Братья снова переглянулись и, казалось, приняли решение. Макбейн могла поклясться, что они общались телепатически.
Дин слегка поклонился и указал на дверь.
– Только после вас.
– В тебе вдруг проснулся рыцарь? – фыркнула Макбейн.
– Ни в коем случае, просто у вас фонарик.
Макбейн снова фыркнула и вошла в дом.
Сразу за дверью начиналась лестница. Наверху слева была приоткрыта дверь. Макбейн осветила комнату – пусто, как и должно быть в доме, выставленном на продажу. В воздухе витал запах специй. Последняя владелица работала поваром в модном ресторане Мидтауна и, очевидно, оттачивала дома свое мастерство.
Лестница справа вела в подвал, к месту преступления.
Они быстро спустились по ступенькам, которые скрипели при каждом шаге так сильно, что Макбейн порадовалась, что уже поздно, и тому, что от соседнего дома их отделяет стена и подъездная дорожка. Фонарик осветил комнату: стиральная машина, сушилка, деревянные столбы, деревянный пол, который был настелен лет десять назад, и жуткие обои на трех стенах.
Макбейн нашла выключатель и нажала на него. Зажглась сорокаваттная лампа, висевшая в центре потолка на цепочке, и детектив подумала, что с фонариком было лучше.
Стена без обоев была кирпичной и выглядела даже новее пола – на вид ей было меньше месяца. Согласно отчетам, которые читала Макбейн, ее было несложно разобрать, когда соседи и риелтор пожаловались на запах из подвала. В стене зияла огромная дыра, поперек которой была натянута желтая оградительная лента.
Сэм встал позади нее и заглянул в дыру.
– Даже не скажешь, что здесь находилось тело.
– Рейес умер от удушья. И только по царапинам на внутренней стороне новых кирпичей можно было сказать, что здесь находилось тело. Сейчас кирпичи в лаборатории.
– Сэмми, посмотри-ка на это.
Макбейн обернулась и увидела, что Дин опустился на корточки. Сэм присел рядом с ним. Решив уважать стремление парней делать свое дело, Макбейн отошла назад.
Сэм посмотрел на нее.
– В отчете с места преступления упоминалось о лежащих вокруг травах?
– Не помню, но женщина, которая здесь жила, была поваром.
Дин зажал травинку между большим и указательным пальцами.
– Надеюсь, она не использовала это в своих блюдах. Это полынь.
Макбейн пожала плечами.
– Ну, полынь может пригодиться на кухне. Например, чтобы заваривать чай. Так что не вижу…
– Или для того, чтобы использовать в ритуалах воскрешения, – добавил Сэм. – Эта травинка была частью ритуала.
– Ритуал воскрешения? – Макбейн передернуло. – Черт. Я не очень-то в этом разбираюсь.
Дин поднялся.
– А в чем вы разбираетесь, детектив? Вы охотник, коп или заноза в заднице?
– Может, все сразу? – с улыбкой произнесла Макбейн. – Я не так уж много охочусь. Несколько лет назад я, чтобы поразмяться, убила вампира, который охотился на бездомных. Очень много времени, доложу я вам, уходит на то, чтобы перепилить гортань кухонным ножом… Но чаще я просто слежу за событиями, помогаю другим охотникам, приехавшим в город, и забочусь о том, чтобы люди об этом не узнали. Я просто часть полицейской сети.
– Вы шутите? – недоверчиво спросил Дин. – Сети?
– Да, но не очень-то впечатляйся, косматый. Нас всего четверо: я, женщина в Чикаго по имени Мерфи и Лао, парень в Юджине, штат Орегон.
– Это трое, – заметил Сэм.
Макбейн улыбнулась.
– Четвертого вы знаете. Она в Балтиморе. Новенькая и, возможно, скоро покинет полицию.
Глаза Сэма расширились.
– Вы имеете в виду детектива Баллард?
Макбейн кивнула.
– Пока не закончится внутреннее расследование, она под подозрением. Но даже если выйдет сухой из воды, то, скорее всего, не сможет остаться в отделе. Мы вышли на нее после того, как она познакомилась с вами, и она присоединилась к нам. Была еще одна, в Миссисипи, но она умерла во время урагана «Катрина».
– Вы правы, – сказал Дин. – Я не очень-то впечатлен.
– Ну, до недавнего времени хватало нас четверых, – ответила Макбейн. – Еще полтора года назад все было круто, но… – Она вздрогнула. – В последнее время вся эта хрень увеличилась раз в пять. Стало сложно держать ситуацию под контролем.
Братья обменялись еще одним выразительным взглядом, и Сэм сказал:
– Как вышло, что среди вас почти все женщины?
– Может, поиграем в двадцать вопросов позже? – спросил Дин. Он начал осматривать остальную часть подвала.
Сэм с извиняющимся видом улыбнулся Макбейн и начал исследовать дыру в стене.
Макбейн осмотрела потолок. Она ничего не ожидала найти, но решила, что это будет нелишним.
– Понимаешь, Сэм, – сказала она, пристально разглядывая паутину, – обычно полиция таким не занимается. Простой полицейский в такое ни за что не поверит. Здесь нужен тот, кто открыт для всех этих жутких вещей. Как правило, это мы, женщины.
– А парень, которого вы упомянули, этот азиат?.. – сказал Сэм.
Макбейн кивнула.
– Мой инструктор говорил, что коп-азиат – это все равно что еврей-священник. Редко, но встречаются. – Она вздохнула. – Ну, и что это за ритуал воскрешения? Я уже говорила, в этой области я не эксперт.
– Это фальшивый ритуал, который в девятнадцатом веке выдумал какой-то придурок, чтобы выманивать деньги у людей, – пояснил Дин.
– Но, очевидно, сейчас кто-то поверил, что ритуал настоящий, – добавил Сэм.
Ничего не найдя на потолке, Макбейн посмотрела на братьев.
– И что, какой-то маньяк пытается воскресить Эдгара Аллана По?!
– Похоже на то, – сказал Дин. Затем повернулся к Сэму. – Ты должен мне десятку.
– Что? – возмутился Сэм.
Дин поднял травинку и улыбнулся.
– Копы упустили сад с травами для воскрешения. Ты должен мне десятку.
– Позвони моему адвокату, – пробормотал Сэм, повернулся к Макбейн и быстро заговорил, видимо, чтобы Дин не успел ответить: – Детектив Макбейн, можно вопрос: откуда вы узнали, что мы будем здесь?
– Я не знала наверняка, пока не заглянула в пять-ноль. В пятидесятый участок, – пояснила она, сообразив, что братья могут и не знать полицейского жаргона. – Этот дом стоит на их территории. Я как раз была там, когда поступил звонок насчет вас.
– Да, но как вы вообще узнали, с чего начать?
Дин посмотрел на какое-то странное приспособление, в котором Макбейн опознала нелепо выглядящий самодельный измеритель ЭМП, и кивнул:
– Мне бы тоже хотелось это знать.
– Ну, я с самого начала отслеживала все события, связанные с Эдгаром По. Вся эта история просто кричала о «Бочонке амонтильядо» и ритуалах. Поэтому я поняла, что следует ожидать одного или трех охотников. А после истории с орангутангом моя догадка подкрепилась. Никто до сих пор не связал эти дела в одно, ими занимаются разные участки. И не все тут такие начитанные. «Бочонок амонтильядо» читали почти все, но «Убийство на улице Морг» далеко не везде проходят на уроках литературы, а многие копы и не вспомнят, чему их учили в школе. – Она улыбнулась. – А потом в пять-два поступил звонок из службы безопасности Бронкского зоопарка: два парня – один высокий, другой пониже – прикидывались журналистами из «Нэшнл джиографик», но прокололись.
Братья снова переглянулись, на этот раз с виноватым видом.
– Не так уж часто охотники путешествуют вдвоем, и никто из тех, кого я знаю, не подходил под описание. Тогда я и поняла, что это вы. Хотя и не была уверена, пока не приехала сюда.
– А что бы вы сделали, окажись мы обычными грабителями? – полюбопытствовал Сэм.
Макбейн пожала плечами.
– Арестовала бы. Пять-ноль прислал бы подкрепление, если бы я не связалась с ними через двадцать минут. Поверьте, за десять лет я научилась прикрывать свой зад. Вы-то, ребята, можете просто уехать из города. А мне придется остаться и все подчищать.
Дин убрал свой прибор.
– Ничего нет… Ладно, пора двигать. Не думаю, что мы здесь еще что-нибудь найдем.
– Думаете, это часть ритуала? Уверена, это еще не все и следующее убийство произойдет в понедельник, – сказала Макбейн.
Братья снова переглянулись.
– М-м, да, – ответил Сэм.
– Я слежу за фазами луны. Издержки профессии, – заметила Макбейн.
Сэм быстро объяснил ей, в чем суть ритуала, придуманного Персивалем Сэмюэлсом.
– Следующее убийство случится либо на Уэбстер-авеню возле Бедфорд-парк-бульвар, либо на пересечении Фордем-роуд и бульвара Мартина Лютера Кинга.
Макбейн почесала нос.
– Ладно. Знаете что? Я вам помогу, съезжу по одному из адресов.
Дин поморщился.
– Какие-то проблемы, косматый? – спросила она.
– Несколько точно есть. Во-первых, пожалуйста, перестаньте называть меня косматым. – Тут Сэм улыбнулся. – А во-вторых, не думайте, что я куплюсь на это дерьмо типа «я храбрый коп, который сражается с демонами» или что вы знали отца.
Макбейн была к этому готова. Она знала, что Дину не понравится прозвище и что братья не поверят, что она была знакома с их отцом. Она не раз встречалась с Джоном Винчестером и вовсе не была удивлена, что он не рассказал о ней сыновьям. Джон не особенно любил откровенничать. Кроме того, до нее доходили слухи об охотах Сэма и Дина, и хоть они совершали не так много ошибок, те, что они все-таки совершали, выглядели глупыми для сыновей Джона Винчестера. Если только он не скрывал от них кое-что…
– Джон Винчестер, – сказала она, – белый мужчина, примерно пятидесяти трех лет, рост метр восемьдесят пять, вес восемьдесят шесть килограммов, темные волосы, карие глаза, борода – в зависимости от настроения, бывший морской пехотинец, вдовец, отец двух сыновей: Сэм и Дин. В Нью-Йорк приезжал трижды. В первый раз охотился на голема[29] на Брайтон-Бич, во второй – разбирался с призраком в метро…
Сэм открыл рот.
– С призраком кондуктора?
Макбейн усмехнулась.
– Типа того. Этот дух, видимо, и положил начало той дурацкой легенде.
– А третий раз? – спросил Дин.
– Богом клянусь, он убил дракона в китайском квартале. Безумный случай, скажу я вам.
Сэм открыл рот еще шире.
– Отец убил дракона?
– Небольшого, – пожала плечами Макбейн.
– И вы ему помогали? – все так же недоверчиво спросил Дин.
– Пыталась. Чаще всего он ворчал и плевался – примерно как ты сейчас, косматый, – и требовал, чтобы я держалась от него подальше.
– И вы его слушались? – спросил Дин.
– Сначала нет. Но мы договорились, после того как чуть не подстрелили друг друга. Он всегда сообщал мне о своих передвижениях, когда приезжал в город, а я рассказывала ему, что знала, и приглядывала за ним издали.
Дин наконец смягчился.
– Да, это похоже на отца.
– Детектив, нам пора ехать, – как бы невзначай заметил Сэм.
Макбейн достала визитки из кармана пиджака и протянула им по одной.
– Вот, – сказала она. – Здесь мой номер телефона, если я вам понадоблюсь. Если позвонить в отдел по розыску без вести пропавших, разговор будет записан. А тут мой личный номер, так безопаснее.
