Если бы она только знала, что ее слова окажутся пророческими и принесут с собой множество странных и опасных событий, то, несомненно, промолчала бы.
Глава 3
Вызов к отцу застал Шиана, когда он пытался пообедать. С сожалением посмотрев на заполненный едой поднос, мужчина выбрался из-за стола, широко зевнул и, решив, что слишком сильно устал, открыл портал прямо в кабинет министра. Хорошо хоть там никого не было, кроме самого министра и его секретаря, а то опять поползли бы слухи о наглости главы отдела внутренних расследований. Не то чтобы Шиан переживал по этому поводу, но видеть укоризненный взгляд отца не хотелось.
Тор Тавир Хайвер, восседавший за широким П-образным столом, внимательно осмотрел сына и флегматично обратился к секретарю:
– Лид, у нас тут умертвие объявилось, вызывай ловчих.
Молодой худощавый мужчина с взъерошенными пшеничного цвета волосами оценивающе посмотрел на красные от недосыпа глаза Шиана и спокойно ответил:
– Будет исполнено!
– Он ведь за едой пошел? – жалобно вопросил ледяной маг, когда секретарь скрылся за дверью. – Жрать очень хочется!
Желудок громко поддержал своего нерадивого хозяина, а министр закатил глаза.
– При матери хоть так не выражайся, – попросил он и указал взглядом на стул, приглашая присесть.
– Я себе не враг, – хмыкнул Шиан, тяжело опускаясь на сиденье. – Нотации матушка читает виртуозно, после них в голове вообще ни одной мысли не остается.
– Общался бы поменьше со всяким отребьем, не пришлось бы ничего выслушивать, – не преминул укорить сына тор Тавир. – Или, по крайней мере, не подхватывал от них сомнительные речевые обороты.
– По сравнению с Ником я выражаюсь как примерная институтка.
Услышав имя старшего сына, министр еле заметно поморщился. Никиал был для него большой надеждой, а стал страшным разочарованием. А все из-за того, что не пожелал идти по стопам отца в политику, предпочтя жизнь обычного солдата. И тора Тавира ничуть не грела мысль, что Ник в свои сорок имел чин генерала, полученный благодаря не штабной службе, а реальным сражениям. Впрочем, этому не стоило удивляться. Королевство всегда с кем-то воевало – то с островитянами, возжелавшими независимости спустя три сотни лет, то с соседями, жаждущими оттяпать кусок чужой земли. А иногда и со своим народом, когда кому-либо в голову приходила светлая мысль поднять восстание в провинциях. И всегда бравый генерал Никиал Хайвер стоял на страже интересов королевской семьи, свято блюдя ее покой и неприкосновенность. Да он вообще практически не вылезал с полей битв! А когда вырисовывалось затишье, днями пропадал с инспекциями войск.
«Ладно хоть Шиан оказался более благоразумен и не стал сбегать за тридевять земель, когда я намекнул ему, что следующим министром обороны станет он. Видимо, понимает: Дилиар со своим увлечением рисованием вообще от всего этого далек. Вот и приходится брать на себя ответственность, пока старший и младший братья живут в свое удовольствие, – думал мужчина, рассматривая уставшее лицо начавшего клевать носом сына. – Выспаться ему надо, а то люди скоро шарахаться начнут».
– Жениться бы тебе, – пробормотал тор Тавир и с усмешкой полюбовался на вмиг взбодрившегося Шиана.
– По расследованию пока обнадеживающего ничего не могу сказать, – отрапортовал Шиан, делая вид, что не замечает улыбки отца. – Все слишком эфемерно и непонятно.
– То есть может быть так, что в том деле и дела-то нет?
– Есть, в этом я уверен. Только еще не знаю, с чем все связано.
Первым, пока еще слабым звоночком для ледяного мага стали дошедшие до него слухи о слишком часто болеющих студентах старейшей магической академии королевства. В принципе, можно было бы не обращать на это внимания, и так дел по горло, если бы не тора Ната Вирк, вот уже семь лет работавшая в доме Шиана поваром. Тревожась за жизнь своей племянницы, устроившейся на кухню академии, она не побоялась побеспокоить хозяина. По утверждению торы Вирк, девушка всегда отличалась отменным здоровьем, а тут ни с того ни с сего стала чахнуть. Сначала это выражалось в ежедневной усталости, на которую Ларта не обращала особого внимания. Работы всегда было много, как тут не устать. Но вскоре появились слабость и озноб. Девушка обратилась к целителю, но тот не обнаружил ничего подозрительного, прописал укрепляющее и рекомендовал больше отдыхать.
Когда Шиан осторожно поинтересовался, в чем именно состоит просьба торы Наты, женщина призвала его выгнать нечистую силу, которая обитает в академии и пьет жизненные соки не только из Ларты, но и других наемных работников. Ледяной маг от такого неожиданного требования опешил и слегка завис, пытаясь решить, как бы поделикатнее отказать торе. Терять отличного повара не хотелось, но и выполнять бредовые просьбы прислуги он тоже не собирался. Пришлось отговориться срочными делами, а потом… Оставалось надеяться, что Вечный смилостивится, и холодное лето наконец порадует теплом, а то и вовсе жаркой погодой. И тогда племянница торы Наты перестанет простужаться.
Как Шиан и подозревал, вскоре все нормализовалось. Неизвестная ему, но уже успевшая набить оскомину племянница поправилась, а его повар вновь радовалась жизни.
Спустя три месяца с Шианом пожелал побеседовать ректор той самой академии. В приватном разговоре тор Дитэр Новак выразил обеспокоенность состоянием здоровья некоторых студентов и преподавателей. Оказалось, их поразила та же странная болезнь. Если на наемных работников никто особо внимания не обращал, то массовые болезни студентов ректор уже не смог игнорировать. Но для принятия каких-либо мер нужны были доказательства, а их у тора Новака не было. Вот он и решил попросить об одолжении одного из выпускников академии. Пришлось Шиану смириться и навестить бывшую альма-матер.
Увиденное ему определенно не понравилось. На первый взгляд все было хорошо: потоки шумных студентов, снующий по своим делам вспомогательный персонал, степенно вышагивающие преподаватели. Но было в воздухе что-то темное, угрожающее, несущее с собой чувство опасности. Оно тихо вздыхало за спиной, пробегало колким морозцем по позвоночнику, еле слышно ступало по старым, пропитанным магией коридорам академии, и шептало свою заунывную песнь, отчего даже ярким солнечным днем становилось не по себе. Пока это нечто было слишком слабо, поэтому большинство обитателей учебного заведения радостно улыбались, громко разговаривали и строили планы. Но были и те, кто уже почувствовал протягивающиеся к ним липкие щупальца, и эти люди часто хмурились, настороженно оглядываясь вокруг в попытке найти невидимую угрозу, и еле заметно ежились от пробирающего нутро холода.
Шиан всегда был довольно чувствителен к разного рода эманациям, и ему легко давалась возможность ощутить остаточную магию или присутствие потусторонней сущности. А в академии была просто ненормальная призрачная активность. Через Шиана постоянно проходил кто-то невидимый, принося с собой чувство затхлости и безысходности. Обычно ледяной маг носил на шее специальный амулет, приглушающий яркое восприятие, но иногда приходилось его снимать. В тот раз он провел в академии несколько дней и однажды вечером почувствовал исходящую от кого-то жажду. В ней было намешано столько разнообразных желаний, что Шиану никак не удавалось понять, чего же именно хочет неизвестный. Зато появилось стойкое ощущение гадливости и приближающейся беды. Но тогда он так никого и не нашел. И вот уже на протяжении последних четырех месяцев глава ищеек бился над разгадкой этой тайны. И по всему выходило, что помочь ему могли только коренные обитатели академии, если можно так сказать. Оставалась одна маленькая проблема – как связаться с призраками?
Сначала Шиан обратился к знакомому некроманту, но оказалось, что маг смерти не в силах ему помочь. Как пояснил Герад, он может связаться только с тем, кто ушел за грань, а призраки находятся в пограничном состоянии, куда некромантам хода нет. И помочь могут только говорящие с призраками. Отсюда вытекала еще одна проблема – где ж их взять, если по официальной версии этих магинь истребили еще лет триста назад? А по неофициальной – если кто-то и остался, то прячется очень хорошо, абсолютно никому не доверяя. И Шиан понимал почему, на их месте он бы тоже никому не верил.
Пришлось начать издалека, с изучения доступной информации о говорящих. Не стоило и сомневаться, что больше всего ее сохранилось в королевском архиве. Под присмотром пугливой тори Резнак. А еще там обитал довольно наглый призрак, подаривший Шиану несколько неприятных мгновений. В такие моменты мужчина жалел, что не может видеть потусторонние сущности, – как-то не хотелось высказывать в пустоту все что он думает о нарушителе личного пространства.
– Может, расскажешь, что успел обнаружить? – Отец вырвал Шиана из очередной попытки уснуть.
– Вот найду специалиста, договорюсь о сотрудничестве…
– Если поймаешь, – усмехнулся тор Тавир.
– Когда нужно, я быстро бегаю, – отмахнулся Шиан. – Куда говорящая от меня денется!
– На тот свет? – предположил министр. – У тебя же репутация хуже, чем у меня. Перепугаешь девчонку до смерти, и нет «специалиста».
Шиан вспомнил перепуганные светло-карие глаза на миловидном лице и молча согласился с отцом. Пост главы отдела внутренней безопасности накладывал определенный отпечаток на мнение окружающих, особенно когда стало понятно: сын министра Хайвера не просто так занимает свою должность.
– Что-нибудь придумаю, – подытожил он. – Главное – найти ее. И почему этот дар просыпается только у женщин? С мужчиной было бы намного проще.
– А это чтобы тебе жизнь слишком легкой не казалась, – поддел отец.
Но пикировку пришлось прекратить, вернулся секретарь с полным подносом. Скептически осмотрев это великолепие, Шиан задумчиво пробормотал:
– Я столько не съем.
– А это на троих. – Тор Лид водрузил поднос на стол. – Я тоже голоден. Лишь ваш батюшка может сутками питаться воздухом и быть веселым и бодрым.
– Что-то ты в последнее время совсем распоясался. – Министр недовольно прищурил такие же серые, как у сына, глаза, преувеличенно пристально осматривая худощавого секретаря. – Вот уволю без выходного пособия…
– И я пожалуюсь вашей супруге, – не растерялся тор Лид. – В отличие от вас она меня любит и ценит.
На это заявление тор Тавир не нашел что сказать. Тора Лариза Хайвер хоть и была хрупкой на вид, но имела весьма тяжелый характер. Да и как не иметь, если тебя почти постоянно окружают четыре упрямых мужчины, каждый со своими запросами и мнением?
– Лид уже практически член семьи, куда ты его выгонять собрался? – весело удивился Шиан и умыкнул поближе к себе тарелку с тушеным мясом.
– Про овощи не забудьте. – Тор Лид с укоризной посмотрел на ледяного мага.
– Нет уж, я нормальный мужик, я мяса хочу! – Шиан с неприязнью посмотрел на овощное рагу, которое с детства терпеть не мог.
– Значит, Лид ненормальный? – с улыбкой поинтересовался тор Тавир, помня о вегетарианских предпочтениях секретаря.
– Почему это? – искренне удивился Шиан. – Лид отличный мужчина, так как не ест мяса. Значит, мне больше достанется!
Ничего не ответив на возмутительное заявление, секретарь продолжил сервировать стол. За двенадцать лет службы у министра обороны он уже привык к внутрисемейной манере общения Хайверов, значительно отличавшейся от других аристократических семей, в которых строго придерживались этикета даже в отсутствие посторонних.
Шиан покинул кабинет отца тем же образом, каким и пришел, через портал. Он хотел еще раз пробежаться по записям, чтобы приступить к составлению плана по вычислению говорящей, но плотный обед и недосып сделали свое темное дело. Стоило магу опуститься в удобное рабочее кресло, как глаза начали слипаться. Дав себе слово посидеть так пару минут, мужчина мгновенно провалился в сон. Там за ним по коридорам дворца гонялось привидение безобразной старухи, требующее обнять ее и рассказать сказку. Но едва он от нее отделался, спрятавшись в большом платяном шкафу, как туда же влезла пугливая тори Эллария, принявшись отчитывать мага за пренебрежительное отношение к призракам, недостойное настоящего мужчины. Под конец тирады девушка заявила, что профсоюз привидений постановил ввести против него санкции, и Шиану не светит встретить ни одну говорящую, так как они теперь все недоступны на ближайший год. Он хотел возмутиться вопиющей несправедливостью, но проснулся от громких голосов, раздававшихся за дверью его кабинета.
Поняв, что все было просто дурацким сном, ледяной маг облегченно выдохнул и потянулся, скидывая с себя кем-то наброшенный плед.
– Ишь ты, жалеют, – хмыкнул он, складывая шерстяную клетчатую ткань.
Тем временем голоса усилились, послышались глухие удары. Встав из-за стола, Шиан потратил некоторое время на разминку затекшего тела и только потом пошел разбираться. В небольшой, но уютной приемной оказалось многолюдно, все посетители громко требовали пропустить их в кабинет к Шиану. Один особо нетерпеливый и вовсе стучал ладонью по стопке папок. В ответ тора Светана Тарик лишь невозмутимо повторяла, что шеф занят, и им придется подождать. Шиан в очередной раз восхитился выдержке своего секретаря и кашлянул, привлекая внимание.
– Что за шум?
– Я принес отчет!
– У нас есть зацепка по делу купца Вертава!
– Мы должны немедленно их схватить!
– За что? – поинтересовался Шиан, еле сдерживаясь, чтобы не попятиться от слишком возбужденных подчиненных.
– За жабры! – не растерялся ищейка и воинственно помахал пухлой папкой.
Наблюдая, как на светло-зеленый ковер планирует измятый лист, ледяной маг уточнил:
– Это ты про жабранов?
– Ну а про кого же еще! – поморщился мужчина. – Эти бледные… представители водной расы у меня уже в печенках сидят.
Жабраны по сравнению с людьми считались малочисленным народом, предпочитали селиться у водоемов, так как минимум пять часов в сутки им нужно было находиться в воде, издавая при этом звуки, очень похожие на кваканье жаб, за что их частенько сравнивали с этими земноводными. Да и как не сравнивать, если у представителей расы были глаза навыкате, широкий и тонкогубый рот и слегка приплюснутая голова. Только кожа была просто бледной, не неся на себе и следа зелени. Зато волосы у них воистину шикарные! Цветом от темно-русого до черного, густые и прямые, они являлись гордостью, и даже самцы, как сами себя величали жабраны мужского пола, отращивали шевелюру минимум до талии. Ну и главной особенностью этой расы были жабры на шее, из-за чего жабраны всегда носили одежду с высоким воротом, так защищаясь от пыли и ветра.
В основном народ занимался торговлей, водя суда не только по морю, но и по рекам, а кто не торговал, тот рыбачил или работал ловцом жемчуга. Можно сказать, что на это занятие у них была монополия, и люди давно приняли этот факт как должное. Но была у жабранов и довольно неприятная особенность. Два раза в год у них начинался сезон спаривания, ибо в другое время самки не могли понести потомство, да даже и в этот период не факт, что получится. Вот только некоторые самцы не делали различий между представительницами своего и чужого видов, а человеческие женщины редко выживали после такого, не в силах выдержать сутки безостановочного спаривания. Шиан несколько раз видел тела тех несчастных и до сих пор содрогался от воспоминаний.
Конечно, по закону межвидовые отношения были запрещены, но всегда находились те, кто плевать хотел на правила. Поэтому за пару недель до начала сезона иногда пропадали женщины. Как раз через неделю должен был начаться новый, и в столичном отделении жандармерии лежало с десяток заявлений о пропаже. В такие дни практически весь отдел внутренней безопасности занимался поиском похищенных. Чаще всего их удавалось спасти.
– Проходите. – Шиан пропустил подчиненных в кабинет. – Тора Светана, сделайте нам кофе.
Когда он подошел к одному из двух высоких окон, все уже заняли свободные стулья у столов, составленных буквой Т. Открыв створку на всю ширину, Шиан вдохнул прохладный осенний воздух и осмотрел внутренний двор министерства. Внизу сновали сотрудники, приезжали и отъезжали магомобили, все было как-то буднично и спокойно.
– Рассказывайте, что обнаружили.
– Старший сынок вита Вертава уже несколько раз уезжал из города, – доложил один из подчиненных, – тогда как раньше за ним такой активности не наблюдалось. Обычно вит Ой Вертав предпочитает удобства столичного бассейна, а не грязные пруды и реки.
– Какой разборчивый, – пробормотал Шиан и постучал пальцами по подоконнику. – Отследили?
– Да. Он ездил на купленный отцом участок недалеко от Великих Лук. Там полным ходом идет стройка, один из трех прудов уже полностью облагорожен и готов к использованию. К сожалению, на саму территорию мы попасть не смогли, охрана отличная, все бывшие военные.
– С чего вдруг такие выводы?
– По выправке определил.
– Ладно, охрану пока оставим в покое. – Шиан вернулся к столу и взял одну из папок, принесенных сотрудниками. – Мне нужно что-то более существенное, чтобы начать обыск у вита Вертава. Он уважаемый и влиятельный купец, просто так не подступишься.
– Подозрительно уже то, что осенний праздник продолжения рода вит Ой планирует провести на новом участке, – пояснил подчиненный. – Этот любитель роскошной жизни слишком ценит комфорт, чтобы даже ненадолго расстаться с ним.
– Значит, что-то заставило его изменить своим привычкам, – подхватил другой ищейка. – Что-то слишком привлекательное. Вернее, кто-то привлекательный. Например, как младшая дочь часовщика тора Турана Мархова. Юной тори всего семнадцать лет, и, по словам соседей, девушка очень красива.
– Она есть в списке пропавших? – спросил Шиан.
– Да! Исчезла пару дней назад, когда шла с рынка. По крайней мере в последний раз ее видели именно там.
– Вит Ой был замечен рядом с девушкой?
– Да! – раздалось дружное в ответ.
А потом ищейки, перебивая друг друга, поведали начальнику все что узнали. И о том, как богатый бездельник жабран впервые увидел тори Лурию два года назад, как присылал ей подарки, а девушка их всегда возвращала. И о том, как часовщик, опасаясь за жизнь дочери, заблаговременно отсылал ее к дальней родне пережидать сезоны спаривания. И о том, что вит Ой вроде как остыл к прекрасной тори, уже более полугода не оказывая той знаков внимания.
– Ее нужно спасать! – Один из следователей грохнул кулаком по столу. – Шеф, я не желаю потом найти тело тори Лурии в каком-нибудь пруду. Она ведь совсем еще ребенок!
– Хорошо, я подготовлю бумаги и заверю их подписью министра обороны, – сказал Шиан. – Против такого даже вит Вертав не посмеет пойти. Но действовать надо быстро, чтобы они не смогли перепрятать пленниц в другое место.
На составление ордера ушло минут десять. Но из-за того, что отца вызвали во дворец, пришлось прождать еще около двух часов. Подчиненные Шиана нервничали и рвались прямо сейчас перевернуть владения купца с ног до головы. Приходилось их осаживать, напоминая, что иначе они провалят дело, а это пропавшим женщинам грозит неприятной и унизительной смертью. Тор Лид, лучший из секретарей во всем королевстве, быстро организовал для всех чай с капелькой бренди, что благотворно сказалось на подчиненных Шиана, ждавших вместе с ним в приемной возвращения министра Хайвера.
Когда тор Тавир увидел рядом с кабинетом незапланированное собрание и вник в проблему, то сразу же подписал нужные бумаги, приказав сыну держать его в курсе событий.
– Давно пора внести коррективы в некоторые законы, – сказал он, отдавая документы. – Жабраны не успокоятся, пока им не будет грозить что-то посущественнее штрафов и исправительных работ, если у них обнаружат человеческих пленниц.
– На виселицу надо этих… малочисленных, – предложил кто-то.
– Никакого самосуда! – Шиан погрозил кулаком слишком болтливому сотруднику. – Сейчас главное – найти пропавших. Я уже связался с главой столичной жандармерии. Он ждет нас, так что отправляемся.
Передвигались порталами, чтобы хоть немного сократить время. До загородного участка вита Ката Вертава добираться около часа, а на улице уже вовсю правили бал осенние сумерки. Можно, конечно, подождать до утра, все равно сезон у жабранов начнется через шесть дней. Но Шиан сомневался, что его люди станут спокойно ждать. Да он и сам не сомкнул бы глаз, так смысл откладывать облаву?
Здание жандармерии радовало глаз приятным светло-желтым цветом штукатурки и чисто вымытыми, хоть и зарешеченными окнами. Входные двери были открыты, словно приглашая желающих зайти в гости. Щуплый часовой с преисполненным гордости лицом смотрел на прохожих. По его виду сразу понятно: новобранец, только окончивший жандармское училище. Но стоит отдать ему должное, прибывших задерживать не стал, а то обычно новички грешили неукоснительным исполнением приказов, дотошно выспрашивая куда, зачем и почему. Этот же только сделал шаг в сторону, еще больше вытягиваясь во фрунт.
В просторном холле первого этажа, около стола приема заявлений, их поджидал глава жандармерии тор Рейнар Михар. Высокий, широкоплечий, с грубыми чертами лица, он немного чуждо смотрелся в строгой темно-синей форме. По мнению Шиана, мужчине больше подошли бы одежды вольного наемника, уж очень колоритной фигурой тот был.
– Мои ждут на заднем дворе, – сообщил тор Рейнар после приветствия. – Не хочу привлекать лишнего внимания, так что из столицы будете уходить «огородами».
– Я думал о том же, – согласился Шиан.
Они уже двинулись к черному входу, когда позади раздался взволнованный женский голос:
– Но как же мне теперь быть?
– Вы подали заявление, мы его приняли, – спокойно ответили ей. – Хотя по правилам должны были пройти сутки.
– Да как же так?!
Оглянувшись, Шиан наткнулся взглядом на девушку с бледным заплаканным лицом. Ее каштановые волосы были в легком беспорядке, руки с тонкими аккуратными пальцами нервно сжимали небольшую сумочку.
– Тори Резнак, что вы здесь делаете? – окликнул ее Шиан, узнав архивариуса из хранилища с запрещенной литературой.
– Тор Хайвер, – пробормотала та в ответ, и светло-карие глаза наполнились слезами. – Я… Понимаете, я только ненадолго отошла, а когда вернулась, она уже исчезла.
– Кто исчез? – подойдя к ней, спросил Шиан.
– Моя кузина, – разрыдалась девушка, даже не пытаясь сдерживаться.
Глава 4
Следующие два дня после визита тора Хайвера в архив Эллария провела в нервном напряжении, не отрывая взгляда от входной двери хранилища в ожидании нежеланного посетителя. Призрачные обитатели пришли в состояние боевой готовности, постоянно следя за всеми прибывающими. Даже Мерида не проказничала, пытаясь развеселить понурую подругу. Эллария только вздыхала и старалась загрузить себя работой. Проверила все накопители для бытовых заклинаний, сама себе устроила переучет, вручную протерла старинные фолианты по черной магии, хранившиеся под специальными зачарованными колпаками. Осмелилась даже сходить на обед в столовую, правда, выбралась туда под конец перерыва. И не прогадала! Практически все столы оказались пусты, а те работники, которые еще не закончили обедать, девушку не беспокоили. Возможно, потому, что не знали, кто она такая. Королевский архив действительно был огромен, а Эллария проработала в нем всего полгода. Как утверждала тора Тьяга, чтобы узнать и запомнить всех сотрудников, понадобится не один год.
Под конец второго рабочего дня говорящая немного повеселела от мысли, что тор Хайвер больше не придет, и можно возвращаться к своему спокойному и размеренному существованию. Если только не вспоминать о приезде кузины, которую нужно встретить вечером на вокзале.
– Красивый мужчина исчез, словно утренний туман, кузина со шпионскими планами приезжает, никуда не сходить, личную жизнь не устроить, – завывала Мерида, усевшись на металлическое ограждение по краю площадки второго этажа.
Приглушенный свет скрадывал черты ее полупрозрачного тела, из-за чего казалось, что голос доносится из ниоткуда. Не будь она уже мертва, Эллария точно переживала бы за ее жизнь, а так только рукой махнула. Призрачная подруга имела некоторую слабость к театральным эффектам, вот и теперь создавала печальный образ барышни, замученной серой повседневностью.
– Где же тот прекрасный принц, или герцог, или могущественный маг, или… – вздыхала непризнанная актриса королевского театра «Иллюзион». – Ах, никто не хочет спасти юную и прекрасную деву от скуки бытия!
– Я вполне довольна своей жизнью, – не удержалась от замечания Эллария, проходя мимо разошедшейся подруги.
– Зато я недовольна тем, как ты губишь свою жизнь! – упрекнула та. – Тебе ведь уже двадцать три, не за горами первые морщинки, седые волоски, поплывшая талия… Но самый страх и ужас – это обвисшая грудь!
От неожиданности подавившись воздухом, говорящая прижала ладони к груди, словно опасаясь, что та прямо сейчас потянется куда-то в район пупка. Но ее третий размер все так же оставался на месте, упакованный в шелковое бюстье и прикрытый сверху нежно-розовой тканью блузки.
– Ну не прямо сейчас, – соизволила уточнить Мерида. – Но все равно, время неумолимо идет вперед, а ты не молодеешь!
В ответ на возмутительную отповедь Эллария щелкнула выключателем, погружая зал хранилища в темноту. Спустя пару мгновений зажглись ночники, окутывая помещение тусклым золотистым сиянием. Девушка ненадолго замерла, вслушиваясь в тишину, затем удовлетворенно кивнула сама себе и скрылась в кабинете. Нужно переобуться и поспешить на вокзал, через час должна была приехать Энфария, не хотелось бы опаздывать.
– Все, я ушла! – попрощалась говорящая с подозрительно притихшим привидением. – Встретимся после выходных. Возможно, и тора Тьяга к тому времени выйдет на работу.
В ответ Мерида кинула на нее преисполненный печали взгляд, словно уже поставила крест на семейном счастье девушки. Хорошо хоть, не похоронила раньше времени… Эллария недовольно поджала губы, но комментировать не стала. Иногда подруга была просто невыносима, переступая грань дозволенного. Но как можно повлиять на привидение, не представляла. Оставалось только перетерпеть.
Закрыв дверь кабинета на ключ, Эллария направилась в сторону портальной кабинки, около которой и столкнулась с тори Вереникой и одной из ее подруг-шестерок тори Элзой. Посмотрев на говорящую так, словно та была попрошайкой с окраин столицы, признанная красавица почти всего королевского архива перекинула за спину идеально окрашенные платиновые волосы и перевела взгляд на подругу, продолжив прерванный разговор.
– Я была ужасно смущена его вниманием, – доверительно вещала стервоза, – не думала, что он меня запомнит. Мы виделись мельком, когда я относила документы в приемную главного.
– Ну что ты такое говоришь? – наигранно возмутилась тори Элза, смахивая с насыщенно-сапфировой ткани пиджака невидимую пылинку. – Тебя невозможно забыть, даже если видел всего лишь секунду. Не то что некоторых…
Дальше Эллария слушать не стала, исчезая в портале. Лишь понадеялась, что слишком узкое платье тори Элзы не разойдется по швам. Вот бы неприятность была!
Благодаря вызванному извозчику путь до вокзала занял всего минут двадцать. За это время девушка окончательно привела мысли в порядок и еще раз обдумала линию поведения. Нужно продержаться всего две недели, а там уж Энфария переселится в общежитие, и их встречи будут сведены к минимуму.
Центральный вокзал встретил ее гудками прибывающих и отправляющихся экспрессов и громкими голосами зазывал, предлагающих разнообразные услуги. От подвоза до предложения снять дешевое и уютное жилье. Покачав головой, Эллария вошла в высокое двухэтажное здание. Проживя в столице достаточно времени, она уже знала, что доверять вокзальным дельцам не стоит, особенно если дело касалось съема жилья. Лучше потратиться и обратиться в соответствующее агентство, его контора располагалась как раз напротив здания вокзала. Но всегда находились глупцы, падкие на дешевизну. В итоге в жандармерию частенько поступали жалобы на мошенничество, с которым представители закона ничего поделать не могли. У вокзальных «агентов» всегда находились подписанные жертвами договора.
– На третий путь прибывает восточный экспресс, – проскрежетал неприятный металлический голос. – На третий путь… – В динамиках зашипело, затрещало и смолкло.
– Какой бардак! – возмутилась полная, тяжело дышащая тора, вцепившаяся одной рукой в сумочку, а другой удерживая на поводке мелкого пса ставшей недавно модной породы чихауа.
За это, кстати, тоже стоило поблагодарить тори Вейвери Андрас. Актриса в каждом интервью вещала, какие собачки хорошие и неприхотливые в обращении. Как и следовало ожидать, через несколько недель случился самый настоящий бум на породу. Эллария тогда возвращалась домой после защиты диплома, а из-за тетушки Роринды, во всем следующей советам тори Андрас, пришлось на пару дней задержаться, чтобы забрать сразу двух щенков чихауа. Девушка до сих пор с содроганием вспоминала мучения по доставке этих мелких чудовищ, требующих к себе постоянного внимания. Их укачивало, из-за чего щенки скулили или оглашали салон неприятным визгливым лаем. Да и кормить их надо было по часам, чтобы малыши не получили нервный срыв из-за отсутствия внимания хозяев. Да-да, так и было написано в рекомендациях заводчика по обращению с данной породой собак!
– Дорогая, тебе вредно нервничать! – обеспокоился невысокий лысеющий мужчина. – Я и так знаю, что наш северо-восточный экспресс придет через полчаса на шестой путь. Как чувствовал, что будут неполадки с оповещением, обо всем подробно расспросил кассира.
Эллария, которая ждала тот же экспресс, довольно улыбнулась и поспешила в указанном направлении. На перроне собралась приличная толпа. Кто-то, как и говорящая, ждал прибывающих. Кто-то, наоборот, собирался покинуть столицу. А кто-то собирался подзаработать, предлагая услуги носильщика. Заметила она и нескольких жабранов. Для этой расы земноводных были сконструированы специальные вагоны, чтобы в пути они чувствовали себя комфортно, не страдая от недостатка воды.
Эллария как раз размышляла, какие они внутри, эти вагоны, когда один из жабранов заинтересованно посмотрел на нее. В голове мелькнуло, что совсем скоро начнется период осеннего спаривания. Вспомнились и ужасающие по своей мерзости рассказы о тех несчастных женщинах, которых похищали в этот период. В животе скрутился тугой узел, по позвоночнику прокатилась ледяная стая мурашек. Но спустя несколько мгновений самка жабрана утянула кавалера за собой, и Эллария выдохнула, морщась от неприятно липнущей к вспотевшей спине блузке.
Словно этого было мало для расшалившихся нервов, рядом появились несколько подозрительных личностей, при виде которых Эллария вцепилась в сумочку, не желая остаться без оной.
– Красивой тори нужна помощь? – К ней подскочил один из зазывал, осматриваясь в поисках ее багажа.
– Тори справится сама, – вежливо ответила Эллария и перевела взгляд на пути, показывая, что не намерена продолжать разговор.
Мужчина оказался понятливым и мигом исчез из поля зрения.
Вскоре подошел и нужный экспресс. Громко прогудев, возвещая о прибытии, тяжеловесная громадина размеренно подкатила к перрону, красуясь глянцевыми серо-голубыми боками и тонированными стеклами окон. Заметив на одном из них белый квадрат с цифрой «9», Эллария чуть не зашипела от досады. При разговоре с тетей она упустила немаловажную деталь – не узнала, в каком вагоне ехала кузина. Оставалось ждать, пока толпа разойдется, а потом уж высматривать Энфарию.
Отойдя к прямоугольной колонне, чтобы не мешать людям, она все же попыталась разглядеть кузину. Это было той еще задачкой, в последний раз они виделись года четыре назад. Энфария в свои семнадцать явно выглядит иначе, чем тогда, тринадцатилетним тихим подростком. Насколько Эллария помнила, они были немного схожи по характеру, обе спокойные и скромные. Только если у говорящей были на то причины, то кузина, кажется, такой родилась.
– Эллария! – окликнул ее нежный девичий голосок.
Оглянувшись, говорящая наткнулась взглядом на красивую юную тори. Ее белокурые волосы, заплетенные в тугую косу, казалось, сияли в лучах заходящего солнца. Милый румянец на щеках и изящно очерченные коралловые губы притягивали взгляды прохожих. Эллария вдруг вспомнила, что всегда завидовала пухлому ротику кузины. У нее самой губы были совершенно обычными.
– Ты меня не узнала? – лукаво усмехнулась Энфария, и малахитового цвета глаза задорно сверкнули.
– За четыре года ты сильно изменилась. – Эллария сама не заметила, как заулыбалась в ответ. – Превратилась из милого ребенка в настоящую красавицу!
– А я предпочла бы яркой кокетливой внешности твою элегантную, в чем-то строгую красоту, – неожиданно проворчала кузина, сильно удивив старшую родственницу. – Возможно, тогда бы ко мне относились серьезнее, а не как к маленькому ребенку.
– Прекрасным тори, несомненно, нужна помощь! – вклинился в их разговор один из вокзальных носильщиков.
– Благодарю, ничего не нужно, – мило улыбнулась Энфария, чем, кажется, вогнала мужчину в ступор. – У меня всего один чемодан, с которым я в состоянии справиться сама.
Пока носильщик приходил в себя от неожиданной дозы обаяния и красоты, кузина подхватила Элларию под локоть, второй рукой покрепче сжала черный кожаный чемодан на колесиках и устремилась сквозь поредевшую толпу к выходу с перрона. Говорящей только и оставалось, что молча следовать рядом с бодро шагающей девушкой, а в голове крутились унылые мысли о том, как быстро она расслабилась, растаяла от комплимента и позабыла о «шпионской» деятельности этой юной красавицы.
«Да уж, ей бы в разведке работать, – подумала Эллария, переступая через недоброшенный до урны окурок. – Перед ней никто не смог бы устоять и радостно выбалтывал бы свои и чужие секреты».
– Куда нам теперь? – поинтересовалась Энфария, стоило им выйти за пределы перрона и оказаться на привокзальной площади.
– Найдем свободного извозчика, чтобы доехать до района, где я живу, – ответила говорящая, зорким взглядом высматривая фаэтон, на котором не страшно было бы поехать двум девушкам.
В первом ряду стояли новенькие экипажи, словно только что выпущенные с завода. Они блестели глянцевыми боками, кожаные сиденья так и манили опуститься на них, а колеса с рессорами обещали мягкую и плавную поездку. Только и стоила она как дверца фаэтона. Такие экипажи в основном нанимали богатые горожане или аристократы, если по какой-то причине их не встречала личная карета. И хоть Эллария могла себе позволить оплатить поездку, но не видела смысла сорить деньгами и пускать пыль в глаза кузине.
Во втором ряду стояли фаэтоны попроще. Было видно, что они давно на службе, но все равно выглядели прилично. Чистые и аккуратные сиденья, немного потускневшая внутренняя обивка, рессоры на колесах не самые лучшие, но вполне рабочие. К этому ряду и отправились девушки, даже не взглянув на третий, где столпились видавшие виды экипажи, в которые были впряжены понурые лошадки, а возницы не вызывали доверия не только с первого, но и с четвертого взгляда.
Назвав нужный адрес, Эллария присела рядом с кузиной и довольно выдохнула, осматриваясь. Солнце уже закатывалось за крыши зданий, окрашивая окружающее пространство в розовые тона. Волосы Энфарии также приобрели этот приятный и нежный оттенок, из-за чего девушка привлекала к себе еще больше внимания. Эллария подумала, что это только прибавит проблем, ведь пока кузина живет у нее, вся ответственность за юную родственницу опустится на плечи говорящей.
– Если ты не против, я бы хотела завтра побывать в Багровом парке, – тихо сказала кузина, когда они отъехали от вокзала.
– Но тебя туда не пустят, – громче, чем следовало, воскликнула Эллария. – Только после двадцати одного года! Да и… Тетя точно не одобрила бы твоего желания. Откуда тебе вообще о нем известно?
– Много читала, – кротко сказала Энфария.
Багровый парк был создан прадедом короля для одной из своих любовниц, а название получил благодаря весьма фривольным статуям, созданным одним малоизвестным на тот момент скульптором из редкого и дорогого мрамора. Говорящая была там всего один раз и до сих пор недоумевала, почему нынешний правитель, приверженец строгих правил, не приказал убрать эти фигуры. Возможно, тогда покинут парк и наглые привидения, обитающие в местных павильонах и заглядывающие торам в декольте и под юбки.
– Лучше забудь о нем, – посоветовала Эллария и расправила несуществующие складки на подоле. – Не хочу выслушивать нравоучения от твоих родителей. Лучше свожу тебя в замечательную кондитерскую на площади Освобождения. Помнится, ты очень любила миндальные пирожные.
– И до сих пор люблю, – вздохнула Энфария, словно признаваясь в тяжком грехе.
– Вот и чудесно! – обрадовалась говорящая. – В кондитерской тора Лериха они самые лучшие.
Следующие полчаса они болтали о достопримечательностях столицы, которые обязательно нужно посетить. Их оказалось не так уж и мало, на пару месяцев точно хватило бы. И когда возница остановил фаэтон, кузины поначалу не поняли, в чем дело.
– Нужно будет немного пройтись. – Эллария взглядом указала на широкую лестницу, ведущую к одной из улиц, расположенных выше по уровню.
Столицу строили на холмистой местности, поэтому такие переходы не стали чем-то неожиданным, хотя порой доставляли неудобства. Хорошо хоть проектировщики додумались с одной стороны лестниц делать пандусы для поднятия грузов. Конечно, это не сильно облегчало жизнь, но чемодан, по крайней мере, можно было катить, а не нести на руках. Эллария могла снять квартиру и в более удобном месте, но ей нравилось, что, спустившись со второго уровня, она сразу оказывалась на торговой улице. Одежда, обувь, продукты, украшения, аптеки, салоны красоты – здесь можно было найти все что угодно. Именно шаговая доступность и стала решающим фактором в выборе места проживания.
– Симпатично, – пробормотала Энфария, оглядываясь по сторонам.
– Подождешь меня немного? – Говорящая указала на небольшую лавочку. – Хочу зайти в булочную торы Вейсы, у нее божественная сдоба!
Кивнув, кузина послушно присела на деревянную лавку, поставив чемодан рядом, благовоспитанно сложила руки на коленях и мило улыбнулась старшей родственнице. Улыбнувшись в ответ, Эллария поспешила к небольшому магазину, над которым светилась вывеска с разнообразными хлебопекарными изделиями. Стоило толкнуть дверь, как колокольчик возвестил о приходе покупателя. Невысокая пухленькая тори за прилавком мгновенно выпрямилась и расцвела в приветственной улыбке.
– Тори Эллария, рада видеть вас! – воскликнула девушка и, обернувшись, постучала в деревянное оконце у себя за спиной. – Ваш заказ готов, осталось только упаковать.
– Благодарю вас, тори Энста, – Эллария открыла сумочку, чтобы достать кошелек, – сколько с меня?
– Двадцать пять итов.
Отсчитав нужное количество медных монет, Эллария расплатилась и приняла бумажный пакет. Мгновенно ударивший в нос аромат сдобных булочек вызвал неконтролируемое слюноотделение. Не сказать, чтобы говорящая была голодной, но запах выпечки буквально сражал наповал. Поблагодарив дочь хозяйки магазинчика, она поспешила вернуться к кузине. Чтобы не обнаружить ее на лавочке. Лишь черный чемодан сиротливо стоял все на том же месте.
– Энфария? – окликнула девушка, но ответом ей стал только легкий шорох листвы. – Энфария, где ты?
Секунды медленно отсчитывали время, неумолимо наполняя сердце говорящей переживанием за младшую родственницу. Ладони вспотели, тонкие пальцы смяли бумажный пакет. По телу пробежали колкие мурашки, сигналя о беде. Оглядываясь по сторонам и с трудом сдерживая слезы, Эллария все звала и звала кузину. Как назло, на всегда столь оживленной улице никого не было, лишь спустя несколько минут из винной лавки вышел какой-то мужчина.
– Тори, у вас что-то случилось? – поинтересовался он, подходя.
– Моя кузина… Она пропала! – с трудом выдавила Эллария, громко и глубоко дыша, будто невообразимо густой воздух не желал проникать в легкие. – Она только что была здесь. Я на несколько минут отошла в булочную, а ее уже нет.
Незнакомый тор мгновенно посуровел, в голубых глазах промелькнуло сочувствие. Ему не нужно было озвучивать самое явное предположение. Говорящая и так поняла – сезон осеннего спаривания. Только поверить не могла. Жабранов здесь отродясь не бывало. А если бы кто-то из них и забрел в этот район, то как бы смог похитить кузину за какие-то несколько жалких минут?
– Давайте зайдем в магазин и вызовем жандармов, – предложил мужчина, деликатно ухватив ее под локоток. – Не нужно оставаться здесь одной.
Наряд прибыл спустя пятнадцать минут. Видимо, где-то поблизости патрулировал улицы. Элларии задали несколько вопросов, на которые она с трудом ответила. В голове роилось столько мыслей, что сосредоточиться не удавалось.
– Левис, отведи тори Резнак в жандармерию, – распорядился старший смены, – а мы пока осмотримся.
– Чемодан… – вспомнила Эллария о вещах кузины.
– Не извольте беспокоиться, – засуетился хозяин винной лавки. – Если уважаемым жандармам он не нужен в качестве улики, пусть побудет у меня. Как вернетесь, заберете.
С благодарностью посмотрев на мужчину, говорящая вышла на улицу. Оглянувшись на чемодан, с трудом сдержала слезы, а только представив разговор с тетушкой Рориндой, вовсе почувствовала подступающую к горлу тошноту.
Когда Эллария и ее сопровождающий вошли в жандармерию, на улице совсем стемнело. Отчитавшись о случившемся, молодой парень приподнял форменную фуражку, прощаясь с девушкой, и поспешил вернуться к сослуживцам.
– Тори Резнак, поднимитесь на второй этаж в двести тринадцатый кабинет, – попросил ее седовласый жандарм, стоявший за регистрационной стойкой.
Поблагодарив, Эллария поднялась по лестнице. На этаже царил полумрак, вечернюю тишину разбавляли приглушенные голоса, раздававшиеся из-за темно-коричневых дверей. И лишь стены, обитые светло-ореховыми панелями, немного разбавляли мрачность этого места. Нужный кабинет оказался прямо за поворотом. Нерешительно постучав, девушка дождалась дозволения войти.
– Тори Резнак? – скорее утвердительно, чем вопросительно поинтересовался грузный тор в расстегнутом на груди форменном мундире.
– Да, это я, – немного удивленно ответила говорящая, пока не заметила стоящий перед мужчиной на столе овальный экран Эркхена.
Это устройство десять лет назад создал известный во всем мире артефактор Эркхен Лардус. Благодаря его изобретению на специальный экран можно было посылать текстовые сообщения, но устройство было довольно громоздким и носить его с собой не представлялось возможным. Поэтому в основном его устанавливали в офисах крупных компаний и важных государственных учреждениях. В королевском архиве тоже принялись расставлять эти экраны, но так как отделов было много, до хранилища запрещенной литературы очередь пока не дошла.
– Я старший следователь Немельян Ворнов. Присаживайтесь и подробно повторите все, что случилось. – Следователь достал из ящика небольшое звукозаписывающее устройство и установил его в центре стола.
Опустившись на предложенный стул, Эллария начала рассказ с момента встречи кузины на вокзале, старательно припоминая подробности, опасаясь упустить хоть что-то. Возможно, самая малозначительная деталь окажется полезной в поисках бедняжки Энфарии. Следователь практически все время молчал, изредка задавая уточняющие вопросы. Под конец непродолжительной беседы говорящая чувствовала себя как выжатый лимон.
– Хорошо, ваше заявление принято, нужно будет отдать запись стенографистке для перепечатки. А завтра вечером вновь зайдите ко мне, чтобы его подписать. Сейчас же рекомендую вам отправиться домой и выпить чего-нибудь успокоительного.
– Но как же… – Эллария сжала руки в кулаки, с трудом сдерживая слезы.
– Сейчас ни вы, ни мы все равно ничего не сделаем. К сожалению, так не бывает, чтобы можно было найти человека через пять минут. Поэтому… – Следователь прервался, когда в кабинет заглянул его коллега. – О, Варек, ты вовремя. Проводи тори Резнак и найди ей экипаж. Не стоит красивой девушке бродить ночью одной.
Растерянно посмотрев на выпроваживающего ее следователя, Эллария вышла за дверь. Обхватив себя руками за плечи, побрела к лестнице, не обращая внимания на сопровождающего. В голове набатом билась мысль, что нужно позвонить тете Роринде и сообщить о случившемся. Представив, что за этим последует, говорящая содрогнулась и крепче сжала губы, пытаясь предотвратить предательский всхлип.
– Я вызову вам служебный экипаж, – сказал сопровождавший ее мужчина.
– Но как же мне теперь быть? – вновь вырвалось у Элларии.
– Вы подали заявление, мы его приняли, – скучающим тоном ответил следователь. – Хотя по правилам должны были пройти сутки.
– Но как же так?! – возмутилась девушка, боясь представить, что может случиться с кузиной за это время.
– Тори Резнак, что вы здесь делаете? – раздался приятный баритон.
Мгновенно узнав вопрошающего, Эллария не сдержалась и неожиданно разрыдалась. Пока объясняла, что с ней приключилось, пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Горло перехватывало чуть ли не на каждом слове, руки мелко тряслись, выдавая нервное напряжение. И для нее стало полной неожиданностью, когда тор Шиан Хайвер приобнял ее за плечи и забормотал что-то утешительное.
Глава 5
Шиан и сам не знал, почему обнял эту мышку. Но она так горько рыдала, что все внутри перевернулось, захотелось немедленно утешить и пообещать, что все будет хорошо. Чем он и занялся, хорошо хоть, не прижал к себе, а просто приобнял за плечи. И кажется, неимоверно шокировал этим тори Резнак. Она даже всхлипывать перестала и посмотрела на него с некоторой долей опаски.
– Мы обязательно ее найдем. – Шиан отпустил девушку. – Назовите мне имя и опишите внешность вашей кузины.
– Энфария Сверк, – немного заторможенно ответила Эллария. – Ей семнадцать лет. Волосы льняного оттенка, а глаза малахитового цвета. Она очень красивая! – на последних словах девушка вновь всхлипнула, но постаралась взять себя в руки.
– Я как раз собирался отправить тори Резнак домой в служебном экипаже, – встрял следователь. – Ее проводят до двери, не извольте беспокоиться, тор Хайвер.
Шиан скрыл раздражение от лебезящего тона смутно знакомого ему служащего. Сдержанно кивнув, попрощался с тори Резнак и поспешил присоединиться к ждущим его людям. Нельзя было терять время. Чем быстрее они доберутся до места, тем скорее освободят пленниц. Он нисколько не сомневался, что это дело цепких рук жабранов.
Столицу покидали уже в полной темноте, небольшими группами, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. В нескольких километрах от городских стен, в лесу, их ожидали жандармы, присматривающие за лошадьми. Вскоре отряд продолжил путь верхом, что значительно ускорило передвижение. В голове колонны ехал заместитель главы жандармерии тор Давур Мергив, Шиан находился в ее середине, в этот раз он должен был выступать в роли наблюдающего – поиск пропавших женщин все же прерогатива жандармов. А вот если пленниц найдут, тогда уже глава отдела внутренней безопасности может заняться этим делом вплотную. Отец прав, давно пора встряхнуть это застоявшееся болото.
До нужного участка добирались минут сорок. Отряд встретили тишина, одинокий фонарь, освещающий грубо сколоченные ворота, и ни одного охранника.
– Мы местом не ошиблись? – полюбопытствовал тор Давур, спешиваясь.
