Читать «Эрнестина Вольф. Убийство на мистических кругах» — Яна Егорова онлайн
Страница 2 из 2
– Ничего нельзя исключать! – поддержал ее полковник.
Однако француженка его уже не слышала. Пожилая дама покинула своих друзей, пересекла зал и как бы невзначай оказалась возле женщины, производившей загадочные, не для всех понятные действия. Эта женщина была по виду лет тридцати, толста, неопрятна в одежде, на ней были зеленые брюки, огромный синий балахон, свисавший ниже колен, а вокруг шеи обмотан цветастый шарф из толстой шерсти. Можно было подумать, что незнакомка либо сильно больна, либо перепутала сезоны и спросонья, к примеру, оделась по-зимнему, не заметив, что за окном уже давно июнь.
Женщина жгла церковную свечу и выводила ею магические символы в воздухе.
– Духов изгоняете? – слегка наклонившись к той и понизив голос, поинтересовалась Вольф.
– А? – от неожиданности незнакомка подпрыгнула на месте, прикрыла пламя свечи рукой и в страхе оглянулась.
– Я говорю, духов изгоняете? Злых? Вы жжете свечу, а в этом доме недавно произошла смерть…
– Не в этом, – покачала давно немытой головой женщина. Волосы у нее были темные, длинные, стянуты в хвост. Пряди настолько прилипли друг к другу, что порядочный парикмахер, дай ему сейчас прикоснуться к ним, не стал бы тратить свое время, а просто сбрил бы их под самый корень. – Не в этом доме, – повторила женщина, по виду очень напоминавшая умалишенную.
– Не в этом?
– Не в этом. Тересс умерла у себя дома, но духи ее преследовали повсюду. Я хочу… я просто хочу очистить этот дом.
– Вы здесь работаете, – догадалась Вольф. – И боитесь приведений.
Женщина нервно затрясла свечой в воздухе, ее темные глаза забегали еще быстрее.
– Не работаю. Я хочу дать успокоение ее душе и… моей. Я все… все должна очистить. И этот дом, и ее дом… Везде, везде духи! Они приходят с кладбища. Так говорит Тру-у-ула! Этот город проклят! Круги, появились очень давно – это был день их прихода!
– Их, это кого? И кто такая Трула?
– Духов! Это был день, когда пришли духи, – мадам померещилось, что зрачки умалишенной начали вращаться, настолько убежденно она говорила.
– В день, когда появились круги?
Теперь подпрыгнула от удивления и неожиданности как незнакомка, так и сама мадам. Дело в том, что со стороны кухни, пока Вольф был увлечена разговором, появилась местная повариха – дама внушительная, в когда-то бывшим белым переднике. Она принесла новый поднос с бутербродами и только что с грохотом поставила его на ближайший к ним стол.
Мадам обернулась сперва на повариху, потом обратно к полоумной, которой уже и след простыл. О ее недавнем присутствии напоминал лишь дым от свечи, повисший в воздухе, и несколько капель воска на полу.
– Не обращайте на нее внимания, – прогрохотала кухарка. – Это местная сумасшедшая. В последние годы их все больше и больше. Туристов много, этого не отнять. Но и таких появляется немало. Иногда, – женщина вытерла руки о фартук и махнула пару раз пухлой ладонью, прогоняя дымок, – бывает, вечером домой страшно ехать. Все бродят и возле кругов, и по городу. Полиции обратить бы на это внимание, уже все жалуются, так толку-то.
– А вы ее не знаете? – спросила Вольф.
– Неа. Не знаю. Двери в дом открыты, территория Биненштока тоже. Заходи, кто хочешь. Такие правила у хозяина. Тут у нас и любопытствующие, и свадьбы, и журналисты, кого только нет. Детишек привозят – вот тогда мучения жуть, даже больше, чем с этими сумасшедшими.
– А что… Тересс. Эта женщина сказала, она умерла не здесь?
– Нет, – простодушно ответила кухарка. – Там ее дом, у кладбища. Это ей хозяин подарил. Потому что работала долго. Кроме нее такой чести никому не перепало, хотя пашем мы здесь все и денно, и нощно.
– Что вы говорите? Возможно, это потому, что Тересс была няней у Анны? Но где же родители невесты?
– А вы не знаете?
Кухарка самодовольно усмехнулась:
– Вы приехали на свадьбу и не знаете ничего о невесте?
– Мы приглашенные со стороны жениха, – внезапно на защиту французской леди пришел полковник Хольм. Бывший полицейский появился возле них не с пустыми руками – он протянул своей новой знакомой чашку с кофе.
– Благодарю, Хьюго, – зарделась Вольф, принимая комплимент.
– Даже если так, вы должны знать об Анне, – грубо парировала кухарка. – Ведь она фактически падчерица Карла. Именно поэтому вся деревня и негодует в связи с их свадьбой. Это же форменное бесстыдство. Карл был уже взрослым мужчиной, когда приютил у себя Анну. Ее родители бросили бедняжку, ребенок мог попасть в детский дом. Но так как Карл встречался с ее матерью, он решил позаботиться о брошенке. Представьте! Какого это, когда мать бросает крохотного ребенка с бывшим любовником, чтобы сбежать с другим любовником! Вот это да! Мы долгие годы верили в Карла и в его порядочность. Пока он не объявил, что женится на ней. Теперь, поверьте, в деревне у него много врагов.
Кухарка, так и не назвавшая своего имени, скорчила гримасу. Женщина хотела сказать что-то еще, но ее снова прервали – в основной зал вернулся священник. Как и пришел несколько минут назад, столь же стремительно он проскочил через все помещение, снова кивнул в разные стороны и был таков.
– Вот и преподобие тоже недоволен. Он, между прочим, учился вместе с Анной. Совсем молодой, Вестар. Красивый был, – полная женщина в засаленной одежде закатила глаза к потолку. – Теперь Ваше преподобие. Когда молитвы читает, руки от волнения трясутся. Что же делать? Другого у нас пока не имеется. Вот, на кого Анне надо было смотреть. А не на Карла. Карл ей так или иначе все свои деньги завещает, у него детей нету других. Какого черта ей понадобилось за него замуж выходить?! Тьфу!
Нисколько не смущаясь гостей, кухарка плюнула на пол, растерла свой же плевок ногой, обутой в черную калошу, развернулась и направилась в сторону кухни.
Однако не успел полковник Хольм проводить ее взглядом, как у него в руках материализовалась чашка с кофе, сама же мадам скрылась за той самой дверью, откуда только что настолько стремительно выскочил преподобный отец.
Глава 4
Сбежав от своего друга, Эрнестина Вольф очутилась в небольшой комнатке, которая оказалась пустой. Это было светлое помещение, с одним деревянным окном и белыми стенами, предназначенное разделять основной зал и вход в уборные, мужскую и женскую, куда отсюда вели две маленькие двери. Долго не думая, французская леди коротко постучала в ту, что предназначалась для слабого пола.
Буквально мгновенно с той стороны кто-то нажал на ручку, дверь приоткрылась и оттуда донеслось:
– Заходите, здесь несколько кабинок.
И вправду, как только Вольф прошла внутрь, она убедилась в правдивости этого сообщения. По всей видимости, в зал усадьбы приглашали туристов, именно поэтому и удобства здесь были рассчитаны на большое количество посетителей.
– Ах, простите меня, я не могла подумать, что здесь несколько мест. Как все удобно продумано!
Сестра покойной стояла у зеркала. Траурный наряд скрывал полную фигуру женщины. Мрачный цвет подчеркивал бледность ее лица и красноту щек, ставших еще более красными после недавних слез. Вольф моментально сориентировалась и подошла к скорбящей.
– Мы с вами, кажется, уже виделись? На кладбище, не так ли? Простите меня, я проявила бестактность и не представилась, меня зовут Эрнестина Вольф.
– Анеса, – сообщила сестра покойной, без особой радости во взгляде, посмотрев на мадам через отражение в зеркале. Женщина даже не подумала развернуться лицом к собеседнице.
– Очень приятно. Жаль, что знакомимся при таких скорбных обстоятельствах. Скажите, я вижу, вы плакали, может быть, я могу чем-то помочь?
– Помочь?
Анеса ухитрилась одновременно наморщить все на своем старушечьем лице – щеки, губы, брови, было такое впечатление, что вся ее кожа стянулась к переносице.
– Чем вы можете мне помочь? Может быть, вы умеете воскрешать? Или вы расстроите этот нелепый брак? Но нет же! Вы, как и все здесь, приехали издалека, лишь бы погулять на богатой свадьбе, похвастаться своими украшениями и набить желудок стряпней жирной старой девы Триады. Здесь никому нет дела до морали! Тересс хоть и была дурой, погнавшейся за дьяволом, но она была единственной, кто заставлял всех их чтить хоть какие-то нормы приличия. Традиции! Где это видано, жениться на дочери?! Выходить замуж за отца!
– Вы говорите об Анне и Карле?
Французская мадам покопалась в сумочке, вынула оттуда белую бумажную салфетку и протянула Анесе. Та демонстративно не приняла ее, воспользовалась бумагой для посетителей из пластикового короба на стене.
– О ком же еще!
– Но, насколько мне известно, Анна не является родной дочерью Карлу. Он воспитал ее, позаботился, однако они не приходятся друг другу кровной родней.
– Кровные, не кровные… Откуда вам-то знать? Чужестранка! Вы им кем приходитесь? Вы были здесь все то время, пока она росла? Нет. А моя Тересс была. С самого начала! Она нянчила девчонку и постоянно прикрывала от этого извращенца, который в результате все одно ее совратил. Он… Он-то и есть нечистая сила! Как все удачно сложилось, смерть Тересс прямо на тарелочке к свадьбе! А! Больше и не протестует никто. Некому больше его останавливать. Вот он и прилепился к ней.
– Это довольно серьезное обвинение, Анеса.
Сестра покойной Мадсон развернулась и показала толстым, корявым пальцем на дверь:
– А смерть человека, это не серьезно? А женитьба на дочери – это не серьезно?! Откупился! Город ненавидит его, но молчит. Все боятся хоть слово сказать. Что будет, если извращенца посадят? Здесь останется пустыня! Только одна моя сестренка за всех и страдала. Пыталась извести его черной магией, да не удалось бедняжке ничего. Всем пожертвовала. Теперь он будет барствовать, еще хуже, если она родит ему детей! Погрязли в разврате! Погрязли!
– Анеса, вам не хорошо, я вижу, позвольте…
Мадам раскрыла сумочку, желая достать оттуда флакончик с успокоительными каплями, однако ее оттолкнули. Собеседница не стала дожидаться помощи и покинула пространство, отодвинув сильной рукой худенькое препятствие в виде Эрнестины Вольф. Еле устояв на ногах, леди чудом удержала содержимое своей сумочки, от удара чужой рукой вылетевшее наружу.
– … мне помочь…
Вольф договорила свое предложение уже самой себе. Француженка перевела взгляд на свое отражение в зеркале. Ну и ну. Похоже, торжество и ее отпуск в деревне будут весьма занятными. Когда вокруг пары, планирующей соединить свои отношения официальным браком, кипят такие страсти – жди беды. Безусловно, смерть несчастной Мадсон могла быть чистой случайностью. Случайным совпадением, совершившимся как раз накануне торжества. Но кто сказал, что случайности не стоят того, чтобы в их деталях не покопаться? А вдруг, случайность все же не случайность? А если уж и случайность и она будет доказана, то эти доказательства могли бы существенно облегчить дальнейшую жизнь молодым.
Да, это было бы неплохим подарком от нее, Эрнестины Вольф, на свадьбу Карлу и Анне. Если Тересс умерла своей смертью и здесь нет ничего предосудительного, то она сможет это доказать, проведя собственное расследование. Естественно, не без помощи милого Хольма.
Кстати, о полковнике. Он же остался совершенно один! Вспомнив о статном мужчине с потрясающими серыми глазами, мадам быстренько поправила помаду, и вернулась в зал.
Глава 5
После скорого завершения “оригинальных” поминок Эрнестина Вольф вместе со своей помощницей, полковником и двумя собаками отправились на осмотр местных достопримечательностей. Молодые гости, те, что были со стороны невесты, ушли в том же направлении несколькими минутами ранее.
– Кроме этих кругов, здесь больше совсем не на что любоваться? – осведомилась Алена у мадам, когда троица с двумя животными направилась по живописной пешеходной дорожке к знаменитым мистическим кругам.
– Разве этого мало? – француженка даже бровью не повела, не отреагировав на провокацию вечно недовольной всем и вся компаньонки. – Мне кажется, мистические круги – это так интересно! Никогда не бывала в подобных местах. Полковник, что вы о них скажете?
Хольм, которого под руку держала мадам, произнес:
– Ничего особенного. Я бы согласился с Аленой, круги – это скучно. Даже если смотреть с точки зрения сыщика, разобраться в их возникновении изначально провальное дело. Зацепок нет. В свое время, Эрнестина, я бывал в этих краях, интересовался подробностями. Так, с целью скрасить время пребывания в здешних местах.
– Что-то нашли, Хьюго?
– В том-то и дело, что нет. Никаких данных, все свидетели путаются в показаниях. Прямых свидетелей возникновения кругов нет. Никто той ночью случайным образом не гулял мимо этого поля, никто ничего не видел и не слышал. Они просто появились и все тут. Какое расследование можно выстроить на отсутствии фактов?
– Но отсутствие фактов – это уже кое-что! – возразила Вольф. – Разве не находите, Хьюго?
– Не в этом случае, – пессимистично возразил бывший полицейский.
Процессия остановилась. Задумчивый бассет-хаунд по кличке Бельгиец внезапно свернул с дорожки прямо в зеленую траву и исчез. Брезгливый шпиц не последовал за новым другом, остался сидеть у ног хозяйки.
Воспользовавшись паузой, мадам с наслаждением огляделась вокруг. Этот день хоть и был подпорчен мрачными событиями, все же щедро одарил гостей здешних мест хорошей погодой и дивной красоты природой. Вокруг усадьбы Биненшток простирались просторные зеленые поля, вдоль дорожки росли прекрасные деревья, в листве которых прятались и пели свои песни счастья птицы.
– Бабочка! – вдруг воскликнула француженка, показав куда-то вниз. – Алена, взгляни! Желтая бабочка! Ты знаешь, что это означает?
Помощница проворчала:
– Желтая бабочка, означает желтую бабочку. Мадам, может быть мы уже пойдем? Очень жарко здесь.
Действительно, на улице стояла жара. Тщедушная и невысокая мадам с легкостью переносила подобные условия, жара для нее была лишь в радость. Огромных размеров Алене в то же время приходилось совсем не сладко. Может быть по причине высокого роста или лишнего веса, женщине эта прогулка далась весьма тяжело. Не спасало даже легкое летнее платье в красный горошек, которое заставила ее надеть Вольф и широкополая шляпа, которая, в свою очередь, на женщине внушительных размеров смотрелась несколько комично. Компаньонка, недавно приехавшая из Франции, то и дело вытирала пот бумажным платком, к этому моменту успевшим промокнуть насквозь.
– Есть такое поверье, Алена, какого цвета увидишь первую бабочку, таким лето и будет. Мы с тобой увидели желтую бабочку – это означает, быть теплому или даже жаркому лету!
– Это и без бабочки понятно, – насупилась Журавлева, поправив шляпу. – Градусник и метеорологи предсказывают погоду гораздо точнее, мадам.
– Какая же ты ворчунья, Алена! Ты только посмотри, какая красота вокруг, а насколько чистый в здешних местах воздух!
Француженка втянула ноздрями ароматы здешних полей. Ее замысел был весьма прост – заставить помощницу расслабиться и начать наслаждаться отдыхом. К сожалению, замысел с треском провалился – Журавлева громко прыснула, даже полковник ухмыльнулся, не сумев сдержать веселье.
Вольф поняла причины их реакции с опозданием ровно в долю секунды, как только в ее ноздри попали не только запахи свежей травы, листвы и цветов, но и нелегкий “аромат” секретного дела, за которым бассет-хаунд по кличке Бельгиец скрылся в траве. Словно ждал этого, когда все поймут, что задача выполнена, пес тут же появился на дорожке – его задумчивая морда с висящими до земли ушами первой вылезла наружу, через некоторое время длинное тело поспело за ним.
– И впрямь, мадам, ароматы потрясающие! – Журавлева ликуя даже зааплодировала.
Эрнестине ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и под хихиканье своих сопровождающих возобновить свой путь. Через некоторое время, когда оба, и Хольм, и Алена успокоились, Вольф продолжила вести ленивое расследование.
– А все же, полковник. Неужели вам не интересно разобраться в этой истории? Столько людей съезжаются в эти места, чтобы докопаться до истины в этой загадке, а вы говорите, не раз уже были здесь и так и не смогли понять, как же это получилось? Эти загадочные круги?
Хольм повел носом, кашлянул и неожиданно признался:
– Если совсем честно, я пробовал. Как-то раз даже расспрашивал местного забулдыгу, он работал в то время в усадьбе. Я чисто случайно встретил его в городском трактире. Тот был изрядным любителем пива. За кружку темного он охотно поделился со мной информацией.
– Правда? – глаза Вольф засияли, она с надеждой и искренней жаждой приключений уставилась на полковника. – Расскажите немедленно!
– Что? – рассмеялся полковник. – Вы мне тоже выставите кружку пива?
– Сколько пожелаете! А еще с удовольствием составлю вам компанию.
– Ну, ради последнего, можно и рассказать. Что не сделаешь ради хорошей компании.
Мадам сжала тонкие пальчики на сильной руке сопровождающего и навострила ушки. Она знала, что полковник обязательно расскажет ей нечто интересное.
– Это было, – начал он неспешно свое повествование, – примерно двадцать три или двадцать четыре года назад. Более точные цифры вы найдете в брошюрах, которые раздают всем туристам. Того мужчину, а был он порядочным пьяницей, скажу я вам, звали толстым Ларсом. Толстым он и вправду был. Настолько толст, что едва умещался на двух стульях в том трактире и постоянно сетовал на то, что в его любимом заведении нет скамеек, как в других. Я предложил ему тогда переместится в соседний трактир. Но он отказался, заявив, что лишь в этом подают настоящее пиво. К слову, именно в его любимом трактире было самое дорогое пиво.
– Теперь понятно, – хмыкнула Алена, которая шла на несколько шагов впереди остальных, однако слушала рассказ полковника очень внимательно, – почему трактир был любимым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.