Впервые я порадовалась, что работаю с Латом. Вот уж кто и в обиду не даст, и любое чудище приструнит «на подлете». Как ни крути – лучший среди равных. Круче него только преподаватель по боевой магии – Тунгус Бардо. Он всегда напоминал мне то ли монгола, то ли таджика: что внешне, а что по имени. Двигался так, что другие только рот разевали. За секунду мог обезвредить противника, связать его и выпить за здоровье пленника воды из пластиковой бутыли, которую регулярно дырявил пальцем. И сам же заделывал при помощи боевой магии – направленным потоком горячей энергии.
Пока я раздумывала, коридоры Академии наполнялись студентами, преподавателями и сотрудниками. Представителями рас, что обладали нужной для нашей работы магией. Они сновали туда-сюда пестрой толпой диковинных гуманоидов.
Феты, дарголы и земляне – само собой.
Зерталы и ниссы, под два с половиной метра ростом и выше. Причем, поголовно, включая женщин. В основном боевые маги. Природа мудра и действует разумно. Ну кто же купит здание у синего риэлтора с лицом орка, прической Ленина и неподвижными желтыми глазами, которые гипнотизируют и сбивают с толку. Или у риэлтора, на чьем теле шерсти нет только на лице, с алыми глазами и руками, что висят почти до колен? Тут волей-неволей почуешь подвох.
Естественно, настоящие риэлторы-продажники, вроде Наины Сафроновой, куда страшнее и опасней зерталов с ниссами. Но клиенты, как всегда, падки на внешность.
Одевались зерталы в свободные брюки и рубахи, с широкими поясами, чем напоминали мне древнерусских витязей, которых побрили и окунули в чан с синей краской. Ниссы предпочитали мешковатые толстовки с капюшонами и брюки на пару размеров больше. Наверное, на случай отросшего подшерстка.
Дарголы и феты рядом с ними выглядели просто модниками в нормальных рубашках, футболках, брюках или джинсах, вроде земных.
Четырехрукие курты походили на странных карликов. Миниатюрные, с удлиненными телами и вытянутыми лицами, они словно сошли с картины сюрреалиста. Одевались в футболки и брюки цвета хаки, с обязательным миллионом карманов. Наверное, чтобы оставить себе выбор – куда одновременно спрятать руки. Если курт не носил пеструю беретку, значит он просто забыл ее где-то на лекции.
Снаммов мы называли «жердями». Высокие, тонкие, почти тщедушные они выглядели слишком хрупкими для колдунов. Но обладали немалой силой, а некоторые даже способностями к боевой магии. Длинные волосы снаммы всегда заплетали в множество колосков. А их глаза при ярком освещении переливались перламутром.
Снаммы носили исключительно балахоны из какой-то своей особенной ткани – очень тонкой, но плотной и виднелись издалека. Не только благодаря великанскому росту, но и ярким одеждам. Алые, голубые, оранжевые, канареечно-желтые… Если наряд снамма не бил по глазам, значит ты просто смотрел в другую сторону.
Гроллы наряжались под стать Клементине. Обязательные прически с лентами, заколками, блестящими украшениями позволяли им почти равняться ростом с варварами Оморры, а приметностью – со снаммами. Строгие костюмы, в основном темных оттенков, и высокие сапоги не сочетались ни между собой, ни с парикмахерским безумием, но гроллам было плевать. Их магия позволяла объяснять насмешникам, что хорошо смеется тот, кто смеется с зубами.
Возвращаясь из медблока, после сеанса исцеления энергией жизни, эти студенты напрочь забывали о том, как же нелепо смотрятся гроллы и признавали тех иконами стиля.
Шустрые уборщицы, в основном курты, метались мимо студентов, убирая следы нашего присутствия при помощи техномагических пылесосов. Чудо машины выбрасывали мусор в специальные пространственные мешки, расположенные в других измерениях.
Одновременно четырехрукие властительницы ведра и тряпки умудрялись оттирать со стен наскальную живопись на разных языках междумирья. Некоторые перлы оставляли по личному распоряжению Клементины «В качестве наглядного пособия и вдохновляющих афоризмов».
Так, с момента моего появления в вузе, на одной из стен в коридоре красовалось: «Если клиент пытается сбежать от покупки, он еще просто не понял, что некоторые здания могут и двигаться». «Риэлторы – самые гуманные существа на свете, когда покупатели не стремятся улизнуть от покупки и самые страшные звери в междумирье, когда это происходит». «Нет плохих зданий, есть риэлторы без фантазии». «Если обои стекают по стенам, а с потолка сыплется штукатурка, двери висят на единственных петлях, балкон вообще – на одном лишь гвоздике… следует помнить, что постмодернизм – это популярное направление архитектуры и пояснить это покупателям. Всем, кто не понял – пояснить дважды, вместе с добродушным маньяком-призраком, который поможет мотивировать клиентов».
Пахло моющими средствами и дезинфекторами. Духи, туалетную воду и прочие «средства, создающие искусственные запахи» в Академии использовать запрещалось. Во избежание тяжелой моральной и физической травмы существ из других реальностей.
Мало ли! Вдруг у кого-то запах розы ассоциируется с запахом крови и смертельным ранением. Кто знает, чем пахнет кровь у других рас?
Говорят, правило ввели после инцидента с снаммкой, что принялась биться в истерике, почуяв дезодорант одной из землянок – с запахом лилий. Оказывается, так пахнет у снаммов разлагающийся труп. Девушку с трудом успокоили, землянку «обезвредили» – заставили принять душ и принести извинения. С последним пунктом, правда вышла заминка. Снаммка еще долго тормозила земных магов в коридорах Академии, уточняла кто такой «кхерт» и почему только он знает о причинах казуса. Наши хихикали, пожимали плечами и божились, что понятия не имеют – о каком чудно́м звере идет речь.
Помнится, на тему запрета одна русская заявила: мол, натуральные запахи ниссов с дарголами куда хуже любой дешевой косметики, а уж про куртов вообще говорить не приходится. Такой моральной и физической травмы земляне давно не испытывали. Со времен посещения общественных туалетов. И не где-нибудь – на автостраде. Несколько фетов поддержали мою землячку – сами они почти не пахли, и гордились этим свойством.
Но Клементина заявила, что «природные ароматы» разных рас создают в Академии неповторимую атмосферу… Что ж… повторить смесь запахов ниссов, дарголов и куртов, похожую на помесь автомобильной отдушки, кислого молока и плесени, действительно, сложно. Не всякий парфюмер решится на такой фееричный эксперимент. А уж если и решится, вряд ли довольные клиенты вернутся с благодарностями…
Не прошли мы с Оксаной и половины дороги, как из-за угла показались Лат и Вердис – зертал, с ярко-оранжевыми глазами, в бежевой рубашке и брюках в тон.
– Ну что, красавицы! Будем защищать вас по мере сил! – весело произнес фет, глядя почему-то исключительно на меня.
– Уж мы ни преступникам, ни пришлым спуску не дадим! – пробасил зертал.
– Мой напарник! – с гордостью похлопала синекожего великана по плечу Оксана.
Вердис заулыбался во все зубы. Уж не знаю – сколько их у зерталов, но выглядело весьма впечатляюще. Лат пристроился с моей стороны и наша маленькая шеренга зашагала почти в ногу. Оксана, кажется, радовалась напарнику, а вот мне ужасно хотелось избавиться от общества фета. Его взгляд из-под длинных черных ресниц смущал, теплая рука временами касалась моей, заставляя стайки мурашек носиться по спине, а пульс – частить не к месту.
Столовая походила на кафе, где никто не расплачивался. Просто брали с прозрачной пластиковой витрины, что захотелось, складывали на подносы и устраивались за столиками. С каждого по способностям, каждому по потребностям – думаю, коммунисты порадовались бы устройству Академии и местным порядкам. После дневной пары многие потянулись сюда, дабы подкрепиться перед новыми испытаниями.
Лекциями по магическому праву и законам разных миров, в которых нам приходилось трудиться – уж лучше бы латынь изучали, ей богу. Мало кто понимал юридические закорючки. Поэтому студенты усиленно прикидывались, будто слушают и отчаянно боролись со сном.
Выглядело презабавно. Приоткрытые рты, почти слипшиеся веки, хоть спички вставляй. Зайди посторонний – решил бы, наверное, что в аудитории одни кататоники. Сидят, не шевелятся, слюни пускают. Громкие звуки, словно что-то упало на парту, никого не смущали. Значит, сосед не выдержал – отключился прямо на паре.
Практике по распознаванию магических зданий – не особенно сложной, но зато энергозатратной. Проходили ее все, а не только индикаторы. Правда, маги других направлений улавливали лишь слабые маркеры и общие черты. Различали: есть ли в здании аномалии, и связаны ли они с колдовскими силами напрямую, или же все дело в брешах между мирами.
Под конец учебного дня нам всегда ставили физкультуру. Наверное, чтобы добить окончательно. Зерталка – Ра-ал Ди Стрест, по прозвищу «Стресс на ножках» вместе с Пейтралом умела доконать своими упражнениями даже бодрых и выспавшихся. Что уж говорить о студентах, которые отмотали почти весь учебный день. Именно после занятий по физкультуре я перестала бояться призраков. Стресс на ножках казалась куда опасней, в особенности, когда начинала требовать с нас «максимативы». Нормативы, говоря по земному. Вот только выжимали из нас по максимуму. Назвать студентов после физкультуры выжатыми лимонами все равно что назвать ледовитый океан горячим ключом.
Округлый зал столовой, белый, как снег, стремительно наполнялся студентами. В стрельчатые окна врывались лучи светила микромирка, рассыпались на солнечные зайчики и носились по светлому паркету.
– А давайте мы займем столик, пока не остались только стоячие места у стены, а вы нам еды принесете? А? – Оксана невинно хлопнула ресницами. Я собиралась возражать и оставить приятельницу охранять место, чтобы самой набрать еды, но мужчины бодро поддержали Оксану:
– Я даже знаю, что ты любишь! – воскликнул Лат и подмигнул так, словно мы с ним завтракали в постели.
– Что тебе принести? – уточнил не столь уверенный в своих познаниях Вердис.
Пока Оксана признавалась в любви и верности русскому борщу с котлетами, я вскинула глаза на невозмутимого фета.
– Ну и что же я люблю больше всего? Давай, удиви! – произнесла с вызовом и прищурилась.
– Кроме как покусывать меня иронией и сарказмом? – заломил бровь Лат.
– Это десерт, а основное блюдо? – не давала я парню спуска.
Оксана и Вердис закончили со списком приятельницы. Мы водрузили бежевые учебные авоськи на столик – последний, что удалось занять – и все ожидали финиша нашей перепалки с фетом.
– Дай подумать… – он вскинул глаза к высокому потолку, словно вспоминал и огорошил: – Солянка и побольше оливок. Красная рыба, желательно, семга. Булочки с кунжутом из муки с отрубями, много-много мятного чая и… возможно, суфле.
Я сглотнула. Та-ак… Он, что следил за мной? Большой фет смотрит на вассс… Брр… Вот уж новость!
– Да парень изучил все твои вкусы! – восторженно воскликнула Оксана. А Вердис хлопнул Лата по плечу с одобрением.
Фет улыбнулся в своей лучезарной манере, что притягивала девушек как огонь бабочек.
– Виновен! Я, действительно, за тобой наблюдал! – произнес настолько невинно, будто признавался, что стащил последнюю конфету, а не устроил за мной настоящую слежку. Я сморгнула, сглотнула и собиралась то ли удивиться, то ли возмутиться, то ли сказать Лету нечто «ласковое», но Оксана опередила:
– Ребята! Раз вы все знаете – вперед! – почти скомандовала она. Парни картинно взяли под козырек и метнулись к витрине, на ходу перехватывая из высоких стопок серые подносы с желтыми разводами. Бешеный креатив какого-то местного художника. Кажется, он хотел, чтобы за трапезой все проходили тесты Люшера. Что не удивительно… Не всякий в нашей Академии останется в здравом уме и твердой памяти… Лишний психологический тест не повредит… Ни нам, ни покупателям, ни даже призракам, которые также имеют дело с местными магами… Ну а что? Было бы неожиданно, если бы уже не мы, а духи стали жертвами риэлторов… То-то все удивились бы…
Мы с Оксаной расселись и повесили сумки на спинки высоких, мягких стульев. Бежевые котомки и рюкзаки раздавались всем учащимся – бесплатно, разумеется. Кроме мексов, студенты в обязательном порядке носили колдовские «балончики». Устройства, которые позволяли затирать следы нашего присутствия в зданиях и мирах. Некоторые шутили: мол, это чтобы «благодарные клиенты» не догнали и не «отблагодарили» от щедрот души своей. Остальное место в рюкзаках и сумках занимали личные вещи, вроде расчесок или косметичек. Однако выглядели котомки так, будто каждый студент в любой момент готов уехать в соседний город или даже рвануть в другой мир и там поселиться. Видимо, для солидности.
– Только не говори, будто не догадывалась, как Лат относится к тебе, – перегнулась через весь стол Оксана.
– Ты о чем это? – удивилась я.
Вот уж новость! Впервые слышу, что фет и прежде знал, как меня зовут, и вообще имел представление о моем существовании.
– Да ла-адно! – отмахнулась непосредственная приятельница. – В Академии только об этом и шепчутся. Как наш неприступный красавчик на тебя запал, а ты его даже не замечаешь. Некоторые даже ставки делают. Выстоишь или парень добьется своего.
– То есть Лат на меня поспорил?!! – вспылила я слишком громко, ища глазами предмет возмущения. Если сумку не докину, то хотя бы взглядом подстрелю! По примеру Наины Сафроновой.
Взял моду спорить на девушек! Хотя… чему я удивляюсь? Это же Лат! Для него ухаживания – просто вид спорта!
С соседних столиков обернулись снемки и снеммы. Посмотрели с осуждением – эта раса не терпела личных разговоров в общественных местах – и снова принялись стрекотать о чем-то своем. Так и захотелось громко поведать, как я с земным мужем в постели… Э-эх… Ладно, пусть живут. Еще получат культурный нокаут. В конце концов, землянок тут пруд пруди. И если попадется американка с шутками из голливудских комедий, не всякий снемм останется в здравом уме и твердой памяти.
– Да нет же! Не спорил он. С чего ты взяла? Это же Лат! Он не так воспитан, – шикнула на меня Оксана, словно я сказала нечто крамольное. – Просто Лат давно на тебя запал. А ты то ли не замечаешь, то ли делаешь вид, будто ничего не видишь. Вот народ и спорит. Насколько хватит тебя и парня.
– На меня? Запал? Да он же ни одной юбки не пропускает! – возразила я.
Оксана вскинула брови и умильно улыбнулась, отчего лицо ее стало еще круглее.
– Только не говори, что ты и, правда, ничего не замечала? И с чего ты взяла, якобы Лат бабник?
– Эм… Дак на него же все девушки заглядываются!
– По твоей логике получается, что достопримечательности страстно любят туристов, – усмехнулась Оксана. – А земные пирамиды – грабителей-вандалов. Буквально души в них не чают.
– Неудачная метафора, – скривилась я невольно.
– Удачная-удачная! – напирала приятельница. – Вот скажи, ты хоть раз видела Лата с девушкой? Даже хотя бы за ручку?
Я повела плечами:
– Ну не видела. Что с того?
– Тогда откуда такие выводы? Ну нравится он девушкам, дальше-то что? «Джаконде» Да Винчи по твоей логике вообще надо прятаться в угол Лувра, чтобы не прослыть девушкой легкого поведения.
Я собиралась разразиться возражениями, но парни вернулись за столик. Кроме заказанных нами с Оксаной блюд, на белой квадратной столешнице появилась тарелка с какой-то большой жареной тушкой, вроде кабанчика. Зерталы любили подобные кушанья. С подноса Лата перекочевали отбивные и какая-то овощная смесь из того, что росло на планете фетов. Напоминало зеленый горошек с фасолью, морской капустой и картошкой. Брр…
Но пахло приятно.
Впрочем, запах солянки с оливками и запеченной семги с картошкой в золотистой корочке перебили все остальные ароматы. Огромный чайник мятного чая, пара высоких узких сосуда с голубым и розоватым напитками и кувшинчик с компотом выстроились батареей в центре стола.
– Всем приятного аппетита! – объявила Оксана. – И погнали!
Ее палец указал на часы, очередной привет земной Икее, на стене перед аркой-входом в столовую.
До следующей пары оставалось двадцать минут – по счастью, в Академии использовалось земное время, а в сутках содержалось 23 часа.
Лат заботливо придвинул ко мне ажурную металлическую подставку с салфетками, скрученными в виде розочек.
– Спасибо, – выдавила я.
Не хотелось, но куда же деваться? Вдруг снаммы и вовсе впадут в кому от моего бескультурья. Объясняйся потом, что «не такая», а просто фет почему-то взывал к худшим моим качествам. Жутко хотелось нагрубить парню за каждый его галантный жест. Даже не знаю, что на меня находило. То ли дух противоречия, то ли стервозность, какой прежде за собой не замечала.
Почему-то вспомнились земные фэнтези про попаданок, которым полагалось делать ровно три вещи. Соблазнять все, что движется и даже не движется. Например, вампиров, что отлеживаются в гробах, в надежде спастись от нашествия дев из другого измерения. Хамить всем, кто умнее, культурней и вообще на голову выше по уровню развития и при этом делать вид, что это ты – королева… Бензоколонки, видимо… или даже… подзаборных вечеринок с элитным угощением в виде настойки боярышника. А всех, кто не сражен беспримерной красотой девушки, которую в родном мире замечали лишь те, кому она отдавливала ноги и забористой бранью, поколачивать или сражать магически.
Складывалось впечатление, что фет толкает меня превратиться из порядочной ведьмы в клишированных Мери Сью из книг о попаданках.
Пришлось срочно занять рот едой, а мысли – предстоящими занятиями. Впрочем, хватило меня ненадолго. За трапезой Лат поглядывал так, словно уже получил полный абонемент на мой выгул по нехорошим местам. Так оно и случилось, с фактами не поспоришь. В особенности, если эти факты озвучила Клементина – единственное существо в Академии, что отчисляло и зачисляло абитуриентов. Но хотелось бы чуть больше желания получить мое личное согласие и одобрение.
С едой мы с Оксаной расправились мигом, не желая опаздывать на лекцию по магическому праву. Такие занятия вел фет – Бальсар Рренар. Любимчик многих девушек и любитель наказывать опоздавших опросом про законы междумирья. И если юридические закорючки разных планет студентам еще давались, то вот последние акты-указы казались уже совсем темным лесом. В междумирье пытались совмещать законы разных измерений, дабы никого не обидеть и заодно иметь возможность продавать магические здания с полной выгодой для вуза и риэлторов. Поэтому противоречий в наших законах обнаруживалось больше, чем муравьев в муравейнике. Чтобы их как-то сгладить издавались всяческие указы, что рекомендовали – как действовать если нашла коса на камень. Например, законы мира, где расположено здание, противоречат законам мира, где живет покупатель.
Когда мы с Оксаной собирались отправиться на лекцию, оставив мужчин приканчивать еду – перерывы у старшекурсников факультета боевой магии тянулись куда дольше наших – Лат сообщил очередную сногсшибательную новость. Хорошо, встала только подруга.
– Кстати, сегодня вечером все пары отправятся на пробные задания.
Похоже, фет радовался нашей грядущей совместной работе куда больше, нежели свободному вечеру, когда можно и девушек пособлазнять, и повеселиться на славу. Странно, внезапно, ну ладно.
Образ Лата, что предпочитает вечер в опасном магическом здании в моем обществе вечеру в компании какой-нибудь местной красотки, совершенно не укладывался в голове. Фет посмотрел так, словно говорил: «Ничего-то ты не понимаешь, женщина…» Но промолчал. Вердис закивал и добавил:
– Пока никто толком не знает – какие тренировки нас ожидают. Нужно быть готовыми ко всему.
– Может на сей раз дама с копьем в шее попадется? Расскажем про креативные колье? – подмигнул мне Лат.
Мы с Оксаной коротко угукнули и покинули столовую. Всю дорогу до лекционной, я переваривала информацию. Одновременно и хотелось вновь поработать с Латом и не хотелось. Я ощущала, что общество парня становится все более приятным и злилась по этому поводу. На себя и на Лата. Я не сомневалась в его защите и помощи, но раздражалась, что фет настолько безупречен. Наши отношения все сильнее запутывались. Все эти намеки, галантные ухаживания, подмигивания… Кажется, он собирался повесить на грудь орден «я соблазнил самую неприступную ведьму с младших курсов». Именно так, и никак иначе расценивала я последние действия и слова Лата.
Ладно… Главное, что теперь меня есть кому защитить, пока банда по превращению безобидных привидений в злобных монстров орудует в измерениях, зарабатывая себе на хлеб с икрой…
Глава 3
Физкультурный зал наглядно всем демонстрировал, что случается с самой обычной комнатой, если та примыкает ко входу в иные реальности.
Любое подобное помещение здорово меняло размеры и формы. Некоторые уменьшались, другие вытягивались, у третьих вырастали потолки. Наш спортзал после столкновения с «межпланетной дверью» по размерам больше походил на полигон для испытания танков и бронетехники. Потолки взмыли до таких высот, что на канате до них долезал редкий боевик, и тот после этого падал от усталости… На магические батуты осчастливленных подвигом студента преподов. Эхо в помещении гремело бы часами, если бы не специальные колдовские антирезонаторы.
При желании физруки отключали их, и студентов полчаса мотивировали приказы, что отражались от стен, потолка и пола, пока те, кто их отдал, преспокойненько отдыхали и задорно хихикали.
Благодаря размерам зала, все учащиеся Академии помещались тут одновременно. Зал делился на две части – для боевых магов и для нас, «тщедушников». Так ласково называл остальных Пейтрал.
Этот фет ростом и мускулами почти не уступал зерталам и ниссам. Только лицо его выглядело аристократично, а голову всегда украшал высокий белокурый хвост.
Как и Стресс на ножках он одевался в стандартную синюю форму для преподавателей «физ-ры» нашего вуза. Спортивные штаны, футболку с бегущим человечком на фоне замка и куртку. У нас шутили, что символ Академии прямо в тему. Туда бы еще девиз: «Продай и беги»…
В вотчине Пейтрала гимнастические снаряды – конь размером с подростка-слоненка, брусья, на высоте одноэтажного дома и турник примерно тех же габаритов – располагались по одну сторону. Другую защищали специальные синие магические маты. Причем не только пол – стены и потолок тоже. Они поглощали излишки энергии, боевые заклятья, магические лед и пламя.
В нашей части зала располагались стандартные черные маты – в центре и по периметру, рядом с обычным конем, турником и кольцами.
Раньше вход в параллельные миры порой скрашивал нам занятия, а то и вовсе позволял немного передохнуть – физруки, похоже, твердо вознамерились сколотить из нас команду олимпийского резерва. Пусть даже Олимпиады в микромире не проводились.
Ну а мало ли?
Опасные и агрессивные существа проникнуть в спортзал не могли – особенная магия идентифицировала любых иномирцев с недобрыми намерениями и отправляла их восвояси. Зато те, кто устремлялся к нам в гости без дурных намерений какое-то время впускали в помещение беспрепятственно.
Однажды из стены повалили варканты – энергетические существа, разумные, но странноватые. Команды физруков они исполняли с фееричной фантазией. «Качаем пресс!» – рявкал Пейтрал. И чудики, похожие на гуманоидов из розоватого призрачного света, дружно начинали… делать вид, что качают туда сюда пресс… Нечто похожее на устройство, которым в древности на земле штамповали монеты. Естественно, не настоящее – призрачное. «Прыгаем через коня!» – кричал фет. И варканты синхронно перемахивали через голову физрука. «Подтягиваемся!» – и гости из другой реальности втягивали живот, выпячивая грудь. А потом, будто опомнившись, принимались поддергивать несуществующие штаны.
И я даже не буду рассказывать, что изображали варканты, после команды «начинаем спаринг с партнерами».
Хохотали все, даже физруки, пока им не надоедала вакханалия, что творилась вокруг. Тогда Пейтрал вызывал дезинфекторов.
Но заглушку на вход в другие реальности поставили на спортзал не из-за варкантов. Решение созрело после того, как на занятия повалили странные существа, похожие на меховые шарики размером с собаку и на двух тонких ножках. Из шариков торчали отростки с милейшими розовыми глазками. Незваные гости прыгали и метались по залу, напрочь сорвав все занятия. Девушки ловили и гладили «пушистиков» по густой коричневой шерсти, парни пытались забивать ими голы и бросали в корзины для баскетбола. Как ни удивительно, мохнатых существ это лишь забавляло. Похоже, их тела без ущерба переносили и не такие удары «судьбы». «Пушистики» издавали восторженный визг и сами прыгали в руки учащихся. Наверное, впервые, со дня открытия Академии, студенты так веселились на физкультуре… Чего нельзя сказать о преподавателях, которые тщетно пытались добиться дисциплины. В дни нашествия варкантов мы хотя бы занимались, да еще как! Попробуйте-ка покачать пресс, хохоча как полоумный? Тут двойная нагрузка на мышцы получается. А прыгнуть через коня, не прекращая смеяться и не навернуться? Тройная концентрация и четверное напряжение! В день нашествия меховых шариков мы занимались тоже, вот только уже не физкультурой – просто бесились с незваными гостями.
После чего все потоки до единого еще два часа отжимались и бегали, почище иных иномирных зверюшек. Физкультура у нас всегда проходила под лозунгом «Спорт – занятие массовое. Нужен для уменьшения массы и получения массы удовольствия… преподавателями» – так выражался Пейтрал.
«Пушистиков» не наказывали – только отправили назад, в родное измерение… Правда, один с полчаса прыгал то на голову Стресса на ножках, то на канат – на недостижимую для зерталки высоту. Но хохотать учащиеся не рисковали, да и дыхания не хватало. Не говоря уже о прессе, который начинал адски болеть даже после легкой усмешки…
Гость из соседней реальности отомстил за нас «физручке» – и на том спасибо.
Женская половина раздевалки примыкала к мужской и отделялась от нее лишь тонкой ширмой. Галдеж и шум там царили невообразимые. Ребята басили и громко переговаривались, девушки шушукались и временами взвизгивали. В общем, на занятия я неизменно выходила слегка контуженная.
Нам выдавалась одинаковая спортивная форма. Почти как у преподавателей, только серая и без курточек. Брозово-медные шкафчики для вещей как в обычной школьной раздевалке, содержали еще воду, какой-то морс, похожий на клюквенный и энергетические батончики. Нет, они не подпитывали физическое тело, исключительно ауру. Поэтому с физкультуры мы выходили чуть более бодрыми, чем тот самый первый марафонец, что достиг полного финиша: дистанции и жизни.
Стоило миновать гигантские двери, распахнутые настежь, как Оксана ткнула пальцем в сторону части спортзала, отведенной для боевых магов. Там происходило настоящее представление. И единственным артистом: клоуном, акробатом и ведущим оказался, разумеется, Лат. Ну как маленький, ей богу! Надо же так рисоваться!
Фет подпрыгнул, оттолкнулся ногами от невидимой стены из силового поля и лихо кувыркнулся в воздухе. Приземлился аккуратно на ноги и повторил трюк под восторженные вопли публики. Помахал мне руками и выписал в воздухе «Эйлетта Дар» огненными буквами – видимо, на тот случай, если еще не все поняли, для кого затевалось спортивное шоу.
Парня не смущало ничего.
Ни тот незначительный факт, что Пейтрал уже построил остальных боевиков и возмущался действиями студента с весьма красноречивым оскалом на лице. Именно с таким он отправлял учащихся на тренировки, по сравнению с которыми сдача «максимативов» виделась легкой прогулкой по парку. Ни то, что я попыталась не заметить бурного приветствия, даже не смотреть в сторону парня. Ни то, что остальные девушки принялись шептаться и обсуждать, что между нами «определенно что-то есть». Этого еще не хватало!
Я оглянулась на сокурсниц, на парней из нашего потока – эти скорее поддерживали Лата, нежели смеялись или шушукались. Стресс на ножках вышла на середину зала, взмахнула мускулистыми руками, мотнула головой так, словно откидывала назад волосы на совершенно лысой голове зерталки – и гаркнула:
– Чего уставились как туристы на брачные игры оррантов? Быстро строиться!
Орранты напоминали земных крокодилов, размером с дом. Сравнение всем понравилось. Многие захихикали – причем по обе стороны зала. Но Пейтрал скомандовал:
– Всем в строй! А Латталу тысячу отжиманий!
– За что? Я просто разминался! Делал руками мельницу и сальто перед вашим занятием! – самым невинным тоном произнес фет. Но это не помогло. Пейтрал насупился, свел густые русые брови и парировал:
– Здесь тебе не заезжий цирк для особо влюбленных боевых магов! Немедленно отжиматься! Глядишь и энергию найдешь куда потратить!
– Неплохая идея. Судя по твоей реакции, «та самая энергия» пригодится парню еще очень не скоро, – шепнула мне на ухо Оксана.
Кто-то из боевиков хохотнул, кажется – нисс. Но одного взгляда Лата хватило, чтобы на его половине зала воцарилась глухая тишина.
Фет еще раз махнул мне рукой и устремился на мат. Выглядел он при этом так, словно нашел клад, а не отправлялся «отбывать наказание». Толпа ребят одобрительно загудела.
– Ты ему нравишься, – заговорщически шепнула Оксана и ткнула меня локтем в ребра.
Стресс на ножках сверкнула черными глазами – и подруга затихла, как и после убийственных взглядов Наины.
Не зря Оксану ласково называли «подбитая взглядом». Впрочем, подруга лишь делала вид, что девочка припевочка. На самом же деле, наши с ней приключения на дискотеках и в ночных клубах разных миров доказывали – Оксане палец в рот не клади.
В последний раз она одним лишь ударом с ноги повалила не только зертала, что клеился к нам на танцах, но и охраника-нисса, что пытался приструнить наглеца. Первый схлопотал в глаз и отшатнулся от неожиданности. Кто ж мог подумать, что девушка, которая едва доставала ему до груди, умудрился подпрыгнуть и попасть ногой настолько высоко. Стресс на ножках годилась бы ученицей. Она всегда говаривала: «Главное для женщины – не стрелять глазками, а уметь отстрелить мужчине все, что потребуется. А что не отстрелила, отбить… вместе с желанием приставать после отказа». Зертал сбил охранника с ног, заехал тому локтем в глаз, и наш путь с дискотеки освещали целых два фигнала. Незадачливый Ловелас ошарашенно пялился вслед, а охранник не сводил глаз с Оксаны, пока скручивал парня. Кажется, раздумывал: схватить подругу за хулиганство и нападение на сотрудника службы безопасности или наградить за помощь в поимке опасного преступника. Позже выяснилось, что контуженный Оксаной зертал – насильник, которого разыскивали в нескольких мирах. Вот так! Знай наших! Русская женщина любого насильника выведет из строя и уйдет под софитами – фингалами всех, кто попался под ногу. О том, на что способны русские мужчины лучше и не упоминать. Мы – народ живучий и очень веселый. Вот Владимир, с нашего потока – парень из Москвы, между прочим, совершенно случайно поймал опасного призрака. Угодил к тому в замок, оценил – Владимир готовился в оценщинки – ну очень высоко… почти до потолка взмыл на магическом трамплине и небрежно бросил… «Мда… Причесаться этому маньяку-фету не помешало бы… А такие выпученные глаза уже давно не в моде… Да и скалиться с кривыми зубами не стоит… Ортодонты засмеют…» Дух гнался за Владимиром до самой Академии, и когда парень перепутал порталы – застрял вместе с обидчиком в межпространственной дыре. Владимира спасла русская смекалка, что не подводила еще ни одного земляка. Он отправил Пейтралу послание, где критиковал методы преподавания физрука очень эмоционально и емко «Фигня все эти ваши максимативы!». Ответное энергопослание не только расширило портал, но и сковало по рукам и ногам разъяренного призрака. Наши ребята умеют мастерски уклоняться от: налогов, брака, если потребуется и – естественно – недружественного подарка любимого физрука.
– Итак. В связи с участившимися нападениями на риэлторов во время заданий, придется обучить вас самообороне, – от этого внезапного заявления Стресса на ножках многим срочно захотелось на больничный. Некоторые с тоской взглянули на канат, что тянулся высоко ввысь, и где-то там встречался с потолком. Вздохнули, отчетливо понимая – не-до-лезут…
Физручка промаршировала вдоль строя, в котором мы с Оксаной занимали четвертый ряд и центровые места, и продолжила:
– Видите ли. Боевики боевиками. Но, во-первых, не всем выпала честь стать причиной брачного танца гойсалла, – теперь взгляды сошлись на мне. Я сделала вид, что понятия не имею кто такой гойсалл, хотя точно знала, что это гигантская птица с Оморры. Встретив подходящую самку, гойсаллы начинали приплясывать и выделывать такие кренделя в воздухе, что любой истребитель обзавидовался бы.
– Некоторые риэлторы остались пока без защиты. Кроме того, вы должны и сами уметь постоять за себя!
– Нет, постоять напротив агрессивного призрака мы, конечно же, можем. Часто в состоянии ступора. Но как вы предполагаете драться с бестелесными существами? – не выдержала я, вспоминая даму со стрелой в голове и ее ловкое метание цепи.
Стресс на ножках окатила меня взглядом «или убьет или покалечит» и продолжила:
– Разумеется, обороняться от бестелесного призрака или безумного пришлого, что лихо прячется в другие измерения, невозможно, в принципе. Поэтому я буду обучать вас уклоняться, отпрыгивать, подныривать под всякими там видами оружия. В общем делать все возможное, чтобы облегчить работу боевикам. Ясно?
Студенты загудели и заволновались. Кажется, предыдущие занятия с Реал, которые мы сравнивали только с тренировками элитного спецназа многим виделись теперь легкими прогулками. Мы кожей чувствовали – льда, анестетиков и травяных ванн для перетруженных мышц и мозолей, на всех не хватит. Придется драться за них методами Стресса.
– А, вам, Эйлетта, мои уроки пригодятся особенно! – внезапно вспомнила про меня преподавательница. Я аж вздрогнула, и, поскольку Стресс на ножках определенно ждала вопроса, задала его:
– Почему же именно мне особенно? Я, что, притягиваю особо опасных пришлых и призраков?
– Вы притягиваете особо буйных боевых магов! – вызвала всеобщий смех Стресс на ножках. – Моя уникальная методика помогает одинаково хорошо уклоняться от ударов, предметов, поцелуев и объятий. Тут главное сноровка, желание и нежелание получить новые ощущения. Те или иные. Это уже не суть.
Вот теперь хохот накрыл обе части зала. После чего рядом с Латом появилась толпа сокурсников и отжимались те не менее энергично. Пейтрал не терпел шума на своих уроках. Вернее, терпел, но только со стороны «тщедушников».
Однако долго наблюдать за соседями «по камере», как любили называть спортивные залы мы с Оксаной, не пришлось. Стресс на ножках приступила к следующей части занятия. Теперь даже боевые маги начали нам сочувствовать. Причем, после сотен отжиманий, подтягиваний, двухчасового бега, высоко приподнимая колени и спаринга, в процессе которого каждый получал порцию «горячей магической любви». Так выражался Пейтрал. Имея в виду, что почти все студенты хоть раз да пропускали магическое пламя через щит или мимо него. Обычно после таких занятий очередь в медблок выстраивалась такая, словно студенты собирались взять Академию штурмом.
Вылечивали их почти сразу же. Пейтрал не допускал серьезных травм и увечий, максимум ожоги второй степени, гематомы и вывихи.
И вот эти изрядно потрепанные боевики, покрытые ссадинами, царапинами, испариной от возмущения и подзаборной бранью товарищей, выглядели сегодня гораздо бодрее нас.
Стресс на ножках взялась обучать нас «кван-фу», как позже выразился Коррун, практически единственный фет-индикатор с нашего потока. Метко, должна признать, выразился, молодец парень. Первым делом мы учились отпрыгивать, приседать и в таком положении продолжать избегать атак. Прыгали как лягушки от детей с банками, пока Стресс на ножках занималась «тыквандо», по словам все того же Корруна. Подскакивала со свойственной ей внезапностью и тыкала то одного студента, то другого в самые разные, но непременно жизненно важные места. Очень скоро стало очевидным – двоечники рискуют остаться без глаза куда сильнее, нежели незадачливые боевые маги в ходе своего спаринга.
Пейтрал время от времени засматривался на маневры коллеги и к концу занятия не выдержал, высказался:
– А ты не тот предмет взялась преподавать, Ре-ал. Вернее, не у тех студентов. Не хочешь меня подменять? Тут еще сотни глаз не охвачены… Ой, студентов, студентов… – он то ли шутил, то ли всерьез предлагал нашей преподавательнице временами подбадривать боевых магов, как она сама выражалась. Но Стресс на ножках, как и любой настоящий стресс оказалась крайне устойчива ко всему, что пыталось ее снять. Это уже язвил Лат в мужской раздевалке, так громко, что слышали все до единого. А для особо недогадливых добавлял, что слово «снять» употребляется здесь совсем не в лекарственном смысле, а в смысле «снять женщину».
Ближе к концу физкультуры на нас было страшно взглянуть. Всклокоченные волосы, безумные глаза, порванная одежда – временами пальцы «физручки» не только достигали цели, но и превращались в крючки. Мы еще полчаса шарахались от любого резкого движения рядом. Думаю, Стресс на ножках гордилась своими учениками.
Мы тоже гордились… тем, что выдержали этот адский урок и с ужасом вспоминали, что физкультура у нас каждую неделю. Хорошо хоть не трижды, как у боевиков.
Под конец, когда мы начали шарахаться и отпрыгивать при легком дуновении, Стресс на ножках объявила:
– Занятие закончилось! Перерыв пятнадцать минут – и вы поступаете в ведомство Пейтрала.
Да уж, после такого обещания расстраиваться поздно – пора молиться…
Кажется, еще никогда сокурсники не выглядели настолько потерянными и удрученными.
Бежевые овальные ходики под потолком обещали, что до конца занятия осталось полчаса. Всего-то! Можно было рассчитывать на отдых. Пусть даже после очередного «кванфу» и «тыквандо», но у нас были все шансы доползли до общежития… А тут новое испытание!
Мало нам Стресса на ножках, теперь они с Пейтралом возьмутся за нас вдвоем… Спасайся кто может.
– Ппейтрал? – уточнила Корви, нервно дернув себя за конский хвост, словно проверяла – не спит ли. Сильная реакция для фетки, у этой расы нервы железные. Мы ни разу не занимались с физруком боевиков, но насмотрелись на него вдоволь. И понимали – наш поток такого испытания не выдержит. Уж лучше сразу к озверевшим перерожденным. Больше шансов уйти живыми и невредимыми.
Тем временем, боевые маги перестали отжиматься и занимались спарингом, время от времени бросая на нас внимательные взгляды.
– Вас должны были предупредить, что вечером тренировка работы в тандеме. Я помогу Пейтралу, – еще сильнее обрадовала Стресс на ножках. – Буду исполнять роль злобного призрака. Сложно, но можно.
– Сложно? – искренне поразилась Ульяна – дородная ведьма из нашего потока. На Земле она была старше меня, тут выглядела лет на 28–30, старше всех и прославилась как жуткая вредина.
Если в «академической сети» – аналоге земного интернета – наставили колов на твою дипломную работу или отчет по практике – далеко не ходи, скажи – это Ульяна и не ошибешься. Если ночью, в темном переулке тебе на голову свалился кирпич – не сомневайся, это Ульяна. Дамочка решила, что именно ты поставила ей единственный кол, пусть даже точно знала, что оценка от ректора или кого-то из преподов. Не зря же ее прозвали главной ведьмой Академии и «пиковой дамой», по аналогии, что пики – это колы.
Если твою курсовую или важный реферат закидали сотнями гадких, нелепых рецензий от тех, кто явно не читал ни строчки – не сомневайся, это Ульяна. Читать то, что критикуешь, обсуждать блюда, которые пробовала – для слабаков, вот ее кредо. «Пиковая дама» заподозрила, что именно ты написала ей единственный грамотный и детальный критический обзор, даже если точно знала, что это Клементина. Проверить подобное – раз плюнуть. Ректор и преподаватели выставляли оценки и звездочки. Если к твоему реферату выставлен кол со звездочкой на кончике – привет от любимых преподов. Если в углу рецензии оценка со звездочкой – отзыв из того же источника. Но Ульяна жила ради того, чтобы нагадить ближнему и азартно готовилась к роли черного риэлтора. Несмотря на все бурные протесты Наины. Госпожа Сафронова считала, что главная ведьма Академии не годится для столь тонкой работы.
Наина свято хранила уверенность, что черный риэлтор в глубине души белый и пушистый, просто все время чем-то болеет и красится по моде. Ульяна, по ее мнению, подошла бы на роль оценщика. Оценила, сообщила клиенту или его представителю. Недовольны – в лоб, возмущаются – по лбу, жалуются – сто колов к открытой жалобе и комментарии о том, какой это «бред сивой кобылы», «преступление против словесности, правды и литературы».
Ульяну в Академии побаивались и недолюбливали. Никто не хотел работать в паре с «пиковой дамой». Прошений о том, чтобы отправить «престарелую девушку» в горячие точки, поступало море и всегда – к Клементине. Та время от времени писала в открытом доступе на общем виртуальном пространстве Академии. Дескать, ну не можем мы предоставить вам тренинг по общению со злобными потусторонними сущностями – сущности отказываются. Не хотят лишать дорогих риэлторов всех видов и мастей удовольствия получать сюрпризы всякий раз на задании… Зарабатывать икоту, нервный тик, синяки и ссадины. В конце концов – именно в этом видят свои истинное предназначение злобные призраки…
Вот почему чемпионка по метанию колов – незаменима в своей незамутненной ненависти ко всему живому и неживому. Она видит свое предназначение в том же, в чем и свирепые духи, но при этом радостно помогает учащимся сохранять тонус.
После каждого подобного заявления, Ульяна усиленно искала виновника – того, кто посмел очернить ее светлый образ «вральной блондинки», как выражались в Академии. Вновь учиняла рейды по чужим отчетам и рефератам с колами и комментариями, после которых любой тролль счел бы себя Пушкиным. Причем как с точки зрения содержания, так и с точки зрения орфографии. Русский язык Ульяна то ли благополучно забыла, то ли надеялась, что остальные земляки страдали безвременной амнезией.
Перлы «мастера по филигранному поливанию помоями» расходились по вузу. Смешили и заставляли источник «бешеного позитива» рыскать в виртуальном пространстве с утроенной силой. Снова подозревать, уличать, ставить колы и строчить очередные шедевры «негативной лексики».
«Обезвоживание призраков – тема очень глубокая и ее еще раскопать надо». Эти опечатки главной ведьмы Академии еще долго будоражили умы. Некоторые полагали, что копать Ульяна планировала в поисках колодца, дабы спасти несчастного от обезвоживания… Другие возражали: мол, сенсей по колометанию опечаталась трижды и собиралась не раскопать, а ЗАкопать бедное привидение… Ибо доброта, честность, порядочность и Ульяна – хотя и противоположности, но не притягиваются.
«Откуда у этого реферата столько хороших комментариев от преподавателей и специалистов? Я со вчерашнего дня слежу за ним и это определенно подделки! Или подружки с фейками автора старались без устали. А звездочки – так вообще не настоящие. Автор сам их пририсовал…» «Масляными красками» – добавляли сокурсники.
Анонимные перлы пиковой дамы, моментально разбирали на цитаты.
Стресс на ножках дала возможность Ульяне оценить всю глубину ее ошибки. Смерила пиковую даму убийственным взглядом и провозгласила:
– Вот до чего доводит частое и долгое пользование академической сетью. Можно разучиться слушать, понимать и даже воспринимать информацию в реальности. Не говоря уже о визуальном контакте.
И не то, чтобы реплика получилась столь уж ироничной или забавной. Но похихикать над Ульяной, что налилась краской и надувалась, как жаба – святое же дело. Поток залился хохотом. Ульяна стреляла глазами, выискивая, видимо, того, кто настроил Стресс на ножках против нее, Ангела во плоти.
– Да вы не переживайте, Ульяна. Вы совершенно свободны, потому что для вас не нашлось пары. Мы пытали боевиков: вгоняли каленые иглы под ногти, обливали кипящей смолой, назначали дополнительные занятия по магическому праву. Но никто так и не согласился работать с вами в тандеме. Наверное, вас опять бессовестно оболгали… Уже в тысяча двадцать пятый раз. Безобразие! Уверен, вы найдете как отплатить обидчику. Сеть, как говорится, не краснеет… А новые слова и фразеологизмы вашего авторства у нас давно не появлялись. Стареете… теряете сноровку. Гаснет языковой напалм, так сказать…
Я еще помню, как вы поучали: «Рефераты надо писать так, чтобы люголем жечь сердца людей!» Просто не забывайте, что не все настолько кровожадны. Некоторые не рискнут вскрыть грудную клетку… Другим незнаком этот земной препарат. У третьих не хватит силы сломать ребра. Делайте скидку нам, убогим.
Это уже Пейтрал решил блеснуть чувством юмора, и теперь обе части зала выпускали напряжение хохотом.
Когда народ успокоился, Ульяна походила на перезрелый томат и пыхтела как закипающий чайник. Стресс на ножках убедилась, что мы в состоянии слушать и при этом не прыскать от смеха ежеминутно и спокойно закончила:
– Тандемам нужно научиться работать сообща. А мы с Пейтралом покажем, как защищать и спасаться, чтобы не мешать друг другу, не сталкиваться и не усложнять задачу напарнику.
При этих словах такие, как мы с Оксаной – индикаторы с телохранителями – поняли, что отдохнут еще очень нескоро. Поникли и с ужасом ждали «продолжения банкета».
Остальные же напротив – тотчас приободрились. И если раньше я не знала, кто работает в паре, то теперь они сразу выделялись: лицами, на которых читалось «Боже! Это еще не конец физкультуры, это конец нам, несчастным!».
Толпа студентов светилась разными эмоциями – их энергию индикаторы тоже улавливали. Не так мощно, как эмпаты из разных миров и не настолько детально. Но огромное облегчение, что впервые уйдут с физкультуры пораньше – на целых пятнадцать минут – буквально било ключом из сокурсников без партнеров. Ясное дело! Ведь на занятиях Стресса на ножках минута приравнивалась к суткам в колонии строгого режима. Не зря же физкультурные залы прозвали «Колонии строгого спортивного режима».
Предчувствие очередных испытаний, желание чтобы все поскорее закончилось, досада – вот что исходило от тех, кто нашел защитника. Увы! От энергичности Пейтрала и его коллеги никакой боевик не спасет.
Как ни удивительно, но Мириам осталась без пары. Хотя я считала – уж она-то найдет защитника. Да и вообще тандемов набралось куда меньше, чем предполагала. Всего двадцать три. Большая часть индикаторов, что удостоились чести рыскать по мирам в поисках «пришлых», оказались русскими, остальные – фетками.
Девушки пережидали короткую паузу в раздевалке. Мы с Оксаной болтали ни о чем, «коллеги по несчастью» – тоже. Время текло лениво и медленно, но, когда за нами пришел Пейтрал, все вздрогнули и переглянулись. Корви даже спросила:
– Неужели пора?
Преподаватель радостно оскалился, в своем фирменном стиле, после которого начинали отжиматься и качать пресс даже парализованные.
В гигантском спортивном зале царило непривычное запустенье. Обычно тут толкались маги разных направленностей. Кто-то занимался сибурде – симуляцией бурной деятельности – прикидывался, будто упражняется, кто-то потел до умопомрачения. Все зависело от того, в какой части зала разгуливали преподы. Теперь же осталась лишь наша «могучая кучка» и боевики, которым не сиделось спокойно, захотелось побряцать мускулами, пострелять боевой магией и послужить живым щитом индикатору.
В основном работать телохранителями вызвались феты, дарголы и зерталы. Ну да, синие великаны с желтыми словно стеклянными зрачками одним своим видом любого призрака доведут до икоты… Жаль, ниссы не пожелали составить тандемы. Уверена, даже призрак маньяка-убийцы поостережется нападать на мохнатых гигантов с алыми зрачками, словно налитыми кровью. Тем более, что фразу «у нас длинные руки» словно бы создавали специально для ниссов, чьи кисти болтались в районе колен. Вот уж эти точно кого угодно и откуда угодно достанут… Как морально, так и физически.
Николай – единственный землянин среди защитников напоминал былинного богатыря. Высокий, широкоплечий, с русыми волосами, серо-голубыми глазами и простым, но красивым лицом. Одевался всегда в джинсы и футболки. Девушки вздыхали по нему почти также часто, как и по Лату. Я не удивилась, заметив, что Николай устремился к Корви. Ну да, они шикарная пара.
Лат моментально очутился рядом.
Стресс на ножках радостно обвела нас взглядом, приблизилась к коллеге и грациозно облокотилась рукой на его плечо – благо, великанский рост позволял. Преподаватели выглядели энергичными и веселыми, индикаторы – ошарашенными и опасливыми, боевики – готовыми ко всему. Это состояние, на уровне инстинктов, вырабатывалось у них после первых же занятий с Пейтралом и Тунгусом Бардо.
– Мы тут подумали, и я решила, – сообщила довольным голосом Ре-ал Ди Стрест. – Нет лучше практики… нежели практика. Но не переживайте – мы следим и если что моментально вернем сюда ваши тела… В смысле вернем вас в Академию, конечно же… – поправилась преподавательница, когда лица индикаторов совсем вытянулись, в преддверии того, как после тренировки останется лишь тащить куда-то наши безжизненные тушки…
Оксана хотела возразить, но зал поплыл пятнами – нас выбросили на задания.
Мда… Весело, ничего не попишешь. Пейтрал расстарался. Феты ловко использовали порталы, которыми академия кишела как иные земные ленинградки – тараканами. Притягивали пространственные коридоры, направляли, активировали. На все это у фетов, вроде Лата – студентов и аспирантов – уходили минуты, а у преподавателей, вроде Пейтрала – считанные секунды. Как говорила Клементина – опыт не забьешь. И я более чем уверена, ректор намеренно коверкала земную присказку.
– Господи! А нельзя было просто нас укокошить? – возмутилась я в пространство. Внутри портала говорить не получалось – звуки пропадали бесследно. Сине-черное марево вокруг жило своей жизнью. Я ощутила твердую руку фета на талии и вторую, что сжала мою ладонь. И как только дотянулся? Паук, а не парень. Виртуоз хватать девушек во всех местах! Впрочем, после этого жеста напарника спокойствие разлилось по венам.
Ну не могли же физруки отправить нас сразу на рискованные задания? После целого учебного дня, да еще и физкультуры, которая даже боевиков превращала почти в инвалидов. В основном, благодаря Пейтралу и его максимативам.
В конце концов, физруки – существа умные и не откажутся растянуть удовольствие потренировать нас еще хотя бы несколько раз… По-моему, это доставляло им ни с чем не сравнимое наслаждение…
Следовательно, мы вряд ли столкнемся с очередным агрессивным призраком, случайно убитым слишком «ловкими» родными и близкими. Либо в смешном, либо в прямом смысле этого слова. После чего обиженный на семью и друзей дух решил отыграться… на гостях дома. В самых лучших русских традициях…
Если тебе в метро наступили на ногу – в магазине пролезь к кассе без очереди. На вопрос: «Почему?» гордо ответь: «А то вы не знаете?». И самое главное – тебя обязательно поймут и даже посочувствуют…
На предупреждение о насильнике, наши женщины говорят: «А вдруг повезет… насильнику, и он не встретит меня!».
Если заграничный музей закрыт на реставрацию, русские туристы с гордостью заявляют: «Прорвемся! Иначе реставрация уже не поможет. Потребуется полная реконструкция от самого фундамента!».
Глядя на Венеру Милосскую – безрукую статую греческой богини – одна моя знакомая выдала: «Так вот как она похудела до 44 размера! Конечно! Без рук холодильник-то не откроешь! Тут каждая первая станет моделью!».
Особо недооцененные мужчины – сетевые писатели объединялись в группы, чтобы закидывать колами женщин на всех порталах и ставить сотни лайков негативным рецензиям, которые сами же, не читая произведения, и настрочили. На вопросы интересующихся: «Зачем?» отвечали: «Потому, что нас не читают и не печатают!»
Железная мужская логика тут давала некоторую трещинку, ибо вряд ли читательницы женские романов, завидев сотни колов и рецензий в стиле «Моя жена лучше стирает трусы, чем героиня романа…» бросится к автору комментария, дабы насладиться опусом про эту чудесную женщину.
Порой мне чудилось, что жизнь зародилась не во Вселенной, не в Солнечной системе – а именно в России. Просто об этом усиленно умалчивались, как о стратегически важной информации. Мало ли… что мы еще зародим ненароком…
Каждый, ну буквально каждый новый странноватый знакомый действовал как истинный русский – против логики и здравого смысла, но… обязательно побеждал… Практически всех, кроме фетов и моих соотечественников.
Но я-то ведь тоже русская и фатальная внезапность суждений, как, в принципе, и логика абсурда, в кризисных ситуациях – у меня в крови! Значит, прорвемся… Домой с этого задания.
