Страница 3 из 3
– Так может он просто заметил слежку? – забеспокоился я. – Сейчас нырнет в дыру какую-нибудь и ищи его потом.
– Да не паникуй ты, – отмахнулся Мерзкий, продолжая копаться в телефоне. – Сейчас доложат и всё узнаем.
Он постучал пальцем по беспроводному наушнику, вставленному в ухо, как будто устраивая его там поудобнее, но, судя по всему, ожидаемого результата Максиму это не принесло.
– Ничего не понимаю, – пробормотал наш друг себе под нос, но мы с Мироном уже напряглись, понимая, что видимо что-то пошло не по плану.
– Ма-а-акс, – протянул я, заметив глубокие морщины на лбу Мерзкого, но он лишь отмахнулся и набрал на телефоне какой-то номер. Мы с Мироном напряженно следили за его действиями. Что-то явно начинало идти не по плану.
На этот раз правда невидимый абонент отозвался быстрее.
– Это Мерзликин, – отрывисто сказал в трубку наш друг. – Почему первая бригада не выходит на связь? Что значит выясняете? Они же доложили, что объект в адресе? Что это за адрес? Я жду!
Мы просидели несколько томительных минут в полном молчании. В принципе, я мог бы сходу назвать десяток причин невыхода на связь бригады наружного наблюдения, но внутри меня росло и крепло предчувствие чего-то плохого и непоправимого.
До этого момента всё было слишком просто. Клиент пришел в подготовленную ловушку, а затем прямым курсом отправился к своим друзьям, спокойно позволяя проследить свой маршрут и выдавая всех своих сотоварищей.
Так бывает только в наивных фантастических романах.
Жизнь, как правило, обожает чередовать светлые и черные полосы, подкидывая каверзы именно в тот момент, когда ты расслабился и решил, что всё уже хорошо и дальше будет только лучше.
– Нет! – чуть ли не закричал Максим в поднесенный к уху смартфон. – Всем оставаться на местах и вести круговое наблюдение. К машине первой бригады подходить запрещаю!
Он нажал кнопку отбоя и, не обращая внимания на удивленные взгляды других посетителей пивбара, залпом допил свой бокал. Мы с Мироном молча наблюдали, как ходит по горлу кадык Мерзкого, и ждали, пока он сам объяснит свою вспышку эмоций.
– Ну что, – Максим наконец вытряхнул в рот последние капли и оторвался от стакана. – Пошли посмотрим? Судя по всему, мы прокололись…
Ближайший горящий фонарь располагался от нас метрах в семидесяти, поэтому приходилось подсвечивать себе фонариками на телефонах. Мерзкий оказался прав и путь от бара Артёма до места назначения оказался совсем коротким.
Я даже не понял, в какой именно момент вокруг нас стало так темно. Улица возле пивбара была хорошо освещённой и достаточно оживлённой, но стоило нам сделать буквально пару поворотов, и мы оказались в глухом безлюдном и темном месте. Понятно, что на дворе сентябрь, смеркается рано, да и время, в принципе, движется к полуночи, но, всё равно, складывалось ощущение, как будто кто-то неожиданно закрыл большие шторы.
Поначалу я даже подумал, что мы зашли на территорию какого-то рынка, но приглядевшись понял, что это не так. Большие металлические ангары не имели никаких ярких вывесок, поэтому скорей всего в этом месте только разгружали и хранили товар, но никак не продавали. Не люблю такие лабиринты. Нагромождения металлических и бетонных конструкций почему-то всегда вызывают у меня ассоциацию с кладбищем.
Даже дневное оживление не похоже на полноценную жизнь. В таких местах правят бал машины, а хмурые люди лишь выполняют роль подручных. Целыми днями они вытаскивают из чрева фур и грузовиков различные ящики и мешки, прячут их в глубине своих ангаров, чтобы через короткое время запихать внутрь автомобилей поменьше. Этот замкнутый круг крутится бесконечно, но он лишь суррогат жизни, которая бьет ключом в другом месте и сюда не заглядывает.
А ночью склады замирают, и сходство с кладбищем только усиливается. Здесь всегда завывает ветер, в поисках еды бегают бродячие кошки и собаки, а в некоторых наверняка живут призраки.
Оперативная машина стояла под разбитым фонарем со все ещё работающим двигателем и выключенными фарами, но даже мне не хватало света луны, чтобы издалека разглядеть все подробности. Ребята явно не хотели привлекать внимание, и им это практически удалось.
Думаю, что мы бы сами искали это место немного дольше, однако на половине пути нас встретили сотрудники второго экипажа наружки и провели к нужной точке кратчайшими путями.
– Да уж, – покачал головой Мирон, не делая попытки тронуться с места. Детали произошедшего стали явственно видны шагов за десять до машины, и мой напарник так и замер у этой невидимой границы, казалось, не в силах сделать ещё хотя бы шаг ближе.
Мы с Мерзким оказались менее чувствительны и подошли к автомобилю практически вплотную. Картина, открывшаяся нашим глазам, выглядела и впрямь ужасающе. Первая бригада наружки, связь с которой безуспешно пытался установить Максим, погибла в полном составе. И тот факт, что они умерли на боевом посту, не делал боль утраты хоть на капельку меньше.
Водитель даже не успел выйти из-за руля, и сейчас лежал на сидении, выставив наружу только лишь одну ногу. Его грудная клетка была разворочена страшным ударом, и, кажется, в его теле не хватало сердца. Широко распахнутые глаза так и продолжили смотреть в звёздное небо, как будто перед смертью он увидел там что-то необычное. Казалось, еще секунду и его приоткрытый рот дрогнет, и он крикнет что-то туда наверх.
Второй член экипажа лежал в паре метров от пассажирского сидения автомобиля. В свете фонарика от телефона поначалу можно было даже подумать, что человек устал и просто прилёг отдохнуть. Ну знаете, как сладко спят пьяные на газоне, абсолютно не стесняясь проходящих мимо обывателей. Первым моим желанием было подойти и потрясти за плечо этого человека. А вдруг он жив и просто ранен?
Однако валявшаяся в отдалении рука, перегрызенная в районе локтевого сустава, возвращала к жестокой реальности. Приглядевшись, я заметил следы укусов на спине и боку погибшего сотрудника и передумал трогать тело. Почему-то мне ярко представилось, как у него еще и лицо обглодано, и я не захотел смотреть на это в реале.
– А где Дима? – раздался чей-то негромкий голос, и я понял, что надо искать ещё одно тело. Коллеги погибших стояли рядом с Мироном и внимательно следили за нашими с Максимом передвижениями.
Мерзкий запретил им приближаться к автомобилю, поэтому сейчас они могли только стоять и сжимать кулаки в бессильной злобе. Рядовое задание обернулось гибелью их товарищей, причём сотрудники наружки явно не понимали, кто мог убить таким варварским способом.
– Надо звонить Эдику, – ещё раз посмотрев по сторонам, сказал я Мерзкому. – Как бы господин полковник не сопротивлялся, но теперь это явно в его компетенции.
Максим только вздохнул и потащил из кармана смартфон. Уверен, что мой друг чувствует свою вину в произошедшем и мысленно прокручивает в голове различные варианты, пытаясь понять, где именно он ошибся. Да везде ошибся! Мы, как дети малые, купились на образ перекаченного дурачка и даже не заподозрили возможную угрозу.
Я в очередной раз потащил из кармана пачку сигарет и, снова матерясь, засунул её в карман поглубже. Не надо бы курить в этом месте, по крайней мере, пока не отработают эксперты. Объяснять им потом, где мои окурки, а где чужие представлялось в высшей степени свинством.
Я ещё раз посмотрел в сторону Мирона и ребят из наружки, а затем задумчиво почесал затылок. Почему-то стало очень и очень зябко. Надо проверить гардероб, заодно убедиться, что Светка с Алисой обеспечены одеждой по сезону. Лето уходит, дни становятся короче, а ночи всё длиннее, так что всякая дрянь начнёт чаще высовывать нос из своих норок. Кстати, Мося как-то рассказывал про чудесное средство от простуды собственного изобретения. Надо будет поинтересоваться при случае. Мне-то, понятное дело, насморк не грозит, а вот Алиске со Светкой вполне может пригодиться.
Отстраненные, не связанные друг с другом мысли лезли в голову, настойчиво вытесняя негатив. Причудливый изгиб психики, придуманный природой для сохранности психического здоровья, сейчас неимоверно раздражал и отвлекал от происходящего.
– Эдуард Алексеевич будет через двадцать минут, – подошёл ко мне Максим. – Сказал ничего не трогать и ждать криминалистов.
– Ну конечно, сейчас мы умные стали, всё по инструкции делать будем, – с неожиданной злостью громко рявкнул я на Мерзкого. – А с самого начала послушать меня нельзя было? Я сразу твоему шефу сказал, что мне не нравится этот звонок, и тебе повторял тоже самое! Не переживай, Андрей, все нормально, Андрей!
Меня откровенно несло. Я был зол на весь белый свет, хотя и понимал, что Мерзкий если и причём, то не настолько чтобы я сейчас срывал на нем свои эмоции. Но эта рациональная мысль казалась настолько слабенькой, что у неё не было никаких шансов успокоить мой внутренний ураган. Если бы недавний знакомый Ярослав сейчас оказался в зоне досягаемости, то я разорвал бы его голыми руками.
– Андрюха, тормози, – голос Мирона звучал тихо, а руки обхватили за плечи крепко. – Кричать не надо. Мы найдём этих тварей. Мы обязательно их найдём. И убьём.
Говоря эту в общем то банальную чушь, напарник легонько встряхивал мое тело, и постепенно волна вселенской ярости начинала отступать, сменяясь холодной решимостью. К тому моменту, как на территорию промзоны въехал чёрный тонированный микроавтобус, я уже полностью перестал эмоционировать и, наверное, внешне выглядел абсолютно спокойным. Я даже успел извиниться перед Максимом, который так некстати попал мне под горячую руку.
Мерзкий в случившемся был не виноват, тем более я видел, что мой друг и сам воспринял сложившуюся ситуацию достаточно близко к сердцу. Он не привык прятаться за чужими спинами и наверняка сейчас думал, что лучше бы сам оказался на месте кого-то из экипажа наружки.
Мы, кстати, успели осмотреться вокруг и даже найти тело несчастного Димы. Как по мне, третий член команды бригады наблюдения умирал дольше всех. Ему проломили грудь страшным ударом, и судя по всему, пару последних минут своей жизни он находился в сознании. Увидев эту картину, Мерзкий буквально позеленел, а затем несколько минут глубоко дышал и матерился вполголоса.
На меня же вид изуродованного тела почему-то произвёл не гнетущий, а наоборот бодрящий эффект. Я жаждал действий, желательно тех, которые позволят немедленно найти и сотворить что-то подобное с убийцами сотрудников наружки. Мозг заработал с чёткостью вычислительной машины, просеивая информацию и оставляя в памяти только важные и существенные детали.
В засаде было четверо. Двое из них ждали в небольшом двухэтажном особнячке, непонятно как оказавшемся посреди скопища складов и железных контейнеров, ещё двое затаились где-то неподалёку. Когда в нарушение всех инструкций машина топтунов остановилась, заехав вслед за Яриком на территорию, и один из них решил лично убедиться в правильности переданного адреса, то тут на них и напали.
Ребята сработали плохо, и это был факт, как бы цинично он ни звучал в отношении уже погибших людей. Судя по всему, их ввело в заблуждение поведение Ярослава, который со слов коллег, погибших из второго экипажа, шёл к своей цели быстрым шагом, не проверяясь и даже не оборачиваясь.
Да и сама территория промзоны внешне такой не выглядела. Если ее когда то и огораживал забор, то сейчас он уже давно остался в истории. Склады прятались среди недавно построенных высотных офисных зданий, и видимо тоже доживали на этом месте последние дни. Однако пока здесь хранили самую разнообразную гадость, что-то вроде бытовой химии, поэтому лично моих способностей хватило только на то, чтобы определить принадлежность убийц к оборотням.
Прибывшие в микроавтобусе эксперты принялись за работу за сноровкой опытных и много повидавших людей. В недрах автомобиля помещались не только кофры с аппаратурой и различными реагентами, но и три переносных прожектора. Теперь печальный пейзаж с погибшими сотрудниками смотрелся ещё более жутко.
– Привет, – подошедший Эдик, казалось, был абсолютно спокоен и даже не думал переживать о случившемся. Несмотря на ночь, он оказался облачен в строгий деловой костюм. Белоснежная сорочка, выглядывавшая из-под пиджака, напоминала ещё один фонарь, которых здесь явно не хватало. Интересно, мне кажется или в костюме он действительно немного выше ростом? Никогда не думал, что он комплексует из-за своего телосложения. Ему, в принципе, это чувство не свойственно.
– Слушай, ты вообще хоть чуть-чуть человек? – я почувствовал, как непроизвольно опять начинаю заводиться. – Совсем недавно здесь погибли люди. Между прочим, по твоей вине. А ты чуть ли не улыбаешься, как будто ничего серьёзного не случилось.
– Я и не думаю радоваться, – покачал головой Эдик. – тем более, что поводов и правда немного. Но и впадать в депрессию не вижу смысла. Страдания и заламывание локтей ребят не вернут и к разгадке их гибели не приблизят. Это во-первых! А во-вторых, хотелось бы напомнить тебе, что они вообще то были офицерами и прекрасно понимали, на что идут, поступая на службу.
– К такому их не готовили, – пробурчал я. – Ты должен был предусмотреть, что они могут встретиться с оборотнями. Я же не просто так попросил тебя о помощи, с обычными людьми всё было бы по-другому.
– Ну да, – усмехнулся полковник. – Обычные люди не жрут сердце своих врагов. Они пользуются ножом или автоматом. Андрей, если бы этих троих расстреляли из автомата, тебе было бы проще? Я повторяю тебе! Погибли офицеры, а не случайные прохожие! И единственное чем мы можем помочь им сейчас это найти тварей, которые это сделали. Так что подбери сопли и рассказывай!
Но и погрузиться в поиски убийц по горячим следам нам с Мироном тоже никто не дал. Узнав, что из-за химии, я почти ничего не чувствую носом, Эдик достаточно быстро потерял к нам интерес. Он внимательно выслушал наш рассказ о встрече с Ярославом в пивбаре и неопределенно хмыкнул, услышав про усадьбу графа Воробьева. Номер, с которого назначали встречу, оказался одноразовым. По крайней мере в сети он больше не появлялся, а зарегистрирован вообще на неизвестную бабушку из Саратова.
Короче, Эдик недвусмысленно дал понять, что мы с Мироном сейчас будем только мешать, поэтому лучше бы нам отправиться по домам.
– Думаю, что завтра или послезавтра вы мне понадобитесь, – напутствовал полковник нас на прощание. – А пока постарайтесь просто отдохнуть. Судя по всему, обстановка складывается гораздо более тревожная, чем мне казалось изначально.
Громадным усилием воли я удержался, чтобы не съязвить в ответ, и поэтому просто кивнул в ответ на слова Эдика. Мой друг абсолютно прав, склоки сейчас делу не помогут, поэтому мне надо просто успокоиться.
Помахав Мирону ручкой и пообещав позвонить утром, как только проснусь, я вызвал такси и себе. Хорошо, что в последнее время проблем с этим в столице нет никаких, периодически вообще возникает ощущение, что машин с шашечками больше, чем обычных Автомобилей. Так что поездка куда-либо сейчас достаточно легкое и простое мероприятие, самая сложная часть которого – это проговорить имя водителя. Не сочтите меня шовинистом, но имена Нусратило, Срапион и Муродилжон по-прежнему ставят меня в тупик.
Впрочем, в этот раз мне повезло и приехал просто Сергей. Я устало растёкся по заднему сидению и попытался собрать свои мысли о происходящем в кучку. Начинать надо, конечно же, со звонка. Ярослав и его старейшины явно искали меня, вот только с какой целью? Что-то подсказывает мне, что если бы они действительно хотели нанять меня для какого-то щекотливого дела, то ни в коем случае не решились на тройное убийство. Исполнитель не доверяет заказчику и пытается его проверить? Ну и что в этом такого криминального? Можно возмутиться, поторговаться, разорвать договорённости, наконец! Но не убивать!
Мне почему-то кажется, что гибель сотрудников наружки должна была стать каким-то сигналом для меня лично, вот только каким? Не надо спорить с неведомыми старейшинами? Или это демонстрация, что может ждать меня в случае отказа? Неужели они думают, что я испугаюсь и стану послушным? Зачем тогда им нужен такой слабак? Где гарантия, что я выполню их задание, и кто-то другой не испугает меня ещё больше.
А если это провокация? Может быть, неведомые недоброжелатели просто напросто проверяли мою реакцию на неожиданную ситуацию, а заодно хотели посмотреть, насколько большие ресурсы у меня за спиной? Ну и что? Допустим, увидели…
Всё равно, ничего не понимаю. Неужели всё это стоит жизни трёх человек?
И самое главное, неужели кто-то считает, что после этого я смогу нормально с этими людьми сотрудничать? Миллион вопросов и ни одного внятного ответа. Интересно, а к ограблению Моси эти отморозки все-таки имеют отношение или нет?
С одной стороны, почерк действий чем-то похожий, а с другой, Мося остался жив. Здесь же поработали, судя по всему, товарищи без сантиментов. Кроме того, убийство сотрудников наружки совершили оборотни, в этом я уверен на сто процентов, а Мосю ограбили люди.
Где-то на подсознании билась какая-то важная новость, но никак не хотела оформляться во что-то более-менее осязаемое. Впрочем, в этот момент машина уже подъехала к дому. Сейчас посижу на скамеечке, покурю, может что-то в моей голове и сложится.
Однако, несмотря на позднее время, перед подъездом почему-то оказалось достаточно многолюдно. Очень интересно, второй час ночи, а мечты о спокойных посиделках, видимо, так и останутся мечтами.
Приглядевшись к столпившимся, я непроизвольно улыбнулся. Вот сейчас и снимем стресс светской беседой…
Фонарь у подъезда испокон века светил тусклым темно-желтым светом, но понять суть происходящего вполне хватило и этого. К Вовчику пришли кредиторы.
Вообще, Владимир жил в моем подъезде с незапамятных времён и уже давно из вечно расхристанного юноши превратился во взрослого мужика с солидным пивным пузиком. Однако, возраст человека измеряется не датой в паспорте, а состоянием души, поэтому для всех соседей он так и остался Вовчиком.
По крайней мере, мне бы никогда и в голову не пришло называть его по имени-отчеству. Короткостриженый круглолицый крепыш в растоптанных кроссовках, зимой таскающий джинсы и толстовки, а летом безразмерные шорты и майки-алкоголички никак не мог быть Владимиром Сергеевичем или Николаевичем… Петровичем или Иванычем может и мог, наверное, но тогда без имени.
Впрочем, это всё частности, а наш Вовчик оставался Вочиком. Простой мужик слегка за сорок, который пребывал практически всегда на позитиве, разбрасывая вокруг себя флюиды энергии и драйва. При таком складе характера мой сосед категорически не переваривал суровый офисный распорядок с девяти до шести, вследствие чего постоянно находился в поиске гениальной бизнес-идеи.
Чем он только не занимался! То привезёт из какого-то совхоза фуру капусты, а потом ходит по квартирам и уговаривает хозяек купить пару кочанов про запас. В другой раз Вовчик купил битый джип и полгода чуть ли не на коленке восстанавливал этот металлолом в чужом гараже, рассчитывая озолотиться на перепродаже. Насколько я помню, он даже строительную фирму когда-то умудрился зарегистрировать, но вовремя одумался.
Короче, Вовчик постоянно находился в движении, а с учётом того, что в семье олигарха родиться ему не посчастливилось, то ничего удивительного, что приличную часть своего времени упорный бизнесмен находился в поиске денег. Ну, или «инвестиций», как гордо именовал этот процесс сам Вовчик. В реальности же он постоянно у кого-то занимал, затем перезанимал, чтобы отдать, рефинансировал банковские займы и обладал внушительной коллекцией кредитных карточек.
Но сколько веревочке не виться, конец всегда одинаков. На дворе ночь, честные люди спокойно спят в тёплых кроватках, а Вовчик стоит прижатый к грязной подъездной двери и что-то испуганно лепечет, а над ним нависают два внушительного вида товарища. А на скамеечке возле подъезда, кстати, ещё двое восседают. Группа поддержки, наверное…
Я почувствовал, как во мне растёт волна буквально детской радости. Напряжение вечера, злость и обида на обманувшего меня Ярослава, грусть от гибели сотрудников наружки… Вся эта гремучая смесь эмоций требовала выплеска, и хорошая драка могла стать прекрасным выходом из ситуации. Тем более, сосед в беде, то есть не совсем уж посторонний человек.
Услышав шум моих шагов, разговор стих и все пятеро уставились на меня. Разглядеть подробности было трудно, но думаю, что Вовчик смотрел с надеждой, а его ночные визитеры – с досадой. Ходят тут всякие, долги вытрясать мешают.
– О, Вовчик! – поприветствовал я соседа. – А ты чего не спишь? Нам же с утра на рыбалку.
– Д-да? – заикнулся было Вовчик, но тут же ойкнул, видимо, от тычка куда-то под рёбра.
– Проходи, уважаемый! – негромко прорычал один из собеседников Володи. – Нэ мэшай разговаривать!
Кавказский акцент меня изрядно удивил. Я, конечно, не особо сильно интересовался делами Вовчика, но мне казалось, что среди его знакомых были исключительно славяне. Вместе с тем, меня охватило возбуждение и необъяснимое веселье. Кавказцы никогда не дают заднюю, а значит у меня все шансы сбросить стресс и хорошо оттянуться.
– Так я ж не мешаю, – мой голос звучал максимально доброжелательно. – У меня просто дело к приятелю. Вы поговорите, а затем и я пообщаюсь. Договорились?
– Эээ! – теперь голос подал один из сидевших на скамейке. На него падала тень, но всё равно можно было различить тренированную фигуру и достаточно объёмную бороду. – Ты что, рюсски язык нэ панимаэшь? Иди домой. Патом с товарищэм поговоришь.
– Да нет, это ты, видимо, слышишь плохо, – с ещё большим весельем нарывался я на конфликт. – Мне надо поговорить с товарищем, поэтому я подожду здесь. Вам понятно?
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
