– Хорошо, Владимир, – я усмехнулась. Мне понравился его голос, тихий, вкрадчивый. И как я могла забыть?
– Ты опять? – насторожился мужчина, приподнимаясь и всматриваясь в лицо.
– Володя? – сглотнула вставший в горле ком, ощутив на себе пронзительный и цепкий взгляд. А так он на меня никогда не смотрел. Опасно. Горячо. Жадно.
– Уже лучше, – расслабился мужчина. – Когда вернулась?
Часто задышав, я нервно одернула плед. Отлично, раз сам решил перевести тему. Потому что мое сердце готово было скакать в груди, совершая безумные кульбиты. Вино! Все дело в алкоголе и свежем воздухе…
– Сегодня. Днем с самолета. Устала, но довольна, что прилетела. Соскучилась, – я тараторила, не замечая, как чеканила каждое слово. Будто заученно. Хотя, так оно и было.
– Когда к отцу? Он тебя заждался. Все уши прожужжал, что ты возвращаешься. Правда, не ожидал, что так рано. Он эту песенку уже месяца три тянет, – рассмеялся Владимир.
Я невольно улыбнулась. Его смех приятной негой растекался по уставшему телу.
– Думаю, скоро, – расслабленно ответила, находя правильные слова. – Перекусим и поболтаем где-нибудь.
– Значит, не к нему домой?
– Нет, там она, – я поморщилась и заставила Владимира усмехнуться.
– И за что ты Катерину невзлюбила?
– Я могу не отвечать? – парировала я.
– Конечно, – просто отозвался он, выпрямляясь и возвышаясь надо мной. – Виталий говорил, что планирует вечеринку в выходные устроить. По случаю твоего возвращения?
Имя шлюхи, произнесенное им, вызывало приступ тошноты. А упоминание об отце – панику. Черт! Мне нужно лучше готовиться и избегать таких случайных встреч.
– Ага, папа никак поверить не может, что я вернулась, – усмехнулась я, поднимаясь на ноги. Плед упал, и я легко перешагнула через ткань. – Тебя тоже пригласили?
– Конечно, – усмехнулся Владимир, наблюдая, как я сделала пару шагов, сокращая между нами расстояние. – Ну что же, время уже позднее. Тогда встретимся на вечеринке?
Я окинула мужчину взглядом. Все такой же высокий и мощный. Он заслонял своим телом свет, падающий на крышу из квартиры.
– Может и раньше. Раз уж соседи, – ответила я, медленно наклоняясь и поднимая плед, ловя на себе не читаемый ответный взгляд. – Заглядывай на огонек.
***
Кристинка. Кристина. Девочка, которую я так не хотел видеть, появилась в моей жизни и ослепила. Взорвала бетонную стену, выстроенную много лет назад вокруг воспоминаний. Маленькая, хрупкая. А теперь стала сильной и горделивой. Выпорхнула из родительского гнезда. Вздернула носик и умчалась к себе, а я смотрел ей в спину и с трудом боролся с желанием пойти следом. Придумать идиотскую причину, но оказаться в квартире Зориных. Побыть еще немного рядом, послушать ее звонкий голосок и мягкий смех. Полюбоваться приторной улыбкой…
Впиться в ее губы, чтобы стереть эту улыбку.
Потому что чертовка зря вернулась. Опасное время.
Заставив себя отвернуться от закрывающихся дверей, я направился на свою половину и вошел в квартиру, попутно скидывая ветровку. Нужно утолить голод. Потушить пожар в штанах. Пройдя вглубь пентхауса, я повернул ключ в замке последней двери и вошел в полумрак. Прислушался, вдыхая тяжелый воздух.
Тихий скрип и сбитое дыхание.
– Соскучилась? – протянул я, не оборачиваясь.
Звякнули цепи. Рваные всхлипы.
– Значит, ждала, – я усмехнулся, натягивая на лицо черную маску. – Я тоже ждал нашей встречи. Ты уж прости, что заглядываю так редко. Сама же понимаешь, у меня дела. Не могу все бросить, – приблизился к сидящей на полу женской фигурке. – Поиграем немного?
Девушка дернулась, попыталась отползти.
– Не волнуйся, – я наклонился над ней, провел пальцами по спутанным волосам. – Запишем маленькое видео. Для моей коллекции.
В руках щелкнула кнопка пульта, в другом конце комнаты вспыхнула маленькая красная кнопка начавшейся записи.
– Поверь, малышка, тебе понравится то, что я с тобой сделаю.
Глава 3.
Адель нервно дернулась и покосилась на меня. Ей явно не нравилась затея, особенно то, как нам пришлось вырядиться и через что пройти, чтобы попасть сюда. Хотя все хлопоты были на мне, но Ади не упускала момента каждый раз напомнить о безумии, которое поселилось в моей голове, о том, что я в своих путешествиях по Европе явно тронулась той самой головой и вообще, если кто-то узнает, нам обеим крышка. В принципе, почти со всем я была согласна, кроме единственного пункта – с моей головой все было в порядке.
– Почему ты не сказала, что это грёбаный маскарад для тугих кошельков?! – подруга шикнула, хватая меня за рукав. Я чувствовала, как пружина росла в Адель, и готова была принять весь удар на себя, но после того, как встречусь с тем, ради кого и было все это затеяно.
Я улыбнулась и поправила платье. Сегодня превзошла сама себя, подобрав для выхода откровенный наряд. Рукава – единственное, что прятало тело. Обнаженная спина, длина мини. Да, я намеревалась привлечь к себе максимальное внимание и не стыдилась выставлять прелести, которыми наградила природа, а не именитые хирурги.
– Да ладно, не злись, – махнула рукой, и на ее тонком запястье блеснул браслет.
Такие тут были у всех, даже на руке Адель. Отличительный знак гостей. И их молчаливое сообщение. Отличались браслеты цветом. Мы узнали об их значение, когда прошли необходимые процедуры.
– Тут заботятся об анонимности. И поверь, нам на руку. Вдруг, тут друзья отца болтаются? – тихо произнесла я, склонившись к недовольной подруге.
Ади передернула плечами. Нервно хватала воздух пухлыми губами и скрежетала зубами, которыми явно готова была откусить мою голову.
– Надеюсь, что нет, – процедила она, осторожно осматриваясь по сторонам. – А если твой отец сюда ходит?
Теперь я нервно дернулась, а потом поняла, что Ади глубоко заблуждалась. Прежде чем сунуться в это место, мне пришлось провести маленькое расследование и убедиться, что мой папочка не состоит в тайных сообществах, не является участником развратных клубов. И все что его интересует так гольф клуб – единственное место, где он является постоянным членом со своей платиновой карточкой.
– Ох, Ади, даже не думай! – возразила я, удержавшись от желания всплеснуть руками. – У него есть услужливая Катерина и любовницы. И он не расстается с ними, даже после свадьбы.
Я рассмеялась под тяжелые вздохи Адель. Получилось ли успокоить подругу? Навряд ли.
– Надеюсь что так, – она продолжала бубнить себе под нос. – Не хотела бы, чтобы меня тут узнали. Или тебя. Скандал будет такой, что никакая Англия тебя не спасет. А меня подавно. Ты же знаешь, мне нужно заботиться о репутации. Какой из меня специалист или научный деятель, если узнают, где я провожу пятничный вечер?
Для начала ей влетит, потом еще раз и еще раз. Мать и отец сошлют Ади на север к диким медведям, лишь бы их дочка больше не общалась с плохими девочками, коей считали меня. Но терпели, опять же из-за родительского кошелька и той власти и помощи, которую могли бы получить. Я была выгодной, но неприятной подругой для Ади по заверениям ее мамочки. Чертова профессорша, кушающая мозг дочки чайной ложечкой.
А были ли для меня плохие последствия появления в клубе, о котором ходили слухи, но так никто и не смог вынести грязь «Железной Маски» на общий суд? Возможно. Но разве золотую девочку будут ругать за то, что она решила еще больше погрязнуть в пороке? Я продолжала играть свою роль, ободряюще похлопывая Ади по руке.
– Не переживай. Все продумано. Просто ходи среди гостей, осматривайся и не лезь в неприятности, – прошептала на ухо и сразу же добавила: – И не пей.
Адель шумно втянула воздух. Вот что, а от алкоголя она держалась далеко. Очень далеко. Даже на бокалы, которые сжимали и крутили в руках гости клуба, не обращала внимания.
– Лучше объясни, какого хрена ты выбрала черный браслет? – ее волновала тема браслетов, особенно их значение. И я понимала почему. Потому что повесила себе мишень разве что не лоб. И проходящие мимо мужчины, и даже женщины, уже поглядывали на мою руку, одаривали улыбками, а кто-то и подмигиванием. Новая аппетитная девочка для их зажравшихся и похотливых частей тела.
– А что? – изогнула брови, хотя под маской этой части лица практически не было видно. – Цвет приятный, и к платью подходит, – хохотнула, всматриваясь в пеструю толпу.
– Ну, конечно, – Ади ответ не удовлетворил. – Цвет ей понравился. Ты же помнишь, что он значит?
Я кивнула. Конечно же, помнила. И выбирала его специально. Черный – мой цвет. И его.
– Это часть плана. Как думаешь, я буду искать человека со шрамом?
– Без понятия, – обреченно выдохнула девушка. – Ну, уж точно не будешь задирать рукава у всех собравшихся тут мужчин.
Я коротко хохотнула. Было бы неплохо встать в дверях и досматривать подходящих по комплекции мужчин. Или вовсе показать фото и кричать с плакатом, подзывая поглядеть и познакомиться. Но все это могло произойти в другой вселенной, а здесь мне приходилось рисковать, балансируя на грани и искать незнакомца, совершенно не подозревая о том, к чему могла привести наша встреча.
– Вот поэтому и не нервничай, – я выдохнула. Не стоило Ади знать, что меня колотило от страха не меньше, чем ее. – Прежде чем сюда явиться я навела справки. Нашла одну болтливую девицу, которая за хорошие денежки мне поведала тайны «Железной Маски».
– То есть ты знаешь, кто он? – а вот тут Ади воодушевилась. Зря.
– Нет, к сожалению, – покачала головой. – Но знаю, как найти. Он любит пожестче, – губы превратились в узкие алые полоски. – Там его и найду.
Где именно, я не стала пояснять. Адель догадалась и растерялась. Вот кто к сексу относился скептически, так это она. А для меня пусть и были границы, но условные.
– Ох, подруга. Может, не будешь рисковать головой? Ну зачем тебе это? Просто отдай фото отцу. А он пусть сам решает, что ему делать, – она запела свою песенку, а я поджала губы.
– Нет, я растопчу Катьку, – постаралась выглядеть расслабленной, хотя днем ранее порывалась умчаться в новый дом отца, найти там Катю, зависающую в соцсетях и оттаскать ее за волосы еще раз. Передать, так сказать, свой пламенный привет.
– Тогда желаю удачи, Крис, – грустно улыбнулась Адель и потеребила браслетик.
На ее руке был белый. Символ того, что она просто гость. Поговорить, пошутить, познакомиться, не более. Я же предпочла рискнуть всем и взяла черный – цвет порока. Цвет того, что я могу позволить перейти даже немыслимые грани.
– Так, я на разведку, – устремила взгляд вперед, рассматривая толпу мужчин. Где-то среди них бродит и Он. – А ты тут поброди. Поболтай с кем-нибудь, но не светись. И еще, – чуть слышно добавила, наклонившись над ухом подруги, – с незнакомцами никуда не ходи, ни на что не соглашайся и ничего не бери в рот.
Адель покраснела. Она поняла, про что именно я говорила, намекая на рот. И это не только алкоголь.
– Удачи. И если что, я тебя буду ждать. Найдешь тут, в этом зале, – прошептала в ответ, сжимая браслет.
Я кивнула, отсалютовала и умчалась прочь. Мне нужно было поторопиться и отыскать человека со шрамом. Благо у меня было подробное описание того, какую он носит маску. Пожалуй, единственная зацепка, за которую я могла ухватиться. Я обошла первый зал, потом второй. Попутно перекидывалась фразами с заинтересованными со мной мужчинами. Разные, молодые и даже старики. Худые, высокие, накаченные, полные. Но все при параде и в масках. Я уныло разглядывала толпу, пока не наткнулась на похожую под описание маску. Черная, кожаная. С тонкой серой полоской по краю. Сердце бешено зашло, забилось в груди. Ладошки вспотели. Да я молодец! Нашла его, теперь оставалось приблизиться и привлечь внимание.
Осторожно огибая толпу, смеющуюся и тонущую в дыме сигар, я приблизилась к мужчине со спины. Заговорила. Удивительно, но голос не дрогнул. А вот сердце упало в пятки. Ошиблась. И маска не та, и небольшая родинка над губой – не его отличительная метка. Нет, это не он. Похож, но я ошиблась. И подобное случилось трижды. Вот и четвертый не мой незнакомец. Я тяжело вздохнула и направилась дальше, углубляясь в клуб. И чем дольше я шла, минуя одни залы, вторые, тем сильнее погружалась в порок. Здесь уже не скрывали свои пристрастия, не боялись наготы. Трахались, сношались в разных позах, менялись партнерами и показывали свои тела и способности с различных ракурсов. Я же старалась не смотреть на них, будучи уверенной – мой человек со шрамом не занимается этим при наблюдателях. Так сказала болтливая девчонка.
«Ему не нужны свидетели. Он не показывает себя. И не смотрит. Он сам принимает участие в игре один на один».
Я шагнула в следующий зал. Полуосвещенное помещение, приглушенные голоса. И здесь уже не трепались просто так. Никто не слонялся без дела. Все были заняты именно тем, зачем пожаловали в «Железную маску». Я задохнулась, понимая, что воздух здесь тяжелый, дурманящий и полный секса. Возбуждение прокралось под кожу.
– Кого-то ищешь? – низкий голос над ухом.
Я вздрогнула, но не торопилась поворачиваться. Тот, кто стоял за спиной, не должен знать, как сильно я испугалась.
– Возможно, – ответила, вдыхая аромат. Он пах иначе. Смесь сигаретного дыма, тяжелого дорого парфюма и еще чего-то тонкого, едва уловимого, но заставляющего дышать глубже, запоминать аромат. Его аромат.
– Так может это я? – столько уверенности. Он пугал меня еще больше, хотя куда… Я дрожала, обхватывая себя руками. Выдохнула, пытаясь выгнать из себя запах мужчины.
– Не думаю, – пусть и рискованно выдать себя с потрохами, но я обернулась.
И чуть не вскрикнула, понимая, что это Он. Тот самый человек с фотографии, облаченный в костюм и с черной маской на лице. На запястье – черный браслет. Осталось лишь проверить руку.
– Хотя, – я улыбнулась, поправляя выбившуюся прядь волос. – Может и ты.
– Так проверим? – он будто читал мои мысли. Или все это было написано на лице, которое оставалось частично скрытое под маской?
Я задыхалась в этом зале, среди пары десятков людей, сливающихся в страстных объятиях. Но меня не беспокоили они, а волновал тот, кто продолжал стоять напротив. Слишком спокойный, когда я как натянутая тетива лука. Один неверный шаг и выстрелю. Сорвусь на истеричный смех или потеряю способность держать тело в вертикальном положении.
Совладав с собой, я улыбнулась, радуясь тому, что голос оставался верен мне. Никакой дрожи. Лишь хрипотца, которую можно списать на бродившие в крови алкогольные капли или похоть, охватившая «Железную Маску».
– Продолжим тут болтать? – поинтересовалась я, ловя на себе темный, полный вожделения взгляд.
Немного лукавства, немного хитрой игры, и я расколю этого незнакомца. Любого можно заставить говорить, главное найти подход.
– Думаю, есть место тише, – усмехнулся мужчина, и мне не понравилась его улыбка. Опасная, жесткая, но я согласилась. – Тогда следуй за мной.
Он резко развернулся и направился к другому коридору, в который я еще не успела заглянуть. Я поторопилась его догнать. Широкая спина, обтянутая черной тканью, единственное, куда смотрела, боясь потерять зацепку. А вдруг упущу из виду, и уже больше не найду?
– Вот мы и пришли, – незнакомец толкнул дверь, которая, как и другие, ничем не выделялась на общем фоне.
Я задумалась, а не было ли здесь у особых гостей своих личных комнат. За отдельную плату все возможно. Тогда и камера там могла быть. Мне лучше не снимать маску, чтобы не засветить свое лицо. А то пришлют папочке пару фотографий. На одной его молодая жена развлекается с горячим самцом, на второй – дочь, и опять тот же самый самец.
– Располагайся, – предложил мужчина, прикрывая дверь.
Я услышала, как почти беззвучно щелкнул замок. Закрыто. Ловушка, которую расставляла я, захлопнулась за моей спиной.
Черт! Я должна испугаться, но страх как-то иначе начинал на меня действовать. Скользил по коже, забирался внутрь, стягивался узлом в животе. Я шумно выдохнула и быстро присела на край кровати, закидывая ногу на ногу, при этом оголяя большую часть себя. Кромка платья, прикрывающая белье, грозилась вовсе задраться и открыть незнакомцу меня там.
Бросив затею поправить одежду, я осмотрелась по сторонам. Вполне себе обычная комната. Без пошлости и излишества. Кровать широкая, с черным шелковым бельем. Стены бордовые, увешанные светильниками, которые освещали комнату, но лишь наполовину. Окон тут не было, и мне показалось, что мы очутились в неком подземелье. Возможно, так и было, потому что я все же умудрилась запутаться, запетлять, пока бродила по залам, а после и вовсе следовала по коридору за тем, кто сейчас стоял около двери и задумчиво меня разглядывал. Словно решал, о чем мы должны говорить. Или не говорить вовсе. И второй вариант мне не понравился. Мне нужно его имя. И шрам.
– Познакомимся? – прошептала я, замечая, как мужчина немного дернулся и взглянул на лицо.
– Маски? – томительная хрипота эхом отразилась в теле. И как ему удавалось так говорить?
– Нет, – я покачала головой. Помнила про возможность съемки.
– Как пожелаешь, – усмехнулся он и сделал пару шагов вперед.
Я напряглась, пытаясь судорожно придумать, как его раздеть. При этом иметь возможность вовремя сбежать, без последствий.
– Значит, без имен? – что же, попытка не пытка, хотя ответ мужчины знала наперед.
– Да, – он слегка кивнул. – Обожаю это правило.
Поджав губу, я притворилась огорченной.
– Как жаль. А я готова была назвать свое имя, – главное, не переигрывать. Поймет – убьет.
Он недоверчиво покосился на мои плотно сжатые губы.
– Уверена? – волнующая хрипотца только усилилась. Мужчина играл со мной не хуже, чем я с ним.
– Конечно. Но раз без имен, – пожала плечами, готовая выдать безумную затею, – то тогда и без одежды. Ты первый.
Мужчина на мгновение замер, перестал дышать. А после его рука дрогнула, покидая карман, в котором он держал ладонь.
– С удовольствием, – и он потянулся к пуговицам на пиджаке. Первая, вторая. Я заворожено наблюдала за тем, как скользили его пальцы по ткани. Как из петелек показывались пуговки. Еще чуть-чуть и я узнаю, смогу убедиться. И тогда прощай Екатерина Гусева.
Пиджак упал на стул, стоявший у стены.
– Ты следующая, – низкий голос мужчины заставил меня задрожать.
Я кивнула. Поднялась на ноги и потянулась к застежке на платье. Пожалела, что из белья на мне были только кружевные трусики и тонкие чулки. Ну что же! На что не пойдешь, лишь бы разгадать загадку снимка.
К ногам упало платье. Я ощутила, как прохладный воздух защекотал нежную смуглую кожу. Задохнулась, ловя на себе жадный взгляд мужчины. Ему понравилось. Я слышала, как он тяжело задышал, как сильно стучало сердце в груди. Или это мое сердце?
Соски болезненно напряглись. Коричневые, тугие горошины дернулись. Мое тело требовало, чтобы прикоснулись. Вобрали в рот, укусили. Сжали горячими ладонями, чтобы было нежно и больно одновременно. Я задыхалась, наблюдая за тем, как мужчина молча коснулся своей рубашки. Опять пуговки. Как же их много. Белые, неприметные. Но так долго, что я уже изнывала от ожидания.
Он оголил грудь, и мне удалось рассмотреть его тело. Темная дорожка волос начиналась от упругого живота и терялась за ремнем брюк. Я облизала губки, машинально, но этот казалось бы невинный жест заставил мужчину напрячься и неторопливо продолжить раздеваться.
Сначала стянул рукав с левой руки. Нет, там не было шрама. Не та рука. Но я задержалась на его запястье, на пальцах. Я уже представляла, как его ладонь накроет набухшую от желания грудь. Как он сожмет сосок, оттянет его, а после накроет губами. Да, губы у него были великолепные. Не тонкие, и не пухлые. Но хитрые и жесткие.
Второй рукав. Он задержался. А я зацепилась взглядом за его тело. Незнакомец замер, словно не решаясь раздеваться до конца. И тут я не выдержала. Шагнула вперед, переступая через платье. Всего пять шагов и коснулась груди мужчины. Провела пальчиком по ребрам, надавила на живот, опасно очертила пряжку ремня.
– Помочь? – прошептала практически в губы.
Глава 4.
– Да, – также тихо ответил он.
Я усмехнулась и перехватила его руку. Стянула рубашку, бросая ее на стул. И перестала дышать, обнаружив под собственной ладонью кривой белый шрам. Точно такой же как на снимке. Я нашла его. Человека со шрамом.
Я коснулась полоски. Провела пальчиком, ощутила неровную поверхность и горячую кожу. Наверное, слишком много внимания уделила этому, потому что мужчина перехватил мою руку. Крепко сжал запястье.
– Познакомимся? – я хитро прищурилась, взглянув в лицо мужчины, предлагая ему то, отчего он уже отказался.
Возможно зря, но я понадеялась, что не перегибаю палку со своим отчаянным желанием разгадать незнакомца. Но его хриплый от желания голос внушил мне надежду в то, что я на верном пути.
– Так важно знать мое имя?
– Хотела бы узнать, – сладко протянула и облизала вновь губки.
Показала ему острый и дерзкий язычок. Он уловил намек и еще крепче сжал руку. Стальная хватка, заставившая меня невольно взбрыкнуть и оскалиться. Мне стало больно, но я не собиралась ругаться или кричать. А тем более яростно вырываться. Нужно играть.
– Я назову имя, если ты так хочешь, – ответил мужчина, разворачивая к себе спиной…
Я ощутила горячее дыхание на голом плече. Он провел второй рукой по шее, отвел волосы набок. Выгнулась, почувствовав, как незнакомец лизнул кожу, а после прикусил. Сжал напряженный сосок, сорвав с губ протяжный стон. Я жаждала этого прикосновения. Хотела его рот. Но он не торопился, перекатывая сосок между пальцев и опаляя кожу горячим дыханием.
– Если ты будешь покорной и выполнишь кое-что для меня, – прошептал на ушко и прикусил мочку. – Всего лишь маленькое одолжение, – продолжил говорить мужчина, а я выгибалась, позволяя ему играть с собой. Нужно убедить мужчину в том, что я полностью в его власти.
– Какое? – также тихо ответила, жмурясь. Мне нравилось то, как он касался. Возможно, у этой опасной шалости даже будет приятный финал.
– Узнаешь, – проговорил мужчина, а я не смогла ответить. Не успела, так как поняла, что мою вторую руку тоже поймали и завели на спину. Щелчок, и руки больше не свободны.
– Наручники? – я удивленно распахнула глаза и хотела повернуться, но опять не позволил. Толкнул в спину, вынуждая приблизиться к кровати.
Я сделала несколько шагов, подгоняемая незнакомцем. Стучала каблучками по полу, судорожно пытаясь сообразить, как выкрутиться из подобной ситуации. Потому что стать его заложницей для меня не вариант. Черт его знает, что может возникнуть в голове человека, который жестко драл жену отца. Хотя, Катя и заслуживала такого обращения, но превратиться в еще одну игрушку в руках доминанта я не хотела бы.
– Да, крошка, мне так нравится, – он толкал меня в спину, следуя по пятам. Вот только его шагов я не слышала. – Так что не дергайся, и тогда узнаешь имя.
– Какого черта?! Я не соглашалась! – я пыхтела и хотела развернуться вновь, но не удержалась на ногах и плюхнулась на колени, прижавшись грудью к кровати.
– Отлично. Как нужно, – усмехнулся мужчина, удерживая меня за плечи. – А ты молодец, схватываешь на лету. Только не шипи, и это не продлится долго.
Я продолжала тяжело дышать, прижимаясь обнаженной грудью к прохладной шелковой ткани. Пульс зашкаливал.
– Что не продлится долго? – насторожено поинтересовалась, пытаясь посмотреть на стоящего за мной мужчину. – Я против!
Он громко рассмеялся и приблизился вплотную. Я ощутила его аромат, тот самый – дикая смесь табака и парфюма.
– Нет, малышка, ты не против. Я докажу это, и тебе понравится, – прошептал незнакомец, прикоснувшись к спине. – Еще попросишь добавки, – подхватил под попку, вынуждая приподняться на коленях. – А пока просто подчиняйся и не дергайся. Иначе будет больно. А я люблю доставлять боль строптивым красоткам.
Катерину он драл жестко. Да вот только ее довольная гримаса говорила об одном – ведьме нравилось то, что с ней тут творили. Но захочу ли я испытать то же самое? Нет, я не мазохистка, и не готова уступать. Не готова позволять мужчине брать над собой власть и превращать себя в восторженную и пугливую девочку, трусики которой промокают лишь от одного грозного взгляда.
И еще один безумный вопрос, появившийся в голове. Какого хрена Катерина искала секс на стороне? Может этот мужчина был ее постоянным любовником, и они намеревались обчистить отца? Если так, то я просто обязана защитить папочку не только от содержанки, но и от этого безумца, который удерживал меня за зад.
– Я отказываюсь, – прошипела и дернула плечами.
Он надавил, вжал в кровать. Я задохнулась, почувствовав, как воздух вышибли из легких, когда он с силой сдавил мое тело. Слишком сильный. В одиночку мне не справиться.
– Ты согласилась, когда выбрала этот браслет, – он дернул тонкую полоску на моем запястье. – Согласилась, когда пошла за мной. И согласилась, когда я закрыл дверь. Поверь, теперь ты моя. И я научу тебя подчиняться, строптивая ты сука.
– Да пошел ты! – я вновь дернулась, но никак не могла совладать с силой, которая таилась в его крупном теле. – Расстегни и выпусти! Я отказываюсь!
– Но ты же хочешь знать имя?
А вот тут я замерла. Черт, неужели все это игра, лишь бы проверить насколько далеко я готова зайти?
– Не таким образом, – прошептала в ответ.
– Еще посмотрим. А теперь приподними попку. Я хочу посмотреть на тебя.
Я отказывалась повиноваться, но незнакомцу было все равно на сопротивление. Он подхватил на руки, вынуждая забраться на кровать коленями и выгнуться, прижимаясь грудью к шелковому белью и оттопырить задницу, обтянутую кружевом. Все как хотел он, но не я.
– Чудесно. Только мне не нравится эта тряпка, – мужчина оттянул край белья, запуская под тонкую преграду горячие пальцы. – Предпочитаю, чтобы не было одежды.
Я не успела ответить, лишь дернулась, когда кожи коснулась сталь. Нож? Откуда? Как?! Я не понимала, что произошло за секунду, когда нечто опасное появились между нами. Если у него был действительно нож, то это грозила нечто иным… Запутавшись в лихорадочно бродящих в голове мыслях, я услышала, как затрещала ткань и с меня стянули тряпку. Да, теперь мое дорогое французское бельё превратилось в кусок ткани, который был небрежно брошен на пол.
– Прекрасно, – отозвался мужчина, продолжая удерживать на месте.
– Отвали от меня больной ублюдок! – прорычала и тут же получила шлепок.
На глазах появились слезы. Как же больно! Я была уверена, что ягодица окрасилась в горящий алый цвет от его пятерни. Меня не пороли. Никогда. Как бы я не провинилась, чтобы не натворила, меня никогда не били. Не ставили в угол, не лишали игрушек. Даже будучи взрослой мне было достаточно пригрозить пальчиком. Но никакого ремня или шлепка. А тут такое унижение.
– Будешь рычать, я заткну твой милый ротик.
Я вспомнила кляп. Катерина была с кляпом во рту. Возможно, тоже лишнего болтала.
– Да пошел ты! – огрызнулась в ответ. – У тебя будут проблемы, если ты изнасилуешь меня.
– Проблемы? – удивленно пробормотал мужчина, поглаживая горящую от удара ягодицу. – Но разве не ты пришла сюда, чтобы искать приключения на свою очаровательную попку? Да и какие могут быть проблемы, когда ты выбрала черный браслет? Или плохо слушала про условия? Здесь не все так просто, как могло показаться, – усмехнулся он. – А теперь продолжим.
Я дернула бедрами, пытаясь сбросить его руку.
– Давай, продолжай, – прорычал незнакомец. – Когда я войду в тебя, надеюсь, ты так же будешь елозить своей задницей по моему члену.
– Не дождешься, – я зашипела от возмущения и клокотавшего во мне гнева.
– Посмотрим, крошка. Посмотрим. Давай, разведи немного ножки. Я хочу посмотреть, готова ли ты, – незнакомец провел пальцем по ягодицам, вынуждая меня раздвинуть ноги и выпятить еще немного зад. – Отлично. Покажи свои дырочки. Насколько они разработаны?
Он хмыкнул, прикоснувшись сначала к анусу. Тугое колечко дернулось под его пальцами.
– Не плохо, – протянул мужчина, заставляя меня учащенно дышать и смущаться. Отчего-то его слова вызывали во мне восторженный трепет с переполненным до краев страхом, примешивая ко всему стыд. – Значит, и так балуешься, – он нажал на колечко, проникая туда.
Я зашипела, но не от боли. Небольшой дискомфорт без подготовки. Да, я пробовала и так. И соврала, если бы сказала, что не нравилось. Но он не должен знать, как мне хотелось ощутить в себе не только его палец. Но и член. И я понадеялась на то, что эта пытка закончится отличным трахом. Но лишь в глубине души. А наружу рвалось иное. Я отказывалась подчиняться, хотя мужчину не волновало то, что я дергалась от его прикосновений. Или грязно ругалась, когда он вновь шлепнул по второй ягодице. Задница горела от боли и унижения. Мужчина собирался провести для меня урок по подчинению.
– Так, а что это у нас тут? – прошептал он, вынимая палец из попки и проводя ладонью по промежности. Гладкие складки под его рукой трепетали от горячего следа. – Да ты мокрая! Так хочешь меня?
Я сказала бы «да», но прикусила язык и не ответила. К черту эту игру! Просто вставь в меня член, назови имя и убирайся. Потом мы встретимся, но при иных обстоятельствах. У меня были деньги, пусть и отцовские, но их хватит, чтобы заставить мужчину говорить и уже подчиняться. Играть по моим правилам. А пока я потерплю вынужденное унижение. И если не буду сильно сопротивляться, то возможно даже получу удовольствие.
Усмехнувшись собственному скепсису, я прислушалась к голосу незнакомца.
– Ну же крошка, не молчи. Или мне вставить и сюда палец? – не дожидаясь ответа, он погрузил в щель то, что обещал.
Я тяжело задышала, ощущая то, как стенки обхватили его палец. Потом и второй.
– Чудесно,– усмехнулся мужчина, начиная двигаться. То касался стенок, то работал как поршень, ударяясь раскрытой ладонью о влажные от возбуждения складки, задевая набухший клитор.
Я промычала, не сдержав стона. Ему понравилось. Я поняла это, когда мужчина стал активнее двигаться, но не доводил дело до конца. Замирал каждый раз, как только я почти достигала пика.
– Значит, нравится, – усмехнулся он, шлепая свободной рукой по ягодице.
Странное ощущение. Смесь боли и наслаждения. Нравилось ли мне? Нет, ни черта! Но одновременно и заводило. Я перестала понимать свое тело. Оно отказывалось подчиняться голове, подстраивалось под его прикосновения. Жаждало его рук. И не только.
– Что же, малышка, ты хорошо себя ведешь. Думаю, если будешь продолжать в том же духе, то я назову имя. И может даже больше. Ты же не за этим пришла?
– Нет, – рыкнула я, но не от злости на мужчину.
Он вынул пальцы и поднес их к моим губам.
– Оближи.
– Нет, – повторила я, но мои желания тут не имели права на существование.
Мужчина натянул волосы, накрутил на кулак. Я заскулила от боли. Но незнакомец вновь плевал на меня, поднимая на ноги и оттаскивая от кровати. Я упала перед ним на колени. Коснулся плотно сжатых губ. Провел влажными от смазки пальцами по алой помаде.
– Ну же, открывай ротик.
Я дернулась, попыталась увернуться.
– Сиди смирно! И делай то, что я требую, – он просунул в рот пальцы. – А теперь облизывай, – я вынуждена была коснуться его пальцев языком. Не специально, но он сам надавил, завладел моим ртом. – Думаю, кляп тут смотрелся бы великолепно. Но я знаю иное применение твоему ротику.
– Не дождешься, – огрызнулась так сразу, как его пальцы покинули рот. – Я откушу твой мелкий челн и выплюну его.
– Мелкий? Ох, малышка. Не буду хвастаться, но тебе его хватит. Хватит, чтобы заткнуть ротик.
– Думаешь? Или только на словах мастер? Да и зачем мне твой член сдался? Или только в рот строптивым девчонкам можешь его засовывать?
– А ты нарываешься, – мужчина усмехнулся, но я смогла рассмотреть, как его лицо потемнело.
– А ты болтаешь лишнего! – не теряя момент, я продолжила плеваться ядом в его самомнение. К черту предосторожность!
– Сука, – прошипев, он стянул волосы и поволок меня за собой.
Я зарычала, брыкалась, но ползла за ним на коленях. Чулки порвались. Кажется, даже кожу ободрала о темно-бордовый ковер. Но было все равно. Я намеревалась выиграть этот бой, даже если останусь вовсе без одежды. На этот случай в «Маске» была запасная одежда, причем дизайнерская и за кругленькую сумму. Что же, шопинг – моя стихия.
Мужчина вытащил меня на середину комнаты, вновь поставил на колени. Нажал с силой на спину, вынуждая прогнуться.
– Любимая поза? – хрипло усмехнулась, получая возможность лицезреть его сжатые губы.
– Да, вид отменный, – расхохотался он, осознавая простой факт – ему не удавалось сломить сопротивление.
Вот только продолжать изводить его собственным смехом мне не удалось. Один взмах мощной руки, и я зашипела, когда больно ударилась головой о пол. Под щекой больше не было мягкой кровати и шелковых простыней. Обычный холодный пол. Мрамор или керамика. Я ни черта не разбиралась в плитке, к которой меня прижимали и давили на голову.
– Давай, продолжим, крошка. Сейчас я покажу, что умею делать со своим членом, – зашептал он, вдавливая мой череп в пол. Еще немного и кости треснут под его рукой. А я даже говорить не могу. Настолько больно и страшно. – Если ты издаешь хоть один звук, то проиграла. Не узнаешь имени.
Я замерла, глотая ртом воздух. На языке появился солоновато-металлический привкус. Черт, я уже проиграла, когда услышала, как мужчина расстегнул ширинку. Моей влажной плоти коснулась головка члена. Я глубоко вдохнула и постаралась думать о самых ужасных вещах, которые когда-либо со мной происходили, лишь бы не издать ни звука, ни рваного всхлипа.
– Крошка, я дам тебе десять минут. Вот часы, – он положил рядом с наручные часы с позолоченным циферблатом. – Смотри на них, пока я буду драть тебя. И только посмей издать хоть звук. Тогда ты проиграла.
