Я не отвожу взгляда и почти уверен, что в ее глазищах не страх, а похоть. Уверен, если надавить пару раз ей на клитор, она кончит. И я это обязательно сделаю, потому что хочу увидеть, как она кончает. Хочу доставить ей удовольствие.
Но сейчас она должна довести меня. Я почти готов взорваться ей в рот.
Жёстче насаживаю ее рот на свой член. Дёргаю волосы. Девчонка хрипит, брыкается, слюны становится так много, что она уже стекает у неё по подбородку.
Делаю ещё несколько движений. Почти полностью выхожу из нее и опять резко ввожу член, упираясь в глотку. И взрываюсь…
Сука, как же охуенно. Меня давно так не накрывало.
Я уже залил глотку Леи спермой, но оргазм так просто не отпускает. Рычу, все ещё держа на своем члене сладкий рот Леи. Девчонка не успевает заглатывать и сперма стекает по ее лицу.
Я отпускаю, вынимаю член и салфеткой стираю остатки спермы с подбородка Леи.
Она продолжает смотреть на меня снизу вверх своими полными испуга глазищами.
Разворачиваю ее и рукой залезаю в трусики.
Она сразу же стонет. Я, как всегда, оказался прав. Девчонка возбудилась. Засовываю ей в рот два пальца другой руки и она прикусывает их.
Ласкаю клитор. Обвожу его, едва касаясь, скольжу по нему пальцем, но не довожу.
Она изгибается. Понимает, что я играю, и дёргает бедра мне навстречу.
– Там же после меня никого не было? – усмехаюсь я, продолжая нашу игру в угадайки.
Она тут же вскакивает и садится на диван, натягивая на коленки подол платья. Испуганно смотрит на меня и качает головой из стороны в сторону. Догадалась. Узнала. Не дура.
Пытается встать, но я хватаю ее за запястье и тяну на себя.
Пока не остыла, хочу усадить ее себе на член, но тут в кабинку кто-то стучится и сразу же открывается дверь. Просовывается физиономия Серого.
– Гром, давай к нам. Там Султан пришел. Потом тут разберешься, – ухмыляется он, глядя на девчонку.
Блять, как не вовремя. Но я не какой-то прыщавый подросток, чтобы мной руководил член. Мне давно надо было переговорить с Султаном. И сейчас это отличная возможность.
Девчонка поджимает коленки к груди и с каким-то отчаянием смотрит на меня. Я заправляю член в джинсы, встаю и говорю:
– Жди меня здесь! Мы не закончили.
Беру ее за подбородок.
– Поняла? – прикрикиваю на нее, чтобы не рыпалась.
Она молча кивает.
Я выхожу из кабинки и возвращаюсь к мужикам. Прикрываю рубашкой член, который все еще стоит и неприятно упирается в застежку джинс.
ГЛАВА 11. Лея
В первый раз в моей жизни, у меня во рту оказался член.
Господи, даже вспоминать стыдно. Юлька как-то рассказывала, что отсосала своему парню. По ее рассказам я поняла, что это мерзко и противно. И вот, сегодня сама сделала то же самое. И даже не своему парню, а какому-то мужику. Который нахально поимел меня уже второй раз.
Я провела пальцами по губам, вспоминая горячую и нежную кожу. Внизу живота вспыхнуло томящее чувство. Хотелось свести ноги и сжать. Как будто там чего-то не хватало. Давящая пустота.
Как я могла его не узнать?
Боже, неужели настолько была пьяна, и не поняла сразу, что это он.
Его силуэт, его голос, смелые, требовательные ладони, ловкие пальцы. Как я могла этого не понять? Разве такое может быть?
В этом клубе я совсем потеряла связь с миром. Расслабилась. Дала себе возможность забыть обо всём. Отрешиться от проблем.
А тут на тебе – опять он.
Его, конечно, забавляла эта игра. Я такая дурочка, расстелилась перед ним и не догадывалась, кто опять залез ко мне в трусы.
Господи, он наверняка подумал, что я позволяю это каждому. Тогда, в подсобке, и сейчас, в випке клуба.
Но этот мужчина, каким-то странным образом действует на меня. Я таю и теряю всякую способность к сопротивлению. Позволяю ему делать то, что ему хочется.
Где моя воля? Я ведь не хочу этого! Не хочу! Не хочу!
Я сидела на этом тёмном диване, обводила тревожным взглядом стены и не могла поверить, что снова попалась в его лапы.
Хорошо, что он ушел. Так я хоть приду в себя.
Надо выбираться отсюда. Пока все не повторилось.
Господи, как стыдно. Действие алкоголя проходит. Также как и непонятное действие на меня этого мужика.
Тихонько подхожу к двери и приоткрываю. Осторожно выглядываю. Вроде, рядом никого нет. Он, и правда, ушел.
Не останавливаясь, спускаюсь по лестнице и буквально бегу к выходу сквозь толпу. Вызываю такси и через полчаса я уже дома.
И только тогда выдыхаю, когда понимаю, что никто не гнался за мной и не шел по пятам.
Этот человек, как будто специально, преследует меня. Там, где я – обязательно появляется он.
Да уж. Придумала тоже. Следит. Бред какой-то. Оно ему надо.
Вокруг него и так куча девок. Зачем ему я?
Эта встреча в клубе – простая, обыкновенная случайность. Не нужно приписывать этому никакого тайного смысла.
Я убеждала себя, но всё равно, с этого дня, без конца думала о том, что случилось. Уже теперь не в том, а в этом клубе.
Чем больше думала, тем больше понимала, что его объятья, поцелуи и касания нравились мне. Пыталась копаться в себе, чтобы понять, как такое может быть.
Ведь он грубо взял меня тогда, в подсобке. Но почему вместо чувства неприязни я испытывала какие-то другие эмоции?
Да, я мечтала о любви. Я в нее верила. И в то, что это человек, вот так просто на ровном месте, посмотрел на меня и влюбился без памяти. И так захотел, что не мог себя сдержать.
Вот как думала.
Где-то в глубине я понимала, что обманываю себя этой мечтой. Что так не бывает и пьяная толпа в клубе – это всего лишь пьяная толпа. А мужик со стояком в штанах, это всего лишь желающий трахнуть кого-то мужик.
Где, в каком месте, тут любовь?
И всё-таки хотелось верить.
Несколько дней пролетели незаметно. Я успокоилась, ходила на пары, училась и очень старалась.
Два раза по звонку я уже выполняла свою работу. Её легкость удивляла, но деньги, полученные в итоге, успокаивали все мои сомнения.
Главное, что я работаю. Остальное ерунда. Не слишком заморачивалась.
– Нормально ты стала зарабатывать, это где так платят? – удивлённо спрашивала Юлька, когда я возвращала ей долг теперь уже полностью.
Но я всякий раз выкручивалась и отвечала что-то типа «есть места». Потому что родственница Оля строго приказала никому не рассказывать об этой работе. Если расскажу, могут быть проблемы.
Ну, я и не рассказывала, даже по секрету. Не хотела подводить человека.
В конце недели позвонили насчёт нового заказа. Я обрадовалась, потому что уже присмотрела классные джинсы в бутике, в котором никогда даже не представляла, что буду покупать себе одежду. А тут проходила мимо и увидела на витрине просто офигительные джинсы.
Иду за пакетом и размышляю о том, что, вот, сейчас порадую себя новой шмоткой, и даже останутся деньги, чтобы отправить маме.
Возле камеры хранения остановилась, как полагается, посмотрела, чтобы рядом не было никого. Оля так учила.
Набрала код ячейки, открыла дверцу, вытащила пакет…
И вдруг прямо над ухом голос:
– Вы арестованы…
ГЛАВА 12. Егор
Сижу во главе стола, на важном совещании. Обсуждаем проект, в который вложено немало, а еще предстоит сколько вложить. Все ждут от меня ценных указаний и окончательного решения.
А я не могу сосредоточиться. Мысли постоянно куда-то съезжают с рабочей темы. И я точно знаю куда.
В тот клуб, в тот кабинет, к вредной девчонке, которая неумело, но так охуенно и естественно отсосала мне. Чего только стоил её испуганный взгляд, несмелые движения.
Херня какая-то. Эта девка прочно засела в башку. И не только туда, судя по тому, как реагирует на воспоминания о ней мой член. Он теперь вообще как будто сам по себе. Независимо от меня. Стоит вспомнить о девочке Лее и всё, он просыпается. Непорядок. Нужен контроль, Егор. Какого вообще хрена?
Блять, нужно немедленно прекратить этот поток воспоминаний.
Я снова что-то говорю по существу, снова проникаюсь проблемой компании. Ну, пытаюсь, по крайней мере.
Смотрю на сотрудников, на их рвение передо мной, на взгляды, ждущие одобрения. Но снова замечаю, что мой собственный взгляд рассеивается, блуждает и останавливается не на тугих блузках сотрудниц, а на стенах, на окнах, на чём угодно.
Нет. Отогнать и не возвращаться. Что за хрень вообще?
Девок куча, свобода дорога мне, как… Просто дорога.
Я не собираюсь ни на ком зацикливаться. В последний раз, когда я потерял бдительность, третья жена тут же потянула меня в ЗАГС.
Нет, меня уже на это не купишь.
Вот только на этот раз никто и не собирался никуда меня заманивать. Эта невинная овечка Лея бежит от меня, как от чёрта. И вот тут совсем уже ничего непонятно.
Чертова кукла, откуда она вообще взялась?
– И поэтому график проведения работ, нужно немного сдвинуть из-за задержки поставщика…
Ах да, я же на совещании.
Снова попытался сосредоточиться на деле. Нырнул взглядом в отчёт, уцепился за какую-то букву и снова застрял.
Она хотела, я знаю что хотела, меня просто нельзя не хотеть. Я же видел, как она текла. А ее соски? Этот непорочный рот на моем…
Так, все. Хрен с ней, с этой девкой, она такая же, как и все остальные, ничего особенного. Задница, сиськи… а сиськи-то у неё классные, и задница… Черт, опять.
Не хватало ещё сидеть тут со стояком. Тогда секретарша Оксана подумает, что это на неё такая реакция и кинется расстегивать мне штаны, как только все уйдут.
А я не хочу. Бля! С какого момента я перестал хотеть минета Оксанки. С того самого момента, старик, когда эта посудомойка ворвалась в твою жизнь.
Это не я в её жизнь ворвался, а она в мою.
Вот хрень!
Я еще и разговариваю сам с собой.
Нет, эта девчонка доведет меня…
Кое-как досидев до конца совещания и так толком ничего и не решив, я вышел из здания. Сегодня надо было еще наведаться в фонд.
Надо максимально загрузить себя работой. Делами. Проектами. Чтобы вытравить эту чертовку из головы.
Охранник Глеб уже ждал меня у машины. Зазвонил телефон, я остановился, чтобы достать его из кармана пиджака, и в этот момент услышал визг тормозов.
Черная машина резко встала, как раз напротив входа и я увидел или почувствовал или не знаю что вообще такое, но черный ствол направился прямо на меня…
Секунда…
Я успел только открыть рот и увидеть, как Глеб одним прыжком очутился около меня.
Вторая…
Падаю на тротуарную плитку, грузное тело Глеба придавливает меня и обездвиживает.
Третья…
Звук выстрела, второй. Глеб вздрагивает на мне и я читаю ужас в его медленно закрывающихся глазах.
– Мать твою-ю-ю-ю! – кричу что есть мочи.
Пытаюсь что-то понять. Не могу встать.
В следующую секунду машина с визгом срывается с места и уезжает на глазах у шокированной публики.
– Что!
– Вы живы? – кто-то тянет ко мне руки.
Люди снимают с меня обмякшего Глеба, и я как ошалелый смотрю на его бездыханное тело и багровые пятна крови на нём, на себе, на тротуарной плитке.
– Врача! Срочно, скорую! – я падаю на колени и пытаюсь привести водителя в чувство, но он неподвижен.
Страх, ужас, боль, удивление… а потом злость, ярость.
– Сука! – говорю я никому, куда-то вдаль, туда, где скрылась сейчас черная машина.
ГЛАВА 13. Лея
Стук в висках, в сердце. Неутихающая дрожь в руках и ногах. Я сижу в камере с серыми стенами и без конца стучу ногами об пол.
– Прекрати, – нервно оборачивается на нарах напротив соседка по камере.
Взгляд её злой, усталый. И я, конечно, прекращаю, не хочу неприятностей.
Глупо.
Потому что вот это, Лея, и есть твои самые настоящие неприятности.
Почему?
Да, потому что ты дура набитая. Работу нашла, поверила.
Только сейчас в памяти стали всплывать какие-то обрывки маминых рассказов про какую-то десятиюродную племянницу Олю, которая связалась не с той компанией.
Я вздохнула.
Если мама узнает, я не переживу. Она не переживёт. Что же будет, что она скажет? Что соседи скажут? Господи, может это всё-таки ошибка, может просто обознались?
Я вспомнила, как у меня снимали отпечатки пальцев, как ослепила вспышка фотоаппарата. А я, как полная дура, глупо смотрела и улыбалась и думала всё это шутка. А теперь сижу и жду, когда же мне всё объяснят.
Шаги. Кто-то приближается. Неприятный лязг засова.
– Теплова, на выход!
Я подскочила и скорее пошла, чтобы не думали, что я не слушаюсь и не хочу разобраться. Я хочу.
Повели по коридорам. Длинным, с запахом застарелой канцелярии. Потом по другим, более современным чистым, светлым.
Да, сейчас всё выяснят и отпустят домой. В общежитие. И я никогда больше не буду делать того, что просила Оля. Найду другую работу, пусть с небольшой зарплатой, но не такую непонятную, скрытную.
Меня завели в кабинет. Маленький, загроможденный старой мебелью. За столом тощий с неприятным лицом следователь. Он окинул меня быстрым взглядом и указал на стул.
Я села безропотно. Жду, что он скажет, что спросит. Я всё расскажу, всё, пусть не думают…
– Вот бумага и ручка, пиши фамилии, имена, явки, пароли.
– Что? – мне ничего непонятно.
– Имена и фамилии всех членов вашей преступной группировки, – надавливает следователь на слово «группировки».
– Какой группировки?
– Преступной, – терпеливо повторил он.
– Но я не знаю ни про какую группировку, – жалобно говорю и заглядываю ему в глаза, чтоб поверил.
– Значит, сотрудничать со следствием мы не желаем? – злобно улыбается он.
– Я хочу сотрудничать, но не понимаю, о чём Вы говорите.
Он смотрит на меня как на дуру.
– Тогда пиши имена подельников! – громко орет мне в лицо.
Страх и непонимание, чего от меня хотят, сковали разум. Я сидела, хлопала ресницами и теребила ручку, которую он впихнул мне в пальцы.
– Не надо смотреть на меня телячьим взглядом, все вы, как наркоту таскать и ширяться, так вперёд, а как попались, так не знаю, не помню. Пиши, дрянь, я тебя закрою лет этак на десять, а может на пятнадцать. Это уже от тебя будет зависеть. На десять или на пятнадцать.
Он зло ухмыльнулся.
В сознании творилось что-то неладное.
Да и физически я ощущала себя как-то иначе. Меня тошнило, сводило в животе, кидало в жар, потом в холод.
Этого не может быть, это не я. Такое не могло произойти со мной. Я же делала всё правильно, ничего не нарушала, никого не обидела.
Но теперь я здесь.
От следователя я вернулась в камеру ещё больше испуганная.
– Что они тебе шьют? – прохрипела прокуренным голосом соседка и повернулась ко мне, подперла ладонью лицо и приготовилась слушать.
Вид её меня пугал, такой замызганный потасканный. Грязные непричёсанные волосы падали на смуглое лицо.
– В каком смысле? – проговорила я словно в какой-то прострации, не понимая и ничего не ощущая.
– Ну, статью какую? Ты что в первый раз что ли?
– Да.
– Понятно. А за что взяли?
– Я не знаю, говорят, как будто я наркотики распространяю.
– О, ну всё, мать, считай самая крыша. Можешь и на двадцатку налететь.
– Чего?
– Двадцать лет в тюряге. Ложись, успокойся, можешь расслабиться. Теперь тебе здесь долго быть.
– Я хочу домой, – я почувствовала, как дрожит подбородок и слёзы одна за другой стекают по щекам.
– О, ну всё затянула. Уймись. Домой теперь только через двадцать лет.
– Но это нечестно, за что? Я ведь ничего не сделала, – обидчиво по-детски спорила я с соседкой.
– Пакет брала, деньги брала. Всё мать, это и есть сбыт.
– Но я же не знала, что там. Меня подставили.
– Да кому это интересно. Знала, не знала. Короче всё. Я спать, а ты это, долго не ной, а то меня раздражает, когда кто-то плачет.
Она шумно перевернулась и засопела в стену.
ГЛАВА 14. Егор
Меня, к счастью, не задело. Но Глебу досталось сильно.
Сразу же распознав угрозу, он кинулся на меня и уложил на асфальт. Ещё мгновение и пуля вошла бы точно слева. Но Глеб принял ее в себя. Ему прострелило лёгкое.
Врачи говорят его жизни ничего не угрожает. Полежит в больнице и вернётся в строй. А пока я дал задание позаботиться о его семье.
Я точно знал, кто стоит за покушением. Тогда в клубе девчонка совсем свернула мне мозги. Отвлекла от насущных проблем. Едва смог переключиться на серьезный разговор с Султаном.
А нам было о чем поговорить. Его люди пытались повлиять на результаты конкурса на землю в элитном районе Подмосковья.
Мне нужна эта земля. Уже разработан и согласован проект. К тому же, уступишь раз – и тебя просто пригнут, выкинут из бизнеса, стоит только зазеваться. Нужно держать руку на пульсе и постоянно показывать не зубы, а клыки.
Султан стал зарываться. Только года два, как приехал в Москву, а уже подмял под себя многих. Но не меня.
Видимо, поняв, что я не собираюсь прогибаться, решил просто меня устранить. Дикарь. Так, давно уже никто не работает.
Я покажу ему, как надо избавляться от конкурентов. Научу.
При этой мысли я опять вспомнил про девочку Лею. Я ведь обещал и ей стать учителем.
Блять, мысли об этой девчонке сбивают меня. Остальные, более значимые сейчас, дела отходят на второй план. Когда такое было.
Похоже, пока я не трахну ее по-настоящему, до хрипоты, чтобы кричать, и стонать у нее уже не было сил, не успокоюсь.
Бесит и одновременно заводит это ее упрямство и патологическая склонность к побегам. Какого хера она опять сбежала? Я же видел, что ей нравилось. Ещё немного и она бы кончила.
Черт, опять уводит меня не в ту сторону. Надо быстрее трахнуть ее, чтобы вернуться в нормальное состояние.
Даже с первой женой меня так не торкало. А ведь я был тогда ещё юн и даже немного романтичен.
А сейчас я хочу просто трахнуть неугомонную девчонку. Хочу до боли в яйцах.
Я сжал через ткань брюк восставший от одного воспоминания о Лее член. Надо будет поторопить службу безопасности. Долго же они ее ищут.
Пытался снять напряжение с помощью дорогих шлюх. Даже двух и трёх одновременно.
Но ни одна не смогла отсосать так, как сделала это Лея. Неопытная девчонка, заставила меня кончать так, что теперь я хочу, чтобы только ее рот таранил мой член.
Я и не заметил, как при всех этих воспоминаниях водил ладонью по вздыбленному члену.
Да, что б тебя. Дрочу, как подросток, которому не дают одноклассницы.
Да, ну, на хер. Убрал руку со штанов и позвал по селектору Пашу, своего помощника. Надо отвлечься. А то совсем крыша поедет.
Найдут девку. В этом даже не сомневаюсь. И тогда уж я успокоюсь. Закрою этот вопрос. Чтобы вернуться к нормальной жизни.
ГЛАВА 15. Егор
– Так, Паша, ладно, кто там ещё остался? – обращаюсь я к помощнику, когда он заходит в кабинет.
– Ещё три дела, Егор Валерьевич, – он кладет передо мной три тонкие папки. Совсем свежие дела.
– Статьи?
– Наркотики, – вздыхает Паша.
Я морщусь, не скрывая своего отвращения.
– Я же просил не брать таких.
– Но Дмитрий Алексеевич заверил, что эти дела заслуживают Вашего внимания, – оправдывается помощник.
– Нет, Паша, я сказал «без дури» значит без дури, – жёстко произношу я.
Паша быстро-быстро кивает и сгребает папки с моего стола. Я встаю, чтобы покинуть кабинет, и отправиться домой.
