– Конечно. Уже забыла.
Его проницательный взгляд впился в меня, как будто он собирался добавить что-то еще. Но прежде чем он это сделал, я отвернулась. К моему удивлению, Аарванд остался со мной и проводил меня до выхода. Я пыталась не обращать внимания на невидимые искры между нами, что оказалось сложно, потому что он шел так близко. Я ускорила шаг, но он схватил меня за руку и заставил остановиться посреди внутреннего двора замка.
– Для меня не важно, стану я верховным королем или нет, – произнес он. Все его тело было напряжено, что совершенно противоречило тому, как бережно он меня держал. – Я просто хочу положить конец правлению Регулюса. Мой народ заслуживает лучшего.
– Кто унаследует трон Морады после него? Ариза? – Мы способны вести нормальный разговор. Мне просто надо игнорировать то, что творила со мной его близость. – Она сможет стать верховной королевой и потом продолжить политику своего отца?
– Принцесса уже не в состоянии стать чьей-нибудь наследницей.
– Она мертва? – Это чудовище превратило мою жизнь в Мораде в настоящий ад. Но она была еще так молода. Перед Лунными вратами ее гигантское змеиное туловище охватило пламя. Я совсем об этом забыла.
– Не мертва, но ранения оказались слишком тяжелыми. Больше она не может перевоплотиться в человеческую форму.
– Почему нет?
Он пожал плечами.
– Смена облика требует огромной силы. Тяжелые травмы часто приводят к тому, что эта сила пропадает.
– Она навсегда застряла в змеином теле? Страшно подумать.
В его взгляде вспыхнуло удивление.
– Тебе ее жалко?
– Ариза злобная интриганка, но другой она быть не умела. – Я задумалась на мгновение. – Да, мне ее жаль. Я тоже выросла без матери, но у меня всегда были сестры, которые окружали меня любовью. А у нее – лишь такой отец, как Регулюс. И откуда она научилась бы не быть манипулятором и не разрушать все вокруг?
Аарванд смотрел на меня с непонятным выражением на лице.
– Это уже не изменить. – Его ладонь спустилась вниз по моей руке и на миг коснулась пальцев. Я вздрогнула, и цвет его глаз потемнел. – Мне нужно вернуться в зал. Кстати, мне не нравится, что вы каждый день находитесь одни в своем доме.
– Но тебя это не касается. – На этих словах я улыбнулась, вопреки здравому смыслу, желая, чтобы наши пальцы переплелись. – Ты не мой верховный король.
Он понизил голос:
– Да, верно, и даже если бы был им, ты бы не позволила мне ничего тебе запрещать.
– Наверное, нет. Дай мне знать, когда надо вылетать.
– Тогда в будущем мы будем… – Он помедлил секунду. – … друзьями?
Калеб задал мне тот же вопрос. Хотела ли я, чтобы Аарванд стал моим другом? Не это слово первым приходило мне на ум при мысли о нем, но это разумно. Он терпеливо ждал, пока я медленно не кивнула, после чего, наконец, развернулся. Больше князь на меня даже не оглядывался, но вместо этого из-за ворот вышла Нэа, как будто стояла там уже какое-то время.
– Вы снова помирились? – осторожно спросила она меня.
– Мы и не ссорились.
Она наморщила лоб:
– Ты точно уверена?
– Точно.
Глава 5
С этого дня Аарванд обычно объявлялся со своими людьми на рассвете. Затем присоединялся к нам за завтраком на кухне. Как до этого его брату, ему тоже играючи удалось обвести Аделаизу вокруг своего длинного тонкого пальца. Он всегда первым получал омлет и хлеб с самой хрустящей корочкой.
– Так нечестно, – пробурчала сегодня спросонья Маэль. – Почему ты выбираешь его, а не нас? Он же жуткий демон.
Аделаиза погладила ее по спутанным волосам, наклонилась к крошке Клэр, спящей в корзине-переноске, и поцеловала ее. По утрам мы нередко сидели с малышкой, чтобы Констанс и Лоран немного поспали. По крайней мере, Маэль утверждала, что поэтому так часто забирала девочку к себе. Но я подозревала, что у них с Лораном была тайная договоренность, чтобы он и Констанс могли проводить время наедине.
– Мужчин нужно особенно баловать, – заявила Аделаиза. – Тогда у них в головах не появляется глупых мыслей.
Аарванд кашлянул, и я бросила на него предостерегающий взгляд.
Маэль издала стон:
– Какой средневековый образ мыслей. Современным мужчинам лучше баловать своих женщин. А если ты еще раз скажешь что-нибудь в таком духе, предупреждай меня заранее, чтобы я зажала ушки Клэр. Она не должна впитывать ерунду, которую ты говоришь. Уверена, есть мужчины, которым не нравится, когда над ними постоянно хлопочут.
– Удачи тебе в поисках, – засмеялась Аделаиза, подливая Аарванду кофе. Потом она положила ладонь ему на плечо. – Еще чего-нибудь хочешь?
– Нет, очень вкусно, большое спасибо. – Он приподнял кружку, ухмыльнулся и, подмигнув, отсалютовал Маэль. Несмотря на предстоящую нам войну, я еще ни разу не видела его настолько расслабленным, как в последние дни. Это мужчина, котором он мог бы стать, если бы Регулюс не убил его родителей и он не ступил на путь мести. Было восхитительно наблюдать за ним, когда он такой. Я прикладывала невероятные усилия, чтобы оторвать от него взгляд. Здесь, на теплой кухне с потрескивающим камином и витающим вокруг ароматом испеченного багета и свежего кофе, в нем не было ничего демонического. Здесь он просто мужчина, пусть и самый красивый из всех, когда-либо находившихся в этих стенах. К сожалению, это замечала не я одна. В конце стола сидели три ведьмы, работающие на Ложу, и тоже постоянно пялились на Аарванда. Винить их я не могла, но с кухни выгнала бы с превеликим удовольствием.
– Где-нибудь такой наверняка найдется, – с набитым ртом ответила Маэль. – Когда все это закончится, я отправлюсь на поиски.
Вошел Эйден. Он обвел взглядом наше небольшое собрание и провел рукой по коротким волосам. Под глазами явственно проступали темные круги после бессонной ночи.
– А мне кофе нальют? – поинтересовался он и требовательно посмотрел на Маэль.
Та указала подбородком на полку:
– Вон там чашки, а кофе стоит на плите. Угощайся, не стесняйся.
– Я сейчас налью, мальчик мой. Присаживайся и поешь чего-нибудь. Вчера ты просто поковырялся вилкой в тарелке, хотя телятина у меня получилась очень нежной.
Эйден пробормотал извинения, а потом сел к ведьмам на противоположном конце стола. Манон подвинулась к нему, и у них завязался какой-то разговор.
Маэль старалась игнорировать такую откровенную грубость, но от меня не укрылось, как покраснели у нее щеки.
Я взяла последний круассан и банку с джемом. Мне никак не удавалось понять их обоих. Завтрак – единственный промежуток времени, когда они не ругались, и до сих пор он каждое утро садился рядом с ней.
– Эта штука безобидная? – спросил меня Аарванд, глядя на джем и тем самым вырывая меня из раздумий. – Или мне стоит остерегаться?
– Придется тебе самому выяснить, если осмелишься.
Он улыбнулся, и с дальнего конца стола до нас донесся вздох.
– Я не для себя спрашиваю. Кажется, вашему великому магистру нужно скормить немного особой смеси Эме. Он с каждым днем становится все рассеянней и невыносимей.
– И как это изменит джем Эме? – укоризненно изогнула бровь я.
Аарванд снова сдержал смех. Вместо этого он намазал маслом свой багет и не спешил с ответом.
– Некоторые мужчины слишком слепы или горды, чтобы признать, в чем или в ком они нуждаются. – Его слова прозвучали неожиданно серьезно.
Я глотнула кофе.
– Так поговори с ним, ну, как мужчина с мужчиной, – прошептала ему я, чтобы Эйден не услышал.
– Может, и правда поговорю. В конце концов мы тут все друзья.
Я подавилась кофе и закашлялась.
– И как ощущения?
Он легонько похлопал меня по спине, что не очень-то помогло. Завтра я тоже сяду с другой стороны стола. От его близости у меня постоянно мурашки бегали по телу. Убрав руку, Аарванд так же понизил голос:
– Это шутка, Вианна. Он никогда не простит меня за то, что я с ним сделал, и нам всем известно, что у нашего альянса ограниченный срок годности.
– Необязательно. – Стоило мне договорить, как я тут же пожалела о сказанном. Мысль о том, как однажды буду сидеть здесь же с сестрами и понимать, что он никогда больше не вернется, была пугающей, и тем не менее ни о чем другом речи не велось. Аарванд принадлежал своему миру, а я – своему.
Он смотрел на меня одну невероятно долгую секунду, как будто думал о том же самом.
– Не существует иного пути прекратить это. – Он резко встал. – Большое спасибо, Аделаиза. Вот бы мои повара в Коралисе готовили хотя бы наполовину так же вкусно, как ты.
От этого комплимента Аделаиза зарделась, как молоденькая девочка.
– Не торопись, – затем обратился он к Эйдену. – Я и мои люди будем в большом зале.
Эйден мрачно взглянул на меня, когда за ним захлопнулась дверь:
– Какая муха его укусила?
– Сам у него спроси. – Правда, за последние дни наши с Аарвандом отношения улучшились. Хотя мы проводили не особенно много времени вдвоем. Просто вместе завтракали, и у меня закрадывалось подозрение, что он только из-за этого приходил так рано. Не для того, чтобы увидеться со мной, а чтобы насладиться кулинарными навыками Аделаизы. Пока рыцари и его офицеры днями напролет прорабатывали боевые построения и стратегии нападения, мы с сестрами после еды уезжали домой. А там делали мази и лекарства, в то время как Маэль корпела над противоядием, при изготовлении которого отвергала любую помощь. В шато мы возвращались лишь вечером. Аарванд к тому моменту обычно уже возвращался в Коралис. Эме проводила вечера с Калебом, а я перед сном часто сидела в библиотеке замка и искала книги и документы, в которых упоминался Мерлин. Впрочем, если он на самом деле устроил заговор, длящийся полторы тысячи лет, то мастерски заметал следы. Во всех наших книгах он представлялся исключительно как защитник Артура и хранитель старой веры, которого заманила в ловушку мстительная фея Вивиана.
В общем и целом, мы все ожидали дальнейшего шага Регулюса. Шпионы Аарванда докладывали, что он дошел до границ Коралиса и дислоцировал свои войска возле проходов. Однако магический щит его остановил. И теперь король затребовал все запасы самария, которые только мог достать в кратчайшие сроки. Собирался ли он раздать его своим солдатам или хотел попробовать разрушить с его помощью барьеры, было до конца не ясно, к тому же мы не знали, возможно ли это в принципе. В отдельных схватках, случавшихся время от времени, продолжали одерживать верх люди Аарванда. Но мы подозревали, что эти мини-бои – всего лишь отвлекающий маневр. Аарванд до сих пор не принял решение, когда мы с ним полетим в Цаморель, и я надеялась, что так мы не потеряем драгоценное время.
* * *
Эме и я готовили в лавке мази и масла, как вдруг на кухне раздался дикий рев, а сразу после него – грохот. Затем разбилось стекло. Это длилось уже несколько дней подряд. Мы побежали в дом. В зеленой луже жижи и слизи стояла Маэль.
– Что стряслось? – спросила Эме.
– Не получается. – Судя по виду Маэль, она вот-вот расплачется. – Это уже четвертый образец, который просто не работает. Конах всегда готовил именно такую основу. У него в этом было больше опыта, потому что он изучил самарий от и до. Сама я раньше никогда не проводила этот этап работы. В конце мне оставалось просто добавить туда свою магию, прежде чем мы смешивали базу с другими ингредиентами. Я не справлюсь.
Эме подошла к ней и протянула руку. Маэль перешагнула лужу и позволила Эме подвести ее к столу.
– Садись, – велела старшая сестра. – Вианна, убери это.
– Fixare. – Я щелкнула пальцами, и осколки двух разбитых стеклянных колб закружились, после чего начали заново склеиваться на столе. – Purgatio. – Слизь и зеленая жидкость испарились, и осталась только маленькая подпалина, практически незаметная на потертом деревянном полу.
– Чаю? – спросила я у сестер.
Эме кивнула.
– Мне нужно немного бузинного ликера. Он стоит в буфете. Хоть он у меня получился. – Маэль со стоном запрокинула голову назад, закрыла глаза, и позвонки у нее затрещали, когда она повертела головой справа налево. В таком отчаянии я ее прежде не видела.
Я вытащила бутылку с ликером.
– Еще двенадцати нет, – осуждающим тоном сказала Эме.
– Да какая разница. – Я налила три полные рюмки темного напитка. – Если это то, что ей сейчас надо, то мы не можем позволить ей пить в одиночку. Errantus. – По моему приказу рюмки полетели к столу, пока я убрала в буфет бутылку.
– Потому я и не хотела ничего рассказывать. – Маэль взяла одну из рюмок. – Я изначально сомневалась, что у меня получится, и не хотела зря обнадеживать остальных. Эйден бы, наверное, подумал, что я просто выпендриваюсь. Он и так не особо в меня верит.
– Неправда. Он по тебе с ума сходит, – возразила Эме. – А что касается противоядия, никто бы тебя не упрекнул. Если ты не сможешь, то обойдемся без него.
Маэль хмыкнула.
– Без этого средства мы в безнадежном положении. Вы же слышали Эйдена и Аарванда. Они просто не хотят говорить это напрямую.
Взяв свою рюмку, я протянула последнюю Эме.
– Если сейчас потеряешь веру в себя, – сказала я, – то лучше действительно не продолжай. Ты – одна из наших надежд, а это все-таки лучше, чем безнадежность.
Маэль моргнула.
– Все наши люди ведут неравный бой, – настойчиво продолжила я. – Наши шансы невысоки, поэтому не жалуйся, если один из твоих экспериментов не пузырится так, как надо. Просто сделай новый. Рано или поздно получится. В конце концов, один раз вам это уже удалось.
Маэль взглянула на Эме, словно надеясь, что та сделает мне выговор, однако наша старшая сестра просто пожала плечами и подняла свою рюмку.
– Она права, – согласилась она со мной. – Ты ноешь, а я и не представляла, что когда-то доживу до такого. Если бы Эйден увидел тебя сейчас, то, скорее всего, действительно решил бы, что не такие уж у тебя и выдающиеся способности. – Она залпом выпила ликер и облизнула губы. – Вкусно. Если тебе надоело заниматься целительством, то подумай о производстве алкоголя.
– Я не тупая, – выпалила Маэль. – Вы просто берете меня на слабо.
– И как, успешно? – спросила я с ухмылкой.
Она опустошила свою рюмку.
