Это было все, что я смогла сказать, и тут же поперхнулась страхом, потому что тяжелая каменная дверь склепа открылась, и из нее вышли двое.
Если бы это были бомжи или парни в черных смешных балахонах, я бы не испугалась, но это оказались два здоровенных типа в костюмах, у одного в руке блеснул пистолет. Им он меня и поманил.
– Нашелся объект, – сказал второй в маленькую рацию. – Производим захват.
«Они не слышат, – шипело в голове, пока меня впихивали в дверь. – Думают, я неразумное. Носитель даст силу. Обряд единения. Брачные игры. Согласишься, будешь жить. Спасу всех!»
– А вы кто?
– Ученые, – буркнул белобрысый тип в костюме и толкнул меня к ступеням.
Вообще-то я не у них спрашивала, хорошо, что дымчатый дракон понял.
«Ищем мир для жизни. Попали в ловушку. Надо уйти. Спасти носителя и уйти. Плохой мир. Силы нет. Делай, что скажут, и будешь жить».
– Меня будут искать! Мои друзья знают, где я!
– Значит, найдут, – флегматично сообщил белобрысый. – Не волнуйся, мы тебя отпустим, когда эксперимент закончится. Даже денег дадим.
Ага, как же! Мне всего семнадцать, но я знаю, что свидетелей убирают…
– Дерьмо!
Всего двенадцать ступеней вниз, и мы не в склепе. Во всяком случае, на склеп это точно не похоже! Я быстро огляделась.
Неожиданно большое, хорошо освещенное помещение, вдоль стен стоит оборудование, предназначение которого мне неизвестно, на камнях висят провода, по углам четыре камеры на треногах, еще какой-то здоровенный гудящий шкаф и семь человек. Двое в белых комбинезонах с защитными масками на лицах, в перчатках и бахилах, остальные в темных костюмах. На каменном полу странными символами вычерчен круг, по внешней стороне которого стоят свечи. Что за бред? Оккультные знаки и современное оборудование?! Во что они здесь играют?
Все это мозг фиксирует без моего участия. Взгляд цепляется за знакомое лицо… морду… Черный дымчатый дракон зависает в центре круга над обнаженным телом лежащего в нем мужчины.
– Открой глаза, ты что, никогда голых мужиков не видела? – легко пихает меня в спину белобрысый. – Тебе сколько лет?
И где бы я их видела? Если только в интернете, но там абстрактно, а тут вот он рядом, и кубики, и мышцы и… ни одного волоска. Глаза так и тянутся, куда им не следует тянуться. Нинка, очнись, тебя здесь убивать собрались, а ты краснеешь от вида обнаженки.
– Семнадцать! – огрызаюсь я. – Я несовершеннолетняя, и вы за все ответите.
– Обязательно ответим.
Больше со мной никто не разговаривает, под дулом пистолета вводят в вену какую-то фигню, и я теряю сознание…
Очнулась в кругу рядом с голым мужчиной. Меня переодели в алое шелковое платье, больше похожее на шикарную ночнушку, покрыли кожу какой-то липкой субстанцией и завязали на правой руке фенечку из мелких ракушек. Надеюсь, сосед мой еще жив. А то жутко. Да и жалко, симпатичный. И глаза необычного цвета – антрацитовые, еще немножко и – будут черные. Открытые, но безжизненные.
Губы пересохли и покрылись коркой, в голове туман, язык вроде как есть во рту, но команд мозга не слушает. Даже заорать не получается. Перевожу взгляд вверх и вижу зубастую рожу. Тьма так и болтается над нами.
– Камеры включили? – слышу голос, явно привыкший командовать. – Приступаем! Когда инопланетянин вселится в объект, фиксируем и закрываем раны. Работаем план А. В этот раз не облажайтесь, парни. Делаем, как он требовал. Официальный брак, перенос, первый объект на уничтожение, второй – в лабораторию.
Хочу возмутиться, что меня обещали отпустить, но молчу, только плачу беззвучно. Сама ведь понимаю: никто не отпустит.
«Они ошибаются. Думают, я главный. Думают, что дуал – ваш человек. Хотят поймать меня в новое тело. Глупые люди!»
Плохо соображаю, о чем он. Наверное, военные решили, что теневой монстр вселился в нашего земляка, а на самом деле они вдвоем прилетели?
«Надо связь. Ритуал. Кровь. Жидкости. Иначе не получится. Закон мира…»
Ничего не понятно, кроме одного: чтобы спасти меня и мужика, нам с ним надо пожениться и обменяться кровью и жидкостями… Э… Я, наверное, очень развратная, потому что думаю о сексе.
– Нина? – За кругом присел на корточки невзрачный тип в сером костюме. – Ты ведь Нина Захарова, студентка колледжа? – Я промолчала. Все равно они уже обыскали мою сумочку и нашли документы. – Ты можешь кричать и возмущаться, а можешь начать сотрудничать. С твоим согласием или без него, мы все равно подсадим в твое тело чужую сущность. И лучше тебе сделать это добровольно.
– Зачем?
– Разве тебе самой не интересно, что из этого получится?
– Нет.
– Это инопланетный разум, вирус, с которым мы пытаемся найти контакты. Он не может существовать вне человеческого тела, но при этом у них есть что-то наподобие религии, которая запрещает занимать чужие тела без согласия и обмена жидкостями – кровью, слюной… и прочим. А обмен у них приравнен к браку. Звучит странно, конечно. Но гость настаивает…
Я так поняла, что они ничего не смогли сделать с тьмой, погубили носителя и теперь пытаются договориться.
– Тебе придется пройти через ритуал. Брачный ритуал. Обменяться кровью, чтобы наш новый друг в твоем теле чувствовал себя как дома, иначе его отторгнет твой организм. Это все не будет иметь юридическую силу, но таковы требования…
– Вируса? – не удержалась я.
Мужчина поморщился.
– Его прежнего носителя. Надеюсь, ты понимаешь всю важность данного эксперимента и выйдешь замуж по законам инопланетной расы.
О, мой бог, сколько пафоса и лжи! Голый жених ободряюще сжал мою руку, но голову так и не повернул.
«Носитель слаб. Ранен. Поделится силой. Тьма. Симбионт. Передам часть. Узы навсегда. Спасу обоих. Уйду. Часть себя оставлю в тебе. Сильнее. Жить долго. Не болеть. Другой мир. Здесь убивать!»
– Какой ты разговорчивый, – произнесла я едва слышно, но один из типов в белом комбинезоне услышал.
– Он с ней общается! Отлично! Парень, значит, не врал, для передачи нужен обряд.
А я смотрела на жуткого монстра, и в душе поднималась злость. Злость на заигравшихся в богов людей, для которых моя жизнь и жизнь незнакомого парня ничего не значат.
– Спасешь? – шепчу я, глядя в безглазую морду.
«Спасу!»
А через мгновение я орала, что ничего не знаю, я передумала! Верните меня на кладбище, поставьте, где брали, и вообще лучше пристрелите!
Жених… Этот жених, имя которого я даже не знала, этот зомби с невидящими глазами навалился на меня и стал целовать. Болезненно, горько и кроваво. Я забрыкалась, пытаясь спихнуть его с себя, но он сильнее впивался в мои губы, кусая до крови. Он что, реально собирается меня лишить невинности прямо здесь?
«Прости. Надо!»
Да к черту такое «надо»! Отпустите меня! Это, между прочим, был мой первый настоящий поцелуй. И так мне стало себя жалко, что по щекам потекли слезы. Мужчина оторвался от моих губ, улыбнулся окровавленным ртом и нежно стер слезы тыльной стороной ладони.
– Верь мне, сатия. Моя избранная.
Глаза его были все такими же безжизненно слепыми, но действовал он, словно все видел. Я не почувствовала боли, только заметила, как из моих разрезанных запястий на пол потекли тонкие струйки крови. Инопланетный муж осторожно поцеловал меня в лоб и быстрыми четкими движениями полоснул лезвием по своим запястьям, а потом рухнул рядом без призраков жизни. Это что же выходит, я уже вдова? Я нервно захихикала, рискуя скатиться в полноценную истерику.
– Эксперимент переходит в заключительную стадию. Объект один отдает сущность объекту два. Приготовить энергетические силки.
Из мужских рук потекла черная густая тьма, сливаясь с моим дымчатым собеседником, приобретая плотность и увеличиваясь в размерах. А потом дракон склонился надо мной.
«Принимаешь ли ты тьму, дитя человеческое?»
– Да.
А что еще мне оставалось? Все равно умру от кровопотери, потому что никто не собирается перевязывать мне руки. Так может, монстр хоть отомстит за меня.
«Он будет хорошим мужем…»
– Ты можешь говорить больше двух слов за раз? – прошептала я. – Как его хоть звать?
«Терон Драго…»
И пришла эйфория. Тьма втягивалась в разрезы на моих руках, а я выгибалась от наслаждения, стонала, ерзала по полу и мечтала, чтобы это никогда не заканчивалось. Я ощущала себя всесильной, могучей, неподвластной никаким законам. Тело звенело от переполняющей его энергии, движения стали стремительными и точными. Кричали люди, вроде даже стреляли, что-то гремело, разбивалось на осколки, а я парила на волнах собственного удовольствия, счастливая, наполненная силой и тьмой.
«До встречи, сатия. Я покидаю тебя, оставив частичку тьмы. Мы найдем тебя, избранная!»
Очнулась я среди мертвых тел в разгромленном помещении. Ран на руках не было, только на плече таяла черная татуировка в виде переплетенных букв. Осмотрелась. Плохо соображая, где я и что здесь делаю, поднялась на ноги и на автомате направилась к единственной двери. Меня изрядно штормило. Во рту горечь, ноги и руки дрожат, тело в синяках и ссадинах, но они исчезали на глазах. Я открыла дверь и вывалилась на незнакомую площадь, спряталась среди обломков каких-то ящиков, забилась в темный угол и провалилась в сон. Там меня и нашла тетушка Марка, мать Рокси.
…Три года. Три года выживания, борьбы и тихого счастья. Я стала забывать о доме, о мужчине со слепыми антрацитовыми глазами, о разговаривающей тьме. Моя жизнь не была легкой, но она была насыщенной и полной событиями. И вот за один день все изменилось. Меня словно отбросило на три года назад. Я опять была растеряна и не знала, что мне ждать от будущего.
Глава 5
Терон Драго
– Терон Драго – великая и ужасная сваха! – торжественно и серьезно провозгласил Натан, стоило войти в кабинет. – Угроза нашей холостяцкой жизни собственной коварной персоной. Трепещите, дуалы, он принес брачные оковы тьмы!
– Трепло, – коротко бросил Терон, стаскивая с лица маску. – Надо было тебя отправить на встречу с этими истеричными девицами. Отдохнул бы, расслабился, пококетничал…
И он многозначительно подвигал бровями.
– Все так плохо? – Из-за стола поднялся крепкий мужчина. Седина только тронула темные виски, голубые глаза смотрели спокойно и сдержанно, однако в каждом движении воина чувствовалась скрытая мощь и огромная сила. – Докладывай.
– Предварительный отбор выявил двадцать одну девушку, готовую принять нашу тьму, командор, – доложил Терон и положил на стол папку с личными делами всех кандидаток.
– Но твоей сатии среди них не было, – даже не спросил, а констатировал командор. – Мне жаль, Тер.
– Она в этом мире, Анро не мог ошибиться. А если она здесь, рано или поздно я ее найду.
– И опять станешь свободным женихом, – вернул шпильку Натан.
– Этот мир много лет воевал, возможно, ее уже нет в живых, Тер.
Командор больше не улыбался, да и остальные присутствующие в кабинете дуалы притихли.
– Она жива. – Терон задумчиво кивнул. – Жива. Моя брачная метка налилась силой и стала намного ярче, а сегодня во время ритуала я почувствовал, что она рядом. На целый миг, а потом все пропало.
– Только ты мог отправить избранную в мир, где идет война с демонами, – раздался голос за спиной, и Терон медленно повернулся, чтобы столкнуться с вызывающим взглядом карих глаз. – Получить шанс на будущее и так бездарно его упустить. Ты неудачник, Драго.
– Благодаря этому неудачнику, Градис, мы получили новый мир, землю, женщин и шанс на возрождение, – прервал назревающий скандал командор. – Именно брачная метка Терона Драго привела нас сюда, его сатия нашла мир, готовый принять нас. Все получилось идеально.
Терон молчал. Три года назад его симбионт сделал все возможное, чтобы вытащить носителя из чокнутого закрытого мира и спасти девушку, которая спасла его. Его тьме удалось вернуться туда, где их ждали остатки когда-то сильной и непобедимой расы. Последний легион тьмы… Но унести еще и девушку он уже не смог, пришлось оставить для нее проход и ждать. Но она так и не пришла, а он не смог вернуться, чтобы освободить ее от клятв и частицы силы, отданной Анро – его симбионтом, его тьмой.
– Это воля Дайоны, не нам спорить с богиней, – коротко бросил командор. – Раз она привела нас сюда, значит, так надо. И если твоя избранная жива, ты ее найдешь.
– А нужна она тебе, Тер? Ты ведь ее даже не видел. Может, лучше забыть и найти другую? Таким, как мы, не отказывают.
Натан хлопнул друга по плечу и сунул в руку кубок с легким вином.
Не отказывают, скорее, сами прыгают в объятия. Встреться они с избранницей в других обстоятельствах, и все было бы иначе. Свидания, разговоры, симпатия, и только потом медленное приучение к тьме, вливание маленькими дозами, постепенное наращивание силы, обучение, общение… Его симбионту пришлось рисковать. Он мог убить девушку, она могла не выдержать его мощи, все же Анро – взрослый и сильный сим, один из сильнейших в легионе. Но она выдержала, приняла в себя всю его тьму, спасла их обоих. Очень сильная девочка.
– Анро оставил в ней маленькую часть себя, потому что после полного слияния она не смогла бы выжить без тьмы. И мы чувствовали ее, а теперь нет… исчезла.
Все, что он знал о ней, это имя Нина и возраст. Он был ослеплен тяжелыми препаратами, которые ввели пленители, а его симбионт оказался ослеплен ядом техногенного мира. Все, что им осталось, это эмпатия и желание отомстить. До Нины люди ловили еще троих, но никто не смог принять тьму… А она оказалась одаренной, одной на миллион в мире, лишенном силы и магических потоков.
Про двадцать вторую девушку он предпочел промолчать. На какое-то нелепое мгновение ему почудилось, что это она, его сатия… Но девушка оказалась пустышкой. Да и по возрасту не подходит. Его избранной всего двадцать, а этой элине двадцать четыре, хотя выглядит она, конечно, очень юной.
Перед глазами возникли перепуганные, но упрямые глаза, подрагивающие от волнения припухшие губы, которые она прикусывала, тонкие нервные пальцы… Светлые, убранные в тугой пучок волосы, которые девушка поправляла, когда волновалась. Интересно, как она выглядит с распущенными волосами? Забавная, колючая, смелая. Не красотка, как остальные, но именно она заинтересовала и его, и Анро. Она единственная не боялась. Опасалась, была насторожена, желала сбежать, но не боялась.
Сначала он хотел всего лишь проверить ее метку, а когда той не нашлось, понял, что не хочет девушку отпускать. Просто не хочет. Но это было неправильно… Он отпустил, и сразу же возникла острая необходимость увидеть ее еще раз, разобраться, что же в ней так его притягивает? Впрочем, у него есть и время, и возможности устроить им еще не одну встречу, поиграть немного, наслаждаясь удовольствием разгадывать ее секреты. Все равно она никуда от него не денется.
– Командор! – Голос Натана выдернул из размышлений. – Какой план?
– План… – Старый дуал жестко улыбнулся. – Освоимся, присмотримся, потихоньку заменим нашими людьми все важные посты…
– Посадим на трон дуала. Кто женится на вдовствующей императрице Исис? – словно в шутку поинтересовался Градис, но в кабинете моментально стало тихо. – Кто хочет стать императором?
– Есть пара кандидатур, – кивнул ему командор. – Но торопиться не будем, может быть, просто заберем обещанные земли и уйдем к океану.
– Чтобы через несколько сотен лет к нам пришли толпы фанатиков с факелами и все повторилось? – спросил кто-то.
Ответа так и не последовало, все присутствующие хорошо помнили недавнюю историю и повторения трагедии больше не хотели.
– В этот раз мы будем готовы, – снова жестко улыбнулся командир легионеров.
Совещание затянулось на несколько часов, а когда дуалы стали расходиться, командор велел Драго задержаться.
– Ты ведь знаешь, как размножаются наши симбионты?
– Почкованием, – с улыбкой ответил Терон, с удовольствием слушая возмущенное шипение Анро, который был категорически не согласен с такой трактовкой.
– Можно и так сказать, – улыбнулся в ответ старый воин. – Частица, которую он передал землянке, росла вдалеке от сородичей, его некому было обучить. Даже мы с моей Акас не можем предсказать, какой сюрприз тебя ждет.
Терон прислушался к бухтению симбионта и улыбнулся.
– Анро говорит, что его «почка» будет гениальна, как и основной ствол, так что пусть Акас не завидует. Он поговорит с ней на равных, когда она отделит от себя хоть одну полноценную каплю, способную дать существование новому симу.
Командор несколько минут смотрел на собеседника, а потом, запрокинув голову, громко и раскатисто расхохотался.
– Я всегда знал, что вы оба начисто лишены скромности, но не подозревал, что твой сим еще и язва. Ступай, сын.
Терон занимал небольшой, но уютный особняк, выходящий окнами на величественный, устремленный ввысь дворец императрицы. Хозяин здания погиб несколько лет назад, его вдову и дочь императрица переселила во дворец, а симпатичный двухэтажный белый особняк с портиком достался Терону вместе со слугами, кухаркой и чопорным дворецким.
– Письма были?
Дворецкий протянул золотой поднос, заваленный приглашениями. В нос ударил запах духов и благовоний. Терон скривился и на мгновение выпустил тьму из кончиков пальцев, превращая надушенную бумагу в маленький костер. Дворецкий флегматично оценил горстку пепла и строго объявил:
– Дуа, в малой гостиной вас ожидает легионер.
Отлично! Это тот парень, который пошел провождать элину Никс Этери. В душе шевельнулось предвкушение. Он уже отдал приказ составить досье на девушку, но это исполнят лишь завтра. Зато сегодня вечером он выслушает рассказ живого человека, это всегда интереснее.
– Подайте вино и закуски.
Когда дуал вошел в гостиную, гость, заложив руки за спину, рассматривал большую картину, на которой маленькая девочка в пышном голубом платье играла со щенком.
– Дуа! – стремительно повернулся он и щелкнул каблуками. – Легионер Раймон Артис прибыл для доклада.
– Мы ведь знакомы, Раймон, – улыбнулся Терон, протягивая руку.
– Устав выбит на подкорке, – усмехнулся легионер, пожимая протянутую руку. – Как разительно отличается жизнь аристократов и простых людей. – Он обвел рукой стены, затянутые в золотую парчу. – Не боишься привыкнуть?
– Думаешь, не стоит?
– Это вам виднее, – пожал плечами Раймон. – Нас, не отмеченных тьмой, тоже неплохо приняли в этом мире. Правда, в нашей казарме нет золота на стенах и мебель попроще, – усмехнулся он, без зависти осматриваясь по сторонам. – Но когда я женюсь, квартиру выберу без всей этой помпезной показухи.
– Мне тоже не нравится. – Терон посмотрел по сторонам. В этой комнате он был второй раз и до слов Раймона не обращал внимания на обстановку, теперь же заметил и вычурную мебель, и ковры, и позолоту на светильниках и рамках картин. – Есть уже невеста?
– Она пока об этом не знает. Элина Никс Этери, – улыбнулся Раймон. – Милая, веселая и свободная. Живет с подругой на чердаке доходного дома. Каждый день поднимается туда по внешней прогнившей лестнице. Лестницу я завтра заменю, а потом попробую подыскать для девушек более приличное жилье. Если все пойдет по плану, через месяц сделаю предложение. К счастью, мне для этого не нужно одобрение тьмы.
В душе недовольно зашевелился сим, но Терон промолчал, мало кто из смертных мог представить, что значит делить тело и разум с еще одним существом. И все же тень на мгновение закрыла его лицо.
– Прости, – склонил голову Раймон. – Я понимаю, как вам сейчас трудно.
Не понимаешь и никогда не поймешь.
Трудно было, когда они узнали, что возвращаться некуда, что их легион – единственный выживший, после того как бывшие союзники уничтожили их независимый город вместе со всеми его жителями. Седьмой легион решением старейшин был направлен во внешние миры на поиск нового дома. Они подозревали, что на них нападут, но не думали, что это будет яд техногенного мира, против которого не выстоят даже симбионты…
Они не успели…
– Мы отомстили. – Раймон понял, о чем он вспоминает.
– Мы возродимся, – кивнул Терон, отгоняя воспоминания.
Прошлое невозвратно, поэтому следует делать выводы и идти дальше.
Служанка принесла поднос с закусками и вином, и мужчины перебрались за стол. Терон пил вино и с бесстрастным лицом слушал доклад Раймона, хотя внутри нудел сим, требуя громко заявить о своих правах на девушку, пока всякие наглые легионеры не увели ее в храм богини Дайоны.
Терон осторожно поставил бокал на стол, чувствуя, как гнется серебро в пальцах. Все это время он боролся с собой и с Анро, симбионт жаждал вырваться из тела, чтобы показать мальчишке Раймону, кто имеет на девчонку больше прав. «Это наша добыча, – шипел он. – Не отдадим». Терон мог бы с ним согласиться, но брачная метка на плече горела темным пламенем, напоминая, что у него есть обязательства, и пока Терон их не исполнит или не расторгнет договор, он не имеет права на интрижки. Все, что он может предложить элине, это место любовницы, но после сегодняшнего представления во дворце он был уверен, что это место ее не устроит.
– …Я не смог рассмотреть лицо, но по виду это человеческий мужчина лет двадцати пяти. Со мной был один из воронов легиона, думаю, он его найдет.
«Спроси имя ворона», – прошипел симбионт, будто Терон сам бы не догадался.
– Анрэй, – ответил Раймон. – Он нас нагнал, когда мы покинули территорию дворца.
Симбионты не могут существовать долго вне тела носителя, но они умеют перемещать часть себя в тела фамильяров. Когда-то дуалы выбрали для этих целей воронов, птицы легче всего переносили контакт с чужим разумом. Анрэй был фамильяром Градиса.
Терон криво усмехнулся, их с Градисом соперничество опять коснулось женщины.
– Я направил к дому элины патруль, но хотел просить тебя пойти туда утром со мной. Напрягает меня этот их визитер. – Раймон отставил бокал и встал. – Мне кажется, это не вор, и кажется, что девушки что-то скрывают.
А утром дом оказался пуст, и никаких следов элины Никс, словно ее никогда не существовало в этом мире. Никаких намеков на то, как девушкам удалось выбраться из дома и куда они исчезли. Только пара невзрачных платьев в шкафу и две чашки с остатками дешевого чая говорили о том, что в этом доме недавно жили люди. А еще показания соседей, которые в один голос утверждали: вечером у девушек горел свет и были слышны тихие голоса.
– Они ушли сами, – сделал выводы Раймон, тщательно осмотрев две маленькие комнатенки. – Но как им удалось… И зачем?
«Может, совесть замучила за то, что подделала печать тьмы?» – подал голос Анро.
– Или печать была настоящая, и ей как-то удалось от нее избавиться, – задумчиво ответил Терон.
«Все девушки хотят замуж за дуала».
– Эта, видно, не все, – хмыкнул Терон, ощущая азарт и предвкушение. – Мы ее найдем и спросим. Объявить розыск! – отдал он распоряжение командиру патруля.
– Кого искать? Обеих?
– Меня интересует только Никс Этери. Пообещайте награду за любые сведения о ее местонахождении.
Глава 6
Я так и не заснула, подремала немного перед самым рассветом, но ощущения отдыха это мне не дало. Кряхтя, как две старушки, мы с Рокси выползли из нашего временного убежища и, наскоро перекусив хлебом и овощами, отправились в путь. Густая крона прятала нас от лишних взглядов, но я все равно обратилась к своему дару с просьбой прикрыть.
– Ух ты! – Рокси восторженно потыкала пальцем в темный туман, окруживший нас на мгновение, а когда он исчез, задумчиво спросила: – Никс, а тебе не страшно пользоваться волшебством?
– Страшно, что об этом узнают, – буркнула я.
– Ты ни в чем не виновата! – твердо заявила Рокси, она взяла меня за руку и крепко сжала. – Ты тогда сильно испугалась, и оно само получилось! И ты спасла нас всех.
Я жила в этом мире уже неделю, когда возле нашего дома открылся прорыв и из него полезли твари. Не буду врать, что я не испугалась, но еще больше разозлилась, потому что вспомнила черного дымчатого дракона, его напарника и тех, кто был виноват в моем перемещении в этот мир. Это все по их вине! Я так разозлилась, что плохо помню, как все произошло.
Матушка Рокси потом рассказывала: «Бесноватая стала, я уж решила, умом тронулась, заорала, руками замахала, слова непонятные выкрикивала, а потом стала спокойная-спокойная и над землей так низенько-низенько взлетела. – Она наклонилась и показала ладонью в полуметре от земли. – И лицо такое счастливое, будто миску гуляша под нос сунули, а вокруг темень и растет-растет… И демоняки горят в ней, как бумажные кораблики. А потом проход тварям захлопнулся, а ты упала. Думали, померла, горемычная».
Я тогда изрядно перепугала тетушку Марку, пролежала без сознания трое суток, а как очнулась, стала слышать тихий голос, который звал меня мамой…
– Жаль, тетушку Марку спасти не сумела, – вздохнула я.
Рокси сильнее сжала мою ладонь, но промолчала. Приютившую меня тетушку убили не демоны, она за несколько дней сгорела от неизвестной болезни. Тогда многие умерли. Откуда пришла хворь и куда исчезла, мы так и не узнали, люди шептались, что зло идет от дворца императрицы, но правда это или нет, никто не знал. Убивала она только пожилых, не трогая молодых и детей, поэтому я верила слухам. Но свои мысли держала при себе. Жизнь научила молчать и не лезть не в свои дела.
– Расскажи о деде, – попросила я, чтобы сменить тему.
Мы как раз вышли на поляну, которую пересекала широкая утоптанная тропа. Но прежде чем выйти из-под защиты густой кроны, мы по выработанной годами привычке задрали головы в небо и слаженно метнулись под деревья. Над поляной кружил ворон.
– Просто птичка? – с сомнением в голосе прошептала Рокси.
– Не думаю… – Я прищурилась, пытаясь рассмотреть, есть ли на лапе ворона кольцо. Птица взмахнула крыльями, поднимаясь чуть выше, в лучах утреннего солнца на правой лапе что-то блеснуло. – Ворон легиона.
– Вот зараза! Думаешь, тебя ищут? Донес Шер, подлец!
– Легионеры тоже пользуются силой. Я видела, как дуал выпускал тьму, чтобы проверить девушек.
– Конкурентов истребляют? – Рокси воинственно сжала кулаки. – А может, узнали, что знак ворона никуда не делся, да замуж хотят по-быстрому взять?
– Это было бы ужасно!
Я перекрестилась на местный манер, щепотью – два плеча и пупок. На плечах – Оберег и Соблазн, а пупок – императрица, которая хранит этот мир.
Ворон покружил и улетел, а мы быстро перебежали поляну и зашагали по тропе в глубину леса.
– Мать рассказывала, что дед был знахарем в деревне, а как все случилось, совсем рассудком двинулся и ушел в лес жить. Не простил он деревенским, что те дом местного мага-погодника спалили, когда тот бежал в город. Сказал, пусть теперь живут без мага и без знахаря, пусть сами своих коров лечат. И не вернулся! Сколько ни упрашивали. Упрямый.
– Теперь я знаю, в кого ты такая уродилась, – я беззлобно пихнула подружку в плечо.
– Ага, я такая, – расплылась в улыбке Рокси. – Мать всегда говорила, что я даже его переупрямлю.
Мы весело болтали и быстро шли по утоптанной тропе вглубь чащи. Но чем дальше от столицы мы уходили, тем тревожнее становилось у меня на душе. Меня что-то тянуло назад, требовало вернуться. Казалось, что я натягиваю плотную резинку, еще немного, и она лопнет с одного конца, дернет меня назад… Метка на плече зудела и пульсировала, и «сынок» молчал, а обращаться к нему при Рокси я не рисковала. Ничего, переборю и это!
Домик старого отшельника мы отыскали не сразу, а когда нашли, он оказался пуст.
– Поищем воду и дрова? – оглядевшись по сторонам, предложила Рокси. – Похоже, дед давно отсюда ушел.
Или погиб, но мы обе не стали это говорить вслух. Будем считать, что он просто вернулся в село.
Толстый слой пыли, холодная печь, затхлая вода в умывальнике, грязная посуда и осыпавшиеся пучки трав…
– Не дворец, конечно, – заключила Рокси, когда мы осмотрели дом от чердака до погреба. – Но пожить до зимы можно, а там решим, что делать.
Две малюсенькие комнаты, кухня с печкой, сени. Бревенчатые стены, крепкие ставни и двери, железный засов. Вполне можно пережить пару месяцев, пока решим, куда податься дальше.
– Глянь! – Рокси вытащила из-под лавки арбалет. – Ты умеешь из него стрелять?
– Предлагаешь потренироваться на птичках? – хохотнула я.
Невидимая «резинка» ослабла и больше не тянула меня назад, зуд в плече стал вполне терпимым, и я с оптимизмом строила планы на следующие дни. Здесь, вдали от легионеров с их тьмой, я смогу спокойно разобраться с тьмой собственной. Пора принять ее и выяснить, наконец, кто я – человек или уже монстр?
До вечера мы мыли, чистили, убирали, а когда стемнело, сил не было даже на то, чтобы поесть, поэтому попили воды, заперлись на все засовы и завалились спать.
А утром в дверь постучали…
– Ховайся! – коротко бросила Рокси, и я метнулась за печь.
Привычная тяжесть биты немного успокаивала, я затаилась, следя в щель между печкой и стеной за тем, как подруга поправляет платок на плечах и, осторожно ступая, идет к двери.
– Дядька Зак! Это Ждан! Меня староста прислал! Открой, дядька Зак! – колотили в дверь.
Рокси шумно выдохнула и сняла засов. На пороге стоял вихрастый белобрысый парень лет пятнадцати. На плечах длинная рубашка с вышивкой, на талии алый пояс, чистые серые штаны заправлены в короткие черные сапожки. Слишком нарядный для посыльного.
– Че надо? – грозно вопросила Рокси, стоя в двери.
– А ты кто?
– Хеленка, внучка Зака, – не моргнув, соврала подружка.
– А сам старый где? – Парень, вытянув шею, попытался рассмотреть, что творится в доме. – Живой хоть?
– А вот этого не знаю, я вчера пришла, а его дома нет. И, похоже, давно уже.
– А ты одна?
– Нет, с мужем.
– А где он?
– По дрова пошел. А тебе какое дело?
– Так может, вы дядьку Зака укокошили, а хату евоную заняли!
Парень попробовал прошмыгнуть мимо Рокси в дом, да только она не из тех, кто испугается какого-то малолетку, подруга заступила ему дорогу, грозно выпятив грудь.
– Куда прешь без приглашения? Тебе дед зачем?
– Дык серые пришли в деревню, велели всех созвать, приказ императрицы будут зачитывать. А с ними дуал! Самый взаправдышний! Ох, грозный! Очи черные, волос длинный, зубы…
– Острые, – закончила за него Рокси. – Вали давай, скажи, нет деда. Сгинул.
– Дуал говорит, что магов они ищут, мол, кто-то же остался? Золотой обещал за каждого. Только сказал, что за живого, за мертвяка денег не дают.
– Так вы решили знахаря продать? – вспылила Рокси. – Забыли, сколько дед вам добра сделал?
– Ты что, полоумная! – Ждан отпрыгнул спиной назад. – Кто же дядьку Зака отдаст-то? Нешто мы нелюди какие? Ему велели прийти, чтоб он про других рассказал, про таких, как сам, с силой. Может, чего знает, к нему же люд с разных сел ходит. А что, дядьке Заку монета золотая не помешает! – Теперь он гордо выпятил грудь. – Староста о нем волновается, шоб заработать мог легкие денежки!
– Нет деда. Сгинул, еще раз говорю! Так и скажи старосте. – И Рокси энергично пихнула его к выходу. – Иди-иди. Я тоже приду, попозже, как мужика своего дождусь с леса.
– А ты сама откудова пришла? – обернулся от выхода парень.
– Из Ворога. Поищу дедовские кости, похороню по людскому обычаю да назад вернусь.
