– Осторожнее. Ушибёшься, – не удержался от повторного за этот день замечания, когда расстояния между мной и моей беглянкой практически не осталось, а мои ладони сжали её хрупкие плечи.
Сердце девчонки по-прежнему отбивало нехилый ритм.
– Эт-то… – пробормотала она, с ужасом глядя на замерших впереди волков.
Те возвращать себе человеческий облик не спешили. Хотя и наступать перестали. Застыли в трёх шагах от нас, так сказать, для закрепления полученных ею впечатлений. Чтоб не сбегала больше. Для её же безопасности.
– Это, – повторил за ней. – Твоя охрана.
Её сердечный ритм не затихал, поэтому сжал плечи чуть крепче, притягивая ближе к себе. Так себе вариация успокоить, но ничего лучше не придумал. Да и всё равно ж рефлекс, чтоб его, нежели действительно осознанное.
– Охрана? – сдавленным голосом переспросила блондиночка. – В-волки? Моя охрана? – полуобернулась ко мне, глядя в неприкрытом шоке. – Волки?! – уточнила уже на повышенных тонах.
С учётом, что они её все две недели пасли, не соврал. Как и с тем, как правильнее её успокоить, тоже не нашёлся. Не силён я в этой хрени, что поделать. Сестру успокаивали как раз объятия. Но здесь, это, похоже, совсем не работало. Я ж её похититель и сам – угроза.
– Прежде ты не жаловалась, – заметил уже вслух, разворачивая её к трапу самолёта, на который мы должны были взойти ещё пять минут назад. – Что теперь не устраивает? – поинтересовался чуточку язвительно.
Не то, чтоб хотелось её задеть, но нахлынувшее раздражение от собственного бессилия скрыть не удалось. К тому же, таким образом дал понять, что они для неё не опасны. Было бы иначе, плохое ещё тогда бы случилось.
– Прежде она нас не замечала, – ответил за неё всё-таки обернувшийся Алексей, тем самым подтвердив мой скрытый посыл, – вот и не жаловалась.
Следом и его брат вернул себе человеческий облик.
– Мать вашу! – шарахнулась девушка от нас всех в тот же миг, и не удерживай я её, наверняка, опять бы попыталась сбежать. – Это… Это… Пусти! Пусти меня! – принялась вырываться. – Вы здесь все ненормальные!..
Он звонкого голоса и его громкости моя головная боль стала сильнее. Хотя нет, не от него. От желания схватить свою пару как можно крепче, укрыть собой от любой беды мира. Ещё один, чтоб его, идиотский рефлекс, с которым приходилось бороться. Пальцы, как впились в неё, так разжать и не выходило. А если продолжу в том же духе, ей станет больно.
– Добро пожаловать в мой клан, – только и сказал на это, перехватывая свою пленницу иначе.
Не стал церемониться, закинул сопротивляющуюся девицу на плечо, игнорируя продолжающиеся вопли, и понёс к трапу. А то такими темпами мы в самолёт к вечеру только попадём.
Кто знает, сколько ещё сюрпризов она успеет за то время придумать, за что получит в ответ ничуть не меньше?
Внутри самолёта сгрузил свою ношу в ближайшее пассажирское кресло. Не отошёл. Так и остался в полусогнутом положении, нависая над ней.
– Если не хочешь усложнить себе жизнь ещё больше прежнего и тем самым причинить кому-либо вред, приди в себя и успокойся, – предупредил вкрадчиво.
Ответом мне стала звонкая пощёчина, которую я пропустил вовсе не потому, что рефлексы вдруг отказали.
Просто… кто в здравом уме осмелится на такое?!
Вот и воцарившаяся вокруг тишина свидетельствовала о том же. Все до единого расслышали, будь то внутри самолёта или снаружи. Неспроста только собирающийся войти Андрей поспешил тут же ретироваться прочь.
– Отпусти меня! Сейчас же! – потребовала девчонка дрожащим от страха голосом, но вполне себе уверенно, сжав ладошки в два маленьких кулачка, глядя на меня с вызовом в сером взоре.
Спинка сиденья, за которую я прежде держался, хрустнула и сломалась. Не подрасчитал с силой, с которой уцепился за неё, чтоб не ответить на проявленную дерзость. Вдохнул поглубже. Выдохнул. И так ещё несколько раз, словно то являлось моей личной медитацией. Малиново-черёмуховые отголоски её запаха, как ни странно, успокаивали. Неоднократно. Тогда, на месте аварии, когда безумно хотелось вцепиться в глотку водителю пикапа и умыться его кровью, предварительно выпотрошив, как визгливую свинью. Позже, внутри забегаловки, когда она так глупо заявила мне о своём несуществующем парне. В этот раз тоже помогло.
– Или что? Будет. Если не отпущу? – произнёс, хотя сдержать рвущееся наружу рычание удалось с некоторым трудом, даже нашёл в себе выдержки разогнуться и усесться в кресло напротив. – А я тебя не отпущу.
Та нервно покосилась на сломанную спинку, а затем на меня.
– Мой папа меня найдёт. Он военный.
Усмехнулся на такое громкое заявление.
Знала бы, с кем связалась…
Но обо всём по порядку:
– О, даже не сомневаюсь, – согласился с ней на свой лад. – Пусть приезжает. Твоего парня с собой заодно тоже пусть прихватит. Будем дружить семьями.
Та в очередной раз посмотрела на меня, как на истинного психопата.
– Отлично, – согласилась следом напряжённым тоном. – Давай телефон, – протянула ко мне свободную руку, – позвоним и пригласим его к тебе прямо сейчас. Уверена, он ненадолго от нас отстанет.
Если решила меня таким образом спровоцировать, задеть или взять на слабо, то не угадала.
– Держи, – вытащил аппарат и протянул ей. – По прилёту купим тебе собственный. Сможешь звонить, кому угодно и сколько влезет.
Она одарила меня недоверчивым взглядом, прежде чем забрать предложенное. Не менее недоверчиво смотрела на меня, в то время, как набирала номер по памяти, нервно кусая свои пухлые губы. Пока брыкалась, когда я её сюда нёс, длинные светлые локоны спутались и придавали ей такой дерзко потрёпанный вид, словно я тут её не только себе забрал, но и присвоил по полной программе. Несколько раз подряд.
Млять…
Зря об этом подумал. Теперь снова вдыхать и выдыхать, призывая всю свою выдержку, чтоб не впиться в розовые губы, притянув свою пару за покатые бёдра, наконец насадив на свой член, да как можно глубже.
Млять!
Опять не о том…
– Что, уже не так сильно похож на психа и маньяка-похитителя? – отпустил замечанием, вместе с ним хватаясь за остатки того, что происходило в настоящем, а не только в моём воображении.
– Наоборот. Теперь я точно уверилась в том, что ты псих, – усмехнулась, прикладывая трубку к уху.
В динамике раздались первые гудки.
Сосредоточился на них, словно это самое нужное, что я только мог услышать в своей жизни!
От греха подальше…
– Если заберу телефон обратно, это добавит мне адекватности? – подался вперёд.
Реально отбирать не собирался, разумеется. Но она восприняла иначе. Вжалась в спинку сиденья, словно это бы реально помогло сохранить дистанцию, неотрывно глядя в мои глаза. И чем дольше смотрела, тем более рваным становилось её дыхание.
Вот как тут сохранять отстранённость?
Не стал её разочаровывать. Придвинулся ближе. Улавливая быстрое, учащённое: тук-тук-тук. Едва ли ритм и моего сердцебиения остался прежним. Разве может быть иначе? Когда она так близко и столь соблазнительно пахнет… Жаль, ничего иного сделать не успел.
Всё прервало резкое и командное мужским голосом:
– Да!
Девушка вздрогнула, моргнула пару раз, приходя в себя, и только потом ответила.
– Это я, пап, – промямлила, по-прежнему неотрывно глядя на меня. – Я…
– Кристал, – перебил её отец обманчиво мягким тоном, отчего дочь заметно занервничала, вновь принявшись кусать свои манящие губы. – Ты где? Что с твоим телефоном?
– Эм… В самолёте, – серый взгляд обвёл салон того самого самолёта. – Частный рейс, – добавила через паузу. – А телефон… я его потеряла.
От её прежней самоуверенности не осталось и следа. Сейчас она больше напоминала провинившегося ребёнка.
А сдавать меня не стала.
Хм…
Почему?
Явно не из жалости.
И что тогда за мотивы?
– В самолёте? Частный рейс? – переспросил между тем человек, а в голосе послышались грозные нотки.
Захотелось его придушить. Чтоб как минимум гонора поубавилось. Ну, и чтоб больше не мешался. Если у кого-либо и есть теперь на неё какое-либо право, так только у меня. Ни у кого больше. Общие гены – вообще ни хрена не оправдание для обратного.
– Да, – промямлила девушка, обречённо вздохнув. – Я… – собралась продолжить и замолчала.
Судя по затравленному виду, банально не могла подобрать слов для объяснения.
– Кристал! Что происходит? Где ты? И с кем? – сурово и гневно поинтересовался родитель моей пары.
– М-м… – съёжилась та тут же.
Вздохнул, выпрямился и протянул ей руку, поманив пальцами, чтоб отдала средство связи мне. Девчонка растерялась ещё заметнее. Вздохнул повторно и телефон сам… пусть будет позаимствовал.
– Здравствуйте, папа, – бодро поприветствовал я его и, пока меня не послали куда-нибудь подальше, перешёл сразу к сути: – Я забрал вашу дочь. Она не виновата. Я её заставил. Собираюсь на ней жениться. Сегодня. Обещаю вовремя кормить, оберегать, прилично одевать и обеспечивать, чтоб она ни в чём не нуждалась. Обижать не буду. Буду заботиться в меру всех своих возможностей. Взамен она мне обещала родить минимум четверых детишек, а то и десяток. В общем, с ней всё будет в порядке. А если всё равно переживаете, можете прилететь в Москву, самому убедиться. У неё там ещё какой-то парень вроде как был. Его тоже можете с собой прихватить, – не удержался и от этого. – А вот тёщу – не обязательно. У меня проблемы в общении с женщинами, – закончил также бодро.
Аппарат я вернул. На случай, если она захочет ещё раз ему перезвонить. А то абонент то ли свой телефон от случившегося приступа бешенства разбил обо что-то, то ли так сильно поторопился воспользоваться данным ему приглашением, что не счёл нужным тратить лишнее время – связь оборвалась. Девушка в свою очередь на моё заявление тоже, похоже, дар речи растеряла. И смотрела уже не просто как на психа, а на самого настоящего врага.
– Ты… Да ты… совсем спятил? – выдохнула зло и подскочила на ноги, сжимая ладошки в кулачки, до побелевших суставов. – Он же… Вот теперь нам точно хана, – простонала, упав обратно в кресло. – Причём, обоим, – дополнила с самым обречённым видом, накрыв ладонями лицо. – Но тебя хотя бы просто убьют, не придётся мучиться, а мне без внуков теперь и правда лучше не возвращаться, – отшутилась нервно.
Ухмыльнулся на такое заявление.
– Если у тебя имелись варианты получше, как бы преподнести ему новую правду твоей жизни, надо было меня опередить, – сказал, как есть, вновь возвращая себе телефон.
К этому моменту и остальные пассажиры рейса начали возвращаться в салон. Но едва ли она их заметила, поскольку уселись они позади неё, в самом начале. Одарила меня очередным недобрым взглядом между пальцев, но по итогу промолчала, распрямилась в спине, провела ладонями вверх, пригладив волосы, и сложила руки на груди, отвернувшись к иллюминатору, хмуро глядя на виднеющуюся взлётную полосу.
Не удивлюсь, если сочиняла себе новый план побега. Или же сразу несколько. Или же в красках представляла, как её отец переломает мне хребет, а её типа спасёт.
Вот тебе и пара…
Как бы от такого счастья не преставиться. Все знают, связываться с людьми – себе дороже. Они слабее, но гораздо лживее и коварнее, не чураются самыми низменными методами в достижении своих целей, а потому – опаснее, никогда не знаешь, какой очередной подлости от них ждать.
Но да ладно…
В проходе появилась стюардесса, а пилот по громкой связи объявил о том, что они готовятся ко взлёту. Про запланированный маршрут, естественно тоже напомнил.
– Москва, значит, – вновь взглянула на меня моя пленница, выслушав чужую речь через механический передатчик. – И что мы там будем делать?
– Я там живу, – пожал плечами, тоже возвращаясь в своё кресло напротив неё. – Теперь и ты будешь, – оповестил, стараясь звучать максимально беззаботно. – Как и все наши детишки, которых мы уже не только себе, но и твоему отцу пообещали, – не удержался от напоминания. – Ты же хочешь спастись от родительского гнева? – закончил едва ли без ехидства.
И снова она посмотрела на меня, как на психа.
– Ты обещал, не я, – отозвалась, вопреки всему сказанному ей же ранее. – Я вообще не собираюсь с тобой никого заделывать, – вновь принялась заводиться. – Не думай, что, если я не стала выставлять тебя козлом перед отцом, это что-то изменит в наших отношениях. Я просто… – замялась. – Просто не хочу, чтобы кто-то пострадал. А так и будет, если вы с ним схлестнётесь, – оправдалась не особо уверенно, поджав губы в недовольстве.
Зверь внутри оскалился на такое неверие в свою пару. Едва сдержал сопутствующий рык. Пришлось напомнить себе, что для сидящей передо мной само понятие пара – пустой звук, если вспомнить ту же статистику человеческих разводов.
– Раз ты признаёшь, что у нас с тобой есть отношения, уже прогресс, – криво усмехнулся на её слова, внешне напрочь проигнорировав всё остальное.
Вновь заработал недобрый взгляд от неё.
– Нет у нас с тобой никаких отношений, – парировала зло, подаваясь вперёд. – Есть только похититель – ты, – ткнула в меня пальцем, – и жертва твоей невменяемости – я, – указала на свою грудь, после чего отвернулась обратно к иллюминатору, делая вид, что меня не существует.
Чертыхнулся. В этот момент вспыхнуло оповещение сигнала о том, что пора пристегнуть ремни. Теперь уже чертыхалась моя пара, крутясь в поисках ремней, чтобы исполнить веление. Тем и воспользовался, решив заодно просветить её о том, что на данный момент больше всего злило, а то ж реально свихнусь, если она будет регулярно продолжать в том же духе и провоцировать волка.
– Жертва моей невменяемости, значит? – повторил за ней, поднимаясь на ноги, в шаг оказываясь вновь рядом с ней. – Правда, считаешь, что видела меня невменяемым? – спросил, но ответа дожидаться не стал, склонившись к ней ближе.
Всего один едва уловимый её зрению жест, и моя ладонь уже под её поясницей. Почувствовал, как девчонка вздрогнула, а затем напряглась. И напряглась ещё больше, когда вместо того, чтобы дать ей время привыкнуть к этому ощущению нашего контакта, дёрнул её на себя, достаточно резко, чтоб она вновь вздрогнула, но вместе с тем достаточно аккуратно, чтоб последующее столкновение лоб в лоб не оказалось для неё болезненным. Тогда и вторую ладонь под неё запустил. Снова немного дёрнул на себя. На этот раз, чтоб соприкосновение вышло плотнее. Практически не оставил свободного пространства между нами, выгибая хрупкий стан до такой степени, что ей пришлось по инерции схватиться за мои плечи.
– Ты не имеешь ни малейшего представления о том, каким я буду, когда стану действительно невменяемым, – продолжил вкрадчиво ей в губы. – Я пока ещё держу себя в руках. Но, если честно, очень близок к той грани, – поведал, вынуждая прочувствовать каждый звук наравне с нашим дыханием. – Хочешь знать, что будет, когда я её переступлю? – мазнул губами по её губам.
Тихий выдох наравне с усилившейся хваткой её пальчиков стал мне ответом. Да мне ничего иного и не надо. Возможно, она и сама не осознала то, как от моих действий малиново-черёмуховые отголоски её аромата разбавились отчётливыми нотами пробуждающегося возбуждения, а по бархатной коже пронеслась едва уловимая дрожь. Слова и разум могут твердить что угодно, но язык тела не обманешь. Оно выдаёт всё с лихвой.
Жаль, на этом мне пришлось притормозить. А то я ведь и правда очень близок к обещанной грани… Ремни безопасности, которые прежде потерялись под ней, а она их искала, я всё-таки вытащил. Усадил свою пару обратно.
Пристегнул.
Сам в кресло в очередной раз тоже вернулся. Кто б знал, чего стоило оставить её напротив, а не перетащить вместе с собой на колени. Хотя бы чтоб просто дышать. Ею. Всё-таки ощущение близости само по себе успокаивает зверя, усмиряет инстинкты. Тем более, что сама девушка в отличие от меня выглядела далеко не так спокойно. Дышала, как после долгой пробежки. Серые глаза заметно потемнели, пока она продолжала смотреть на меня, не мигая, с ошарашенным видом. Пальцы непроизвольно коснулись затвора ремня безопасности на пока ещё плоском животике, да там и замерли, крепко обхватив металл.
– Это называется парное притяжение, – прокомментировал для неё. – Идеальное сочетание на физиологической основе, тяга друг к другу на инстинктивном уровне, от которой невозможно избавиться. Как я и говорил, пара у оборотня может быть лишь одна. Прежде считалось, что между человеком и оборотнем такое в принципе невозможно, – сказал и об этом. – Но, как видишь, – ухмыльнулся. – Есть ты – жертва на данный момент моей чрезвычайной сдержанности, и я – тот, с кем ты обязательно будешь. Всегда, – переиначил её слова на свой, более верный лад.
– Даже если я буду тебя ненавидеть за это? Всегда. А я буду!
Усмехнулся, не скрывая отношения к такому опрометчивому заявлению.
– Не зарекайся, малыш, – только и сказал.
Самолёт тронулся с места.
Начался взлёт…
Глава 4
Кристал
За окном иллюминатора раскинулась бескрайняя облачная пустошь, подсвеченная лучами заходящего солнца и пока ещё блеклыми звездами. Никогда до этого не передвигалась на самолете ночью. И это оказалось до того потрясающим зрелищем, что я на некоторое время позабыла обо всём на свете, любуясь воздушными видами. Ими и сидящим напротив.
С ума сойти можно!
Кто бы раньше рассказал, что оборотни существуют, я бы первая покрутила у виска и сдала этого психа в больничку, подлечить мозги. Но вот она я, Кристал Питерсон, восемнадцати лет от роду, сидела напротив одного из них. И не просто оборотня, а альфы. Клана белых волков. А какие ещё существуют? И сколько их вообще? И как мир до сих пор не прознал о них?
Столько вопросов роилось в голове. Один сменялся другим, создавая бесконечную цепочку из них. А ведь с виду и не скажешь, что передо мной какое-то сверхъестественное существо. Разве что неестественно-яркий цвет глаз выдавал в новом знакомом то, что он необычный человек. Это и его броская красота, которую не могли скрыть никакие уродливые шрамы. Особенно сейчас, когда он повернул голову ко мне “чистой” стороной. Такой расслабленный, а кончик губ приподнят в намёке на улыбку. Уверена, не спит, просто дремлет, но всё равно. Невероятно красив.
Если судить непредвзято, то я ещё не встречала никого красивее него. Даже Александр, который мне всегда казался эталоном, проигрывал. Кайл… Он как ожившая девичья мечта. Принц из детских грёз. Жаль, только внешне. По характеру полная противоположность. Но я бы удивилась, будь иначе. Почему-то все мало-мальски симпатичные парни считали, что понравившиеся им девушки просто обязаны падать перед ними штабелями, как только они появляются на их горизонте. Придурки самовлюблённые. Вот и этот такой же… эгоист.
И всё же интересно, какой он в волчьем облике? Те двое, кого я видела на взлётной полосе, были большими и на самом деле белоснежными, как первый выпавший снег. А альфа же сильнее их получается, да? Значит и больше? Или сила измеряется не в физических данных? В даре?
Господи, Кайл не просто оборотень и альфа, а ещё реально владеет телекинезом! Как какой-нибудь джедай! И почему-то факт того, что он не совсем человек принять оказалось проще, чем его возможности влияния на неодушевлённые и не только предметы. А другие? Тоже так умеют? И только ли это…
Или быть может я всё-таки пострадала в той аварии и теперь мне снится вся эта дичь? Запомнила Кайла, пока любовалась им на обочине, вот мозг и воспроизвёл его, как последнее воспоминание.
Было бы хорошо…
Да только я жива и происходящее со мной – всё наяву. Как и оборотни настоящие. И один из них реально решил сделать из меня инкубатор для своего потомства. И всё из-за какого-то запаха! В туалет что ли сходить, да себя обмазать, чтоб отстал…
Представила и тут же передёрнулась от отвращения. Нет уж, на такие крайности идти я точно пока не готова. Сперва стоило попробовать договориться без подобных кардинальных мер.
Может предложить ему сделку? Я рожаю ему ребёнка, а он за это после меня отпускает. Он же сам обозначил эту причину первостепенной. Всё остальное – её следствие. А значит… почему нет? Сделаю вид, что согласна, заодно тем самым потяну время до появления отца.
Хм… Пожалуй, идеальный вариант.
Так и скажу ему, как проснётся. Сейчас же сама прикрыла глаза, решив, что если уж до этого вреда никакого никто не причинил, то и теперь не станут. Тем более, я вроде как ценная добыча, и всё такое.
Успокоив себя данным образом, я и правда погрузилась в сон. А очнулась от того, что рядом кто-то негромко рассмеялся. Пыталась удержаться в моменте, но в разум вгрызались звуки посторонних голосов, не позволяя вернуться в состояние блаженства. Пришлось признавать поражение и открывать глаза.
Первое, что отметила разумом, – за иллюминатором царила глубокая ночь. И небо… Как будто кто-то искрящиеся капли воды расплескал, настолько чарующе выглядели яркие светящиеся точки звёзд. И наверное, я бы так и продолжила всматриваться в них, но звук повторного смеха вынудил обернуться.
Кайл по-прежнему сидел напротив, только теперь рядом с ним находилась стюардесса, расставляющая на выдвижном столике несколько обеденных блюд. Правда действо больше напоминало совращение клиента, но да ладно. В том плане, что девица уж слишком низко и близко склонилась к Кайлу, демонстрируя ему все свои выпуклые части тела, не забывая томно улыбаться.
Змеюка блондинистая!
Которая что-то приговаривала парню, а тот едва заметно улыбался в ответ и изредка кивал, не забывая поглядывать на чужие верхние девяносто.
Фыркнула про себя надменно.
Что он там вещал про парность?
Так и знала, что чушь это всё полнейшая, призванная запудрить мозги наивным дурочкам вроде меня. Вот только я не так наивна, как он непонятно с чего решил. И вообще, если уж на то пошло, у меня грудь побольше, чем у этой девицы. Которая была действительно очень красива, если совсем честно, и всё продолжала и продолжала болтать на непонятном мне языке, улыбаясь всё шире. Чтоб у неё челюсть свело. А он ресницами глаза себе выколол.
Кобель драный!
Не выдержала я, в общем.
– Да уединись ты уже с ней. Надоело слушать ваше щебетание. Хуже комариного писка, – повернулась лицом к иллюминатору и вновь прикрыла глаза, собираясь продолжить спать.
На самом деле сон окончательно пропал. А вслед за моими словами послышалось что-то отрывистое и короткое всё на том же мне совершенно непонятном, после чего этот кобель продолжил уже для меня:
– Она принесла обед. Твой.
И так он это сказал… Словно само собой разумеющееся. И не то, чтоб я не была голодна… Тем более, что от выставленных блюд исходил просто умопомрачительный запах. Но:
– Спасибо, не хочу.
Мало ли, что блондинка положила в тарелки. Возможно, ещё и поплевала. Не зря окинула меня своей излишне приторной улыбочкой на прощание. Проходили, знаем, пусть сам это ест. О ещё одной, другой причине собственного упрямства даже думать не буду. Но какой всё-таки кобель! А заливал-то как красиво! Так бы и врезала от всей души, если б могла.
– Я бы удивился, если б ты сказала обратное, – неожиданно довольно хмыкнул оборотень.
Осмыслить толком сказанное им не успела, как он подхватил меня на руки и перетащил к себе на колени.
– Надо ли напоминать о необходимости добровольно открывать ротик? – добавил с самым добродушным видом.
Пододвинул к себе ближе тарелку со стейком и принялся сосредоточенно делить его на мелкие кусочки.
– Я предлагала тебе уединиться с ней, – кивнула в сторону ушедшей девицы, старательно отгоняя от себя желание согласиться, уж слишком аппетитно выглядело мясо средней прожарки. – Уверена, она с удовольствием откроет для тебя свой ротик, и не только его, и просить не нужно. Может догонишь, пока не поздно?
«Заодно меня в покое оставишь. И я, наконец, перестану о разных глупостях думать».
А на моё предложение в изумрудном взоре полыхнуло золото. И я опять зависла. Как же это всё-таки странно. Знать, что перед тобой совсем не человек. И видеть проявление этих различий в подобных мелочах. Как вообще такое возможно? Вот эта вот смена вида? Всегда задавалась этим вопросом при просмотре фильмов соответствующего жанра, а тут на самом деле встретилась со сверхъестественным, отчего любопытство только возросло. Но я вынужденно оставила его при себе. Не хватало ещё, чтобы Кайл решил, будто я им самим заинтересовалась.
Он, кстати, вилку и нож, за которые взялся прежде, отложил.
– М-мм… малыш, звучит, как ревность, ты же это понимаешь? – поинтересовался, склонившись ко мне ближе. – К тому же, думаю, ты сама справишься с этим намного лучше, – понизил голос, тронув мою нижнюю губу большим пальцем, чуть оттягивая ту вниз.
И что хуже всего, предательское воображение тут же нарисовало соответствующий образ, где я и впрямь стою перед ним на коленях, а он вот так же ведёт пальцами по моим губам.
Кажется, эта его парность и впрямь заразна…
– Это вряд ли, – ответила запоздало, отгоняя от себя идиотское видение. – Боюсь, мне до её умений очень далеко.
Точнее вообще никак. Но да ладно, не суть. Вообще непонятно, с чего я вдруг подумала о таком. Что и впрямь недостаточно хороша в подобном.
Дебилизм!
– Чуть больше практики, и мы это исправим, – заулыбался непонятно чем довольный собеседник.
– Спасибо, я лучше с Алексом.
Сперва ляпнула, потом поняла, что именно сказала.
Божечки, хорошо сам Алекс меня не слышал!
Стыдобища какая!
Это не я! Это всё мой похититель! Он вынудил меня такое сказать ему!
Тому, чья хватка вокруг меня стала ощущаться практически болезненной, в то время, как в его груди завибрировало отчётливое рычание. И ладно бы только это! Самолёт тряхнуло. А мужчина выругался хоть и тихо, но так весомо, словно это из-за меня случилось. Как и остальные пассажиры, которые уставились в нашу сторону со смесью упрёка и обречённости. Я их вообще только теперь заметила, оказавшись лицом к лицу. Как заметила, так и зависла. Их где-то клонируют что ли? Что не лицо, так совершенство какое-то неземное. Разве так бывает? Светлые волосы разной степени яркости, зелёные глаза, у кого темнее, у кого светлее, такие же идеальные черты лица, как у их альфы, и телосложение на зависть многим спортсменам.
Мамочка моя генетик, в какую секту я загремела?
– Кайл, успокойся, – поднялся на ноги один из них.
По виду лет тридцати, не больше. То есть ненамного старше Кайла, если бы не взгляд. Мой отец на меня так смотрел, когда я косячила. Точно так же укоризненно и предостерегающе. Я даже по инерции улыбнулась ему виновато. Пока до меня не дошло, что он сказал. Успокойся… То есть, это Кайл вызвал тряску? Своей силой… Да ладно?!
А мужчина тем временем как поднялся, так и полетел вправо, между пустых кресел, ведь самолёт снова тряхнуло. И я невольно вскрикнула. И от того, что произошло с мужчиной, и от того, как тряхнуло всех нас, и от странного ощущения давления, пригвоздившего к месту.
– Кайл!
Чёрт его знает, почему я бросилась искать защиты у этого ненормального типа, который как бы виновник всего происходящего. Но вцепилась в него до побелевших пальцев и сведённых судорогой суставов. Ещё и лицо спрятала на его плече. Никогда раньше не боялась летать, а сейчас так страшно стало. Правда, всё как неожиданно началось, так же быстро и закончилось. Мне на голову легла мужская ладонь, ласково проведя по волосам, а я сама оказалась прижата к нему ещё плотнее. Кайл с шумом втянул в себя воздух, замер на несколько секунд в таком положении, а затем тяжело выдохнул.
– Всё в порядке, не нужно бояться, – обронил тихо.
И что самое удивительное, я поверила. Вот так просто. С одного его прикосновения и тихого голоса. Меня будто огромной дозой успокоительного накачали. Так резко безразлично стало на то, что творилось за пределами чужих объятий. На всяческие осуждающие взгляды и всё остальное. И вообще…
– Кушать хочется, – вздохнула.
Я логичная, я знаю. Но у меня с детства стресс проявлялся непомерным употреблением всего, что под руку попадалось. Повезло, хоть не толстела, а не то бы давно шариком перекатывалась по дорогам родного Манхэттена. Вот и сейчас есть захотелось просто невыносимо. Да только нечего. Еда вся, после внезапной турбулентности, валялась на полу.
Кайл тоже вздохнул. Ничего говорить не стал, лишь неопределённо махнул рукой, посмотрев на того, кто только поднялся на ноги. Мужчина бросил на меня очередной осуждающий взгляд, а затем потопал куда-то в конец салона. Вернулся он минут через пятнадцать только. И хотела бы я сказать, что за это время вернула себе самообладание и перестала цепляться за сидящего подо мной. Но нет. То есть цепляться я и впрямь перестала, а вот голову от плеча так и не отняла. Не смогла. Сила воли нагло предала свою хозяйку. А всё этот его чёртов запах. Что ощущался ярче прежнего. Я его вдыхала и вдыхала, никак не могла перестать этого делать. Едва удавалось не выдавать себя. А так хотелось втянуть в себя его поглубже, задержать в себе на подольше. Попробовать кожу на вкус, чтобы не только в лёгких, но и на языке он остался.
Идиотские желания, от которых никак не получалось избавиться.
И чем дольше я впитывала в себя хвойный аромат, тем сильнее разрастался во мне порыв исполнить задуманное. Как подумала, так и испугалась. Разве можно думать о чём-то подобном в сторону того, кто тебя похитил и пообещал сделать инкубатором?
Даже с учётом, что до этого спас.
Если, конечно, сам же не подстроил эту аварию, чтобы отвлечь всех от своих действий.
Вот именно!
А я тут… слюни распустила!
Ненормальная!
Хорошо, именно в этот момент вернулся отосланный мужчина. Я его не заметила, но почувствовала, а потом и услышала.
– Ужин, – сообщил он на английском, следом раздались удаляющиеся шаги.
Новый глубокий вдох, и я всё-таки отстранилась от Кайла. Правда так и не смогла заставить себя посмотреть ему в глаза. Отчего-то стало очень стыдно. Ещё одно несуразное чувство по отношению к нему. Откуда только взялось, не понятно. Я ведь по сути ничего не сделала. Но всё равно ощущала себя виноватой. Это всё взгляды остальных. Точно они!
В общем, в их сторону тоже решила больше не смотреть. Сосредоточилась на очередной порции съестного. Новый кусок стейка выглядел не в пример аппетитней первого. Посыпанный зеленью, он так и манил впиться в него зубами, игнорируя напрочь все столовые приборы. Чем дольше на него смотрела, тем сильнее разгорался во мне голод. Почти затмил рассудок.
Ан нет, не почти. Полностью затмил. Иначе бы я никогда не задала следующий вопрос:
– Ты или я?
По губам Кайла скользнула едва уловимая усмешка. Но комментировать он не стал. А вот кормить меня и в самом деле принялся сам. И тоже напрочь игнорируя столовые приборы. В первый момент замерла в нерешительности. Затем… стало всё равно. Меня буквально трясло от голода, так что я быстро перестала задумываться о том, насколько это всё неправильно и, возможно, аморально, есть вот так, собирая кусочки с пальцев незнакомого парня, слизывая с них сок. Пусть просто не останавливается и кормит меня дальше. И чаем поит, который я даже не заметила, как и когда появился на столе. Ромашковый. Сладкий. Вкусный. Выпила две большие чашки. Стейка съела аж три штуки. К нему ещё немного погодя и салат принесли. Его я тоже подъела до последней вилочки. И только тогда, сыто вздохнув, успокоилась, откинувшись спиной обратно на Кайла.
Потом себя поругаю. Когда ещё немного посплю.
Или нет. Сон как пришёл, так и ушёл. Его место заняли мысли о том, во что же я всё-таки умудрилась вляпаться. В кого. И самое главное, почему в его руках так спокойно и хорошо, когда должно быть абсолютно иначе. Он же похитил меня! А я… даже отцу его сдать не сумела. Смотрела в его глаза и понимала, что не могу. Ничего не могу. Стоило лишь представить, как папа с ним обойдётся за то, что тот вытворил, и горло будто удавкой обмотало, не позволяя произнести ни слова. И сейчас вот тоже. Сидела на его коленях и не находила в себе сил пересесть в своё прежнее кресло, малодушно убеждая себя в том, что он всё равно не отпустит, и выбора как такового у меня нет. Так себе оправдание. Даже для меня. А уж как это всё виделось в глазах самого Кайла и думать не хочу. В упомянутое им парное притяжение я не особо верила. Это то же самое, что верить в любовь. Но все знают, что любые чувства – химическая реакция, вызывающая в мозге и теле соответствующие желания и эмоции. Ничего больше. Но иначе собственные ощущения объяснить не получалось. Ещё этот его запах… Головокружительный. Туманил разум, толкая на всяческие глупости, сродни тем, где я могла бы взять и впрямь облизать его шею. Ужасное желание! Какое-то и впрямь животное. Но животное у нас здесь только одно, тогда почему я о таком думаю? Невыносимо уже просто!
– Можно мне пересесть? – не выдержала по итогу.
А то ещё немного и точно исполню то, о чём обязательно пожалею.
– Тебе не нравится, где ты сидишь? – кажется, вполне искренне удивился парень.
И вот как ему объяснить? Чтоб и его убедить, и себя не выдать.
– Не совсем удобно. И неба не видно, – оправдалась, как смогла.
Кайл поверил. Правда это мне нисколько не помогло, хотя моё местоположение и впрямь сменилось. Он вместе со мной пересел. Из рук так и не выпустил.
Чёрт! Не на это я рассчитывала…
Кайл же ко всему прочему прижал меня к себе ещё теснее, зарываясь пальцами в мои волосы, ласково пропуская светлые пряди между пальцев.
– Прежде они выглядели намного темнее. Ты их перекрасила, – протянул задумчиво. – Зачем?
Намного темнее – это слабо сказано. Тёмный каштан против жемчужного блонда. Но не это меня волновало. Он всё-таки за мной следил. Если раньше я только подозревала, то теперь уверилась.
– И как давно ты за мной следишь? – развернулась к нему лицом полнее, крепче сжимая ладони в кулаки.
По его губам расползлась надменная усмешка.
– Разве ты не хотела посмотреть на небо? – вопросительно выгнул бровь, нагло уйдя от ответа. – Или на меня тебе смотреть нравится больше, и ты это только сейчас осознала? – явно поиздевался в довершение.
Сказала бы я…
И сказала. Правда не то, что хотелось.
– Если хочешь, чтобы я начала отвечать на твои вопросы, начни сперва своевременно отвечать на мои, – вернула ему сказанную в кафе фразу и действительно отвернулась.
Но успела заметить, как усмешка на его губах стала шире. Ну да, очень весело. Обхохочешься просто.
– Мы уже встречались с тобой прежде. Две недели назад, – произнёс. – Что, не запомнила?
