Страница 2 из 3
Такой наглости эти девицы от меня явно не ожидали и даже задохнулись от возмущения:
– Да как ты… – зашипела самая ядовитая из них, но тут двери аудитории открылись и нас пригласили на экзамен.
Да уж, обучение точно не будет легким…
Когда я села, то не сразу заметила, что вокруг меня образовался круг отчуждения. И в очередной раз горько улыбнулась. Однако именно это помогло сосредоточиться, не отвлекаться и написать все, что удалось впихнуть в голову за столь короткое время подготовки. Хотя опекун и говорил, что этот экзамен является скорее заслоном для совсем уж тупых и необучаемых, а главное, чтобы у адепта была магия и возможность заплатить за довольно недешевое обучение, но я все равно сильно волновалась, ведь совсем недавно даже не имела представления об этом мире! Но, глядя на исписанные листы, поняла, что шанс сдать экзамен у меня есть. К тому же мне удалось ответить на все вопросы. Уж не знаю, полно или нет, но не пропустила я ни одного.
Когда сдача теоретических дисциплин закончилась, мы ждали результаты, по итогам которых и будет решено, кого допустят к магической диагностике, а кого отправят домой. Именно уровень магии сможет определить, соответствуешь поступающий выбранному факультету или стоит пересмотреть свой выбор, а может, и вовсе обучаться не имело смысла.
В этом мире магия не делилась на направления. Разнился лишь объем силы, с которым маг мог работать, пропуская через свое ментальное тело, и уровень детализации магических арканов, которые он способен осуществить. Магическими арканами здесь называли вязь заклинаний, но чем детальнее была эта вязь, тем сильнее и действеннее она была. Наиболее сильные маги шли на боевой или целительский факультеты – самые престижные, хотя и остальные пользовались популярностью. Я же хотела попасть на Факультет пространственных преломлений. Именно там более детально изучали порталы и все, что с ними связано, а я не теряла надежды найти способ попасть на Землю раньше, чем через пять лет. А еще там учили увеличивать пространство! Вот входишь ты в маленький домик, а внутри целые хоромы с множеством комнат и залов, которые по размерам соответствуют целому замку! И это сделал именно пространственный маг! Конечно, я утрирую, но смысл примерно таков. Меня смущало одно: чтобы туда поступить, магический потенциал должен быть довольно впечатляющим. А каким он будет у меня, предположить не могла, как и мой опекун, чтобы ему икалось.
Наконец, на стенде вывесили список имен адептов, прошедших конкурс по теоретическим знаниям, и я пошла вперед, чтобы посмотреть, есть ли там мое.
– Уродина, куда прешь? – толкнул меня высокий красивый парень с надменным лицом и прошел вперед.
– Туда же, куда и ты, – буркнула себе под нос и, потерев ушибленное предплечье, пошла вперед, не обращая внимания на злорадные смешки.
И вроде рост имела вполне средний для девушки, а увидеть что-то из-за стоявших впереди поступающих не могла. Даже на носочки становилась, но разглядеть ничего не выходило, а подойти ближе все не получалось. Внезапно кто-то сзади подхватил меня за талию и приподнял вверх.
– Ну что, видно, красавица? – услышала я задорный голос и, не теряясь и не оборачиваясь, потому как побоялась, что меня тут же уронят, всмотрелась в списки.
– Нашла! – радостно сказала и, улыбаясь, наконец, обернулась.
Как и ожидалось, меня тут же выпустили из рук.
– Оу… крас…кр… в общем, девушка, я рад, что удалось помочь. – Парень поскреб затылок, разглядывая мою физиономию. – Эк тебя природа обидела…
– И не говори, – вздохнула я, совершенно не задетая его словами. Да и видно было, что сказаны они были не со зла, а от растерянности и как констатация факта. – Спасибо, что помог.
– Да не за что… – продолжал растерянно на меня пялиться он, но убегать от меня с воплями ужаса не торопился.
И я решила представиться.
– Меня Алей зовут.
– Красивое имя для красивой… эээ… – осекся он, так и не договорив фразы. Видимо, для этого он был слишком честен. – А меня Грегом зовут.
– Приятно познакомиться, – улыбнулась я.
Мне и правда было приятно пообщаться хоть с кем-нибудь, кто от меня сразу же не шарахнулся.
– Ты смотри, этот деревенщина нашел-таки себе девушку под стать! – раздался рядом ехидный женский голосок, сопровождаемый такими же ехидными смешками.
Знакомый, к слову, голосок. И действительно. Совсем рядом с нами стояла та самая девичья компания, что насмехалась надо мной перед экзаменом. Но парень меня удивил – вместо того чтобы тут же откреститься от знакомства со мной, взял за руку и угрюмо сказал:
– Пошли отсюда. – И, словно ледокол, прокладывая путь в толпе, повел меня прочь.
А я еле сдержалась, чтобы не показать этим девицам какой-нибудь неприличный жест. Во-первых, давно таким не страдала, а во-вторых, не была уверена, что его в этом мире поймут.
– Грег, я так понимаю, ты с ними знаком? – Спросила я после того, как мы вышли на улицу и присели на лавочку.
Он криво улыбнулся:
– Сложно быть не знакомым с лучшими подругами сводной сестры.
– И сестра тоже была среди них?
– А то! Сьюки слишком сильно мечтала о поступлении в академию, чтобы пропустить этот момент. «Здесь же будет столько перспективных магов»! – передразнил он.
– Н-да, не завидую я тебе. А чего они на тебя так взъелись?
– Не там, видите ли, вырос, – и скосил на меня взгляд. – В глубокой провинции, можно сказать, в деревне.
– А мы с мамой каждое лето в деревню ездили. Хорошо там было… Особенно, когда все к своим бабушкам съезжались. Я иногда домой только к утру возвращалась, – улыбнулась, вспоминая то счастливое, пропитанное зноем и запахом трав время.
– Да? И тебя отпускали? – спросил парень.
А я поняла, что сказала что-то не то. Уж очень удивленным было его лицо.
– Ну-у-у, за нами, конечно, приглядывали, – сочинила я приемлемый вариант.
Но распространяться о своем иномирном происхождении не спешила. Сейчас это точно ни к чему.
– Понятно, – расслабился он и вздохнул, причесывая пятерней свою светлую челку. – Тебя, видимо, они тоже уже успели задеть. Очень уж красноречивый у тебя был взгляд.
– Ну, претензии ко мне ты и так уже знаешь: лицом не вышла, – и демонстративно очертила свой овал.
– Ты извини, в это мало верится, но меня замучает любопытство, если я не спрошу: кто-то из твоих родителей был гоблином?
Я потерла щеку, будто в надежде стереть с нее иллюзию:
– Никто. Гоблин и урод – это мой опекун!
– Э-э-э, не совсем понял.
– Не заморачивайся, – махнула я рукой. Говорить о том, что это не мое лицо, а иллюзия, я не собиралась, хотя очень хотелось. Сейчас это будет выглядеть, как желание быть и выглядеть лучше, чем есть. – Пошли лучше займем очередь на магическую диагностику. Кстати, ты куда хочешь попасть?
– На боевой, конечно. А ты?..
Вот так, переговариваясь, мы и пришли в нужный зал. Правда, тут Грег заметил своих друзей и, извинившись, потопал к ним. И даже с собой не позвал. По тому, с каким видом они на меня поглядывали, я поняла почему…
Эх, жизнь моя – жестянка… За какие-то несколько минут нормального общения я успела подзабыть, как теперь выгляжу. Оглянулась и поняла, что никакой очереди здесь нет и не будет, а сам зал выступает в данном случае некой прихожей, где ожидают вызова будущие адепты. Чтобы не привлекать лишнего внимания, я постаралась пристроиться в уголок и поменьше отсвечивать. Так и дождалась своей очереди.
Почему-то мне казалось, что измерение уровня силы будет происходить при всех и в том большом зале, а никак ни в этом небольшом обычном кабинете. Лишь позже я узнала, что уровень силы – это очень личная информация, которой в среде магов не принято делиться. Понятно, что все и так будут знать сильный ты маг или слабый, но ведь это слишком общие сведения, а нюансов просто тьма.
– Добрый день, лейра Спицына, – поздоровался профессор. – Судя по записям, ваш дар нужно разблокировать. Присаживайтесь. – Он указал на кресло, а потом протянул мне пирамидку с подвижными блоками. – Сдвиньте верхушку немного вправо. Да вот так. И не бойтесь. Больно не будет.
С пирамидкой в моих руках начали происходить метаморфозы: все больше и больше маленьких кирпичиков, из которых она состояла, отъезжали вбок, и в какой-то момент артефакт стал похож не на пирамиду, а на странного ежика. А потом что-то внутри этой конструкции завибрировало, засветилось, и это свечение в одно мгновение охватило все мое тело.
Больно и правда не было. Было просто жутко, до безумия больно! Казалось, каждую клеточку моего тела пронзил разряд молнии, и я сейчас просто развалюсь на части и превращусь в небольшую горку пепла. Наверное, я потеряла сознание. Потому что очнулась от того, что кто-то похлопывал меня по щекам и испуганно звал по имени.
– Лейра Спицына! Что с вами? Очнитесь!
– Пить… – прошептала я пересохшими губами. Ощущение были такими, будто я целый день ползала в пустыне, изнывая от жажды, а потом, обманувшись миражом, наелась песка.
Где-то что-то звякнуло, и мне к губам приставили стакан с водой. Какое же это оказалось счастье – напиться самой обычной воды! Она буквально смывала все неприятные ощущения и давала жизненные силы! Будто и не было только что того дикого состояния, когда я с трудом ворочала языком.
– Что это было? – наконец, спросила и вгляделась в обеспокоенное лицо старого профессора.
– Честно говоря, такого в моей обширной практике еще не случалось, – недоуменно ответил он. – Такое впечатление, что ваше ментальное тело чем-то сильно отличается. И вашу блокировку нужно было снимать постепенно. – Он снял очки, достал из кармана платок и, задумчиво рассуждая, начал их протирать. – Обычно после распечатывания магических способностей каналы не слишком развиты, и требуется какое-то время, чтобы они начали пропускать магические токи. Потом они постепенно расширяются, и маг получает свою полную силу. У вас же или каналы изначально были столь велики, что слишком резко и в большом количестве начали закачивать магию, либо… – он задумчиво поднял на меня глаза и спросил: – Скажите, лейра, а у вас случайно нет родственников среди драконов?
От такого дикого предположения я совсем растерялась.
– Кого, простите?
– Драконов, – продолжал он пытливо всматриваться в мои глаза. – Это бы очень многое объяснило.
– Нет, – тихо выпадая в осадок, ответила я, а потом все же поправилась: – Насколько я знаю…
Профессор перевел свой задумчивый взгляд на свои очки и, водрузив их на нос произнес.
– Что ж, в ближайшее время оборот вам все равно не грозит, а потому перейдем к определению ваших магических способностей. Конечно, сразу после разблокировки артефакт покажет более низкое значение, но через полгода можно будет повторить процедуру и уточнить ваш уровень.
Профессор говорил все это будничным тоном, а у меня тихо и не спеша, плавно шифером шурша, ехала крыша.
– Постойте! – наконец, обрела я дар речи. – О чем вы вообще говорите?! Какие драконы? Какой оборот?
– Не волнуйтесь так. Просто крайне странная активация вашего дара навела меня на мысль о том, что ее могло спровоцировать наличие у вас в ауре еще одной ментальной структуры. Их наложение и могло спровоцировать такой приступ боли. Я, конечно, никогда подобного не видел, но читал о чем-то похожем в одном старинном трактате. Хотя и не уверен, что это ваш случай.
– А оборот? Вы что-то говорили об обороте? – сглотнула я ставшую вдруг вязкой слюну.
– О! Об этом вам точно волноваться не стоит! По крайней мере, пока.
– Почему?
Проснуться однажды в чешуе и с крыльями наизготовку – ощущения почище, чем с уродливой маской на лице. Моя психика могла и не выдержать подобной встряски.
– Поверьте, чтобы разбудить даже в полукровке – не то что в квартироне – дракона, нужно чтобы сошлось слишком много факторов. Здесь, в академии, вам это не грозит. А то, что вы не чистокровный дракон – я вижу точно.
– Так, может, вы сможете точно разглядеть, есть ли у меня эта самая вторая сущность в ауре?
– Лейра, – устало проговорил он, – вы еще слишком мало знаете о магических расах, потому задаете такие глупые вопросы. Но я вам все же отвечу: вторая ипостась дракона существует в другом… так скажем – измерении, и когда он находится в первой – человеческой, его аура и похожа на человеческую, однако гораздо сильнее. Увидеть вторую сущность существа через ауру просто невозможно!
– Но оборот мне точно не грозит? – все же решила уточнить я.
– Нет, – твердо ответил он, но, подумав, все же добавил: – насколько я знаю. Право слово, у нас в академии даже драконов нет, чтобы на это появился хотя бы мизерный шанс!
– А…
– Все! Я и так потратил с вами слишком много времени. Берите вот этот артефакт. Нужно узнать ваш уровень силы. – И протянул мне какой-то металлический шарик. – Ну же! Не бойтесь! Больно не будет!
– Где-то я это уже слышала… – пробурчала себе под нос, но артефакт все же взяла.
Он начал светиться, попеременно изменяя интенсивность свечения и цветовую гамму. Профессор внимательно смотрел на это и записывал в бланк с моим именем. Через минуту все закончилось.
– Ну что? – не выдержала я.
Профессор дописал предложение и только тогда ответил:
– Поздравляю! Уровень ваших магических способностей довольно высок. По крайней мере, вы можете претендовать на любой из наших факультетов. Вот, – он протянул мне копию исписанного листа. – Можете более подробно ознакомиться с измерениями. А сейчас вам нужно подойти в приемную комиссию и подать заявление на интересующий вас факультет.
Вышла я из кабинета уже через другую дверь.
– Чем дальше, тем страньше и страньше…
Я медленно шла по коридору и, опустив голову, переваривала только что свалившуюся на меня информацию.
– Девушка, вам помочь? – раздался над ухом приятный мужской голос.
От неожиданности я даже подпрыгнула и посмотрела наверх. Симпатичный улыбающийся парень при виде моей незабываемой мордашки резко спал с лица и так быстро ретировался, что я не успела даже слова сказать.
– Н-да… Есть ли у меня в роду драконы, нет ли – сейчас все равно неважно… – я с остервенением потерла свой новый огромный нос и, гордо вздернув подбородок, направилась в приемную комиссию. – Ничего… Этот нос еще многих заставит изменить свое мнение о красоте! Вот!
Сьюкариэлла – или, как ее звали подруги, Сьюки – зашла в предоставленную ей в студенческом общежитии комнату и поморщилась. Разве так должны жить отпрыски элиты их королевства? Где это видано, чтобы им даже слуг держать запрещалось?! А это что такое?! Вторая кровать?! Они что, издеваются?! Чтобы она, графиня Ламорская, жила в этой конуре еще с кем-то?!
В этот момент носильщики поставили ее многочисленный багаж прямо посреди комнаты и направились прочь.
– А как же… – совсем растерялась девушка, но ее, кажется, даже не услышали.
Кто будет развешивать ее многочисленные платья и раскладывать по местам вещи? Она ведь никогда не занималась этим сама. Мама всегда повторяла, что это ей не по статусу. Ее, конечно, предупреждали о том, что в академии совершенно иные порядки, только она все равно до конца не верила. Думала, сводный братец ее специально пугает и подначивает. Но слуги ушли, и никто даже не подумал задержаться и помочь ей! А шкафы? Разве это шкафы?! Да в оба не влезет и треть привезенных ею платьев!
Дверь за спиной девушки приоткрылась, и она облегченно выдохнула. Ну, конечно же, горничные в этом заведения есть! Просто ответственная за ее комнату опоздала!
Она резко обернулась, готовясь отчитать эту ленивую копушу.
– Привет, – поздоровалась с ней та самая страшилища, что посмела ей дерзить перед экзаменом. – Ууу, а страньше и страньше уже в прошлом, впереди все страшнее и страшнее.
– Что, страшилка, боишься? – Выставила девушка вперед плечо и горделиво вскинула голову. – И правильно делаешь!
– Да нет, просто обрисовываю наши совместные перспективы… – ни капли не смутившись, ответила та и добавила: – Соседка.
– Что?! Да я с тобой… я… – она даже задохнулась от одной мысли, что ей придется жить с этой уродиной! Да один ее вид претит ее тонкому эстетическому вкусу! – Вон отсюда! – гордо указала рукой на дверь.
Та же, вместо того чтобы тут же выбежать прочь, исполняя ее повеление, спокойно отодвинула вбок мешавшую ей пройти выставленную руку с указующим перстом и прошла вперед. Огляделась.
– А ничего так, жить можно, – а потом перевела взгляд на выставленные горой в середине комнаты чемоданы и протянула: – Мне даже интересно, куда ты все это рассуешь…
Оскорбленная до глубины души графиня вышла прочь, громко хлопнув дверью, и направилась к коменданту общежития. Она была уверена, что стоит ей только потребовать – эту нищебродку отселят! Каково же было ее удивление, когда еще на подходе к его кабинету она встретилась еще с пятеркой своих знакомых, которые собрались требовать того же самого! Девушки тут же начали делиться своим возмущением по поводу отвратительных условий проживания. А потом открылась дверь, и к ним вышла комендантша. И отчего-то глядя на эту огромную дородную гоблиншу девушка и без слов поняла, что ее несчастьями здесь никто не проникнется…
***
«Фух. Эта истеричка ушла. Надеюсь надолго», – подумала я и с облегчением опустилась на свою кровать. Комната оказалась довольно просторной, даже побольше, чем была у меня в доме опекуна, но и жить я здесь буду вдвоем с соседкой. Не самой приятной, к слову. Может, ей повезет договориться с комендантом, и меня все же переселят? А пока… Пока можно сходить к завхозу за бельем и мантиями.
Как оказалось, они здесь вовсе не для того, чтобы отличать учащихся факультетов. Вернее, не только для этого. Главной их функцией была защита от магического воздействия. Все же в академию часто поступали такие, как я, у которых магия в силу различных причин была перекрыта. А потому пользоваться ею они учились уже здесь, в академии. Сила часто выходила из-под контроля, и тогда вот такая вот мантия становилась единственной защитой.
Магию детям перекрывали по разным причинам, но чаще из-за того, что ребенок просто не мог с нею совладать, а подвергать свою жизнь и имущество угрозе никто не горел желанием. Поэтому дети, чья сила была особенно сильна или просыпалась слишком рано, подвергались вот такой вот магической заглушке. А дальше или учеба в каком-нибудь магическом заведении, или продление заглушки. Те, кому магические потоки не перекрывали, могли не поступать учиться, но должны были стоять на учете и каждый год сдавать какие-то там тесты. В общем, все маги в королевстве под учетом с самого рождения.
Когда я вернулась, соседка уже была в комнате и медитировала над своими чемоданами – тупо на них пялилась. Я свои немногочисленные пожитки уже успела разложить, а потому решила заправить постель. Судя по тому, что мне не было сказано ни слова, выселять меня не собираются.
Перетряхивая одеяло, я заметила, что Сьюки очень внимательно за мной наблюдает.
– В чем дело? – поинтересовалась я – подобное внимание раздражало.
– Ты должна принести постельное белье и застелить мою постель! – после некоторого молчания приказным тоном выдало это чудо.
– А больше я тебе ничего не должна? А то я как-то не в курсе.
– Я – графиня Ламорская, – заносчиво заявила она. – И поверь, в моих силах повлиять на твое будущее в самой академии и после ее окончания! Поэтому да, должна! Мне нужно… – воодушевилось она.
– Кому должна, я всем прощаю, – отрезала я, не дослушав монолог, и продолжила заниматься своим делом.
Видимо, аристократка решила сесть мне на шею и ножки свесить. Ну уж нет! А о своем будущем я как-нибудь сама позабочусь. Хуже, чем есть, мне все равно очень сложно сделать.
И снова возмущенный стук закрываемой двери – мою соседку куда-то вымело. И не было ее довольно долго. Я успела сходить в столовую, где благодаря моей неординарной внешности получила в пользование целый столик (не будем говорить, пообедала в одиночестве, а именно заполучила в пользование!) и даже ознакомилась с уставом академии и ее подробным планом. Мало ли что может пригодиться. Я в этом мире слишком недавно, чтобы пренебрегать даже такими мелочами.
Наконец, дверь открылась, и на пороге появилась Сьюки в сопровождении Грега.
– Вот! – указала она на меня рукой.
– О! Аля, привет! – помахал он мне рукой и улыбнулся, явно не понимая, чего от него хочет эта ненормальная.
– Ты должен ее заставить мне прислуживать!
Наши брови от такого заявления синхронно подпрыгнули вверх.
– В смысле…
– Ну, Грег! Она же простолюдинка! Она должна прислуживать аристократам!
– Эээ… – парень явно не знал, как реагировать. – А она что?
– А она не хочет! – искренне возмутилась девушка. – Это ведь любому понятно: нас специально селят с вот такими вот, чтобы они нам прислуживали! Ведь горничных здесь нет!
О! Точно успела пообщаться со своими подружками! Сьюки явно не была мозгом в их компании. Интересно, им провернуть этот фокус со своими соседками удалось? Не удивлюсь, если да. Это мне фиолетово местное общество, я вообще домой вернуться хочу. А обычным девушкам в будущем такая протекция вполне может пригодиться.
– А ничего, что в уставе написано, что в магической академии все равны? —поинтересовалась я, помахав небольшой книжечкой, которую продолжала держать в руках.
– Да кто читает эту макулатуру?! – парировала она. А я перевела взгляд на Грега, который явно не знал, как себя вести в данной ситуации. – Ты что, увалень деревенский, совсем перестал быть аристократом в этой своей провинции? Ты должен помочь своей сестре!
– И как я должен заставить эту девушку тебе прислуживать? – заинтересованно спросил парень.
– Ты совсем дурак? Пригрози ей! – даже топнула та ножкой.
– Чем?
Вот тут, то ли фантазия девушки забуксовала, то ли, наоборот, выдала слишком большой перечень вариантов, но она лишь стояла, открывала и закрывала рот и махала в мою сторону рукой. А я вдруг очень отчетливо поняла, что она дико растеряна и просто не знает, что делать. Причем не только со мной, а и с той кучей барахла, что продолжало лежать посреди комнаты, мешая ей пройди к кровати.
– Грег, может, мы все-таки ей поможем? – обратилась я к парню, и тот перевел на меня удивленный взгляд.
– Вот! Поняла, наконец, с кем разговариваешь! – радостно и облегченно выдохнула Сьюки.
Я же только глаза закатила.
– Да мне как-то все равно графиня ты или нет. Я просто не хочу еще неделю спотыкаться об эту кучу!
Но ее мои слова уже не интересовали, главное она услышала и намылилась нас покинуть!
– Ну ладно, разбирайте их тогда! А мне нужно поговорить с Ритариэллой.
Я от такой наглости – ну или искренней веры, что все сделают за нее – даже расхохоталась.
– Сьюки, ты не поняла. Ни я, ни Грег ничего за тебя делать не будем. Мы просто поможем тебе отобрать те вещи, которые ты отправишь домой. – У девушки даже рот открылся от осознания надвигающейся катастрофы. – Поверь, я все понимаю, и каждая вещь в этих чемоданах тебе просто жизненно необходима. Но и ты пойми: мы это все здесь просто не разместим! К тому же рассчитывай только на свой шкаф.
Девушка перевела ошарашенный взгляд с меня на брата и, судя по всему, собралась в категорической форме возразить. Но тут Грег меня удивил:
– Но если ты отказываешься от нашей помощи, то мы пойдем. Аля, пойдешь со мной осматривать местный парк?
– С удовольствием! – с чувством ответила я и даже сделала в его сторону шаг.
– Стойте! – завопила девушка. – Я согласна…
…Лучше бы я спотыкалась об эти чемоданы еще месяц! Потому что эта ненормальная за каждую свою тряпку сражалась так, что нам с Грегом приходилось ее изымать чуть ли не силой. А несколько раз… несколько десятков раз мы даже порывались уйти и оставить ее наедине со своими пожитками.
Наконец, перед аристократкой остался лишь один чемодан, над которым она сидела и лила слезы размером с крупные жемчужины.
– Я не могу-у-у их отправить обратно! Это же мои лучшие бальные платья-я-я! – и посмотрела на меня, давя на жалость.
А я что? Я раньше таких красивых платьев не видела. А ткань! Ммм… Только вот свободное место осталось только у меня в шкафу, в котором сиротливо висело одно сменное платье. Опекун, как и обещал, отправил меня в академию нищей. Но я прекрасно понимала, что если позволю хоть одной ее тряпочке проникнуть в свой шкаф, то очень скоро с трудом в каком-нибудь уголочке смогу найти свои вещи.
– Сьюки, вот скажи, зачем тебе в академии бальные платья? – устало вопросил Грег, сидя на моей кровати и подперев рукой щеку.
– Как?! У девушки всегда должно быть в гардеробе такое платье! К тому же через несколько месяцев ожидается ежегодный Бал первокурсников!
А я и не знала таких подробностей. Однако уже заранее предполагала, что туда не пойду. Банально не в чем.
– Ну вот и выбери себе одно бальное платье. Зачем тебе пять? – Грег посмотрел на часы на своем запястье. – Блин, я так с вами ужин пропущу. Сьюки, давай уже решайся на что-нибудь и пошли!
Девушка с болью во взгляде остановила выбор на трех и умоляюще на меня посмотрела – уже знала, что в очередной раз требовать, просить или как-то иначе на меня давить не имеет смысла. И я сдалась.
– Ладно. Только если я увижу в своем шкафу еще хоть одну твою вещь, выкину ее прямо из этого окна!
– Иии! – радостно завизжала она. – Спасибо! – и подскочила, чтобы повесить свои платья.
– Надо же, твоя сестра даже знает слово «спасибо», – вздохнула я, сидя рядом с Грегом и точно так же подперев щеку кулаком.
– Сам в шоке, – флегматично ответил он. – Ну что, пошли?
– Пошли, – я встала и огляделась. – Вот теперь можно поверить, что в этой комнате живут графини.
– Какие графини? – выглянула из-за дверцы шкафа Сьюки.
– Ты и я, – усмехнулась.
– Так ты аристократка? – сильно удивилась девушка.
– Мой отец граф Россельмейр.
Она наморщила носик, пытаясь вспомнить эту фамилию.
– Нет, не помню. Ваше поместье где-то на окраинах?
– Не знаю, но дом есть и в столице, – пожала я плечами, припоминая известные мне факты. Прятать ото всех свое происхождение я не собиралась, что бы там Лягух ни говорил.
– Тогда почему я ничего не слышала о Россельмейрах, хотя два года прожила в столице безвыездно? – ехидно спросила она, будто уличая меня во лжи.
– Может, потому что отец пропал без вести более десяти лет назад, а нам с мамой столичная жизнь была неинтересна?
Уж кого-кого, а посвящать Сьюки в детали своей жизни я точно не собиралась, но дернуло же что-то за язык сказать про графский титул. Наверное, тщеславие в одном месте взыграло.
– Прости. Я не думала… – смутилась девушка и потемнела лицом. – Я пойду… – И, закрыв дверцы шкафа, вышла из комнаты.
– Ее отец как раз лет десять назад погиб, она переживает это до сих пор, – сказал Грег. – А моей сводной сестрой она стала два года назад.
– Понятно…
– На самом деле она неплохая, но у нее такие подруги… – он покачал головой.
– Верю, – вздохнула я. – Пошли уже в столовую, а то так есть хочется, что я скоро нацелюсь на твои уши!
Грег в притворном ужасе обхватил их ладонями.
– Не знал, что ты еще и каннибализмом страдаешь!
– Если так и будешь просиживать штаны на моей кровати, вместо того чтобы проводить девушку к ужину, то убедишься в этом на собственной шкуре! – Я состроила страшную рожу.
Видимо, перестаралась, слишком уж резво парень подскочил с места и пошел открывать мне дверь.
Дни в академии полетели, как осенние листья на ветру. Потихоньку от меня переставали откровенно шарахаться – привыкли. Но это не мешало некоторым индивидам периодически надо мной издеваться. Пытались даже несколько раз побить страшилку в темном углу. Не нравилась им, видите ли, моя гордо поднятая голова. Но как-то удавалось вывернуться. А пару раз спасал Грег со своими друзьями. Лил, а если полностью – Лиландир, в предках которого явно затесались эльфы, и Мерч – Мерчидар, оказались неплохими ребятами. Чувствовалось в них внутреннее благородство, из-за которого они мне и помогали. Хотя настоящей дружбы между нами пока не случилось, скорее, приятельские отношения.
С Грегом было удивительно легко. Словно брата нашла, честное слово. Временами он заваливался к нам со Сьюки в комнату и требовал чаю, принося с собой из буфета что-нибудь вкусное. Чай на стол ставила Сьюки. Не без ворчания, но все же. Я подобной малостью похвастаться не могла. Отказалась бы и от угощения, но Грег был непреклонен. Благо кормили в академической столовой неплохо. Конечно, хотелось докупить в буфете и сладкую булочку на полдник, и пирожное к чаю, но той мелочи, что мне с собой все-таки дали, по моим расчетам и так с трудом хватит на покупку канцелярии до конца месяца. Хорошо хоть ручку с собой выдали, самую простенькую, но магическую, и она будет исправно писать еще минимум до нового года. Но как быть дальше, я не представляла. Куска мыла, что служило мне, и шампуня тоже явно надолго не хватит. И почему-то мне казалось, что опекун высылать деньги мне не собирается. Ждет, зараза, когда сама попрошу, и это будет значить лишь одно – капитуляцию… Но я подобного допустить не могла и усиленно обдумывала способы заработка. В академии, к сожалению, для первокурсников никакой работы не было, даже уборщики не нужны. С этой обязанностью вполне справлялись артефакты и проштрафившиеся адепты. А потому я ждала, когда нас выпустят в город, чтобы поискать что-нибудь там. Для первокурсников ворота академии откроются ровно через месяц после начала занятий – такое правило.
Я даже думала за небольшую плату предложить адептам помощь в выполнении домашнего задания. Грегу же я помогала. Разумеется, без всякой платы, хотя приносимые им вкусняшки с лихвой компенсировали мои трудозатраты. На первом курсе очень многие предметы были общими для всех факультетов, и наши группы нередко встречались на парах. К примеру, Сьюки явно поступила в академию не для того, чтобы учиться, и таких было немало. Я же успела прочно прописаться в библиотеке и зарекомендовать себя зубрилкой. Это для местных магия – что-то само собой разумеющееся, а я, наконец, дорвалась до сказки! Вот и проводила все свободное время за книгами. А потому подобная идея не была лишена смысла. Но пока я все же решила повременить с подобным заработком – он будет отнимать слишком много времени, а его мне и так не хватает, чтобы узнать об этом мире самое элементарное.
К примеру, я узнала, что магия нейтральна только поначалу, а потом маг выбирает направление всерьез и проходит инициацию, после чего поменять его очень сложно. Это не мешает учить заклинания других направлений, просто они всегда гораздо слабее. Подтолкнуть к какому-либо направлению может сильное эмоциональное переживание, которое и провоцирует незапланированную инициацию. У нас, первогодок, она должна состояться как раз перед новогодними каникулами. И если адепт все же решает, что изучаемое им магическое направление не его, то он может перевестись на другой факультет и пройти инициацию в конце учебного года.
Все это прописные истины для любого жителя этого мира, ну или того, кто хоть как-то касался магии. Для меня же все это откровение, и узнавала я все из книг. Конечно, о многом можно было спросить друзей, если бы они существовали… Дружить со мной не торопились, да и я сама невольно стала сторониться адептов. Радовало одно: в разряд всеми презираемого изгоя я все-таки не перешла. Наверное, потому что так себя не вела и не ощущала. Уверена, дай я хотя бы небольшую слабину – и меня не гнобил бы разве что слепой.
Сьюки, несмотря на наши нейтральные отношения, которые возникли после того случая с чемоданами, подругой мне не стала. У нее была своя компания. Но она не придиралась по чем зря и не кривила свои красивые губы, и то ладно.
Конечно, пришлось научить ее очень многим бытовым мелочам, которые мне лично казались самыми простыми, но для девушки были внове. Например, застилать постель и заваривать чай, а складывать вещи туда, откуда она их взяла, для Сьюки оказалось и вовсе непосильной задачей. Периодически она пыталась меня склонить к тому, чтобы я ей прислуживала, но, как говорится, где пыталась сесть мне на шею, там и слезала. Но жизнь себе, а заодно и мне, она все же облегчила: заказала кучу бытовых артефактов, которые следили за тем, чтобы в комнате всегда была убрана пыль, грязь, а также ощущалась свежесть. Очень удобно! Вещи для стирки и чистки она сдавала в прачечный отдел. Здесь так было принято. Только и платить за это тоже было нужно. И вот этого я позволить себе не могла. А потому под насмешливые взгляды адепток сама стирала их в общей ванной тем самым мылом, которое, увы, должно было скоро закончиться. Про сушку лучше вообще не упоминать. Именно поэтому я с удовольствием и рвением ходила на не обязательные для посещения уроки по Бытовой магии. Вообще же пользоваться магией нас хоть и учили, но пока все же делали упор на умение чувствовать и сдерживать свою силу.
А с Грегом у нас установились довольно доверительные дружеские отношения, насколько это вообще возможно с парнем, с которым познакомилась совсем недавно. Но его ведь не посадишь перед собой на несколько суток, чтобы задать все интересующие вопросы, а временами именно такой информатор мне и был крайне необходим. Но чего не было, того не было.
Где-то дней через десять после начала занятий у нас с ним состоялся личный разговор:
– Грег, слушай, а ты не мог бы попросить кого-нибудь узнать что-нибудь о графе Россельмейре?
– Твоем отце? – удивился он.
– Ну да.
– А ты что… о нем ничего не знаешь? – совсем растерялся он.
– Представь себе, – вздохнула я. – Я из другого мира.
Признание отчего-то далось нелегко.
– Понимаю, – он сочувственно похлопал меня по руке, а у меня будто камень с души свалился. Как я уже успела узнать, иномирцев здесь не жаловали. Да и их появление было редкостью. Отчего-то среди немногочисленных магов, которые могли путешествовать между мирами, существовало некое табу на перемещение посторонних. А если уж такие случаи были, то их старались скрывать. Обыватели и вовсе о других мирах не знали или могли только догадываться. – Я и сам будто из другого мира прибыл, когда появился в столице. Два года уже прошло, а Сьюки мне все припоминает, как я нашей кухарке попытался помочь корзину донести. И ведь не потому, что она такая плохая и не хочет людям помогать, просто в ее среде слуги будто в каком-то ином измерении живут. А у нас в Штабле все было гораздо проще. Ты, кстати, сама из какой провинции? Отец тебя не хотел признавать? Мать из простолюдинов?
– Эээ… – затормозила я и только тут поняла, что он понял меня совсем не так. Переубеждать парня? А нужно ли? Это лишь породит еще больше вопросов. А я не уверена, что хочу на них отвечать. – Название провинции тебе ничего не скажет, как и мне твой Штабль. А мать… мама у меня замечательная, просто отца признали после долгой пропажи погибшим, корона назначила мне опекуна, редкостного гада, и по завещанию мне пришлось отправиться сюда.
Парень кивнул, будто примерно все так и представлял.
– А почему ты опекуна гадом называешь? Он тебя обижал?
Я тяжело вздохнула и перевела тему разговора:
– Слушай, а ты случайно не знаешь, как можно отследить, куда, к примеру, тот же опекун тратит деньги подопечной?
Парень хмыкнул.
