Но сейчас она могла поклясться, что в соседней комнате был кто-то, больше напоминающий телохранителя ее отца или воина тайной стражи, под командованием ее деда, но уж никак не Бага.
Однако из соседней комнаты однозначно доносился именно его голос. Значит, и он там был.
«Неужели он встретил какой-то отряд, или к нам пришла помощь», – мысль была бредовая, но девушке так хотелось поверить в удачу и счастливое стечение обстоятельств, что она была готова ухватиться даже за эту соломинку. А поэтому она тихонько спросила у корнола:
– Лениавес, кто там с ним?
– С кем? – не понял тот.
– Ну как с кем, с Багом, он ведь там не один, – еще тише произнесла она и показала рукой в направлении соседней комнаты.
– Как не один, – насторожился оборотень, мгновенно выхватив лук и наложив на него стрелу, – почему я никого не чувствую? – будто у самого себя спросил Лениавес.
Видимо поняв, что сказала что-то не то, Эрея уже менее уверенно продолжила:
– Ну, ты ведь видел воина, что стоял в коридоре, это не может быть Баг…
Поняв, о чем говорит девушка, корнол уже более расслабленно опустил лук и ответил ей:
– Это он.
И стал собирать вещи, разложенные на полу, вернее укладывать в колчан стрелы, которые он вытащил, когда готовился к предстоящему бою. Так он быстрее мог выбрать нужную стрелу и произвести выстрел.
– Все, пойдем, – сказал он девушке. И посмотрев на нее, вдруг добавил: – Да ты защиту-то сними, – в этот момент на его лице впервые с начала столкновения с нежитью мелькнула улыбка, – поверь, там кроме нашего друга уже никого нет.
Только осознав смысл сказанной оборотнем фразы, девушка поняла, что у нее до сих пор активированы как заклинание лечения средних и малых ран, так и защитный браслет. А поняв это, она быстро распустила плетение и деактивировала браслет. После чего кивнув Лениавесу, ожидающему ее, пошла следом за ним. Она почувствовала, что хуман находится где-то рядом, но сразу не смогла увидеть его. Зато в глаза ей бросились кучки костей, бывшие когда-то скелетонами-воинами. Она насчитала восемь штук. Двух должен был поразить оборотень. Еще шесть кучек останков нежити находилось тут в помещении.
«Получается эти на счету Бага», – подумала девушка. Однако что-то не сходилось. И только подумав об этом, поняла что. Она заметила только восемь кучек костей, однако не хватало еще останков скелетонов-рыцарей. Но она не могла их пропустить. Они должны были остаться в коридоре.
И девушка быстро оглянулась себе за спину. Но и там ничего не было.
«Странно», – так и не поняв, что же ее все-таки смутило, ну пропали и пропали, она опять вернулась к лежащим в помещении останкам. Еще раз быстро осмотрев помещение, она так и не смогла заметить Бага. Но зато она обратила внимание и на другую особенность останков нежити. Все кости скелетонов-воинов были целыми, будто тут и не было никакого боя.
Однако Эрея прекрасно знала, для того чтобы уничтожить нежить без применения магии, ее нужно разрубить на мелкие части. Иначе она продолжала бы нападать и нападать.
Но скелеты выглядели так, будто развалились сами, под действием времени, или будто тут поработал профессиональный некромант, упокоивший их. Правда, никакого некроманта тут не было, был только Баг.
«Что же здесь произошло?» – задумалась девушка, вспомнив о еще двух пропавших скелетонах, которые по идее должны были лежать в коридоре. До нее только сейчас стало доходить, что это сражение пролетело как-то слишком быстро, без боя воина и нежити.
«Кто же тут воевал?» – задала вполне уместный вопрос девушка. Но ответа на него у нее не было.
Снова раз осмотрев помещение уже более пристальным взглядом, она заметила и еще одну странность. Эрея нигде не смогла увидеть оружия, которое, как она точно знала, должно было быть у напавшей на них нежити.
«Ну, уж это точно дело рук Бага», – ей было приятно, что хоть в чем-то этот странный хуман был верен себе, подчистив это помещение от всех мало-мальски ценных предметов.
И тут она почувствовала направленный прямо на нее взгляд. Как она могла не заметить его раньше, Эрея не могла понять, однако Баг стоял прямо напротив нее, около выхода из комнаты в туннель.
Да это был он, но как же он преобразился за те полчаса, что она его не видела.
Теперь стоящий перед ней юноша вовсе не напоминал лесного оборванца. Одет он был в костюм рейнджера-лесовика, похожий на тот, в котором ходил корнол. Рукояти оружия все так же угадывались за его плечами, но было там и еще что-то, укрытое плащом.
«Неужели щит, – предположила девушка, – тогда откуда он его взял. Хотя при чем тут щит. Вообще, где он смог взять всю эту одежду. И куда делся этот его вечно оберегаемый и огромный рюкзак с вещами. Где он?»
Сейчас хуман был одет, будто собрался на небольшую прогулку недалеко от дома. Никакой сумки с запасами и прочего походного скарба при нем не было.
Однако все же что-то не давало покоя девушке в его облике. Что-то настораживало ее. Что-то заставляло поверить в то, что он подготовлен к любому походу лучше и тщательнее многих.
«Опять загадка», – решила она, уже смирившись с тем, что если она хочет разобраться в этом странном парне, то ей нужно просто дождаться, когда он сам ей все расскажет.
«Но где же он все-таки был?» – этот вопрос так и не давал ей покоя.
Видимо и у Бага были какие-то свои мысли на этот счет. Однако лицо его оставалось спокойным и каким-то бесстрастным.
Девушку это даже как-то обидело и вывело из себя.
Обычно молодые эльфары так и вились вокруг нее, а вот так спокойно и даже несколько равнодушно к ней относились впервые.
«Ведь ты мой муж, – чуть ли не всплакнув, подумала девушка, мысленно обращаясь к Багу, – прояви хоть капельку доброты и уважения. Пожалей меня. Знаешь, как мне было страшно тут, пока тебя не было?»
И этот упрек или скрытая правда, казалось, достигли адресата.
Взгляд хумана на мгновение потеплел и просветлел, а потом он заговорил:
– Привет. Это я.
* * *
– Привет. Это я, – сказал я, смотрящим на меня корнолу и девушке. – Нужно уходить отсюда, да побыстрее. Нам идти еще часа полтора. И мы будем на месте.
Я старался говорить, чтобы отвлечь себя от больших и удивленных глаз девушки, смотрящей на меня с каким-то недоверием и немым вопросом во взгляде. Я старался говорить, чтобы отвлечь себя от мыслей, что, по сути, опасности Эрея сейчас подверглась по моей вине. Нужно было тщательнее выбирать место, где их укрыть. Или не секретничать и взять их с собой.
На будущее, если я все еще хочу заботиться о своих секретах, то в этом случае нужно более тщательно подходить к обеспечению безопасности своих друзей. Это я и назначил приоритетным постулатом для ментоинтерфейса и кластера.
Все, хватит мандражировать, впредь больше таких ошибок не повторится. Об этом позаботятся мои виртуальные помощники.
– Значит так, сейчас выступаем, – сказал я, – порядок следования прежний. Я впереди, Эрея посередине, Лениавес прикрывает тылы. Вопросы?
И заметив как уже начала открывать свой чудесный ротик девушка, закончил:
– Вижу, вопросов нет. Тогда вперед.
И вышел в туннель, направляясь в нужную сторону.
Сейчас, если честно, не время для долгих и задушевных разговоров.
Когда я вытягивал умения и способности из умертвий, то узнал, что это Рыцари тьмы и что они уже успели передать хозяевам города как то, что туннели сейчас практически безопасны, так и то, что они нашли нас. А это значит, за нами уже следует погоня, и, скорее всего, нам должны подготовить более серьезную встречу, где-то на выходе.
Конечно, всей нежити, которая есть в городе магов, там не будет, по той простой причине, что хозяева города не знали точно, где мы должны были выйти из подземелий, и она сейчас рассредоточена по всей территории города. А быстро собрать всю нежить в одном месте они не смогут, тем более все еще не знают нашей конечной цели. Они могут лишь предполагать и догадываться о ней.
Но вот именно поэтому шанс встретить самих хозяев этого города у портальной арки для нас сильно возрос, особенно если они хотя бы наполовину не глупее нас, а это вряд ли. Я так полагаю, что они очень умны, коль так долго смогли как держать в секрете существование самого города, так и поддерживать подобие жизни в нем.
Поэтому я готовился к большому бою и, возможно, тому, что его придется вести на два фронта или, если брать в расчет самый плохой для нас расклад, то в полном окружении.
«Нужно подготовиться, – понял я, – мне необходим небольшой привал, – решение о предстоящей подготовке к встрече с нежитью было принято. – Придется сделать те мины, о которых я думал. Они, по крайней мере, на время отсекут погоню, которая уже должна двигаться в нашу сторону. Эта уловка даст нам небольшой шанс на прорыв к портальной арке».
Поэтому я стал высматривать подходящее помещение для небольшого привала. Жаль, что мы уже прошли секретную комнату, она идеально подошла бы для этой цели. Но что сделано, то сделано.
Идем дальше.
И тут я вспомнил о том, что давно не слышал своего маленького друга. Вернее, когда я последний раз его видел, то он был в моем рюкзаке. И я не помнил, покинул он его или нет, до того памятного боя с големом. Но разбирая рюкзак и перекладывая его содержимое на склад, Рыкуна я не видел, да и сейчас его практически не чувствую.
Я сосредоточился на своем маленьком друге и вдруг вполне отчетливо понял, что этот гад, наевшись, где-то сейчас дрыхнет.
«Рыкун, мы уходим», – чуть ли не вдолбив эту мысль в его сознание, я поразился произведенному эффекту. Как-то я забыл о своей новой способности фокусированного ментального удара. А ведь, по сути, этот мой призыв и был одной из разновидностей подобной ментальной технологии.
Так вот, бедный зверек, вскочив на ноги, со страшным визгом рванул в направлении моего предполагаемого места нахождения. И добрался он до нас всего за какие-то десять секунд. Не знаю, как он смог преодолеть так быстро разделявшее нас расстояние, но из вентиляционного отверстия под потолком этот визжащий комок яростного и праведного гнева свалился мне чуть ли не на голову достаточно стремительно. А потом я целых пять минут выслушивал его возмущенную речь о разных «тупых детенышах прасвы», до смерти пугающих бедного, старого и больного Рыкунчика, который только и делает, что целыми днями напролет вытаскивает этого детеныша из неприятностей. И вот тут выдался вполне приличный случай, и только он собрался немного отдохнуть, как объявился «глупый детеныш» и не дал ему этого сделать.
«Глупый детеныш…» – произнес уже вполне миролюбиво зверек и полез на свое законное место, но, не обнаружив у меня за спиной рюкзака, сначала застыл в недоумении, однако, совершенно не растерявшись, растянулся у меня вокруг моей шеи в форме такого пушистого и теплого воротника. Благо теперь его размеры это вполне позволяли.
Так мы и продолжили наш путь.
По дороге к портальной площади мне стало попадаться все больше различного магического барахла. Однако теперь во время движения мне не нужно было обязательно идти за ним и стараться как-то его достать, раздобыть или выковырять.
С появлением интерфейса «Инвентарь» мне стало очень удобно собирать этот различный заинтересовавший меня хлам и прочие вещи, даже если они находились где-то в толще стены, потолка или под землей.
Для меня сейчас главным стало именно их обнаружение и нахождение, а «Инвентарь» уже самостоятельно перемещал их ко мне на склад и параллельно проводил их сортировку.
Так я в дополнение разжился еще парой комплектов магических стражей, какой-то металлической конструкцией, раннее несшей в себе следы магии земли, а также прочим магическим мусором, который попадался иногда в совершенно неожиданных местах и формах. Старые обломанные клинки, какая-то различная часть амуниции магов и воинов, обломки колец, ожерелий, поясов и браслетов, разряженные амулеты и снаряды от разнообразного стрелкового оружия. Пару раз встретились какие-то драгоценные камни, несшие в себе магический след или даже все еще заряженные магией.
Заинтересовали меня и различные живые организмы, которые встречались по дороге. Я сканировал их на наличие необычных органов, похожих на те, что притащил мне Рыкун, тогда на дереве. А найдя нужные экземпляры, выделенные Искателем по каким-то известным только ему параметрам и назначению, также помещал на склад, не боясь, что они сбегут или испортятся.
На складе любая вещь находилась вне времени и пространства, а поэтому с нею ничего не могло случиться.
Кластер старался проанализировать наши находки, но пока никакой особой помощи от него не было, данные магические конструкты, которыми, по сути, и были необычные органы животных, ему совершенно не знакомы, что однозначно указывало на их естественное происхождение.
В какой-то замурованной комнате мне попалась пара кольчуг, явно созданных под женскую фигуру. Прикинув на глаз, уточненный ментоинтерфейсом, размеры одной из них, я понял, что она идеально подходит Эрее. Материал изготовления этих кольчуг, кстати, был тот же самый мифрил, из которого были сделаны мои столовые приборы. Но тут наличие такого металла меня совершенно не смутило. Отдать ее я решил во время привала, чтобы пока не останавливать отряд и не отвечать на вполне закономерный вопрос «а откуда она?», который определенно последует за тем, как я передам кольчугу девушке.
Поэтому эту броню я пока придержал, но ненадолго. Подумав немного, решил предупредить своих друзей о предстоящем привале и причинах, из-за которых я его задумал.
– Лениавес, Эрея, – тихо произнес я, однако понимая, что и корнол, и девушка меня прекрасно слышат, – нужно сделать небольшой привал. Он нам необходим перед прорывом к портальной арке. Нужно подготовиться к тому, что встреча там будет более теплой, чем я рассчитывал поначалу.
– Это из-за напавшей на нас нежити? – сразу догадался о причинах Лениавес.
– Да, это так, – согласился я с ним.
– Их послали специально на наши поиски? – в удивлении спросила девушка.
– Нет, – ответил я ей, – это обычный патруль. В его обязанности, как я понял, входила разведка вновь освободившейся территории и проверка безопасности перемещений на этом участке туннелей. Мы если и были целью этого отряда, то уж точно не основной.
– Почему ты так решил? – уточнил у меня корнол.
– Это достаточно сильный отряд, – постарался разъяснить я свои мысли корнолу и Эрее, – чтобы провести простую разведку территории, и при этом не слишком ценный отряд, чтобы бояться его потерять.
И уже более уверенно добавил:
– Хозяева этого города очень разумные и циничные существа. Они не будут жертвовать ради такой незначительной для них цели, как разведка подземелий, достаточно ценный ресурс. Вы заметили, что среди напавшей на вас нежити не было ни одного мага, а это говорит о том, что охота была явно не на нас.
– А Рыцари тьмы? – спросил корнол. – Это ведь очень сильная нежить.
– Да, – согласился я с ним, – но не для самой нежити. Магов среди них, как я понимаю, практически нет, или их очень мало, а вот существ, наделенных магическими способностями, множество. Потому они представляют гораздо меньшую ценность для хозяев города, чем маги. – И поняв, что убедил корнола, добавил: – Так что в задачу встреченной группы нежити входил лишь простой контроль территории. Но вот в том, что они успели предупредить своих хозяев, я не сомневаюсь. А поэтому я уверен, что погоня уже движется по нашему следу, а у портальной арки нас ждет достаточно серьезная ловушка и теплый прием. И отсюда следует, что нам нужно подготовиться и к погоне, и к предстоящей встрече. Чем я и планирую заняться на привале. Нужно кое-то сделать. Да и вам, я думаю, нужно будет отдохнуть перед этим.
– Понятно, – ответил мне корнол и потом практически сразу спросил: – Когда привал?
– Как только найду подходящее место, – сказал я ему и как раз в этот момент заметил вполне приличный закуток, вернее обвалившийся туннель.
– Остановимся здесь, – указал я на темнеющий чуть впереди поворот. И направился в нужную сторону, но не успел сделать и нескольких шагов, как взвыло мое чувство опасности. Видимо, не только я счел этот закуток удачным местом для отдыха, прямо оттуда в мою сторону метнулось что-то крупное, напоминающее мышь-переростка, размером с небольшого бычка.
Почему никакие сканирующие плетения не обнаружили эту тварюгу, я не знаю, но даже сейчас в магическом плане она была совершенно невидима.
Ментоинтерфейс мгновенно построил и прорисовал траекторию движения и наиболее вероятный вектор атаки этого подземного монстра. Кластер, как успел, провел поверхностный анализ, основываясь на данных, полученных от Искателя, и у меня перед глазами появилась виртуальная модель этого животного, наложенная на реально видимого мной монстра, с наиболее уязвимыми его точками.
К сожалению, кластер, да и сам Искатель большего сделать не могли. Казалось, напавший на нас монстр совершенно не имеет менто-информационного поля. Хотя из их же собственных объяснений любое живое существо и многие неживые предметы просто обязаны обладать менто-информационным полем.
«Значит, или оно не живое, – пошутил я, но это явно было не так, вон как сверкнули клычки этой маленькой мышки. – Или оно как-то его маскирует и скрывает, что более вероятно. Ведь в соседях у этого монстра были такие опасные существа, как Исчадия и симбиоты, а и тех, и других очень привлекала любая ментальная активность. И они могли сосуществовать здесь рядом друг с другом неизвестно сколько тысячелетий. А значит, это свойство врожденное или приобретенное в процессе эволюции. Не факт, что это сейчас имеет какое-то значение и является важным для меня. Более интересно мне другое, каким образом этот эффект достигается?»
Дальше я домысливать уже не стал, мы сблизились с этим существом на расстояние удара.
И тут взвыл Искатель.
= Ментальная атака десятого уровня.
Спасибо. Но было поздно, я уже вполне почувствовал эту самую атаку. Виски сжало с такой силой, будто мою голову собирались раздавить железные тиски. Даже искры полетели из глаз.
Но я удержал сознание, а главное не сбился с начатой атакующей связки.
Было не понятно, насколько живучим окажется это существо, а потому Искатель предложил целую связку ударов, разработанных на основе полученных параметров существа, с десятикратно завышенным предполагаемым уровнем его регенерации, живучести, быстроты и силы. Эта связка должна была с положительной вероятностью обеспечить мне гарантированное поражение особо важных органов этого монстра.
Параллельно с нанесением ударов я одну за другой активировал свои способности.
Удар. Поглощение сути.
Ничего.
Построение канала внутри одного из мечей.
Следующий удар.
Поглощение сущности.
= Регистрирую поступление упорядоченного потока энергии, – сообщает мне Искатель.
«Хорошо, значит, ментальное тело в нем все-таки есть», – понимаю я.
Будем работать дальше.
Удар, поглощение. Удар, поглощение.
Эта мышь-переросток оказалась не менее живуча, чем, например, тот же страж. Да еще и по скорости едва уступала мне. Жаль, что ее не впечатлило мое мастерство фехтовальщика. Это был как раз один из тех случаев, когда для победы были нужны грубая сила и скорость.
И мое тело не подвело, я оказался все же более стремителен и смертоносен, чем встреченный монстр. После десятого удара животное уже не смогло пошевелиться, и я спокойно выкачал из него всю оставшуюся энергию.
За весь этот бой я пропустил все-таки пару ударов, но благоразумно успевал подставить под них спину, прикрытую щитом. И поэтому они не причинили мне никакого вреда.
Искатель, наконец, сообщил, что с вероятностью, превышающей девяносто процентов, такая маскировка была следствием странных и необычных свойств шкуры этого животного. К тому же, когда я наделал в нем несколько дырок, сканирующее плетение ментоинтерфейса, да и я сам смогли заметить внутри этой большой тушки несколько отсвечивающих магией органов. Тем более мне было интересно, с помощью чего этот монстр генерировал настолько сильное подавляющее волю ментальное поле.
Поэтому это чудо местной природы, как и некоторые встреченные до него, тоже отправилось в «Инвентарь», получив пометку особо ценного экземпляра.
«Ну, все, и эта скоротечная схватка осталась за нами», – подумал я, осматривая место, где мы схлестнулись с этим монстром. Однако что-то не давало мне покоя и смущало меня в этой мысли.
«Да, за нами», – вдруг еще раз повторив последнюю фразу, я остановился, так как вспомнил о своих спутниках и обернулся назад.
Все трое лежали за моей спиной в различной степени бессознательности.
Лениавес еще подавал какие-то признаки жизни, в том плане, что постанывал и беспорядочно шевелил одной ногой, а вот Эрея лежала совершенно неподвижно. Рыкун же, как это ни странно, лишь потряхивал головой да ругал непонятного зверя. Затем он обратил внимание на меня, поворчал на то, что я сбросил его так неаккуратно, и потом подбежал ко мне. Правда, остановившись на том месте, где лежал труп монстра, спокойно обнюхал несколько капель крови, оставшихся от «мыши», забавно сморщил мордочку и, несколько раз чихнув, взобрался ко мне на плечо. Потом покрутившись пару раз, устроился поудобнее и опять завалился спать.
«Ничем его не проймешь», – подшутил я над своим маленьким другом, а сам побежал в направлении лежащих на полу туннеля Эреи и Лениавеса. Быстренько оценив их состояние с помощью диагноста, я наложил на обоих ментомодуль лечения средних ран из своего арсенала и, подхватив девушку на руки, пошел с нею по направлению найденного мною убежища.
Своей привлекательности от встречи с монстром оно не потеряло. Внутри него больше никого не было. Оно нам идеально подходило, поэтому я не стал искать что-то другое, а остался там. Тем более логово такого монстра, даже временное, должно гарантированно отпугивать вся местную живность.
После этого я сбегал за Лениавесом и принес его сюда же. Еще раз оценив их состояние, я убедился в том, что оба приходят в себя. Правда состояние девушки было немного похуже, и поэтому на нее я наложил еще одно плетение исцеления.
По показаниям диагноста, теперь окончательно прийти в себя они должны были минут через десять-двенадцать.
Ну, этого времени мне должно было хватить, чтобы сварганить парочку мин. К чему я и приступил. Но предварительно я еще раз просканировал найденный отвод туннеля. Однако ничего нового мною обнаружено не было.
«Нашим легче», – решил я и, присев поближе к выходу из помещения, чтобы вовремя среагировать на потенциальную опасность, занялся созданием артефактов. Вытащив самую небольшую кость одного из Рыцарей тьмы, я просканировал ее всеми доступными способами.
Сам я видел эту косточку как небольшой темный объект, заполненный темно-серой ментоэнергией, хотя почему-то считал, что она должна быть черной, видимо сработал стереотип. Также в нем наблюдались некоторые потоки и нити протекания ментоэнергии. Но сейчас практически все они уходили в никуда, и поэтому, как только этот осколок умертвия оказался у меня в руках, то я увидел, как началась утечка ментоэнергии в окружающее пространство.
Искатель также провел сканирование как структуры самой органической материи, то есть костной ткани, так и его менто-информационного поля. Его менто-информационная схема оказалась менее точной, чем моя, однако была напрямую привязана к материальному носителю.
Кластер же просто констатировал наличие энергии в данном некачественном накопителе и предложил или преобразовать этот накопитель во что-то более надежное и полезное, либо изъять всю энергию из этого объекта, пока она не была полностью утеряна.
Для создания артефакта к материальному носителю необходимо было привязать определенный конструкт (плетение), наполнить его энергией и активировать. В нашем случае оставалось только внедрить плетение в кость и активировать уже полученный артефакт. Ну и позаботиться о том, как ликвидировать утечку ментоэнергии, которая шла постоянным потоком, вытекая из останков умертвия.
Получив все эти данные, кластер оценил мое видение менто-информационных полей как неординарное и уникальное. Поэтому он постарался выделить это мое умение как некую уникальную способность, однако у него ничего из этой затеи не вышло. И тогда он принял эту мою особенность за данность и просто внес коррективы во все свои расчеты и измерения, выставив данным и информации, полученным именно от меня, самый высокий приоритет достоверности. Привязку и соотнесение он уже проводил совместно, как по моему видению окружающего мира, так и по данным, полученным от ментоинтерфейса.
И уже на основании всей полученной информации кластер, объединив все данные в общее математико-аналитическое описание процесса, сливал их в единую менто-информационную структуру, на основании которой строил виртуальную модель находящегося у меня в руках заряженного каким-либо типом энергии предмета.
Так он собирался работать и впредь. Тройная проверка данных, полученных из разных источников, его устраивала как никого другого.
Дальше уже работая только с полученной виртуальной моделью менто-информационного поля предмета, он проводил внедрение необходимого конструкта в ее структуру, вычисляя оптимальные и эффективные точки привязки. Создавал в структуре менто-информационного поля предмета необходимые каналы и силовые линии, связывающие материальный предмет и внедренный в него конструкт. Прокладывал эти каналы с учетом перекрытия наведенных полей, узких мест и взаимоблокировок. После чего полученная, уже преобразованная структура передавалась ментоинтерфейсу, который, ориентируясь на материальный носитель, совместно со мной проводил слияние созданной виртуальной модели и ее реального оригинала. Таким образом, выполнялось замещение текущей структуры менто-информационного поля на его уже измененный и доработанный вариант.
И что самое важное, провести эту операцию оказалось гораздо легче, чем самостоятельно выполнять привязку созданной кластером структуры к каждой узловой точке реального менто-информационного поля предмета.
Мы экономили очень много времени и, как оказалось, энергии на связывание структур, так как в случае прямого внедрения всей структуры, созданной кластером, энергия требовалась только на воссоздание виртуально построенной модели в уже существующей структуре предмета. При ручном самостоятельном построении требовалось учитывать затраты на закрепление и удержание уже воссозданных участков. Здесь же внедрялась уже стабильная и работающая ментальная модель.
Следующим шагом должно было стать внедрение ментомодели и активация артефакта. Но тут возникла одна проблема. Хоть виртуальная модель и давала достаточно стабильный результат, однако в результате мне пришлось поработать и руками.
Причина заключалась в том, что, по сути, в одном артефакте невозможно было смешивать разные функции. И если артефакт служил накопителем ментоэнергии, как это было в нашем случае, то внедрение любого другого плетения или их связки в этот артефакт уже было провести невозможно. Находящаяся внутри артефакта, уже выполняющего роль накопителя, ментоэнергия дестабилизировала внедренное плетение, и артефакт либо разрушался, либо срабатывал преждевременно с мгновенным высвобождением ментоэнергии. Что чаще всего приводило к мгновенному взрыву.
Однако существовало одно исключение. Это правило можно было обойти, если создавался артефакт разового использования. В этом случае дестабилизация плетения и служила его активирующим фактором. В результате нужно было управлять лишь критерием стабилизации плетения и моментом начала его срабатывания.
Тем более в нашем случае взрыв и являлся тем результатом срабатывания плетения, что мы хотели получить, следовало только каким-то образом внешне произвести стабилизацию плетения в артефакте. И в этом случае, как просчитал кластер, для оптимального и стабильного построения ментоструктуры внутри уже готового и существующего поля на материальный носитель необходимо было предварительно нанести определенные связывающие или ограничивающие иероглифы-руны.
Благо, полный их список был уже полностью доступен кластеру без постоянных запросов к серверной базе знаний.
Также неплохо было бы создать благоприятные для протекания ментоэнергии естественные каналы в структуре материального носителя, но это уже как получится. Так вот, этим я и занялся, перед тем как внедрить в кость созданную кластером ментальную модель.
По сути, следующие несколько минут я был занят тем, что увлекательно осваивал азы резьбы по кости, в чем, кстати, мне очень помог ментоинтерфейс. У него была какая-то странная гипнопрограмма, позволяющая осваивать народные ремесла, которую он мне и закачал. В ней был небольшой подраздел, связанный с различными типами декоративного искусства, в том числе несколько гипномодулей, посвященных резьбе по дереву и кости. Когда же кластер узнал о наличии у меня этих новых умений и оценил их возможности, то он к тому же пересчитал и общую оптимальную форму, которую я должен был подготовить для материального носителя.
И уже с учетом новой схемы построения артефакта я начал свою работу. Хоть раньше я никогда ничего подобного не делал, однако кластер счел результат моего кропотливого труда удовлетворительным. По своей форме артефакт теперь больше напоминал какой-то сюрреалистический цветок, созданный воображением сумасшедшего, но при этом гениального мастера, который был изготовлен из кости явно какого-то разумного.
Честно говоря, получилось одновременно жуткое и завораживающее изделие, я даже первые несколько мгновений не мог поверить, что это дело моих собственных рук. Однако кластер уверял, что это оптимальная форма для изготавливаемого артефакта. К тому же его активация теперь должна была проводиться достаточно просто, нужно было всего лишь переломить стебель цветка, и его бутон уже работал как активированный артефакт. Ну и конечно, можно было активировать этот же артефакт стандартным магическим способом, отправив в одну из его узловых точек небольшой посыл ментоэнергии.
В общем, моей творческой работой все остались довольны, и дальше я перешел к следующему шагу. Внедрение и закрепление новой структуры в моем первом, самостоятельно созданном, артефакте. И оно прошло на ура. Никаких проблем и неувязок не было. Все узловые точки и каналы были расположены в строго отведенных для них местах. Циркуляция ментоэнергии внутри артефакта была равномерной, узких мест и заторов я не наблюдал. Утечка ментоэнергии пропала. Артефакт теперь мог прослужить достаточно долго. Жаль, что мне этого не нужно.
Активацию мины-ловушки я оставил на потом, когда буду ее применять, а сейчас просто просмотрел предоставленный мне по этому артефакту отчет от кластера и Искателя.
= Описание: пртефакт, созданный на основе кости некогда живого органического существа. Тип существа: не известен. С вероятностью более шестидесяти процентов расовая принадлежность – хуман (местное самоназвание). В основе ментального поля зарегистрирована ментоактивная структура. Свойства структуры: артефакт объемного взрыва, активация производится при помощи пассивного сигнального контура.
Дополнительное описание (тут шло описание, предоставленное уже кластером): конструкт пятого уровня. Составной конструкт. Модуль один. Высвобождение энергии. Модуль два. Сигнальный контур. Свойства: мгновенное высвобождение энергии, сопровождающееся взрывом. Активация модуля происходит по сигналу, полученному от системы внешнего обнаружения. Внешнее управление: не предусмотрено. Энергопотребление: не требуется, работает за счет внутреннего энергозапаса».
С первым артефактом пришлось повозиться несколько дольше, однако потом дела пошли гораздо веселее. Основное время теперь тратилось на мое художественное творчество. Все остальное происходило практически мгновенно. Сканирование нового материального носителя, корректировка модели в связи с поступлением новых параметров. Расчет и разработка оптимальной формы носителя. Подготовка материального носителя для внедрения менто-информационной модели. И само внедрение.
И так еще два раза.
* * *
Я как раз заканчивал пятый артефакт, когда почувствовал, что очнулся Лениавес.
– Как себя чувствуешь? – не отрываясь от работы, спросил у него я.
– Бывало и лучше, – ответил мне корнол, а потом спросил в свою очередь: – Что произошло? Я помню только момент, когда на нас кинулась какая-то огромная тварь. А потом мой ментальный щит не выдержал, и я провалился в забытье.
– Все так и было. Какая-то местная зверюга, похожая на мышь-переростка (хоть я и сказал мышь, но корнол почему-то прекрасно понял, о ком идет речь), кинулась на нас. Я уже был достаточно близко от нее, когда она, по-видимому, применила свой коронный удар. Именно он и вырубил вас. Я выдержал, хоть и с трудом. Ну а дальше было делом техники разделаться с этим монстром. Была с этой мышкой пара странностей. Может, ты сможешь объяснить? – обратился уже я сам к Лениавесу.
– Хорошо, – согласился он, – только еще пара вопросов.
– Давай, – кивнул ему я.
– А куда делся труп животного? Я его не вижу. И в туннеле его нет. Чувствуется только кровь и все. Неужели я так долго был без сознания, что ты его уже успел разделать? Но не может такого быть, мое чувство времени говорит, что не прошло еще и получаса с момента нападения.
– Оно тебя не подводит, – согласился я с корнолом, – тварь я не успел ни разделать, ни приготовить. К тому же я был занят более важными делами. А ее я решил просто забрать с собой, вот и все.
– Как это? – по лицу Лениавеса не было заметно, что он хоть что-то понимает.
– Ну, тут все просто, – и я похлопал по сумке медведя, перекинутой через мое плечо и висящей сейчас чуть сбоку, – у меня есть одна замечательная котомка, которая является изнутри гораздо более вместительной, чем выглядит снаружи. Вот туда я и закинул тушку этого монстра. Ну и кроме всего прочего, туда же я положил и весь свой остальной скарб.
– Неужели это настоящая «Сумка странника», – удивленно проговорил корнол, – я знаю о подобных артефактах. Даже у меня есть подобная сумка, вернее ее жалкая копия, вот она, – и он встряхнул свой небольшой мешок, висящий на поясе.
«А я все думал, как он оттуда умудряется доставать различные вещи, а секрет-то вот в чем».
– У эльфаров и гномов, – продолжил между тем говорить он, – тоже существуют ее аналоги, и они более качественные, чем моя. Например, та, что принадлежит Эрее. Но чтобы добиться такого, как у тебя, соотношения размера и внутреннего объема, я даже и не знаю, что сказать.
И немного подумав, Лениавес все-таки добавил:
– Этот артефакт должен был создать или очень талантливый маг, скорее всего, это маг иллюзий и воздуха, или это может быть какая-то поделка демонов, или это может быть еще более ценная разработка древних магов. Хотя, конечно, возможно, кто-то еще способен добиться таких результатов.
После этого Лениавес осторожно протянул руку и попросил у меня сумку. Повертел ее в руках и рассмотрел со всех сторон, при этом стараясь даже не заглядывать внутрь нее. Прокомментировал он свои действия тем, что это может быть очень опасно, если это сделает не хозяин.
После этого Лениавес уже более тщательно обследовал ее с помощью «магического ока».
– Жаль, – разочарованно произнес он, – я думал, это артефакт древних, но это всего лишь очень качественное изделие кого-то из демонов-магов.
– Разве демоны работают не только с магией тьмы? – уточнил я, хотя и сам понимал, что это было бы достаточно глупо и не очень дальновидно с их стороны, но кто их, этих демонов, знает.
– Нет, конечно, – улыбнулся корнол, – это еще одно общественное заблуждение. Среди них есть маги различных направлений. Просто демоны более склонны в большинстве своем к магии тьмы и смерти, как, впрочем, и большинство жителей нижних планов, но встречаются среди них и маги любых других школ и направлений. Основным ограничением среди их магов служит то, что у них практически нет универсалов. А это значит, что работать один и тот же маг с разнонаправленными типами энергии не может. Зато каждый демон-маг неимоверно силен именно в своей стихии, и поэтому прямые столкновения с ними, на их территории, чаще всего обречены на поражение. Ну и конечно, существуют различные расовые ограничения, от них никуда не денешься.
Также среди демонов очень мало магов жизни, а если и есть, то очень слабые, и практически не встретишь светлых жрецов и магов света.
Немного помолчав, он добавил:
– И если мы уж заговорили о различных планах реальности… То мы сейчас находимся в одном из срединных планов. Тут основной упор делается на магов различных стихий и элементалей. Однако из-за нашей близости к нижним планам тут достаточно много и магов тьмы и смерти. Также встречаются целые расы, способные работать с каким-то определенным типом магии. Ну и очень много магов жизни. Вообще отличительным знаком срединных миров является наличие большого количества магов жизни.
– А еще какие планы существуют? – этот интерес был вовсе не праздным, я прямо кожей чувствовал, что портал, к которому мы движемся, ведет куда-то за пределы этой реальности.
– Ну, есть еще верхние планы. Там обитают существа, которых многие именуют богами и ангелами. Но на самом деле это такие же разумные, как и мы. Где живут настоящие боги, никто не знает. Возможно, это было известно Древним, но нам они никаких подсказок на этот счет не оставили. Маги верхних планов тяготеют к магии света, но там также есть и представители всех остальных школ, как и у нас или на нижних планах, просто их гораздо меньше.
– А что за прорыв инферно, – спросил я, – о котором ты говорил и свидетелями которого мы стали? И что за инфернальная магия, о которой ты говорил.
– Ну, это уже внутренняя градация нижних планов, к инферно относятся более нижние и удаленные от нас планы. Здесь бы тебе более подробно рассказал какой-нибудь демонолог или некромант, это в основном их рабочие области. Но вообще сейчас общепринято называть случайно образовавшийся портал в нижние планы или из них прорывом инферно. Через подобные порталы в наш мир часто попадают очень странные существа, и чаще всего это какие-либо монстры, привлеченные мощнейшим выбросом магической энергии при образовании естественного портала. Пробои же в верхние планы называют светлыми порталами. Через них к нам также проходят монстры и волшебные существа, ведь и там обитают разнообразные животные и хищники. Но об этом почему-то многие забывают или предпочитают не думать. Хотя иногда сквозь такие случайные естественные порталы в наш мир попадают и существа, которые потом органично ассимилируются в нашей реальности. Например, таковы грифоны, они попали к нам из одного нижнего плана, кстати, расположенного очень удаленно от нас. И они свободно расселились по территории всего Леса и прилегающим к его границам горным отрогам и скалам на побережье. Тот портал, через который они попали в наш мир, между прочим, до сих пор устойчив, и на его границе постоянно несут вахту рейнджеры империи Ларгот. Другим же примером удачной ассимиляции являются единороги, эти к нам были завезены из верхних планов реальности. Именно завезены одним из первых посольств, но в результате какого-то происшествия несколько их табунов оказались на территории Леса, где они и расселились. Кстати, те единороги, что обитают у нас, очень сильно отличаются от своих далеких предков. Они более сильны, выносливы и обладают уже своими собственными магическими способностями. Так вот, и те и другие животные приручены и используются во всем мире как отличные верховые животные. И таких примеров множество: виверны, пегасы, василиски и многие другие. Так что такие порталы приносят не только вторжения, какое мы могли наблюдать с тобой в Лесу, но и не менее полезные результаты. Ну, а с инфернальной магией еще проще. Ею называют смесь магии тьмы и смерти. Маги, обладающие сочетанием именно этих двух направлений, очень редки в срединных планах, зато среди жителей нижних планов это основное сочетание магических способностей.
– Понятно, – ответил я на весь этот рассказ корнола и решил сразу уточнить, коли он так точно смог определить принадлежность котомки медведя к демоническим изделиям: – Тебе случайно не знаком материал, из которого изготовлена моя котомка?
И я вновь протянул ему сумку. Лениавес опять взял ее в руки и более тщательно прощупал ее поверхность.
– Знаешь, не очень. Вроде и похоже на шкуру дракона, но это точно не она. Более эластична, хотя так же нейтральна к магическому воздействию. Нет, не знаю. А тебе что и самому не известно это? – спросил он у меня.
– Да. Жаль, конечно, думал побольше узнать о месте ее изготовления или о том, кто ее сделал.
– А что, бывший ее владелец ничего тебе не рассказал? Или ты не спрашивал? – задал мне вопрос оборотень, явно намекая на что-то.
Намек был мною понят правильно, и я ответил на него, улыбнувшись во весь рот.
– Бывший ее владелец мертв.
А потом, посмотрев на корнола, я добавил:
– Несколько уж сотен лет как, – и уже довольно обыденно сказал удивленно смотрящему на меня Лениавесу: – Да нашел я ее.
– Ааа… – протянул он, – ты везунчик, не всякий сможет похвастаться такой находкой.
– Да я и не отрицаю, – сказал я.
А Лениавес, посмотрев на меня еще раз, над чем-то задумался, а потом будто вспомнив что-то, сказал мне:
– Ты ведь хотел что-то у меня спросить?
– Хм, – подумал я, – да я и не знаю, может, ты и ответить не сможешь.
– А ты попробуй, – сказал он мне.
– Ну, – протянул я, – на первый мой вопрос ты, по сути, уже ответил. Про сумку ты мне сейчас рассказал достаточно много. Еще я хотел уточнить у тебя о ее бывшем владельце. Думал, возможно, ты что-то слышал о представителях их расы и кто это вообще такие.
И я описал найденного в потайной комнатке мертвого медведя.
– Знаешь, ты все время подкидываешь мне такие вопросы, на которые у меня нет ответа. Про такую расу я даже не слышал. Если это оборотень, то он после смерти должен был принять свой истинный облик, получается, ты видел именно истинный облик того разумного. Но никого подходящего под твое описание я вспомнить не могу, даже среди вымерших рас. Думаю, это кто-то из демонов, коль и сумка твоя примерно того же происхождения.
– Согласен, – ответил ему я, – примерно так я и подумал, когда услышал твой рассказ. Но решил все-таки уточнить.
И замолчал, так как в этот момент нужно было внедрять плетение в заготовку артефакта.
Лениавес не понял, что я отвлекся от разговора по другой причине, и спросил у меня:
– Что-то еще?
А меня удивило другое: почему корнол не заметил моих манипуляцией с магией. Но на этот вопрос мне дал ответ кластер. Оказывается, я при внедрении работал с настолько малым объемом ментоэнергии, что заметить его без специальной подготовки было практически не возможно. Мою работу с энергиями сейчас мог заметить только другой сильный Видящий, похожий на меня. Но таких личностей поблизости не наблюдалось.
Однако, как сообщил тот же кластер, если начнет работать моя вторая система циркуляции ментоэнергии, то и эти мои манипуляции станут совершенно незаметны, так как система сбора ментоэнергии будет успевать закачивать в свой внешний контур любые близлежащие выбросы ментоэнергии. А это наступит очень скоро.
Ментоинтерфейс обещал закончить построение второго уровня циркуляции ментоэнергии уже в ближайшие десять минут.
Кстати, как рассчитал кластер, для меня станут совершенно безопасны любые энергетические выбросы и воздействия (в том числе и магические атаки) вплоть до пятого уровня. Дальше уже пойдет уменьшение степени воздействия, до тех пор, пока моя система закачки ментоэнергии будет справляться с поступающим в нее потоком.
Ну а потом нужно будет работать как вполне обычному магу, то есть использовать щиты и прочие отводящие и защищающие плетения. Что и предложил сделать кластер, привязав автоматическую генерацию нескольких защитных конструктов к перегрузке моего менто-информационного поля. Это должно было защитить меня как от энергетического перенасыщения, способного выжечь мне всю ментальную структуру, так и от разного рода магических атак и воздействий.
Я, конечно, согласился на столь нужное предложение. Однако его пришлось пока отложить. Во-первых, не была закончена система внешней циркуляции ментоэнергии. И, во-вторых, не были доступны схемы предложенных кластером конструктов. В серверной базе знаний они проходили под грифом ограниченного доступа, но он обещал, скопировав локально полностью всю базу знаний, разобраться со всеми доступами и получить возможность работать с закрытой пока информацией.
