Кира Стрельникова
Мой стажёр - демон!
Пролог
— Пар-рзивул, это уже пер-решло все границы! – грозно пророкотал высокий, широкоплечий, могучий демон, сверкнув багровыми глазами и прожигая взглядом замершего перед ним сына. – Нельзя так с теми, кто старается для тебя и хочет тебе добр-ра!
— Но мы же просто пошутили! – Парзивул, молодая копия отца, только чуть поуже в плечах и без резких морщин прожитых лет на лице. – Папа, ничего же такого!
— Пошутили?! – старший демон нахмурился и опёрся кулаками о стол, чуть наклонившись вперёд. – Довели своими шуточками бедную профессора до нервного срыва?! Хороша же шутка, когда при всех оставляешь приличную женщину без одежды, только в нижнем белье! Твоя магия предназначена, чтобы защищать, и нападать с помощью неё только на врагов, а не на обычных людей! Чем тебе госпожа целительница не угодила?! Нет, Парзивул, я решил, – глава рода хлопнул ладонью по столу, отчего отпрыск несильно вздрогнул, с опаской покосившись на родителя. – Отправляешься на наказание. В другой мир. С ограничением по применению магии, только до бытового уровня. Пойдёшь стажёром в… школу, – на лице старшего демона появилась коварная усмешка. – Почувствуешь на собственной шкуре, каково это, быть учителем.
— В школу?! – вытаращился Парзивул на отца, на его породистом лице отразилась растерянность пополам с паникой. – К детям?!
— К ним, к ним, родимым, – глава рода опустился в кресло и удовлетворённо кивнул. – Маленьким ведьмам, ведьмакам и оборотням. Они тоже, знаешь ли, шутить любят, – хмыкнул довольно старший демон. – А вот нашу братию – не очень, – он хитро прищурился. – Так что советую не светить свою настоящую ипостась, если не хочешь огрести по полной, дражайший сын. И работать тебе там целое полугодие! – старший демон снова грозно сверкнул глазами. – Раньше вернуться не сможешь. Может, хоть это научит тебя уважать окружающих чуть больше и относиться к ним должным образом.
— Но… папа… – Парзивул моргнул, судорожно сглотнув. – Что я там преподавать-то буду?! Ведьмам и ведьмакам?
— Один из местных иностранных языков, – махнул рукой родитель. – Все необходимые знания по теории я загрузил в запоминающий кристалл, у тебя сутки, чтобы изучить необходимое. А там, на месте, уже разберёшься.
— Но я боевой маг, какой из меня… учитель? – предпринял последнюю попытку воззвать к отцу Парзивул.
Старший демон смерил сына внимательным взглядом и пожал плечами.
— Нормальный, сын, вполне. Ты же в Академии помогал младшим курсам, я разговаривал с твоим наставником по боевой магии, и он говорил, что у тебя неплохие задатки, – он хмыкнул и потёр ладони. – Так что, Парзивул, марш готовиться. Завтра вечером я открою портал, и отправишься на наказание. Это моё последнее слово, – родитель поднял ладонь, и над ней засветилась багровым руна закрепления. – Да, кстати, в школах в этом мире в основном работают женщины, уверен, тебя эта новость обрадует, – старший демон пошевелил бровями и добавил с очередной усмешкой. – И большинство из них одинокие, не сомневаюсь, они оценят твою харизму.
Парзивул обречённо понял, что отец отступать не намерен, и ему предстоит ближайшие полгода провести в другом мире. В школе. Учителем. Для подростков. Ещё и среди одиноких женщин. Караул, как выжить?!
Глава 1
— Ой, девочки, Марфа-то наша Михална всё-таки ушла, – вздохнула Валентина Николаевна, она же просто Валя для меня, пухлая, румяная, с пышной кудрявой шевелюрой цвета каштана, оборотница-сенбернар, подперев кулаком щёку и поставив брови домиком над грустными, большими тёмно-карими глазами. – С этого года новый у нас директор будет…
— И кто, кто? – живо заинтересовалась Женя, подавшись вперёд и разве что несуществующим хвостом не виляя, любопытство и нетерпение из неё едва не сочились.
Она вообще была активная, бойкая, пробивная, энергия из неё так и пёрла, что называется, однако Женьке палец в рот не клади, она только выглядела молодо в свои двадцать пять, ведьмы вообще взрослеют рано. А Женёк ещё и после декрета как раз, первого родила недавно.
— Да говорят, какая-то молодая, амбициозная, – Валя повела плечом. – Не знаю, девочки, пока всё очень неопределённо, надо смотреть. А ещё, у нас поувольнялись многие, – продолжила она рассказывать нерадостные новости. – Расписание некому составлять, Лёша тоже внезапно ушёл, информатику некому вести и за журналом следить, – оборотница издала ещё один вздох. – А до начала учебного года две недели всего осталось…
Я постаралась не обращать внимания на ёкнувшее сердце и тихо порадовалась, что документы на подтверждение ведьмы-преподавательницы высшей категории успела собрать ещё при Марфе, осталось только кое-какие несущественные бумажки добавить и подписать. Уже у новой директрисы, наверное… Ох. Десять лет тут проработала, обвыклась, расслабилась, прижилась, и вот на тебе! А Марфа-то какова, до последнего молчала, каждый год пела нам байки, что вот, мол, уйдёт, ибо здоровье подводит, колени ломит и хвост отваливается, и всё такое, и всё равно оставалась. Мы и перестали обращать внимание на её демонстративные намёки. Зря, как выяснилось.
— Ну, вдруг это к лучшему, – жизнерадостно заявила Оленька, стройная, рыжеволосая, классическая ведьма чуть младше меня. – Новые люди, новые веяния, правда, девочки?
Оленька здесь когда-то работала, потом ушла в декрет по третьему ребёнку – сильная женщина, уважаю! – потом решила уволиться и поработать где-нибудь ещё, и всё-таки вот к нам вернулась год как.
— А ты, Рит, что думаешь? – Женя посмотрела на меня.
— Не знаю, – протянула я, обхватив себя руками и положив ногу на ногу, покачивая лёгкой летней туфелькой. – Надо смотреть…
Телефон неожиданно пиликнул сообщением, я выгнула бровь в лёгком недоумении и прочитала: «Маргарита Кирилловна, зайдите, будьте любезны, ко мне в кабинет», – Марина Валентиновна, завуч, хитрая, пронырливая, вредная баба, настоящая тёмная ведьма. У нас был вооружённый нейтралитет, она меня старалась лишний раз не трогать, а я её – лишний раз не замечать. Так сказать, репутация бежала впереди меня, и я этим гордилась. Скривилась, недовольно поджав губы, и встала.
— Грымза зовёт, чего-то опять хочет, – проворчала я, покосившись на недоеденный тортик – Оленька принесла, к чаю. – Надеюсь, не классное руководство в очередной раз, знает же, что откажусь.
И я вышла из кабинета, зачем-то мысленно скрестив пальцы на удачу. Мудрая пятая точка подсказывала, что ничего хорошего мне тёмная не сообщит… Спустилась на второй этаж, где располагались кабинеты нашего начальства, стукнула для приличия разок и вошла, не дожидаясь ответа и вопросительно уставившись на Марину Валентиновну. А увидев её радостную улыбку, чуть не выпрыгнула обратно в коридор, осенив себя защитным знаком. Точно, пакость задумала, и грандиозную, судя по торжествующему блеску в глазах. От которой я при всём желании не смогу отмахаться.
— Риточка, – вкрадчиво произнесла Марина Валентиновна, и стоило больших трудов сохранить невозмутимость и не вздрогнуть. – В нашу школу на следующей неделе стажёр придёт, как раз к вам, на рунологию. Будет учиться вести уроки. Думаю прикрепить его к тебе, Риточка, тебе же нужны баллы за наставничество к аттестации? – она хитро прищурилась, и улыбочка стала совсем медовой.
Ну… Вот коза драная, чтоб ей отдачей от тёмного ритуала прилетело по пятой точке. У меня, конечно, все документы собраны, и там всё в порядке, но для подстраховки я как раз думала, что бы ещё доложить на всякий случай, как мне и советовали. И тут это вот! Но… стажёр?.. Я выгнула бровь, смерила Марину Валентиновну внимательным взглядом и коротко уточнила:
— В чём подвох?
— Ну что ты, Риточка, какой подвох! – всплеснула руками Мариша, как я её про себя называла, и поправила очки. – Никакого, абсолютно! У молодого человека, его, кстати Павел Андреевич зовут, отличные рекомендации, он аспирант нашего Общего Педагогического, диплом с отличием. Заодно, может, и алхимией заинтересуется, покажешь ему свои уроки. Ну, по учебникам там сориентируешь, сама реши, в какие классы его сначала отправлять. Договорились? Вот приказ, – шустрая грымза тут же положила передо мной на стол уже распечатанный приказ.
Понятно. Отмазаться не получится, да и дополнительные десять баллов за наставничество к папочке прямо манили, соблазняли, подталкивали взять ручку и подписать!
— И на сколько он? – уточнила, не торопясь поддаваться. – На четверть?
— На две, – поправила Мариша и я мысленно скривилась.
Две четверти… А с другой стороны, раз он мужик, и сунулся в школу… Едва сдержала коварную усмешку и порыв потереть ладони. Значит, стажёр, аспирант, по рунологии? Во-от, а у меня как раз отбитый девятый второй, в котором половина группы – созревшие ведьмочки и оборотницы, изо всех сил доказывающие мне, кто в стае альфа-самка, весь прошлый год. Нет, понятное дело, что я, но на прочность меня пробовали регулярно, и сомневаюсь, что в этом году будет лучше. А ещё, оба нынешних восьмых, и первый, и второй, пофигисты, лентяи, и любители списывать, упорно считающие, что я ничего не замечу и не просеку. Что ж…
— Ладно, – невозмутимо кивнула, подвинула приказ и размашисто расписалась. – Пусть приходит этот ваш стажёр, разберёмся.
После чего вышла и отправилась обратно к девчонкам, радовать новостью. А у нас, между прочим, хватает незамужних коллег в активном поиске, особенно среди начальных классов. Ох, не завидую я этому Павлу Андреевичу, ведь всем известно: ведьма-учительница – гроза и ужас всех холостых и симпатичных, ну или не очень, мужчин. А особенно в школе… Оборотницы как-то поспокойнее в этом плане, даже на Олежу, то есть Олега Александровича, нашего физрука-оборотня, упорная охота велась несколько лет, пока все не уяснили: харизматичный и статный преподаватель не намерен связывать себя узами брака, и настроен только на свободные отношения. Из всех жаждущих его внимания Олежа остановился на мне, ибо я ни на что не претендовала кроме как на здоровый секс к обоюдному согласию и иногда на совместный короткий отдых. Нас обоих это более чем устраивало.
— Девочки, к нам едет стажёр! – с пафосом заявила я, шагнув в наш кабинет. – На следующей неделе появится, рунологию будет преподавать, Грымза его ко мне прикрепила, как к наставнику.
Вообще, у нас у каждой был свой кабинет, как раз подряд на третьем этаже, но мы любили собираться здесь, у Вали, так уж повелось, у неё и закуток имелся типа лаборантской, где можно было чайку попить в окна, пообщаться и хоть немного отдохнуть от неугомонных и шумных детишек. Учительскую я не любила, хотя там порой можно услышать и кое-какие интересные сплетни, зато общительная Олечка частенько туда заглядывала и приносила на хвосте какой-нибудь горяченький слух.
— Да ладно?! – дружным хором отозвалась наша молодёжь, Оля с Женей.
Валя же хмыкнула и по-доброму усмехнулась.
— Неужели Грымза что-то хорошее тебе решила сделать? Молодой хоть, холостой? – деловито уточнила она, от всей широты своей сенбернарской души желая наделить меня счастьем и искренне считая, что свободные отношения с Олегом ниже моего достоинства и в общем такой замечательной умницы, как я.
— Валя, у меня уже есть любовник, – парировала я. – И нет, не знаю, Мариша ничего не сказала насчёт его статуса.
— Тебе муж нужен, Ритуля, а не приходящий любовник, гвоздя не могущий забить, – отмахнулась Валентина. – Ладно, посмотрим, кого там подкинула нам Грымза. Нормальные мужики обычно в школу не идут, – она вздохнула и была в этом совершенно права.
— Так он мне не для гвоздей нужен, – парировала я, пожав плечами. – А в постели Олежа вполне себе неплох, знает, как сделать женщине хорошо. Гвозди и я могу забить легко, – хмыкнула на её выразительный взгляд. – И муж для этого совершенно не нужен.
— Ладно, девочки, давайте доедать тортик и по домам, – предложила Женя. – Уже первый час дня, заработались мы что-то.
Ну да, на каникулах мы обычно пару часиков утром чаи погоняем и потом расходимся, особой работы кроме Вали у нас ни у кого не было, а Валентина являлась ещё и классным руководителем. Так что, доев лакомство, разошлись – я прихватила Женьку, мы жили в одном направлении, и я подвозила её до остановки автобуса на машине.
Выходные прошли в приятном спокойствии и ничегонеделанье – Олег умчал к своим на два дня, у них там за городом какая-то их оборотническая семейная сходка. Я выгуляла Федоса – моего кота, здоровенного, лохматого, нежного сливочного с тёмными разводами цвета, игривого, ласкового, но дурного на всю башку. Ну да ему простительно, ещё года нет, хотя вымахал уже размером со среднюю собаку. Съездила по магазинам немножко, повалялась в ванной, посмотрела любимый сериал – в общем, с пользой провела выходные. А вот встав в понедельник, поняла, что неделя будет очень непростой…
Началось всё с того, что Феденьке среди ночи стало скучно, он выдрыхся днём, и разбудил меня грохот упавшей лейки для цветов, слава богам, пустой. Я подскочила, ничего не соображая спросонья, и тут по мне пронёсся лохматый ураган с выпученными глазами, испугавшись того, что сам натворил. Такой здоровый, и такой очкун, просто катастрофа. Ругаясь под нос, встала и убрала от греха подальше лейку, потом пришлось тащиться на кухню и кормить обормота, потому что он сожрал весь корм в миске. А молодой жрущий организм требовал белков, жиров и углеводов в большом количестве. И хорошо, что пока уроков ещё нет, и можно с чистой совестью поваляться в постели до девяти, а на работу приехать к десяти, благо ехать всего полчаса.
А вот утром, пока чистила зубы, телефон пиликнул сообщением в рабочий чат, где Грымза сообщала, что сегодня в одиннадцать состоится производственное совещание. Опа… Подозреваю, будут представлять новую директрису. Отчего-то при этой мысли неприятно кольнуло в груди, и я поморщилась, помянув добрым словом затесавшуюся где-то там в дцатом колене прабабку-ясновидящую. Мне не перепало, но обострённая интуиция порой изрядно осложняла жизнь, давая понять, что попочка грядёт, но без конкретных указаний, в каком месте и насколько глубокая. Так что, похоже, пора готовить на эту самую попочку красные кружевные труселя, как советует известный мем из сети.
Ладно, не буду раньше времени программировать негатив. Быстренько закинув в себя кофе с бутербродами, спустилась к машине, моей ярко-красной ласточке. Пусть и не навороченная пафосная эльфийская или соседей-драконов, и уж тем более не демонская, на которую мне пришлось бы полжизни впахивать. Зато удобная, небольшая, и шустрая. Погода сегодня ещё радовала тёплым летним деньком, даже, я бы сказала, жарким, поэтому выбрала платье-футляр в мелкий цветочек и прихватила летний пиджак на всякий случай. Устроилась в машине, мурлыча под нос мелодию из радио, и включила навигатор на телефоне… Чтобы с чувством, в голос выматериться: единственный на данный момент выезд из нашего микрорайона радовал ярко-красным, включая все подъезды через дворы, и показывал мне расчётное время час. Впритык к собранию, если я вот прямо сейчас выеду и буду молиться всем богам, чтобы два одиночества, устроившие аварию на стратегическом перекрёстке, каким-то чудесным образом рассосались и освободили дорогу. Вот не к добру Федос опрокинул ночью лейку, не к добру, чуйка ведьминская не подвела. Пусть мой кот и не чёрный…
К родной школе я подлетала за пять минут до назначенного часа, конечно же, все козырные места для стоянки оказались заняты и пришлось ставить мою ласточку, ласково прозванную Черешенкой за цвет, на приличном расстоянии и чуть не бегом мчаться, с тоской думая, что мне останутся лишь передние места для особо прилежных. Если только девчонки мне сердобольно не займут. Пролетая пустое и тихое фойе, я почему-то подумала, что эта тишина какая-то зловещая, хотя детей и не должно тут быть ещё целую благословенную неделю. Так, эмоции, ша! Всё будет нормально! Около входа в актовый зал, где в этот раз решили провести совещание, я остановилась, пару раз глубоко вздохнула и спокойно вошла ровно в одиннадцать, минута в минуту. Однако главные действующие лица уже стояли перед всеми, и так уж получилось, что первым я поймала взгляд высокой, стройной женщины с короткими, белокурыми, мелко вьющимися волосами.
Она смотрела, чуть прищурившись, на губах играла хорошо отрепетированная вежливая улыбка, однако глаза оставались холодными и изучающими. Деловой костюм из светлой юбки-карандаш и пиджака, под ним – что-то вроде блузки с небольшим вырезом, туфли-лодочки. Вся такая безупречно-правильная, что аж зубы свело, и ведьминская чуйка дёрнулась снова. В полной тишине я подошла к девчонкам, оставившим мне место в ряду, который они заняли, и опустилась на сиденье. Женька покосилась с непонятным выражением, но сказать ничего не успела – заговорила Грымза.
— Уважаемые коллеги, представляю вам Раису Викторовну, нашего нового директора, – елейным тоном произнесла тёмная ведьма, внимательно следя за нашими лицами. – Теперь она будет нами руководить.
— Добрый день, коллеги, – хорошо поставленным, негромким голосом поздоровалась Раиса Викторовна, сложив перед собой руки. – Приятно познакомиться, надеюсь, мы с вами сработаемся.
Отчего-то мне снова показалось, что прозвучали эти слова, как угроза. Но я удержалась от комментариев, даже шёпотом, решив не искушать судьбу и обсудить потом всё в нашем кабинете.
— Поскольку у нас в этом году больше классов, я приняла решение сделать небольшие перестановки, – продолжила между тем эта Раиса. – У нас будет новый классный руководитель в шестом первом, и девятом втором, поэтому для новых учителей нам нужны два кабинета, – и взгляд мадам снова остановился почему-то на мне. – Думаю, нашим уважаемым рунисткам хватит и одного, а ваши уроки мы распределим по другим согласно расписанию, когда оно будет.
Признаться, я настолько не ожидала такой подставы, что даже не сразу поняла, что только что услышала. Меня… что, выселяют из моего же кабинета?! Но в прошлом же году всё было нормально, эти классы где-то же обретались! Я только открыла рот, чтобы задать вопрос начальству, как мне в бок воткнулся локоть Женьки.
— Не встревай, Ритка! – прошипела она тихо и ну очень выразительно глянула на меня.
Так. Кажется, в нашем тихом болоте что-то назревает…
— Ой… – едва слышно растерянно пискнула Оленька и замолчала. А директриса между тем продолжила.
— Попрошу освободить кабинеты в течение сегодняшнего дня, – не убирая дежурной улыбки, она мазнула по мне непроницаемым взглядом. – Далее, в конце этой недели у нас появится сотрудник, который займётся расписанием, большая просьба дать ему сделать это дело и не мешать своим паломничеством, – показалось, или нет, улыбка директрисы превратилась в довольный оскал?! – О распорядке дня на понедельник я сообщу отдельно. Ну и, коллеги, хочется, чтобы мы все выглядели празднично и соответственно нашему положению, поэтому надеюсь, все понимают, что со следующей недели никаких легкомысленных платьев и шорт, – снова взгляд Раисы как-её-там мазнул по мне.
Правда, справедливости ради, и по остальным тоже прошёлся как просвечивающим лучом, и народ тут же нервно засуетился, одёргивая свои «легкомысленные» летние наряды. Занятий же и правда сейчас нет. Ну, у меня с одеждой всё в порядке, хоть тут можно выдохнуть. Надеюсь. Но всё равно, насчёт кабинета это она зря! Во мне всё просто бурлило от негодования, и дальше я слушала вполуха Грымзу, нудно зачитывавшую итоги прошлого года по успеваемости и прочие малоинтересные мне вещи. Представили двух новых учителей, я особо в них не вглядывалась, только по последней средних лет ведьме прошлась рассеянным взглядом: я как раз вела в девятом втором. Наверное, иногда мы с ней будем пересекаться, надо записать, как её зовут. И только когда нас распустили, по пути вспомнила, что вроде как сегодня какой-то там стажёр должен прийти. Но ей-боги, не до него сейчас. Я терпела всю дорогу до кабинета Вали, крепко сжав губы, а когда дверь за нами закрылась, дала волю эмоциям:
— Как-ких демонов?! Это что вот сейчас там было?! – я вскинула руку в направлении актового зала. – С каких щей нас выселяют из кабинетов?!
— Ой, девочки, сама в шоке, – вздохнула Валентина, прижав ладонь к груди. – Мне вообще никто ничего не говорил…
— Решали же как-то раньше этот вопрос, что за чехарда? – буркнула Женька, меряя шагами свободное пространство перед партами.
— Может, пойти, поговорить? – задумчиво протянула Ольга, пожевав губами. – Как-то круто она забирает сразу, едва появившись…
— Вот и схожу, – внезапно твёрдым голосом заявила Валя и поднялась, выразительно посмотрев на нас. – Я старшая в нашем объединении, Марина обязана была известить меня о таких важных решениях.
И она вышла, оставив нас бурлить эмоциями и нервно ждать результата разговора.
— Что-то мне она уже не нравится, – буркнула Женя, сев прямо на парту и качая ногой. – И как-то так смотрела на тебя, Ритка, нехорошо, – она покосилась на меня.
— Думаешь, Грымза ей уже наябедничала и решила таким образом чужими руками отыграться? – я выгнула бровь, внезапно осознав, что подруга вполне может быть права.
Нашла, так сказать, на меня управу, как она думает. Ну это мы ещё посмотрим… Валентина вернулась подозрительно быстро, и поскольку наша оборотница совершенно не умела скрывать эмоции, мне всё сразу стало понятно. Внутри снова плеснуло горячей злостью, однако я сдержалась, не дав эмоциям вылиться во что-то совсем уж непотребное. Хотя моя специализация – рунология и алхимия, но и проклясть при случае могу, особенно если меня хорошенько разозлить.
— Вопрос решённый, – мрачно сообщила Валентина, плюхнувшись на свой стул, жалобно скрипнувший под её внушительным телом. – Сегодня надо освободить кабинеты. В шкафах есть место, девочки, не переживайте, там давно пора всякий хлам выкинуть, вот и займусь, – она снова поднялась.
— Вот… нехорошая женщина, эта директриса! – с чувством выразилась Оленька.
Я бы поядрёнее высказалась, но лишь шумно выдохнула, резко развернулась и вышла из кабинета, отправившись к себе. Ну… Раиса! Ла-адно, ой зря ты вот так с ходу начала эту войну, хотя я лично ничего тебе не сделала. А если это и правда происки Грымзы, то… На моих губах мелькнула коварная усмешка: пусть я просто учитель, но тоже кое-что могу. Под бурлившие эмоции я начала собирать честно нажитое непосильным трудом: всякие папки с материалами, тетради детей, учебники, конечно же, и прочую полезную ерунду. Сложила стопками на партах и поняла, что за один раз точно не унести… Именно в этот момент дверь распахнулась, и ко мне заглянул – ну кто бы сомневался, Олег собственной персоной.
— Риточка, солнышко, ты до скольки сегодня в школе? – как ни в чём не бывало осведомился он, обласкав меня взглядом.
Я развернулась к нему, сдув прядь со лба, и упёрла руки в бока, громко фыркнув.
— Понятия не имею, Олег. Не слышал, меня выселяют из кабинета? – раздражённо отозвалась я. – Не поможешь, кстати? – кивнула на стопки папок и учебников.
Оборотень покосился на моё добро и коротко вздохнул.
— Лапочка, я контролировал в зале рабочих, нам там пол перестилают, – пояснил он. – Не был на собрании. И сейчас тоже надо бежать, а то натворят дел без меня. Так что, может, я подъеду вечером? – Олег выразительно поиграл бровями. – Я соскучился, Риточка…
— Я напишу, – буркнула, подхватив первую стопку. – Посмотрим…
— Договорились! – радостно отозвался оборотень и поспешно прикрыл дверь.
Ну, в этом весь Олег, напрягаться лишний раз он не очень-то любил, и спросила я скорее дежурно, если можно так выразиться. Ну и ладно, сама перетащу. Обняв покрепче, я сделала несколько шагов к двери и только задумалась, как с занятыми руками буду открывать, как створка снова распахнулась, явив моему хмурому взору совершенно незнакомого типа. Высокого, широкоплечего, с буйной шевелюрой чёрных, вьющихся волос и с пронзительно-синими глазами. В цветастой рубашке, лёгких летних брюках, тип был возмутительно хорош и харизматичен, особенно с этой небрежной улыбкой на полных, чувственных губах. Однако мой опыт и цинизм служили достаточным щитом против таких вот красавцев, вызывавших у меня больше настороженность, чем восторженный писк и буйство гормонов.
— Маргарита Кирилловна? – спросил он мягким, бархатистым голосом, и вот тут на одно малюсенькое мгновение моя выдержка дала сбой.
Падка я на мужские голоса, каюсь, водится за мной такой грешок. И вот такие, низкие, обволакивающие, негромкие, заставляли мои нервы вибрировать, а либидо томно вздыхать и закатывать глазки. Но всего на одно мгновение! Я – кремень, и вообще, во мне сейчас слишком много раздражения!
— Я за неё, – буркнула типу и самым наглым образом сунула ему стопку папок в руки. – Держите. Нам в соседний кабинет.
— Даже не спросите, кто я такой и зачем вас ищу? – не растерялся незнакомец, без возражений подхватив папки, причём одной рукой.
— Перенесём мои вещи, расскажете, – отрезала я, не поддаваясь на его лёгкую, располагающую улыбку и волны харизмы.
— Как скажете, – легко отозвался он.
Собственно, я подозревала, что это и есть тот самый стажёр, обещанный Грымзой, но была не в том настроении, чтобы располагать к себе душевной беседой. Вещи мои мы перенесли быстро, Валя уже освободила нам полки, и всю ненужную макулатуру сложила на партах. Девчонки собирались в пока ещё своих кабинетах, Валя с сосредоточенным видом что-то печатала на компе, я же, быстро расставив всё по полкам, повернулась к незнакомцу.
— Итак, я слушаю, – негромко произнесла, прислонившись к парте и скрестив руки на груди.
— Стажёр Павел Андреевич, можно просто Паша, – представился стажёр. – Прибыл в вашу школу по обмену, набираться премудрости и опыта у более старших коллег, – он изобразил что-то вроде поклона, снова блеснув улыбкой и тряхнув кудрями.
Взгляд синих глаз прошёлся по моей фигуре, оценивающе так, по-мужски, только на меня такие уже давно не действуют: я и так знала, что привлекаю взгляды, но выросла из того возраста, когда вовсю пользуются этим преимуществом. Хотя, не скрою, видеть лишнее доказательство собственной привлекательности было приятно. Только вот следовало сразу пресечь все возможные недоразумения, тем более мне Олега вполне хватало для разрядки и поддержания женского здоровья.
— Павел Андреевич, давайте сразу проясним, у меня есть мужчина, и расточать на меня свою харизму вам не стоит, – спокойно произнесла, а со стороны Вали послышался какой-то звук, на который я не обратила внимания.
Не сомневаюсь, что оборотница после ухода Павла начнёт немедленно убеждать, что он лучше физрука, но мне виднее. Меня и Олег устраивал. На миг в синих глазах стажёра мелькнуло нечто, похожее на упрямство, приправленное лёгким недовольством, но тут же исчезло. Вполне возможно, мне даже и показалось, не поручусь.
— Раз вы стажироваться приехали, вот вам учебники, – продолжила я, подошла к полке и вытащила нужные. – Изучайте, у вас неделя, думаю, со второго по пятый классы вам хватит для начала. В пятницу будет известно расписание, обсудим, какие группы возьмёте и что планируете делать с детьми, – шлёпнула перед Павлом четыре книги. – Надеюсь, ваших теоретических знаний хватит, чтобы самостоятельно справиться с этим заданием, – не удержалась я от иронии, окинув его откровенно скептическим взглядом.
Ну не представляла его в школе, на уроке, перед детьми. Такие мужики в подобных местах не задерживаются, если вообще попадают. И чего его понесло в эту степь, тут особых денег не заработаешь, если не попасть в администрацию, и карьеры не построишь. Павел посмотрел на меня, склонив голову, и подчёркнуто вежливо уточнил:
— То есть до пятницы мне не приходить?
— Не вижу смысла, – я пожала плечами.
— Хорошо, договорились, – кивнул он и подхватил учебники.
— Тогда до встречи в пятницу, – я взяла свою тетрадь-журнал, пора заняться списками групп.
Павел вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, и Валентина, как я и ожидала, тут же вставила свои пять копеек.
— Риточка, ну что ты так категорично с мальчиком?! Смотри, какой хороший, помог вещи перенести!
— Валь, я уже сказала, меня Олег вполне устраивает, – не поддалась я на провокацию. – Всё, пошла по спискам пытать.
Остаток дня прошёл быстро, я озадачила всех классных подготовить списки – где-то они с прошлого года остались прежними, где-то кто-то пришёл, ушёл, и так далее. А два вторых класса так вообще у меня новенькие в этом году. К уходу эмоции более-менее улеглись, мы попили на дорожку чая, как обычно, и разошлись, всё-таки понадеявшись, что демарш директрисы был разовым явлением и больше пакостить она не станет. В нашей школе хватает и других проблем, кроме как отбирать кабинеты и отдавать их тем, у кого классное руководство.
А вечером, уже полностью успокоившись, я всё-таки написала Олегу – надо поднять себе настроение, пока есть возможность, ещё неизвестно, какое будет в этом году расписание, тем более им будет заниматься кто-то новый.
Парзивул
Вот чего он в самом деле не ожидал, так это увидеть в этой совершенно обычной, слегка обшарпанной школе такую шикарную… ведьму! Ох, как она была хороша в гневе! Зеленющие глаза сверкали, грудь поднималась от частого дыхания, а волосы… Вообще, он предпочитал темноволосых, считая блондинок глупыми, но эта конкретная таковой уж точно не была. Во взгляде читался незаурядный ум, а лицо с немного хищными чертами не принадлежало глупенькой пустышке. Её прямота и резкость в поведении лишь придавали шарма, и до зуда в подушечках хотелось распустить сложную косу и запустить в её волосы пальцы, ощутить, такие ли они шелковистые на ощупь, как выглядели.
А как она его отбрила, чистый вызов всем его инстинктам! Парзивул усмехнулся, поудобнее перехватив учебники. В нём проснулся азарт, и наказание отца уже не казалось таким уж страшным. Если рядом будет такая аппетитная кураторша, оно пройдёт весьма интересно, в этом Парзивул не сомневался. Эта кошечка точно спрячет коготки и станет мурлыкать для него, демон твёрдо решил. Ну а что-то там о любовнике – дело поправимое, любовник не муж, и подвинуть можно. Главное, узнать, что Маргарита ценит в мужчинах, и предоставить ей требуемое, а там дело за малым.
Добравшись до своей квартиры – не отцовский замок, конечно, но вполне приличная, двухуровневая, просторная, с панорамными окнами и террасой, – Парзивул плюхнулся на диван, разложил на столе учебники и открыл серебристую крышку ноутбука. Техникой здесь он озаботился в первые же дни, прекрасно знакомый с техногенными мирами, где магия тесно переплеталась с механизмами.
— Что ж, госпожа Маргарита, значит, думаете, я не справлюсь с вашими детками? – пробормотал он, хрустнув пальцами.
Ха! Да боевым магам, ещё и демонам, любая сложность по плечу! И с работой учителем тоже справится, теорию по рунам Парзивул изучил и более-менее разобрался. Ну а нюансы, как он надеялся, ему разъяснит любезнейшая Маргарита Кирилловна.
Глава 2
Маргарита
Эти три дня прошли, как обычно: суетливо, немного нервно и настороженно. Класруки бегали с вытаращенными глазами и всякими бумагами, справками, таскали стопками учебники из библиотеки и разве что не кусались. Хорошо, у нас в школе стоят мощные глушилки и поглотители, так что ни случайных проклятий и тем более телефонов, бича современной молодёжи. Ну то есть детишки, конечно, без них никуда, да только никаких выходов в сеть и бесконечных болталок и прочей мишуры. Работала только наша проводная сеть, к которой были подключены школьные компьютеры.
Валя тоже была занята своим классом, мы же с девчонками усиленно готовились, просматривали учебники и прикидывали примерный план работы на ближайшую неделю. Очень хотелось наведаться к таинственной даме, занимающейся расписанием, однако директриса строго запретила это делать, мотивировав тем, что «дайте человеку сделать сложное дело». Ну… Надеюсь, у этого человека есть опыт, иначе без знания нюансов нас ждёт такое аховое начало нового учебного года, что впору вешаться. У нас же кроме рунологии ещё несколько дисциплин по группам, и учитывая, что будем ходить теперь по классам, раз у нас отобрали наши кабинеты, то надо как-то всех разместить, чтобы не было накладок. Плюс ещё же младшая и старшая школы. Плюс ещё у младших не должно быть последних уроков, а у старших по три часа в неделю, ну и ещё всякие мелочи.
Стажёр тоже послушно не отсвечивал и даже не пытался связаться, хотя мой контакт в рабочей группе был, да и у Грымзы можно легко взять, вряд ли она стала бы скрывать. Но Павел появился только в пятницу, как и договаривались, такой же подтянутый, возмутительно притягательный и харизматичный. Это я отметила краем сознания, чисто машинально, когда он появился на пороге нашего кабинета.
— Готовы, Павел Андреевич? – уточнила я, наблюдая, как стажёр подходит к парте, за которой я сидела. – Вот вам, кстати, ваш комплект учебников, – подвинула ему тот, что взяла у нашей библиотекарши на его имя.
— Благодарю, – коротко кивнул Павел и опустился рядом, обдав лёгким ароматом чего-то древесно-терпкого, бодрящего, очень подходившего ему. – Да, набросал тут, как вы и просили.
Следующую пару часов мы были заняты исключительно обсуждением предстоящих уроков, и я приятно удивилась подкованности Павла. Он и правда хорошо подготовился, где-то раздобыл отличный набор карточек по рунам и самым простым сочетаниям, даже скачал из сети простенькую песенку, по которой я с моими мелкими разучивала рунный алфавит. Мы с азартом поспорили насчёт некоторых его приёмов для четвёртого класса, я, как более опытная, указала на несколько типичных ошибок теоретиков с точки зрения практика. Всё-таки это дети, и мне лучше знать, как им проще заучивать рунные формулы и по какой логике учить применять их с творческим подходом. Очень порадовало, что Павел меня услышал с первого раза и наша беседа протекала исключительно в деловом русле, никакого флирта и попыток нарушить личное пространство. Люблю понятливых мужчин.
Мы уже почти закончили, когда произошло сразу несколько событий: Валя громко известила, что есть расписание на понедельник, и в наш кабинет заглянул Олег.
— Риточка… – он запнулся, узрев рядом со мной Павла, окинул его враз ставшим задумчивым взглядом, но продолжил. – Планы на сегодня в силе?
Мы собирались к нему на дачу поесть шашлычков и насладиться последними тёплыми летними деньками. Правда, опять немного поспорили насчёт мяса: я настойчиво пыталась уговорить, что замариную сама, тем более умела это делать, с девчонками частенько выбирались, Олег же категорично заявлял, что это мужская работа. Ну… Не сказать, что он плохо готовил мясо, но на мой вкус у меня всё же нежнее получалось. Ладно, по такой мелочи не стала лезть в бутылку, хочет – пусть делает.
— Да, в силе, – кивнула я, закрыв тетрадь, куда записывала обычно коротко, чем собираюсь заниматься с детьми на уроках. – В пять заеду за тобой.
Собственно, мы не скрывали наш роман, я не видела смысла, а Олег – ну, наверное, чтобы остальные молодые незамужние охотницы отстали, со мной побаивались связываться. В самой школе, естественно, вели себя прилично, всё же дети вокруг, но, бывало, с работы уходили вместе, и рано или поздно всё равно заметили бы. Олег, ещё раз покосившись на Павла, угукнул в ответ и исчез, я же поднялась и прихватила дневник.
— Ну что, пойдём за расписанием? – обернулась к девчонкам, потом глянула на стажёра. – Павел, подождите здесь, сейчас определимся, где будете в понедельник.
— А у нас там четыре урока, пишут, – тут же поправила Валя, с сосредоточенным лицом глядя в группу. — Потом классный час пятым.
— О! – оживилась Оленька. – Это ж чудесно!
— Пойдём-пойдём, выясним, порадуют нас или огорчат, – Женька подтолкнула её к двери.
В какой-то момент, пока шла к двери, показалось, спину обласкал откровенно мужской взгляд, но, когда собралась резко оглянуться, ощущение пропало. Может, и правда показалось? Ай, ладно, за взгляд денег не берут, как говорится. Пусть себе смотрит сколько угодно, главное, чтобы руки не распускал. Мы спустились на второй этаж и поспешили за вожделенным расписанием, горя нетерпением, пришлось постоять небольшую очередь, конечно же, и наконец сгрудились около стола, где сидела новая ответственная за расписание. Показалось, она мне кого-то напоминает, но присмотреться не получалось, гораздо больше интересовали уроки на понедельник. Девчонки быстренько записали себе, и судя по на мгновение поджатым губам Женьки, там не особо радостно было. Я подошла с дневником, назвала свою фамилию и приготовилась записывать.
— У вас четвёртым девятый первый, потом пятый второй, окно, и седьмым девятый второй, – выдала флегматично дамочка, кажется, её звали Полина.
Я сначала записала, потом ещё раз посмотрела, перевела оторопелый взгляд на эту самую Полину и тихо-тихо переспросила:
— Три урока? К четвёртому? С седьмым?!
Во мне медленно начало закипать раздражение. Это что за фигня вообще?!
— Ну, это ещё всё меняться будет, – так же флегматично заявила Полина, мазнув по мне рассеянным взглядом. – Но на этот понедельник так.
Ох, как ей повезло, что у нас только четыре урока! И оченьнадеюсь, что к следующему понедельнику этот нелепый набор уроков изменится. Я выдохнула, громко хлопнула дневником, закрыв его, резко развернулась и вышла из кабинета завуча, даже не посмотрев на Грымзу. Показалось краем глаза, что на губах тёмной ведьмы играет ехидная улыбочка, но присматриваться не стала. Подождём до следующего понедельника…
У Олега на даче было хорошо, даже очень. Обширный участок, с которого калитка в задней стенке забора вела прямо в густой лес – оборотень всё-таки, в углу мангальная беседка, стеклянная, с настоящим очагом из камней внутри, кованой мебелью и кованой же печкой, которую разжигали зимой. Добротный двухэтажный дом с шикарной гостиной-столовой на первом этаже, эдакое общее пространство, оформленное в уютном деревенском стиле: балки, выложенный камнем же камин, плюшевая мебель, в кухонной зоне тоже деревянная мебель, большой овальный стол, ножкой которому служил настоящий кряжистый пень. Здесь же с обратной стороны дома находилась терраса, а на втором этаже – спальни, ещё одна общая гостиная поменьше, туда вела красивая деревянная лестница с резными перилами. На широких подоконниках можно было свить гнездо из подушек, особенно уютненько это было делать зимой, наблюдая, как падает снег.
Ещё на участке находился вполне вместительный бассейн, отдельный домик-банька, в остальном тут никаких грядок, клумб, плодовых деревьев и прочего. Растительность росла, как ей вздумается, в том смысле, что убрали только те деревья и кустарники, которые мешали, проложив аккуратные дорожки, остальное росло почти как в лесу вокруг. Даже имелся в углу участка роскошный раскидистый дуб, под которым стояли садовые качели и безумно удобное подвесное кресло. Конечно же, чистоту в доме поддерживали бытовые артефакты, на холодное и влажное время года мягкие подушки убирались домой. В общем, дачка у Олега была что надо, и я когда-нибудь надеялась, что и у меня будет такая. Ну, может, поскромнее, конечно, но обязательно будет. Природу и лес я любила, и спасибо, что Валентина разрешала приезжать к ней – дети выросли, обзавелись своими семьями, и очень удачно у них имелись свои дачи. Так что время от времени по выходным мы ездили к Вале.
Я лежала около бассейна на лежаке, ловя последние тёплые лучи солнца, которые даже ощутимо припекали. Ни о чём не думала, просто наслаждалась здесь и сейчас, переваривая недавно съеденный вкусный шашлык. Олег расположился рядом, я чувствовала, как его пальцы невесомо скользили по моему животу, пока без какого-то подтекста.
— Рит, а что за тип сидел у вас в кабинете, с которым вы так мило беседовали? – вдруг задумчиво спросил он. – Новый преподаватель? Директриса вроде на собрании ничего не говорила, что вам кто-то требуется.
Слава богам, без каких-то раздражённых ноток, а то я бы всерьёз забеспокоилась. Приоткрыла один глаз и лениво улыбнулась.
— Да не, стажёр, Грымза ко мне прикрепила, для аттестации полезная бумажка будет, – отмахнулась я и не удержалась, поддела: – А что, ревнуешь, Олежа?
— А что, стоит? – в тон мне ответил он, однако я заметила, что взгляд на несколько мгновений стал внимательным, пристальным.
Коротко вздохнула, выпрямилась, одарив оборотня немного снисходительной усмешкой и провела ладонью по его щеке.
— Собственнические замашки проснулись, что ли? Поверь, Олег, если я захочу сменить любовника, ты первый об этом узнаешь, – спокойно ответила и, наклонившись, запечатлела на его губах короткий, но жаркий поцелуй. – Но пока не хочу, – добавила чуть тише, подпустив в голос низких, хриплых ноток.
На лице Олега появилось одновременно довольное и предвкушающее выражение, и я порадовалась, что участок окружён и высоким каменным забором, и густой растительностью, так что никто посторонний не мог при всём желании подсмотреть, что происходит на участке. Потому что до дома было откровенно лень идти, а лежаки у бассейна весьма удобные, особенно если устроиться сверху… Мне нравилось сверху, да, и нет, не отрицаю – потому что мне нравилось контролировать даже такой приятный процесс, как секс. Олежа ничего не имел против, да и кто будет, когда особо напрягаться не надо, женщина всё делает сама.
В общем, выходные прошли с чувством и толком, я отлично отдохнула и морально подготовилась к понедельнику. Честно, соскучилась по моим оболтусам, есть такое, всё же свою работу я любила. Иначе бы не пошла в школу, а открыла свою лавку по зельям, одну из многих, ну или к матушке на поклон пришлось идти, чтобы помогла в жизни устроиться. Нет уж, сама пробьюсь, тем более частным образом я и так готовила редкие зелья и смеси на заказ, не так чтобы прямо часто, но в месяц дополнительная денежка немножко капала.
Однако в воскресенье вечером я уже была дома. Федоса, естественно, брала с собой, как же без него, так что мой балбес отдыхал от поездки на балконе, на своём роскошном комплексе. Я же задумчиво изучала гардероб, лениво размышляя на тему, что завтра надеть на всего один урок и с любимым девятым первым. Без кавычек, чудесные дети, я вела их со второго и не уставала удивляться и гордиться, что из них выросло и что я приложила к этому руки. Сообразительные и умненькие ведьмочки, серьёзные и ответственные ведьмаки, ну и немножко оборотней тоже. Губы тронула мягкая улыбка, и в груди разлилось тёплое чувство – вот ради таких детей и прихожу каждый день на работу, несмотря на отрицательные стороны. Рука решительно потянулась к вешалке с трикотажным платьем сочного зелёного цвета, без рукавов, с драпировкой спереди и широким поясом-корсетом со шнуровкой. Ну и пиджак сверху, чтобы директриса не ворчала, хотя и еду всего на один урок.
Что ж, да здравствует новый учебный год, и дайте боги, чтобы он всё-таки прошёл более-менее, несмотря на сменившийся состав администрации. С такими мыслями я легла спать.
С утра собиралась неторопливо, выспавшись – даже проснулась сама, без будильника, ехать-то к обеду. Выпила кофе, оделась, сколола волосы на затылке, оставив их лежать на спине, и спустилась к своей Черешенке. Хорошо, основные пробки уже прошли, и до работы я долетела за двадцать минут, без каких-либо осложнений. Настроение царило приподнятое, хотелось верить в лучшее, и где-то внутри шевелилось нетерпение – да, жаждала уже увидеть моих деточек, даже тех, кто к концу года вызывал настойчивое желание выдрать хворостину и как следует отходить по мягкому месту. Может, они в этом году чуточку повзрослели всё-таки?..
И для машины нашлось место в нашем загруженном дворе, я сочла это хорошим знаком. В двери вошла с улыбкой, кивнула охраннику и, поскольку звонок с урока ещё не прозвенел, отправилась прямиком в лабораторию, благо её пока у меня не отняли. Сегодня у девятого вводный урок, так, чисто посидим, поговорим, но практика по алхимии уже точно на этой неделе будет. И хотя я ещё на прошлой всё проверила, составила список первоочередных закупок, наличие в нужном количестве посуды, дополнительных реактивов, артефактов и прочих мелочей, всё равно пошла глянуть ещё одним, последним взглядом, как говорится. Провела по рядам колб и пробирок, чуть касаясь подушечками, подровняла стопки тетрадей на полках – они все хранились тут, я не выдавала домой, тем более их и было-то мало, четыре всего. Пролистала журнал, уже подготовленный, со списками групп, проверила методички, хотя и знала их все наизусть. Что ж, ладно. Вздохнула полной грудью, прикрыв глаза, замерла на мгновение, впитывая едва заметные травяные ароматы, витавшие в воздухе, улыбнулась уголком губ.
И надо ж было именно в этот момент дёрнуться растреклятому чутью! Вкрадчиво так, с отчётливым ехидным душком, и послать из подсознания мысль, что этот год станет поворотным в моей жизни вообще и в работе в частности.
— Да тьфу, метёлка драная! – выругалась я вполголоса, тряхнув головой и пытаясь вернуть себе лёгкость и приподнятость. – Вот же ж не вовремя!
Очень кстати прозвенел звонок, и я поспешила в кабинет Веры, чувствуя себя весьма непривычно без родного класса. Чуть на автомате не пошла к знакомой двери, но вовремя притормозила и открыла нужную, пропустив мимо галдящий поток детей. Коридоры уже наполнились шумом, голосами, смехом и прочими звуками, со мной по пути здоровались, и видя радостно блестевшие глаза детей, их искренние улыбки, потихоньку пришла в себя от приступа прабабкиного наследия. Девчонки уже все собрались, конечно, все принарядившиеся, у всех глаза горят воодушевлением.
— Ну что, после уроков посидим? – с толстым таким намёком предложила Женька.
— Я за рулём, – предупредила на всякий случай.
Приятельница фыркнула и закатила глаза.
— Я о чае с вкусняшками, – насмешливо фыркнула она. – А не то, о чём ты так красноречиво подумала, испорченная женщина. Начало недели же, завтра уроки.
— Ну помечтать-то можно, – невозмутимо парировала, прихватив привычно учебник и свои тетрадки. – Чай тоже неплохо.
И поспешила в выделенный кабинет на четвёртом этаже – тоже непривычно, но придётся привыкать, куда деваться. Группа уже дисциплинированно ждала, все нарядные, серьёзные, резко повзрослевшие, и меня затопил тяжёлый приступ умиления, аж глаза подозрительно защипало. Так, Маргарита Кирилловна, не раскисать, ты у нас железная ведьма, дама со стальными… кхм, нервами и другими частями тела, обычно свойственными мужчинам.
— Привет, ребята, заходим, – кивнула я и шагнула в кабинет.
Конечно же, первый вопрос, который мне задали, едва прозвенел звонок на урок, был о наболевшем.
— Маргарита Кирилловна, а мы что, теперь не в нашем кабинете будем заниматься? – спросил серьёзный, симпатичный оборотень Витя, глядя на меня красивыми серыми глазами.
Гроза девчонок, уже сейчас видно, что красивым мужиком будет. Натуральный блондин, не слащавый, но такой, мужественно-притягательный, хотя сейчас в нём ещё мешались пацанские черты. Однако голосок уже слегка огрубел, стал низким. Я положила учебники, постаралась улыбнуться спокойно, а не скалиться от плеснувших эмоций.
— Нет, Витя, к сожалению, нет, – всё же опыт не пропьёшь, удалось произнести эти слова без лишнего надрыва. – Так решила новая директриса, что новым учителям с их классами нужнее, чем нам. Не переживай, справимся, – тут же заверила я, чувствуя мелочное удовлетворение.
Не то чтобы настраиваю детей против этой Раисы, но… Не я же виновата в ситуации, так пусть знают, кто именно. Спрятав торжествующую усмешку, открыла учебник и села за стол.
— Так, ну, поскольку сегодня вводный урок, обсудим, что нас ждёт в этом году, – приступила я, отбросив лишние сейчас мысли и чувства.
Не буду портить себе настроение, с этим вполне справится своенравная чуйка, с неё станется.
Урок прошёл быстро и приятно, мы с ребятами поговорили, они рассказали о своих дальнейших планах, кто как провёл лето – в общем, хорошо провели время. И после звонка я вышла в благодушном настроении, с улыбкой, отправившись в Валин кабинет. Где меня ждал сюрприз: стажёр собственной персоной.
— Дамы, я решил, что неплохо бы отметить начало учебного года, – известил он, едва я появилась, а на столе уже стояла коробка с внушительным тортом, с логотипом известной кондитерской. – Вот, принёс вам к чаю.
— М-м-м, выглядит отлично! – Валя с мечтательным видом посмотрела на тортик. – Я как раз своих уже отправила! Так, чашки, чашки, они у нас здесь, – тут же засуетилась она, подорвавшись и поспешив к одному из шкафов. – Оля, налей воды, Женя, держи нож…
— Давайте я разрежу, – подхватился Павел и снял крышку с торта.
Мне оставалось с философским видом наблюдать за приготовлениями, задаваясь всё тем же вопросом: что этот красавчик забыл в школе? И когда мы расселись за накрытой партой, сделали по глотку вкусного чая – благо дарили нам его часто, и не ароматизированные пакетики из ближайшего магазина, – я, не сводя взгляда с Павла, всё же задала этот вопрос.
— Что привело вас в школу?
Стажёр спокойно посмотрел мне в глаза, лишь слегка выгнув бровь.
— А что в этом такого странного? Мне захотелось попробовать себя в преподавании, – невозмутимо отозвался он.
— По вам не скажешь, что эта работа вам подходит, – продолжила я, не сдаваясь. – Карьеры здесь не сделаешь, разве что до директора дорасти, но это далеко не сразу и достаточно долгое время занимает. Денег тоже не скажу, что много выходит.
— Маргарита Кирилловна, поверьте, деньги для меня в работе не главное, – мягко парировал Павел, сделав ещё один глоток, но не отпуская мой взгляд.
— А что тогда? – я выгнула бровь.
— Работа должна быть такой, чтобы не уговаривать себя каждое утро ходить на неё, – выдал Павел, и я от неожиданности чуть не вздрогнула.
Будто мои собственные мысли прочитал. Я ведь тоже так думала, потому и пошла в школу. В самом деле нравилось, ещё на практике поняла, что мне легко находить общий язык с детьми и объяснять довольно сложную рунологию.
— Очень правильный настрой! – с воодушевлением подхватила Валентина, отломив ложечкой тортик и отправив кусочек в рот. – Ох, вкуснятина какая! Спасибо, Павел, за тортик!
— И всё-таки, школа – весьма специфическое место для мужчины, – не сдавалась я, внимательно наблюдая за безмятежным лицом Павла. – Или, может, вы пришли сюда, потому что тут… женский коллектив? – осенила меня вдруг внезапная мысль, и я намеренно сделала паузу и добавила ехидства в голос.
Валя приглушённо ахнула, смерив меня укоризненным взглядом, Оленька хихикнула в кружку, Женька же иронично усмехнулась, покосившись на меня со странным выражением. Однако Павла мой провокационный вопрос не смутил.
— Маргарита Кирилловна, у меня нет проблем с женским вниманием, чтобы конкретно для этого устраиваться в школу, – снова последовал невозмутимый ответ, а взгляд блеснул весельем. – Да и женщины тут довольно специфичные, как по характеру, так и во всём остальном, – он тоже словно специально сделал паузу и закончил мысль. — Не всякий мужчина выдержит, – и вот вроде серьёзно сказал, но усмешка, усмешка!
Вот демон, дразнит он меня, что ли?! Сказала же, без флирта! Дёрнули домовые за язык ляпнуть о женщинах в школе… Валентина кашлянула, снова метнув в меня выразительный взгляд, и попыталась исправить ситуацию:
— Ну, не преувеличивайте, у нас очень хороший коллектив! Все дружные и ответственные, и хорошие специалисты!
— О, без сомнения, – тут же согласился Павел, отсалютовав ей чашкой и широко улыбнувшись. – И подавляющее большинство – ведьмы, так?
— Другим у нас сложно, – парировала я, а Женька с Оленькой опять захихикали.
— Вот тут верю, что другие не выживают, – хмыкнул Павел и… подмигнул?!
Мне? Вот нахал, а! Валентина покраснела и снова кашлянула, девчонки же откровенно веселились.
— Ну почему не выживают? – насмешливо отозвалась Женька. – Выживают, но недолго. Школа закаляет нервы и оттачивает мастерство воспитания, причём не только подрастающего поколения, – и вот чего так выразительно косится на меня опять, ну?!
Вот только чёткий ответ на свой вопрос я так и не получила, разговор плавно ушёл в другую сторону. Ладно, господин стажёр, я всё равно докопаюсь, почему вас сюда понесло.
— И всё же, Павел, вы же вряд ли останетесь в школе работать после окончания стажировки, – упрямо гнула я свою линию. – Отчего такой странный выбор?
— В жизни каждого мужчины, Маргарита Кирилловна, наступает такой момент, после которого надо принимать решение о серьёзных переменах, – неожиданно выдал стажёр, и у меня чуть челюсть не отпала, так спокойно и без тени иронии это звучало.
— Что, соблазнили не ту и не озаботились последствиями? – брякнула в своём стиле правды-матки. – Или муж застал, внезапно вернувшись раньше?
— Ну Рита!.. – чуть не простонала Валя, густо краснея за меня и за себя, девчонки же, давно привыкнув к моему оригинальному стилю общения, просто потянулись синхронно за следующими кусками тортика.
А Павел внезапно негромко рассмеялся, бархатисто, мягко, аж мурашки по спине прокатились. Соблазнитель, тоже мне. Нельзя быть таким харизматичным, это не по правилам! Я уже даже забыла, когда последний раз меня волновали мужские улыбки или голоса, честно, как-то привыкла уже к спокойствию в душе. А тут… стажёр этот. Тьфу.
