Светлана Ланас "Я – подарок"

***

Мила была одета в помятую пижаму, когда направлялась по коридору в комнату. Не понимая, как такое могло произойти с ней, она продолжала идти вперед. Теперь её жизни не стать прежней. Она в ловушке. Хотя удовольствие, которое было настолько острым и необыкновенным, затмевало все остальные мысли. И даже сейчас она продолжала чувствовать возбуждение, и в тайне желать почувствовать всю его силу еще раз и еще…

Она оказалась в помещении первой, Катя еще не успела вернуться. А вскоре в комнату привезли тележку с едой, мужчина в маске, скрывающий все лицо, кроме глаз с вытянутыми зрачками, отдал одну порцию и пообещал через пол часа вернуться за пустой тарелкой. Мила даже не поняла, как съела обед, мыслями она продолжала пребывать в том помещении с дурманящим ароматом.

Катя вернулась уже перед сном и тоже находилась в странном состоянии. И если Мила уже как-то от него отошла. То девушку с разноцветными волосами, она решила пока не доставать с расспросами. Очень уж яркими и не реальными были её собственные воспоминания, в которые возвращаться было стыдно, но приятно.

А также она не могла не заметить странности в поведении сокамерницы. Глаза её, казалось, были затуманены, лицо отрешенное, но счастливое. Изредка, довольная усмешка появлялась на её губах, и она чуть прогибалась телом.

Привезли ужин и в этот раз Мила не спешила, она медленно ела рассыпчатый рис с салатом из свежих овощей. А вот Катя поступила со своей порцией так же, как и ранее сделала Мила. Она быстро опустошила полную тарелку и продолжила смотреть на всё через розовый туман. И уже после того, как забрали пустую посуду, в пришедшей позднее пленнице стал просыпаться разум. Её движения стали тяжелеть, а в глазах то и дело мелькал страх.

– Ты в порядке? – спросила Мила девушку.

– Нет! Что это было? – В шоке произнесла она. – Я словно в туман провалилась… Никогда такого не ощущала. Это было за гранью реальности.

– И у меня было так же, – признаться было сложно и стыдно, но она смогла это сделать.

– Но я ничего не ела, не пила… Как? От того что взяли кровь?

– Может там было что-то в шприце, и мы не заметили? – понимая, что они прошли по одному пути, спросила растерянная Мила.

– Нет, я смотрела внимательно, мне ничего не вводили.

Они сидели и молчали не зная, что сказать. Те чувства, что они пережили были просто потрясающими, но словно не их. Словно на них чем-то воздействовали…

– Может быть какой-нибудь запах? Как феромоны? – предложила Мила.

– Не знаю… Но почему тогда мужчина не потерял голову, он ведь его тоже чувствовал. – Резонно спросила она.

– Если только он не действует исключительно на женщин.

– Возможно, – согласилась Катя. – Но я больше не хочу появляться в той комнате. Не хочу…

В воцарившейся тишине они начали замечать, как медленно начинает гаснуть свет, а это значит, что скоро пора будет ложиться спать. Но переутомлённый дневными событиями мозг никак не мог успокоиться и уснуть. Мила раз за разом вспоминала всё, что с ней произошло и пыталась понять, почему ей было так хорошо. Всего от нескольких прикосновений она стала сходить с ума.

Девушка не заметила, как уснула и тем неожиданнее для неё оказалось пробуждение.

Она проснулась от того, что кто-то удерживает запястье и что-то холодное касается её руки. Мила подпрыгнула и в панике толкнула покусившегося на неё человека. Ответная пощёчина разбила хрупкую тишину, а пленница почувствовала, как горит кожа в месте удара.

От звука проснулась Катя и стала биться в истерике, не давая другому мужчине притронуться к её телу. Но заметно проигрывала ему, хотя старалась не сдаваться. Тем временем настойчивое сопротивление разозлило его и девушка кроме нескольких пощёчин, получила по заду, а затем к нему на помощь присоединились еще несколько человек, чтобы усмирить её.

Мила же, узнав в нарушителе её спокойствия Генри, с одной стороны успокоилась, с другой же только от одного запаха мужчины стала возбуждаться. И как назло, перед глазами стали представать картинки из вчерашней встречи. Он жестом приказал молчать, кляпом закрыл ей рот и неожиданно снял с неё всю одежду, оставив девушку полностью обнаженной. Он ловко привязал её руки к бортику железной кровати так, что теперь она сидела у изголовья лицом ко входу с руками над головой. Ей пришлось оценить предусмотрительность организаторов, которые приобрели кровать с кованной решеткой у изголовья. Генри заставил расставить на ширине плеч ноги и ловко закрепил их, фиксировав ремнями между решеток. Теперь можно было только догадываться для чего ему нужна такая поза пленницы. Ведь та лишь давала хороший обзор для проходящих по коридору работников. Зачем?

Пока он привязывал Милу, она с неспокойным сердцем наблюдала за разворачивающимися событиями на соседней койке. Катю так же полностью раздели и привязали руки и ноги к краям кровати. А потом один из мужчин дернул за рычаг и ножки кровати, что были ближе к выходу ушли вниз и теперь она так же, как и Мила, попадала под обзор тех, кто находился со стороны двери.

Но Катю на этом не оставили в покое. Ей насильно открыли рот и зажали нос, чтобы влить в рот вещество из бутылочки. Они вернули ей кляп и удалились. А вот Генри не спешил уходить. Он так же, как и Мила следил за пленницей с разноцветными волосами и предвкушал реакцию, которая не заставила себя долго ждать. Девушка стала постанывать и выгибаться, словно находилась в бреду. Чем они её таким напоили?

– Отлично, – промолвил Генри. – Видишь, что бывает, когда не подчиняешься нашей воли.

Он опустил руку в карман и достал точно такой же пузырек. Но поить испугавшуюся в миг девушку он не стал. Просто показал, что у него тоже есть точно такое же средство, и если бы она стала вырываться, то последствия были бы аналогичными.

– Будь хорошей малышкой, и постарайся отдохнуть. Скоро тебя ждет длинный и тяжелый день…

У Милы появились сомнения, что он осознает происходящее, так как поза не предполагала удобного отдыха. Но постаралась сохранить безразличный вид и кивнуть.

– Не думай, что это быстро закончиться. В такой позе ты проведешь как минимум полчаса, может дольше. Так что отдыхай.

Генри ушел, и тут же свет стал включаться всё ярче и ярче выставляя девушек на всеобщее обозрение. А вот в коридоре наоборот стало очень темно. И лишь когда Мила поняла, что действительно стоять и смотреть на дверь не самое лучшее занятие она прикрыла глаза. Жужжание раздалось над головой и любопытство заставило посмотреть наверх, чтобы заметить, как встроенные светильники опускаются чуть ниже и направленный свет поворачивается в сторону пленниц. И если Катя продолжала извиваться в бреду на постели, то её соседку это очень сильно напрягло. Теперь свет настолько сильно бил в глаза, что ей пришлось отвернуться от светильников и бросить все попытки разглядеть, что происходит за дверью.

Глава 3

По длинному широкому коридору цокая каблучками шла стройная брюнетка, а за ней следовали десять подтянутых серьезных мужчин. Из-за угла появился помощник Мари, что только что прибыл из другого мира, там он занимался организаторскими вопросами по пополнению запасов товара. Девушка посмотрела на него с высока и передала ему блокнот и ручку.

– Опаздываешь! – Неодобрительно сказала она.

– Простите, Мари, было очень много дел. Но я уже могу заверить Вас, что мне удалось добиться отличных результатов за один день!

– Я рада! – Улыбка тронула алые губы. – Нам постоянно требуется пополнять запасы и обновлять товар, так что делай всё что от тебя зависит и даже больше. И мы будем на высоте!

Они продолжили путь и вот вошли в коридор, полностью лишённый освещения. Зато из небольших проходов в стене его света было в избытке. Вертикальные зрачки девушки расширились, в них затаилось предвкушение удовольствия от исполнений рабочих обязанностей.

– Иллюзию снять! – Прозвучал её командный голос и стены стали полностью прозрачными.

И теперь там, где у рабынь висели цветные светильники, сейчас было прозрачное стекло. Мари шла по проходу и с неподдельным интересом разглядывала пленниц. Практически все они были привязаны к кроватям и извивались под действием возбуждающего средства. Но были и те, что спокойно сидели у изголовья с поднятыми вверх руками и широко расставленными ногами. В них Мари ощущала покорность и затаенный страх.

– Нам нужно отобрать пятьдесят девушек?

– Мари, я тут подумал… А что, если выбить еще пару мест на витрине и заменить манекены на живых рабынь? Можно как раз прорекламировать нашу новую линейку игрушек.

– И сколько тогда нам надо будет добавить? – Одобрительно отозвалась она на предложение помощника.

– Шестьдесят, плюс минус две рабыни…

– Тогда плюсом. Если останутся лишние, то можно будет пополнить запасы. Итак, эту берем, и эту… – она стала идти вперед и определять кто будет представлять её компанию на выставке.

Выбор, по её мнению, был хорошим и из двухсот имеющихся рабынь она отбирала только самых лучших. Возле некоторых витрин она задерживалась дольше обычного, у других же презрительно фыркала, а иногда просила досье, которые были у шедших позади нее мужчин. Когда дело дошло до камеры, где были Катя и Мила, девушка остановилась.

– И кто у низ придумал так испоганить волосы? Фу! Дай мне её досье… – ей тут же подали карту Кати, в которой были описаны все наблюдения за день и результаты анализов. – Ладно… У неё очень красивое лицо. Возьмем её. Но волосы! Хотя нет, сделайте их немного ярче, и прокрасьте корни, пусть она будет не такой как все. Мне это даже нравится.

– Хорошо, – делал пометки у себя в блокноте её помощник.

– Идем дальше?

Они прошли уже несколько камер, когда Мари остановилась и попросила собравшихся вернуться на несколько метров. Когда они поравнялись с комнатой, где были Катя и Мила, девушка вновь попросила досье, но теперь уже на вторую девушку.

– Рыжая и кудрявая… – усмехнулась она. – С россыпью веснушек на лице. Она смотрится довольно мило!

– Горячая девочка, – облизнул губы Генри, который держал целую стопку разных тетрадей.

– Возьмешь её?

– Даже не знаю. У меня от неё голову сносит!

– И чем же она так хороша?

– Не знаю, – почесал он задумчиво бровь продолжая рассматривать Милу.

– Тогда узнай. У тебя есть шесть дней, чтобы сделать из неё достойную игрушку, – отдала она ему досье.

– Я постараюсь.

– Не увлекайся. Иногда можно доверить работу другим, а самому оставаться наблюдателем.

– Ты права. Спасибо, за совет, – задумчиво протянул он.

– Генри, – окликнула она мужчину, что уже присоединился к её сопровождению. – Постарайся сделать из неё бриллиант, я уже знаю, кому достанется эта рыженькая. – Она немного подумала, рассматривая Милу и добавила. – Неужели, она сексуальнее меня?

– С тобой может сравниться только Богиня любви, – уверенно сказал Генри, отчего глаза Мари засияли озорными искорками.

Они прошли еще с десяток комнат и не набрав нужное количество для выставки им пришлось еще раз вернуться к началу. Но на этот раз дело пошло довольно быстро и подобрав несколько претенденток, Мари распрощалась с мужчинами оставив их подготавливать рабынь.

Генри же провожал взглядом точеную фигурку и вспоминал, как он обладал ей всего месяц назад, до того, как они расстались. Всему виной была его работа. И даже не ревность разрушила их связь, а проведенные дни и ночи на пролет на работе. Они были преданы своему делу и могли неделями не покидать это здание и в этом был корень проблемы. Им не хватало времени на отношения. Встречаясь несколько раз в месяц, они стали отдаляться друг от друга. И в конечном итоге осознали, что если между ними нет того притяжения, которое каждую ночь тянет домой, то и не стоит отнимать друг у друга время.

– Вот твой список, – протянул листок помощник Мари.

– Десять девушек, – покачал он головой. – И когда всё успеть?

– Найди себе заместителей…

– Они и так есть. Шани, как ты успеваешь справляться со всеми своими обязанностями?

– Я не успеваю, – отозвался задумчиво помощник. – Я просто делаю.

– Всё так просто?

– А зачем усложнять? Вот вы с Мари любители поставить всё с ног на голову, от этого и страдаете.

– Почему ты так решил? – удивился Генри.

– Я вижу ваши отношения со стороны. И прекрасно знаю, как вы относитесь друг другу. Вам не нужны никакие стимуляторы, чтобы сходить друг от друга с ума. А это уже многое значит.

– Хорошо, я займусь ими, – он еще раз взглянул на листок и ушел не прощаясь.

Работы у мужчины предстояло больше, чем он ожидал. Ему необходимо было пересилить себя и дать возможность, его помощникам сделать большую часть работы. А как на это решиться если привык всё делать идеально? Вдруг они что-то испортят?

Он прошел коридор, где жили работники и по очереди постучал в четыре соседние двери. Из своих комнат вышли заспанные парни, на вид которым было по двадцать лет, не больше. Они смотрели на руководителя заспанными глазами и не понимали, что от них требуется в такое время суток.

– Одевайтесь. И захватите с собой защиту и стимуляторы, сегодня вас ждет долгая ночь, – он отдал по одной тетрадке на двух парней и продолжил. – Ваше задание полностью раскрепостить этих девушек, пусть они почувствуют, что такое множественный оргазм и, как надо любить настоящего самца. Стойте у входа в комнату, а дам знак, когда можно будет начинать.

Генри шел по коридору и смотрел по сторонам, комнаты уже приобрели привычный вид и прозрачными были только двери. Яркий свет выключили и светильники вернулись на место. Казалось, всё стало, как прежде, но мужчина так не считал. Он знал, что для девушек эта ночь станет началом бессонных ночей и ярких ощущений, вызванным специальными веществами.

Мужчина вошел в комнату и увидел, как коллеги забирают Катю, которая до сих пор не пришла в себя.

– Я её забираю, -сказал тот, что был одет в белую футболку. – Комната в вашем полном распоряжении до завтра…

– Спасибо, – отозвался Генри и проводил безразличным взглядом коллегу, а потом всем его вниманием завладела Мила. – Руки устали?

– Немного, – честно призналась девушка, когда Генри избавил её от кляпа, и продолжила пристально смотреть на него, словно чего-то ожидая.

– Могу тебя поздравить с маленькой победой. Ты и ещё шестьдесят девушек будете представлять нашу компанию на выставке. Это значит, что тебе не придется ежедневно отрабатывать кусок хлеба в публичном доме.

– А что будет со мной дальше?

– На выставке соберётся богатая публика и тот, кому ты приглянешься, станет обладателем твоего тела. И зачастую уже от девушки зависит, где она будет жить и насколько счастливой сложится её судьба. Главное, подчиняться хозяину, – рассказал Генри внимательно следя за реакцией Милы.

– А вы можете мне рассказать, что чаще всего происходит с такими, как я?

– Некоторые покупатели приобретают товар для собственного пользование, другие же для общего. К примеру, тебя могут купить для отдыха друзей в сауне или для поездок на море. Разные бывают ситуации, но при этом важно одно, у тебя будет хозяин, которого ты будешь обязана слушаться. Если он решит, что ты его чем-то оскорбила или неверно выполнила приказ, он может жестоко тебя наказать. Ясно?

– Да, – нахмурила лоб Мила и мельком взглянула на кровать, где несколько минут назад извивалась Катя.

– Нет, то, что происходило с этой девушкой, покажется тебе спасением. Они могут как угодно распоряжаться этим телом. Так что представь себе самое худшее и помножь на десять.

– Но как мне понять, правильно ли я что-то делаю? – находясь в замешательстве спросила перепуганная девушка.

– Ты мыслишь в правильном направлении. Есть особые правила, которым должны подчиняться рабыни, чтобы соответствовать требованиям мужчин нашего города. Если ты по каким-то причинам попадешь в другой город, то должна будешь изучить правила поведения в том месте. Для этого вам печатают вот такие брошюрки. Всего несколько основных правил. – Генри достал из кармана небольшой листочек, сложенный вдвое, и кинул его на кровать девушки.

Мила взглянула на брошюрку, но рассмотреть, что там написано пока оказалось невозможным – слишком мелкий текст и освещение плохое. Она перевела вопросительный взгляд на Генри и постаралась удобнее повернуть затекшие руки. Для неё так же оставалось непонятным, почему он не освободит её от ремней. Ведь разговаривать в такой позе было не очень удобно.

– Запоминай, – засунул он руки в карманы и облокотился на стенку рядом с Милой. – Эти шесть дней я буду твоим господином.

Пленница с подозрением взглянула на мужчину и напряженно кивнула.

– Во-первых, ты обязана обращаться ко мне на Вы, и обязательно употреблять в речи «господин» или «мой господин». Так же в будущем у вас с хозяином может быть своё особенное обращение, но это основа. Во-вторых, подчиняешься ты только моим приказам. Но бывают случаи, когда тебе придется самой решать, что делать, тогда ты должна подумать в первую очередь о выгоде господина. Тебе пока всё ясно?

– А что, если мои действия никак не связаны с интересами моего хозяина?

– Какие к примеру? – удивился Генри.

– Сходить в уборную?

– Ты обязана приводить себя в порядок и быть чистой к приходу господина, и не пренебрегать вопросами гигиены даже если встречи не предвидится. Ещё?