Я скользнула взглядом по комнате и нахмурилась. Почему здесь так грязно? Все предметы покрывал толстый слой слежавшейся пыли, словно в квартире никто не жил уже очень давно.
Я поставила чашку на стол, не переставая осматриваться. Гнетущая атмосфера давила. Что-то было не так с этим местом. Оно было пронзительно холодным, темным и мрачным.
Мертвым.
Я словно в заброшенное здание забралась, а не в жилую квартиру. Хотелось спрятаться понадежнее, но я не понимала, чего опасаться, от кого скрываться. И где хозяин? Где чертов Стоун?
Я закатила глаза и одернула себя.
«Он уехал! Забыла?! Но как тогда я здесь оказалась?».
С трудом переставляя ватные ноги, я вышла в коридор, прислушалась и, кажется, впервые в полной мере осознала, почему тишину называют «мертвой». Именно такой она была в необитаемой квартире – словно сам мир боялся потревожить покой этого места.
Мои глаза быстро привыкли к полумраку. Я блуждала взглядом по помещению и везде видела лишь одно – нетронутые слои пыли.
Какого черта я здесь забыла?! Нужно убираться.
Я посмотрела туда, где располагался выход из квартиры… и испуганно отшатнулась.
Двери не было! Лишь гладкая пустая стена.
«Спокойно, дыши! Давай, просто дыши, не поддавайся панике!».
Легко сказать!
Ладно, все, дышу. Нужно найти выход и…
Я опустила взгляд на пол и изумленно моргнула. Пыль разрывали отпечатки ног. Явно мужских, судя по размеру!
Сердце забилось быстрее. Захотелось вернуться в кухню и запереться, спрятаться…
«И что? Кого будем ждать? Кто-то знает, что я здесь?!».
Я набрала в грудь побольше воздуха и двинулась по коридору, наступая на чужие следы. Нехорошее предчувствие жгло нервные окончания.
Что я здесь забыла? Зачем пришла сюда?!
Я не знала ответы на эти вопросы. Знала лишь одно – нужно выбираться. Но перед этим выяснить, кому принадлежат следы.
Сердце вздрогнуло, сбиваясь с ритма. А вдруг это Дэнни? Вдруг он вернулся?!
Следы привели меня в спальню. Я толкнула приоткрытую дверь, и она бесшумно распахнулась, открывая вид на комнату. Я вошла, огляделась и расстроенно выдохнула.
Ни единого признака жильца. Кровать аккуратно заправлена. На всех горизонтальных поверхностях толстый слой жирной пыли. Я запомнила эту комнату совершенно другой – теплой, строго обставленной, но довольно уютной. В то единственное утро, когда я проснулась в этой спальне, сквозь плотные занавески упрямо рвались солнечные лучи, радиатор отопления тихо ворчал под окном, прогоняя стужу, а я тонула в аромате мужского парфюма, намертво въевшегося за одну ночь в мою кофту.
Я невольно улыбнулась, вспомнив, как проснулась в объятиях Дэнни. Мне было так неловко! И этот засранец смеялся, лукаво щурясь! Но я ни за что не пожелала бы забыть покой, который рождали его прикосновения. И фантастическое ощущение безопасности…
Горький вздох сорвался с губ, нарушая тишину необитаемой спальни.
В тот день Дэнни сказал мне не переживать. Мол, ночевка ничего не значит для нас обоих. Он сказал, чтобы я думала об этом так, словно провела ночь в кровати Коннора.
Я с досадой покачала головой. Стыд обжег щеки. Я могла бы думать об этом именно так, если бы Дэнни не был в меня влюблен.
«А ты?..».
А что я… Я нагло использовала Дэнни, потому что не хотела оставаться наедине с ужасающими мыслями среди навалившихся проблем. Мне было слишком страшно оставаться одной, и я жестоко использовала влюбленного мужчину хотя ничего, кроме дружбы, предложить ему не могла.
Я снова огляделась и медленно кивнула. Его здесь нет и уже давно. Он уехал из Бостона. Пора перестать злиться на него за то, как он поступил с нами. Пора выбросить его из головы…
…но я не могла.
Скажи мне кто в первые дни после знакомства с Дэнни, что он станет моим другом, и я буду тосковать до слез, когда он свалит из Бостона, я хохотала бы до потери сознания.
Но так оно и вышло в итоге.
От обиды защипало в уголках глаз. Я рассерженно тряхнула волосами.
«Вот и прекрати думать о нем! И злиться на него прекрати! Хватит!».
Скользнув взглядом по кровати, я озадаченно нахмурилась. На покрывале лежал какой-то предмет. Я подошла ближе и наклонилась, всматриваясь в него… и резко выпрямилась, хватаясь за грудь. Сердце зашлось в испуганном ритме.
Дьявол! Я перепугалась до смерти, но не могла отвести взгляд от черного браслета. И вдруг уверилась: он здесь! Он не оставил бы свой долбаный шеврон!
Я заставила себя взять полоску кожи. Браслет был потрепанным и ледяным на ощупь. Я поежилась, рассматривая выгравированную надпись: Bene placito.
По доброй воле.
На другой стороне тоже была гравировка. Всего одно слово: Трус.
Горло пересохло, и я сглотнула. Почему именно «трус»?
Я вспомнила, сколько раз так называла Дэнни в своей голове и…
– Хоуп?
Я вскрикнула от неожиданности и резко обернулась.
Дэнни? Это он?!
Я сжала браслет, выбежала из спальни и прислушалась. Тихо…
Мне показалось? Мне что, показалось?!
– Хоуп, я здесь.
Я опустила взгляд на пол и испуганно сжалась. Следы, ведущие в спальню, исчезли, но такие же теперь вели в гостиную.
Я прошла через коридор, с трудом переставляя ставшие невероятно тяжелыми ноги, остановилась в дверях гостиной и разочарованно выдохнула. Та же пыль – и все…
На глаза навернулись горячие слезы. Тоска ударила по всем органам чувств.
Мне так хотелось поговорить с Дэнни! Выяснить, почему он пропал! Какого черта сбежал, не сказав ни слова! Мне не хватало друга, его глумливых шуток и острого сарказма, хитрого взгляда… тепла и заботы, которые дарила наша дружба.
Я развернулась, чтобы уйти, но знакомый до боли голос снова позвал меня:
– Хоуп, я здесь.
Я резко повернулась и уставилась на темный силуэт. Слезы прорвали оборону и потекли по щекам. Я ни с кем не спутала бы эту фигуру…
Он вернулся!
Балконная дверь была распахнута настежь, и холодный ночной воздух врывался в комнату. Мужчина стоял перед ней спиной ко мне и вздрагивал всем телом. Я хотела подойти к нему, но ноги словно налились свинцом.
В груди заворочался колючий зверь, и его шипы больно ранили. Я выдавила:
– Дэнни! Закрой дверь, ты замерз!
Мужчина резко уронил голову вперед и обхватил себя обеими руками. Я всхлипнула от ужаса – его движения были дергаными, резкими. Так в фильмах ужасов двигались монстры, вернувшиеся в мир живых с другой стороны!
– Мне не холодно.
Голос друга звучал глухо, совсем не как в жизни.
Я приложила гигантские усилия и сделала шаг по направлению к нему.
– И поэтому ты весь трясешься, да?
Мужчина моментально перестал дрожать, медленно поднял голову… и засмеялся. Нагло, с вызовом, знакомо до последней хриплой ноты. Я горестно всхлипнула.
Неважно, как он двигается! Неважно, как говорит! Это Дэниел, мать его, Стоун!
Как же сильно я соскучилась по его смеху! По теплу его объятий. По аромату его гребаного парфюма, который выветрился из моей кофты лишь после пятой стирки!
Грань браслета остро врезалась в ладонь. Я сделала еще один шаг… и оскалилась. Злость взяла верх над остальными эмоциями, и я готова была придушить засранца голыми руками! Глотая слезы, я смотрела на его спину и собиралась с духом, чтобы сказать то, что очень давно хотела!
И это было не «прости».
– Ты трус. Чертов трус!
Дэнни медленно повернулся. Из-за темноты я не могла разглядеть его лицо, но в голосе мужчины звучало неприкрытое удивление:
– Почему ты так говоришь?
– Ты сбежал! Бросил нас! Ни слова не сказал! Трус!
Он медленно склонил голову вперед.
– Бросил…
Дэнни сделал шаг ко мне, и я сжала кулаки. Ногти вонзились в ладони.
«Подойди ближе, и я так тебе врежу!».
– Неужели ты думаешь, что я поступил бы так с тобой?
Слезы застилали взгляд, но я упрямо таращилась на мужчину, зная – моргну, и он исчезнет! Снова пропадет, оставив меня один на один с неизвестностью! Ведь он уже так поступил! Ушел, когда был нужен!
Мужчина сделал еще один шаг и, словно прочитав мои мысли, тихо спросил:
– Неужели ты думаешь, что я ушел бы, когда ты так сильно нуждалась во мне?
Я закусила губу, чтобы не зарыдать, и несколько раз кивнула.
Дэнни сделал еще один шаг.
– Неужели ты думаешь, что я поступил бы так с тобой? Я же люблю тебя.
Грудную клетку прошила ровная строчка боли. Во рту появился металлический привкус. Кажется, я прокусила губу. Я закрыла глаза и помотала головой.
«Именно это ты и сделал!».
– Хоуп…
Голос мужчины прозвучал совсем близко. Я открыла глаза и вздрогнула – Дэнни стоял вплотную ко мне. Я все еще не могла рассмотреть его лицо. Каждый раз, когда мой взгляд поднимался к нему, оно словно размывалось. Четкими оставались только глаза, которые сверкали так ярко, что было видно даже в темноте.
Не отдавая отчета в своих действиях, я положила ладонь на грудь мужчины. И ахнула!
Даже сквозь одежду я почувствовала, что он был ледяным! Он совершенно продрог, стоя у открытой балконной двери!
– Дэнни, ты такой холодный…
– Почему ты веришь, что я бросил тебя? Всех вас.
Я услышала улыбку в его голосе и тут же увидела ее. Грустную, ласковую, едва тронувшую уголки его губ.
– Дэнни…
– Ты хочешь в это верить, да? Так проще – верить, что я бросил вас? По доброй воле.
По шее и плечам побежали злые мурашки. Ладонь словно примерзла к груди друга, и от нее по руке растекался холод. Он уже добрался до локтя. Мышцы онемели.
– Ты ХОЧЕШЬ верить в это, да?
«Но ты ведь так и сделал… Просто сбежал…».
Дэнни вздохнул. Лица коснулось чужое дыхание, неожиданно теплое по сравнению с ледяным телом. Мужчина прошептал:
– Если ты веришь в это, быть может, тебе лишь кажется, что ты хорошо меня узнала? Что начала понимать…
Я задержала дыхание, предчувствуя недоброе.
Еще несколько секунд я смотрела в сверкающие глаза мужчины, а потом он отступил и обошел меня. Я в панике повернулась к коридору и едва не закричала.
Мгновение – и случилось то, чего я так боялась. Дэнни снова исчез.
Я попыталась побежать за ним, но ноги приросли к полу.
Нет! На этот раз ему не удастся пропасть! Ну уж нет!
Я зарычала и рванула вперед… и мои ступни легко оторвались от пола. Я полетела лицом вниз… и проснулась…
…Боль все еще сидела где-то глубоко внутри, когда я вышла из душа, набросив халат на голое тело. Я услышала аромат кофе и улыбнулась, окончательно прогоняя плохой сон.
«Это неважно, Хоуп. Объявится – надерешь ему задницу. И все».
Я засмеялась, в деталях представив, как влепляю Дэнни пощечину, как он удивленно смотрит на меня, потирая место ушиба, и вошла в кухню.
Логан обернулся и красиво изогнул бровь.
– Я слышу смех, и это хороший признак.
Я нежно улыбнулась, подошла к нему и крепко обняла. Логан поцеловал меня в висок.
– Ну все, утро доброе?
Я взглянула на часы на стене и возмущенно ахнула.
– Еще даже семи нет! Какого черта мы так рано проснулись?!
Мужчина недвусмысленно прищурился, и я поморщилась, вскидывая ладони.
– Каюсь, грешна.
Глаза мужа сверкнули. Что-то странное мелькнуло в ставшем напряженным взгляде.
Ревнует…
Я снова прижалась к нему и смущенно пробормотала:
– Прости. Я знаю, что тебе это неприятно.
– Что именно?
Я закатила глаза. Хорошо, скажу это вслух.
– Что мне приснился Стоун. Не знаю, почему так случилось. Это… не важно.
Логан ухватил меня пальцами за подбородок и повернул мое лицо, заставляя посмотреть на него. Я невольно поежилась, встречаясь взглядом с его профессиональной маской.
Я знала, что муж ревновал меня к бывшему товарищу. Сейчас, вероятно, не так сильно, как прежде, пока Дэнни был рядом. Но мой сон, кажется, разбудил ревность былой силы.
– Ты плакала. Значит, это все-таки важно.
Я распознала нотки тревоги в его голосе и нервно засмеялась.
– Я беременна. Я плачу, когда смотрю рекламу духов, о чем ты говоришь?
И, подтверждая собственные слова, прослезилась, вспомнив ЧЕРТОВУ РЕКЛАМУ.
– Вот! Вот о чем я говорю!
Логан засмеялся, и я пихнула его в живот с недовольным видом. По щеке тем временем скатилась одинокая слеза. Муж аккуратно стер ее кончиками пальцев.
– Твои гормоны меня добьют…
Я шмыгнула носом и пробурчала:
– Хватит надо мной смеяться. Я хоть и беременна, но не беспомощна! И могу тебя… стукнуть, например!
Логан с трудом сдержал новый приступ смеха, нежно улыбнулся и пощекотал меня. Я засмеялась, хватая его за руки. Он притянул меня к себе и поцеловал в губы. И, как и всегда, внизу моего живота моментально начало растекаться тепло. Я недовольно забурчала, вспомнив его обещание.
Да какое обещание?! Откровенную угрозу! Месяц без секса! БЕЗ СЕКСА И МАНДАРИНОВ! Совсем обалдел…
Логан словно прочитал мои мысли. Распаляя желание, он раздвинул языком мои губы. Его ладонь скользнула по моей ключице вниз, словно случайно задела чувствительную грудь и остановилась на моем животе. Я возмущенно сузила глаза.
Ах так, да? В эту игру могут играть двое.
Я отстранилась, заглянула ему в глаза, облизнула верхнюю губу и прошептала:
– Я люблю тебя… Грин.
Пальцы мои тем временем спустились по его рельефному прессу к поясу домашних штанов. Я ласково улыбнулась, едва ощутимо царапая ногтями кожу на животе мужа. Он подался вперед, но тут же упрямо мотнул головой. Его глаза опасно сузились.
Я провела ногтями по животу мужа вверх. Он поежился, когда по его шее побежали мурашки, и тяжело вздохнул, не сводя с меня внимательного взгляда.
– Думаешь, я не понимаю, что ты задумала, да?
– Не понимаю, о чем ты… Грин.
Я прильнула к нему, скользнула ладонью по его спине и запустила кончики пальцев за пояс штанов. Логан стиснул челюсти.
– Хоуп Грин…
– Что, любимый муж?
Я задышала чаще, лишь представив, как он ласкает меня, и двинула пальцы под поясом его штанов вбок.
– Хоуп, мать твою, Грин…
Я захлопала ресницами и засунула пальцы глубже под пояс, поглаживая низ его живота. Глаза Логана полыхнули похотью.
– Грязно играешь…
Я улыбнулась с самым невинным видом, на какой была способна. А внутри ликовала.
РА-БО-ТА-ЕТ! РАБОТАЕТ!
Прижавшись к мужчине, я проложила дорожку из поцелуев по его груди, одновременно засовывая руку в его штаны. Еще чуть-чуть и…
Я возмущенно охнула, когда муж перехватил меня за запястье и с силой отстранил от себя. Мы встретились взглядами, и я недовольно поджала губы.
– Хоуп, мать твою, Грин! Я тебя предупреждал?
Не дожидаясь моего ответа, он быстро кивнул.
– Предупреждал! И не раз!
Мне внезапно стало так обидно, что захотелось плакать! Но я гордо вскинула подбородок и томно улыбнулась. Играть – так до конца!
– Так что не смотри на меня так, словно я…
Его взгляд скользнул по моему языку, обрисовавшему контур верхней губы…
«Ну давай же, давай!».
Логан грязно выругался и ткнул пальцем в сторону спальни.
– В кровать! Живо!
Он обошел меня и выскочил из кухни. Когда хлопнула дверь в ванную комнату, я радостно вскрикнула.
***
Горячая ладонь исследовала мое тело. Я жмурилась от удовольствия и тихо стонала, наслаждаясь плавными движениями мужа.
Я тонула в его любви, растворялась в горячих объятиях.
Мой мужчина.
Мой муж.
До сих пор было сложно поверить, что мы узаконили отношения! В какой вселенной это возможно – так быстро и сильно полюбить друг друга?!
Я мурлыкнула, когда Логан прикусил кожу на моем плече:
– Грин…
Горячее дыхание обожгло шею. Логан замер. Я недовольно зарычала, двигая таз ему навстречу. Мужчина хрипло засмеялся. Его ладонь обхватила мое бедро.
– Мне нравится, как ты реагируешь на меня, Хоуп Грин.
Я закусила губу, заглушая стон. В его исполнении моя новая фамилия звучала по-особенному. Каждый звук был пропитан любовью и желанием.
Я снова подалась ягодицами ему навстречу, и он возобновил движения, тихо посмеиваясь. Теплый воздух скользнул по шее. Кожа тут же покрылась мурашками.
– Такая отзывчивая, страстная…
Я слушала его шепот и сходила с ума от желания несмотря на то, что он уже был во мне. Когда он нежно укусил меня за шею, я охнула и вцепилась пальцами в его бок. Мое тело отзывалось на ласки так сильно и ярко, что мне было почти больно.
Чувствуя приближение оргазма, я заскулила:
– Грин!..
Мужчина ускорил темп, но двигался так же осторожно.
Когда в глазах потемнело, а тело пробил ток удовольствия, я всхлипнула и вонзила ногти в предплечье любимого. Логан кончил с тихим стоном и прижался к моей спине грудью. Я выгнулась, и он охнул.
– Женщина, что ты творишь?
Я довольно потянулась и посмотрела на него поверх плеча. Мужчина улыбался сыто, блаженно, как объевшийся сметаны кот. Его глаза мерцали от удовольствия.
Я усмехнулась и прошептала:
– Кажется, я стала любить тебя чуть сильнее.
Логан поцеловал меня в висок.
– Это гормоны на тебя так влияют или секс?
Я охнула, когда он вышел из меня, повернулась и прижалась к груди мужа.
– Думаю, гормоны. Но за секс отдельное спасибо! То, что доктор прописал.
Логан скользнул ладонью по моему телу.
– Мне до сих пор немного… странно заниматься с тобой сексом.
Когда его ладонь легла на мой живот, я с трудом сдержала смешок.
– Какое счастье, что ты умеешь пользоваться интернетом.
Логан замер на пару мгновений, а потом тихо выругался:
– Хоуп, мать твою, Грин! Ты когда-нибудь забудешь?!
Я сдалась и расхохоталась, когда он накинулся на меня с поцелуями.
