Страница 2 из 3
Грохот взрыва в замкнутом пространстве прокатился по сводам пещеры, на мгновение заставив крыс замереть в ужасе, схватившись за головы своими кривыми лапами. Но снаряды мортирок летели быстрее звука, и чемпионы не смогли ничего сделать. С одним повезло, а может, стрелок просто более опытный попался – свинцовый шар размером с полкулака пробил череп твари насквозь, демонстрируя всей нашей честной компании, что у крыс тоже есть мозги. Со второй было чуть хуже – но снаряд все равно разворотил половину грудной клетки, оставляя ее при смерти.
– Вперед! – вскричал я, бросаясь в кучу мелочи. – Засунем их в ту дыру, из которой они вылезли!
– Не останавливаться! Навались! – подбадривал я бойцов, расчищая богатырскими ударами двуручника дорогу. Хорошо, когда противник не носит нормальных доспехов и сам размером с крупную собаку. Тех, кого не удавалось с ходу разрубить пополам, я просто откидывал. Но в этот раз бонусов от огненного клинка было немного. Противники предусмотрительно обмазались грязью, и их шкура не загоралась, а лишь затвердевала от соприкосновения с пламенем.
Твари, а может, их скрывающийся за толпами предводитель, были совсем не идиотами. Да, им не хватало технологий, но по сообразительности они от нас совершенно не отличались. И в своей наблюдательности и подлой самоуничтожающей смекалке были даже выше. Я убедился в этом, когда в очередной толпе крыс появилось странное, ярко-зеленое существо.
Оно не вбежало и даже не вошло – вкатилось в пещеру. Почти круглое от светящегося живота, оно было так раздуто, что я не сразу опознал в нем крысолюдского детеныша. Лапки его едва доставали до земли, из пасти и носа текли капли даже по виду ядовитого вещества. Там же, где они падали, в камне оставались небольшие ямки.
Среагировать я не успел, сражался с последним из чемпионов. Несмотря на чудовищную силу и возросшую ловкость, разница в снаряжении позволяла отражать его атаки, а больше было и не нужно. Китобои в это время наделали во враге дырок, и случись это на пару секунд позже, возможно, мне удалось бы отскочить или даже просто предупредить солдат.
Один из копейщиков ткнул светящегося колобка копьем, и тот взорвался, осыпая все вокруг каплями кислоты. Едкий характерный запах ударил в ноздри, заставляя отшатнуться. А следом за первым предвестником уже шла целая волна. Китобои под командованием Лекса тут же переключились на живые бомбы, здраво рассудив, что именно они представляют наибольшую опасность. И большую часть в самом деле удалось обезвредить еще на подступах, заливая проходы концентрированной кислотой. Но оставшиеся успевали добраться до наших рядов.
– Отступать некуда! Держимся, щиты на передовую!
Несколькими мощными ударами горящего клинка мне удалось прикончить чемпиона только затем, чтобы отступить сразу перед двумя самоубийцами. За секунду до того, как на меня обрушились потоки растворяющей все и вся жидкости, впереди возник щит Гроаса и заслонил от неминуемой опасности. Слышно было, как кислота с шипением растворяет металл.
– Спасибо, – только и успел я поблагодарить магистра, – это было близко.
– Вы же сами сказали – щиты на передовую, – кивнул Дпров, – да и варево почти готово.
– Вам удалось в таких условиях сварить усиливающий эликсир?
– Не совсем, – чуть замялся магистр жизни, – и кстати, крайне советую заткнуть нос ватой.
Спрашивать зачем я не стал, просто засунул предложенные уже свернутые кругляшки. Для этого пришлось приподнять забрало, но все заняло не больше пяти секунд. За которые ситуация на поле боя в очередной раз поменялась. Мелочь кончилась, и теперь на поле боя высыпали крысолюды в плохоньких, но доспехах. Их плеватели приспособились, и дротики уже не в первый раз находили щель в доспехах рядовых воинов. Мне же пока повезло, но все могло в один миг измениться.
Больше половины пола пещеры было залито испаряющимися лужами кислоты. Запах от них шел соответствующий, но благодаря затычкам Гроаса я его почти не чувствовал. Хребет со своими вернулся в строй. Злые, но слегка отдохнувшие бойцы были вновь готовы давать отпор на передовой. Лекс тоже присоединился к нам, но совсем с другой целью – сбора.
– Осторожно, снаряды! – крикнул Дпров, и спустя секунду мне удалось рассмотреть летящие из темноты проходов комки грязи. Следом раздался треск бьющейся глины и примитивные горшки исторгли из себя все ту же кислоту. Черт, знал бы, что такая дрянь будет – обзавелся бы специальными кожаными фартуками. Да и вообще, не самое приятное оружие у врага.
К счастью, предупреждения от морфа хватило, чтобы щитоносцы образовали практически глухую стену, закрыв собой остальных. Но теперь крысолюды не спешили бездумно атаковать укрывшихся за броней бойцов. В ход вновь пошли самоубийцы, горшки. Мне удалось заметить даже одну тварь с котелком яда, но, к счастью, китобои не отдыхали, и сраженный стальным прутом крыс упал, разлив всю кислоту под ноги наступающим.
В очередной раз я порадовался решению брать не обычные арбалеты, а гарпуны. У них имелось всего два типа снарядов – заостренные и совершенно гладкие. Но и тот и другой были привязаны надежными веревками к основанию. Да, радиус атаки сильно ограничивался длиной веревки, зато вместо нескольких сотен стрел можно использовать десяток, да и убойная мощь была несопоставима. Или тонкий болт, или почти с мизинец толщиной стальная болванка.
Правда, брал я их для сражения на более низких уровнях, против бронированных ящеров. Одной встречи с Кроком мне хватило, чтобы решиться на такой шаг. Но и сейчас в узких туннелях гарпуны доказывали свою эффективность. Выстрелил, выдернул, подтащил снаряд назад. Или сковал противника, замедлив его движения. Или… Применений было множество.
– Что за дрянь? – закашлявшись, спросила Эва, и, обернувшись, я понял, что многие бойцы зажимают руками нос. Даже меня через несколько секунд проняло. Правда, ударило по глазам, щипая куда сильнее, чем кислота крысолюдов.
– Почти готово, – ухмыльнулся Гроас, – разойдись!
Быстрыми уверенными движениями он забросил огромный щит за спину и, взяв двумя руками котел, бросился к проходам. Здоровенный морф не обращал внимания на оказавшихся поблизости врагов. Шагал через них, словно против речного течения. И если честно, враги тоже не горели особым энтузиазмом лезть на рожон. Они чихали, терли лапами морды, разбегались кто куда. Движение по туннелю, возле которого оказался Дпров, мгновенно остановилось, снизив напор противника больше чем в два раза.
– Чего стоим? Вперед! Руби! – взревел я, бросаясь вслед за магистром. – Оттеснить их к входам!
Но развить успех мы не успели. Едва прорубившись через толпу крысиных воинов, залили левый вход жидкостью из котла. Отжали, орудуя копьями и щитами, переступая через лужи кислоты, правый и уже собирались начать заваливать их телами крыс, благо этого добра у нас было навалом, как раздался раздраженный звериный рев, от которого пещера затряслась.
А самое жуткое, я почувствовал, что это зверюга еще только разогревается. Не в полную силу показывает свой нрав. Вот только представить себе ни вид, ни размер подобного чудовища у меня не получалось. В отличие от мгновенно побледневшего Гроаса. Магистр от этого рева дернулся и совершенно забыл о своих задачах, лишь с ужасом глядя в центральный проход.
– Мортиру мне! Быстро! – крикнул я Лексу и, поймав оружие на ходу, начал раздувать фитиль. Что бы ни заставило Дпрова так среагировать, оно явно было опасно. Тратить сейчас время на расспросы – все равно что подписать смертный приговор собственными руками. Судя по звуку, пока что монстр был на той стороне туннеля. А значит, у меня еще есть шанс, хоть и крохотный, направить его против наших врагов.
Я преодолел двадцать метров меньше чем за десяток секунд и буквально уперся в стену. Горячую, шершавую стену, трущуюся шиповыми наростами о дыру входа. При каждом движении монстра от камней откалывалась мелкая крошка, так что в прочности и силе зверя сомневаться не приходилось. Вашу мать. Что, если своими действиями я только разозлю это существо, а не прогоню его? Как им управляют враги?
Не попробую – не узнаю! Отойдя на метр, я опустил горящий фитиль на пороховую подложку, и порошок вспыхнул. Грохот, многократно отраженный от стен, мгновенно заложил уши. В глазах потемнело, но в последний миг я сумел заметить, как ядро пробивает толстую шкуру и погружается в тело твари. Потоки кислотной крови, вырвавшейся наружу, заставили отступить, и мне пришлось идти назад на ощупь.
Чудище ревело, билось, быстро сжимаясь, и атаковало своих укротителей. Об этом явно говорили крики и стоны крыс, разносящиеся по лабиринту туннелей. Затем тепло начало отдаляться, и когда зрение ко мне вернулось, крысы уже начали отступление. Не последнюю роль в их преследовании и уничтожении сыграл Вокра, наконец набравший достаточное количество материала для атаки.
– Как вам удалось справиться с пустынным могильщиком? – спросил удивленно Гроас, стоило мне появиться в пещере.
– Никак, – пришлось мне честно признаться, – я лишь отпугнул тварь. Засадил ядро с пяти метров. Чуть барабанные перепонки не лопнули.
– Значит, кроме огня он уязвим к взрыву, – задумчиво заметил Дпров, – надо будет запомнить. Но хорошо бы понять, как крысолюдам удалось его усыпить и дотащить по туннелям.
– Могильщик? – удивленно переспросила Лиска. – Разве он обитает не только в пустынях? И почему вы решили, что они его именно усыпили, а не выманили приманкой?
– Потому что этот зверь должен питаться почти исключительно крысами, – вздохнув, ответил магистр жизни. – Не буду врать, именно я запустил его в эти туннели лет десять назад. Надеялся, что монстр пожрет здесь всех обитателей, а потом и сам подохнет от голода. Специально выращивал, откармливая грызунами и вырабатывая диету. Но, как видно, результат немного отличается от ожиданий.
– Отлично, и как нам с ним сражаться, если встретимся еще раз? Он так вымахал, что даже в этот проход поместился бы с большим трудом.
– Никак. Это червь, он довольно медлителен. Так что просто уходить и отпугивать огнем. Не уверен, что его вообще можно убить в текущем состоянии. Если я вас правильно понял, граф, то сейчас он по размерам соответствует легендарной особи. Значит, его мозг уже разделен на восемь взаимозаменяющихся центров. Тварь хоть и тупая, но крайне живучая и выносливая. Просто не будем вставать у нее на пути, и все пройдет нормально.
– Ладно, надеюсь, теперь мы отдохнем. Заваливайте проходы телами! Пленных в угол, четыре часа сна каждому.
– Звали, ваше сиятельство? – спросил Вокра, придя после смены. Уже на протяжении двух часов мы отдыхали. Если можно так назвать сон урывками под зельем восстановления.
– Да, спасибо, что зашел. У меня есть к тебе важный и весьма деликатный вопрос.
– Что прикажете? – спросил Лекс, немного напрягшись.
– Научи меня извлекать кровь для применения магии. У меня и своей хватает, как для клинка, так и для игл, но я ограничен объемом и скоростью восстановления. Если это, конечно, не ваш родовой секрет.
– Нет, что вы, – облегченно выдохнул барон, – всего лишь один из навыков, хоть и продвинутых. Но разве вы не можете применить исцеление магии жизни, чтобы быстро восстановить потерянные объемы? Мне казалось, это будет гораздо удобнее и быстрее.
– Не сейчас, – уклончиво ответил я, – для меня она пока остается недоступна.
Объяснять Вокру, что магия жизни напрямую связана с действием проклятого артефакта, вживленного в мою грудь, не хотелось. И не только потому, что это стало бы признаком слабости, но и вообще – в принципе. Я сам изначально поверил словам Ханы, утверждающей, что ей нужно прямое разрешение. Наивный дурак. Правда оказалась куда суровее.
Да, я мог и добровольно отдать ей часть души в обмен на полноценную работу артефакта. Только призрак не собирался этим удовлетворяться изначально. Под пристальным взглядом Дпрова мы провели ряд экспериментов, и выяснили, что камень завязал на себя всю эссенцию магии жизни. И теперь любое ее активное применение давало доступ к другим аспектам. Так что, пока я не научусь контролировать ее полностью и не переключу управление каналами – не видать мне ни усиления, ни изменения, ни даже активного исцеления.
– В таком случае действительно единственная возможность – брать кровь врагов и животных, – задумчиво проговорил Лекс, – но в этом нет ничего сложного. Главное, чтобы ваши эссенции вошли в резонанс. Иначе использование невозможно. Мне, например, заказано использование крови эльфов и всех их питомцев. А с крысами ничего, получается. Правда, сейчас у нас не на ком пробовать. Разве что на пленных, которых в рабство собирались сдать.
– Почему? Вокруг нас этих трупов…
– В том-то и дело. Подходит только кровь живых. Нужно, чтобы сердце билось, иначе достать получится очень мало. – Барон задумался. – Никогда особо не преподавал, кроме того случая. Не знаю даже, как начать. Вроде эссенции типа К могут резонировать только с К. Они в этом плане самые слабые. Ч с К, Ч и ЧК. З с К, З и ЗК. Насчет остальных не уверен. Большинство животных имеет К, насекомые и выращенные эльфами монстры – З. Вероятно, демонические твари – Ч, но не уверен, имеют ли ее призванные существа.
– Это легко проверить, – подняв ладонь, я вывел на нее шершня, – действуй.
– У меня и свой есть, – задумчиво проговорил Лекс, но отказываться от предложения не стал. Дотронувшись пальцем, он сосредоточился, и изображение, передаваемое насекомым, на секунду стало нечетким. Однако больше ничего не произошло. – Нет, – выдохнул через несколько секунд Вокра, – все же у меня только тип К.
– И тем не менее, какую-то реакцию ты вызвал. Но давай перейдем к практической части. Поищем среди убитых раненых, и ты мне продемонстрируешь на практике, как именно работает умение. Договорились?
– Как прикажете, ваше сиятельство. Однако боюсь, на этой стороне выжившие крысы – только среди пленных. Остальные, даже если еще живы были, мы несколько раз всех проверили. Кого копьями, кого мечами, а кого и просто ногами. Наших же семеро полегло, – зло сказал Лекс, – несмотря на усилия господина Гроаса.
– Они потеряли в десятки раз больше. Сам же видел реакцию седой, она была в шоке от того, что мы отбились. Хоть ты и прав, цена за это заплачена слишком дорогая. Как ты вообще? На ногах стоишь?
– После зелья вашей рабыни чувствую себя отлично. Вы хотите мне что-то поручить?
– Вместе сейчас пойдем. Надо разведать обстановку на обратном пути. А то скоро отправлять отряд с ранеными, а мы даже не знаем, что у нас под носом творится. Выходить всеми силами, чтобы потом заново спускаться и терять еще один день, не хочу категорически. Так что всех раненых вместе с рабами и большей частью искателей отправим наверх, за припасами и наемниками. А сами дальше двинемся, оставляя пометки.
– Серьезное дело, – задумался Вокра, – такое абы кому не поручить. Кто возглавит отряд?
– Ты и возглавишь, – подтвердил я догадку барона, – оставь со мной десяток своих рыцарей для прикрытия. Тех, что магией владеют. Сейчас меня обучишь и пойдешь. Учитывая, что до этого мы не встречали проходов на нижний уровень, позади не должно быть много противников. Единственное, чего стоит опасаться, – это червь. Но если Дпров прав – от него несложно будет сбежать.
– Как прикажете, господин. Но разрешите оставить с вами всех рыцарей? Мне так спокойнее будет, а для подъема и спуска достаточно и искателей с мздоимцами. Все же там больше тридцати человек осталось после осады. Да и правду сказать, – заметил Лекс, – так и так они на выход посматривают. Собирались-то на легкое приключение, да потеряли девятерых, когда еще и дня не прошло.
– Тем более верное решение, что именно тебя отправляю. Пойдем учиться, а позже о решении объявлю. Пока же пусть народ отдохнет. – Не дожидаясь ответа Вокры, я поднялся и вышел из палатки. Да, мне как графу полагалось отдельное жилье. Хотя вернее было сказать, что девушкам, которые настояли на обязательном отгораживании от остального коллектива. И это при том, что и среди наемников женщины не были редкостью.
– Думаю, попробовать можно и на телах, – предложил барон, когда мы поравнялись с возведенными из крыс баррикадами, – прежде чем дальше отправимся.
– Почему нет, – пожал я плечами, – показывай.
– Для начала нужно прикоснуться к телу, желательно к ране и… – с этими словами Вокра буквально воткнул руку в глубокий разрез на первом попавшемся трупе. Прошло несколько секунд, и вслед за вытянутыми пальцами потекла тонкая струйка крови. – Извлечение происходит помимо воли колдующего. Это как магнит, вот! Который ко всему железу притягивается. Так и тут. Нужно только поймать этот момент, в Житии, в разделе Магия/Кровь, должно появиться сообщение. Неважно какое, вы просто согласитесь мысленно и вытаскивайте.
«Неважно какое», – хмыкнул я про себя, повторяя слова Лекса. Так уж и скажи – не знаю, что оно обозначает, но работает. В отличие от барона у меня было одно существенное достоинство: я видел тепло и знал, какой подопытный даст мне больше всего пользы. Более того, солдаты заблуждались, думая, что прикончили всех крыс, тела которых служили баррикадой. Я лично видел как минимум трех выживших, успешно прикинувшихся мертвыми. Но для начала действительно стоит проверить на трупе, чтобы не сбежали.
Выбрав мертвеца потеплее, я последовал совету Вокра, заранее открыв нужный раздел. Ждать пришлось недолго. Уже спустя секунду в рабочей зоне появилась надпись:
«Start of the connection running?»
Так и тянуло ответить yes, но я решил не выпендриваться. Заодно и протестировать, поймет ли меня магия, если скажу на общем, а не на устаревшем демоническом. И когда она уведомила об успешном запуске извлечения, нисколько не удивился. К моему основному параметру магии крови – тонкой красной полоске в левом углу зрения – добавилось сверху крошечное навершие, обозначившееся зеленым. Дополнительный запас крови.
– Ого, а я думал, не выйдет, – пробормотал удивленно Лекс, – я же сам прекрасно помню, что у вас кровь зеленая. Да и простите уж, что прошлое ворошу, но во время турнира магия моя на вас не подействовала, иначе б мы сейчас не разговаривали.
– Все нормально. Ты клятву дал, я ее принял. Так что вспоминать о былом смысла не вижу. А вот то, что ты думал, что не выйдет, и все равно позвал попробовать… Надеялся на мой провал?
– Прошу прощения, – склонился Вокра, – даже не думал о таком. Я же проговаривал про типы эссенции и ее взаимодействии. Именно для того, чтобы вы ненароком не попали в лужу.
– Предусмотрительно, признаю. Но как видишь, все получилось.
– У них кровь из К, а у вас ЗК или КЗ, – задумчиво сказал барон, – вероятно, в этом все дело. Но тогда почему вам так легко дается магия души и заклинания призыва? В любом случае вы уникум, а благодаря вам и я смогу узнать больше. Если считаете, что я пытался вас оскорбить или унизить, прикажите, приму любое наказание.
– В этом нет нужды, – успокоил я Лекса, – ты верно заметил, все проговорил, и это моя задача – быть внимательнее к таким мелочам. Теперь же давай продолжим. Как использовать именно накопленную субстанцию, а не свою?
– Об этом можете не беспокоиться. Видите обозначение запаса? До тех пор, пока оно активно, вся выполняемая магия будет черпать ресурсы оттуда самостоятельно. Никаких дополнительных условий не нужно. Усталость, конечно, будет накапливаться, но с вашей выносливостью это не должно стать проблемой.
– Спасибо. – Кивнув, я подошел к еще живому крысу и активировал иглу, используя заемную кровь. Тонкая, на этот раз красная спица ударила притворщика в закрытый глаз, и он задергался в предсмертных конвульсиях. Не мешкая ни секунды, я рассек сонную артерию, воткнул в нее пальцы, активировал соединение и начал выкачивать эссенцию.
– Ого, – уважительно воскликнул Вокра, – грамм триста, не меньше. Еще два-три раза – и сможете активировать любимое оружие. Или небольшой щит создать, который выдержит пару ударов.
– Думаешь? – спросил я, походя активируя броню. Кровь зацепилась за кожу на шее и тонким слоем покрыла нагрудник. В разделе Усиления Жития появилась иконка с обратным отсчетом. Да. Все применение магии крови временное. Но есть у него и безусловный плюс. Всегда можно было остатки одного заклинания преобразовать в другое. Что я и сделал, ударив второго хитреца прямо в шею коротким мечом, полученным за секунду до этого из бывшей брони.
– У вас великолепно получается, – улыбнулся Лекс, – мне понадобилось несколько дней, чтобы вышло. А ведь отец показывал много раз.
– Да, меня отец другому учил. Хорошо, пожалуй, действительно ничего сложного, – кивнул я, несколько секунд решая, достаточно ли мне крови и стоит ли оставлять в живых последнего крыса. Пусть будет. Рабами жертвовать не хотелось, а запас иметь вполне стоит. – В таком случае не вижу причин тебе задерживаться.
– Вы славно поработали сегодня, и я решил отпустить на поверхность всех, кто не готов двигаться дальше. Барон Вокра вместе с вами выведет всех рабов. Выплатит жалование за день и вернется с новой группой наемников через несколько часов. Все, кто хотят остаться, получат по возвращении жалование за столько дней, сколько проведут в походе. Сейчас те, кто остается, подойдите к Лисандре, и она запишет ваши пожелания.
Спрыгнув с жертвенного алтаря, на котором толкал речь, я отошел чуть в сторону. И начал смотреть, как разделяются наемники и искатели. У многих безусловно был соблазн остаться. Все же не каждый может заработать серебряную монету за один день. Но смерть семерых товарищей отрезвляла и заставляла задуматься над тем, что путешествие только началось.
– Вот список того, что мне нужно, – протянул мне исписанный красивым ровным почерком Гроас. – Надеюсь, учитывая, что это ради вашего похода, мне не придется за него платить?
– Только если оно будет мне по карману, – улыбнулся я магистру. – Походный котел закрывающийся, медная реторта, слеза травника, ткань бинтовая, марля, вата, спирт горючий. Вы все же решили сделать походную алхимическую лабораторию?
– Здесь столько ингредиентов, что проще варить сразу, чем посылать за зельями наверх. И раз уж вы решили продолжать экспедицию, есть предложение.
– Я слушаю.
– Голова титана, того которого победили накануне. Думаю, стоит послать ее наверх. Так вы покажете не только тела погибших, но и тех, с кем приходится сражаться. Не знаю уж, принесет ли вам славу убийство той громадины, а вот деньги принести может точно. Да и другие компоненты я тоже постарался наскрести: сердца, мозги, хвосты. Ядовитые и секреционные железы. Не могу сказать, что оно продастся очень дорого, но надеюсь на половинную долю после всех вычетов.
– Идея интересная, – кивнул я, – да и людей уходит немало, должно хватить на все. Да, думаю, мы сделаем именно так, как вы сказали. Все, что необходимо, доставят обратно. Жаль, что придется одного из разведчиков послать. Но ничего не попишешь.
– В таком случае позволю себе предложить еще одну вещь. Не следует ли нам переждать, пока барон вернется? Заодно поработаем над вашей магией жизни, потренируетесь контролировать проклятый артефакт.
– Как вариант, – упоминание зависимости от Ханы заставило меня поморщиться, – однако задерживаться в этом месте выше необходимого я бы не хотел. И не столько из-за крыс, сколько из-за вашего же сбежавшего питомца. Маг жизни, творящий такие эксперименты, мне тоже не дает покоя. Скажите, а не исчезали ли у вас ученики, способные на такие свершения?
– Намекаете, что я отправил на убой в эти подземелья ученика только на основании выпущенного червя? – хмыкнул Гроас. – Не надо делать из меня чудовище, граф. Мои ученики – люди и не только люди – вполне вольные. Кроме вашего класса я веду занятия еще у четырех. И так уже на протяжении почти пятидесяти лет. Да, это вполне может быть один из моих. И нет, никого я сюда не посылал специально.
– Что ж, прошу прощения. Но в будущем, надеюсь, вы предусмотрите вариант, как нам бороться с магом жизни.
– Конечно, уже предусмотрел, – серьезно ответил Дпров. – Ответ на любую силу – сила превосходящая. А перед вами не ученик и даже не мастер. Я магистр! Так что не волнуйтесь, когда настанет время – мне не доставит никаких проблем справиться с ним один на один.
– Достойный ответ, правда, меня больше устроило бы универсальное средство, а не надежда на одного-единственного, хоть и бесконечно могущественного мага.
– Сказал человек, все время рвущийся в одиночку убивать монстров, – хмыкнул Гроас. – Вы, милейший, не беспокойтесь. А лучше обдумайте мое предложение.
– Хорошо. – Обсуждать более расположение в крысиной пещере, окруженной горой трупов, мне не хотелось. Да и находиться здесь тоже. Понятно, что именно мы превратили единственное чистое место уровня в поле боя, но кто ж знал? Сожалеть об этом было уже бесполезно, и на мой взгляд, лучшим вариантом оставалось двигаться дальше.
– Как идут приготовления? – спросил я у Васьки, занимающейся подготовкой к отправке товаров, живых и не очень, на поверхность для продажи.
– Через час или около того готовы будем, – рассеянно ответила девушка, полностью поглощенная подсчетами. – Если там никакой пакости не придумают, не обманут и по дороге не попортят товары, то на двадцать золотых должны выйти. За вычетом всех расходов.
– Гроас предложил доставить на поверхность голову титана. В назидание, так сказать.
– Большая и тяжелая, – поморщилась наша хозяюшка, – но, если он свои вонючие котелки даст – без проблем. Можно ее на аукцион будет выставить. Хотя даже не знаю, кто бы ее мог купить.
– Это диковинка, а на любую диковинку найдется покупатель. Правда, на особенно высокую цену я бы не рассчитывал. Если помнишь, целого медведя-людоеда пришлось отдать меньше чем за золотой, тут же только башка. Хоть и здоровая.
– Угу. Простите, господин, но могли бы мы позже пообщаться? У меня еще дел куча.
– Как скажешь. Хорошо поработать. – Спорить с девушкой не было никакого смысла, тем более что трудилась она на мое благо. И отойдя, я понял, что мне в кои-то веки нечего делать. Все были заняты. Всем были розданы задания, определен круг обязанностей. И только я оказался совершенно свободен. Нет, можно, конечно, рыться в тряпье, выискивая хоть что-нибудь ценное. Но искатели с этим справлялись значительно лучше.
Вернувшись в свою палатку, я не обнаружил ни одной из девушек. Это оказалось так непривычно, а ведь еще недавно было совершенно наоборот. Присутствие девушек было странно и смущало. Правда одна, если ее вообще считать женщиной, всегда находилась при мне. Ну или я при ней, тут смотря как смотреть. В любом случае сейчас появился шанс пообщаться наедине, да и Гроас рекомендовал начать разбираться в этой проблеме.
«Хана, нам нужно поговорить».
«Ну наконец! А то больше трех дней все игнорируешь, будто меня и не существует! А это, знаешь ли, очень обидно для девушки, – тут же начал тараторить призрак, – каждой хочется быть неповторимой, чтобы на нее обращали внимание. А меня даже рабыни твои не видят! На них, между прочим, мужики пялятся, почти не отрываясь, а тебе хоть бы хны! Только вышла из спячки, думала: ну, граф не демон, наконец меня ждут балы…»
«Стоп! Хватит».
«Ты же сам сказал, что нам нужно поговорить, теперь, когда мы наконец навсегда связаны».
«А ну заткнулась! Поговорить, а не слушать твои длинные бессвязные монологи!»
«Ой, а вот теперь точь-в-точь мой любимый Восток, он тоже пустобрехов не любил. Как сейчас помню», – вновь разродился призрак. Никогда мне не хотелось ударить женщину. Случай с джинном не в счет – там я сражался за свою жизнь. Да и седую крысу я не ударить, а именно прибить хотел. Сейчас же ладонь будто сама поднялась для пощечины, и Хана, заметив это движение, сжалась, защищаясь руками и пряча голову.
Что это? Притворство? Или реакция вечно забитой девушки, оставленной на тысячелетия в тюрьме из розового алмаза. Камня, передающегося от одного бездушного демона к другому, а по дороге высасывая души из носителей? В любом случае бить ее больше не хотелось. Призрак боязливо выглянул и открыл было рот, чтобы продолжить свою триаду, но я решил, что так больше нельзя. Хана меня просто доведет до белого каления.
«Подожди, – попросил я, подняв руку, – тебе не хватает общения, верно?»
«Конечно! Я же совсем одна! И не надо мне намекать на загубленные жизни, у меня только энергия души остается, а не вся она. Последние несколько сотен лет меня вообще полностью игнорировали. Меня! Принцессу Сентереля! Главного королевства Валтарсии!»
«Что-то я о таком даже не слышал».
«Потому что неуч, не интересующийся историей! Мы были величайшим народом. У каждого сотни и тысячи рабов! А какие мы устраивали балы! Миллионы трудились, чтобы собрать для нас редчайшие грибы. Тонны воды, чтобы промыть их и убрать яд. А сколько на виноградниках! Вино, выдержанное сотни лет, лилось рекой!»
«А что-нибудь кроме пиров вы делали? Полезное, например?»
«Полезное? – даже осеклась Хана. – Мы – высшая раса! Конечно, мы делали полезное! Позволяли жалким отбросам умирать за нас! Мы строили великие города, создавали магические артефакты силы, которую ты даже представить не можешь! Мы подчинялись только божествам и высшим драконам стихий! Вся Валтарсия была под нашим контролем!»
«И где в результате ваш народ? Где драконы? Города? Да из всех артефактов я знаю только один – и тот у меня в груди, да еще и проклят помещенным в него призраком».
«Нет, даже не смей сравнивать! То, что сделал Восток, великолепно, незыблемо, но моя тюрьма в тысячи раз слабее того, что творил мой народ! Летающие города, подводные замки, в которых могли жить наземные жители. Мы выводили собственных драконов, не чета нынешним эльфийским поделкам! По сравнению с ними наши были высшими!»
«И как же вышло, что столь великих вас не просто победили, уничтожили? Кто из вашего народа остался? – хмыкнул я, наслаждаясь ее бессилием. – Ты говоришь о великих достижениях, но от вас остался только прах. И кто же сумел победить столь могущественных существ? Один-единственный демон!»
«О нет, он был не один, – усмехнулась Хана. – Думаешь, ему удалось бы провернуть все, что он сделал, в одиночку? Они были лишь жалким народом изгоев. Горстка изгоев, что осталась после путешествия через планы. Весь их народ сошел с ума. И мы легко очистили от них большую часть материка. Земли, которые ты знаешь, как Великую пустыню орков. Все западное побережье было наполнено ими. Но мы загнали их, убивали и порабощали».
«И все же проиграли. Расскажи, как так вышло? Говоришь, их была лишь горстка?»
«Лучше я тебе покажу», – усмехнулся призрак, и мир вокруг помутнел.
«Что за черт, где мы»? – спросил я у мигом вернувшей краски, сидящей на величественном троне Ханы. Но она мне не ответила и вообще вела себя, как будто меня рядом не было. Несколько секунд понадобилось, чтобы понять – это не она. Вернее она, но она прошлая. Отличались и одежда, и никогда не появлявшееся надменное выражение лица. Мы были не одни, правда понять, где и когда, я не мог.
Огромный, ярко освещенный зал с отделанными белоснежным мрамором стенами, украшенными резными скульптурами, был заполнен эльфами. Но не теми, которые были знакомы мне – зеленокожими и остроухими. У этих кожа была девственно-розовой, а глаза лучились светом. С первого взгляда казалось, что вот они – существа, благословенные Светом.
Но стоило приглядеться к залу, как красота сменялась уродством. Позади каждого из высоких господ, сидящих за столом, стояли в кандалах рабы. Истощенные и понурые, они с радостью подхватывали объедки, которые хозяева соизволили скинуть им со стола. Самым же отвратительным было, когда один из эльфов, только что обжиравшийся до отвала, засунул себе два пальца в горло… а затем отдал ЭТО рабам… и они ели… Наблюдать за этим я больше не смог.
«Вот же твари!» – Сплюнув на покрытый мелкой крапинкой пол, я решил убраться из этого места. Даже демоны по сравнению с этими уродами были вполне милыми существами. Ну а то, что держат под контролем Длани большую часть континента, так не весь же? Да и законы их на самом деле вполне себе. Если их, конечно, выполнять.
Попытавшись выйти из помещения, я понял, что меня не пускает невидимая стена. Что, учитывая легкость, с которой проходил сквозь людей и предметы, было странно. Оглянувшись на Хану, я вздрогнул. Большая часть зала была затемнена, будто ее и не было. Стоило горделивому эльфу отвернуться от принцессы на троне, как лицо его покрыла непроглядная тень.
Как это вообще возможно? Будто у скульптуры отбили половину или нарисовали всех присутствующих на холсте. Ведь за него не заглянешь. Внезапная догадка так поразила меня, что я решил проверить и, вернувшись к Хане, понял, что оказался прав. Это всего лишь воспоминание, и видеть мне дано только то, что видела принцесса. Стоило это осознать – и меня чуть отпустило. Что бы она мне ни хотела показать – скоро оно должно было произойти, иначе зачем все это?
Но часы сменялись, я от нечего делать начал запоминать черты приходящих и уходящих гостей. Иногда смотреть было тяжело, и тогда я отворачивался. Высокие господа играли в кости, обменивались рабами и рабынями. Смеялись, шутили, избивали и насиловали прямо за обеденным столом. Жили полной жизнью уродов, заслуживающих только смерти.
Наконец и восседающей на троне Хане это надоело. Девушка встала, и я с облегчением последовал за ней, надеясь, что видение наконец закончилось и теперь можно будет перейти к сути. Однако вместо того, чтобы перейти в зал совещаний, правление (да хоть что-нибудь полезное!), она отправилась в уборную.
«Бли-ин, ну нет, на это я смотреть не буду. – Попытавшись выйти, я понял, что круг видимости и магическая стена сжались до пары метров. И единственное, что я реально мог – только отвернуться. Вот только зажатые уши и заткнутый нос не помогли. А еще говорят, что принцессы бабочками какают. Нормально у них все и с пищеварением, и с испражнением. – Че ж так воняет-то? И долго мне тут торчать?»
«Ага, не нравится? – хохотнул, появляясь рядом, призрак. – А я так на протяжении последних тысяч лет живу, между прочим!»
«Что, и в туалет за мной таскаешься?» – настороженно спросил я.
«А думаешь, у меня выбор есть? Я вообще привязана только к артефакту, – грустно заметила Хана, – и, если ты считаешь, что за тобой интереснее наблюдать, чем за мной, я тебя огорчу. Да и пахнет от тебя ничуть не лучше. И нет, мне это совершенно не нравится, если хочешь знать. Знавала я извращенцев, которые с такого тащились, но сама не из их числа».
«Серьезно, долго мне тут торчать? Ничего же не происходит».
«Прямо-таки ничего? Пир в самом разгаре! Посмотри, какое оживление, дуэли на рабах, мордобой, секс. Разве не этого хотят все мужчины? – едко усмехнулась призрачная девушка. – И так каждый день на протяжении даже не десятков. Сотен лет. Но этот день остался в памяти не поэтому. Слушай, прекращай срать уже, и пойдем! – заорала она сама на себя. – А ты не оборачивайся».
«Даже и не собирался», – честно сказал я. К великому облегчению, вскоре взгляд принцессы поднялся, и мы с призраком сумели вернуться в зал. Хана без умолку болтала, рассказывая о картинах на стенах, кому они были посвящены, каким деяниям. В целом, если свести все к нескольким словам, все истории звучали примерно так: Это великий… он победил… и захватил столько-то рабов, забрав их земли и богатства. Все.
К счастью, через несколько минут она сама замолчала и начала регулярно посматривать на дверь.
«Вот! Вот оно, сейчас будет!» – возбужденно прошептала Хана, тыкая пальцем в открывающуюся в конце зала дверь.
– Его величество Турандил Бродбор со свитой! – гаркнул глашатай, и пирующие начали лениво подниматься со своих мест. Принцесса же тут же сползла с трона, сев на ступени подле.
– Сидите, лентяи?! – хохотнул входящий в зал здоровенный… даже не знаю… эльф? По телосложению он больше на орка походил, хоть и высокий. Широкоплечий, с ярко выраженной бугристой мускулатурой, он шел вразвалочку, позволяя всем полюбоваться своей силой и дожидаясь низкого поклона от каждого. Даже улыбающееся лицо правителя было жестким и надменным. Позолоченный нагрудник с изображением грифона блестел в лучах солнца. Но кроме него и поножей, брони на повелителе Сентереля не имелось. Он был одет в белоснежные шелковые штаны и рубаху.
И оттого еще большим контрастом были тащившиеся за ним черные демоны, посаженные на цепи. Они были похожи, как братья и сестры. С одинаково серой кожей, переходящей в черный. Одинаково потрепанные. В схожих обносках. И позолоченных цепях, сковавших их по рукам и ногам так, что они могли сделать лишь крохотный шаг. Чтобы успевать за пленителем, им приходилось быстро-быстро перебирать ногами.
– Ну, рассказывайте, – падая на кресло, сказал Турандил, – что было за то время, пока я победоносно шествовал по пустыне демонов? Кто скольких трахнул? Кто сколько сожрал?
– Отец, они все же не такие идиоты, – начала принцесса, но тут же получила оплеуху и сжалась равно так же, как когда я поднял на нее руку.
– Молчи, тварь! Я терплю тебя только для того, чтобы получить наследника, – яростно посмотрел на нее король, – тебе этого мало? За жизнь, которую ты отняла у моей суженой, большего не заслуживаешь! Настоящий мужик должен говорить о победах! А какие могут быть еще успехи, если он сидит дома, вместо того чтобы участвовать в походах?
– Верно! – поднял кубок, взятый со стола, один из зашедших в тронный зал воинов, облаченный в разукрашенный доспех. – А потому единственное место – это в бою! Где бы ты ни был, за столом, в постели или в сральне!
– Отлично сказано, Двуробор, – кивнул, улыбнувшись, король. – Я вернулся с победой! Так отпразднуем же это! Пейте, ешьте и занимайтесь тем, что уготовила нам природа. Сегодня мы празднуем присоединение к бескрайним землям Сентереля еще одного клочка, отвоеванного у черных демонов. Вина мне!
Тут же появившиеся слуги, видно, из вольных, раз на них не было ошейников, наполнили до краев богато украшенную каменьями золотую чашу. Взяв ее двумя руками, король поднес к губам и осушил одним махом, с удовольствием крякнув. Служанка тут же вновь наполнила кубок. Принцесса отвернулась, пряча глаза, и часть видения для меня пропала.
Теперь она помимо своей воли смотрела на пленников, и мне также удалось разглядеть их получше. Следы от ранений и ожогов зарубцевались, хоть и видно было, что их наносили много и не скупясь. Однако некоторые раны оставались полуоткрытыми. Черная кровь замерла, закрыв их тонкой пленкой, но даже не могла образовать корку. Что очень странно, учитывая старость одежды. Явно не один день они в таком виде шли и даже не неделю. За это время даже глубокая рана должна была либо загноиться, либо покрыться коростой.
«Твой Восток один из этих рабов?» – спросил я у «своей» Ханы. Она была на удивление молчалива и даже подавлена.
«Что? А, да. Позже сам увидишь, – нехотя сказала девушка, – сейчас только чуть сменим обстановку».
Чем больше король пил, тем мрачнее становилась принцесса. И вот, когда он увлеченно бахвалился очередным ратным подвигом, та соскользнула со ступеней и удалилась в боковой коридор. Нам, естественно, пришлось последовать за ней.
«Куда мы идем и зачем?» – не удержался я от вопроса. Крики пирующих были все дальше, и мне показалось, что мы идем в спальню к Хане, но вместо этого та больше получаса блуждала по замку, пока в раздумьях не вышла на смотровую площадку, стоящую чуть выше центрального зала. Сквозь окна было видно пирующих и разворачивающуюся прямо перед троном казнь.
Друг напротив друга на коленях стояли два порабощенных демона. Между ними лежал сияющий светом клинок. Слов отсюда было не слышно, но общий смысл можно было угадать и так. Выжить должен только один. Но демоны отказывались сражаться, и тогда правитель, взяв меч, срубил им обоим головы. Тела утащили и перед троном поставили следующих.
«Смотри, сейчас будет, – сказала Хана, показывая пальцем. В самом деле, через секунду один из демонов, схватив клинок, атаковал Турандила, но тот лишь рассмеялся, отбив клинок рукой, и схватил изнеможенного раба за горло. А потом, отбросив на землю, что-то сказал. – Царская охота, – грустно пояснила девушка, – сейчас их отпустят и будут охотиться по всему замку».
«А дальше?» – Я уже прекрасно понял, к чему она ведет, но должен был это услышать.
«Увидишь, – не стал подтверждать мои мысли призрак, – пойдем, иначе отстанем от меня. Здесь больше делать нечего».
– Хана, милая, ик, иди к папочке, – не связно бормотал король, проходя сквозь меня. Призрачная девушка сжала кулаки, непонятно было, чего сейчас ей хочется больше – врезать ему со всей силы или убежать отсюда, не разбирая дороги. К сожалению, оба варианта были для нас закрыты. – Ты уже такая взрослая девочка. Выросла, ик, похожей на маму.
Вот ублюдок. Пусть не сразу, но до меня дошло, почему принцесса сейчас стоит за гобеленом не шевелясь и даже старается не дышать, несмотря на то что прямо перед ней замер сбежавший пленник. Ну как сбежавший. Один из тех, кого ради забавы выпустили гулять по коридорам, чтобы потом с улюлюканьем и весельем забить до смерти сверкающими мечами и молотами.
«И долго они так стоять собираются?» – не выдержав, спросил я у Ханы, когда прошло уже больше пятнадцати минут.
«Тише ты, он еще не ушел, – испуганно проговорила девушка, – слышимость в замке слишком хорошая, любой шорох и…» – Она замолчала, будто боялась своими словами выдать местоположение. Это же как надо бояться, если даже через тысячи лет… Хотя, может, для нее прошел только миг в этом кристалле. Черт его знает.
Дырки в картине оставляли только тонкую полоску видимости, и я предпочел остаться вместе с принцессой. Гобелены будто специально повесили так, чтоб можно было спрятаться. В промежутке между колонн. И даже приступочек специальный имелся, не видный с внешней стороны. Единственное, что было тесновато. Но и широкоплечий демон, и девушка сумели стоять почти неподвижно, и как у них ноги не затекли?
Демон попробовал пошевелиться, меняя положение, и Хана тут же с усилием вжала его в стену. И несмотря на то что она была девушкой (вроде как должна быть слабее, легче и все прочее), да только видно было, как из беглеца от этого движения чуть дух не выбило. Но ничего, все понял и выдержал. Даже не пикнул и дышать громче не стал.
Я с интересом рассматривал второго в моей жизни знакомого «чистого» демона. И честно сказать, не увидел никаких признаков того, что нужно бояться. Фиолетовые глаза? Ну так у эльфов зеленые, у орков желтые, и у тех и у других светятся и ничего принципиально страшного не произошло. За гобеленом было темновато, но даже так кожа не казалась угольно черной – скорее темно-серой. И опять-таки ничего страшного – у дварфов была практически такая же.
Никаких рогов, шипов из тела, сантиметровых когтей или клыков тоже замечено не было. Да и мускулатурой конкретно этот экземпляр тоже не выделялся. Обычный с виду мужчина лет тридцати. Если не смотреть в глаза. Учитывая ситуацию, он должен быть в панике, но вместо этого демон смотрел совершенно спокойно, будто ничего плохого вокруг не происходит.
– Убирайся, пока тебя не заметили, – приказала принцесса. Властные нотки легко заглушали другие эмоции, но я все же сумел различить страх и неуверенность. Как и ее невольный сосед.
– Ослабь ошейник, и я уйду. Тебе это ничего не будет стоить.
– Ты смеешь обсуждать мои приказы? – гневно прошипела девушка. – Как ты смеешь? Я прикажу тебя казнить!
– Тебе достаточно просто крикнуть погромче, и меня и так казнят, – пожал плечами демон, – но мне кажется, ты не хочешь, чтобы твой отец тебя нашел. Помоги мне, и я сделаю все, чтобы избавить тебя от его гнета.
– С ума сошел? Я не предательница, – возмутилась принцесса.
«Тише, пожалуйста, тише!» – взмолилась Хана, но было уже поздно. Эльф, тот самый, что поддакивал правителю в тронном зале, оказался слишком близко. Резким движением он сдернул картину, и та с треском обрушилась на пол, обнажая неудавшихся беглецов.
– Ваше высочество, – нарочито громко закричал рыцарь, – что вы здесь делаете да еще в такой компании? Неужели хотите опробовать нашу дичь до того, как она погибла? Так бы и сказали, никто в замке не сможет сопротивляться вашим желаниям.
– Не говори ерунды, Двуробор, – презрительно хмыкнула девушка, вновь обретая горделивое выражение лица.
– Не дело так разговаривать женщине с воином, – покачал головой эльф, – тем более той, что объявлена его невестой.
– Нет, – пробормотала, не веря, принцесса, – отец не мог…
– Простите, – пользуясь моментом, демон спрыгнул с парапета и помчался к выходу, почти сразу исчезнув из поля зрения прошлой Ханы. Сейчас все ее внимание было обращено на идеально выверенное лицо генерала Сентереля.
– Он не мог… Ведь только достойному. Победителю драконов. Завоевателю…
– А еще графу, убийце королей, – согласно продолжил перечисление воитель, – именно так. В последнем своем походе я сразил предводителя этих тварей. В честь такого подвига ваш батюшка пожаловал мне графство. Все условия выполнены. Вы станете моей женой на следующем равностоянии сестер. Три дня, и вы будете в полной моей власти. Пока же.
Он хмыкнул и, повинуясь кивку, мы все повернули головы в указанном направлении. Король собственной персоной приближался со стороны смотровой башни. Он был весел и доволен, а на его поясе висел крюк с отрубленной головой демона, с которой еще капала черная кровь. Хоть и не того, с которым пряталась принцесса.
– Предлагаю обмен трофеями, – хохотнул правитель, – голову, ик, в обмен на мою дочь.
– Как прикажете, повелитель, – склонился Двуробор.
– Хороший мальчик, – хмыкнул Турандил, хватая принцессу за руку, – заканчивайте с охотой сами. У меня все настроение пропало. Пойду расскажу сказку на ночь дочурке. Чтобы до утра меня никто не беспокоил!
– Безусловно, ваше величество, – заверил его генерал. Король потащил Хану за собой, но она еще обернулась, и во взгляде воителя я без труда прочел презрение и чувство своего незыблемого превосходства. Черт, через три дня он станет для нее не мужем. Хозяином. Безжалостным и требующим только одного – наследника. А сегодня…
«Слушай, мы все уже посмотрели, – обратился я к „своей“ Хане, – уверена, что мы не можем пропустить вот это все? Я как-то не очень хочу быть свидетелем изнасилования и инцеста».
«Неужели ты думаешь, что будь моя воля, мы бы вообще смотрели на всю историю? Я бы с удовольствием показала только собственный триумф, не вводя тебя в курс дела. Каждый раз, стоит мне подумать, как я возвращаюсь в этот день. И переживаю его заново. Вместе с ней», – показала она в спину плачущей девушке, не способной сопротивляться гиганту в доспехах.
Меньше чем через минуту мы оказались в королевской спальне. И я был безумно благодарен, что кончилось все довольно быстро. Не видеть оказалось возможно. А вот не слышать. Даже через заткнутые уши звуки проникали в мою голову. Хана же и вовсе смотрела на происходящее, до белизны сжав кулаки от злости. Пусть она и говорит, что не хочет на это смотреть, но, может, эта ярость помогает ей жить? Двигает все это время вперед, не позволяя призраку раствориться?
Как бы то ни было, мы дождались, когда опозоренная и зареванная эльфийка заберется в ванную. Она остервенело оттирала себя щеткой, будто пытаясь снять кожу, которой касался похотливый кобель. Толку в этом было немного, но, наверное, именно в этот момент ей пришла в голову мысль, определившая судьбу не только ее отца, но и всего народа.
Выбравшись из ванной, она оделась, сняла с пояса храпящего Турандила странное кольцо с кучей брелков-самоцветов и отправилась блуждать по коридорам замка. Она не спеша заглядывала под каждый гобелен. За каждую штору и куст. Спустилась в подземелье, где пахло ядреной сыростью, и в конце поднялась на вершину смотровой площадки.
Демон-беглец сидел там, снаружи, на небольшом выступе, держась кончиками пальцев. У меня от одного взгляда вниз голова закружилась, а ему хоть бы хны. Сколько он там висел? Час? Два? Спокойно, хладнокровно, не выражая никаких эмоций. Он поднял голову в тот момент, когда принцесса посмотрела вниз. Их взгляды пересеклись, но он не отвел глаз. Чем, блин, думала вздорная только что изнасилованная и желающая отомстить, я понятия не имею. Но она просто выкинула, выкинула – мля! – связку. Но демон ее поймал, самым кончиком пальцев.
– Ты знаешь, что делать, – гордо фыркнула девушка, отворачиваясь. Она собиралась уйти, но в последнюю секунду за спиной раздался облегченный вздох, девушка обернулась и увидела, как демон растирает затекшую шею. И вот теперь я без труда узнал в нем представителя того же вида, что и Вейшенг.
Не знаю уж, что там за браслетики, но тварь передо мной явно не была слабой. Глаза ее горели холодным фиолетовым огнем, пронизывающим до глубины души. И эльфийка дрогнула, подавшись назад. Молниеносное движение и демон прижал ее к стене так же, как еще недавно она прижимала его за гобеленом.
– Чего ты хочешь? – спокойно спросил черный.
– Хочу, чтобы он купался в собственной крови, увидеть, как он подыхает, словно последняя собака!
– И больше ничего? – поднял бровь демон. Он спросил это без угрозы. Но даже меня пронял холодный озноб, и мурашки пробежали по спине.
– Ж-жить хочу, – пробормотала принцесса уже куда менее уверенно, – хочу быть счастливой.
– Простые желания, – кивнул тот, – почему нет. Следуй за мной. – Демон развернулся и пошел в замок, словно там не было стражи со светящимися мечами, рыцарей, возглавляемых явно сильным генералом. Он просто шел вперед, шел и менялся. Никогда я не видел столь быстрого изменения и вообще не уверен, что оно возможно для нормальных. Но ему было совершенно наплевать на все законы магии. Две руки растянулись и всего за несколько секунд разделились, став четырьмя оканчивающимися острыми когтями спицами.
