Посмотрела на часы. У меня не так много времени, чтобы успеть вернуться в университет. Водитель не знает, что последнюю пару отменили, и приедет к назначенному ранее времени. У меня есть фора, но не такая большая, чтобы прохлаждаться в отеле с мажором.
Дойдя до номера, я обнаружила дверь слегка приоткрытой. К моему облегчению, горничная застилала кровать чистым бельем и прибиралась. Не хотела бы я пялиться на грязную кровать после произошедшего на ней ночью. Сама мысль о том, что Ратмир кувыркался на ней сначала с одной сестрой, а потом с другой, была омерзительной. Неужели людям всё равно с кем? Уж мажору-то точно!
А эти две девки? Неужели Ратмир такой неотразимый, что они готовы терпеть подобное отношение? Внешне он, конечно, горяч, и, не будь я знакома с его темной стороной, возможно, мне он даже понравился бы… Но, учитывая то, какое дерьмо вылетает из его рта, на его внешнюю привлекательность мне было плевать.
Выпроводив горничную, я с опаской села на кресло, надеясь на то, что голый мажорский зад на нем не восседал, достала конспект, прекрасно понимая, что это лишь очередной предлог достать меня. Видимо, жизнь у Ратмирчика настолько скучная, что я стала единственным развлечением, не считая близняшек. Черт! И чего я только пристала к ним?! Каждый сам выбирает, заниматься ему сексом или нет.
Мне, конечно, это светит только после свадьбы, ведь девушкам не скрыть свой позор, в отличие от парней, которые пользовались вседозволенностью и веселились до свадьбы. Хотя веселье так себе. Наверное. О нем я знала лишь теоретически.
– Держи, – кинул мне на колени тетради внезапно появившийся Ратмир. – Перепиши лекции и можешь быть свободна.
– Какого черта?! – вскрикнула я, накрывая глаза ладошкой. Чертов бесстыдник был в одном полотенце, обвязанном вокруг бедер! – У тебя что, какие-то проблемы с одеждой?!
– С чего ты взяла? – судя по голосу, пребывая в чудесном расположении духа, отозвался он.
– С того, что ты так и норовишь ее скинуть! Чертов эксгибиционист! – Моему возмущению не было предела.
– Ого, какие мы знаем словечки! – захохотал этот гад. – Может, ты еще что-то знаешь и умеешь? – прозвучало слишком близко, заставив меня замереть.
– Не смей…
– Что? Даже пальцем тебя не тронул, а у тебя уже пошлые мысли в голове. Может, из нас двоих это ты развратница и извращенка, принцесса?
Глава 5
Мадина
– Еще бы ты меня тронул! – возмутилась я, дрожа всем телом от ярости. – Ты сам такой. Вот и видишь в других подобное себе. Ну а я не такая, понял?
– Какой такой? – ухмыльнулся он, явно наслаждаясь беседой.
– Порочный! Вообще без принципов и морали!
– Ладно-ладно, хватит тут кипятиться, у меня от тебя голова разболелась, – простонал он и плюхнулся на кресло, широко раскидывая ноги. Полотенце раздвинулось тоже…
– Ради бога, оденься! Иначе я просто сейчас уйду! – потребовала я, глядя, как он открывает крышку с бутылки минералки и наклоняет ее к себе, сначала забросив в рот таблетку от головной боли, а потом жадно высасывая целую бутылку.
Мощный кадык двигался, когда он пил, а несколько капель полились прямо по коже, завораживая меня своим медленным и извилистым движением, огибающим рельефы мышц.
Черт! Это какая-то мания. Мания пялиться на него.
– Окей, удовлетворю тебя, – подмигнул он мне, резко вставая и скидывая полотенце. Мне оставалось только зажмуриться и слушать, как он шуршит одеждой.
Гад! Вообще меня не щадит. Такое ощущение, что он не понимает, что я невинная девушка строгих родителей, которые бы упали замертво, узнай они о том, где я нахожусь и что делаю.
– Можно? – пискнула я как мышь.
– Можешь смотреть, – лениво сказал мажор, а когда я открыла глаза, он снова сидел, развалившись на кресле, в футболке и джинсах и с босыми ногами, которые смущали меня не меньше его голого торса. Он чувствовал себя вольготно, в отличие от меня, и уже рылся в моей сумке.
– Что ты делаешь? – возмутилась я.
– Ищу конспект. А то вдруг ты собралась медитировать, мало ли, – пожал он плечами, намекая на то, что я сидела с закрытыми глазами. Ух, убила бы, заразу!
– И что ты собираешься делать? Мне этот конспект нужен.
– Мне он нужен больше, на лекцию я не пошел, но мне нужны знания. Хотя, черт, в твоих каракулях не разобраться. Придется тебе читать вслух.
– Если ты хочешь, чтобы тебе прочитали вслух, не желаешь ли сходить на лекцию? – съязвила я, обидевшись. У меня нормальный почерк, просто я не ожидала, что будут диктовать так быстро и что всё это нужно записывать! Я же не стенографистка.
– Опять капризы, принцесса? – изогнул он бровь, снова заглядывая в тетрадку. – Я устал, мне лень придумывать тебе новые задания. Ты сходила за минералкой и даже принесла мне обезболивающее. Кстати, спасибо за заботу, – кивнул он на таблетки, которые я дала ему вместе с минералкой, зная, что у него болит голова.
Я вовсе не хотела позаботиться, просто думала, что, если он перестанет мучиться головной болью, то быстрее меня отпустит, не будет срывать на мне злость.
– Прогиб засчитан, – ухмыльнулся он, зля меня. – Прочитаешь мне лекцию – и свободна.
– Ратмир, я не могу. Ты, наверное, не понимаешь условий, в которых я живу. Меня от университета забирает водитель. И время поджимает, мне нужно скоро уезжать, – попыталась я объяснить свою ситуацию.
Но, конечно же, он был неумолим.
– И что ты предлагаешь? Не думаешь же ты, что я просто так прощу тебе задание и скажу, что оно отменяется?
– Это всё ужасно затянулось, Ратмир, – сказала я серьезно. – Тебе не приходило в голову, что нам нужно с этим покончить?
– Покончить? Что бы это значило? – удивился он, поглядывая на меня с интересом.
– Может быть, я сделаю какое-то одно большое задание для тебя? Такое, чтобы ты посчитал, что я искупила свою вину?
– Ого, играем по-крупному, – присвистнул он, скользя вдоль по моему телу каким-то непонятным, пугающим взглядом. – У меня есть одна идея. Только, боюсь, она тебе не понравится.
– Какая? – сглотнула я, глядя на него в упор.
– Ты можешь рассчитаться собой. Прямо сейчас, – вновь окидывая мое одетое в легкое голубое платье тело плотоядным взглядом, бесстыдно предложил он.
Я же была настолько шокирована тем, что он посмел даже подумать о том, что я соглашусь, что просто застыла, не зная, как реагировать. Может, он шутит? Не может же он всерьез полагать, что я соглашусь на подобную мерзость?
– Как ты смеешь предлагать мне подобное?! Разве не знаешь, как для нас важна честь и невинность девушки!
– Неужели твой цветочек не достался Калиеву? – приподнял он удивленно брови, шокируя меня еще больше. – Мне казалось, когда сбегаешь из дома с парнем, дело заходит намного дальше поцелуев и невинного петтинга.
О господи! Неужели этот гаденыш думал, что у меня было что-то с Андреем?!
– Ты с ума сошел! Все эти вещи возможны только после свадьбы! Андрей и пальцем меня не тронул! Он не такой бесчестный, как ты!
– Прям святой наш Андрюша. Хороша сказка, да вот только…
– Вот только что?! Не надо судить всех по себе! То, что ты прыгаешь из постели в постель, не значит, что все такие! – уже кричала я, встав и нависнув над ним.
– Я всего лишь предложил тебе способ избавиться от меня, принцесса. То, что он тебе не понравился, твои проблемы. Что же касается твоих отношений с Калиевым, мне, честно говоря, насрать, – словно специально используя грубость, ухмыльнулся гад. – Для меня девственность не более чем красивая обертка на подарке. Бесполезна.
– Рада за тебя и твои прогрессивные взгляды! Только отдавать тебе ее я не намерена! Ты полный идиот, если думаешь, что я, для того чтобы скрыть один позор, подвергну себя другому!
– Закончила? – лениво поинтересовался он, совершенно не впечатленный моим выпадом. – Раздевайся и ложись на кровать или читай лекцию. Выбор за тобой. Я повеселюсь при любом раскладе.
– Веселье? Вот что я для тебя?!
– А ты хотела бы быть чем-то большим, принцесса? Прости, детка, но для того, чтобы стать кем-то значимым для меня, надо хорошо постараться.
– Я не буду стараться! Мне плевать на твои хотелки! И я больше не намерена терпеть твои издевательства!
– Оу, у кого-то прорезались коготки! – продолжал насмехаться он, с интересом наблюдая за тем, как я запихиваю в сумочку то, что он так неаккуратно раскидал.
– Делай что хочешь! Публикуй видео или иди с ним напрямую к моему отцу, это в любом случае лучше, чем бояться каждую минуту того, что меня застукают с тобой! – проговорила я на эмоциях, перекидывая ремешок сумочки через плечо.
– Уверена, что сможешь справиться с последствиями? – поняв, что я ухожу, спросил он, недобро прищурившись.
– Лучше уж позор и ссылка к тетке, которая мне грозит, чем еще одна минута в твоем обществе! Ни одна нормальная девушка не потерпит такого отношения! Я не игрушка и не девушка по вызову!
– То есть ты себя считаешь нормальной девушкой? – проговорил он с явным подвохом, заставляя меня напрячься и замереть.
Воздух медленно выходил из легких, а обратно не возвращался, и я задыхалась от удушливой волны ненависти, когда Ратмир встал и навис надо мной.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что ты такой называться не можешь. Ты сбежала с парнем, нарушила все правила приличия, ты ходишь ко мне в номер – одна, по своей воле…
– По своей воле?! Ты заставил меня! Шантажировал! – подалась я к нему, выкрикивая в лицо свои слова. Бесит! До чего же он меня бесит!
– Ты могла пойти к отцу и честно признаться ему, приняв на себя все последствия, но вместо этого ты решила сыграть в опасную игру. Признайся, принцесса, ведь тебе нравится ходить по краю? – медленно и протяжно выдал он.
– Нравится?! Ты идиот?! Кому такое понравится?
– Может быть, самовлюбленной девчонке, которая любит провоцировать парней, лишь бы добиться любого знака внимания? Знаешь, как называют таких, как ты?
– Неинтересно! – выпалила я, когда он схватил меня за руку, притягивая к себе. Не хочу слышать оскорбления!
Но Ратмир, естественно, и не думал меня щадить.
– Порченая, – выплюнул он оскорбительное слово и обдал меня презрительным взглядом. – Хватит играть. Просто давай сделаем это и забудем друг о друге. Твое тело в обмен на видео. Невелика потеря для такой, как ты!
– Ни за что! Как ты смеешь?! – зашипела я, кидаясь на него и оглушая резкой пощечиной, от которой у Ратмира откинулась назад голова.
Меня колотило от бешеного коктейля чувств, поджигающего кровь в моих венах, и я ничего не соображала, совсем позабыв обо всех правилах приличия и страхе.
– Делай что хочешь! Можешь выложить в интернет это чертово видео! Всё что угодно, лишь бы никогда не видеть и не слышать тебя! – заявив ему это, я развернулась и пошла на выход, но стоило открыть дверь, как в спину мне послышалось глухое предостережение.
– Выйдешь за порог – подпишешь себе смертный приговор, принцесса.
Мадина
Не знаю, что послужило причиной, то ли я простыла, то ли так перенервничала из-за последних событий и стычки с проклятым мажором, но к вечеру у меня поднялась температура. В свете случившегося я была даже рада этому, ведь благодаря плохому самочувствию я смогла отлежаться дома и избежать встречи с Ратмиром в универе. Спряталась. Переживала заново каждую минуту унижения, которому он меня подверг, вспоминала и обмирала от ужаса, представляя ежесекундно, как Ратмир осуществляет свою угрозу, выкладывает видео, мой папа узнает об этом…
Дальше я даже представлять не могла. Не хватало выдержки и моральных сил. Он меня попросту уничтожил. Хамзатов настоящий монстр, которому чуждо сострадание. Ради личной мести он готов разрушить мою жизнь. И ведь даже рука не дрогнет. Беспринципный урод!
Каково же было мое удивление, когда видео так и не всплыло, но я не расслаблялась, ведь предчувствовала, что он придумал очередную гадость, которая окажется хуже всех предыдущих.
Хотя куда уж хуже! Он считает меня падшей женщиной, поэтому так и ведет себя со мной. Вот только это его ничуть не оправдывает!
Но больше я ему не поддамся. Если отец узнает правду, он меня накажет, но это лучше каждодневной пытки, которой подвергал меня этот бессовестный.
– Дочка, тебе лучше? Я приглашен сегодня на открытие ресторана и хотел бы, чтобы ты меня сопровождала, – обратился ко мне отец за обедом.
– Да, конечно, папа, – пытаясь не выдать злости из-за того, что он предупредил меня в последний момент, улыбнулась я. И ведь просила его уже не раз говорить хотя бы за день! Вот почему мужчины не думают о том, что девушкам нужно время, чтобы собраться на такое мероприятие?! Мне нужно два часа на одну прическу!
Оставив недоеденный обед, я поднялась в свою спальню, пытаясь прикинуть в голове, что бы надеть. Быть в том, что уже надевала, я не хотела, так как знала, что на таком мероприятии будут журналисты. Да и фотки для соцсети надо бы сделать.
Решив остановить свой выбор на новом атласном платье французской длины из переливающейся ткани цвета морской волны, я быстро приняла душ и приступила к сушке волос, решив выпрямить их.
На то, чтобы использовать плойку, у меня не было ни сил, ни настроения. В очередной раз в голову пришла мысль обрезать волосы, но зная, что мама, которая любила повторять, что волосы женщины – это ее богатство, никогда не разрешит, лишь грустно вздохнула, распутывая пряди, спускавшиеся аж до самой попы.
Пока я возилась с макияжем, назначенное папой время наступило, и, надев высокие босоножки в тон к платью, я спустилась вниз, прихватив клатч. Обычно я всегда с волнением ожидала приятного вечера, но сегодня лишь рассчитывала отвлечься от тревожных мыслей.
– Я вошел с Хамзатовым в долю и решил открыть отель. Судя по всему, это хорошо окупается, и должны же мы пробовать что-то новое… – услышала я краем уха разговор отца по телефону. Мы уже почти подъехали к месту, о чем сообщил водитель.
– Хамзатовы? – осторожно спросила я отца, до последнего надеясь, что ослышалась. В этом городе были только одни Хамзатовы, занимающиеся ресторанным бизнесом. Но я всё равно глупо надеялась, что речь не о родных Ратмира. Нет-нет-нет, только не это, господи, всё не может быть настолько плохо…
– Да, их сын учился с тобой в одном классе, так что ты должна их знать. Ратмир, кажется.
Ратмир
– Какой нарядный, брат, – встретил я Омара в дверях своей комнаты, куда он вошел уже одетый на мероприятие. Черный смокинг смотрелся помпезно, но был к месту. Сегодня ведь открытие его первого ресторана. И я бы пошел, да только…
– Это важно для меня, Рат, – убеждал брат, поняв, что я даже не одеваюсь, – знаю, вы с отцом в ссоре, но прошу тебя, пойди на открытие ресторана ради меня.
В ссоре? Так он называет это? Разве нормальный отец отправит родного сына в колонию для малолетних преступников? Чтобы «папенькиного сынка» клевали все кому не лень отбросы общества. Да, называлось это военным лагерем, да только по факту было тюрьмой.
– Брат, я уважаю тебя, но находиться рядом с ним не хочу.
– Твердолобый! Как тебя уговорить?! – рассердился Омар, негодуя и хлопая рукой по каминной полке. В нашем шикарном доме везде сияла позолота, но ей не покрыть черноту и гниль, которая его пропитала после смерти матери.
– Никак, – пожал я плечами, не собираясь сдаваться.
– Соберутся все важные люди города, Самировы, Бешкетовы, Амаевы… – перечислял он и запнулся, увидев, как я вскинул голову.
– Амаевы? Всей семьей?
– Да, с женой и дочкой приедет Амаев, а что такое? Ты так странно смотришь.
– Знаешь, я, пожалуй, загляну на минутку, – хищно улыбнулся я, проходя к шкафу и открывая его нараспашку. – У меня как раз завалялся подходящий костюм.
– Колись, брат, – наседал он, пытаясь выведать правду.
Но что ему сказать? Что меня стали черти на вертеле поджаривать, стоило мне понять, что эта красивая сучка придет на открытие ресторана и будет вертеть там задом перед мужиками.
Порченая. Такая она и была. Так почему бесилась, когда я называл ее такой? Правда глаза колет?
То самое пресловутое видео на флешке всегда было со мной и жгло карман. Так, может, пойти и попробовать выторговать еще раз ее тело взамен на так нужную ей вещь? Вечер обещает быть интересным…
– Ты меня прямо пугаешь своим видом, – заметил брат, когда мы спускались к машине. – Секреты от родного брата? Обидно, знаешь ли.
– Никаких секретов, брат, не ищи тайны там, где ее нет, – соврал я ему, чтобы пощадить чувства. – Ты же сам пришел ко мне просить посетить мероприятие, оно для тебя важно, я понимаю. Пусть все видят, что семья поддерживает твое начинание, – сказал я ему, закидывая руку на плечо. Вот в этом я не врал, за брата я искренне радовался.
– Ты там ничего не учудишь? – спросил он с опасением в голосе.
– Чего, например?
– От тебя можно ожидать чего угодно, – из-за наших спин материализовался отец в сопровождении двух бугаев и прошел вперед, остановившись напротив. Грузная фигура заняла всю гравийную дорожку возле особняка, ведущую к кованым воротам.
– Отец, – Омар кинулся на мою защиту, но я в ней не нуждался.
– Но тогда ты знаешь, куда меня отправить, – съязвил я, не дожидаясь реакции и проходя к машине.
Вслед мне неслись оскорбления, но я уже не слушал.
Давно привык пропускать их мимо ушей. Сегодня у меня было занятие поинтересней, чем слушать его издевки, нужно было стребовать долг с одной капризной принцессы.
Приехав к ресторану, я занял место в баре, с которого открывался хороший обзор на весь зал, так что чету Амаевых с дочерью я точно не пропущу. Предвкушение бурлило в крови, и я, удивляясь сам себе, начал высматривать эту выскочку. Щека всё еще фантомно горела от ее пощечины, и я с нетерпением ждал возможности расплатиться с ней по полной за такое неуважение.
Еще ни одна девка так меня не бесила и не выводила из себя! Мне хотелось выжечь в ней покорность и уважение к себе, что было странно, ведь я никогда не уделял девчонкам столько внимания. Только Риде…
Но та история закончилась, так и не успев начаться.
– Здорово, Хамзатов, – упал на соседний стул старый приятель.
– Халид, – кивнул я, продолжая сканировать всё прибывающую толпу сливок общества.
– Кого-то ждешь? – от его внимания не укрылся мой взгляд.
– Да кого мне ждать? – отмахнулся я, поморщившись со скучающим видом. – Просто смотрю. Не каждый же день собирается столько богачей.
Продолжая перебрасываться с Халидом ничего не значащими фразами, я с растущим азартом продолжал наблюдение. Давно мне не было так весело. Мучить эту принцессу было забавно.
Бедняжка уже несколько дней не появлялась в универе, решив спрятать голову в песок. Сначала, разозлившись, я действительно собирался выложить запись, но, остыв, понял, что это было бы слишком просто.
Заполучив такую власть над кем-то, было бы глупо ее терять. Не-е-ет, принцесса не отделается так легко. Ей придется мучиться так же, как мучился я на протяжении трех месяцев в том богом забытом месте.
Из нее, по крайней мере, не будут выбивать всё ударами, как из меня. Подумаешь, наказание – прислуживать мне, в жизни бывают вещи и пострашнее. Вот отправить бы эту выскочку туда, куда попал я по ее милости, чтобы ощутила разницу… Знала бы, суч…
– Ого! Дочка Амаева всё хорошеет, – вставил Халид как раз в тот момент, когда я заметил вошедшую с отцом Мадину. И я был вынужден с ним согласиться. Принцесса действительно выглядела… соблазнительно.
Нет, это слабо сказано. Она выглядела как сладкий грех, который так и просился его попробовать.
Халид аж языком прищелкнул, за что сразу захотелось врезать в табло. Это моя собственность. Сам того не заметив, я принял стойку и напряг кулаки.
Хм-м… Было бы неплохо получить свой приз. Надо признать, бог наградил эту заразу очень аппетитной внешностью. Грудь, задница, ноги. Всё при ней. А какие губы… Они явно предназначены не только для того, чтобы исторгать проклятия в мой адрес…
Может, прямо сейчас и потребовать с нее должок?
Глава 6
Ратмир
Брат сегодня был в центре внимания. Что не могло не радовать. Омар заслужил это. Он всегда старался угодить отцу. А поскольку мы с ним постоянно воевали, брату приходилось отдуваться за двоих. Он был правильным мальчиком, послушным сыном, продолжателем семейных традиций. А я… Недостойный. Паршивая овца.
Что ж. Надо соответствовать.
Поднявшись с места, я отправился на поиски принцессы. Найти ее оказалось просто. На мед всегда слетаются пчелы. А она была очень вкусным лакомством. Даже на вид. Представляю, что будет, если я ее наконец попробую…
Не если. Когда!
– Хороша пташка, – раздалось откуда-то сбоку, и я обернулся, увидев своего дядю Мурада, на которого наседала вся наша родня, требуя выбрать невесту и обзавестись наследником. Но, как я знаю, свобода его устраивала.
Неужели он положил глаз на юную Амаеву?
– Обычная, – пожал я плечами, чтобы спрятать интерес.
Нечего кому-то из семьи знать о моих планах и намерениях.
– Ты ослеп, племянник? Она здесь самая красивая. Или тебе в военном лагере отбили причинное место?
Шуточки у дяди те еще, всегда славился острым языком и в карман за словом не лез. Не повезет его жене, но от принцессы надо его отвернуть. Она моя.
– Она глупая, – сказал я, поморщившись, – тупая как пробка. Ты умрешь с ней от скуки.
– Откуда знаешь? – дядин острый взгляд сосредоточился на мне.
– Мы учимся на одном факультете. Парни рассказывали про нее.
– Так обычно и бывает, – сказал дядя со знанием дела и помрачнел. – Либо красивая, либо умная. Умная у меня уже была, теперь подойдет красивая, – оскалился он.
– Тебя отец, кстати, искал, – пошел я на крайние меры, чтобы очистить себе дорогу, а то этот ретивый жених уже намылился окучивать мою грядку.
– Да? – он удивился, но спорить не стал, пошел искать отца, а я двинулся к принцессе, расталкивая плечом толпу ее поклонников.
Она с кем-то щебетала, и я прошелся взглядом по ее облегающему платью. А потом встретился с ней взглядами. Провел языком по нижней губе и скосил глаза в сторону прохода в подсобные помещения. Убедившись, что послание понято верно, убрал руки в карманы и пошел ждать свою собачку, которая не преминет выполнить команду «к ноге».
Коридор был пуст, и я вальяжно прислонился к стене, сложив руки на груди. Предвкушение от скорой встречи наполняло меня таким азартом, что я с трудом сдерживал нетерпение. А принцесса словно нарочно не спешила приходить, будя во мне злость и раздражение.
– Что тебе нужно? – смело спросила она, наконец появляясь передо мной.
– Нам надо поговорить, принцесса. Тебе не кажется, что ты мне задолжала? Посчитать, сколько желаний ты просрочила за эти дни, что трусливо скрывалась от меня? – выбрасывая руку вперед и хватая ее за предплечье, прошипел я, злясь из-за охватившего меня возбуждения. Вот какого хрена, а? Мало, что ли, на всё готовых девок, чтобы я возбуждался от этой дряни?
– Псих, отпусти меня! – дернулась она от меня. – Я тебе ясно сказала – делай что хочешь! Я больше не намерена тебе прислуживать! – проговорила она твердо, но дрожащий голос выдавал ее волнение и страх, которым я упивался.
– Вот как? – оскалился я. – Значит, я могу прямо сейчас пойти в зал и включить запись твоего разговора с несостоявшимся мужем? – прижимая ее к себе, прошептал я на ухо, малышка дергалась, но не вырывалась, слишком напуганная подобной перспективой.
– Н… нет.
– Хорошая девочка, – хмыкнул я, довольный ее покорностью. – Вот так бы сразу. А то строишь из себя героиню романа, готовую противостоять злодею. Черт! – заметив официанта, идущего в нашу сторону, я схватил ее за плечи и затолкал в ближайшее помещение.
– Я согласилась исполнять желания, а не твои гнусности! – вдруг разъярилась она, начиная яростно отбиваться.
– Да успокойся ты, идиотка! – попытался я ухватить ее за руки, но в принцессу словно злой дух вселился.
– Отпусти меня, мерзавец! Бесчестный!
– Агрх… Черт! – подпрыгнул я на одной ноге, хватаясь за колено той, которую она так больно ткнула своим каблуком.
– Так тебе, гад! – шмыгнула она носом, потирая плечи, за которые я ее сюда тащил.
– Истеричка! Скажи спасибо, что я тебя спас! Вот увидел бы тебя официант, посмотрел бы я на тебя, гадина такая! От тебя одни проблемы!
– Так отстань от меня, если я такая проблемная! Чего пристал?!
– Не слишком ли много хочешь? – кинулся я к ней, услышав глухой звук. Глянул в сторону и наткнулся взглядом на большую железную дверь, которую сейчас захлопнули. Послышался щелчок, а потом быстрые удаляющиеся шаги.
– Мы что, в холодильнике?! – догадалась принцесса раньше меня, ежась и обхватывая себя руками за плечи.
– Черт! – понял я это вслед за ней, а еще то, что нас заперли.
Вокруг высились железные стеллажи с продуктами, какие-то коробки и ящики с бутылками стояли по бокам помещения, но главное, что здесь был настоящий дубак.
– Болван, ты запер нас в холодильнике! – заверещала принцесса, что в замкнутом пространстве сильно резануло по ушам.
– Во-первых, не я запер, а нас заперли снаружи, – тихо, но с угрозой сказал я ей, подходя и заставляя двигаться к стене, куда притиснул, не давая вырваться. – А во-вторых, ты опять забылась? Только попробуй назвать меня болваном или еще как-то…
– А то что! – взвилась паршивка, подпрыгнув на месте. – Порубишь на фарш?
– О, какие кровожадные фантазии, – усмехнулся я, обрисовывая взглядом вздымающуюся от волнения грудь. Такая тонкая ткань, что видны даже соски. Член мгновенно окаменел и натянул брюки, кровь от мозга устремилась в пах. Черт, от этой девки крышу срывает нехило, а мы тут с ней застряли…
– Как же ты меня бесишь! – заскрипела она зубами. – Бесишь! Беси… Апчхи!
Вырвавшийся чих так позорно завершил ее выкрики, что я не удержался от смеха. А принцесса шмыгнула носом и снова поежилась, потирая предплечья руками.
– Ты что, болеешь?
– Да! Вообще-то, я два дня с температурой провалялась, – заявила она. – И благодаря тебе у меня теперь будет рецидив!
Упс. Кажется, она не просто пряталась от меня.
– Сейчас я позвоню брату, и нас отсюда вызволят, – взял я телефон. – Черт, здесь нет связи.
– Что значит, нет связи?! – взвилась она, отталкивая меня и начиная судорожно открывать маленькую сумочку, висящую на плече. Зачем она вообще нужна? – Папа убьет меня! – доставая телефон и понимая, что тоже не сможет дозвониться, запаниковала она. – Вот что тебе всё неймется?! Развлечений мало в жизни?! – дрожа от пронизывающего холода, спросила она.
На самом деле я и сам не знал ответов на ее вопросы. Вначале всё начиналось как забава и как способ проучить высокомерную девку, испортившую мне жизнь и отправившую в ад на земле.
Но сейчас… Сейчас мне хотелось намного большего, чем просто месть. Смотря на этот лакомый кусочек, я едва сопротивлялся желанию завалить ее.
Мадина
– Я замерзну раньше, чем нас обнаружат! Боже, как же холодно! – слыша, как начинают стучать друг о друга зубы, запаниковала я. Я и так чувствовала себя не очень хорошо, а после того, как мы уже десять минут проторчали в этом холодильнике…
– Думаю, теперь у нас есть только один выход, – твердо заявил мажор, вновь надвигаясь на меня и с каждым шагом заставляя отступать.
– Какой выход? – продолжая стучать зубами, с надеждой спросила я.
– Согреться теплом наших тел. Сама понимаешь, мы с тобой единственный источник тепла, который есть в этом холодильнике.
– Что за чушь?! Держись подальше! – выставила я вперед руку, ощущая, как уперлась спиной в стеллажи.
– Это не чушь, малышка, ты что, физику не изучала? Хочешь превратиться в ледышку? – протягивая ко мне руки, говорил он, не обращая внимания на мою удвоившуюся панику.
– Не прикасайся… Апчхи!
– Вот видишь! Тебе нужно тепло моего тела даже больше, чем мне твое! – веселился он за мой счет.
– Какая же ты скотина! – шмыгнула я носом, чувствуя, что слабею и не могу стоять.
– Что я говорил насчет твоего язычка? Еще одно неуважительное слово, и я найду для него лучшее применение, и не жалуйся потом… Черт! Эй! Только не думай падать в обморок! Слышишь?
Но я уже не слышала, забытье было таким сладким, в нем не было этого мажора и его очередных угроз. Так что я с радостью погрузилась в спасительную темноту, в которой мне не было так холодно.
Глава 7
Ратмир
– Эй, ты чего? – подхватил я принцессу на руки и стал искать место, куда присесть, но здесь были только ящики с накинутыми на них пледами. Выбрав один, я уселся на него, устраивая девушку на коленях, а потом стал похлопывать по щекам вредную принцессу, у которой стремительно синели губы. Надо как-то отсюда выбираться, не хватало мне только обвинения в убийстве!
– Эй, очнись, – я растирал холодные руки и тонкие пальцы с кольцами, но девушка в моих руках не шевелилась, тогда я снял пиджак, извернувшись так, чтобы не пришлось снимать ее со своих коленей, и надел его сверху. Руки в рукава продевать не стал, просто укутал ее и продолжал растирать ее ледяные пальцы.
Мадина стала моргать и хлопать ресницами, шевелясь в моих объятиях. Засмотрелся на нее. Красивая она, как кукла. Ненастоящая какая-то, нереальная. Даже не верилось, что бывают такие красивые, как она.
Обладать ею стало моим наваждением. Думал о ней, представлял нас вместе. Чертова принцесса мне даже снилась, после чего я вставал с каменным стояком. Так и до одержимости недалеко.
Со всем этим надо было покончить.
В то же время я не видел никаких препятствий, чтобы затащить ее в постель. Я же всё равно мерзавец в ее глазах. А она уже попробовала секс. Так чего церемониться?
От этого хотелось скрипеть зубами. Неужели она раздвинула ноги перед этим маменькиным сынком?
