– Нет. В данной игре иная система. Каждое умение имеет свою шкалу опыта, чем чаще и эффективнее вы это умение применяете, тем сильнее оно развивается.
– То есть, взяв, к примеру, заклятие «молнии», я могу лупить им в скалу до посинения, и оно будет расти в уровне?
– Предложенный вами способ только разовьет ваш навык применения данного заклятия.
– Навык?
– Да, каждое умение или заклинание, помимо своего уровня, имеет такой параметр как навык умения владельца им пользоваться.
– Поясните на примере. – Что-то если в начале мне местная ролевая система показалась примитивной и простой, то сейчас я начал сомневаться в моих первоначальных выводах.
– Вот то же заклинание «молния». Изначально ранг умения его использования равен пяти. На этом ранге время на кастование данного заклятия занимает три секунды. Постоянно применяя «молнию», вы будете совершенствовать свое владение этим заклинанием. На первом ранге время, которое вам будет требоваться на каст «молнии», составит половину секунды. При этом урон, маназатраты не изменятся. Ранг отвечает только за умение вами применять способность или заклинание. Чтобы повысить уровень заклинания или способности, вам надо его использовать в тех случаях, которые приносят опыт. То есть нанося урон мобам или иным врагам. – Какая-то очень хитрая система.
– У вас же в игре веден делевел, то есть снижение уровня при гибели персонажа?
– Да, это так, игровая смерть ведет к потере уровня и всех статов, вами полученных при его взятии.
– Тогда такой вопрос. Вот прокачал я первичное заклятие до десятого уровня, наверняка же увеличились и его требования по мане?
– Да.
– Тогда как быть с тем, что, умерев несколько раз подряд, я окажусь в ситуации, когда моей маны просто не хватит на развитое умение. Получается, я не смогу применять даже первичное заклинание, не говоря о других, более высокоуровневых!
– Тут нет парадокса. Вы можете выбрать для себя любой уровень заклинания и пользоваться именно им. Например, вы прокачали ту же «молнию» до десятого уровня, а потом умерли много раз. Никто не обязывает вас применять «молнию» десятого уровня прокачки, в пользовательском интерфейсе вы можете выбрать любой иной уровень заклинания, который устроит вас на данный момент, из доступных вам, конечно.
Многолетний игровой опыт позволил мне не запутаться в его пояснениях и не переспрашивать. Прежде чем дать команду на активацию игры, мне осталось задать всего несколько вопросов.
– Вы обещаете полное погружение?
– Да.
– Значит ли это, что все мои навыки и умения, которыми я владею в физическом теле, будут при мне? Например, владение мечом?
– Да, приобретенные вами в реальной жизни навыки останутся с вами. Если вы умели варить суп, разжигать костер, залезать на скалы или владеть оружием, то все эти умения вас не покинут.
Для кого-то такие игры как кость в горле. Но я такие люблю. К примеру, я почти три года посвятил онлайновой игрушке «Перекресток», где была реализована похожая система. Чтобы зарабатывать в ней деньги, я даже записался в секцию исторического фехтования. И даже перейдя в игру «Владыки мироздания», не забросил тренировки. Не сказать, что я хватал звезды с неба, но и профаном в танце мечей не был, крепким середняком был в своей группе. Но пять лет занятий даром не проходят, и с какой стороны держать меч, представляю. Только вот если мои догадки верны и тут «живые НПС», мои умения мне помогут мало. Я трезво оценивал то, что с мечом, возможно, справлюсь со средним воином или наемником, но рыцарь, если они тут похожи на настоящих рыцарей, покрошит меня в капусту. Тем не менее это хороший стартовый капитал, большинство непрофессиональных игроков такими навыками не обладают.
– Хорошо. Когда меня готовили к «погружению», краем уха я слышал, что мой режим капсулы, то есть постоянное пребывание в игровом мире, позволяет мне выбрать опцию – «местный житель». Не поясните, что эта опция означает?
– Так как в данной игре внешне не определить, кто перед вами, НИП или живой игрок, то те, кто, подобно вам, решают ощутить эффект полного присутствия, могут воспользоваться данной опцией. Эта опция позволяет вам стать одним из жителей выбранного вами мира, вам будет подготовлено несколько легенд, вы сможете выбрать любую из них.
– Любопытно. Пожалуй, это мне подходит. Только вопрос: как я смогу выдавать себя за местного, если буду расти в уровнях?
– Нет противоречия, местное население также может прокачиваться, только делает это много медленнее.
– А еще скажите, что они, как и игроки, бессмертны, – скептически выгнул бровь.
– Нет, в большинстве случаев гибель для НИПа означает его стирание, то есть уничтожение. Но есть исключения: различная магия, ритуалы и артефакты, владение которыми могут дать НИПу схожее с тем, что есть у игроков – бессмертие, правда, ограниченное число раз.
Представив себе воскресшего выскоуровневого и мстительного НПСа, которого убили игроки, я ужаснулся. В этой игре, видимо, надо быть очень острожным. Сразу решил, что кем я в этой игре точно не буду, так это наемным убийцей. Потому как перспектива получить ситуацию с возможно бессмертной жертвой меня ни капли не вдохновила.
– Хорошо. Я могу выбрать начальную локацию?
– Да. На ваш выбор в мире Зерм доступно две тысячи триста тридцать возможных точек начального появления.
– Так много? – непроизвольно вырвалось у меня, слишком велико данное число стартовых локаций.
– Данная игровая вселенная рассчитана на поддержание трех миллиардов пользователей. – Мысленно присвистнув, я поразился размаху и планам Алана Врана, тем планам, которые теперь, наверное, никогда не будут реализованы.
– Можете подобрать мне локацию и легенды, удовлетворяющие определенным условиям?
– Да, такое возможно.
– Мне нужна локация, где нет игроков или их очень мало. Удаленная от крупных городов или иных центров цивилизации, – немного подумав, добавил: – Нежелательно наличие рядом низкоуровневых агрессивных мобов или НПС.
– Такое возможно. Таких локаций найдено сорок пять. Желаете изучить предлагаемые легенды, чтобы выбрать для себя персонажа?
– Желаю.
Тут же у меня в руках материализовался планшет с игровыми легендами. Полистав его минут двадцать, остановил свой выбор на отставном военном. Бывший сержант пятого пограничного легиона Стефан Грог, родился в небольшой деревушке, на окраине империи Валтакар. Тридцать лет от роду, из них двенадцать посвятил службе. Был убит в стычке со степняками, но за предыдущие заслуги у него был одноразовый артефакт возрождения. Погибнув, он растерял все свои уровни и вновь стал первоуровневым. Был разжалован и аннулировал свой контракт. На данный момент возвращался на свою родину, в деревню Шумилки. Но так как Валкар сейчас был охвачен гражданской войной, его деревню сожгли, и сейчас он просто бродяга. Свой выбор на данной легенде я остановил по трем причинам. Первая: эта история объясняла мое умение владеть оружием. Вторая: у этого Стефана Грога с собой были деньги. Один золотой и тридцать серебряных, так сказать, полученные по увольнению. Не знаю, много это или мало, но в остальных легендах ни у одного предложенного персонажа больше десяти медных в кармане не было. А деньги – деньги важны всегда, особенно в начале игры. Третье: его внешность немного походила на мою, то же сложение, только лицо более жесткое, с острыми чертами, и глаза не карие, а темно-синие, только прическа подкачала «под горшок».
– Я выбрал – Стефан Грог.
– Принято. Тогда вам доступна только одна начальная локация – деревня Озерная.
– Если она укладывается в заданные мной рамки, то пусть будет Озерная.
– Укладывается, – как-то по-человечески серьезно кивнул НИП интерфейса.
– Тогда я готов к началу игры.
– Все же рекомендовал бы вам не спешить.
– Причина?
– Игровая модель «Тьюринга» сильно отличается от привычной вам, это из-за того, что данной игрой управляет ВИ.
– В чем отличие?
– В этой игре нет привычной вам системы квестов и заданий.
– Поясните, – я только встал с кресла, но, услышав такое, тут же упал в него обратно.
– Тут нет НПС в привычном вам понимании, тут есть местные жители. Конечно, вы можете брать задания, заключать контракты и прочее. Но ни один НПС в игре не обязан вам их давать. Так же НПС, даже если он даст вам какое-то поручение, может одарить вас за его выполнение только вещественно или чему-то обучив.
– Правильно ли я понял, что экспы за задания не дадут?
– В этом и отличие данной игры от остальных. Вычислительных мощностей ВИ вполне достаточно, чтобы отслеживать действия всех игроков и начислять им тот опыт, который, по мнению ВИ, заслуживает то или иное действие игрока. – Я чуть не поперхнулся: ничего себе «Большой брат» во всей красе! – То есть опыт начисляет только ВИ и никто иной. Система, по которой происходит начисление, – это закрытая игровая информация и она не доводится до игроков.
– Знаете, я не удивлен, что в вашей игре осталось так мало подписчиков! Живой мир создали, ну и… Что дальше? Кто в такое играть-то будет?!
– Данный вопрос не в моей компетенции, – пожал плечами в ответ на мою фразу старик.
– Ладно, хватит, – махнул я рукой, так разговаривать можно сутками. – Начать игру.
– Хорошо, только последний совет.
– Слушаю.
– Вы будете экипированы начальным снаряжением, не выбрасывайте и не продавайте его. Оно связано с вами духовной связью и не может быть вами утеряно при гибели.
– Что-что? – я аж подскочил. – У вас что, и вещи, кровно выбитые или оплаченные, выпадают при гибели?
– В данной игре реализована система, известная вам как фулллут. – Мои глаза полезли на лоб. Мало им делевела, так еще при гибели вся амуниция остается на трупе! То есть, погибнув, я потеряю все! – Исключения возможны. Это первичное обмундирование и те вещи, которые вы свяжете с собой «духовной связью», это стоит дорого, но дает возможность предотвратить потерю вещей.
– Хватит! – чувствую, что я скоро вообще передумаю в это играть, если он еще меня «порадует» чем-то похожим! – Запускайте игру!
– Как скажете…
В глазах возникло яркое сияние, а когда оно угасло, я осознал себя стоящим на лесной, узкой тропе.
Глава 3
Первое, на что обратил внимание, – это запах. Пахло еловым лесом и грибами. Пахло! Сколько виртуальностей я сменил, но ни в одной не был реализован такой аспект, как запах! Точнее, в одной был. Но там это было сделано так топорно и убого, что лучше бы его не было. Здесь же запахи были приятны и естественны. Присел на корточки и провел ладонью по траве. Руку приятно защекотало. У-у-ух! Ну ничего себе. Тут и мелкие телесные отклики реализованы! В основном игровые миры не тратятся на подобное, ибо такие мелочи очень серьезно перегружают вычислительные системы. Легкому ветерку, который легонечко шевелил мои волосы, уже не удивился. Вздохнул полной грудью. Хорошо, тело слушается идеально. Не знай я, что нахожусь в виртуале, мог бы и правда подумать, что попал в иной мир, так все здесь было реалистично. В сравнении с теми же «Владыками мироздания», физическая проработка мира тут было на голову выше, это сразу бросалось в глаза.
Присел пару раз, затем отжался десяток, потом подпрыгнул вверх. Что же, тело мне досталось физически подготовленное, это уже радовало. Оглядел свои ладони. Да… За аристократа я себя не выдам, характерные параллельные мозоли явно показывали, что хозяин этих рук много занимался с мечом, к тому же эти ладони точно знали и более приземленные инструменты. Такие как лопата, к примеру, впрочем, оригинальный Стефан Грог был отставным легионером, так что с лопатой я, наверное, и не ошибся.
Увидев недалеко поваленное ветром дерево, уселся на его ствол. Надо было провести ревизию того, что есть в наличии, и настроить игровой функционал под мне привычный.
В первую очередь открыл меню характеристик и увидел в нем:
Персонаж – Стефан Грог, 30 лет, легионер в отставке. Ссылка на легенду.
Раса – человек.
Характеристики:
Сила – 5 (физический урон увеличен на 5 % от базового, по 1 % за каждое очко в характеристике «сила»)
Выносливость – 5
Магия – 5 (магический урон увеличен на 5 % от базового, по 1 % за каждое очко в характеристике «магия»)
Энергия – 5
Количество хитпоинтов – 125 (100 базовых + 25 % (5 % за каждое очко в характеристике «выносливость»))
Объем маны – 125 (100 базовых + 25 % (5 % за каждое очко в характеристике «энергия»))
Умения – нет (доступно для изучения три умения)
Что же, на первый взгляд все просто. По первому приближению, вначале выгоднее будет прокачивать выносливость или энергию, они прибавляют по пять процентов, а не как сила и магия по одному. Но это подождет, да и не покидает меня уверенность в том, что все не так просто.
Затем я заглянул в инвентарь. Хорошо, тут ни сам Вран, ни его люди не погнались за излишним реализмом. Инвентарь в этой игре был реализован в виде пространственного кармана, в котором можно было хранить сколь угодно много вещей, если только они не превышали предельно допустимое значение веса. И никаких заплечных мешков, которые надо таскать за спиной. Одно поразило: максимальный переносимый в инвентаре вес зависел не от силы, как обычно, а от магии! Видимо, разработчики решили: раз инвентарь есть «пространственный карман», то за его объем должна отвечать магия. Логика, конечно, в этом решении есть, но все равно такой подход для меня выглядит странно.
На мне было надето, помимо нижнего белья: грубые штаны из парусиновой ткани, льняная рубаха, солдатские ботики да кожаная куртка. Ни один из предметов не давал никаких статов, брони или иных модификаторов. Обидно, конечно, но вполне привычный набор для новичка в любой игре. Помимо вещей в инвентаре находилась пара свитков. Бегло прочитав их, понял, что это документы. Первый свиток служил доказательством того, что Стефан Грог является гражданином империи и родился в деревне Шумилки, префектуре города Лорогри. Второй же был чем-то вроде выписного листка легиона, в нем было написано, что мой аватар – заслуженный ветеран вооруженных сил, сержант в отставке. Неплохая проработка легенды, очень неплохая.
На моем поясе висели потертые ножны с небольшим, длиной клинка с мой локоть, мечом в них. Достал это оружие:
Бронзовый гладий (уровень 1, оружие новобранца легионера): урон 10–15 + 5 % (за 5 очков в характеристике «сила»).
Так значит, мне надо попасть минимум раз девять, чтобы убить такого же, как я, первоуровнего персонажа. Это плохо, не люблю долгие бои. Мой стиль – это мощные силовые атаки, а не долгий танец. Но ничего, приспособлюсь. Сделав несколько взмахов, выпадов и проведя пару атакующих комбинаций, остался удовлетворен оружием. Я предпочитаю что-то более длинное, например, тяжелую шпагу, но и это сойдет, надо только щит найти какой-нибудь, и все будет отлично.
Затем перешел во вкладку умений и принялся выбирать из возможных стартовых скилов то, что мне подходит больше всего. В идеале было подобрать три разных по типу умения. Одно атакующее, желательно дистанционное, второе защитное и третье лечащее.
Вспомнив, что говорил НИП начального интерфейса, а именно про ранги умений, постарался выбрать те скилы, которые требовали меньше всего затрат маны, и их развитие в рангах давало бы максимальные бонусы. Первым выбрал атакующее:
Кулак ветра. Тип урона – физический. Дистанция поражения до 50 метров. Наносимые повреждения 10–15 единиц + 6 % (5 % за 5 очков в характеристике «сила» + 1 %, по проценту за каждые 5 очков в характеристике «магия»). Время активации заклинания на пятом ранге умения – 3 секунды (на первом ранге 0,5 секунды). Откат заклинания на пятом ранге умения – 5 секунд (на первом ранге 2,5 секунды). Затраты маны – 10 единиц.
Этот скил удовлетворял всем моим потребностям. Активировать его можно было тремя способами: голосовой командой, мысленной командой или подобрать какой-нибудь жест и закрепить его за заклятием. Так как пока у меня не было щита, попробовал активацию различными жестами левой руки. Больше всего понравилось, когда я складываю указательный и средний пальцы крестиком и смотрю на цель, и туда тут же ударяет заклятие. Точнее не тут же, а как бы с моей ладони срывается кулак и со скоростью стрелы, выпущенной из спортивного лука, несется к цели. Плохо то, что я, например, с пятидесяти метров если увижу момент активации скила, то имею неплохие шансы от него уклониться. Но все остальные скилы не давали такого преимущества при повышении рангов. И я остановил свой выбор на нем.
С магическими щитами выбор был хуже, всего три варианта. Из которых я выбрал:
«Воздушный барьер». Тип поглощаемого урона – физический. Емкость – 25 единиц +5 % (за 5 очков в характеристике «выносливость»). Время активации заклинания на пятом ранге умения – 2,5 секунды (на первом ранге барьер накладывается мгновенно). Время действия на пятом ранге умения – 15 секунд (на первом ранге 20 секунд). Откат заклинания на пятом ранге умения – 1 минута (на первом ранге 35 секунд). Затраты маны – 50 единиц. Мана на поддержание барьера в активном состоянии – не требуется.
Тут, конечно, хардкорная игра, но не думаю, что в начальной локации тут бегают мобы с магическим уроном. Это было бы уже полным «перебором»! Да и то, что этот барьер не потреблял ману, пока был активен, было его несомненным плюсом. А мне уж точно не будут лишними дополнительные двадцать процентов к активным хитпоинтам, которые, по сути, прибавлял этот барьер, пусть и на столь короткое время. Поэкспериментировал с жестами активации, но все же решил, что удобнее накладывать такой барьер мысленной командой.
А вот с лечением был полных швах! Не было нормальных заклятий излечения на первом уровне. Порывшись в игровой энциклопедии, увидел, что минимально необходимое значение «магии» для простейшего скила лечения было пятнадцать единиц! То есть даже если я все буду вкладывать только в «магию», то оно станет мне доступно только на десятом уровне. Единственное, что хоть как-то могло меня излечить, было:
«Излечение легких болезней». Позволяет лечить легкие заболевания (вероятность удачного исхода 25 %) или средние заболевания на начальной стадии (вероятность удачного исхода 10 %), более тяжелые заболевания излечиваются с вероятностями от 0,1 % до 0,5 %. При применении на заклинателя восстанавливает 100 хитпоинтов +10 % (5 % за 5 очков в характеристике «выносливость» плюс 5 % за 5 очков в характеристике «магия»). Время активации заклинания на пятом ранге умения – 1 минута (на первом ранге 35 секунд). Откат заклинания на пятом ранге умения 2 минуты (на первом ранге 1 минута). Затраты маны – 100 единиц.
То есть в бою использовать не получится. Разве что позволит быстрее восстановиться между поединками. Немного посомневавшись, все же взял этот скил. Если тут есть такое понятие как гринд, то это заклятие может мне пригодиться.
Затем настроил визуальный интерфейс. Чтобы было удобно следить за показателями жизни, маны и бафами, такими как «Воздушный барьер». Также вывел панель откатов скилов, установив на них секундные таймеры. Теперь я всегда буду знать, сколько мне осталось времени до возможности применить то или иное заклятие или способность. Немного подумав, убрал из визуального ряда интерактивную карту. Во-первых, она показывала только те места, где я уже был, то есть небольшой участок лесного массива с тропинкой. Во-вторых, картографическим кретинизмом я не страдал. То есть мне удобнее было разгрузить интерфейс, а карту при необходимости вызывать мысленной командой.
Использовав «Воздушный барьер» и несколько раз применив «Кулак ветра», потратил всю ману и засек время, которое требуется на ее полное восстановление. Думал, это займет сто двадцать пять секунд, как было уже привычно мне по многим играм, где восстановление происходило со скоростью один процент от максимального объема маны в секунду. Но в этой игре полное восстановление заняло больше четырех минут! Примерно один процент за две секунды. С хитпоинтами такой трюк проворачивать не решился, понадеявшись на то, что восстановление здоровья тут происходит с такой же скоростью.
Так как я никуда не спешил, да и, осмотревшись, не заметил признаков человеческого жилья, то решил потренироваться. Доведя до автоматизма применение «Кулака ветра» и накладывание барьера, посчитав оптимальную ротацию, чтобы мана не тратилась зря или не «провисали» КД барьера, выбрал старое трухлявое дерево на противоположном краю тропинки и принялся долбить в него магией, иногда вешая на себя щит. Когда заканчивалась мана, просто садился и ждал ее восстановления, не забывая при этом внимательно мониторить окружающую обстановку.
Если с «кулаком» у меня проблем не возникало, то барьер накладывать было физически трудно. После активации мысленной команды, все тело замирало обездвиженным. Зато ударная магия радовала, с ней все было просто: жест и спрессованный воздух устремляется в цель. Я так увлекся этим, что только через полчаса заметил, что моя ротация сбилась и на второй барьер в цикле мне не хватает маны. Проверил свою догадку, так и есть: откат «Кулака ветра» и время его каста значительно сократились. Но почему я ничего не заметил? Полез в интерфейс и, громко ругаясь, убрал там галочку, которая по умолчанию держала игровые логи отключенными. Нет, ну кто у них там заведует игровым дизайном? По умолчанию отключить логи, это же надо додуматься?! Этот человек вообще когда-нибудь играл хоть во что-нибудь, чтобы такое сотворить?
Изучив логи, с огромным удивлением обнаружил, что ранг «Кулака ветра» теперь у меня первый, то есть лучше некуда. С чего вдруг так быстро? А с другой стороны, это заклятие и правда за столь короткое время у меня получилось творить уже на полном автоматизме. Оказывается, в том, что игрой управляет ВИ, есть свои плюсы! Система распознала, что умение перешло в разряд рефлекторных и тут же присвоила ему первый ранг… Удобно, что ни говори, а удобно.
А вот с барьером дело двигалось куда хуже. Стоило мне подать команду, как тело будто судорогой сводило на то время, пока длился каст. Это меня не удовлетворяло категорически. Видимо, помимо активации, надо делать еще что-то. Попробовал расслабиться, даже помедитировал немного и только после этого вновь мысленно произнес команду. В этот раз все вышло намного лучше. Мышцы попробовали напрячься, но я сохранил спокойствие и расслабленность. Тут же ранг умения скакнул с пятого на четвертый. Что-то не похожа местная игровая механика на привычную мне. Эти ранги никакая не прокачка, они просто определяют, насколько ты научился использовать умение. Продолжая сохранять расслабленность, всего минут за десять вывел барьер на третий ранг, но затем дело застопорилось и дальше не шло. Как я ни старался, что ни делал, как ни погружался в медитацию, ранг не повышался. А если что-то не выходит, то надо поменять подход. «Воздушный барьер» – заклинание явно боевое, эта мысль натолкнула меня на одно предположение, которое я незамедлительно и принялся проверять.
Встав на ноги, достал меч и принял боевую стойку. Что там самое простое? Упражнение четырех башен? Это элементарный базовый комплекс швейцарской школы короткого меча. Его сразу ставят всем новичкам, так как он учит правильному передвижению и смене позиций. В нем почти нет ударов, только медленные, будто сонные движения. От восточных техник этот комплекс отличает то, что эти движения надо выполнять при полном напряжении мышц.
Шаг вправо, разворот корпуса, меч в верхнюю защиту, перешаг назад, смещение и атака восточной башни. Разворот, уклон, меч в нижнюю позицию, перешаг вперед, движение по прямой и атака южной башни. Уход в нижнюю стойку, меч за спину, поворот, перешаг влево, атака западной башни. Длинный шаг назад, крестовой блок, защита груди и следом без перехода, фронтальная атака северной башни.
Конечно, все башни находятся только в воображении того, кто делает этот комплекс. Привычно войдя в ритм, на шестом повторе дал команду:
«Воздушный барьер».
И сам не заметил, как он активировался, причем активация эта прошла мгновенно!
Доделав упражнение, остановился, завершил комплекс швейцарским салютом и отточенным движением опустил гладий в ножны. И только после этого посмотрел лог. О как! Ранг умения барьера был первым, сразу перескочив через ступень. Мне тут начинает нравиться!
Жаль, что «Излечение» было так не натренировать, оно категорически отказывалось активироваться, выдавая сообщение: «не обнаружена цель для заклятия». Немного подумав, достал меч и очень осторожно нанес себе порез на предплечье. Что привело меня к неприятному открытию: в этой игре была боль! Но проведя пару экспериментов, понял, что не все так страшно. Боль была, но, судя по всему, самое сильное болевое ощущение, которое можно было здесь испытать, было не сильнее, чем укол врачебной иглой в палец. Нанеся сам себе семь порезов разной глубины, просадил себе хитпоинты до тридцати единиц, после чего вновь применил «Излечение». И тут он сработало! Только вот ощущения были не из приятных. Такое чувство, что какая-то сила сдавила мою грудь и продолжала наращивать свое давление, пока заклятие работало. Когда мои ХП восстановились, я едва не рухнул обессиленным прямо на траву. Ох! Ничего себе сюрприз! Если тут все лечащие заклятия так выматывают, то кем-кем, а лекарем я тут играть не буду! Это мазохистом нужно быть, чтобы добровольно себя так истязать. Нет, больно не было, но чувство, что кто-то давит тебе на грудь, было очень, очень неприятным. От прокачки ранга этой способности я отказался, решив, что буду ее применять только если станет в этом острая необходимость.
Поняв, что делать мне на этой пустынной тропе больше нечего, весело насвистывая популярную мелодию, пошел за солнцем – именно в том направлении, не очень далеко, если я правильно интерпретировал свою легенду, должна была находиться деревенька, с нехитрым названием – Озерная.
Глава 4
Лес, по которому шла тропинка, был для меня вполне привычен, обычный такой лес средней полосы: елки, сосны, березы, ольха. Одно смущало: судя по игровому календарю, тут был март, но при этом погода ощущалась как вполне летняя, трава была зеленой, листья на деревьях полностью раскрытые, и едва уловимый аромат грибов. Разве растут грибы весной? Или все проще, может, я нахожусь в южном полушарии, и тогда все сходится, март – это как сентябрь. Я шел уже минут десять, никого не встретив. Это было странно, если это начальная локация для игроков, то тут должно быть много НПС, которые помогали бы новичкам влиться в игру, а тут этого нет, да и где эта деревня?
Едва подумал об этом, как тропка вильнула, и я вышел на берег водоема. Переход был настолько резким, что даже сбился с шага. Вот вокруг был густой лес, один поворот – и ты стоишь на берегу небольшого озерца. Ну как небольшого, до противоположного берега было километра три, зато с севера на юг оно растянулось не менее чем на восемь, а то и все десять километров. Тропа теперь шла вдоль берега, по правую руку остался лес, а по левую лениво плескалась водная гладь, покрытая мелкой рябью от легкого ветерка.
Не прошло и минуты, как за очередным поворотом, за хитрым изгибом береговой линии, открылся вид на деревушку. Остановился и присмотрелся. То, что я увидел, мне не понравилось, очень не понравилось. Если бы не утверждение НИП интерфейса, что в данной локации нет агров, я бы развернулся и побежал по тропе обратно.
На высоком холме, вблизи берега, обнесенная частоколом из массивных бревен, стояла деревня. Только вот этот частокол был во многих местах повален, а где-то даже сожжен, и вместо бревен из земли торчали обгорелые пеньки. Сквозь проломы в защитной линии без труда увидел пару разрушенных домов, еще три постройки, которые все перекосились. Также, если я не ошибаюсь, многие бревенчатые дома в поселении сгорели дотла.
Такая обстановка у меня полностью диссонировала с понятием «начальная локация». Все же это игра не по мотивам постапокалипсиса, чтобы нуболоки в ней выглядели так! Я бы вообще засомневался, что эта деревушка заселена, если бы не увидел легкий дымок, идущий из глиняной трубы одного из домов на северной окраине поселения.
Сперва хотел как можно незаметнее подкрасться к частоколу и осмотреться внимательнее, прежде чем зайти в это поселение, но потом подумал, что бравому отставному легионеру это не к лицу. Поправил куртку, отряхнул штаны и, вытерев ботинки, на которые налипли куски грязи, о траву, по-военному чеканя шаг, уверенно смотря вперед, пошел прямо по тропе.
Лесная дорожка вывела меня прямо к воротам. Точнее к тому, что от этих ворот осталось. Массивные створки деревенских врат, сложенные из грубо пиленных дубовых досок толщиной с две ладони, валялись в грязи, частично разбитые. Как будто кто-то вынес их мощным тараном. Едва не сбившись с четкого шага, все же продолжил идти, не останавливаясь. Что бы тут ни произошло, агров тут нет, нет тут агров, мне обещали! А значит я в безопасности, ну не врут же тут подписчикам прямо в самом начале их игрового процесса!
Первое, что бросилось в глаза даже больше, чем творившаяся вокруг разруха, было то, что людей я не увидел, вообще ни одного. Деревенька, домов на тридцать, была не только почти полностью порушена и на две трети сожжена, но и выглядела совершенно безлюдно. И тут я вспомнил, что не просил НИП интерфейса, чтобы локация, в которой я появлюсь, была населена. А он же программа, раз условие не задано, то его как бы и нет. Мог он меня закинуть в полное безлюдье? Да не вопрос, мог, конечно! Только дымок, поднимающийся над большим домом, что стоял почти по центру деревни, показывал, что, скорее всего, хоть кто-то тут проживает.
Сохраняя внешне полное спокойствие, внимательно оценивал все, что видел. Вот справа дом с открытой, сейчас полуобрушившейся террасой. Те ящики и многочисленные деревянные обломки под ее обвалившейся крышей, скорее всего, когда-то были лотками или прилавками, это была явно лавка какого-то торговца. Слева, через пару десятков шагов, сгоревшее до последнего венца здание, судя по тому, что я увидел, по останкам кирпичного горна и по перевернутой наковальне, тут когда-то была кузня. Вот под ногами хрустнула дощечка, на которой выцветшими красками была нарисована медицинская колба, а значит сгоревший до основания дом, мимо которого прохожу, был или домом лекаря, или ларьком аптекаря. Ой, не нравится мне все это, очень не нравится! Но тут я понял, что, несмотря на то, что нахожусь в игре и осознаю это, мне все равно немного страшно. Поняв это, даже остановился. Черт! А надо отдать должное разработчикам этой игры, настолько все окружающее реально, что заставляет эмоционально реагировать.
Сделав вид, что моя остановка была вызвана изучением валяющейся в грязи вывески, присел рядом с ней. Если кто-то сейчас за мной наблюдает, то увидит, что человеку стало любопытно, что там валяется у него под ногами, и не более того. Глубоко вздохнул. Вначале слова брата, о том, чтобы я погрузился в игру и ощутил себя «попаданцем» в другой мир, показались мне лютым бредом, но сейчас, сейчас осознал, что, если судить по моим ощущениям, это возможно.
Отряхнув табличку от налипших комков земли, прислонил ее к обгоревшему остову. Отряхнул руки и, выпрямившись, поправил ножны и пошел к дому, в котором, думал, есть кто-то живой. Эту постройку не затронули пожары и разрушения, так что я смог представить, как это место выглядело до того, как здесь что-то произошло. Дом был двухэтажный, сложенный из массивных, почти в обхват, бревен. Несмотря на то, что он не был обшит досками, это его только красило, так как пропитанные какой-то смолой деревянные венцы были покрыты причудливым орнаментом народной резьбы. На остроконечной крыше медленно поворачивался из стороны в сторону деревянный флюгер в форме рыбы, похожей на судака. Высокое крыльцо было окрашено яркой охрой. В узких окнах, через прикрытые ставни, легко различил мутные, но все же стекла, а не бычьи пузыри, как мне думалось. Если тут все здания так выглядели раньше, то эта деревня когда-то была красивым и очень уютным местечком. Сейчас же она напоминало место какого-то сражения с применением огнеметов и минометов, с одним полностью уцелевшим домом.
Подобрал с земли палочку и почистил подошвы, прежде чем подняться по ступеням крыльца. После чего, громко шагая, поднялся к двери, огляделся в поисках чем постучать, но не найдя, просто пару раз грохнул кулаком по дверным доскам. Почти тут же услышал в ответ:
– Чего надобно? – Голос был явно мужским, а также каким-то хриплым, и такое ощущение, что говоривший простужен.
– Стефан Грог, сержант Пятого пограничного, – отрапортовал я закрытой двери. Но тут же поправился: – В отставке.
– Ну заходи, коль не врешь, служивый.
Дверь открывалась на себя и, потянув за деревянную, вырезанную в форме конька, ручку, открыл ее и шагнул вовнутрь. В отличие от улицы, здесь царил полумрак, так как ставни в доме были прикрыты, а освещал помещение только свет от тлеющих в камине дров. Комната была большой и занимала примерно половину первого этажа здания, в ней не было никакой мебели, кроме двух грубо сколоченных табуретов. В паре шагов от камина, прижавшись спиной к противоположенной от меня стене, стоял старик. Ну как старик: гладко выбритое лицо, темные волосы, изрядно тронутые сединой, на вид мужчине было лет пятьдесят. Но вот выглядел он настолько уставшим, что в первую секунду мне показалось, что он глубокий старец лет восьмидесяти. В его немного подрагивающих от внутреннего напряжения руках был зажат полунатянутый боевой сложносоставной лук, на тетиву которого была наложена длинная ясеневая стрела с наконечником, который недобро блестел красными всполохами. Прикинул расстояние между нами, получилось метров восемь. А судя по тому, как мужик держит оружие, мне стало понятно: пользоваться он им умеет. Случись что, я не успею до него добраться, до того, как эта, явно зачарованная стрела пробьет мне горло или глазницу. Не показав ни намека на страх, спросил:
– Всех гостей так встречаешь, отец?
– Теперь всех, – ответил он, и не подумав убирать лук.
– Мне тут, вижу, не рады, – покачал я головой в жесте сожаления. – Звиняй, если что. Так я пойду?
– Ты один?
– Да. Вот уволился, пришел в родную деревню, а там половина домов сожжена, мой-то стоит нетронутым, так родных нет больше, не стал я там оставаться, вот и пошел, куда глаза глядят.
– Так ты из этих краев.
– Из Шумилок, – кивнул ему в ответ.
– Шумилки, Шумилки… – Лучник явно пытался что-то вспомнить. – Это большая деревня в пятидесяти километрах на восток, недалеко от Лорогри? – О как, тут принята метрическая система, а не всякие там версты, лье, мили, это радует.
– Да, в двух переходах легиона, на восток, все верно, – насколько помню, для легионеров Рима пройти за день двадцать пять кэмэ не было проблемой, надеюсь, не ошибся, предположив, что у местных отличий в этом не было. Судя по тому, как расслабился мужчина и тетива на его луке почти полностью ослабла, я угадал.
– Звиняй, служивый, что так встретил. – Лучник прислонил оружие к стене и убрал стрелу в набедренный колчан. – Еще полгода назад мы тут в Озерной были рады любому гостю. Но за это время столько всего произошло, что теперь вот стрелой встречаю чужаков.
Он подошел ко мне, и я заметил, что его правая нога не сгибается в колене, да и вообще ходьба причиняла ему явную боль. Старая рана? Встав в паре шагов от меня, он в этой полутьме принялся меня разглядывать.
– Шумилки… был я там лет… три десятка назад… Грог… Ты, случаем, не сын кожевника Лорга?
Внимание, легенда вашего персонажа обновлена.
Ничего себе! Тут что, прошлое моего персонажа интерактивно, что ли? Быстро открыл, мысленной командой, подменю легенды. Так и есть, добавилась строчка. Отец – Лорг Грог, староста деревни Шумилки, имел кожевенную мастерскую, умер от хронической болезни семь лет назад. Вот это да, вот это техподдержка! Впрочем, что это я, этим же не люди тут занимаются, а ВИ, ему тут все отслеживать труда не составляет, если вычислительные мощности достаточны, конечно.
– Умер мой батя, семь зим как тому, – поняв, что пауза затянулась, ответил я, разыграв при этом, что эти слова даются мне не легко.
– Все мы смертны, – только махнул рукой умудренный многолетним опытом мужик. – Я тебя помню, бегал все, под ногами мешался, мелкий такой… был… смотрю вырос, возмужал… Ветеран… Только где твои награды… ветеран? – Его взгляд стал колючим, и от меня не укрылось, что его правая рука как бы ненароком ушла за спину, не иначе там нож заткнут за пояс.
– Так убили меня, отец. Три седьмицы тому, как убили…
– О как… – только и крякнул от удивления старик.
– Артефакт возрождения оказался бракованным, меня полностью обнулило, даже память всю потерял. Вот что до службы было, все помню, а про службу вообще ничего, голова как пустая.
Внимание, легенда вашего персонажа обновлена.
В этот раз, я просто отмахнулся от системного сообщения.
– Так чтобы умом не двинуться и память себе хоть чуть-чуть вернуть, все награды продал и на лекарей потратил. Разум они мне сохранили, но память, отец, так и не вернули. Так что нема наград, и здоровья нема, и двенадцать долгих лет как корова языком слизала, нет их.
Внимание, легенда вашего персонажа обновлена.
Видимо, я очень хорошо разыграл контуженого, мужик даже, положив мне руку на плечо, принялся утешать.
– Да ты молод совсем. Что там твои годы-то. Давай сядем и того… – он показал характерный жест – опрокидывание стакана в рот. Я только кивнул. – Вот и хорошо, – он развернулся в сторону внутренних помещений и как заорал: – Микла, неси сидр! – В соседней комнате поднялась суета и что-то загрохотало, а потом забулькало. Мужик надрывно закашлялся и, усадив меня на табурет, сел и сам, выставив негнущуюся ногу в центр комнаты. – Ты звиняй меня, что так встретил. Только вот… – тут он замолк, как будто вспомнил что-то очень нехорошее.
Молчание затянулось на минуту, пока в комнату не вошла бабка. И только когда она прошла рядом с камином, понял, что ей от силы лет сорок – сорок пять, только она двигалась как-то боком и вся аж скрючилась. Ревматизм у нее, что ли? В руках женщина несла деревянное ведро, от которого сразу шибануло знакомым запахом перебродивших яблок. Поставив ведро прямо на пол рядом с нами и повесив глиняные кружки на его край, она как-то недобро на меня посмотрела. Настолько недобро, что моя рука непроизвольно потянулась к рукояти меча.
– Ты чевой встала-то? – тут же рыкнул на нее мужик. – Свой это. Я отца его знал. Из Шумилок он. А теперь иди отседаль, к детям иди, – он подтвердил свои слова жестом.
Ведьма, а никем иным она быть не могла, так же боком, но уже без злобы во взгляде, попятилась, все рассматривая меня, и только так спиной и дойдя до дверного проема, развернулась и затопала куда-то в глубину дома. Едва она скрылась, понял, что все это время даже не дышал.
– Ты не помнишь, но меня звать Гордей Норон, староста я теперь здесь, – он наполнил кружки и одну из них протянул мне. – Староста, потому как не осталось тутова никого больше из мужиков. Один я тут, да две бабки, да деток малых восьмица… – он тяжело вздохнул и, подняв свою кружку, сказал: – Ну, за встречу служивый, за твое возвращение живым, Стефан.
Мы несильно чокнулись, и я отпил сладковаты, слабоалкогольный напиток, в котором было не больше девяти градусов. Увидев, что Гордей пьет до дна, решил, что будет невежливо, если я только пригублю, так что, глубоко выдохнув, отправил содержимое без малого полулитровой емкости себе в рот, выпив все одним залпом, за что тут же удостоился уважительного кивка от старосты.
– Сразу видно, службу знаешь, – прокомментировал он. Эх! Знал бы он, как я пил в общаге универа, не удивлялся бы моей прыти! – Ну… Еще по одной. – Ничего не говоря, я только зачерпнул кружкой сидр из ведра. И мы вновь выпили. – Хорошо идет, – крякнул мужик, и его лицо впервые приобрело расслабленное выражение.
– Что тут у вас случилось-то? Мародеры? – как бы ненароком спросил я.
– Эх… Какие мародеры, – отмахнулся Норон. – То, что император почил два года назад и префекты начали делить власть, нас в этом захолустье-то почти и не коснулось. Даже вздохнули вольно. В прошлом вот годе даже налоги никто брать не пришел.
– Так что же тогда? – Мы наполнили кружки еще раз.
– Так то и случилось, что со всеми случилось полгода назад, – при этих словах я напрягся. И, как выяснилось, не зря. – Появились по всему свету люди необычные. Бессмертием одаренные. И так случилось, что много их пришло в нашу деревню. Сначала мы нарадоваться не могли. Пришлые были работящи, вежливы и… Любую работу дай, так с руками оторвут. Всех волков повыбили в лесах. Медведей-шатунов изничтожили, которые нам до того времени жизни не давали. Кладбище при старом заброшенном храме в лесу, что страх на нас наводило, упокоили. Торговля пошла на радость. Новые лавки в деревне открылись. Зажили мы как в сказке… – он выпил полкружки и, недолго помолчав, продолжил: – Недолго, правда. Не прошла и неделя, как одному из пришлых приглянулся меч фамильный кузнеца нашего Троха, упокой его душу светлые боги. Предложили пришлые Троху купить этот меч. Он им отказал, но пришлые были настойчивы и настолько настырны, что довели кузнеца, слов отказа не понимая, что выломал он кол из забора да по спинам им и объяснил, что меч тот не продается. Ушли бессмертные, обиду затаив, а к вечеру вернулись впятером и убили Троха, меч деда его забрав. Мы их, конечно, поймали и хотели судить на вече. Но тут все бесы… – Я заметил эту оговорку и уже знал, что он мне расскажет дальше. – Собрались они вместе и попытались отбить своих у нас. Завязался бой, мы его выиграли, прогнав бесово отродье. Но не тут-то было, бессмертны эти порождения темных богов, что приняли вид людской. Бесы, как есть бесы, вежливые, приятные на вид и в обращении, а внутри гниль одна и чернота. Восемь раз они возвращались, убивая каждый раз по одному или по двое из наших. На девятый их приход за сутки у нас мужиков, меч держать способных, и не осталось, считай. Я тогда как раз ногу сломал и помочь не мог, – вздохнул он. – У знахарки лесной отлеживался, не знал, что тут происходит. Взяли бесы деревню на меч, поломали все, девок снасильничали, что поломать не смогли, то подожгли. Три дня они свой шабаш бесовый гуляли, детей сиротами оставляя…
Он говорил, а я прекрасно понимал то, о чем он рассказывает. Игроки… Как точно он дал им характеристику: не бессмертные, а бесы – бесово отродье. Будь у НПС во всех играх свобода воли, ни на секунду не сомневаюсь, так называли бы они нас во всех игровых мирах. И то, что кузнеца убили, нет в этом ничего необычного. В любой онлайн-игре введи патч, в котором можно убить НПСов-торговцев и забрать себе все, что они продают. А потом зайдите в игру через час и попробуйте найти хоть одного живого торговца. Если найдете, я удивлюсь, очень сильно удивлюсь… Нет, не все игроки сволочи, но никто из них точно не считается с НПСами, и даже разумные подписчики, узнав, что непись собирается судить и вешать таких же игроков, как они, поднимется в крике: «Что?!! Наших бьет какая-то программа! Да поубивать их всех, чтобы место свое знали!» Может, кто-то и попытается за НИПов заступиться, но и против своих, таких же игроков, никто не пойдет и бойне мешать, соответственно, не будет.
– Потом бесы ушли, бросили здесь все и ушли. Я вернулся от знахарки, но что я сделать-то могу? Мужик я тут один, получается, остался. Я к соседям на помощь звать, так везде беда похожая, а где-то, как в Солончаках, это на юг километрах в пятнадцати, так вообще никого живого-то и не осталось. Не у кого помощи просить. Так и остался я тут. Я, две бабки да пять девок с судьбой исковерканной, бесстыжими лапами бесов облапанными, да деток малых десяток без двух, – он вздохнул, допил сидр и зачерпнул новую кружку. – Зиму мы пережили, слава всем Светлым богам, лес кормилец наш, родит и кормит без перебоев. Даже некоторые дома в порядок привели. В общем, жизнь-то не кончилась, что бы ни свалилось на нас бременем, руки на себя накладывать есть грех великий. Только наша жизнь кое-как налаживаться начала, как неделю назад новая беда пришла. Заявился к нам барон Тьюдор из рода Олоров, с дружиной своею. Сказал, что два века назад эти земли у его рода отобрала империя, а теперь, когда империи больше нет, а власть префекта Запада слаба, он берет эти земли под свою руку и руку короля своего Лулода. Сказал, что подати ему теперь платить будем. Только какие же это подати-то?! Мы когда налоги императору платили, помню, стенали, что много с нас берут. Зря плакались. Этот забрал все. Даже петли с ворот бронзовые. Трех коровок последних и всех девок наших, сказал, будут его воинов тешить. Это ж подати разве, грабеж это… – Норон замолчал, невидяще уставившись в ближайшую стену.
Да, суровая судьба постигла эту деревню, настолько суровая, что деревни-то, похоже, тут и нет вовсе. В хорошую начальную локацию я попал, ничего не скажешь. Удружил мне НИП интерфейса, ой как удружил и ведь, скотина какая, все условия мои выполнил, гад, не придерешься.
– Ты голодный? – неожиданно и совершенно не в тему спросил меня Гордей. Прислушался к своим ощущениям и понял, что да, я голоден.
– Не хочу быть обузой, – все же ответил я, несмотря на то что желудок от этих слов протестующе взвыл, просто вспомнил, что мне надо показать себя в этой игре добрым и отзывчивым, поэтому и отказался.
– Какой обузой? Тут полное озеро рыбы, – Норон горько усмехнулся. – Я сеть вот с утра вытащил и уже пуд накопить успел. Так что, будешь копченой рыбы-то? Али побрезгуешь? – А ведь тут может быть так, что отказ от совместной трапезы – это признак того, что ты держишь зло на хозяина дома.
– Ну раз так, то не откажусь. Какой легионер от еды-то откажется!
– Пойдем тогда, – он поднялся, подволакивая ногу. – Рыба не здесь, а во дворе.
Встав с табурета, я пошел за ним, но тут Норон остановился и с удивлением произнес:
– Что, сидр тут оставим?
Хлопнув себя по лбу, вернулся и забрал уже на треть пустое ведро и кружки.
– Так-то лучше будет, – расплылся староста в улыбке.
Мы вышли из дома и, обогнув его, оказались в небольшом дворике, в центре которого расположилась сложенная из камней коптильня, от которой несло приятным ароматом ольхи. Достав из этой коптильни несколько окуней, размером с две моих ладони каждый, Гордей кинул их на чистую доску, лежащую между двумя деревянными чушками. Жестом он показал мне, что мы сядем на эти чушки. Я не привереда и легко последовал его примеру. В тех играх, в которых мне довелось играть, еда была совершенно безвкусна, но здесь… Сам не заметил, как буквально сожрал двух окушков и не заметил. Вкусно было невероятно! Давно я не ел ничего вкуснее этой виртуальной рыбы. Ах ты, Алан Вран, вот мастер и гений! Теперь я начинаю понимать, почему в этой игре осталось семнадцать миллионов подписчиков. А если здесь еще и секс реализован со всеми ощущениями, то, думаю, после первоначальной паники и резких отзывов, примерно через годик, в эту игру ломанутся толпы народа. Нет, не прокачиваться и не играть в РПГ, а просто вот так посидеть, выпить, покушать, любовью заняться!
Неспешно разговаривая, мы обильно покушали, заодно и ополовинив содержимое ведра. Встав на ноги, с удивлением понял, что меня покачивает и к тому же очень хочется в туалет. Объяснил Гордею свое желание, он только махнул рукой в сторону поваленного частокола. Отлив, вернулся, но староста уже начал прибираться. Видимо, обед, а точнее, если судить по положению солнца, то уже ужин, завершился. Сыто отрыгнув, подумал, что мне хватит, и так объелся, вот-вот живот треснет.
Взглянув на катящееся к закату светило, староста попросил меня помочь собрать рыбу и перетащить ее в подвал дома. Мне было не трудно помочь этому побитому «жизнью» программному боту. Едва мы закончили, как мне пришло системное сообщение:
Вам начислен опыт: 30 единиц. До следующего уровня вам необходимо набрать еще 70 единиц опыта.
Прочитав эту надпись, только усмехнулся. Вот тебе и первый квест, помог старосте, и ВИ засчитал мне экспу.
– Ты этого… На ночь глядя не уходи, – немного заплетающимся языком произнес Гордей. – Ложись наверху, там не постелено, но тебе не привыкать, ты же служивый.
– Спасибо, отец, – поблагодарил я его.
Не знаю, как программа это делает, но ощущал себя изрядно пьяным. Вот голова вроде работала четко, а ноги как ватные, как будто и правда настоящего сидра литра три выпил! Хотя нет, нечетко работала моя голова, я помню, что во время ужина меня тянуло признаться старосте, что я бес. Хорошо, что мне хватило остатков трезвости так не делать. К тому же спать хотелось невыносимо. С трудом поднялся наверх по крутым ступеням дома старосты, зашел в пустую комнату, в которой была только грубо сколоченная лежанка. Снял с себя куртку, скатал ее и, положив под голову, почти мгновенно отключился.
Глава 5
Проснулся с первыми лучами солнца. Обычно я сова и лежебока, но сейчас, едва открыв глаза, понял, что чувствую себя полностью отдохнувшим и полным сил. И ни намека на похмелье! Если тут каждое утро буду так легко просыпаться, то вполне могу решить, что этот виртуальный мир нравится мне даже больше мира реального.
Потянулся на лежанке, которая, как оказывается, мне была коротковата. Хорошо-то как! За окном птички поют, солнышко встает. Идиллию портит только частый, какой-то надрывный кашель, доносящийся из-за стены.
Поднявшись на ноги, надел ботинки и спустился вниз, никого не встретив. Вышел на улицу, вспомнив, что видел сруб колодца во дворе дома старосты, туда и направился. Мои опасения, что колодец разрушен или завален камнями, не оправдались. Поднял полное ведро, точно такое же, как то, из какого мы пили сидр, жадно напился. Затем, раздевшись по пояс, окатил себя из него. Вытершись льняной рубахой, потом повесил ее на забор, а сам, голый по торсу, достал из ножен гладий и встал в стойку.
Начинать утро с зарядки, помню, что мне стоило выработать эту привычку. Больше года мучился, пока не приучил себя к этому. А так как хорошие привычки большая редкость, то поддерживать их надо несмотря ни на что, и провести утренние упражнения стоит даже в том случае, если ты находишься в виртуальности.
Начал с уже привычных «Четырех башен», провел двадцать повторов и переключился на более сложный комплекс «Пик севера». Это упражнение дают не ранее чем на четвертом году занятий, его сложность в том, что он подводит ученика к тому, что и атака может быть защитой. Каждое движение в нем является атакующим, при этом из-за движения ног и поворотов корпуса атакующий одновременно ставит и защиту. Для его выполнения необходимо такое понятие, как чувство меча, именно это ощущение я и пытался поймать, слиться со своим клинком. В реальности мне такое дается уже без каких-либо проблем, но еще ни в одной виртуальности, какое бы полное погружение она ни обещала, это чувство не пробуждалось. Не пробуждалось до сего раза. На двенадцатом повторе я ощутил то самое непередаваемое ощущение единения с оружием. Швейцарская школа короткого меча лишена украшательств, красивых позиций и прочих пускающих пыль в глаза зрителя красивых движений. Это просто голый функционал. Если ката восточных школ напоминают вальс, если французские комплексы похожи на полет шмеля, то швейцарские упражнения можно разве что сравнить с движениями робота. Ничего лишнего, ничего пустого, меч в каждый момент времени находится ровно там, где надо, эта школа – не искусство, а ремесло. В этом и есть ее главный недостаток, она ограниченна, ее разрабатывали, чтобы учить наемников, поэтому она не так популярна, ее адепт вряд ли когда-нибудь выиграет какие-нибудь соревнования. Ее преимущество в ином, в легкости обучения и понятных правилах. Если сравнивать грубо, то мастер французской школы или итальянской выиграет у мастера школы швейцарской. Это почти всегда верно, но касается только тех, кто достиг мастерства, а вот средний боец моего стиля, в основном, сильнее среднего бойца из тех, кто учится у тех же французов или итальянцев. Так как моя задача была не выигрывать соревнования, а зарабатывать деньги в виртуальности полного погружения, то я и выбрал в свое время эту непопулярное направление, и с тех пор ни разу об этом не пожалел. Потому как настоящих мастеров в играх мне встретилась всего пара, а вот средних бойцов было намного больше, и в поединках с ними швейцарская школа показала себя как нельзя лучше.
Завершив четвертый десяток повторов комплекса, остановился и после салюта отправил клинок в ножны.
– Это же где такому учат? – на деревянной чушке, вытянув вперед негнущуюся ногу, сидел Норон и внимательно смотрел на меня.
Так как я с утра, пока валялся в кровати минут пять, прочел свою легенду еще раз, то мой ответ был прост и непроверяем.
– Мой легион шесть лет провел на Восточном континенте, – пожал плечами, произнося это. – Возможно, там и научили. И доброго вам утра, отец.
– Ларса приготовила грибную подливу, – будто и не спрашивал ничего до этого, перевел тему разговора Гордей и закашлялся. – Кхе, кхе, кхе… Завтракать будешь или так в путь пойдешь дальше?
По правде, мне тут делать было нечего, эта локация когда-то была «песочницей», но сейчас таковой не являлась, опыта мне тут заработать было негде, так что и правда надо было уходить. Но вот позавтракать – эта идея была неплохой!
– Если не обременю, то спасибо за приглашение, – коротко поклонившись, снял рубаху с забора, она уже как раз высохла, и я ее надел, не голым же по пояс за стол садиться.
– Ну пойдем тогда, – тяжело поднявшись, староста махнул рукой и поковылял к ступеням.
Завтракали мы на первом этаже, в уже знакомой мне большой комнате с камином. Только мебели там стало побольше ровно на один стол. Едва мы уселись на табуреты, как вошла закутанная с ног до головы в темную ткань женщина. Точнее, мне показалось, что она молодая женщина, так как двигалась она плавно, руки, расставляющие тарелки, не дрожали, но едва я увидел ее ладони, кожа на которых была иссохшая и вся в морщинах, как тут же обратил внимание и на иные детали. Эта была явно не молодая девушка, а скорее глубокая старуха лет за семьдесят, при этом просто сохранившая подвижность. Звали ее Ларса, молча накрыв нам на стол, она тут же удалилась, почти бесшумно скрывшись в дверном проеме.
За завтраком Гордей расспрашивал меня, куда собираюсь направляться, и намекал, что он был бы не против, если бы я остался в Озерной. Он, как ему казалось, очень издалека подводил меня к мысли, что стоит мне остаться, и через полгодика он передаст мне полномочия старосты. Но мне это было не интересно – быть старостой деревни из одного дома. Сделав вид, что не понимаю его намеков, рассуждал о том, что пойду на юг, там море и тепло.
Так как у меня не было с собой никаких вещей, то, позавтракав, я тепло поблагодарил этот дом и сказал, что мне пора. Мол, у вас, конечно, хорошо, но обременять вас не хочу, да и ждет меня дорога дальняя. Гордей вышел провожать меня на крыльцо один, обе бабки остались в доме.
– Да не оставят тебя светлые боги на твоей дороге, – едва Норон это произнес, как его вновь скрутил жестокий кашель.
– Отец, ты бы травки попил какие, с таким-то кашлем. – Мне даже пришлось подняться вновь на крыльцо и похлопать его по спине.
– Да вот, неделю назад хворь напала, ничего от нее не помогает, – покачал он головой. – Как барон с дружиной ушел, так и кашляю.
Неделю назад? Я думал, у него это старческий кашель, а это может быть банальная болезнь. А раз так, то у меня есть неплохой шанс получить экспу и заодно показать местному ВИ, что я забочусь о людях.
– Отец, у меня остался навык лечения, давай попробую тебя от кашля избавить, – тут же предложил ему.
