Ясмина Сапфир
Химера по вызову. По острию жизни
Пролог
Жарко, как жарко… Желание сводит мышцы внизу живота болезненным спазмом. Я чувствую себя животным. Не химерой-Тайной, по большей части человеком, хоть и с уникальным даром, а самкой, что встретила подходящего альфу.
Передозировка феромонов, отравление, вот как это называется…
Дарлий приближается – медленно, неторопливо смакует мою реакцию и растерянность. Мысли путаются, сердце колотится, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Я дрожу от нетерпения и неприязни к самой себе, к этой нелепой, отчаянной ситуации. Мысленно призываю Риса. Его синие глаза – глубокие, как озера, его страсть, забота и терпение – вот то единственное, что еще останавливает, тормозит инстинкты, помогает вернуться к реальности.
Пальцы в отчаянии сжимают одеяло, ткань отвечает неприятным скрипом.
Кровать кажется крохотной, а я, на самом ее краю – беззащитной, безвольной.
Перекрестья лучей, тени, блики на темном деревянном полу напоминают решетки… И я думаю о темнице, в которой сейчас очутилась…
Взгляд скользит по обнаженному телу сфинкса. Высший оборотень шикарен без вопросов и сомнений. Бронзовая кожа, литые мускулы, едва заметные шрамы, словно розовые символы испещряют могучее тело. И он хочет меня – очень сильно, сию минуту, не раздумывая.
Замутненные страстью зеленые кошачьи глаза смотрят почти без единой мысли. Дарлий делает еще шаг, замирает, оценивая взглядом, ощупывая и соблазняя. Выпрямляется, демонстрируя желание так, как еще ни один мужчина не делал. Я заставляю себя отвести взгляд и вспоминаю… вспоминаю…
Северный полюс, закованная в вечные льды земля, морозный ветер за границами погодного купола, белая змейка поземки, что стремится в него заползти. Но я вижу лишь Риса. Он несется навстречу в своей звериной ипостаси. Громадная птица-дракон, черная, как ночь, в белоснежной пустыне.
Узнал, понял, догадался. Внутри все ликует, сердце заходится от счастья, смех рвется наружу рваными выдохами вперемежку с огненным дыханием химеры.
Он жив! Он со мной! Я нашла его! Я его спасла!
Душа горит от сладких воспоминаний, но тело резко охлаждается. Дарлий останавливается, принюхивается и хмурится. Понимает – мое настроение поменялось. Он больше не властен над моими инстинктами. Действие феромонов небезгранично… Нас соединяет всего лишь мгновение похоти, любовь – вот что живет в сердце долго.
Один прыжок Дарлия, мой опасливый выдох, и воздух застревает в легких. Сфинкс опускается передо мной на колени, берет мое лицо за подбородок и касается рта губами…
Сильно, властно, требовательно. Я замираю, думая лишь об одном. Надо его оттолкнуть, просто необходимо… Но желание опять сводит низ живота, томление и напряжение сотрясают тело.
Дарлий… Рис… Дарлий… Рис…
Меня разрывает на части. Сердце набирает бешеную скорость, дыхание обрывается, касания сфинкса обжигают кожу…
Дарлий не торопится, но и не останавливается. Не настаивает, но и не отступает… Действует так, чтобы я прочувствовала, сама сдалась на волю инстинктов.
И я трепещу, ощущая его волю. Надо мной, над моим телом и звериным нутром… Мысленно зову Риса… Но с каждой минутой зов все слабее. Дарлий рядом, а Таврис где-то в другом мире. Сфинкс приютил меня, здесь его дом, и его власть в племени безгранична. Лельдис же тут бесправен – совершенно и полностью. Даже если бы он пришел, возмутился, вступился… Я обнимаю себя руками и жду… Чуда, прозрения, Риса…
Глава 1
Тайна
Колдовская потасовка отбрасывала яркие протуберанцы энергий на многие километры вокруг. Обрывки заклятий кружили по всему полю. Обожженная магией трава желтела на глазах и скрючивалась, превращаясь в обугленные спирали. Деревья рассыпались пеплом, и лишь черные пальцы корней в бессильной злобе впивались в землю. Сложный вызов… Очень сложный… Я бы сказала – фатальный…
Машина сделала крутой разворот в небе – с этой высоты только химера могла разглядеть такие подробности. Нина, моя замечательная начальница, взяла меня за руку. Ее эльфийские раскосые глаза сияли решимостью. Короткие светлые волосы чуть вздыбились на макушке смешным хохолком. Даже в эту минуту каждое движение Нины сквозило уверенностью, грацией танцовщицы.
Я взглянула в окно с синим напылением. Изнутри мы видели все, снаружи ни один даже самый мощный маг не разглядел бы пассажиров. Что уж говорить о простых смертных. Но сейчас я смотрела не в поле, где не на жизнь, а на смерть схватились маги – на свое отражение в темном стекле…
Мда… Видок у меня тот еще. Перепуганные карие глазищи. На детском личике химеры, что разменяла не одно столетие – напряжение и страх. Нервно поправив рыжую косу, я вцепилась в ладонь Нины, как в спасательный круг.
Пульс взвился до небес, предчувствие скорой беды стиснуло грудь покрепче стальных тисков.
– Тайна, – начальница повернулась ко мне всем корпусом, изящная ладонь приподняла голову за подбородок, серо-голубой взгляд почти загипнотизировал, подчинил. – Тайна, все будет хорошо. Слышишь?
Я кивнула, потому что ничего другого сделать не могла.
Машина пошла на снижение, и я захлебнулась наплывом энергий. В последние недели я только и делала, что училась приглушать аурное зрение. В каждой схватке сильных колдунов оно «перегревалось», перед глазами плясали черные точки, в висках пульсировало, в голове гудело. Но даже мизерным процентом прежнего аурного зрения я видела пестрые всполохи энергий. Они взвивались почти до неба, и десятки, сотни осколков мощных заклятий только и ждали любого, кто «подвернется под руку».
– Тайна. Бриолис сказал, что это последняя масштабная битва. Наши добивают остатки армии заговорщиков. Давай же! У нас получится! – приободрила Нина, напомнив, что здесь мы по личной просьбе незабвенного главы спецслужб Земли. Бриолиса Лейна, лельдиса, как и мой жених-оборотень.
Я хотела ответить, но слова не шли с языка. Пересыщенный магией воздух комом вставал в горле, мешал глотать и даже говорить.
Машина спустилась на обугленную часть поля.
Два отряда колдунов осатанело таранили друг друга разного вида магией.
Двадцать с небольшим заговорщиков и чуть больше наших, агентов спецслужб, изощрялись в колдовских методах уничтожения друг друга.
Десятки трупов валялись повсюду, напоминая сломанные манекены, выброшенные из ближайшего бутика. Крови почти не было. Ее поглотила магия. Зато пахло ей так, словно все вокруг: воздух, земля, останки ни в чем не повинных растений пропитались железом и солью.
Машина остановилась, автопилот распахнул двери, и мы с Ниной выпрыгнули наружу почти одновременно. Я споткнулась и посмотрела под ногу…
Мышка – маленькая, серая, пушистая лежала вверх лапками и чуть дергалась в агонии. Колючий ком застрял в горле. Бросилась в глаза обугленная бабочка на черной спирали мертвой былинки. Она собиралась взлететь… Но не успела.
Я сглотнула. Во рту пересохло и неприятно саднило.
Кулаки сами собой сжались. Нина похлопала по плечу. Пора в бой. Остальные химеры задействованы в местах других колдовских заварушек. Там тоже жарко, страшно и опасно.
А здесь… Здесь в разы ужасней… Но кроме нас больше некому. А значит – пора в бой.
Остатки заклятий заметили нас сразу же, устремились к легкой, как им казалось добыче.
Я торопливо принялась за работу. Смастерила сразу три энергетические сети, упрочнила, добавив магии, замахнулась. Раз, два, три… Попались голубчики!
Четыре, пять, шесть… Пытаешься улизнуть? А вот дудки!
Адреналин забурлил в крови, вытеснил страхи, сомнения. Бешеный стук сердца стал размеренным, спокойным. Я опять превращалась в машину. Каждое движение выверено, каждый шаг просчитан, каждая атака в нужный момент – ни секундой раньше, ни мгновением позже.
Магические осколки трепыхались в сетях, как громадные рыбины, рвались на волю, сотрясая все тело. Я закручивала ловушки. Заставляла магию смешиваться, превращаться в чистую энергию, без злобы, без желания убивать, без цели атаковать.
Минуты капали, а я продолжала работать. Не расслабляться, не паниковать, не пропустить ни единой атаки. Все выглядело вполне сносно. Тяжело – магически и физически, утомительно и долго, но не особенно сложно для химеры, что зачищала города, леса, поля уже почти год.
Отголоски войны между властями Земли и бунтарями, сильными магами, докатились до Мейлимира, моего города. Но мирных жителей пока не затронули. Спецназу, полиции, агентам спецслужб удавалось сдерживать мятежников на подходе. Силы мятежа иссякали, запасы заклятий были почти исчерпаны. Нам оставался один лишь шаг, один рывок – и восстание подавлено. Мир и спокойствие воцарятся на улицах городов и поселков.
Но почему-то именно тогда, когда совсем расслабишься, пожелаешь толику приятной, размеренной жизни, случается непредвиденное. Словно судьба не позволяет нам, пешкам на ее шахматной доске, предвидеть будущее, планировать жизнь наперед…
Я ничего не успела понять. Лишь услышала, как сзади закричала Нина.
– Тайна! Прыгай, вправо! Тайна!
Я оглянулась, застыла в нерешительности и шоке.
Сине-зеленая флуоресцирующая пасть бродящего портала разверзлась прямо перед нами.
Страшное явление поглощало магию, живых существ и все, что попадалось на пути, и забрасывало в неведомые дали. Хорошо еще, если в наш мир, не в соседний… Я слышала, в параллельном мире, на планете Сварайя, сейчас главенствовали бандитские шайки. Все, кто не нашел себе места в новом Земном государстве, подались туда. Грабили, убивали, насиловали. Беззаконие, страх и разбой воцарились в тех землях…
Паника заставила жадно глотать воздух. Я лишь подумала: «Боже! Рис! Как мне тебя не хватает!» Вспомнила своего защитника, любимого оборотня, что ради своей избранницы шел на любые смертельно опасные приключения. Помог воскресить маму… Вернуть ее из затяжной комы длиной в несколько столетий.
Последняя мысль потянулась к нему. Мощному, красивому, непобедимому лельдису, который столько мне дал за этот неполный год отношений. Мы ведь собирались пожениться, как только закончится война…
Черт! Всегда говорила себе! Нельзя откладывать счастье на потом. Нельзя говорить себе: «Я порадую близких завтра!» Ведь завтра может не наступить…
Парализованная, лишенная магии на мгновения контакта с порталом, я замерла. Нина схватила за руку… Портал дернулся, выгнулся, как кобра перед броском, и всосал нас…
Таврис
Мы уже почти закончили обезвреживать очередную группу бунтовщиков, когда вдруг… Я ощутил это всем телом. Казалось, в грудь вонзился раскаленный прут, голова стала чугунной, гулкой. Внутри что-то взорвалось, и появилось ощущение неотвратимости беды. В последний раз я чувствовал подобное, когда погибли мать и бабушка. На заре объединения миров мы только-только думали перебираться из Сварайи на Землю. На родине творилось невообразимое. Колдуны сражались прямо на улицах, бандиты прятались за каждым углом, в любой момент можно было схлопотать удар боевой магии. Даже просто прогуливаясь или отправляясь на работу. В городах и поселках царили голод и разруха.
Объединение миров каким-то образом повлияло на наши силы. Земляне не знали, да и не в курсе по сей день, что раньше наше колдовство было гораздо слабее. Оборотни обращались в течение нескольких минут, а не мгновенно, как происходило сейчас. Энергия магов в разы уступала нынешней. Получив в руки незнакомую прежде силу, многие распоясались. Решили захватить власть. Президент и его советники задействовали все отряды боевых магов: полицию, спецназ, даже регулярную армию. Но помогало слабо.
Вскоре прежний спокойный колдовской мир стал похож на зону, населенную опасными преступниками, куда лучше не попадать без оружия и хорошей защиты. Тогда и началась вторая волна миграции на Землю.
Первой волной мигрировали слабые маги. Почти никто в своем мире, на родине смертных, рожденных без толики магии, они чувствовали себя превосходно.
Но затем на Землю хлынули их сильные собратья. А куда деваться, если на Сварайе стало опасным даже просто отсиживаться дома? Того и гляди тебя снесут вместе с постройкой. Или крыша обрушится на голову.
Мы почти добрались до спасительного портала. Последнего, что смогло предоставить правительство для мирных граждан, и тут случился магический взрыв.
Я помню все, словно это случилось вчера.
Помню глаза близких. Синие глаза матери – даже в последнюю минуту она желала мне счастья и здоровья на новой родине. Испуганные, расширившиеся глаза бабушки. Помню ее крик, отчаянные махи руками в воздухе… И тишину…
С тех пор я понял самое главное. Страшно не ругаться с ближними, не слушать их несправедливые обвинения, горькие слова, что болью отдаются в сердце… Самое ужасное – это когда ты больше не можешь услышать даже их голоса. В такие минуты ты готов к ссорам, к брошенным в лицо оскорблениям, к словам, за которые потом становится стыдно. Ты готов слушать крики и обвинения часами, лишь бы не внимать этой тишине… Беззвучию, что говорит лишь об одном. Их больше нет…
И вот сейчас я ощущал примерно то же самое. Опять, спустя многие столетья. Рвалась энергетическая связь между мной и родным существом, трещала аурная пуповина. Я хорошо запомнил эти ощущения. И вот теперь они появились вновь.
И это могло означать лишь одно… С Тайной беда… Такая, что даже я уже не в силах помочь.
Решение мчаться в агентство я принял мгновенно. Вызывал машину, едва попадая по экрану сотового дрожащими пальцами. Мог, конечно, и позвонить. Но по телефону мало что узнаешь. Тем более, в нынешние смутные времена сильные химеры почти не сидели в офисе. Большинство мотались по городам и окрестностям. Даже неизменная секретарша агентства Моргана большую часть времени работала вне офиса. Значит, надо бежать самому.
Наверняка, сидит там какая-нибудь «попка». Девочка-химера со слабыми способностями, что едва начала осваиваться с работой. Начнет мямлить в трубку, рыться в бумагах, путаться в показаниях. Не-ет! Я должен выяснить все сам!
Слава богу, операция подходила к концу. Ульдрих – сфинкс, агент Бриолиса, который руководил нашим отрядом, понял все без слов. Потасовка магов закончилась, зачинщиков обезвредили. Сейчас собирали свидетелей, чтобы везти в офис.
Серебристое авто, только для личных целей, прибыло в течение десяти минут. За это время я успел нервно оббегать опушку леса и ее окрестности. Надышаться насыщенным кислородом воздухом так, что голова закружилась. И передумать невесть что.
Что с ней могло случиться? Допустим, ранили. Осколки заклятий, свирепые и вечно голодные, как гиены, атаковали так быстро и беспощадно, что иногда задевали химер. Что ж… у меня есть знакомства в медблоке спецслужб. Да и у Тайны, в принципе, тоже. Ее маму лечили именно там. Че-ерт! Что я скажу Мили? Раньше, много столетий назад, когда Земля еще не соединилась с магическим миром, маму Тайны звали Ольга. Потом случилась невероятная цепочка событий. Ольга умерла от рака, а Тайна вернулась за ней, в прошлое, спустя столетия и утащила в колдовское будущее.
Здесь Ольгу фактически воскресили, дали новое имя и документы. Не без помощи Нины, начальницы Тайны и поверенной во всех делах. Теперь Ольгу звали Милисента. Маги энергии жизни из секретного медблока спецслужб исцелили ее не без моей помощи, превратив в среднюю ворожею. Теперь она экстерном обучалась магии – тому, что настоящие, урожденные ворожеи практикуют с малолетства. Ежедневно брала уроки у Юлианны, знакомой Тайны. Я хотел устроить Мили в специальный центр по обучению магов, у которых внезапно открылся дар. Это явление еще будоражило научные умы. Некоторые смертные внезапно открывали в себе талант к магии. Видимо, пробуждались спящие древние гены. Их собирали по всей земле и привозили в центр, где обучали, тренировали, объясняли, как использовать дар.
Но Тайна настояла, чтобы Мили учила Юлианна. Сама ворожея не возражала, напротив, энергично взялась за дело. Насколько я понял, их с Тайной связывала если не крепкая дружба, то хорошие приятельские отношения.
Невеста много раз выручала ворожею со срочными зачистками. А один раз вообще спасла жизнь Юлианне и ее клиенткам. Тогда все только начиналось. Восстание сильных магов, война и беспорядки…
Я решил пока ничего не сообщать Мили. Ее психика еще только подстраивалась под новую ауру и могла дать сбой. Истерика, депрессия, нервный припадок, а в худшем случае и исчезновение способностей – вот к чему приводили такие сбои. Зачем? Возможно, все еще удастся исправить. Предотвратить.
Я постарался продышаться, но воздух царапал горло наждачной бумагой, на грудь будто бетонная плита навалилась.
Я сел в машину и машинально пристегнулся. Инстинкты – это очень хорошо, правильные привычки – тоже неплохо. Они выручают, когда голова занята другим, а эмоции зашкаливают, лишая здравомыслия.
Внизу замелькали знакомые пейзажи. Окраины Мейлимира – замки под старину, коттеджи-новоделы, готические башни, центр города с постройками-фантазиями. Они то извивались волнами, то выгибались тонкими арками, а то и вовсе растягивались по улице диковиной пестрой паутиной. Магия помогала творить с металлом и камнем то, чего не позволяли технологии, а технологии – то, чего не могла магия. Вместе они создавали настоящие архитектурные абстракции, похожие на картины сюрреалиста.
Знакомый офис агентства «Химеры».
В спецслужбах его называли не иначе как «химеры по вызову», но Нина не обижалась. Тем более, что произносили эту фразу всегда с придыханием и обязательно уважительным тоном.
Измененные магией деревья щекотали кронами крышу небоскреба, похожего на древний земной замок.
Машина еще не остановилась. Я сам распахнул двери, игнорируя предупреждение автопилота: «Осторожно. Автомобиль еще не зашел на посадку».
Плевать мне на твою посадку. Иди к черту!
Я мягко приземлился на темно-бордовую мостовую. Выпрямился и рванул к стеклянным дверям офиса – эдакой обманке для посетителей. Казалось – вы можете наблюдать все. Но вы не видели ничего, что творилось внутри. Это химеры следили за улицей сквозь двери.
На кожаных синих диванах под цвет обоям теснились посетители. Пестрая толпа в одеждах самого разного дизайна и стоимости. В офисе стоял негромкий гул. Клиенты старались не говорить в полный голос, но и совсем молчать не могли – шушукались, переговаривались на пониженных тонах. Ну да! Химеры на срочных вызовах, в местах колдовских потасовок. На обычных клиентов времени совсем мало.
Черная глянцевая стойка ресепшена, с вазочками, полными печенья, орешков и сухофруктов. Естественно! Я оказался прав!
Навстречу подалась Дарья. Ее недавно приняли в агентство, исключительно в помощь Моргане. У Нины было непреложное правило – никогда не брать на работу слабых химер. Она чувствовала свою ответственность за каждую девушку, старалась давать им задачи по силе. И если видела, что химера слабенькая, энергетики шиш да маленько, не поддавалась ни на какие уговоры.
За это и многое другое Нину уважали все. Даже спецслужбы.
Дарья уродилась с мизерным запасом энергии. В отличие от сильных химер ее аурного зрения едва ли хватало, чтобы различать осколки заклятий. Скорее всего, они выглядели для нее, как тени прохожих, что мелькают под окном в летний зной. Миловидная блондинка с ультракороткой стрижкой, «под Нину», подняла на меня серые глаза и спросила:
– Чем могу быть полезна, Таврис Лейн?
Я заходил к Тайне и Нине не раз, и здесь меня знали в лицо.
– Где сейчас Тайна? – без прелюдий выпалил я. Сердце бешено колотилось, руки заледенели. Я телом и душой ощущал, что новости собьют с ног. Зубы неприятно скрипнули. Дарья полезла в виртуальный журнал. Прозрачные листы замелькали по воздуху, выдавая секретную и не очень информацию.
Наконец, они остановились. Дарья подняла глаза, и по ее взгляду стало ясно – Тайна и Нина в горячей точке.
– Тайна с Ниной поехали на Зельденскую окраину, – сквозь барабанный бой сердца в ушах прорезался голос секретарши. Я схватился за стойку так, что пальцы побелели. В голове словно что-то взорвали – боль пронзила от затылка до копчика.
– Они с Ниной? – выдавил я через силу.
Дарья кивнула – бледная и все понимающая.
– Больше никого не оставалось. Когда поступил вызов, только они еще не выехали на задания… А там… там же последняя битва…
Я рванул к дверям, больше ничего не слушая. Запрыгнул в машину и задал курс. Сердце выпрыгивало из груди, шею будто стягивали удавкой, руки и ноги покрылись нервной испариной.
Стоп! Чертов лельдис! А ну-ка прекрати психовать!
Я попытался успокоиться, взять себя в руки. Но в голове бились отчаянные мысли.
Господи! Она у меня одна! Единственная, пара. Женщина, способная сделать такого, как я, высшего оборотня, или несчастным на всю жизнь или самым счастливым на свете. Если я ее потеряю – зачем вообще жить?
Машина сделала несколько крутых пике, и под нами распростерлось мрачное угольное поле. Мертвая земля, черная трава, обугленные останки деревьев и пепел, насыщенный магией. Слабым аурным зрением существа, в чьих венах течет капля крови химеры, я видел, сколько сильных заклятий в ярости мечется вокруг. Агенты спецслужб обезвреживали магов, брали пленных, сажали в специальные машины. Медики уносили раненых обеих сторон и трупы. Все, кто еще мог, жгли осатанелые осколки боевой магии пучками энергий. Били наугад, по ощущениям, почти вслепую, и потому зачастую лишь задевали их. Вот почему химер так ценили, вот почему они всем так нужны. Но где же они?
Тайны с Ниной нигде не обнаружилось. В висках запульсировала кровь, тело стало вялым, неподатливым. Я едва заставил себя выпрыгнуть из машины и еще раз осмотрел поле. Нет! Ни той, ни другой. Где они, черт возьми?
Определить, кто командир отряда спецназа труда не составило. Самый мощный дракон с аурой до небес, крупный, как медведь, и ловкий, как змея.
Он обернулся и двинулся навстречу. Так… Спокойно… Судя по выражению его лица, положение небезнадежно. Нет, ничего хорошего его хмурый взгляд не предвещал. Но я прекрасно знал, как выглядят те, кто собирается сообщить роковую новость. Видел, не раз.
Ага. Значит новость не совсем убийственная, но наверняка ужасная.
Уже не так плохо. Если есть шанс, я ее из-под земли достану! Даже если придется отправиться в ад.
Дракон немного нервно откинул назад прядь белокурых волос и остановился в паре шагов от меня.
– Ты ведь Таврис Лейн, жених химеры Тайны? – уточнил он ровным голосом. Я кивнул – ни на что другое просто не оставалось сил.
– Я Варн, командир отряда. Я видел, что случилось. Может, присядем?
Боже! Как я ненавидел это «Может, присядем?», «Хочешь воды?», «Ты только не волнуйся…» С этого все и начиналось. Всегда, неизменно! Неприятности, дурные вести, нехорошие прогнозы. Я сглотнул, сжал кулаки, стиснул челюсти так, что самого аж передернуло, и выдавил:
– Говорите уже…
Варн пожал плечами, словно говорил «Ну как хочешь, я предупреждал…» и рубанул:
– Их засосал бродячий портал.
Я замер – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Воздух словно окаменел в легких, давил непомерной тяжестью. Я втянул его с каким-то неприятным, свистящим звуком. Варн понимающе покачал головой, осторожно коснулся плеча и объяснил:
– Магия схватки повредила ткань междумирья. И вот результат. Девушки даже ничего предпринять не успели. Может, и не поняли – что произошло. Они наверняка живы. Но, скорее всего, на Сварайе.
Показалось, голова взорвется. Кровь прилила к лицу и жгла будто кипятком. Сварайя! Мир, где сейчас одни воры, бандиты, убийцы… Разве это место для моей Тайны? Я снова скрипнул зубами – неприятно, до передергивания. Попытался что-то ответить, поблагодарить за информацию. Но Варн все понял без слов. Резко развернулся и направился к отряду.
Я постарался собрать себя в кучу. Так… Она жива. Жива, черт возьми! И я обязан сделать все, чтобы она не погибла! Тайна, я помогу, главное держись!
Первая паника схлынула быстро. Воспоминания резанули по живому. Мать, бабушка… их гибель. Я отодвинул все на задворки сознания. Постарался успокоиться и разработать план действий.
Ага. Надо обратиться к Бриолису. Его агенты способны создать портал и снабдить меня заготовкой другого. Задача – попасть в Сварайю, найти Тайну и Нину, выручить, если потребуется, и вернуть на Землю.
У меня получится.
Воздух неторопливо вытек из груди. На ватных ногах направился к машине и велел автопилоту лететь в офис спецслужб. Каждая минута на счету. Сварайя – самое опасное место, которое только можно придумать. Женщинам там не место. А моей женщине – и подавно. Но я ее выручу.
Ужом извернусь, но верну.
Тайна
Мы кувыркнулись столько раз, что даже мой натренированный вестибулярный аппарат начал жаловаться. Желудок неприятно скрутило, тошнота подкатила к горлу. Я едва сориентировалась, когда портал вздумал избавиться от невольных пассажиров. Нас выбросило на такой скорости, что затормозить или приземлиться на ноги не представлялось возможным. Обращаться в неведомом месте, чтобы приземлиться самым лучшим образом – на все четыре лапы – выглядело слишком опрометчивым. Я свернулась в позе зародыша, задержала дыхание. По спине резануло осокой, одежда увлажнилась. Я едва успела плотно сомкнуть губы, как скатилась под воду. Уши и нос мгновенно наполнились прохладной влагой. Я зажмурилась и начала тонуть. Медленно, но верно двигаться ко дну. Я чувствовала только, как заканчивается кислород, как грудь разрывает, а в ушах нарастает гул. Холод охватил тело, зато сердце забарабанило с удвоенной силой.
Ничего-о! Я выдержу! Ради мамы и ради Риса!
Нину я не видела и хранила отчаянную надежду, что она осталась на берегу. Наконец движение застопорилось. Я остановилась, спиной и затылком ощущая острые камни дна. Осторожно приоткрыла глаза. Вокруг ожидаемо распростерлась вода. Прохладная, зелено-голубая… Бррр… Скорее всего я очутилась на дне озера.
Воздуха не хватало отчаянно – пульс нарастал, голова стала гулкой, пустой. Но мыслила я на удивление четко и ясно. Внутри разлилось спокойствие, вытеснив панику и ужас. Словно организм решил, что надо собраться, действовать, а переживать успеется. Включились инстинкты, а эмоции ушли на второй план.
Такс… Надо всплывать. Я развернулась, обнаружив тот самый крутой склон, по которому скатилась. Он выглядел рыхлым, вязким и скользким. На такой берег будет непросто выбраться. Навстречу незадачливому утопленнику торчали острые изломы корней. Но вначале надо всплыть, глотнуть кислорода, набраться сил. Насколько это возможно. Я дернулась вверх, еще и еще. Вода давила на плечи и грудь, не желая выпускать из объятий. Ну уж дудки! Если меня не убили самые мощные заклятия, то озеро не утопит точно! Я дернулась снова. С силой толкнулась руками и ногами. Еще, еще и еще… Вода нехотя поддалась, и тело пошло наверх.
Голова разрывалась от боли, в ушах шумело, грудь распирало до сильной рези. Но я продолжала двигаться. Гребок за гребком, раз за разом. Наконец, перед глазами замаячил слепящий хоровод солнечных зайчиков. Откуда ни возьмись, появились новые силы. Я рванула так, словно еще недавно каждое движение не отдавалось в теле страшной ломотой, резью и жжением.
Га-а! Воздух с болью ворвался в грудь. Я начала отчаянно дышать, дышать, дышать. Не думая ни о чем, просто грести руками и глотать спасительный кислород… Несколько минут я приходила в себя. Когда черные точки перед глазами пропали, а круглые листья водорослей обрели четкие контуры, я обнаружила, что на самом деле плыву посреди озера. Вернее, неподалеку от берега.
Я выровняла дыхание, выждала, пока сердце вернется к нормальному ритму и огляделась снова. Ага. Ближайший берег – не вариант. Слишком крутой и чересчур глинистый. Можно часами карабкаться и скатываться назад. Чуть поодаль манил незадачливого утопленника безлюдный песчаный пляж. За ним распростерся лес, словно охраняя берег от чужих глаз.
Я поплыла туда, старательно огибая канаты стеблей. Водоросли выстреливали наружу многоугольниками листьев с острыми шипами. На длинных стеблях покачивались цветы, похожие на колокольчики. Странно все тут…
Дышать стало намного легче, но только теперь я смекнула – пересыщенный магией воздух давил на грудь.
Мощные потоки энергий струились повсюду. От земли поднимался поток аурной лавы, похожий на солнечные протуберанцы. От каждого растения взмывал такой столб энергии, какого не излучали в нашем мире даже животные. Ага… Я на Сварайте, родине Тавриса.
Что ж… посмотрим, что с ней сталось…
Ничего хорошего открытие не сулило. Но и расстраиваться я не собиралась. По крайней мере, здесь умеют создавать порталы. А, значит, мы с Ниной сможем вернуться домой. Вот только где она? Словно ответом на мой немой вопрос с берега послышался крик. Я подняла глаза и увидела стройную фигурку. Нина резво спускалась в мою сторону, таща за собой громадное поваленное дерево.
Мало кто поверил бы, что эта хрупкая женщина, похожая на эльфийку, способна тягать такие грузы. Но я хорошо изучила начальницу. За внешней грацией, хрупкостью крылась невероятная сила и стойкость, какой позавидовал бы любой бывалый вояка.
– Стой, где плывешь! – уморительно скомандовала Нина.
Я притормозила.
Начальница крутанулась на месте, придавая ускорение бревну, и оно полетело в воду. Смачный плюх, фонтаны брызг – и неподалеку от меня появился спасительный гладкий ствол. Нина предусмотрела все – ни сучков, ни заноз на дереве не оказалось, лишь прочный канат толстой ветки, что остался в руках начальницы. Матовая, похожая на тонкий металл кора почти не скользила. Я ухватилась за дерево, подтянулась и начальница потащила его наружу. Я развернулась и, не выпуская бревна, побежала. Берег был таким скользким, что без поддержки, я немедленно скатилась бы назад, на глубину. Спустя пару минут под ногами появилась твердая почва. Я встала и понеслась, потому что бревно стремительно тащило вперед, а я инстинктивно вцепилась в него, не в силах выпустить из окоченевших рук. Вот так, почти без усилий, вскарабкалась я на илистый пляж. Выпустила дерево и разлеглась на песке.
Солнце приятно грело. Неподалеку о чем-то перекрикивались птицы, стучали пернатые, вроде дятлов. После холодной воды раскаленный песок казался верхом совершенства. Нина не мешала, не трогала и не теребила. Присела рядом и только сказала:
– Хорошо, что не на дно морское выкинуло. И на том спасибо.
Я лежала, смотрела в сизо-голубое неприветливое небо и думала о том же. Слава богу, не расплющило тоннами воды, не выбросило вглубь скалы или в недра планеты. Бродячему порталу все равно, куда доставить случайных пассажиров. Его магия разрушительна, а последствия непредсказуемы. Нам еще повезло. Фуф… мы живы… прибыли относительно нормально. Остается лишь найти дружественных магов и вернуться на Землю. И вот это, чувствую, станет самой тяжелой задачей.
Я немного изучала то, что происходило в последние годы на Сварайе. Насколько я поняла, сильные колдуны поделили планету на сферы влияния. Слабых вытеснили в холодные и неплодородные края с ужасным климатом и опасными хищниками. Заправляли на Сварайе в основном, высшие оборотни. Почему так вышло, что двусущие взяли верх над обычными магами, даже очень сильными, я не поняла. Но сам факт давал небольшую надежду. Мы с Ниной тоже относились к высшим. Химерам, которых тут раз два и обчелся. Обращаться уже научились, значит, доказать расовую принадлежность сможем за считанные минуты. Даже тем, кто не способен видеть ауру. Тренировки обретения второй ипостаси не прошли даром. Мы больше не падали без сил во время обратного перехода, не впадали в кому. Легкая слабость, небольшое головокружение – вот и все, что оставалось после обращения.
Судя по лицу Нины, ее мысли потекли в то же русло.
Состояние воды, земли и леса даже не говорило – вопило о том, что осколки сильной магии здесь нормально не чистили. Сжигали мощным аурным пламенем. В результате повсюду витали магические отходы, мешали нормально дышать, портили воздух. Еще одно очко в нашу пользу. Мы с Ниной смогли бы помочь. Не полностью, конечно. Но хотя бы частично и на какой-то отдельной местности. Итак, если нам окажут помощь, нам есть, что предложить в замен. У нас есть козыри, и мы вполне себе сойдем за магическую элиту Сварайи. Осталось продышаться, собраться с духом и отправиться куда глаза глядят. Найти какое-нибудь племя двусущих и заключить сделку. Вроде бы выглядело несложно и вполне осуществимо. Если не считать того, что вокруг, куда ни кинь взгляд, раскинулась девственная природа, воздух кишел магией и в голове неприятно гудело. Ладно, привыкнем. Местные живут тут годами, адаптировались. Сможем и мы. И не такое осиливали.
Нина уверенно кивнула, будто подтверждая мои мысли.
Я приподнялась на локтях, и начальница озвучила вопрос прежде, чем он сорвался с губ:
– Ты мокрая. Надо как-то просушить одежду. Давай что ли костер разведем?
Я кивнула. Бродить невесть сколько в промокшей насквозь одежде – приятного мало. Пока погода радовала летней жарой, которую я любила больше всего. Но кто его знает… Сильные магические всплески способны вызывать и снег летом и зной в середине зимы. Пока еще тепло, надо просохнуть.
Недолго думая, Нина подтащила дерево поближе, сбросила одежду и обратилась. Несколько струй аурного пламени, в сотни раз горячее и мощнее обычного – и влажная древесина вспыхнула факелом. По стволу поползли лепестки огня, охватили его целиком. Послышалось шипение, струйки пара закурчавились в воздухе, приятно потянуло запахом костра. Пока я пораженно хлопала глазами, Нина сходила на опушку, принесла немного сухого хвороста, и наш импровизированный костер разгорелся на славу.
Начальница обратилась в женщину, чуть пошатнулась и присела на песок не одеваясь. Я скинула влажные тряпки, вырвала с корнем несколько мощных стволов прибрежных растений, воткнула в песок и развесила на них одежду. Присела неподалеку от Нины, обняла себя за колени и спросила:
– Будем искать высших оборотней?
Начальница охотно кивнула.
– Попросим о помощи взамен на хорошую зачистку поселения?
Еще один короткий кивок.
Фуф… Наши мысли сошлись. Осталось высушиться и начать действовать. В конце концов, мы живы, здоровы и магически сильны. Остальное приложится.
Да и Рис, наверняка, отправится на поиски. Главное, чтобы выследил. С его-то аурным нюхом лельдиса, он найдет нас, убеждена на все сто! А уж втроем мы их всех тут построим!
Внутри поднялась волна воодушевления. Уверена, отчасти причиной тому Нина. Умела она настроить на боевой лад. Даже проезжай мимо окна всадники Апокалипсиса, приветливо махая костлявыми руками, начальница исхитрилась бы найти нужные слова и аргументы для поднятия боевого духа.
Нина на то и Нина. С ней я ничего не боюсь. А с Рисом тем более…
Глава 2
Мы провели у костра около часа. Одежда высохла раньше, но нам просто не хватало душевных сил отправиться в путь. Да и направление выбрать не получалось. В лес идти не хотелось. Густая чаща ощетинилась острыми сучьями, преградила дорогу буреломом, разверзла пасти оврагов. И кто знает, что водилось в здешних лесах? Судя по магии в воздухе, выжили в Сварайе далеко не безобидные животные. Не говоря уже о местных оборотнях. Одно дело – встретиться на равнине, лицом к лицу, мордой к морде. И совершенно другое – столкнуться с двусущими на охоте. Здесь все возможно, даже убийство. Сразу нас могут не признать. На обращение требуется время. А инстинкты охотника, что учуял жертву, никто не отменял. Тем более, насколько я помнила, часть местных оборотней не гнушались каннибализмом и людоедством. В голодные времена спокойно пожирали смертных и других двусущих, что угодили к ним в лапы. Жестокий мир, жестокие правила. Никуда не денешься.
Судя по лицу Нины, она опасалась того же. Наши взгляды почти одновременно устремились к озерам. Их оказалось несколько, соединенных узкими перешейками. С одной стороны водоемов почва выглядела вязкой, глинистой и неприятной. С другой – тянулись широкие песчаные отмели.
Чуть дальше зеленели бескрайние поля. Трава стояла выше нашего роста. Убей в такой человека – никто не заметит, не найдет.
За ними раскинулась пара лугов, сплошь засеянных какими-то злаками. Крупные колосья покачивались на ветру, плотные ворсинки шевелились, словно усы.
Самый удачный маршрут пролегал через песчаный пляж. Он тянулся очень далеко и заканчивался порослью густого кустарника. Несколько кем-то проторенных дорожек исполосовали зеленое море растений. Что ж… Будем надеяться этот кто-то не слишком агрессивен. Или хотя бы вначале слушает, а уже затем бросается в атаку.
На долю секунды меня посетило странное ощущение – то ли предчувствие скорой беды, то ли что-то еще… Словно тень истребителя пронеслась над спящим городом.
Нина посмотрела внимательно, будто прочла готовность на моем лице. Я твердо кивнула. Начальница встала, отряхнула одежду, и я последовала ее примеру. Мы двинулись молча, под пересвисты лесных птиц и выкрики каких-то зверей – резкие и неприятные, как скрип пенопласта по стеклу.
Горячий песок нагревал подошвы кроссовок, засыпался внутрь и противно хрустел. Уходил из-под ног, заставляя шагать шире. Дорога выглядела утомительной, но пока не опасной. Солнце палило вовсю, торопя полдень.
Тени уменьшались на глазах – похоже, сутки здесь короче Земных. Мда… Не мудрено, что местные так быстро решились на миграцию. Еще бы преступников оставили на родине… Мечты-мечты…
Когда молчание начало давить, а дорога утомлять, Нина чуть притормозила, поравнялась со мной и спросила:
– Каково это? Ну встречаться с оборотнем? У вас бывал секс в звериной ипостаси?
Я вгляделась в лицо начальницы. Вот уж от кого не ожидала такого вопроса, так это от нее. Нина всегда была безупречно вежлива и корректна. В личные дела подруг не лезла, если не звали, и никогда не спрашивала об интимном. Начальница слегка смутилась, опустила свои серо-голубые эльфийские глаза и объяснила:
– Невист… Ухаживает. Просит дать ему шанс… Думаю.
Хм… Не то, чтобы я удивилась. Я знала о чувствах серого вербера. Да он и не скрывал их. Помнится, после розысков Риса на Северном полюсе, когда мы едва не умерли, Невист пытался отдать Нине львиную долю собственной ауры. Такого не делают ради простой знакомой. И даже ради близкой подруги не всякий решится почти «опустошить себя» – неделями восстанавливаться, болеть, страдать без магии, обращаться через раз. Все видели, как дорога Невисту Нина. Почему начальница так долго не решала вопрос в пользу серого вербера, я понимала тоже. Нина многие годы сторонилась мужчин. Когда-то пережила несколько неудачных романов. Вроде бы даже имела детей, но в мужчинах разочаровалась полностью. Сколько бы ни пытались ухаживать за Ниной, звать на свидания, она оставалась непреклонной. Но в случае с Невистом дала слабину. Серый вербер не клялся в любви, не обещал безудержной страсти. Он просто заботился, помогал, как мог, и выручал при любых обстоятельствах.
Вначале аурой, затем магией, а после и по хозяйству. Несколько раз Невист прибегал в места колдовских схваток, когда дела химер шли совсем плохо. Выставлял охрану из серых верберов своего племени, поддерживал сам. В коттедже Нины, на берегу большого озера, не осталось дел, требующих мужской руки. Невист починил все, что плохо работало, отстроил две веранды, доделал баню, вскопал землю под фруктовые деревья.
Серые верберы посадили финиковые пальмы, черешню, персики, инжир. Женщины развели клумбы с роскошными цветами со всех концов мира. Начиная от алых маков и заканчивая орхидеями. И все это Невист делал просто так, не спрашивая и ничего не прося взамен. Спустя несколько месяцев сердце Нины оттаяло, и у них состоялось первое настоящее свидание. В ресторане, под романтичную музыку. Нина вскользь обронила, что Невист прекрасно танцует для… медведя, и больше ничего не рассказывала. Но по блеску в ее глазах я поняла – рандеву превзошло все ожидания.
И вот теперь, кажется, Невист поставил вопрос ребром. Нина явно взяла паузу, а сейчас, из-за нашего приключения пауза затягивалась. Начальница покосилась, вопросительно кивнула, и я поняла, что придется держать ответ. Уж слишком я не любила вмешиваться в любовные дела знакомых. Если пара сойдется и, не дай бог, не уживется вместе – навсегда останешься крайней. Я это уже проходила и предпочитала держать нейтралитет. Но сейчас выхода не оставалось.
– По-моему, он хороший, – осторожно начала я. – Умный, обстоятельный, заботливый и сильный. Такой мужчина может сделать счастливой.
Я замолчала, старательно избегая конкретного вывода. Нина прищурилась, усмехнулась и мотнула головой. Раньше она отбрасывала уголки каре со щек. Теперь короткая стрижка начальницы даже не шелохнулась. Похоже, ей просто нравилось движение.
– Не хочешь давать четкий совет? – густая золотистая бровь Нины чуть выгнулась.
Я развела руками.
– Сколько себя помню, такие советы всегда выходили мне боком.
– Так что на счет секса в животном обличье? – шире улыбнулась начальница, и на лице ее промелькнуло незнакомое выражение. Хитроватое, смущенное и одновременно пытливое. Наверное, спроси о таком кто-то из смертных, я бы не удивилась. Но Нине стукнуло не меньше тысячи лет, и перепробовала она за свою жизнь наверняка немало. Не думаю, что секс в зверином обличье – предел изученной ей Камасутры.
Я задумалась над ответом и чуть не подвернула ногу, кроссовки безнадежно «нахлебались» песка. Начальница покровительственно похлопала по плечу и заглянула в лицо:
– Не пробовали? Потому что ты не хотела?
Я коротко кивнула. Рис предлагал. Вообще по части постельных игр он тот еще экспериментатор. Мы перепробовали многие позы, но если мне не нравилось, лельдис моментально останавливался. Такого чуткого и внимательного любовника я еще не встречала. Он ни разу не настоял на своем, всегда прислушивался и в первую очередь старался доставить мне удовольствие. При всей любвеобильности высших оборотней, Рис никогда не настаивал на продолжении, если я утомлялась. И за это в том числе я его так любила и так дорожила. Нина, похоже, прочла на моем лице все ответы.
– А я бы испытала, – задумчиво произнесла начальница, глядя в серо-синее небо. Там плыли густые зернистые облака, похожие на слипшиеся куски манки. Сквозь них пробивались плотные пучки света. Словно хирургические лампы светили с белесого потолка операционной.
– Интересно. Даже захватывающе. И главное… Любопытно. Ощущение такие же, как в человеческом теле или совсем другие? – Нина словно рассуждала сама с собой, и я не стала вмешиваться.
Начальница помотала головой, будто сбрасывала наваждение, мягко коснулась плеча и прибавила шагу.
Пляж оборвался, и мы смело двинулись по самой широкой тропке в зарослях кустарника. Нина шагала рядом, молчала и все сильнее напрягалась. Я кожей чувствовала – что-то грядет. Впереди сюрприз, и он не из самых приятных. Тревожные мысли заставляли постоянно оглядываться. Мы инстинктивно прибавили шагу и неожиданно для самих себя вырулили на очередной песчаный пляж. Он огибал овальную чашу зелено-синего озера. Над водой кружили громадные стрекозы. Таращились фасетчатыми глазами и оставляли за собой яркий аурный след. Водомерки размером с тарантула раскорячились на поверхности и рывками перемещались на несколько метров. Пики водорослей тянулись к солнцу острыми как иглы концами. Пахло неприятно. Тиной и застоялой водой. Что-то квакало в плотных зарослях камыша, больше похожих на лес зеленых деревьев с симметричными коричневыми кронами.
Мы огляделись. Кроме неприятного запаха вроде ничего странного вокруг не обнаружилось. Сердце тревожно сжалось. Я посмотрела на Нину. Мы взялись за руки и шагнули на горячий песок. Шаг, другой, удар сердца и следующий… Тихий шелест, словно издалека, хруст под ногами… Фонтаны песка взвились словно гейзеры. Ахнуть не успели, как оказались в оцеплении. Десятка два сфинксов ярко-оранжевого окраса оскалили получеловеческие морды. Странные такие, клыкастые. Утробный рык высших двусущих разнесся по берегам озера и все вокруг стихло. Даже стрекозы перестали шуршать крыльями, даже рыбы – плескаться в воде.
Сфинксы издали второй, почти хоровой рев. Мы с Ниной переглянулись, сбросили одежду и обернулись. Почти одновременно крутанулись, выпуская в воздух предупредительное пламя. Сфинксы опешили. Кажется, таких как мы, они еще не встречали. С минуту длилось немое противостояние. Мы продолжали выдыхать из ноздрей аурный огонь. Сфинксы замерли. Несколько поджаренных в полете жуков осыпались на песок, источая вонь жженых панцирей.
Сфинксы отступили. Вначале недалеко, но затем попятились вновь. Теперь нас и оцепление разделяли несколько метров. Из стройного ряда двусущих выступил один – самый крупный, мощный, с грацией льва. Поднялся на задние лапы и обратился.
