— Приняли. Обратно груз дают.
— Все документы получил?
— Получил. Только у них арматура вообще в другом месте.
— У тебя адрес записан.
— Записан. Я к тому, что они хитрые. Сначала разгрузили, потом говорят: езжай ещё.
— Ты об этом до выезда знал.
— До выезда я молодой был.
Я передал трубку Тамаре. Она выяснила, какая машина свободна раньше, отправила её за арматурой, остальные оставила получать двигатели. Четвёртый борт приняли в согласованное время. Обратная погрузка закончилась позднее, чем мы рассчитывали, но по темноте гнать людей домой я не собирался. Предусмотренную остановку оставили. На следующее утро колонна вернулась.
Буров заехал последним. Я встретил его на площадке, когда машины уже освобождали у заводского склада.
— Ну?
— Нормально, — сказал он. — Генка им там всю душу вынул. Требовал двигатели в порядке размеров.
— Зачем?
— Сказал, чтоб машина красиво ехала.
Буров снял рукавицы и сунул их за пояс.
— А вообще хорошо сделали. Ни там без дела не стояли, ни обратно пустыми.
Он говорил без особенного выражения, разглядывая разгрузку. Я тоже смотрел на неё и чувствовал знакомое удовольствие.
Четыре машины ушли с грузом. Четыре вернулись с грузом. Люди получили нормальную работу. Клиент получил то, что ему было нужно, в тот срок, который мы назвали.
Мне нравились деньги. Очень нравились. Особенно когда можно было точно объяснить, откуда они взялись.
Платёж от завода поступил до подачи машин, как мы и договаривались. После возвращения Нина Петровна положила передо мной окончательный расчёт.
Я пробежал по строчкам. Топливо, оплата труда, расходы на рейс, содержание техники. Задержка на обратной погрузке съела немного больше, чем хотелось. Работа всё равно оставалась выгодной.
— Вот эта сумма, — сказала Нина Петровна, придержав лист пальцем, — ещё не разрешение покупать всё, что хочется.
— А что хочется, вы знаете?
— Мне Виктор Егорович рассказал.
— Он далеко заглядывает.
— Он до самого потолка нового бокса заглянул.
Я взял карандаш и отметил часть суммы.
— Шины. По нашему порядку закупки. Остальное оставляем.
Нина Петровна убрала палец.
— Так можно.
— А работу с заводом повторить можно?
— Если они будут платить, как сейчас, почему нет?
Я набрал Круглова.
Он снял трубку почти сразу.
— Павел Николаевич! Получили всё. Они даже письмо прислали, что оборудование дошло вовремя. Слушай, у нас ещё в конце месяца отправка.
— Объём?
Он назвал предварительные цифры. Я записал.
— Обратно что будете получать?
— Сейчас скажу. Подожди.
В трубке послышался шорох бумаг.
Сначала у него нашлась исходящая партия. Потом встречная. Потом выяснилось, что второй груз обычно забирало другое подразделение завода и они вообще редко согласовывали поездки.
— Дайте им мой телефон, — сказал я. — И Тамарин. Только сначала определитесь с датами. Мы посмотрим, как собрать.
Когда положил трубку, на столе снова лежали три папки. Но к январской работе прибавились два листа.
Векшину я звонить не стал.
Домой приехал до ужина. Валя встретила меня в прихожей с полотенцем в руках.
— Ты чего?
— Домой пришёл.
— Я вижу. Случилось что-то?
— Хорошее.
Из комнаты выскочила Оля с картонной коробкой. Следом вышел Миша, держа моток провода.
— Мы делаем дом, — сообщила дочь. — У него будет свет.
В стенках коробки были вырезаны окна. Внутри сын закрепил маленькую лампочку и возился с батарейкой.
Я снял пальто, помыл руки и сел рядом. Миша показал соединение. Свет мигнул и погас.
— Контакт, — сказал я.
— Я знаю.
Он поджал металлический лепесток, поправил провод. Лампочка загорелась ровно. Оля немедленно задвинула в коробку двух кукол и потребовала дверь.
— Без двери неудобно, — объяснила она. — Папа через окно не пролезет.
— В этом доме папа какого размера?
Дочь посмотрела на меня, потом на коробку.
— Поменьше сделаем.
Валя засмеялась на кухне.
Я помог вырезать дверь. Картон оказался толстым, Миша принёс линейку, дочь следила, чтобы никому не отпилили ноги. Закончили, когда Валя позвала к столу.
После ужина я рассказал ей про Векшина. Без фамилий клиентов и перечня агрегатов. Про деньги и условия.
— Удобно было бы, — сказала она.
— Очень.
— Поэтому и сомневаешься?
— Уже отказался.
Валя убрала тарелки, вернулась и села напротив.
— Тогда теперь не доказывай каждый день, что правильно сделал. А то я тебя знаю. Отказался от удобного — будешь до ночи работать, чтобы оно обязательно оказалось вредным.
Я хотел ответить, но она подняла ладонь.
— Сегодня вовремя пришёл. Вот и продолжай.
Телефон зазвонил, когда я вытирал стол.
Буров поздоровался и спросил, не отвлекает ли.
— Нет, Семён. Что там?
— Условия по аренде подготовили?
— Рабочий вариант. На следующей неделе обсудим с представителями, потом вынесем окончательный.
— Я бы хотел раньше посмотреть. И ребята хотят.
— Получите.
— Ты только пойми, Павел Николаевич. В декабре мы голосовали, что двигаться надо. А как именно — ещё говорить. Люди теперь спрашивают, кому сколько и кто чем отвечает.
Я посмотрел в комнату. В картонном доме горел свет. Оля уложила кукол и оставила дверь открытой, чтобы папа поменьше мог вернуться.
— Завтра после смены зайди, — сказал я. — Сядем с Ниной Петровной. Потом соберём всех, кому положено решать.
— И без фокусов?
— С цифрами.
— Фокусы тоже с цифрами бывают.
— Поэтому и смотри заранее.
Буров помолчал.
— Вот это правильно. До завтра.
Я положил трубку. Валя стояла в дверях кухни.
— Опять работа?
— Завтра.
И вернулся за стол: дочь уже требовала помочь с забором.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
