Владислав Игоревич?!
Лем, конечно, сообщил фамилию гада, к которому улетала вся собранная программкой информация, но не имя же с отчеством! Не словами сообщил, а с помощью ворда на моем же ноуте, что выглядело немного жутковато, зато доходчиво. Откуда дух дома узнал фамилию Влада, я тоже не особо поняла. Да и дух ли?
Шестеренки в мозгу закрутились, строя новые теории заговора. Если мой работодатель знаком с моим бывшим мужем, значит, все происходящее может оказаться грандиозной разводкой, цель которой… не знаю что. Довести меня до психушки или до самоубийства, чтобы я уже точно не появилась на пороге дома, который недавно считала своим? Как-то оно все… сложновато.
Так, отставить панику!
– Что значит знает? – решила прояснить ситуацию я. – А вы его откуда знаете? Я имя бывшего мужа не называла!
– Лика! – Арсений подошел ко мне и остановился примерно в шаге. – Вы совсем-совсем меня не помните? – Прищурилась, в очередной раз изучая его черты. Типаж знакомый, да, но где же мы могли встречаться? У мужа в офисе или на одной из вечеринок, где нам довелось с ним побывать? – Даже обидно как-то! – Вопреки словам Туманов усмехнулся. – А ну, идем! – Он схватил меня за руку и, не давая возможности вывернуться, подвел к напольному зеркалу в массивной бронзовой раме. – Смотрите, Ли… Милалика Сергеевна, – исправился сам, что порадовало. – Внимательно смотрите, и только попробуйте не вспомнить! – добавил грозно, но я-то видела в зеркале, что глаза его смеются.
Хотела сыронизировать в ответ, да так и замерла с приоткрытым ртом, глядя, как меняются наши отражения, подернутые туманной дымкой. Казалось, я никогда не привыкну к здешним спецэффектам, но нет – похоже, уже привыкаю.
– Это вы делаете или Лем? – спросила шепотом, боясь спугнуть волшебство.
– Я. Магия иллюзий – мой конек. Приложи к этому лапу Лем, никакой ряби, хмари или колдовского свечения не было бы.
Загадочная дымка стремительно таяла, а я жадно всматривалась в свое собственное лицо с отпечатком дурости… то есть юности (что в данном случае было одно и то же). Бордовая помада, подведенные черным карандашом глаза… и идущий пятнами румянец, убивающий весь эффект от вечернего макияжа. Да уж, «красотка»!
В тот день мы с Владом собирались пойти в театр, но у него что-то случилось на работе, и мне пришлось самой за ним заезжать, несмотря на недавно полученные права.
Нет, я вовсе не попала в аварию и, слава небесам, никого по дороге не сбила – зато у меня в самый неподходящий момент спустило колесо. Ставить же запаску, не имея опыта, я попросту побоялась.
Вот и бегала вокруг мигающего аварийными огнями седана, пытаясь дозвониться мужу, в автосервис и даже моему бывшему инструктору – вдруг чего дельного подскажет? Но связь в том проклятом месте оставляла желать лучшего.
Высокая прическа, на создание которой убила целый час, растрепалась на ветру, край длинного платья испачкался, еще и каблук (зараза!) сломался. Счастье, что в машине были удобные балетки, которые предпочитала обувать, садясь за руль. Правда, в них я заметно теряла в росте, отчего подол, рассчитанный на шпильку, начинал здорово мешать.
Одним словом, выехала я из дома при параде, а до офиса мужа добралась в таком виде, что благоверный отказался идти со мной в театр, чтобы не позориться, еще и отчитал за то, что хвостом вертела на трассе, привлекая всяких потных мужланов.
Собственно, один из этих «мужланов» как раз и стоял сейчас за спиной той молоденькой девочки, которая была мною семь лет назад. Я даже обернулась, желая удостовериться, что сзади находится мой наниматель, а не двухметровый бородатый байкер в черной бандане и солнцезащитных очках.
– Добрый самаритянин! – воскликнула, улыбнувшись, когда снова посмотрела на образ из далекого прошлого. – Вы серьезно считали, что я могу узнать в вас… его? – кивком указала на бородача, который здорово помог мне на той дороге, мое отражение повторило жест.
Арсений тогда не только усмирил изрядно подвыпившего мажора, пытавшегося затащить меня в свою машину под предлогом благих намерений, но и в два счета поменял проколотое колесо.
А еще он шутил, говорил комплименты и даже пытался выпросить мой номер, на что я показала ему обручальное кольцо и с улыбкой влюбленной идиотки сообщила, что счастлива замужем.
В отличие от мажора байкер оказался мужчиной понятливым. Помог леди в беде, удостоверился, что я еду дальше без приключений, после чего куда-то свернул и затерялся в потоке машин.
Помнила ли я этого весельчака в черной майке и расстегнутой косухе? Еще бы! Но сопоставить его черты с гладко выбритым бизнесменом, одетым в дорогой костюм, мне даже в голову не пришло. Хотя что-то неуловимо знакомое в Туманове действительно было.
– Рад, что вы все-таки вспомнили меня, Милалика, – сказал Арсений, когда странная парочка из прошлого растаяла в очередном витке тумана.
– Разве можно ТАКОЕ забыть! – рассмеялась, продолжая смотреть в зеркало. Теперь уже на нас настоящих.
Я невольно отметила, что, невзирая на свой довольно высокий рост, на фоне работодателя выгляжу хрупкой и миниатюрной. Пожалуй, даже слишком хрупкой – вернуть пять потерянных килограмм мне точно не повредит.
Например, назло бывшему, который в последние месяцы перед разводом частенько выговаривал мне, что я жирная и старая, именно поэтому у него на меня и не стоит. Неудивительно, ведь его третьей почти жене всего девятнадцать, и она работает фотомоделью. Ну а я, к счастью, уже пережила тот период, когда хотелось соответствовать стандартам красоты этого человека.
От неприятных воспоминаний о Владиславе меня вновь отвлек Туманов. Думать о бывшем муже не хотелось совершенно, но память, будто издеваясь, упорно подкидывала картинки из нашего совместного прошлого. Семь лет – это же четверть моей жизни! Сложно их полностью выкинуть из головы всего за один месяц.
– Я вас тоже запомнил, – признался Арсений. – Пробил номера через знакомого гаишника, выяснил, что владелец машины – это новый заказчик, которому мои ребята как раз делают рекламу. Узнал, что у него есть молодая жена с необычным именем Милалика, и понял, что мне нечего там ловить.
– Ловить? – Тень улыбки, блуждавшая по губам, растаяла в один миг. – Хотите сказать, что собирались за мной приударить? – Я развернулась и отступила на полшага – дальше зеркало не позволяло. Вскинув голову, впилась взглядом в лицо мужчины.
– Почему нет? Вы красивая женщина, я – свободный мужчина.
Угу, с двумя детьми.
– Значит так, Арсений Романович, – сказала серьезно. – Хочу сразу расставить все точки над «i». Сюда я пришла исключительно, чтобы работать: честно, качественно, с полной отдачей. Я много лет содержала в чистоте и порядке огромный дом, и, признаюсь, мне это очень нравилось. А вот опыт отношений с хозяином вышеупомянутого дома ничего хорошего не принес. Так что если у вас вдруг… заметьте, я не утверждаю и ни в чем вас не обвиняю… Так вот, если вам в голову случайно придет гениальная идея добавить к моим обязанностям домработницы, кухарки, служанки и няни еще и должность вашей любовницы – шлите ее к бесам.
– Хорошо, Милалика Сергеевна. Я вас понял.
Туманов скрестил на груди руки, глядя на меня сверху вниз. Расстроенным он не выглядел, разгневанным тоже. Это должно было меня порадовать, но самолюбие бунтовало.
Несмотря на внешнюю холодность, которую старательно напустила на себя, внутри зашевелились вскормленные мужем сомнения. Может, бывший прав был, говоря, что я – отработанный материал, и ни один нормальный мужик не обратит больше на меня внимание?
Черт! Язык мой – враг мой! Сейчас как высмеет работодатель все мои предположения. Он же четко и ясно сказал, что ему нужна домохозяйка, а не постельная грелка! А я, дура, под впечатлением сценки из прошлого напридумывала себе лишнего.
– Но если все-таки допустить… гипотетически, – вновь заговорил Арсений, – что я захотел за вами поухаживать. – Мою попытку ответить он жестом остановил. – Скажите честно, Лика, почему нет?
– Я же объяснила!
– Сравнив меня с вашим бывшим мужем? – Туманов поморщился – такое сравнение ему явно не нравилось, но меня задело не это.
С бывшим! Что мы с Владом в разводе, я дракону не говорила. Вообще ничего про свою личную жизнь ему не рассказывала, да он особо и не спрашивал. Думала, ему это не важно, а, выходит, он просто все уже знал?
И как давно? Сегодня пробил информацию, чтобы не тащить в дом непонятно кого, или присматривал за мной все эти годы?
Тик-так, тик-так… часики очередных тревожных идей заработали, превращая меня в параноика.
Ау, стрессоустойчивость! Вернись уже, а? Может, Арсений Романович всего лишь внимательный человек, способный анализировать поступающую информацию и делать логические выводы. Наверняка!
– Что вы хотите услышать, не понимаю, – прикинулась дурочкой я.
– Ответьте прямо: я вам не нравлюсь? – в лоб спросил он.
– Нравитесь.
– Как работодатель? – Уголок его губ дернулся, зарисовав кривую улыбку.
Идеальную, черт бы ее побрал!
С трудом перевела взгляд на глаза мужчины, сказав:
– И как работодатель тоже.
– А еще как?
– Как принц… то есть байкер на железном коне, конечно! – Рассмеялась, завершая неудобный диалог шуткой. Не нравился мне этот допрос. Скажу сейчас, что он мужчина хоть куда, и попробуй потом докажи, что интрижки с работодателями в мои планы не входят. – Раз мы прояснили все интересующие вас вопросы, может, уже познакомите меня с Соней и объясните, что за семейный праздник нужно подготовить за два дня, – перешла на деловой тон я. – А то время идет, а я до сих пор не в теме.
Вечером…
День кончился… проблемы остались.
Нет, не так – они росли в геометрической прогрессии, грозя обеспечить мне еще и бессонную ночь!
Я не про детей, которые после внушения, сделанного папой, подозрительно притихли, что напоминало затишье перед бурей. И даже не про бывшего мужа, из-за которого временно лишилась и ноута, и телефона.
Если первый отдала Туманову на растерзание без каких-либо сожалений, во втором было полно контактов, терять которые, как и светить, не хотелось. Но и отказать нанимателю в возможности убедиться, что все мои гаджеты не представляют никакой опасности для него и его семьи, я не могла.
Впрочем, надолго меня без мобильного не оставили. Арсений Романович лично вернул его, сообщив, что если шпионская программа там и была, ее уже удалили. А ближе к вечеру он принес мне ноут… правда, не мой, а совершенно новый и, судя по модели, отнюдь не дешевый.
Какие-либо деньги брать отказался наотрез, велел считать подарок чем-то вроде рабочего инвентаря, если не хочу принимать его просто так. Эдакая швабра для уборщицы или машина для таксиста. Полюбовавшись своей новой «шваброй», принялась ее потихоньку осваивать.
Первым делом бросила в закладки сайт службы доставки, которая, по словам Туманова, привезет все, что мне будет нужно, в кратчайшие сроки и прямо сюда, в дом. Еще контакт пиццерии сохранила, где мой работодатель обычно делал заказы. И в специально созданный документ с названием «Важно!» записала личный номер Арсения Романовича, чтобы всегда быть на связи.
А так же обновила пароли в соцсетях и на почте, ответила Светке, жаждущей почвы для сплетен, что буду занята в ближайшие дни, но потом непременно с ней свяжусь. После чего, не придумав ничего лучшего, начала гуглить информацию о драконах и их первый оборот.
Собственно, в нем-то и заключалась основная проблема. Послезавтра не просто день рождения близнецов – это еще и день их первого обращения!
На праздник соберутся все ближайшие родственники Тумановых (а там человек десять минимум), и это не считая старейшины славянского клана драконов, который ради первого совершеннолетия близнецов (оно у ящеров-оборотней в двенадцать) специально прилетает из Праги.
Еще будет несколько гостей, не пригласить которых нельзя. Итого вместе с именинниками и их родителем получается двадцать персон.
Одно радовало (хотя и огорчало тоже): детей на празднике ожидается мало. С одной стороны, хорошо, мне и Златы с Яриком хватает, с другой – их же день рождения!
А тут какое-то взрослое мероприятие намечается, еще и в присутствии драконьей шишки, которая наверняка перетянет на себя все внимание с именинников. Жалко их, дети же.
В двенадцать лет охота купаться в обожании родни, общаться со сверстниками и получать горы подарков, а не сидеть с постными лицами за столом, ожидая благословения старейшины на свой первый оборот.
Не будь мои хозяева личностями излишне разносторонними (внешне уж точно), предложила бы арендовать кафе или устроить вечеринку… да хоть в аквапарке. Можно еще прогулку по городу организовать с кучей воздушных шариков и группой аниматоров, которые будут развлекать ребятню.
Диана такие представления всегда любила, как и ее друзья. Про шарики с артистами я Туманову, конечно, заикнулась, но особой пользы это не принесло. Первые он, немного подумав, одобрил, хотя и не очень понимал, куда я собираюсь их цеплять, вторых, увы, забраковал. Сказал, что доступ в дом имеют только избранные, и кривляющихся комедиантов в их числе точно нет.
Почувствовала себя избранной, угу.
Теперь вот сижу в своей спальне, пялюсь в экран новенького ноутбука, с которого на меня взирает фэнтезийный персонаж (из числа тех, что живут за стенкой), и ломаю голову, как правильно и хорошо выполнить свою работу.
Засада, да… Может, близнецов спросить, чего им больше хочется? Так эти и соврать могут, чтобы меня подставить. Как пить дать сейчас очередной план «военных» действий придумывают, потому их и не слыхать.
Криво усмехнувшись, я снова уткнулась в экран.
Понимая, что ничего путного в инете про первое обращение драконов не найти (кроме кучи бесполезных книг юмористической и романтической направленности), решила начать с самого простого – с меню.
Но, забив в список несколько блюд, подходящих, по моему мнению, для детского дня рождения, задумалась. Это ведь для людей оно вкусно и празднично, а что предпочитают оборотни – неизвестно. Злата про суп из меня, помнится, говорила. Вдруг не шутила, а?
Рука сама потянулась к дрыхнувшей на диване парочке за успокаивающим сеансом кототерапии. После пережитого стресса Рыжик был счастлив спрятаться на втором этаже с горкой корма и лотком в ванной, прилагавшимся к моей опочивальне.
Пока я осваивалась в доме, изучая расположение помещений и слушая Туманова, который рассказывал, как тут все устроено, мой кот осваивал нашу спальню… и новую подружку, принесенную с чердака хозяином.
Ею оказалась сова, умевшая превращаться в кошку, что особенно нравилось Рыжику. На самом же деле это было вовсе не животное, а универсальный помощник по дому, которого год назад втюхали Туманову на ярмарке под видом «робота-пылесоса» магического происхождения.
Иногда Соня и правда помогала по хозяйству, но большую часть дня спала, спрятав голову под крыло или поджав к груди лапки. И только ночью (что характерно для реальных кошек и сов) пернато-хвостатое чудо-юдо просыпалось и развивало бурную деятельность, сопровождавшуюся порой нехилым грохотом.
Ее отчитывали, если успевали поймать, но дальше ворчания и требований перейти на дневной режим дело не заходило. Да и как можно всерьез наказывать такую прелесть? Она же из лучших побуждений… кхм… громыхает.
Взяв в семью, Арсений начал воспринимать Соню как домашнего питомца, а не как набор бытовых заклинаний, привязанный к животной оболочке. Даже имя ей дал, хотя у продавца этот универсальный помощничек числился под безликим номером тридцать девять.
Кошек я всегда любила (Рыжик свидетель), совами восхищалась (все мы поколение «Гарри Поттера»!), правда, в реале немного побаивалась этих крылатых хищников.
Но Соня, к моей великой радости, оказалась очень милой и дружелюбной совой, которая позволяла себя гладить, тискать и хвалить. Мы с ней сразу поладили в отличие от Лема.
Дух дома продолжал настороженно присматриваться к нам с кошаком, ожидая очередного подвоха. Сложно его в этом винить после истории с ноутом. Наверняка считает теперь, что если я притащила на его территорию программу-шпион, от меня вполне можно ожидать и других неприятных сюрпризов.
Что ж, буду убеждать его в обратном не словами (тем более говорить все равно не с кем – никаких синих жучков-паучков поблизости не наблюдается), а поступками. И начать, пожалуй, надо с праздника… для которого у меня практически нет идей. Вот уж действительно проблема! Не справлюсь с задачей – прощай работа, а мне тут все больше и больше нравится.
Туманов ничего дельного тоже не подсказал – у него с идеями еще большая напряженка, зато есть пара мегаважных встреч завтра, которые никак нельзя отменить, и гора работы, разгребать которую он будет до вечера.
Ладно, без него справимся, к тому же мне дали полную свободу действий (с маленькими ограничениями) и код от банковской карты.
Шарики, торт со свечами… что еще?
Постучала пальцем по виску, будто от этого в голове могло проясниться. Снова посмотрела на картину большого черного дракона, открытую в одной из вкладок, вздохнула.
Оттого, что рядом тоже кто-то громко вздохнул, вздрогнула. Покосилась на Соню с Рыжиком – хрючат оба. Принялась искать взглядом источник странного звука и – о чудо! – узрела-таки таракана… с длиннющими усами и синими пятнышками!
Вот ведь… гадючка! Издевается! Я с детства не перевариваю прусаков, и Лем наверняка это знает, а если нет, то догадывается. Мстит мне зараза за сегодня.
Вдох – выдох… вот теперь поговорим.
Я уже собралась предложить духу временное перемирие с испытательным сроком для меня и даже хотела попросить его о помощи в поиске информации о грядущем празднике, как в дверь тихо поскреблись.
Туманов бы стукнул пару раз громко и требовательно, а потом вошел, не дожидаясь приглашения, – значит, не он. Кто же тогда? Соня тут, Лем – тоже тут… был. Получается, дети?
– Войдите! – разрешила, глядя на дверь. Позу приняла расслабленную, но внутренне напряглась, зная склонность близнецов к разного рода проделкам.
В одном они мне в подвале точно не соврали: отец действительно пытался нанять для них няню… то есть гувернантку, которая присматривала бы за ними, пока Туманов на работе, но все претендентки на эту должность не выдерживали больше трех дней. А я рассчитывала тридцать тут прожить. Как минимум.
Раньше дети жили с матерью и отчимом в другой стране, к папе же прилетали погостить на месяцок-другой во время каникул. Но после внезапной гибели бывшей жены на лыжном курорте Арсений забрал близнецов насовсем… и теперь понятия не имеет, что с ними делать.
Отсюда и паника, которую я почувствовала в его сообщении. И страстное желание заполучить в свое полное распоряжение женщину с большим опытом работы по дому и с детьми.
Дверь мягко толкнули, и в образовавшуюся щель просунулась светловолосая голова Ярослава. Серые глазенки настороженно посмотрели на меня, а пальцы сжали край деревянной створки.
Нервничает парень? В чем подвох? Неужели так сильно хотят избавиться от очередной лишней тетки в доме, что даже отца не побоялись повторно разозлить? Он ведь дома!
Дома же?
– Что ты хотел, Ярослав? – спросила, видя, что мальчишка мнется.
– А вы… – Опять замолчал, вероятно, предлагая мне самой догадаться, зачем он пришел.
– Я, угу, – улыбнулась, наблюдая за ним. Хорошенькие все-таки дети у Туманова. Еще б не такие предприимчивые были. – Проходи давай. Чего в дверях застрял? – сказала добродушно.
Если просто спросить что-то хочет, но не решается, самое время ободрить. А если гадость какую задумал, так хоть бдительность своим поведением усыплю.
– Да я только сказать. – Губы Ярика растянулись в ответной улыбке, делая мордашку ну очень шкодной. Теперь, даже если он просто так заглянул, буду все равно ожидать сюрприза. – Милалика Сергеевна, там папа вас зовет.
– Точно папа? – прищурилась недоверчиво.
– Точно-точно! – Мальчик так активно закивал, что длинная растрепанная челка упала на глаза, скрывая их хитрый блеск.
Ой, не верю я что-то в папу… не способного подняться и самому меня позвать.
– Что же папе понадобилось? – Я продолжала сидеть на диване, хотя ноутбук отложила.
Ярослав стрельнул глазками на моего кота, разбуженного его визитом, потом на Соню, которую такими мелочами не разбудишь, снова посмотрел на меня и внезапно спросил:
– А вы таракана не видели?
– Ты бы определился, Ярик. – Мне стало смешно. – Что именно побудило тебя сюда прийти: отец или таракан?
– Папа, конечно! – вернулся к первоначальной версии гость. – Он внизу, на кухне. Велел за вами сгонять. Пойдете?
Куда ж я денусь? Не звонить же Туманову, выясняя, врет его сын или нет. Таким откровенным недоверием я только больше испорчу отношения с детьми. Кивнув, поднялась и пошла к двери. Обрадованный гонец, шустро развернувшись, рванул к лестнице.
Одета я была во все домашнее: не в растянутую футболку и шорты, напоминавшие парашют, которые тоже относились к категории «домашнее», но были явно не для посторонних глаз.
У Тумановых я предпочла облачиться в удобные темные бриджи и светлую маечку без рукавов, но с довольно скромным вырезом. Никакой униформы дракон мне пока не выдал, так что выбрала из своего небольшого гардероба самое, на мой взгляд, подходящее.
На ноги вместо домашних тапочек, оставленных дома, надела шлепанцы на невысокой платформе. Они-то меня и подвели. Или не они, а ступенька, которая внезапно ушла из-под ног.
Ойкнув, я нелепо взмахнула руками и начала падать с лестницы, но была остановлена героически кинувшимся на помощь Ярославом… и перилами, которые из-под рук, к счастью, не уходили.
– Кто это сделал? Ты?
– Лем! – сдал духа дома мальчишка.
Я только вздохнула. К противостоянию с близнецами, не признающими чужой контроль, уже как-то морально подготовилась, а вот как выстоять в схватке с целым домом?
Сейчас «подножку» поставил, потом насекомых в комнате расплодит, а в финале что – в кипятке сварит, когда мыться пойду? Надо все-таки как-то с ним поговорить… через тот же текстовый редактор, раз ему так удобно.
С этими мыслями я и вошла на кухню, где (глазам не верю!) действительно находился хозяин дома. Он стоял у окна спиной ко мне и кого-то громко отчитывал по мобильному.
– Работа не дает покоя даже вечером? – посочувствовала я, когда дракон обернулся, сбросив вызов.
– Если бы работа! – У Туманова вырвался нервный смешок. – Мама! И да, Милалика Сергеевна, стол готовить придется на двадцать две персоны, включая вас.
– Меня включать не надо…
– Не спорьте! Вы теперь как член семьи, – заявил он и выразительно так посмотрел на сына, стоявшего рядом со мной.
– Не в этом дело, Арсений Романович, – сказала я, снова улыбнувшись. Приятно было, что меня так сразу записали в ближний круг, а ведь я всего лишь наемный работник на испытательном сроке. – Просто кому-то все равно придется ухаживать за вашими гостями. Это моя обязанность, не забывайте. Одна из них. А поесть за одним столом мы с вами еще успеем. Не так ли?
Я тоже повернулась к Ярославу, тот пожал острыми плечиками, буркнул что-то похожее на «угу» и убежал… таракана искать.
– Сегодня и начнем! – подозрительно довольно проговорил Туманов.
– Что? – не поняла я.
– Как что? Есть за одним столом. Или вы ужинать не собираетесь, Милалика Сергеевна?
Глава 3
Настроение было отличное вопреки дневным (и вечерним) передрягам. Дети нам не докучали, Лем тоже не отсвечивал, так что мы с Тумановым находились на кухне совершенно одни.
Разговаривали о грядущем празднике и о приглашенных на него гостях, обсуждали примерное меню, часть блюд из которого Арсений, как выяснилось, планировал заказать в ресторане, чтобы не перегружать меня.
Это приятно удивило. Бывший мой ни за что бы не стал тратить деньги на доставку еды, когда дома есть целая жена. Впрочем, Туманов мне не муж, а работодатель, возможно, поэтому и ведет себя иначе.
То, что готовка к числу талантов господина дракона не относится, я поняла, когда увидела его бутерброды. Нет, они были, без сомнения, съедобные, но выглядели очень уж странно. Хорошо, что он всего два успел сделать, а то как-то даже жаль стало… колбасу.
Любопытно все-таки, что хотел доказать Арсений Романович, вооружившись разделочной доской и ножом? Может, свою отчаянную потребность в кухарке?
А зачем тогда велел мне сидеть и отдыхать, потому что рабочий день мой, по его словам, начнется только завтра?
Не в силах больше смотреть на издевательство над продуктами, я решительно поднялась с табурета и направилась к холодильнику.
– Неужто все настолько печально? – спросил горе-повар.
– Не настолько, – ответила, изучая содержимое полок. – Но печально, – добавила, виновато улыбнувшись. – Присядьте, Арсений Романович, сейчас я для вас и близнецов что-нибудь посущественней приготовлю. Заодно и опробуете мою стряпню, а то вдруг вам не зайдет?
– Зайдет! Я пробовал.
– И где же?
Вообще-то, я догадывалась где. Раз Туманов имел в прошлом общие дела с Владом, наверняка тот его и угощал – я раньше частенько корзинки со свежей выпечкой ему на работу собирала.
– Был разок у вас дома. – Я даже обернулась от таких признаний: в гости посторонних (особенно мужского пола) Владислав водил крайне редко. – Давно и ненадолго, но божественный вкус пирога с вишней помню до сих пор. Вы волшебница, Милалика… Сергеевна.
– Спасибо. – Немного помолчав, нарочито спокойно уточнила: – Вы и сейчас с моим бывшим мужем общаетесь?
– Нет. Наши пути давно разошлись.
– А когда отвечали на объявление, вы ведь знали уже, кто я, да?
– Догадывался. У вас, как я ранее говорил, очень редкое имя, Лика.
– Милали… ай, ладно! – махнула рукой, устав постоянно его поправлять. – Ликой Сергеевной тоже можете звать, если так удобней.
– А просто Ликой?
– Не сейчас.
– Не сейчас и никогда – понятия разные, – надкусив монструозного вида бутер, сообщил дракон. – Спасибо, Лика Сергеевна, обнадежили, – сказал, прожевав. – Хотите? – спохватился он, заметив мой задумчивый взгляд, брошенный на стол.
– Нет, спасибо. – Я отрицательно мотнула головой. На самом деле меня не чувство голода занимало, а мысль о том, что драконы совсем как люди: едят и хлеб, и сыр, и колбасу. А некоторые, если вспомнить разговор о предпочтениях гостей, так и вовсе вегетарианцы. – Значит так, Арсений Романович! Из быстрых блюд могу предложить спагетти с сыром и помидорами, яичницу с колбасой и тостами, приготовленную без масла в духовке, и, наверное, еще домашнюю пиццу… если у вас есть мука. Есть? – Туманов кивнул. – Бутерброды тоже могу сделать. Горячие. Не сильно полезно, но мне нравятся. Хотите?
– Сделайте, – охотно согласился Арсений. – И с моим «франкенштейном» тоже что-нибудь сотворите, – попросил он. – Вернее, с моим чудовищем, – исправился, широко улыбаясь.
Сейчас он особенно напоминал того байкера из прошлого. Веселый, озорной, с лучистыми серыми глазами, а еще такой домашний в интерьере кухни, я бы даже сказала – уютный.
Глядя на него, невольно забывалось, что он не только глава преуспевающей питерской фирмы, но и рептилия в человеческой упаковке. А забывать такие вещи никак нельзя.
Хмыкнув, принялась за приготовление ужина. Ему-то, может, и бутерброда-великана хватит, а детям надо что-нибудь поинтереснее и поразнообразнее. В идеале и пополезнее тоже, но на эту тему я подумаю потом, когда окончательно здесь освоюсь и перестану чувствовать себя, как на минном поле.
Занимаясь стряпней, я очутилась в своей родной стихии. Вернулась былая уверенность и не показное, а настоящее спокойствие. Сейчас бы меня никакие тараканы не напугали, вот честно!
Пока натирала сыр, резала тонкими кольцами сервелат и доставала маслины, расспрашивала Туманова про драконов вообще и про день первого оборота в частности, чтобы лучше представлять, с чем придется иметь дело. Учитывая этот самый оборот, при котором человеческие размеры меняются на драконьи, предложила накрыть стол в саду, раз там все равно лето.
– Уже осень, – вздохнул Арсений. – Промозглая и унылая. – Он повел широкими плечами, будто от прикосновения холодного ветра.
Бросила взгляд в окно, но ничего толком не увидела – темно же. Присмотрелась повнимательнее – действительно, осень: хмурое небо без звезд, голые силуэты деревьев, еще и дождь, похоже, моросит. По ощущениям, ноябрь, а не начало октября, как по календарю.
– Это Лем, что ли, чудит? – спросила, начиная замешивать тесто.
– Он. Если совсем в депрессию впадет, еще и мебель толстым слоем пыли покроется.
Во дела! Дом в депрессии… м-да.
– Это из-за меня, да? Встретил гостью розами, а потом разочаровался и загрустил? – пошутила, но без улыбки, ибо тема-то невеселая. – Неужели я ему настолько не нравлюсь?
– С чего вы взяли? – удивился Туманов.
– Ну… он же переживает. Из-за меня?
– Вы правы, он действительно переживает, – подтвердил мои худшие опасения собеседник. – Но не из-за вас, а ЗА вас.
– Это как?
Я повернулась, чтобы заодно спросить, где у Туманова лежит пергамент или фольга, да так и застыла с испачканными в муке руками, глядя на знакомую синюю бабочку на его плече.
Ну, здравствуй, депрессивная гадючка!
– Дух дома чувствует вашу душевную боль, но не знает, как вам помочь. Вы ему нравитесь, Лика Сергеевна, – сказал Арсений. – Верно, Лем? – спросил он бабочку. Та расправила крылья, и я прочла на них вполне себе конкретное «да».
Но как же тогда история с лестницей?
Догадка неприятно удивила… и восхитила тоже. Не на ту гадючку я, судя по всему, грешила. Споткнулась, чуть не упала… хм, зачем же Ярослав меня так самоотверженно спасал? Не прицепил ли он ко мне какую-нибудь следилку, как к отцу, или чего похуже, а потом сам испугался последствий?
– Арсений Романович. – Наскоро ополоснув руки, я подошла к нему. – Осмотрите-ка меня на предмет… – Бровь мужчины поползла вверх, как и уголок идеального рта. Вот черт! Это о чем он сейчас подумал-то? – На предмет каких-нибудь магических штучек, – закончила я свою просьбу, мысленно умиляясь тому, как спокойно об этом говорю и даже искренне во все верю. Не прошло и полдня!
– С удовольствием! Повернитесь спиной, Милалика.
Как-то очень уж радостно он откликнулся… и вопросов никаких не задает. Может, уже заметил на мне какую-нибудь бяку, но не сказал, решив придержать этот козырь на потом? А зачем?
Повернулась и замерла, ожидая его слов. Когда же моего позвоночника коснулись мужские пальцы, по телу пробежала дрожь, а в глазах потемнело.
Давненько меня не трогали мужчины. А посторонние мужчины – вообще никогда.
Первым порывом было отступить и выдать что-нибудь возмущенное, но я удержалась. Куснула губу посильнее, чтобы боль отрезвила, после чего нарочито спокойно поинтересовалась:
– А ощупывать меня при этом обязательно?
– А вы как думаете? – вопросом на вопрос ответил Туманов. Я думала, что нет, но развить тему мне не удалось. Легонько надавив на какую-то точку на пояснице, дракон сообщил: – Заклинание больной спины: простое, но неприятное. В спящем виде. Прибью паршивцев! – выдал он с чувством.
– Не надо никого… – Я запнулась, потому что вместо того, чтобы убрать руку, Туманов положил ее на мое бедро и, едва касаясь, провел ладонью ниже, до самой коленки. – А…
– Заклинание спутанных ног было отменено. Слишком поспешно и грязно – след остался, – произнес он задумчиво, а потом вдруг спросил: – Лика Сергеевна, когда вам последний раз говорили, что у вас очень красивые стройные ножки?
Ну, начинаются чудеса!
– Вы убрали эти, как их… – Я отошла от него на безопасное расстояние и снова занялась ужином.
– Заклинания-липучки, – подсказал дракон.
– Точно! Так их больше нет, я могу не бояться внезапного приступа радикулита? – усмехнулась, поражаясь коварству детей.
Это уже не милые шалости, а откровенное покушение на мое здоровье и жизнь – могла ведь и шею сломать, сверзившись с лестницы.
– Да, я все убрал. И даже наложил парочку защитных.
– Так вот почему вы меня… – чуть не брякнула «поглаживали», но вовремя сообразила, что звучит это очень уж двусмысленно, и заменила на «ощупывали».
– Ощупывать вас, Милалика Сергеевна, одно удовольствие, – пошутил он, выделив интонацией первое слово. – Вы очень привлекательная женщина, – добавил серьезно.
– Льстите?
– Ничуть.
Он сидел, откинувшись назад, вертел в руках недоеденный бутерброд и внимательно рассматривал меня, что слегка нервировало.
Решив сменить тему, начала расспрашивать его об иных, как называли сами себя все НЕлюди, живущие, как выяснилось, среди нас. За разговорами я не заметила, как успела наготовить кучу всего. Даже десерт сделала, естественно, из тех, которые на скорую руку.
Ужинать сели вчетвером. Дети, которым отец успел сделать очередное внушение, сначала были хмурые и недовольные, но, обнаружив вместо папиных бутербродов мою стряпню, немного оттаяли.
