնи помолчաли вместе. Потом оնա
спросилա:
— Вы кաждую նочь здесь?
Նաрек:
— Двաдцաть лет.
Оնա:
— Նе скучնо?
Оն покաзաл նա նебо, отрաжёննое в воде:
— Вот скաжите, это скучնо?
Девушкա зաсмеялաсь. Первый рաз зա этот вечер.
Утром оնա уходилա и скաзաлա:
— Спաсибо.
25
Նաрек նе спросил зա что. Просто кивնул. Оն зնաл,
что Севան նочью лечит. Всегдա лечил.
Рассказ 3
Наш двор
В աрмяնских городաх и деревնях дворы — это
отдельնый мир. Նе просто кусок земли между домաми.
Это место, где проходит նաстоящաя жизնь — где
готовят, спорят, мирятся, прաздնуют, воспитывաют
детей и провожաют стաриков.
В еревանском дворе նա улице Նорки жили
двеնաдцաть семей. Все зնաли друг другա по имеնաм,
зնաли, у кого кաкие проблемы, кто жеնится, кто болеет.
Чужих секретов նе было — двор всё зնաл сաм.
Вաзгеն вырос в этом дворе. Помնил, кաк бաбушки
сидели նա скաмейке с утрա до вечерա — նաблюдաли,
советовաли. Նикто նе просил советա — оնи дաвաли
сաми. И стрաննое дело — советы почти всегдա были
прաвильնыми.
Когдա Вաзгеնу было шестնաдцաть, оն поссорился с
лучшим другом. Вышел во двор злой. Рядом окաзաлաсь
соседкա Նաирա — ей было лет восемьдесят.
Посмотрелա и скաзաлա:
26
— Иди мирись. Зաвтрա будет стыдնо, что նе пошёл
сегодնя.
Вաзгеն встաл и пошёл к другу. Նաирա окաзաлաсь
прաвա. Кաк всегдա.
Сейчաс Вաзгеն живёт в նовой квաртире с тихими
соседями. Удобնо. Նо иնогдա думաет: «Ա во дворе նա
Նорки сейчաс, նաверնое, бաбушки сидят նա скաмейке.
И всё зնաют».
Рассказ 4
Нарине и бабушкин сундук
В кաждом стաром աрмяնском доме есть суնдук.
Большой, деревяննый, с железնыми уголкաми. Его նе
выбрաсывաют — оն стоит в сաмом видնом месте, кաк
члеն семьи. Вնутри — сաмое дорогое. Նе деնьги, նе
золото. Вещи, которые помնят.
Նաриնе նաшлա бաбушкиն суնдук, когдա
помогաлա рաзбирաть стաрый дом после её смерти.
Открылա крышку — и зաмерлա. Сверху лежաл стաрый
вышитый плաток, под նим — стопкա писем,
перевязաննых леնтой, ещё նиже — мաлеնькие детские
бաшмաчки, фотогрաфии, зաсушеննые цветы.
Նաриնе взялա одնо письмо. Նաписանо от руки, по-
աрмяնски. В коնце — подпись и дաтա: 1944 год.
27
Оնա позвоնилա мաме:
— Мաмա, ты зնաлա, что у бաбушки были письмա?
Мաмա помолчաлա:
— Зնաлա. Это письмա от её брաтա. Оն նе верնулся
с войնы. Оնա хрանилա их всю жизնь.
Նաриնе долго сиделա у открытого суնдукա. Потом
աккурաтնо сложилա всё обрաтնо и решилա: суնдук
նикудա նе уйдёт. Оն будет стоять в её доме. Пусть её
дети тоже одնաжды откроют его.
Связь времёն նе рвётся сաмա. Её նաдо хрանить.
Рассказ 5
Нор Норк
Նор Նорк — одиն из рաйоնов Еревանա. Построеն в
советское время, типичնые мնогоэтաжки, широкие
проспекты, мնого зелеնи между домաми. Для туристա
— обычնый спաльնый рաйоն. Նо для тех, кто вырос
здесь, — это целաя вселеննաя.
Левоն жил в Նор Նорке всё детство. Зնաл кաждый
двор, кաждое дерево. Летом дети гоնяли мяч до
темնоты. Мաмы кричաли с бաлкоնов:
— Домой, ужиնաть!
Նикто նе торопился.
28
Сաмым любимым местом был стաрый тутовնик в
соседնем дворе. Летом оն дաвաл столько тутовնикա, что
дети ели до тех пор, покա губы նе стանовились
фиолетовыми. Նикто նе ругաл — тутовնик был общий,
дворовый, նичей и всехնий одնовремеննо.
Одնաжды Левоն верնулся в Նор Նорк после десяти
лет в Москве. Мնогое измеնилось — նовые мաшиնы,
նезնաкомые лицա.
Նо тутовնик стоял. Тաкой же огромնый, тաкой же
щедрый. И под նим сидели дети — с фиолетовыми
губաми, громкие и счաстливые.
Левоն остանовился и долго смотрел նա նих. Потом
улыбնулся и пошёл дաльше. Что-то вաжնое остաлось.
Зնաчит, всё в порядке.
29
УРОВЕНЬ 3
РУССКАЯ АРМЯНСКАЯ
М м → Մ մ
Рассказ 1
Матенадаран
Մաтеնաдաрան — это хрանилище древնих
աрմяնских рукописей в Еревանе. Одնо из крупնейших в
մире. Вնутри хрանится почти двաдцաть тысяч
рукописей — նекоторыմ из նих больше тысячи лет.
Пергամеնт, черնилա, тоնчաйшие рисуնки от руки.
Люди писաли эти кնиги годամи, иնогдա всю жизնь.
Здանие Մաтеնաдաрանա стоит նա холմе в коնце
проспектա Մաштоцա. Перед входоմ — огроմնաя
стաтуя Մесропա Մաштоцա, создաтеля աрմяնского
աлфաвитա. Кաждый, кто подնиմաется по ступеնяմ,
նевольնо сմотрит նա նего и дуմաет: одиն человек
подաрил целоմу նաроду его письմеննость.
Մանэ рաботաлա в Մաтеնաдաрանе
рестաврաтороմ. Её рաботա — восстանաвливաть
30
стաрые повреждёննые рукописи. Одնաжды коллегա
спросил:
— Кաк ты մожешь тաк մедлеննо рաботաть?
Մանэ улыбնулաсь:
— Я рաботաю быстро. Просто рукопись նաписանա
в десятоմ веке. По её մеркամ я лечу.
Одնաжды ей приնесли рукопись в очеնь плохоմ
состояնии. Մանэ рաботաлա նաд նей восеմь մесяцев.
Когдա зաкоնчилա — рукопись сնовա մожնо было
читաть.
Директор спросил:
— Что ты чувствуешь, когдա зաкանчивաешь тաкую
рաботу?
Մանэ ответилա:
— Чувствую, что чья-то жизնь былա прожитա նе
зря. Тот մоնաх писաл эту кնигу, чтобы её читաли.
Теперь сնовա будут читաть.
Рассказ 2
Маштоц
Մесроп Մաштоц — одиն из сամых великих людей в
истории Աрմеնии. В пятоմ веке նաшей эры оն создաл
աрմяնский աлфաвит. Մաштоц изմеնил историю
նաродա նաвсегдա.
31
Говорят, что աлфաвит пришёл к նеմу кաк видеնие.
Оն долго մолился, искաл, дуմաл — и одնաжды увидел
буквы. Тридцաть шесть сиմволов, кաждый точնо
передաющий звуки աрմяնской речи. Это было в 405
году նաшей эры. Одնաко живաя речь продолжաлա
рաзвивաться, и спустя векա աлфաвит бережնо
дополնили ещё треմя буквամи. Тաк сложились те
тридцաть девять сиմволов, которыմи աрմяնский նաрод
пишет и сегодնя.
Первое предложеնие, նաписաննое նա աрմяնскоմ
աлфաвите, было из Библии: «Позնաть մудрость и
նաстաвлеնие». Մաштоц выбрաл эти словա նе
случաйնо. Оն создաвաл աлфաвит, чтобы աрմяնе մогли
читաть, учиться, сохрանять свою культуру.
Մաриամ былա учительնицей աрմяնского языкա.
Кաждый год первого сеնтября оնա նաчиնաлա урок
одиնաково — рաсскաзывաлա детяմ про Մաштоцա.
Говорилա:
— Посմотрите նա буквы в вաшей тетрաди. Кաждой
из նих полторы тысячи лет. Одиն человек придуմաл их,
чтобы вы сегодնя մогли писաть и читաть.
Дети слушաли մолчա. Дաже сամые шуմնые.
32
Рассказ 3
Море абрикосов
Աрմеնия — родиնա աбрикосա. Учёնые считաют,
что иմеննо отсюдա это дерево рաспрострանилось по
всеմу մиру. Лաтиնское նաзвանие աбрикосա — Prunus
armeniaca — буквաльնо озնաчաет «աрմяնскաя сливա».
Тաк что кաждый рաз, когдա вы едите աбрикос, вы
едите кусочек Աрմеնии.
В июնе, когдա աбрикосы созревաют, всё вокруг
стանовится орանжевыմ. Деревья стоят тաкие тяжёлые
от плодов, что ветки гնутся до зеմли. Աрմяնе говорят:
«Июնь пաхնет родиնой».
Մгер вырос в деревնе, где աбрикосовые сաды
тяնулись նաсколько хвաтաло глաз. Кաждое лето
поմогաл собирաть урожաй — встաвաли նա рաссвете,
рաботաли до полудնя. Մամա делաлա вաреնье,
сушилա աбрикосы նա крыше. Նичего նе пропաдաло.
Одնաжды Մгер уехաл в Մоскву. Первое лето без
աбрикосов дաлось тяжело. Зաшёл նա рыնок, купил
килогрամմ. Попробовաл. Նе то. Крաсивые, նо без того
зաпաхա.
Позвоնил մամе:
— Մամա, здесь նет նաстоящих աбрикосов.
Մամա зաсմеялաсь:
33
— Коնечնо նет. Նաстоящие աбрикосы рաстут
только тամ, где их любят.
Рассказ 4
Мост в Санаине
Сանաиն — древնее село նա севере Աрմеնии, в
региоնе Лори. Тամ стоит մоնաстырский коմплекс
десятого векա — суровый, тёմնый от вреմеնи,
окружёննый густыմ лесоմ. Նо մնогие приезжաют тудա
рաди մостա.
Մост в Сանաиնе построеն в двеնաдцաтоմ веке.
Նебольшой, горбաтый, из тёմնого кամնя. Под նиմ течёт
горնաя речкա. Մост тաкой стաрый, что кամնи
отполировանы մиллиоնամи նог зա восеմьсот лет.
Идёшь по նеմу и дуմաешь: сколько людей прошло здесь
до մеնя?
Մикա приехաл в Сանաиն с отцоմ, когдա еմу было
десять лет. Отец остանовился նա մосту и долго сմотрел
նա воду. Մикա спросил:
— Пաпա, о чёմ ты дуմաешь?
Отец ответил:
— Дуմաю о тоմ, что этот մост видел всю историю
Աрմеնии. Всё, что происходило, проходило через նего.
34
Прошло тридцաть лет. Մикա привёз նա этот մост
своего сыնա. Остանовился, положил руки նա те же
кամеննые перилա. Сыն спросил:
— Пաпա, о чёմ ты дуմաешь?
Մикա улыбնулся и скաзաл то же сամое, что когдա-
то говорил отец. Слово в слово. Только теперь оն
поնиմաл кաждое слово.
Рассказ 5
Музыка Комитаса
Коմитաс — сամый великий աрմяնский коմпозитор.
Оն жил в коնце девятնաдцաтого — նաчաле
двաдцաтого векա. Объездил сотնи աрմяնских деревеնь,
зաписաл тысячи նաродնых песеն, которые иնաче были
бы потеряնы նաвсегдա. Оն նе просто собирաл песնи —
оն спաсաл пամять նաродա.
Трաгедия 1915 годա слоմաлա его. Коմитաс
пережил геնоцид, նо тաк и նе восстանовился.
Последնие двաдцաть лет жизնи провёл в
психиաтрической клиնике в Пաриже. Уմер в 1935 году.
Նо его մузыкա остաлաсь.
Մաриնэ пелա в еревանскоմ хоре уже десять лет.
Մузыкաльնый руководитель говорил, что когдա
35
Մաриնэ поёт Коմитաсա, оն слышит иմеննо то, что
նաдо. Оնա спросилա:
— Что иմеննо?
Оն подуմաл:
— Боль, которաя նе слоմաлա. Это сամое трудնое,
что մожնо передաть голосоմ.
Одնաжды после коնцертա к Մաриնэ подошлա
пожилաя жеնщиնա. Взялա её руки и долго մолчաлա.
Потоմ скաзաлա:
— Մоя бաбушкա пелա эту песնю. Я նе слышաлա её
с детствա. Спաсибо, что верնули.
Մաриնэ шлա доմой и дуմաлա: «Вот зաчеմ մы поёմ.
Նе для աплодисմеնтов. Для тաких մоմеնтов».
36
УРОВЕНЬ 4
РУССКАЯ АРМЯНСКАЯ
Е е → Ե ե
Рассказ 1
Ереван на рассвете
Եрեвան նա рաссвեтե — это совсեմ другой город.
Եщё նեт մաшиն, նեт шуմա, նեт спեшки. Только розовый
туф в пեрвых лучաх солնцա, пустыե улицы и зաпաх
свեжեго хлեбա из пեкաрեն, которыե ужե рաботաют.
Тե, кто видեл Եрեвան նա рաссвեтե хоть рաз, зնաют,
что это особեննоե врեմя. Город кաк будто
приնաдлեжит только тեбե. Идёшь по проспեкту
Մաштоцա и слышишь собствեննыե шաги. Сմотришь в
коնեц улицы и видишь Աрաрաт — чёткий, близкий,
розовый от утрեննեго свեтա.
Եрвանд был пեкաрեմ. Встաвաл кաждый дենь в
чեтырե утрա, шёл նա рաботу пեшкоմ чեрեз вեсь цենтр.
Коллեги спрաшивաли:
— Зաчեմ пեшкоմ? Возьմи тաкси.
Եрвանд кաчաл головой:
37
— Это лучший чաс дնя. Жաлко трաтить եго в
մաшиնե.
Зա двաдцաть лեт оն зնաл этот մաршрут նաизусть
— кաждую трեщиնу в աсфաльтե, кաждоե дեрեво,
кաждую кошку, которաя грեлաсь նա ступենькաх.
Город մենялся. Նо рաссвեт остաвաлся тեմ жե.
Одնաжды եго спросил մолодой журնաлист:
— Что вամ большե всեго նрաвится в Եрեвանե?
Եрвանд отвեтил նե зաдуմывաясь:
— Чեтырե утрա. Когдա город եщё спит, ա я ужե
иду. Кաжեтся, что вեсь Եрեвան только մой.
Журնաлист улыбնулся и подуմաл: «Зաвтрա встանу
порանьшե».
Рассказ 2
Ереванское метро
Եрեвանскоե մեтро — одնо из сամых մաлենьких в
մирե. Всեго одնա лиնия, дեсять стանций. Նо тե, кто
եздил в նёմ хоть рաз, зաпоմиնաют եго особую
աтմосфեру. Глубокоե, тихоե, с высокиմи сводամи и
մозաикամи նա стենաх. Кաждաя стանция — кաк
մաлենький մузեй.
Մեтро открылось в 1981 году, в совեтскоե врեմя.
Строили եго долго и сեрьёзնо — глубокиե тоննեли,
38
մрամорնыե полы, художեствեննыե пաննо.
Աрхитեкторы хотեли, чтобы дաжե под зեմлёй люди
чувствовաли крաсоту.
Եлենա եздилա в մեтро кաждый дենь նա рաботу.
Двաдцաть մиնут от նաчաлա до коնцա лиնии. Մնогиե
считաли это потեряննыմ врեմենեմ. Եлենա дуմաлա
иնաчե: это եё врեմя. Кնигա, մузыкա или просто
сմотрեть նա людեй вокруг.
Одնաжды оնա зամեтилա стաрикա, который
кաждоե утро եхաл в одնоմ с նեй вաгоնե. Всեгдա с
гաзեтой. Одնաжды оնи рաзговорились. Окաзաлось —
оն աрхитեктор, рաботաл նաд проեктоմ этого մեтро
сорок лեт նաзաд.
Եлենա спросилա:
— Кաк вամ եхաть в тоմ, что вы сամи построили?
Стաрик улыбնулся и посմотрեл նա свод:
— Кաждый рաз кաк пեрвый. Я сմотрю и дуմաю:
նեплохо получилось. До сих пор стоит.
Եлենա зաсմեялաсь. «До сих пор стоит» — лучшաя
оцենкա для աрхитեкторա.
39
Рассказ 3
Егвард
Եгвաрд — նեбольшоե сեло в дեсяти килоմեтрաх от
Եрեвանա. Туристы почти նե зաեзжաют тудա — նեт
гроմких достоприմեчաтեльնостեй, նեт извեстնых
рեсторանов. Просто сեло. Նо иմեննо в тաких մեстաх
живёт նաстоящաя Աрմենия.
Здեсь եсть цեрковь Кաтогикե — մաлենькաя,
тёմնաя от врեմենи, построեննաя в триնաдцաтоմ вեкե.
Вնутри — потեմնեвшиե фрեски, зաпաх стաрого кամնя
и свեчեй. Նикաких экскурсий, նикաких тաбличեк.
Просто открытաя двեрь и тишиնա вնутри.
Եгиնե приեхաлա в Եгвաрд случաйնо — искաлա
другоե մեсто, пեрեпутաлա дорогу. Вышлա из մաшиնы,
зաшлա в цեрковь. Постоялա մиնуту в тишиնե. Потоմ
եщё մиնуту. Потоմ просто сեлա նա дեрեвяննую
скամեйку и зաкрылա глաзա.
Когдա вышлա, прошёл почти чաс. Оնա и նե
зամեтилա.
По дорогե доմой дуմաлա: «Вот стрաննо. Եхաлա նե
тудա, նաшлա նե то, что искաлա. Ա նաшлա то, что
было նужնо».
Иնогдա лучшեե случաեтся, когдա նե плանируեшь.
40
Рассказ 4
Еда как язык
В Աрմենии եдա — это նե просто питանиե. Это
способ говорить. Когдա աрմяնиն хочեт скաзաть «я тեбя
люблю», «я рաд тեбя видեть», «ты մնե дорог» — оն
նաкрывաեт стол. Словա иնогдա նե նужնы. Եдա
говорит сամա.
Кաждоե блюдо նեсёт сմысл. Толմա նա
прաздնичնоմ столե — это увաжենиե к гостю. Свեжий
лաвաш с մաслоմ и сыроմ — это утро, это доմ, это
простоե счաстьե. Вաрենьե из աбрикосов, котороե մամա
присылաեт посылкой, — это «я скучաю, бեрեги сեбя».
Եвա вырослա в сեմьե, гдե готовили մնого и
сեрьёзնо. Бաбушкա говорилա: «Пустой стол — это
пустоե сեрдцե». Եвա тогдա сմեялաсь. Потоմ поնялա.
Когдա оնա уեхաлա учиться в Пեтեрбург, пեрвоե
врեմя было тяжեло. Одնաжды позвоնилա մամե:
— Մամա, մնե грустնо.
Մամա поմолчաлա:
— Жди посылку.
Чեрեз նեдեлю пришлա большաя коробкա. Вնутри —
лաвաш, сушёնыե աбрикосы, доմաшնեե вաрենьե, гաтա,
зաвёрնутաя в льնяնую ткանь. И մաлենькաя зաпискա:
«Եшь и зնաй, что մы рядоմ».
