Виктория Зайцева
Межгалактическое кафе
Глава 1
Оливия сидела перед дверью врача в ожидании приглашения войти. Ее время приема давно прошло, целых 10 минут назад, и идея о прохождении медосмотра за один день уже не казалась ей такой удачной. Зачем она вообще соврала на собеседовании, что у нее готов медосмотр? И зачем она так скоропалительно приняла решение выйти на эту вакансию в Межгалактический Круиз?
Но обдумать все события этих суматошных трех дней Оливии мешали два обстоятельства – судорожные попытки построить план, как уложить все необходимые дела в оставшиеся часы до поездки, и страх белых врачебных халатов. Ну, не то чтобы прямо панический страх, но нервное возбуждение и спутанное сознание перед каждым походом к врачу. Оливия никогда в своей жизни не болела серьёзно и не попадала в больницы, но при этом гипотетическая возможность туда попасть очень ее беспокоила. А вдруг при случайном визите к врачу внезапно выяснится, что у нее очень серьёзная болезнь, протекающая скрытно, без каких-либо симптомов? Маловероятно, но все-таки. Поэтому девушка терялась и волновалась при каждом визите в медицинское учреждение.
Сидя в очереди к неврологу, Оливия снова погрузилась в решения предыдущих дней. Правильно ли она сделала, что приняла именно это предложение? С одной стороны, здесь больше денег, возможность обучения, и впереди маячат амбициозные задачи, но, с другой стороны, что это был за странный фрагмент собеседования, где будущая начальница Виолетта спросила, есть ли у нее хобби?
Оливия, конечно же, изучила за пару часов информацию по запросам «как отвечать на вопросы на собеседованиях», и знала, что вопрос про хобби – это тест на разносторонность, способность не зацикливаться на отрицательных моментах работы и, таким образом, самостоятельно справляться с профессиональным выгоранием, экономя компании деньги на эмоционально-разгрузочных тренингах и походах к корпоративному психологу.
Поэтому Оливия заранее составила список своих хобби, хоть найти их в своей жизни было не так-то и просто. Но, все же, они нашлись, и она с готовностью их озвучила. Чтение, по ее задумке, должно было характеризовать ее как развивающуюся личность, бег – как здоровую, яхтенный спорт – как нестандартно мыслящую и общение с друзьями – как коммуникативную. Но вопреки этой выстроенной схеме, начальница вдруг наклонилась к ней ближе и спросила: «То есть вы хотите сказать, что у вас есть жизнь и вне работы?». Оливия настолько опешила, что, прежде чем собраться с мыслями, она еще ближе наклонилась к начальнице и, понизив голос, спросила: «А у вас – нет?».
Виолетта помолчала, а потом начала задавать вопросы о причинах смены предыдущих мест работы. Ну, эту часть собеседования Оливия репетировала с подругой Мартой, поэтому справилась с ней легко. Но значило ли это все, что в «Межгалактических круизах» принято жить на работе? И готова ли к этому она?
– Оливия Стоун, – мягкий мужской голос прервал мысли девушки. Подняв глаза, она увидела пышного улыбающегося мужчину. – Проходите, – сказал человек в белом халате и, вернувшись в кабинет, закрыл дверь.
Девушка встала, собрала все свои бумажки и направления, и, подойдя к двери, заметила, что над ручкой что-то написано. Наклонившись, она увидела слово «круть» со стрелочкой вправо и «верть» со стрелочкой влево. Куда же тогда крутить-вертеть? Повозившись с дверью, Оливия все же вошла, но ручка осталась у нее в ладонях. Не самое лучшее начало визита к психологу, подумала она. Или это все здесь специально раздражающее и ставящее в тупик?
– У вас тут ручка сломалась, – сказала девушка.
– Да-да, – улыбался мужчина, – несите ее сюда, я ее вставлю. Ну, по какому вопросу пожаловали?
– Профосмотр для компании «Межгалактические круизы», – Оливия подошла к столу, но не решалась сесть без приглашения.
– Знаю, – весело смотрел на нее врач.
– Отлично! – быстро сориентировалась Оливия. Ведь у психолога, видимо, нужно проявить себя либо спокойной, либо позитивной. Только тут она поняла, что перед заходом надо было поискать, как стоит отвечать на его вопросы, вместо того чтобы предаваться анализу вчерашнего дня. Блин, почему она не подумала об этом раньше?
– Вы, может быть, присядете? Или предпочитаете стоять?
– Присяду, – Оливия присела на край стула, но тут же привстала и села на середину сиденья, откинувшись на спинку.
– Нервничаете? – подмигнул ей приятный мужчина.
– Нет… Немного.
– А вот этого я вам не рекомендую. Ни в этом кабинете ни, тем более, за его пределами. Чем меньше нервничаешь, тем дольше проживешь. Конечно, сейчас нервные клетки восстанавливаются, но это долго и дорого. Зачем вам это нужно?
– Незачем, – растеряно ответила Оливия, выпрямившись на стуле.
– Вот и отлично. Итак, не знаю, как вы, а я вот поклонник традиционных опросников, – мужчина что-то открыл на экране, но режим воспроизведения был настроен так, что картинка была видна только ему, а девушка же видела только белый фон. – У вас есть партнер, во всех смыслах этого слова?
– Нет.
– А если бы был, и если бы вы шли с ним по улице за руку, то какой рукой вы бы его, то есть партнера во всех смыслах, держали?
Оливия задумалась, отвела взгляд куда-то вправо, незаметно немного сжала правую руку и ответила:
– Правой.
– Вижу–вижу, – улыбнулся врач, глядя на ее руки. – Значит, стремитесь занимать в паре подчиненную позицию, так и запишем.
– Как это? – удивилась девушка, переводя взгляд с правой руки на врача.
– Ну, это вы потом в книжках сами почитаете, как это, а теперь лучше скажите, на сколько лет вы себя ощущаете? Ваш психологический возраст – какой?
– Ну… наверное, 29-32…
– Ага, – обрадовался мужчина, – меньше своего истинного биологического возраста. А раз вам давно за 25, то значит, все в рамках возрастных норм. К депрессии не склонны, отлично, так и запишем. А теперь представьте, что на ваших глазах совершается небольшая кража в небольшом частном магазинчике. И ее видите только вы. А кражу совершает женщина, чтобы накормить своих детей. Что вы будете делать?
– Ну… – Оливия потеряла всякую логику их разговора, и перестала стремиться соответствовать его ожиданиям, – я ничего не стану делать.
– Интересно-интересно, – врач оторвался от записей, сложил ладони домиком и откинулся на спинку своего крутящегося дорогого кресла. – А почему?
– Ну, ей же надо детей кормить. Да и вдруг она на меня начнет нападать, если увидит, что я звоню в полицию или докладываю на нее. Может, у нее нож и отчаянное положение. А вот когда она уйдет, я, может, и скажу продавцу.
– Все-таки скажете? – еще больше заинтересовался мужчина. – И в связи с чем?
– Ну, может там камеры, чтобы не получилось, что я – соучастница.
– Понятно, – медленно протянул врач и начал быстро что-то печатать. – Значит, вы любите помогать людям, входить в их положение, если для вас это безопасно, так же вы готовы поддерживать существующие правила и стремитесь быть честной. Неплохо.
– Это вы все по моему ответу сейчас поняли? Все же, наверное, так поступают, как иначе?
– Серьезно? – Врач повернулся к ней и внимательно, посмотрел, потом вдруг улыбнулся, – Ну вы же сами понимаете, что далеко не все так отвечают. Или действительно не понимаете?
– Ну…
– Ладно, – мужчина не дал девушке продолжить, – последний вопрос. Как вы добирались до прошлого места работы?
– Пешком, – снова удивлённо ответила Оливия, – а что?
– Пешком – это хорошо, – проигнорировал ее вопрос врач. – Но еще лучше было бы вплавь!
Девушка растерянно смотрела на мужчину, и он явно ждал ее ответа. Наверняка это какой-то финальный тест, вдруг подумала она и медленно проговорила:
– Согласна, но такой возможности не было.
– Вы крайне рассудительны, – улыбнулся врач, – что ж, по моему скромному, но решающему мнению, вы имеете все шансы стать эффективным сотрудником Межгалактических круизов. – Он передал ей ручку от двери: – Вставьте ее, пожалуйста, обратно, и вот вам мой совет – постарайтесь поменьше переживать, если, конечно, это не будет входить в ваши рабочие обязанности. Это не характеризует вас как ответственного человека, а вот результату вредит. Успехов на работе!
Не успела Оливия закрыть дверь кабинета, как ее направление засветилось зеленым. Странный дядечка. Странный, но резолюцию свою поставил, а больше ничего, значит, и не нужно. Теперь она должна все успеть.
Глава 2
Разбирательство со всеми бумажками закончилось только к вечеру, и домой Оливия пришла совсем поздно. Хотелось есть, спать и пить. А еще помыть голову щеткой изнутри, чтобы вытащить оттуда весть комок путанных и полусформированных мыслей. Правильно ли она делает? Ведь собеседование прошло странно, но зато медосмотр – быстро и успешно. Вот и что из этого – знак? А с другой стороны – зачем думать о знаках, если лично она в них не верит? Просто так приятно было бы найти какой-то знак, поверить в него и переложить всю дальнейшую ответственность на судьбу. Как хорошо людям, которые, все же, верят в знаки!
Девушка встала, на кухне с желтыми обоями налила себе кефира, чтобы и поесть, и попить одновременно, и услышала, как телефон завибрировал.
Вынув его из кармана своей новой алой куртки, Оливия прочла сообщение от Марты – «Как прошло?» – и тут же ответила: «Вроде взяли. Но надо ли мне это? Теперь главное завтра не проспать». Через пару секунд телефон снова завибрировал: «Твоя нервная система не даст тебе проспать. Я вообще удивлюсь, если ты сможешь уснуть». Через секунду добавление: «И поздравляю». Еще через секунду: «И у меня тоже все хорошо. Спасибо за вопрос!»
Хотелось все обдумать, а еще хотелось спать. А телефон снова требовал внимания. Оливия хотела было прикинуться спящей, но интуиция заставила ее все же заглянуть в сообщения. Совершенно неожиданно для себя она увидела там письмо от начальницы Виолетты.
«Оливия, завтра нужно будет поработать с клиентами. Высылаю тебе наш внутренний регламент. При возможности ознакомься. Понимаю, что не могу требовать работать во внерабочее время, но он поможет тебе завтра поменьше ошибаться с клиентами. До завтра! В 9.15 на проходной. Не забудь личную карточку».
Оливия перечитала сообщение несколько раз. Не могу требовать… поможет не ошибаться… да уж, не может, но явно требует. Нехотя девушка открыла прикрепленный файл и послала на печать. Название материала не вызывало доверия – «Регламент работы. Только для внутреннего пользования». Что за такая секретная информация, которая посылается на личный адрес новоиспеченному сотруднику! Да еще даже и не совсем сотруднику, контракт-то будет только завтра.
Оторвавшись от своих мыслей, Оливия уловила краем уха знакомое жужжание. Повернувшись, она поняла, что принтер все еще печатал. Он с завидным равнодушием продолжал выплевывать из себя очередные страницы секретного регламента. Их уже набралось около 30. Серьёзно, «ознакомьтесь до завтра»???
Спохватившись, что она так ничего и не ответила начальнице, девушка поспешно взяла телефон, нажала «ответить» и застопорилась. А что ответить? Что совершенно некорректно в 22.00 посылать многостраничный документ на, видите ли, ознакомление? Что она действительно не имеет никакого права требовать работы во внерабочее время? Что закон требует об этом как минимум заранее предупреждать, и уж, по крайней мере, оплачивать?
«Постараюсь ознакомиться», – ответила Оливия и, вздохнув, пошла на кухню резать себе ветчину и кипятить чай. Ночь обещала быть долгой, можно и поесть.
Вернувшись в комнату, она снова залезла с ногами в кресло, укрылась пледом с бело-красной расцветкой какого-то флага бывшей страны и углубилась в чтение. Очень скоро чай остыл, а уютное потрескивание электрического камина перестало проникать в сознание Оливии. Перед глазами мелькали картины, как, согласно этому регламенту, во всех отделениях Межпланетных круизов ровно в 9.00 по вторникам начальники начинают проводить собрания, а в 9.10 они передают слово сотрудникам, которые, все, как один, в приподнятом настроении, начинают рассказывать о своих результатах за прошлый период времени и сами активно строят планы на некий «будущий период времени». Они обсуждают результаты таинственных «отметок прототипов планет», «оценки показательных жителей» и степень выполнения приоритетных задач.
Через час Оливия оторвалась от перелистывания страниц и пометок карандашом и набрала сообщение Марте: «Похоже, я попала в секту», – ответ пискнул тут же: «Если тебя нужно будет спасать, знай, на этой неделе во вторник и четверг я занята».
Девушка улыбнулась, отложила телефон и продолжила изучение текста. Обдумать все происходящее совершенно не было времени.
Глава 3
В попытке попасть на работу вовремя, Оливия героически сражалась с природой – она несколько раз поскальзывалась на припорошенном льду, пыталась скрыть лицо от мелкого снега и сохранить тушь не размазанной. Под особенно пронизывающим порывом ветра девушка вдруг осознала, почему же она согласилась на эту работу. «Межгалактические круизы» сулили гипотетическую возможность рабочих командировок в какие-нибудь более теплые и солнечные уголки вселенной. Конечно, такие уголки были и на Земле, да что там и говорить – их было более чем достаточно, но для Оливии они пока были так же недостижимы, как и другие планеты.
За все нужно платить, а выдаваемых ежемесячно государством денег неотчуждаемого дохода хватает только на безбедную жизнь в месте рождения, о путешествиях приходится забыть. Ну, или зарабатывать на них собственным трудом. Конечно, сегодня утром, переводя пятый раз будильник на 5 минут позже, девушке казалось очень сомнительной ее собственная мысль о необходимости работы. И кто-то мог бы даже сказать, что опаздывает она именно из-за этих самых переводов будильника, а не из-за сражений с непогодой и не из-за силы ветра, который дует ей в лицо. Но… кто бы стал его слушать? Оливия бы точно не стала.
Она добралась до проходной, секунду полюбовалась большой вывеской с названием фирмы цвета морской волны и вошла внутрь. В 9.16.
Виолетта, в туфлях на устойчивом каблуке и в ярко-красных сережках в тон помады уже ожидала ее с широкой подозрительной улыбкой. Она подхватила ее под локоть, быстро сказала что-то мужчине за стеклом, которых сделал какие-то пометки, и торопливо повела Оливию вглубь белого коридора.
– Как видишь – говорила Виолетта, не смотря на Оливию, – наш офис построен в стиле архитектуры старого однопланетного времени. Настоящие кирпичи, настоящее дерево, маленькие пространства – все призвано сразу погрузить клиентов в атмосферу их будущих путешествий. Мы ведь специализируемся в путешествиях-переселениях. Кстати, – она повернулась к девушке своей красной улыбкой, – ты успела ознакомиться с материалами, которые я тебе прислала?
– Да, я прочла один раз, мне не все было сразу понятно, я отметила несколько вопросов, которые хотелось бы… так сказать… прояснить.
Виолетта довольно кивнула, и тут же отвернулась:
– Да, конечно. А вот, кстати, наша комната отдыха – она открыла дверь в просторную комнату с большими цветными креслами, уютно свисающими к ним лампами, разнообразными кофейными аппаратами и даже полками с бумажными книгами.
– Здесь сотрудники могут посидеть, пообщаться, попить кофе. Как видишь, мы здесь не только работаем, – Виолетта снова одарила сотрудницу улыбкой.
Оливия кивнула, но про себя отметала, что в комнате никого не было, а отсутствие запаха кофе намекало на то, что красивыми аппаратами никто давно не пользовался. Ну, или именно сегодня утром не нашлось желающих выпить чашечку кофе. Возможно, все просто так же опаздывали на работу, как и сама Оливия. Кто знает, как тут обстоят дела на самом деле?
– У нас есть лифт, – продолжила Виолетта, подходя к концу безлюдного коридора, – но я предпочитаю пользоваться лестницей. Зачем зря тратить энергию? Тем более, мы с тобой молодые. Ну что, пойдем по лестнице?
Оливия кивнула, и Виолетта, выпустив ее локоть, бодрым шагом начала преодолевать ступеньки:
– Нам на четвертый!
Оливия всеми силами старалась не отставать, сначала это давалось легко, но вскоре девушке пришлось признать, что ее физическая форма не так хороша, как ей казалось. Ну, или, по крайней мере, у начальницы явно больше жизненной энергии. Девушка даже не успевала смотреть по сторонам, и, преодолев очередной пролет, она вдруг увидела на стене предательскую цифру 3.
– Это только третий?! – не сдержав разочарования, сказала она.
– Что? – Виолетта оглянулась и остановилась, чтобы подождать Оливию. – Да, третий. Но ничего, каждый день будешь ходить – быстро привыкнешь. Зато и гимнастики не надо. Ну пошли, немного осталось.
Они поднялись еще на два пролета и снова попали в коридор, такой же белый и однообразный. Здесь начали попадаться люди, спешащие по своим делам. Виолетта со всеми здоровалась, многие ей отвечали.
– У нас принято здороваться. Так как никогда не знаешь, кто перед тобой – сотрудник или клиент. А вот и наш кабинет – 432, легко запомнить, – она махнула рукой на табличку и открыла дверь.
– Итак, твое рабочее место пока будет рядом со мной, – начальница показала рукой на два стола, стоящие впритык, – чтобы было удобно задавать любые вопросы. Пока есть не все, что нужно, но скоро сюда доставят все необходимое. Ты раздевайся, и пойдем встречать клиентов. Не торопись, но имей в виду, что они будут через 10 минут, а нам еще спускаться. О, мне звонят!
Еле-еле Оливия успела раздеться и кивнуть людям, сидящим за соседними столами, как Виолетта снова взяла ее за локоть и увлекла на первый этаж, параллельно разговаривая с каким-то нервным мужским голосом.
– Так, отлично! – Виолетта остановилась у проходной. – Клиенты еще не подошли, так что я отойду в дамскую, а ты тут на всякий случай будь готова. Если они придут, поприветствуй. Представься, скажи, что я сейчас приду, – и начальница убежала, прежде чем Оливия успела ей что-то возразить.
Девушка быстро глянула на часы – 9.25. Наверняка встреча назначена на 9.30. По негласным законам общения никто никогда не назначает встречи на 9.10 или 9.25. Всех неясной магией привлекают полукруглые цифры – 9.00 или 9.30, на крайний случай – 9.15. Почему неизвестно, как неизвестно и много других странных неписанных правил человечества. Итак, у нее в запасе еще 5 минут, если только гости не надумают явиться раньше времени. Но ведь никто так не делает, верно?
Вдруг Оливия вздрогнула – вибрация в правом кармане кофты, скрытым под пиджаком, застала ее врасплох. Блокнот для будущих важных записей на встрече с клиентами выпал из ее рук. Подняв его, она заметила, что мужчина за стеклом с интересом за ней наблюдает. Она улыбнулась ему, и посмотрела на телефон – звонила тетя Аделя.
– Здравствуй, дорогая! Как у тебя дела? – поинтересовалась тетя своим сильным, мелодичным голосом.
– Все нормально, мне не совсем удобно сейчас говорить. У тебя что-то срочное? – Оливия бросала взгляды то на мужчину за стеклом, то на входную дверь.
– А ты что не дома, что-то случилось?
– Нет, я просто на новой работе.
– Да? Ты мне ничего не рассказывала. Ты, кстати, совсем ничего мне не рассказываешь в последнее время, я вот и решила узнать, как у тебя дела. Может, заскочу к тебе в гости вечерком?
– Нет, давай не будем пока ничего планировать. Совсем не знаю, как сложится вечер.
– Ну, давай завтра?
– Давай наметим, но обещать не буду. Сама понимаешь – новая работа, пока ничего не понятно с расписанием.
– Ну да, конечно, не понятно, – тетя Аделя чуть помолчала, – новая работа, понятно. Значит, никак не встретиться нам у тебя, да?
– Пока да, и мне не удобно говорить. Давай вечером созвонимся?
– Да-да, я вот что хотела сказать… – Аделя заговорила медленнее. – Просто у меня тут сосед травил клопов. Представляешь, они совершенно неожиданного у него завелись. Причём он очень опрятный мужчина, и тут – клопы. Но бывает же так, да?
– Да, наверное… – слушая вполуха, ответила Оливия.
– Вот и я говорю! – радостно продолжила тетя, – и у него осталось средство. Он предлагает взять, совершенно бесплатно, я бы как раз могла к тебе его подвести. Давай?
– Нет, спасибо, мне совершенно не нужно.
– Уверена? Мне совсем не сложно!
– Нет, я же говорю, – краем глаза Оливия заметила какое-то движение в стороне, куда ушла начальница, – мне не надо. Все, давай, пока!
– Пока, так я вечером еще позвоню! – успела сказать тетя, прежде чем Оливия ее сбросила и быстро спрятала телефон в карман, улыбнувшись мужчине за стеклом. Вроде в их регламенте про телефонные разговоры ничего сказано не было, но мало ли что.
Из-за угла действительно появилась Виолетта. Она остановилась перед сотрудницей, разглаживая свою юбку в форме колокольчика:
– Я тут поняла, что забыла в офисе свою синюю папку. Ты не сходишь? – она подняла глаза на Оливию. – Я и сама могу, но тогда тебя придется тут оставить одну, а клиенты придут с минуты на минуту.
– Я схожу! – ответила Оливия и пошла обратно по коридору. Дверь в комнату отдыха была приоткрыта, но там все еще никого не было. Как и запаха кофе. А жаль, вероятность выпить бесплатного кофе на работе пропадала, не успев одурманить девушку своим ароматом свежих кофейных зерен.
Подойдя к лестнице, Оливия поняла, что, пытаясь догнать начальницу при подъеме к кабинету, она не смогла особенно запомнить дорогу. Но, вроде как, лестница одна, и вариант движения только один. Она стала подниматься, табличка третьего этажа порадовала ее, как встреча со старым знакомым. Она прошла еще два пролета и зашла на сам этаж. Коридор уходил в обе стороны. Какой там был норме кабинета? Как удобно было бы записать его в блокнот! Так, что-то простое. Начиналось с 4… 432? Или 456? Ладно, найдем оба.
Девушка пошла направо. Начинаясь с 440-го, кабинеты бодро шли на увеличение, но коридор казался каким-то уж слишком длинным, да и скоро она уперлась в поворот в районе 450. Вроде поворота не было? Или она его просто не заметила, семеня за начальницей?
Телефон в кармане снова завибрировал. Неужели это Виолетта уже ищет ее?! Она быстро сняла блокировку – нет, сообщение от тети Адели: «Позвоню вечером. Подумай про клопов, клопы – это не шутки!». Оливия с недовольством сунула телефон обратно в карман. Еще думать о каких-то клопах ей не хватало! Где же кабинет?
Она нашла 456-й – его дверь была такой же безликой, как и все остальные. Тихо постучавшись, она немного приоткрыла дверь и заглянула в получившуюся щель. Какие-то спины и головы, преимущественно с сединой, сидели над большим синими досками, на которых в три Д были изображены красивые города с архитектурой разных стран из однопланетной эпохи. На Оливию никто не обратил внимания. Она закрыла дверь – явно не то.
Быстрым шагом она вернулась обратно к лестнице и пошла в другое крыло здания. Быстро взглянув на часы, Оливия отметила, что отсутствует уже 4 минуты. Наверное, пока некритично. Ворвавшись в правый коридор, девушка впивалась взглядом в табличку на каждой двери. Началось все хорошо – с 439-го и 438-го кабинетов, но потом пошла белиберда – на части дверей табличек не было, и, не смотря на общую явную тенденцию к уменьшению номеров в направлении конца коридора, девушка быстро обнаружила, что кабинета 432-го нет. Она, уже не стучась, быстро заглянула в 423-й, который по крайней мере, имелся в наличии, но там сразу бросалось в глаза обилие зеленых растений и клетка с попугаем у центральной колонны. Попугая бы она точно не забыла.
Может, пропустила? Оливия заметалась вперед и назад по коридору – но 432-го кабинета явно не было. Что делать? Очень глупо и нелепо провалить первое простейшее задание на новой работе. Не смочь принести папку, это как-то не характеризует ее как активного работника, склонного к обучению.
А может кабинет выше этажом? Оливия сбегала и туда. Не успела она восхититься красотой оформления стен, явно дизайнерскими лампами и приятным алым оттенком диванчиков, как столкнулась с милой женщиной в строгом и красивом деловом костюме. Женщина подтвердила ее подозрения, что первая цифра кабинета, все же, обозначает этаж. И что если ей нужен 432-ой, то он явно этажом ниже, потому что она сейчас на 5-ом, но ничего страшного, такое бывает, в первый день работы все могут запутаться. Очень милая женщина, очень.
Оливия была вынуждена признать свое поражение и начал спускаться к начальнице. Как объяснить ей свой провал? Или все же она просто неверно запомнила номер кабинета? Да, лучше выяснить ситуацию, а не тратить здесь время в пробежках по коридорам.
Пройдя несколько метров на первом этаже, Оливия начала подозревать неладное – у турникета было подозрительно тихо. Что ж за день такой?! Но для верности она дошла до конца, подошла к самому турникету и даже перегнулась через него. Но от этого ничего не изменилось – перед девушкой был пустой зал.
Оливия тяжело вздохнула и оперлась на стенку. И тут раздался голос откуда-то сверху – «Они в комнате отдыха». Девушка оглянулась по сторонам – мужчина улыбался ей и-за стекла и показывал рукой в направлении лестницы. Оливия кивнула и убежала, но потом вернулась и, быстро бросив «спасибо!», снова исчезла.
Глава 4
В комнате отдыха в этот раз действительно царила атмосфера отдыха. Аромат свежесваренного капучино и эспрессо побуждал всех оставаться здесь как можно дольше, а именно это и было нужно Виолетте. С неизменной улыбкой на лице, она, бросая быстрый взгляд на часы, медленно переходила от клиента к клиенту, смеялась с ними, собрала необходимую информацию и ловким движением руки делала какие-то пометки в телефоне.
Виолетта любила свою работу, любила достигать поставленных целей, любила порядок и красивые цифры в красивых табличках. А вот опоздания, отклонения от планов она не любила. А еще она не очень любила людей, потому что их не всегда удавалось впихнуть в таблички. Да и планы обычно срывали именно люди.
Поэтому, когда через 7 минут отсутствия Оливия наконец-таки появилась в гостевой комнате, улыбка на секунду сошла с лица Виолетты, так как синей папки в руках у девушки видно не было. Но начальница быстро взяла себя в руки и вернулась к разговору с важным клиентом. Сначала – клиенты, потом – сотрудники, и этого золотого правила ничто не могло нарушить.
Едва войдя в дверь, Оливия сразу наткнулась на пронизывающий взгляд Виолетты. Но та быстро отвернулась от нее и продолжила общение со странно одетым худощавым мужчиной. Среди среднестатистических, обычных людей, которые сидели в мягких креслах, тихо беседовали или громко смеялись, он приковывал к себе взгляд своей экстравагантной одеждой и аурой спокойного превосходства.
Он был одет в какую-то длинную черную то ли рубашку, то ли плащ, мешковато скрывающий всю его фигуру. При этом откуда-то было совершенно точно понятно, что фигура под этим балахоном кроется отличная – гибкая и сильная. Возможно, это передавали плавность и точность редких движений, и ощущение скорее некого парения над землей, нежели стояния. Оливия даже специально посмотрела на ноги – но с ними было все в порядке – они точно касались земли ровно так же, как и ее собственные.
Лицо мужчины было закрыто таким же балахонистым капюшоном, настолько большим, что он отбрасывал тень почти на все его лицо, и единственное, что Оливии удалось разглядеть на лице – это темные солнцезащитные очки. И хотя было очевидно, что притушенный мягкий свет комнаты отдыха никак не мог заставить кого-то жмуриться от солнца, мужчина явно не собирался их снимать и чувствовал себя в своем лично созданном полумраке совершенно комфортно.
Присмотревшись к остальным гостям, девушка заметила, что все они периодически бросают короткие взгляды на мужчину, но при этом никто не смотрит ему в лицо – все пытаются изобразить либо взгляд сквозь него, например, как бы рассматривают стоящую за ним кофемашину, либо разглядывают элементы его одежды. Некоторые, как показалось Оливии, тоже проверяли, касаются ли его ступни земли. Но при этом всеми управляло какое-то негласное правило, призывающее изображать полное отсутствие интереса к присутствию незнакомца в комнате. Он явно был важным человеком, и портить с ним потенциальные отношения назойливостью никто не хотел.
Виолетта стояла чуть ли не впритык к таинственному клиенту. Пытаясь соблюдать хоть какую-то дистанцию, она максимально близко наклонилась к его лицу, и Оливия даже начала переживать, не упадет ли ее начальница из-за дисбаланса массы и отсутствия надлежащей опоры? Как только девушка об этом подумала, Виоллетта сделала знак рукой Оливии и оперлась рукой о софу. Они были единственными в комнате, кто стоял.
Подойдя поближе, Оливия поняла причину странной позы начальницы. Незнакомец говорил крайне тихо. Его речь даже скорее можно было охарактеризовать как шёпот. Как только девушка подошла на расстояние вытянутой руки, он как будто почувствовал ее присутствие и повернулся к ней в вежливом молчании.
Девушка уже начала протягивать ладонь для рукопожатия, но заметила, что мужчина стоял совершенно неподвижно. Поэтому она быстро сменила направление движения руки и сделала вид, что хотела поправить волосы, что было достаточно глупо, так как волосы были собраны в хвостик. Дотронувшись до резинки на волосах, она вдруг отчетливо вспомнила мысль какого-то мудрого психолога о том, что прикосновение к волосам во время встречи выдает нервозность и неуверенность в себе. Поэтому она быстро отдёрнула руку, и ей показалось, что под капюшоном промелькнула быстрая улыбка.
– Это наша новая сотрудница, – нарушила бесконечную неловкую пазу Виолетта, – Оливия Стоун. А это…
– Зовите меня Ми…ль – мужчина перебил начальницу.
– Мишель? – переспросила Оливия, приблизившись к гостю, чтобы получше расслышать шепот его слов. – Простите, я просто услышала Мишель, но это женское имя, так как вас зовут?
Виолетта вонзилась в сотрудницу злым недовольным взглядом, положила ей руку на плечо и с улыбкой повернувшись к мужчине, уже набрала воздуха, чтобы заговорить, но клиент снова опередил ее:
– Да, вы все верно услышали, вам не стоит так сомневаться в себе. Зовите меня Мишель. Мужское, женское, плохое, хорошее – в нашем мире, к сожалению, так много ненужных оценочных категорий, вы не находите?
– Да, нахожу, – машинально ответила Оливия, ощущая чуть слишком сильный нажим на плече от руки начальницы.
– Рад слышать, немногие разделяют эту точку зрения, – вежливо прошептал Мишель.
– Да, я тоже полностью с вами согласна, – уловив, наконец-то, паузу, сказала Виолетта и чуть повернула голову от гостя к девушке, – Оливия, ты принесла мне папку, о которой я тебя просила?
– Э… – девушка, окруженная доброжелательной аурой гостя, уже забыла и про папку, и про придуманную красивую фразу, объясняющую всю нелепую ситуацию с кабинетом. – Понимаете, нет, к сожалению. Я, видимо, забыла номер кабинета.
В глазах начальницы блеснула победная искра, но она с улыбкой мягко произнесла:
– Ничего страшного, 432-ой. Можешь, пожалуйста, сходить еще раз? Я бы не просила, но эти документы нужны мне срочно. Поэтому, сама понимаешь, – она многозначительно не закончила фразу.
– 432-ой, вы… уверены? – Оливия не могла представить, как развернуть этот диалог дальше, и возможная оговорка начальницы была ее единственной, последней надеждой. Но не сошла же она с ума? Она же три раза все проверила!
– Оливия, я уверена, – отчеканила Виолетта.
– Но… – Оливия терялась под прицелом начальницы, и еще больше ее дезориентировал контраст жесткого взгляда и широкой улыбки. Мысли путались, и работоспособное объяснение не формулировалось даже в голове, не что чтобы в словах. В итоге девушка сдалась и выпалила как все как есть.
– Я понимаю, что это прозвучит странно, но на 4-ом этаже нет 432-ого кабинета, – чтобы избежать глаз начальницы, она посмотрела на гостя, и, казалось, он был полон сочувствия. Хотя тень капюшона и очки не давали определить какую бы то ни было эмоцию точно, так что девушка понимала, что, скорее всего, она выдает желаемое за действительное.
– Оливия, я работаю здесь уже более 5 лет, и три из них – в должности начальника сектора приема клиентов на 4ом этаже в 432ом кабинете, – сказала Виолетта, впервые забыв про улыбку. – Он точно есть. Более того, – она взглянула на Мишеля и ее голос смягчился, – я же показывала тебе этот номер, когда мы вместе сегодня в него шли после того, как я тебя встретила на проходной. Помнишь? – начальница улыбнулась сначала сотруднице, а потом клиенту.
– Да, показывали.
– И номер тогда был?
– Был, – девушка отвела взгляд на окно. Там стоял в ярком синем горшке замеокулькус, и в голове Оливии отчетливо пронеслась мысль, как хорошо сейчас замиокулькусу: о нем заботятся, его поливают, ему не нужно зарабатывать денег, запоминать номера кабинетов, он никогда не чувствует себя глупым, или не оправдавшим ожидания. Так как никто ничего от него не ждет. Отчего же она не замиокулькус? Может быть, уволиться прямо сейчас? Может, она не годится ни для какой работы? Может…
– Оливия, – продолжила начальница, мягким голосом, – я понимаю, первый день, с каждым может случиться, что-то забыла. Кто из нас не забывал? – она обратилась она к Мишелю, но потом снова перевела все внимание на сотрудницу, и сочувственно похлопала ее по плечу. Чуть медленнее, чем стоило, – все в порядке. Сходи, пожалуйста, еще раз, я уверена, у тебя все получится. – Виолетта была довольна собой, и хотела уже остановиться, но не сдержалась, – это не так сложно, правда?
– Да, конечно, – девушка развернулась, чтобы уйти, но голос Мишеля остановил ее:
– А вы будете сопровождать нас в круизе? – спросил он, чуть повысив голос в начале фразы, чтобы Оливия смогла услышать его, но потом снова перешел на шёпот, как будто чего-то испугавшись.
– Нет, что вы, – ответила начальница, – с вами поедут наши лучшие опытные инструктора. Вы сможете познакомиться с ними сегодня после обеда.
– Как жаль, – ответил мужчина, и с невероятной плавностью положил руку на плечо Виолетты. Свет ближней лампы ярким блеском отразился от камня на его кольце, – вы знаете, я был бы очень рад, если бы Оливия тоже сопровождала нас, – Мишель тут же спрятал руку обратно под длинные рукава своего объёмного одеяния.
Оливия вышла из комнаты отдыха и медленно снова поднялась на четвертый этаж. Понуро она поплелась по правому коридору, дав себе слово, что, если кабинет не обнаружится, она просто уйдет от сюда и не вернется. Вещи потом можно будет забрать от мужчины за стеклом. Представить еще одно объяснение с начальницей было невозможно. А на круиз ее все равно никто не пустит.
Вдруг Оливия остановилась. С двери посередине пути на нее смотрела табличка «432». Девушка даже потрогала ее для верности, и табличка ответила ей теплой гладкостью пластика. Как же так? Как можно быть настолько невнимательной? Как она сейчас понесет папку обратно? Да, похоже, начальница в чем-то и права – это все не так и сложно. Не зря она 5 лет работает, не зря…
Оливия открыла дверь и с недоверием оглядела знакомую обстановку. Да, тот самый кабинет. Где был, там и есть. Как же она его пропустила?
Девушка подошла к своему столу, сдвоенному со столом начальницы, и потянулась за папкой, но ее окликнули:
– Оливия? Так тебя зовут? – милая девушка с каштановым каре и дружелюбными глазами внимательно на нее смотрела.
– Да, Оливия.
– А я – Тоня. Нас не представили, – Тоня встала из-за стола и протянула руку. Оливия сразу же прониклась к ней симпатией, такое простое человеческое отношение ей вдруг показалось проявлением самых искренних дружеских чувств. А все-таки и нормальные люди здесь тоже работают!
– Да, я новенькая, – Оливия широко улыбалась, пожимая руку коллеги.
– Я знаю. Просто ты так быстро погрузилась в работу, что мы и не познакомились. звонила Виолетта, сказала, что папка ей уже не нужна. Она попросила тебя ознакомится с материалами в наше общей папке, пока она не вернется. – Тоня передала Оливии какие-то бумаги, – вот. Хочешь чаю попить?
– А Виолетта когда вернется? – настороженно спросила девушка.
– Не скоро! – рассмеялась Тоня, – выдыхай! Встречи с клиентами Виолетта проводит первоклассно, у нее каждый хотел бы этому научиться. Но делает она это долго, так что тебе, скорее всего, и задержаться придется, привыкай.
Оливия действительно выдохнула, тяжесть наполовину ушла с плеч. Она расслабленно опустилась на свой стул.
– Чай-то пойдем пить? – улыбнулась Тоня.
– Да, давай! Слушай, а ты не знаешь, что там был такой за странный клиент в необъятной одежде?
– В необъятной? Странная характеристика.
– Ну, еще шёпотом говорит.
– Еще и шёпотом? Нет, таких точно не знаю, но я и далеко не со всеми клиентами знакома. Все самые важные и сложные – как раз у Виолетты. А вот и чай – ты какой будешь?
До самого вечера Оливия читала внутренние регламенты.
Вечером Виолетта снова позвонила и через Тоню передала, что Оливия может ее не ждать и идти домой, так как она не хочет, чтобы сотрудники ее отдела задерживались. Серьёзно? То есть присылать многостраничный регламент в ночи – это нормально, при том, что явно не было такой уж необходимости с ним срочно ознакамливаться, а вот задержаться вечером – нельзя? Здесь два варианта – либо с ней рядом стоит Мишель, и она сказала это для него, либо необходимость ознакомления была, но после фиаско с поиском кабинета Виолетта решила не поручать Оливии задание, связанное с использованием регламента. Какая версия верна? Оливия не знала.
Из кабинета они вместе с Тоней выходили последними, закрывая дверь, Тоня бросила взгляд на табличку с номером:
– О! Табличку вернули! Как быстро их почистили в этот раз!
Оливия невесело рассмеялась на выдохе. Все-таки она нормальный человек, может на себя положиться, и это несказанно ее обрадовало. Она даже решила по этому поводу купить вредный тортик по дороге домой. В конце концов, у нее был стресс, имеет право!
Глава 5
Добравшись до дома, Оливия быстро заглотила яичницу, поджарив ее на минимальном количестве масла, забралась с ногами в любимое кресло и решила включить какой-нибудь легкий сериальчик.
Но вскоре девушка поняла, что смотрит она рекламный ролик, и попытки вспомнить, на чем оборвался сюжет, не привели к успеху. В голове роились неясные мысли, так что сфокусироваться на событиях внешнего мира никак не удавалось. Поэтому Оливия взяла телефон и позвонила подруге Марте. Телевизор она не выключила, так как Марта никогда не брала трубку с первого раза. Обычно после звонка на телефон, потом в аудио и видео мессенджеры, нужно было подождать часик, пока Марта перезвонит. Иногда часик растягивался на дни, но тут неожиданно Оливия услышала в трубке голос:
– Ну, решила-таки узнать, как у меня дела – изображая обиженный голос сказала Марта.
– Ну, не то, чтобы. Хотела пожаловаться, но ты уж расскажи.
– Нет уж, теперь ты жалуйся сначала. Тем более я готовлю и мой рот полон огурца, так что я с удовольствием послушаю, как плохо прошел твой первый рабочий день. Хотя про это я, наверное, должна слушать без удовольствия, да?
– Короче, я увольняюсь.
– В смысле? Ради этого я даже перестану резать салат и переключусь на гарнитуру, – В трубке послышался легкой треск, потом голос Марты настойчиво вернулся. – Все настолько плохо?
– На самом деле я не знаю. Но начальница моя какая-то неприятная женщина. Прямо в дрожь бросает, как вспомню ее натянутую краснопомадную улыбку.
– Так что еще она сделала, кроме того, что улыбалась тебе?
– Ну… – Оливия встала с кресла, включила камин, отметив, что нужно бы протереть с него пыль, и села в кресло, накрывшись по плечи мягким пледом. – Вынуждена признать, что ничего конкретного. Но она высылает мне регламенты для изучения поздним вечером для срочного ознакомления, а на следующий день эти регламенты мне вообще не пригодились. Хотя… – девушка задумалась
– Я все еще тут, – напомнила о себе Марта, чем-то хрустя. – «Хотя» что?
– Я так глупо накосячила, она, наверняка, решила, что я сотрудник-идиот, – Оливия залезла с головой под плед, но там было нечем дышать, поэтому она быстро высунула голову обратно.
– Детали, коллега, я жду деталей! Наверняка все было не так ужасно. Но чтобы сказать это не с 99% уверенностью, а со 100%, мне нужно больше информации.
Оливия рассказала историю про кабинет.
– То есть, в первый раз находясь в большом новом помещении, ты не нашла кабинет из-за того, что там меняли таблички, – резюмировала ее рассказ Марта.
– Ну, если так посмотреть, то ты права, это звучит не так ужасно. Но! Я вспомнила! Она вела себя со мной на встрече с клиентами просто ужасно.
– И снова нужны детали.
– Она все пыталась отправить меня за папкой обратно, отвечала за меня на вопросы клиента, адресованные мне, и всячески пыталась от меня избавиться. И сдавила мне руку, – Оливия проверила, нет ли на руке синяков, но их не было. – Но надо признать, что синяков нет.
– То есть в первый день на работе тебя не избили. Это хороший результат.
– Ну, я серьезно! – чуть обиженно протянула девушка.
– Так и я серьёзно. Первый день всегда сложный. Начальники никогда не бывают хорошими людьми, по крайней мере, не с первого дня. Ничего страшного не произошло, и, если твоя начальница все же адекватна, она узнает про смену номеров и все встанет на свои места. Кончай себя накручивать. Думай о путешествиях, в которые мы поедем на твои деньги.
– Так вот что тебе от меня нужно на самом деле, – улыбнулась Оливия.
– Но не могу не сказать, что, если в первый день хочется уволиться, то, может, нужно уволиться?
– Но ты же только что мне сказала, что все нормально!
– То ТЫ же сказала, что хочешь уволиться!
– Вот до этого предложения все было уже почти хорошо!
– Ладно, мне тут уже пора стол готовить. Я узнала, что у тебя все хорошо, или почти уже хорошо, так что давай прощаться.
– Подожди, так, а ты что мне хотела рассказать-то? – быстро проговорила Оливия
