На проржавевшей плите лежит дымящаяся мантия. Под ней с шипением сгорает плоть.
Убрав меч в ножны, Странник мчится через площадь на север.
Никто из свидетелей расправы не представляет, что теперь делать, и инстинкты берут над ними верх. Люди рвутся из стороны в сторону, врезаются друг в друга, ворчат и вскрикивают. Все расступаются перед бродягой, не желая к нему приближаться.
Тина выглядывает из ближайшей двери, ее розовые глаза широко раскрыты. Она подзывает его, указывая путь через многочисленные безлюдные комнаты. Постели и пожитки борются за пространство, и под подошвами проходящих маленькие истории, стоящие за каждой из вещей, беспорядочно смешиваются, сливаясь в единый бессвязный и бессмысленный рассказ. Они добираются до котла отопления, вытянувшегося от пола до потолка. Тина ныряет за него и оказывается в тоннеле внизу. Пока бродяга протискивается следом за ней, он изгваздывает плащ полосами ржавчины.
Рука об руку они пробираются сквозь темноту, и Странник по дороге спотыкается за двоих.
Они выбираются на тихую улицу на северном краю Вердигриса. Тина отказывается покидать безопасный тоннель.
– Дальше я ни шагу, – шепелявит она сквозь изогнутые зубы. – Иди один.
Странник качает головой, но она уже отходит назад, пытаясь высвободить костлявые пальцы из хватки.
Странник крепче сжимает Тине ладонь и выходит наружу, вынуждая ее следовать за собой. Она протестует, закрывая лицо свободной рукой.
Прохожий в конце улицы оборачивается, видит эту пару и отводит взгляд с отточенным безразличием, скрывая обеспокоенность.
Тина определяется и снова ведет бродягу, показывая ему, как и было обещано, открытые и неохраняемые ворота.
Странник и крысолюдка проходят через них и оказываются во владениях Нелюди. Слева и справа вырисовываются горы, истерзанные и могучие, будто утомленные воины. Путь впереди свободен.
Тина с удивлением подергивает носом.
Глаза Странника сужаются. Он оглядывает городские стены по обеим сторонам. Между грудами мусора, усеявшими границы Вердигриса по всей длине, мечутся какие-то мелкие существа, но в остальном все тихо. Коза не жует. Малыш не плачет.
– Вот дерьмо, – говорит Тина, выкручиваясь из захвата.
Странник оборачивается и видит, как она, опустив голову, убегает обратно по дороге, которой они шли. Его губы шевелятся в безмолвном проклятии, и в следующий миг он возвращается в город и пускается в погоню.
Они проносятся через улицу, Тина нацеливается на ближайший вход в подземелье, бродяга сокращает расстояние. Он настигает крысолюдку в тот миг, когда она ныряет в окно, ее миниатюрное тело с легкостью проходит через разбитое пластекло.
Странник хватает Тину в полете, цепляя ее за щиколотку, и тянет вниз, на ощерившуюся осколками оконную раму. Он выпускает ее, и по инерции ногу крысолюдки протаскивает по синтетическим зубам от бедра до кончиков пальцев. Она неуклюже падает на пол, вереща как ребенок, но не останавливается и скрывается в темных внутренностях здания.
Опираясь на стену, Странник останавливается, чтобы перевести дыхание. Десять вдохов спустя оно замедляется. Он достает меч, который мягко гудит, пробуя воздух на вкус, а затем касается его острием только что замаранного окна. Оскверненная кровь вспыхивает и выгорает с шипением.
Он пробирается внутрь здания и входит в тоннель, оставляя дневной свет позади. Меч дергается в руке, направляя его вниз и направо; вновь вспышка, вновь шипение, и бродяга продвигается вперед, ведомый сквозь тьму, от капли к капле.
Рыцари Нефрита и Пепла, рассредоточенные по северной части города, выжидают, их высоко поднятые мечи тихо стонут.
Только их командир медленно оборачивается, обеспокоенный возникшим затруднением. Каким-то образом обладатель Злости от них ускользнул, и теперь рыцари оказались на виду и не чувствуют своей цели. И если враги обнаружат их в Стремное время, то начнется война.
Солнца начинают по дуге клониться к закату.
Мечи рыцарей вздрагивают от доносящегося издалека звука. Злость снова проявила себя. Командир дерзко вышагивает по улицам, сосредоточенный на пути к ней, по дороге собирая своих воинов.
Кто-то выкрикивает незнакомым голосом из переулка: «Ни с места!»
Командир останавливается, и дорогу ему перегораживают облаченные в мантии фигуры. В них есть нечто неправильное. Исковерканная сущность просачивается из тел людей в пришитые к ним мешки мертвой плоти. Что за безумие сотворила Нелюдь? Что это за не-существа?
– Вы нарушаете договор, – говорит Полуживой. – Это владения Нелюди. Немедленно возвращайтесь в свое логово до наступления Темного времени! Уйдете сейчас, и мы только потребуем возмещения. Откажетесь подчиниться, и Лоскутник покончит с вами!
Рыцари ждут своего командира. Приказы хозяина понятны, но действительно ли нужно избегать войны? Это извращенное несущество говорит правду, они виновны и должны вернуться в укрытие. Но командир не отступает.
– Даю последнее предупреждение.
Командир знает, что они должны ретироваться, даже желает этого, но Злость слишком близко. Оставленная ей первая рана пылает, и приходят воспоминания об утраченных величии и единении.
Порождение Нелюди говорит тихо, его слова доплывают до командира. Только тот не слушает и заносит копье.
Рыцари все понимают и окружают несуществ.
Встревоженные резким нападением полуживые слуги Нелюди поднимают вой и сбрасывают мантии, обнажая безумно искаженные экстремальной хирургией тела с пересаженными и оживленными мертвыми конечностями, переработанными родными частями тел, измененными суставами, заново наращенными мышцами. Такие доработки Нелюдь дарует за службу.
Командир крепче сжимает копье и орошает их всех жидким пламенем.
Полуживые воют от боли, яростно размахивая пылающими конечностями в попытках их отбросить, и стараются пробиться ближе к командиру. Прежде чем им удается достать до цели, рыцари выступают вперед, сужая круг, и разрубают молотящие по воздуху придатки. Когда воины отшагивают, с копья командира разливаются сгустки огня. Между залпами рыцари снова сближаются, отсекая от противников очередной слой плоти, точно снимая шелуху с луковицы. Все это время их мечи еле слышно стенают, прорываясь сквозь полыхающие тела.
Когда последние Полуживые прислужники Нелюди падают замертво, рыцари обходят тела убитых, убеждаясь, что ни в одной их части действительно не осталось жизни.
Затем они останавливаются, впадая в размышления, пока снова не слышат доносящийся с севера шепот Злости, волнующий, заставляющий двинуться в путь.
Вскоре Лоскутник обнаружит резню, и начнется война. Невзирая на голос инстинкта, командир не возражает.
Через подземелье Вердигриса проходят двое мужчин. У одного из них зеленые глаза, он несет ноющего младенца, другой вооружен пистолетом и тащит вперед козу.
– Джо? – тихо говорит первый.
– А?
– Что-то не так.
– Ну да, нынче все не так, – Джо хмыкает. – Или ты говоришь о чем-то конкретном?
– Мы сейчас уже должны были быть у северного прохода.
– Не, я просто проявляю излишнюю осторожность, мы идем другой дорогой.
Зеленоглазый мрачнеет, и малыш смеется как старик, отвлекая его внимание.
– Да, тебе это нравится, правда, кроха?
– Вред, ты знаешь, что он ни слова, что ты сказал, не понимает? Это же младенец.
Зеленоглазый останавливается.
– Ты идешь не к северному проходу.
Джо оглядывается через плечо, гневно выплевывая слова.
– Сказал же, мы просто идем по другой дороге, сделаем небольшой крюк, зато здесь безопаснее.
– Да, сказал, только это ложь.
Наступает неловкий, напряженный момент. Джо касается пальцами рукояти пистолета.
– Это нам чем-то помешает, Безвред?
– Посмотрим по обстоятельствам, – мягко отвечает Вред. – Так куда мы идем?
– Мы идем сколачивать состояние! – Зубы Джо сверкают в свете факела. – Нам на рынок. Я уже все продумал.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
