Собственный голос показался чужим и хриплым. Ого, ничего себе, как я могу, если разозлюсь. И плевать, что это все мираж, нарисованный подсознанием. Значит, где-то в глубине дремлет сильное «второе я», способное дать отпор.
Мной завладел бесшабашный азарт, сейчас море было по колено, хотелось развлечений – и чем больше, тем лучше. Несостоявшийся кавалер попытался ответить и даже замахнулся на меня, но, видимо, что-то такое отразилось на моем лице, что он резко передумал. Бормоча проклятья, отступил, смешиваясь с остальными посетителями. Я победно расхохоталась. Так-то! Сама буду выбирать того, кто мне нужен! Я повернулась в сторону мужчины, так прочно завладевшего моим вниманием. Наши взгляды встретились, и внутри меня, разливаясь по всему телу, заструилось жидкое пламя. И чем дольше он смотрел, тем горячее мне становилось. Надо полагать, моя недавняя стычка привлекла его внимание, он все отлично видел и слышал. Незнакомец вопросительно изогнул бровь и отсалютовал мне своей кружкой, выказывая одобрение. Я расценила это как знак к действиям, все равно ведь собиралась с ним познакомиться. Подошла и присела за его столик.
– Не возражаете?
Он заинтересованно и не стесняясь разглядывал меня некоторое время, потом кивнул.
Честно говоря, дальше я понятия не имела, что говорить и что делать – сказывалось отсутствие опыта. Поэтому я только смотрела, любуясь, и смущенно улыбалась.
– Прогуляемся? – наконец нарушил он молчание. – Тут шумно. – Он обвел помещение пренебрежительным взглядом. – Да и публика оставляет желать лучшего.
Радостно кивнула, с ним я готова отправиться хоть за край мира.
– Как тебя зовут, прелестное создание? – спросил мой спутник, когда мы оказались на улице.
– Мартинити.
Я без колебаний взяла его под руку, он естественным жестом согнул ее. Мы пошли вдоль длинной аллеи, под ногами шуршала опавшая листва.
– Бабочка, значит, – развеселился мужчина, – тебе подходит. Что же ты искала сегодня, девочка? Летела на свет, хотела сгореть? Что привело тебя ко мне?
Странные вопросы он задает, очень разумные для плода моей фантазии.
– Вы меня звали, и я пришла, – откровенно ответила я.
– Вот как? Звал? Неординарное начало, ты мне нравишься, выдумщица.
– Вы воин?
Мужчина нахмурился, остановился и взял мое лицо в ладони, внимательно изучая и словно ища ответы на свои вопросы. Потом расслабился и улыбнулся.
– Не совсем, хотя назови меня так – и не ошибешься.
От столь близкого его присутствия по телу пробежали одна за другой теплые волны. Там, где он прикасался, становилось очень приятно, казалось, его пальцы щедро дарят нежность. Я почувствовала, как мое дыхание сбилось, грудь наполнилась новым, до этого неизвестным чувством. Из зачарованного состояния меня вывел его бархатный голос:
– Куда тебя проводить?
Не сразу поняла, о чем он спросил, а когда дошло, стало страшно. Мне нельзя его потерять, нельзя. Я хочу оставаться с ним рядом. Пользуясь тем, что мужчина все еще стоит, склонившись надо мной, я подалась вперед и поцеловала его. Мир вокруг вспыхнул мириадами ярких огней, все поплыло и смазалось. Сейчас были только мы: только я и он. И он мне очень нужен! Сначала робко и неумело, затем наплевав на все, уже гораздо увереннее, я продолжала наслаждаться прикосновением его губ. После недолгого замешательства он ответил на поцелуй и восполнил отсутствие моего опыта. Оставалось только подстраиваться и получать удовольствие. Его пальцы запутались в моих волосах, затем плавно и осторожно заскользили вдоль спины, оставляя следы приятной истомы. И вот мы уже оба часто дышим, а пространство вокруг наполнено пьянящим ароматом желания.
Мужчина неохотно отстранился и, обнимая меня за талию, куда-то повел. Мне даже было неинтересно куда, настолько тело захватывали новые, ранее чуждые чувства и ощущения. Тем более я знала совершенно точно – он для меня не опасен. Не замечая дороги, не замечая вообще ничего вокруг, я сосредоточилась только на его точеном профиле. До чего же прекрасный лик, словно сам бог спустился на землю.
– Имя, как твое имя? – обеспокоенно поинтересовалась я. Зная имя, всегда будет возможность отыскать его, если потеряю.
– Мм? – он отвлекся от своих мыслей. – Асти, зови меня Асти.
Тем временем мы добрались до куда более дорогой гостиницы, чем та, в которой остановилась я. Вокруг летали пушистые шары из разноцветных нитей, ориентироваться в пространстве становилось сложнее. После того как я пару раз споткнулась, мужчина уверенно подхватил меня на руки и, не сбавляя темпа, последовал дальше.
– Где мы, Асти? – спросила я, не очень понимая зачем. Ведь на самом-то деле, какая разница где? Главное – с кем.
– У меня в номере, ты разве против? – жарко выдохнул он мне в ухо и тут же принялся покрывать шею поцелуями.
Стоя спиной к нему и чувствуя ласковые руки на талии, я все меньше соображала. Определенно, против я не была. Но все-таки странный сон, такие реальные ощущения, даже страшно. И в то же время дико, упоительно приятно. Я задрожала всем телом, когда его пальцы скользнули мне под рубашку, дотронулись до груди. Тихий стон сам собой слетел с моих губ, я расслабилась и поплыла по течению. Сейчас весь мир сузился до одного-единственного человека, до одной потребности – быть с ним рядом, до единственного желания – чтобы он не останавливался. Полагаю, оно было взаимным, останавливаться Асти не собирался. Как-то незаметно я осталась практически без одежды, меня усадили на высокий столик с зеркалом, а мужчина придвинулся вплотную, позволяя обвить его шею руками, а бедра ногами. Поцелуи Асти становились более требовательными, более страстными, в них уже не было той нежности и ласки, как раньше. А я… я вдруг растерялась, внезапно ситуация показалась чересчур откровенной даже для сна, даже для странных фантазий. Стало жутко неловко.
Мужчина, заметив перемену в моем настроении, остановился и слегка нахмурился.
– Что-то не так? – хрипло поинтересовался он.
– Я… Асти, я не знаю, мне не совсем удобно.
Он перестал хмуриться и лукаво улыбнулся.
– Хорошо, давай попробуем так.
И одним плавным движением я оказалась лежащей на просторной кровати.
Медленно продвигаясь вверх, по моей ноге скользили его ловкие пальцы. Сразу за ними следовали мягкие поцелуи, и чем выше они поднимались, тем труднее мне становилось дышать. Я с удовольствием гладила голову Асти, перебирала пряди растрепавшихся волос и бездумно шептала его имя. Но когда мощное тело мужчины накрыло мое и я ощутила весь его вес и силу желания, что-то резко пошло не так. До слуха донеслись птичий клекот и царапание по стеклу. Марево миража стало размываться, все больше пропуская меня в настоящий мир. Окно распахнулось, в него влетело странное существо, сотканное из белоснежных, чуть мерцающих нитей. Можно было бы назвать это птицей, хотя оно ею точно не являлось.
– Командир, мы нашли их! Ждем ваших указаний! – трескучим голосом выкрикнуло нечто и растаяло в воздухе.
Асти скривился, буркнул что-то типа «А не пошли бы вы лесом?» и продолжил начатое. Вернее, попытался продолжить…
Я словно вынырнула на поверхность из-под толщи мутной воды, вмиг осознав, что все случившееся вовсе не сон. И мой поход в таверну, и разносчик, и приставучий наглец, и… великолепный мужчина напротив – это реальность! Сразу стало стыдно, зябко и до слез обидно. Как так могло случиться? Что со мной, почему я здесь оказалась, как допустила такое? Судорожно отпихивая от себя Асти, я попыталась завернуться в покрывало.
– Это всего лишь магический вестник, чего ты испугалась, бабочка? – недоуменно спросил новый знакомый. М-да, весьма уже близкий знакомый.
Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь подобрать хоть какое-то объяснение случившемуся. Мозг выхватил из его слов ключевое – магический вестник.
– Так ты маг? – бесцветным голосом поинтересовалась я.
– Ну, это что-то меняет? – раздраженно спросил он.
– Ты… вы… – Я запуталась, не зная, как теперь следует вести себя с ним. – Бесчестно с вашей стороны так поступать! Чарами заманивать в свои сети девушку!
На глаза навернулись слезы от злости на этого проходимца, казавшегося таким сказочным принцем, и от отвращения к самой себе, так легкомысленно доверившейся первому встречному. Он озадаченно сел, потом, осознав, в чем именно его обвиняют, очень разозлился.
– Мотылек, у тебя с головой все в порядке? Не ты ли сама подошла ко мне? А кто полез целоваться, ясно давая понять о своих намерениях? Я уж молчу про все остальное. Кто это тебя заманивал? Очнись!
Он раздраженно вскочил и принялся одеваться.
– Вы, – предъявила я, все больше складывая отдельные кусочки мозаики в единую картину. – Магией выманили меня из дома, заставили прийти в то злачное место, а потом… потом… не знаю, как там у вас это называется, загипнотизировали, наверное.
Асти дико расхохотался, заставляя меня вздрогнуть всем телом и сжаться в комок от страха и непонимания причины веселья. Тем более что его темные глаза оставались серьезными, да что там – в них плескалась ярость!
– Ну и фантазия у тебя, – наконец проговорил он. – Надо было сразу догадаться, что ты не в себе. Сначала сама на шею вешаешься, потом строишь из себя оскорбленную невинность.
Уже полностью одетый, он одним резким движением оказался рядом с кроватью. Низко навис надо мной, болезненно схватив пальцами подбородок, заставляя смотреть прямо в его бездонные, опасно сверкающие глазищи.
– Я тебе вот что скажу, девочка: не играй с огнем! Я умею себя контролировать, хотя признаюсь – остался далеко не в восторге от твоего поведения. Но в другой раз тебе может попасться куда более несдержанный мужчина, и тогда ты о-о-очень пожалеешь о своих странных капризах. Всегда иди до конца или не начинай, поняла?
Я мало что поняла, по щекам катились слезы, думать было невыносимо, хотелось помыться и спрятаться ото всех. Сейчас я могла воспринимать только его бархатный, завораживающий голос, не вдаваясь в смысл произнесенных слов, да сдавленно всхлипывать, стараясь не разрыдаться в голос. Асти смерил меня презрительным взглядом и, больше не сказав ни слова, быстро вышел, хлопнув дверью. Вот и все. С его уходом стало невыносимо тихо, а внутри поселилась пустота. Слезы высохли. Я отстраненно оделась и в растерянности замерла посреди чужой комнаты, не представляя, где нахожусь. Смесь обиды, отвращения и тоски по чему-то утерянному лавиной утопили остальные чувства. А ведь он мне так нравился… Даже теперь, когда я знала, что он настоящий. Особенно теперь.
Ведьма и бес
Впервые внутри книги стояла потрясенная тишина. Узники с изумлением смотрели, как маг собирается и бросает Мартинити, а та в свою очередь плачет. Только неясна была причина ее слез: то ли от стыда, то ли потому, что мужчина не закончил начатое.
– Вот поэтому в такие ответственные моменты нужно ставить полог сокрытия, – веско произнесла Шэдар, которой стало обидно за подопечную. Провал своевольной девицы здорово ударил по самолюбию ведьмы. – Глупышка упала к нему в руки, как спелая слива, а он отказался. Другой бы дожал, а этот… Нам такой герой не нужен!
– Что? – опешил бес.
– Ты посмотри на нее! Ребенка жалко.
– Что? – вновь повторил хвостатый. Шэдар и жалость никак не вязались в его голове.
– Поверил? – ехидно заметила ведьма. – Ладно, пора уходить отсюда. Что мы ей – другого мужика не найдем?
Бес на эту фразу только рассмеялся – вот в этом заключалась вся суть Шэдар.
Книга осторожно выползла из-под стола, куда ее вместе с рюкзачком в порыве страсти зашвырнул герой девичьих грез. Узники не растерялись и выбрались наружу, чтобы за всем наблюдать, но оставаться незамеченными. В клетке всегда не хватало развлечений, а представление на тот момент обещало быть на славу.
– Слушай, она никуда не собирается, – произнес хвостатый. – Ну что, сломала девочку?
Мартинити все еще стояла посередине комнаты и отсутствующим взглядом смотрела в стену. Какие демоны терзали ее, никто из заговорщиков не знал, но ведьма никогда не доверялась случаю.
– Подвинься! – Шэдар отпихнула беса и заняла место в центре. – Просто еще не отошла от потрясения, сейчас все исправим.
На месте книги появился сгусток тьмы, мгновение – и он распался, освобождая черную птицу. Связь с Мартинити напитала силой иллюзорный мир книги, быстро вернув ведьме временно утраченные способности. Ворон повел крыльями, переступил с одной лапы на другую и хищно уставился на девушку.
– Пошла потеха! – прокричала Шэдар, закладывая крутой вираж под потолком комнаты.
Ворон, громко каркая, спикировал на Мартинити, она испуганно взвизгнула и попыталась отмахнуться. Настырная птица не обратила никакого внимания на попытки жертвы обороняться и гнала ее вон из комнаты. Когда за несчастной захлопнулась дверь, ворон победно каркнул и подлетел к окну.
– И что дальше? – с любопытством спросил бес.
– Сейчас увидишь, – пообещала ночная охотница.
Через несколько минут на улице показалась Мартинити, она оглядывалась по сторонам и явно не знала, куда идти дальше.
– В атаку! – прокричал бес, забираясь на любимый пень и выхватывая воображаемый меч.
– Ура! – поддержала его ведьма. Разбив стекло, птица вырвалась на свободу.
Ворон гнал девушку, как дичь, то отлетая, то снова пикируя. Прохожие, попадавшиеся в столь ранний предрассветный час навстречу парочке, лишь расступались. Так бы все и продолжалось, если бы кто-то сердобольный не посочувствовал бедняжке. Метко пущенное яблоко сшибло ворона на подлете к цели, и тот, кувыркнувшись пару раз в воздухе, рухнул в канаву. Обкусанный плод приземлился чуть дальше.
– Что за народ пошел? – задала риторический вопрос Шэдар, вставая.
– Не говори, – согласился бес, ласково поглаживая свой хвост. Рогатый неудачно приземлился при падении книги. – Что с девчонкой делать будем?
Ведьма оглянулась и произнесла:
– Тьма с ней, «Хитрую устрицу» уже видно.
– Нам бы вперед Мартинити успеть.
– Знаю, – недовольно буркнула Шэдар, разминая пострадавшее крыло.
Глава 4
Рантар
Рантар Асти направлялся на самую окраину Лестэйла, по пути осмысливая произошедшее. Злость в душе улеглась, и лишь слово «абсурд» полностью характеризовало ситуацию. Бабочка сама прилетела к нему, чтобы сгореть в пламени страсти, а затем обвинила во всех грехах. Что ж, он вынужден был признать: это очень по-женски – мужчина априори виноват. И неважно, что его околдовал фиолетовый мотылек, так доверчиво прижимающийся к нему своим телом. Рантар стиснул зубы, вспомнив все округлости девушки, ее нежную светлую кожу и затуманенный взгляд, потом резко выдохнул. Даже холодный утренний ветер не смог до конца затушить жар в крови и отрезвить ум.
– Если утро оказалось столь занимательным, то каким окажется день? – вслух произнес он.
Опасения стали пророческими. Вестник, отправленный Теодором Лепортом, главой разведывательного отряда, запустил лавину событий, и она поглотила Рантара с головой.
Не так давно у одного из коллекционеров обнаружили «Кисть мертвеца». Естественно, что как только об этом узнали жители Вольных Земель, артефакт выкрали. Теперь Асти шел по следам воров, и то, что попадалось на пути, не нравилось ему все сильнее. В воздухе веяло пеплом. Быть может, только он чувствовал, что вольные вновь заключили сделку с одной из сущностей пекла?
Дом на окраине принадлежал торговцу, известному тем, что в его лавке всегда можно было отыскать весьма специфические вещи, в том числе древние артефакты. И еще в начале следствия Рантару следовало задуматься, откуда последователи Зогарда узнали, где спрятана «Кисть мертвеца». Иначе зачем они так резво наняли воров?
Но нет же, он решал другую проблему, возникшую из-за нового указа императора: «В целях повышения качества образования в высших магических заведениях ввести дополнительные часы боевой подготовки». Казалось бы, как его – наставника воинов, преподавателя боевой магии, высших заклятий разрушения и чароплетения на стыке нескольких стихий – это коснется? Ведь боевые училища упразднили! Теперь маги, рожденные с искрой воина, способные направлять стихии против врага, должны получать образование только в университетах на соответствующих факультетах.
Среди боевиков такие заведения насмешливо называли институтами благородных девиц, потому что ежегодно оттуда выпускались исключительно мирные магические специальности: артефакторы, зачарователи, провидцы, зельевары, алхимики, целители и прочая братия. Боевых магов испокон веков обучали в закрытых училищах. Каждый из учеников приносил клятву на крови, присягая на верность Карфаенской империи, и служил ей до последнего вздоха. С мирных специализаций, коими так славились университеты, государство не требовало никаких клятв, но собирало ежегодный налог.
И Асти обязали преподавать в одном из таких учреждений.
От обретенной и вновь утерянной свободы мысли Рантара вновь вернулись к ночной проказнице, что так соблазнительно изгибалась в его руках. В голове тут же всплыли воспоминания сладких стонов девушки со столь необычной внешностью.
– Проклятье! – выругался он. Ведь в этом противоречивом мотыльке совершенно не чувствовалось фальши, она не играла и точно не была подарком одного из его врагов, как он предположил вначале. Кроме того, Рантар не сомневался – девушка точно знает, чего хочет. Та ее забавная разборка с пьяным наглецом в таверне показала, что она не из робкого десятка. Но проклятый вестник испортил ему отдых. Тряхнув головой, маг попытался сосредоточиться на деле.
В доме торговца, куда привел его вестник, смерть собрала богатую жатву. Изнутри сооружение походило на лавку мясника: стены, пол и потолок заляпаны кровью, а в подвале на жертвенном алтаре лежали тела людей.
– Да, вы нашли их, – брезгливо перевернул одного из погибших Асти. – Вот только кто-то нашел их раньше.
И почему-то Асти не сомневался, что ученики Зогарда уже завладели «Кистью мертвеца» – весьма ценным и опасным артефактом.
Мартинити
Я ехала прочь из страшного города: обманчивого, фальшивого, как и все прелести ночной жизни – когда наутро после восторженной эйфории тебя с головой накрывает чувство усталости, бессилия и пустоты. Все счастье, весь восторг от праздного времяпровождения оборачивается в воспоминаниях пустым ярким фантиком, ничего не значащим в реальной, куда менее цветной жизни.
Как я добралась до своей гостиницы, даже вспоминать было страшно.
После ухода Асти все пошло наперекосяк. Какая-то нелепая ворона внезапно ополчилась против меня, вознамерившись заклевать за одной ей ведомые проступки. И откуда она только взялась? Может, это своеобразное воплощение стыда, который я так беспечно позабыла на эту долгую ночь? Тряхнула головой, отгоняя глупую мысль, и сосредоточилась на том, как отделаться от птицы. Странно, уже второе дикое животное на моем пути, не припомню, чтобы раньше сталкивалась с подобным.
И лишь по счастливому стечению обстоятельств или благодаря милости богов, убегая от взбесившейся вороны, я оказалась совсем рядом с «Хитрой устрицей». Какое же облегчение я испытала, осознав, что не придется метаться по незнакомому городу и приставать к прохожим в попытках разузнать местоположение своего временного жилья. Ненадолго я даже забыла о ночных событиях, настолько меня напугала жуткая птица.
Оказавшись в номере, я сразу направилась в ванну. Но вода не смогла смыть гнетущее чувство: горькое разочарование со смесью отчаяния и обиды. Сколько бы я ни терла кожу, на ней оставался запах мужчины, которого я так близко к себе подпустила – впервые в жизни. Благородный воин оказался лишь красивой картинкой, образом, скрывающим под собой неприглядную сущность. Ведь он мог завладеть вниманием любой понравившейся женщины, с его-то внешностью. Но нет, нужно обязательно совершить подлость. И почему мне встречаются одни негодяи? Сын наместника, обладая и красотой, и положением в обществе, мог рассчитывать на благосклонность очень многих дам, но предпочел грубо напасть в подворотне на беззащитную девушку. Ненавижу!
От ощущения, что меня использовали, хотелось завыть в голос, но я не позволила себе подобной слабости. Кроме того, от себя самой не убежишь, и, стыдясь, я признавала, что мне понравилось быть с этим порочным мужчиной. Симпатия к нему не исчезла вместе с наведенным мороком, яркие ощущения по-прежнему будоражили тело, хоть сознание и пыталось воспротивиться. Стыд и непозволительное в данной ситуации чувство удовольствия, смешиваясь, отравляли меня изнутри. Я продолжала все сильнее тереть кожу, пытаясь избавиться от малейших следов присутствия Асти в своей жизни.
Ни о какой прогулке по городу больше не могло быть и речи. Завернувшись в полотенце, я бездумно пролежала на кровати почти до самого отправления экипажа. В последний момент усилием воли заставила себя собраться и быстро, словно преступница, за которой идет возмездие, добралась до вокзала и покинула ненавистный город.
Мысленно запретив себе возвращаться к случившемуся, сосредоточилась на будущем. Скоро я окунусь в иной мир со своими законами и порядками. Вдали от дома, от привычных вещей я стану изучать много нового и интересного, обзаведусь друзьями и получу вожделенный диплом, чтобы стать независимой магичкой и войти в штат Магистрата Карфаенской империи. В счастливые грезы закралась все портящая назойливая мыслишка: сначала туда нужно поступить, а потом еще и доучиться. Но будем решать проблемы по мере их поступления, сейчас важно без приключений добраться до университета и узнать требования к поступающим.
* * *
Несколько часов спустя я стояла на территории Университета чароплетства и с любопытством разглядывала окружающих. По отработанной схеме, благодаря дежурному встречающему и уменьшенной карте города, я без труда нашла дорогу. Приятно удивило, что не я одна испытываю волнение: судя по лицам людей вокруг, все находились в легком замешательстве. В старых стенах ШтУЧКИ собрались одаренные поступающие из всех уголков нашей необъятной империи. Внешность и одежда встречались самых причудливых форм и расцветок, и среди пестрой толпы я перестала чувствовать скованность. Словно еще одна бусинка на богатом украшении светской дамы, и ничего больше. Приятно, когда на тебя не пялятся все кому не лень только из-за редкого цвета волос или, несмотря на палящее солнце, и намека на загар.
Улыбаясь собственным мыслям, я проследовала внутрь главного корпуса – величественного многоэтажного здания, напоминающего старинный замок. На первом этаже в огромном холле с колоннами и высоким потолком стояли ряды длинных столов, заваленных стопками бумаг: карточки факультетов, памятки поступающим и прочее-прочее. За столами сидели скучающие и не особо довольные адепты со старших курсов и лениво поглядывали на бестолково снующих новоприбывших. Над всем этим безобразием висел огромный плакат: «Твоя дорога начинается здесь! Добро пожаловать в Университет чароплетства!» Буквы на плакате исчезали, на их месте появлялась гора, медленно тающая в предрассветном тумане, а после вновь возникали слова приветствия.
Повсюду царили суматоха и лихорадочное возбуждение. Кстати, никого из поступающих не сопровождали слуги или родственники. Требования университета выполнялись неукоснительно – шаг к взрослой жизни человек должен совершить самостоятельно. И я была с этим полностью согласна: разумное правило, избавляющее от излишнего столпотворения.
Подойдя к большому стенду, я внимательно изучила перечень факультетов и требования для зачисления на них. Факультет иллюзий, менталистики, прорицаний, погодно-стихийных явлений, природоведения, трансформаций, зельеварения и алхимии, заклинателей, архиведения, факультет по работе с биополями и духами, аромамагии и магии звука – у меня даже глаза разбежались. Действительно, главный столичный университет отличался масштабным подходом к обучению молодых людей, имеющих дар. В этом перечне, совершенно не вписываясь в мирную картину, особняком значился факультет боевой магии. Вот уж точно, где я бы не хотела учиться, так это на нем!
Радовало, что давалась возможность подать заявления сразу на несколько факультетов и потом выбрать то, что больше по душе и где будут выше шансы пройти по конкурсу. Практически везде указывались одинаковые требования: экзамен по выявлению уровня магического потенциала и проверка общей грамотности. Только на факультете боевой магии дополнительно требовалось сдавать нормативы по физподготовке и еще много всего специфического – ну и удачи сумасшедшим добровольцам.
Третьим этапом шли более узкие испытания. В целом понятно и несложно, а я-то уже напридумывала себе… С такими условиями точно должна поступить. Экзаменация проходила в три обозначенных выше этапа, каждый день в одно и то же время, на протяжении нескольких недель. Мне оставалось подать документы, зарегистрироваться в общем реестре и, получив временный пропуск, заселиться в общежитие, а завтра явиться для прохождения испытаний. Все продумано и четко отлажено.
Определившись с факультетами, я ознакомилась с описанием предлагаемых специальностей и в итоге, заполнив анкеты, пошла подавать документы. За столом зельеваров и алхимиков меня встретила бледная девушка с темными кругами под глазами, окинула хмурым взглядом и молча забрала протянутые ей бумаги. Ой, неужели там так сложно учиться? Весь вид девушки выражал усталость и даже болезненность.
– Мартинити Дакаста, девятнадцать лет, уроженка Карфаенской империи, специальность «Снадобья для артефакторики». О, мать из расы мелиад, – на меня заинтересованно посмотрели. – Интересно, их почти не осталось, у тебя очень ценная кровь. Удобно, наверное, столь редкий ингредиент из дорогих рецептов – и всегда при тебе, – мечтательно пробормотала странная девица и хищно улыбнулась.
Э-э-э, уже не уверена, что хочу учиться именно тут. Поежилась от ее кровожадных намеков. Дождалась, пока адептка заполнит нужные бумаги, снимет копию с моих документов и, получив заветный квиточек из выписки общего реестра, поспешила убраться подальше.
Следующим на очереди стал факультет трансформаций. За его столом сидел розовощекий толстячок с копной зеленых извивающихся прядей. Я даже глаза потерла, недоверчиво взирая на это чудо. Парень подмигнул, фигура и черты лица поплыли, смазались, и в следующее мгновение на его месте сидел тощий и длинный, как жердь, черноволосый парень с надменно поджатыми губами. На мой недоуменно открывшийся рот он строго произнес:
– Милочка, не задерживайте очередь, документы давайте. Или у вас есть вопросы?
Вопросы были, и много, но я предпочла оставить их при себе. Мало ли чего от него можно ожидать? Молча протянула требуемое, завороженно следя, как он производит практически те же манипуляции, что и за предыдущим столом, только вот бумаги мне отдал седой старичок с хитро блестящими глазами, раскрывающими истинный возраст их владельца.
– Специальность «Бытовые изменения объектов биологического происхождения», хороший выбор, – одобрительно проскрипел старичок и подмигнул, точь-в-точь как толстячок с зелеными волосами. Ошарашенно покачав головой, я пошла дальше. Да уж, тут мне скучно не будет.
Последним приглянувшимся факультетом был факультет заклинателей. Здесь никто меня не изумлял и не смотрел как на часть редкого зелья. Вполне обычного вида парень с девушкой быстро и деловито заполнили бумаги. Закончив, адептка равнодушно объявила перерыв и быстро удалилась, не обращая внимания на возмущение поступающих, не успевших сдать заявления. Парень развернулся ко всем спиной и занялся стопками папок, нашептывая им что-то неразборчивое. Я вспомнила, что забыла уточнить, где находится общежитие, и обратилась к нему за помощью. Видимо, выбрала для этого не самый удачный момент – парень отвлекся, и огромная груда папок, выстроенная ровным рядом, тут же развалилась. Рассыпаясь в извинениях, я кинулась собирать получившееся безобразие, ожидая, что сейчас-то он мне выскажет все, что думает по поводу лезущих под руку девиц. Однако парень лишь устало махнул рукой и, совершив несколько пассов, снова пробормотал заклинание – порядок мгновенно восстановился.
– Сейчас как раз понесу этот хлам в архив, это по пути, могу проводить, – откликнулся парень, параллельно командуя бумажной армией. Я благодарно кивнула и поспешила за ним. – Имя у тебя такое, что-то напомнило, не соображу, – продолжил он на ходу.
– Мотылек или бабочка, – отозвалась я, – с древнекарфаенского.
– А-а-а, – протянул он, – теперь вспомнил. Ты меня удивила выбором специальности – «Щиты и ограждения». Девушки обычно выбирают что-то более… ну ты поняла, девчачье, в общем.
Я пожала плечами.
– Полезное направление, всегда смогу защитить и материальные объекты, и живых существ.
Про себя подумала, что уж мне-то освоить навыки защиты не помешало бы, с такой сумасшедшей жизнью. Парень хмыкнул.
– Рассуждаешь верно, приятно встретить здравомыслящего человека. – Он проводил красноречивым взглядом компанию разукрашенных во все цвета радуги девушек. Я улыбнулась, принимая его похвалу. – Меня Кир зовут, кстати. Может, еще пересечемся, я тоже в общаге живу. Вон она виднеется – желтое трехэтажное здание, тебе туда.
– Спасибо, Кир. Приятно было познакомиться. – Я махнула ему рукой и потопала в указанном направлении.
На входе в общежитие меня остановил воинственного вида дед, один глаз которого скрывался за черной повязкой, придавая облику схожесть с пиратом.
– Кто такая? Зачем явилась?
– Мартинити Дакаста, приехала поступать. Завтра экзамены, а сейчас заселяться пришла. – Протянула ему документы с отметками, разрешающими пребывание на территории университетского городка.
– Понятно, – глубокомысленно изрек дед, внимательно изучив единственным глазом сначала меня, потом бумаги. Он открыл толстенную книгу и вписал мою фамилию. – Комната триста тринадцать, третий этаж, правое крыло.
Быстро проштамповал прямоугольную карточку, прошептал заклинание и дунул на нее. После чего подал мне новенький пропуск с оттиском замысловатого узора по краю и моим изображением.
– Вопросы есть? Вопросов нет, – ответил сам себе, подталкивая меня в направлении лестницы. – Ступай.
Поднявшись, я критически осмотрела покосившиеся цифры на двери – опять тринадцатый номер, так и начнешь верить во всякие глупости. Ну да в моем случае вредничать и морщить нос – непозволительная роскошь. Две одинаковые кровати около окна, между ними письменный стол, на стенах книжные полки и маленький шкафчик для хозяйственных мелочей – вот и все, что я обнаружила, войдя внутрь. Ах да, еще за двумя узкими дверцами нашелся встроенный в нишу платяной шкаф. Ну, теперь точно все. Надо бы разведать, где здесь располагаются остальные удобства. Но пока я с удовольствием побросала надоевшие вещи и, усевшись на кровать, стала изучать завтрашнее расписание.
Так, ровно в десять экзамен на общую грамотность в аудитории номер три факультета менталистики, схема расположения прилагалась – отлично. В двенадцать обед, а через полчаса на малом тренировочном поле – определение уровня общего магического потенциала. Видимо, это недолго, так как в час дня мне уже надо быть на факультете зельеварения и алхимии для тестирования своих способностей к выбранному ремеслу. Далее в три к заклинателям и в четыре тридцать на факультет трансформаций, потом свободна. На следующий день в главном корпусе вывесят списки с результатами. Останется найти себя и сообразить, на чем остановить выбор, ну… или не найти. От последней мысли по позвоночнику пробежала липкая волна страха. Да нет, обязательно поступлю, мне нельзя не поступить!
Глава 5
Ведьма и бес
Огромный ворон кружил над внутренним двором университета. Адепты уже делали ставки, из какой клетки вырвалась птица: то ли с факультета трансформаций, то ли с факультета природоведения. Но ворону было совершенно все равно, что думали люди внизу. Шэдар искала, искала нечто знакомое в древних стенах – здесь находилась кровь, которой поклялась однажды одна маленькая глупенькая ведьмочка по имени Вехель. И пусть непутевая ученица одной из самых жестоких ведьм ничем не сможет помочь Шэдар сейчас, но в будущем она отыграет свою роль до конца.
Приемная дочь Гинзали Гнили нашлась в тени кряжистого дуба. Рыжеволосая девушка с наслаждением вдыхала запах осенней листвы и мечтательно перебирала желуди. Ее кудрявые волосы ласково гладил ветер, а солнечные лучи нежили кожу. Казалось, что рядом с деревом сидела его душа – дриада. Ворон насмешливо каркнул над Вехель, и та мигом спустилась с небес на землю. Подняла голову и встретилась взглядом с черной птицей.
– Не может быть, – прохрипела Вехель, ее рука непроизвольно потянулась к горлу, скрытому ярким шарфиком.
В следующее мгновение на коленях у Вехель уже лежала старая книга. Фолиант лениво раскрылся, демонстрируя чистые листы как показатель намерений. В середине книги лежало перо. Вехель хмыкнула и взяла его в руки, тут же ее кисть пронзило болью, а на странице проявились слова, выведенные кровью: «Ну, здравствуй, дорогуша».
Даже не зная почерка, девушка угадала его владельца.
«Шэдар Шорох, приветствую тебя. – Вехель склонила голову, закрывая распущенными волосами лицо и книгу. – Чего ты желаешь от меня, старшая?»
«Я хочу, чтобы ты вернула мне долг».
«Но что я могу? Мне едва хватает сил сдерживать свое проклятие».
«Среди поступающих есть одна глупышка, которая владеет этой книгой. Ты должна стать ее подругой, той, кому она сможет доверить свою жизнь».
На чистом листе появился портрет Мартинити.
«Чтобы предать?» – в двух словах Вехель сумела отразить все чувства, обуревавшие ее душу.
«Опыт у тебя есть», – цинично заметила Шэдар.
Девушка судорожно сжала подвеску, висевшую на шее и незаметную под шарфом.
«Я сделаю все, что скажет старшая», – согласилась она, понимая, что перед Шэдар в неоплатном долгу.
«Умница. Не ожидала встретить тебя здесь. Раз ты еще жива, значит, что-то в тебе есть. Быть может, став целителем, ты избавишься от проклятия».
«Могу я обращаться за советом к старшей?»
Руки Вехель заметно дрожали – книга выпила слишком много ее крови.
«Разрешаю», – великодушно ответила Шэдар.
Книга громко захлопнулась, скатилась с коленей рыжеволосой колдуньи на землю и превратилась в ворона, который устремился в небо. Бес, до этого молча наблюдавший за беседой двух ведьм, произнес:
– Что за проклятие?
– Любопытен, как всегда, – усмехнулась Шэдар.
– Ради этой беседы я отдал свою часть энергии, женщина.
– Твоя правда, – согласилась ведьма, отыскивая Мартинити, чтобы вновь забраться в рюкзак девушки. – Гинзали Гниль имела дурную славу даже среди нас – вольных ведьм. Она очень любила страдания людей. Можно назвать ее черным целителем: бесчисленное количество болезней вышло из-под ее талантливых рук благодаря невероятному воображению. Вехель Хмарь еще девчонкой попала к ней в ученицы. У малышки не было ни шанса вырваться из цепких лап старухи. Чтобы удержать Вехель подле себя, Гинзали заразила ее «Серой погибелью». Когда вокруг девчонки не осталось живых, а смерть призрачной тенью ступала по ее следам, она, ища спасения, встала рядом с Гинзали, признав ту своей наставницей. Позднее Вехель узнала, кто призвал Бледную Госпожу, и поклялась отомстить, только вот не успела.
Бес нервно дернул хвостом и схватился за рога:
– Она нас трогала! Книгу!
– Успокойся, ничего не будет. Я убила Гинзали, а ее силу заточила в амулет, что носит на шее Вехель. Он и мои чары не дают девчонке заразить весь город проклятой болезнью. Ты видел, как она схватилась за шею?
– Да.
– Вся шея Вехель покрыта серой кожей. Могу поспорить, у нее имеется целая сумка шарфов.
– Послушай, Шэдар, а это не опасно?
– Не настолько, насколько ты представляешь, хвостатый, – пожала плечами ведьма.
– Почему ты сохранила ей жизнь?
– Потому что девчонка хотела с ней расстаться, когда узнала, что натворила по незнанию. Что может быть хуже осознания того, что ты погубил целое племя? В том числе отца, мать, сестер, братьев… Своей жизнью она искупает вину за совершенное. Ну и мне пригодилась, как видишь.
Бес не нашелся с ответом. И за долгое время, которое они вместе томились в книге, Шэдар впервые наслаждалась тишиной.
Мартинити
Огромная аудитория, где проходил экзамен на общую грамотность, постепенно освобождалась. Я сдала ответы вместе с другими испытуемыми и покинула зал. Все оказалось не так легко, как представлялось. Помимо элементарных знаний по правописанию и исчислению проверялась общая эрудиция, способности к логическому мышлению, творческие задатки и восприятие мира. Два часа работы над заданиями вымотали так, что хотелось упасть и не вставать. В целом своими ответами я была довольна, а уж как решит комиссия – узнаю завтра.
Замечательно, что поступающим выделили время на отдых и обед. Разыскала столовую, ориентируясь на всю ту же памятку со схемой. Аппетитные ароматы в воздухе сообщили – цель близка. Вскоре обнаружилось светлое помещение, в центре которого сосредоточился длинный хвост очереди за пропитанием. Так я потрачу все свободное время на то, чтобы в ней отстоять, и в результате останусь голодной. Растерянно поозиралась, прикидывая, не плюнуть ли на это дело и остаться без обеда или все-таки рискнуть и присоединиться к страждущим.
– Эй, давай сюда!
Я не сразу поняла, что симпатичная рыжеволосая девушка с ярким шарфом на шее обратилась ко мне, но та продолжала:
– Чего стоишь на проходе, мнешься? Смотри как надо.
Вот уж кто не боялся трудностей. Она, невозмутимо расталкивая всех и вся, ловко ввинтилась в очередь, громко декламируя:
– Ну-ка пропустите, мы тут занимали. Как это не помнишь? Зато я тебя помню, а сейчас это главное. Подвинься, я тут стояла, вышла на пять минут, и уже налетели. Что? Прокляну!
Весело переругиваясь с неопытными новичками, девушка добралась до начала раздачи. Настоящих адептов здесь можно было по пальцам пересчитать, чем и воспользовалась моя странная спасительница, применяя тактику «лицо кирпичом – и прём напролом». Я же, робкой тенью следуя за рыжей нахалкой, соответственно тоже оказалась у заветных тарелочек с едой.
– А ты сомневалась. Учись, пригодится! – Она искренне расхохоталась в ответ на чей-то косой взгляд, когда мы с полными подносами возвращались к столам. – Я Вехель.
– Мартинити, можно просто Марти. – Я сразу прониклась симпатией к жизнерадостной и задорной девушке, так вовремя пришедшей мне на помощь.
– Будем знакомы, Марти. По тебе сразу видно, что ты из новеньких, но ничего, через годик пообвыкнешь и наглости поднаберешься. Иначе никак, – она притворно горестно развела руками, – или затягивай пояс потуже и ешь сухари. Либо ты первая, либо ни с чем, – Вехель многозначительно подняла указательный палец вверх, – закон ШтУЧКИ.
– Спасибо. И правда, я уже собиралась отказаться от этой затеи, – кивнула я в сторону ничуть не уменьшившейся очереди. – У меня через полчаса второй экзамен.
– Ну вот видишь, как тебе со мной повезло, – подмигнула смутьянка, налегая на еду.
Следуя ее примеру, я тоже принялась за свою порцию. В коротких перерывах между поглощением пищи мы успевали разговаривать.
– Заметно, что ты не первый год здесь учишься, вон как наторела.
– Точно, но не совсем, – лукаво улыбнулась Вехель. – На самом деле только первый закончила, я с факультета целителей. Просто все остальное добираю за счет характера, он от природы не из стеснительных.
Я рассмеялась. Определенно, Вехель мне нравилась, такая непосредственная и прямолинейная. С ней было очень легко, будто мы уже вечность знакомы, никакой неловкости при общении.
– Все с тобой ясно. Красивый шарфик, – сделала я комплимент новой знакомой. На секунду в ее глазах мелькнул испуг, или мне показалось? Но она тут же беспечно откликнулась:
– Ерунда, у меня их полный шкаф. Хочешь, и тебе подарю какой-нибудь? – Вехель округлила глаза и заговорщицким шепотом произнесла: – Они – моя слабость, не могу пройти мимо красивого шарфика или платка, чтобы не купить. Уже не знаю, куда и девать, а руки все равно тянутся к новому. – Девушка снова заразительно рассмеялась.
– У меня почти та же история, только со шляпками, – поделилась я. – Можно будет меняться.
Она довольно покивала, соглашаясь.
– Ты в общежитии живешь?
– Заселили на время поступления. Надеюсь, не придется выезжать, когда зачислят. Не хотелось бы снова таскать вещи.
