Страница 2 из 3
– Слушай, ты хоть с одеялом ко мне сразу подходи, а то как-то неловко, – мужчина сразу по превращении прикрыл сокровенное ладошками и укоризненно уставился на меня.
– Да-да, – отмахнулась я, ибо сейчас меня интересовала далеко не нагота Фили.– Рассказывай давай!
– Ну-у, – протянул менеджер, незаметно притянув край шторы и прикрывшись. – У него на столе лежит подробный план твоего побега.
Пусть он не улыбался, но было и так понятно. Козлистость не пропала. Я хорошо помнила наш разговор двумя днями ранее, где прозвучала фраза про план побега. Мстил, чертяка рогатый.
– Ладно, хочешь одеяло, будет тебе одеяло, – я подошла к дивану, стянула с него покрывало и отдала мужчине. – А теперь рассказывай.
– Ну, план очень подробный, – заворачиваясь в грубую вещь на манер тоги, ответил менеджер.
– Хорошо, шутка удалась. Давай, садись, – я усадила парня на диван и налила ему чай в фарфоровую посуду, на минуточку! – Теперь комфортно?
Филипп кивнул.
– Отлично, рассказывай, – я села на подлокотник и нетерпеливо уставилась на этого козла, по-другому и не скажешь.
Удобства ему, видите ли, захотелось. У нас тут задницы горят от грядущих неприятностей, а он выпендривается. Ему-то с одной стороны хорошо, прикинулся элитным малиолем и ускакал в дальние дали. Даже ведь на мясо не пустят. Редкий вид. Я бы сказала, очень редкий засранец!
– Печеньку подай, – и ручкой так изящно "мах-мах".
– А в одно место тебе печеньку не запихать? – с убийственной улыбкой произнесла я, готовясь огреть этого наглеца чем-то потяжелее палки. – Или рассказывай, или скачи отсюда козликом ретивым.
Я замахнулась выручалочкой и Филя странным образом растерял всю свою манерность и требовательность. Вот что истина с людьми делает! В данном случае с малиолем.
– Ок-ок! Все понял! Каюсь!
– Рассказывай! – потребовала уже не знаю в какой раз.
– У принца драконов на столе лежит план твоего побега, – спокойно сказал Фил.
Я уже замахнулась, чтобы выбить всю дурь из этой рогатой башки, но не успела.
– Стой! Я правду говорю! У него действительно на рабочем столе лежит карта и четкий маршрут твоего побега через лисьи земли. Даже места ночевок указаны крестиками!
Так-так-так. Кто-то опережает меня же в моем же плане. Хитрый дракон, продуманный. Наверняка все это неспроста и ему нужно от меня что-то конкретное. Однако, это не женитьба, что радует.
– Молодец. Держи морковку, – и я подсунула менеджеру под нос букетик морковки.
– Да ты совсем..!
Договорить всякие гадости про меня я не дала, точным движением стукнув шпиона в лоб реликвией. Был мужчина и нет мужчины. Тишина, благодать и насупленный малиоль, жующий оранжевое лакомство. То ли животные пристрастия так влияют на Филиппа, то ли он любит овощи в принципе, во что верится с трудом, но в облике зверя морковка заходит прекрасно.
– Да, я стерва. Смирись с этим, – ответила на обиженный взгляд менеджера и принялась писать письмо Харитиону. За глаза мы прозвали его просто Харя или Хрюша. Все веселее и не так страшно.
Меня удивило, что на просьбу посидеть с малиолем, поскольку он скучает по дракону, принц ответил согласием. Даже выгулял животное и привел в свои покои, на что я и рассчитывала. Шпион внедрился отлично. Перспектива отличной карьеры в местных спецслужбах Филе в этом мире обеспечена. Осталось пригласить Харю на откровенный разговор и договориться об условиях моего побега.
Филя просунул морду под мою руку, чем испортил последнее слово, оставив жирную полосу чернил на бумаге. Малиоль хотел ласки. Не то чтобы я была против гладить козлика, тем более, что он действительно был красивым, просто время не подходящее. Я бы с удовольствием обратила его снова в человека, но Ноли почти всегда рядом, поэтому рисковать и оставлять менеджера в таком виде нельзя. Пусть я и вредничала, но это скорее шутки и подколки, нежели реальная пакость. Филипп это понимал, но ему было одиноко и скучно в шкуре животного, поэтому лип малиоль ко мне двадцать четыре на семь.
– Ничего, мой хороший. Скоро сбежим и все наладится, – я ласково почесала мягкий нос.
Как же я ошибалась.
Я смотрела на обкусанную кожу вокруг ногтей на своих руках, чувствовала, как в нескольких местах болит и жжется, но это все не могло отвлечь меня от принца драконов напротив. Да я чуть пальцы себе не съела, пока ждала прихода Хари! Подобного волнения я не испытывала уже давно. Последний раз с дулом пистолета у виска. Сейчас ситуация была не так критична, но я ощущала, что от результата переговоров будет зависеть моя жизнь. Какой она будет: свободной или невыносимой. Если вообще будет, ведь фениксы имеют свойство сгорать заживо, когда их желание жить заканчивается.
– И что же заставило принцессу так рассыпаться в комплиментах? – брюнет потряс в воздухе моим письмом, после чего кинул его на чайный столик между нами. – Я заинтригован.
Улыбка, она мне не нравилась. Слишком уверенная, слишком победоносная. Будто он уже получил то, что хочет. Это злило. Хотелось выгнать принца взашей, но треклятая гордость могла разрушить мое будущее, поэтому ее пришлось затолкать куда поглубже. Вместо ругани на голову мужчины, я мило улыбнулась и пододвинула чашку с только налитым чаем поближе к собеседнику.
– Чаю?
– Вы так улыбаетесь, что у меня невольно закрадываются подозрения относительно яда в чашке, – усмехнулся брюнет.
Я вздрогнула. Нет, яда не было. Но очень хотелось, чтобы было хотя бы слабительное. И оттого, что мои мысли так легко было считывать по лицу, я почувствовала себя как на поле боя.
– Ну что вы! Я не занимаюсь ядами, – как можно непринужденнее ответила, и пригубила лечебный отвар из своей чашки.
– Хм, – неопределенно хмыкнул брюнет, и осторожно провел над своим напитком рукой. – Я думал, вы скажете, что подобная мысль не могла прийти вам в голову. Напомните мне никогда не подпускать вас к ядам.
– Конечно же я никогда бы даже не подумала вас травить! Как вы могли предположить такое? – я схватилась за сердце, изображая ужас от подобных мыслей. На самом же деле траванула бы, и не раз.
– В академии есть целый курс ядоварения, где учат изготавливать отраву даже из бытовых вещей, – будто между прочим сказал дракон и потянулся к чашке.
– Правда? – вырвалось само.
Харитион так и застыл с чашкой у рта. Его взгляд из-под ресниц был красноречивее слов. Мужчина тут же отставил от себя напиток, и подальше. Так безбожно спалиться. Ну, е-мае!
– Так зачем я здесь, принцесса? – он сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла.
Я честно хотела поиграть в глупую принцессу, начать канючить и клянчить. Жаловаться и просить спасти меня, но все испортила проницательность принца. Пришлось прибегнуть к плану "Б".
– Потому что у вас есть план моего побега, – в лоб и без реверансов.
Терпеть их не могу! Все слуги уже достали тратить на них больше времени, чем на свою работу или речь. Минусы бытия принцессы – тысячи реверансов в день.
Сказать, что мужчина был удивлен, ничего не сказать. Он будто неожиданно задрейфовал на глубине. Я уже даже испугалась, как бы не началась кессонная болезнь, когда он начнет выходить из этого состояния. Это убедило меня в том, что про малиоля этот шибко умный ничего не знает. У меня действительно появился отличный козырь в рукаве.
Харитион неожиданно выкинул руку в сторону двери, так и смотря в одну точку где-то в районе моего декольте. И я бы решила, что всему виной мои формы, но раньше мужчина не обращал на них внимание, значит лишь ступор. С ладони мужчины сорвался странный свет, после чего ударился о дерево и рассыпался искрами. Я поняла, что это было заклинание. Он нас закрыл? Проверял наличие шпионов?
– Допустим, у меня действительно есть подобный план, – ровно начал говорить дракон, опустив руку и подняв на меня глаза. – Что нужно вам, мне ясно. А вот что нужно мне, вам не интересно?
– Отнюдь. Это причина сегодняшней встречи, – я сложила руки домиком перед собой, смотря поверх пальцев на принца. – Чего вы хотите от меня?
– Ну, не свадьбы точно, – усмехнулся брюнет и все-таки осушил свою чашку. Проникся доверием, или в горле пересохло? – мне нужен официальный статус супруга.
– Зачем?
Не хочет свадьбы, но нужен титул. Странно все это.
– Превосходство, – его губы расплылись в хищной улыбке, оголяя острые клыки. – Тут дела политики и влияния королевств на мировой арене. Выбор феникса – это прекрасная демонстрация превосходства, благосостояния и процветания. Никто не пойдет войной на такое королевство. Многие захотят создать союз или открыть новые торговые пути с нами. Это как стать гарантом стабильности.
И тут я начала немного понимать ситуацию. Конечно, мои жизненные силы были лакомым кусочком, но к ним прилагалась не менее важная составляющая – сильный и почти бессмертный правитель, гарант стабильности. А я, оказывается, дороже, чем предполагала.
– И что мне нужно сделать?
Если я хотела торговаться, то нужно было узнать ставку.
– Написать официальный документ со своим выбором. Он будет иметь юридическую и магическую силу. Даже ваш отец не сможет аннулировать эту бумагу, – дракон наклонился ко мне и, понизив голос, хрипло выдохнул. – Об этом вам, конечно же, не рассказывали.
Думаю, Летиции вообще ни о чем не рассказывали. Бедная девушка и вовсе была пленницей башни и своего корыстного отца. Кончено, у дракона цели тоже были не благородные, но я хотя бы могла принять его условия. Замуж не выйду, в академию попаду, а кто там будет официально считаться женихом, не важно. Неплохая сделка. Только вот…
– Получите документ после того, как я попаду в академию, – страховка, это наше все. Я же не дурочка, знаю, как проворачивают свои дела мошенники. А дракон был очень умен, не перехитришь. – Согласны?
Он смотрел на меня очень пристально. Одна из его ладоней погладила бедро будто распрямляя складки, а потом еще раз и еще. Видимо, это было привычкой, когда дракон о чем-то серьезно раздумывал.
– Заключим договор. Я доставлю вас в академию, вы официально признаете меня вашим женихом, – внес предложение брюнет.
Я не была против. Этот договор защищал мои интересы. Если принцу нужны гарантии, то я только за. Ведь эти гарантии появлялись и у меня.
Кажется, скоро я покину эти опостылевшие стены.
– Я-я-я! Не-не-на-на-вижу-у! Т-те-б-бя! – еле выговорила, проклиная про себя все на свете, а в особенности одного резвого козла, что скакал очень высокой рысью.
– Эм… Но я же помог тебе сбежать? – неуверенно спросил дракон. Кажется, мои слова были наполнены таким чувством, что принц засомневался, а действительно ли он спланировал и осуществил мой побег.
– Я-я не т-тебе! Эт-тот туп-пой козел! – и тут же меня подкинуло в седле еще сильнее.
Нет, так больше не могло продолжаться. Ночь, прохлада, час пути в неизвестность, с десяток синяков на причинном месте и перевернувшиеся вверх тормашками органы – это не побег, это пытка! Я постаралась изловчиться и наклониться поближе к уху Фили, но так, чтобы окончательно не свалиться. Кажется, я и так уже съехала прилично на бок вместе с седлом. Или это горизонт завалился?
– Если продолжишь вымещать на мне свое недовольство, побег провалится, нас поймают, и, помяни мое слово, я тут же отдам приказ зажарить тебя на вертиле! – зло выплюнула эти слова возле головы животного, сжимая зубы от каждого шага малиоля, который приносил страдания моей "душе".
Удивительно, но Филипп сложил уши, потом выпрямил их снова и нехотя перешел на шаг. По телу прошла волна облегчения и расслабления. Впервые выражение "сидеть как на иголках" казалось мне буквальным. Наверняка у меня уже не ягодицы, а сплошное кровавое месиво.
– Да, мы можем идти шагом. Пока преследование не предвидится, да и силы нашим животными понадобятся, – и Харитион похлопал ладонью по холке своего монстра. Здоровенная ящерица с длинной шеей и узкой мордой, большим телом, мощным хвостом и зачатками крыльев на спине позади седла пугала и завораживала одновременно.
Сейчас, когда мой личный ад под названием "козлиная рысь" закончился, я могла спокойно порассуждать и оценить ситуацию. Побег удался, это было очевидно. Сделать это вечером было отличной идеей, так как если и спохватятся, то только с утра. По словам Хари меня прилично охраняли и на башне стояло много магической защиты и прослушки, но доблестный дракон, он же дипломированный маг, справился с заклинаниями за месяц, что я укрепляла свое тело. Было решено бежать в день рождения принцессы, ее совершеннолетие. Очень символично. И пусть я не могла присутствовать на празднестве, зато все остальные еще как могли. Это еще больше отодвинет тот момент, когда обнаружат мое отсутствие. К тому же Ноли должна до последнего изображать, что все в порядке. Служанке ничего не грозит, дракон накинул на нее легкое заклинание подчинения, что послужит отличным оправданием для женщины, и поможет избежать казни и заточения. По плану Магнолия присоединится ко мне уже в академии.
– Мы должны пересечь границу с лисьим лесом засветло, чтобы избежать лишних свидетелей, – инструктировал меня дракон, передавая фляжку с водой. – Как только сделаем это, соблюдаем тишину. Идем шагом. Переговоры только шопотом или в письменном виде. У лисьего племени отменный слух и нюх. И если со вторым я еще могу что-то сделать, то не с первым.
Стоит сказать, что лисы в принципе очень скрытный и недружелюбный народ. Торгуют только при необходимости, чужаков пускают к себе редко, скорее в качестве исключения, женятся преимущественно на своих. Из всех королевств Хвостатый лес самый закрытый. Название этой территории пошло от того, что у представителей этой расы больше одного хвоста. Соответственно, больше одной жизни. Большего, к сожалению, о них неизвестно. По крайней мере я не успела отыскать в книгах что-то сверх этой информации.
На границе королевств мы остановились. Харитион жестом указал молчать и ждать. Ничего не происходило довольно долгое время. Шелестел хвойно-лиственный лес, где-то начинал петь песни родственник соловья. Под копытами Фили ползали муравьи. Как я могла видеть в подробностях насекомых с высоты малиоля, не было загадкой. Племя птиц славится своим отменным зрением и способностью фокусироваться на далеких предметах, будто увеличивая их для себя. Своеобразный зум, только природный. Ну и ночное видение тоже прилагалось. Помню, как провела целую ночь играясь с этой непривычной способностью своего нового тела. В моем мире это могло сделать из меня чуть ли не магистра предсказаний и миллионершу.
Только я начала думать о чем-то приятном, о деньгах конечно же, как на опушке леса появилась фигура. Она свернула в нашу сторону то ли зеркалом, то ли местным аналогом фонарика и снова скрылась за ветками деревьев.
– Поехали, – тихо выдохнул в ночную прохладу дракон. Я даже рассмотрела немного пара.
– А кто это? – шепотом спросила, проникая под тень деревьев за принцем и его ящерицей.
– Проводник. Он покажет нам лозейку в магической защите границы. Однако на этом его работа будет закончена, поэтому будь предельно осторожна, – мужчина обернулся, чтобы поймать мой взгляд. – Дальше мы сами по себе.
Не знаю, как мы прошли ту самую границу, но через десять минут наш проводник, моячивший до этого впереди, снова сверкнул чем-то нам в глаза и растворился в густой глуши. Именно с этого момента мы были предоставлены сами себе.
– Мы пойдем как можно дальше от поселений лисов и как можно ближе к горному хребту, поэтому может быть холоднее обычного, – дракон снял с крупа ящерицы сверток, раскрутил его и передал мне уже в виде плаща.
В отличие от холодной осени моего мира, здесь царила ранняя весна. Уже тепло днем, но все еще прохладно по ночам. Привалы мы планировали делать в светлое время суток, и ночевки тоже. Слишком опасно было передвигаться по лисьим лесам под светом солнца, поэтому все маневры и переходы будут проходить исключительно под светом луны и многочисленных звезд.
Я так задумалась над ближайшими полутора неделями своей жизни в походе с драконьим принцем, что не заметила остановки. Харитион давно ушел вперед, а вот малиоль плавно замедлился и в результате и вовсе остановился. Пришла в себя я от странного чавкающего звука и хруста. Наклонилась и обомлела. Мой умный и продвинутый пиар менеджер совсем не статусно жевал чертополох. Ну или что-то на него похожее.
– Филя, блин! Ты что творишь? Нам идти нужно, – я попыталась сдвинуть малиоля, ударяя по бокам пятками, но он никак не реагировал. Будто попал в зазеркалье.
Я вскинула голову, выискивая с помощью своего птичьего ночного зума дракона, но тот как сквозь землю провалился. Вот был и вот его нет. Чертовщина какая-то!
– Харитион? – откуда-то раздался хруст веток.
– Харя? – шепотом звала я, но никакого ответа.
А малиол как жевал свой куст, так и продолжил это делать, только с удвоенным аппетитом.
Кажется, я потерялась.
Филя легко вырывал ростки с раскидистыми листьями и с упоением их пережевывал. Стоило присмотреться, и внутри снова все похолодело. У местного чертополоха не было корней. Это были наискосок срезанные умелым движением толстые стебли, которые кто-то просто воткнул в землю. Начинала происняться своеобразная одержимость малиоля странным растением. Его разместили здесь с определенной целью – задержать мое ездовое животное. Кто-то был хорошо осведомлен обо мне и моем способе передвижения, и на ум приходил только чертов Харя!
Вот куда исчез этот драконий принц, стоило нам пересеч границу? Кинул меня? Готовит засаду? Одно я могла сказать точно, ничего хорошего мне не светит, если задержусь здесь. Меня именно нужно было остановить и конкретно в данном месте. Значит, необходимо срочно уходить.
Я уже достала было палочку-выручалочку, но засомневалась в правильности этого
действия. Да, Филипп перестанет самозабвенно пожирать чертополох, но на своих двоих мы вряд ли далеко уйдем. Пришлось сцепить зубы, нехотя, через накатывающий страх, слезть с животного и приняться вырывать из земли всю искусственно размещенную поросль ступор-травы. Когда руки еле сходились на этой охапке, я разделила ее наполовину. Часть связала собственным поясом и закинула на козла, закрепляя позади седла, остальное обхватила одной рукой и кое-как снова села верхом. В этом мне помогло ближайшее дерево и его низкие ветки. Они послужили мне аналогом лестницы. Иначе я не представляю, как бы смогла влезть на малиоля с растением в руках и высокими стременами. Сил могло не хватить.
– А теперь уходим, – теряя дыхание, прошептала и вытянула ветку перед мордой Фили. Менеджер тут же двинулся вперед, стараясь догнать лакомое растение и сорвать как можно больше листьев. Удивительно, но он мог идти и жевать одновременно.
Я помнила слова дракона о горах, поэтому разглядела сквозь ночной лес очертание снежных пиков и свернула к ним так, чтобы идти наискосок. Не совсем параллельно, но и не напрямую к горному хребту. Благо у меня была карта и я хорошо знала, что мне нужна гора Истины и просветления. Именно на склоне этого пика стоит Закрытая академия магии объединенных королевств, если брать ее полное название. Обычно это место называют просто Закрытой академией или по аббревиатуре ЗАМОК. Ассоциации это вызывало противоречивые, но выбора у меня все равно не было. Точнее, этот выбор меня не устраивал.
Предательство дракона было для меня неожиданным. Я не знала, чего ожидать. Все же насильно похищать меня опасно. Фениксы славятся самовозгораниями при сильном стрессе. Конечно, я не собиралась этого делать, но по мнению Харитиона, принцесса все еще хрупкое и неприспособленное к окружающему миру существо. Ага, как бы не так! Я уже мысленно проклинала драного принца с его хитрым планом. И ведь вытащил меня из замка, убрал конкурентов, оставалось только завоевать меня. Шансы при таком раскладе у наследника крылатых высокие, если бы в теле его пташки не сидела прожженая аферистка. Я все больше склонялась к варианту, что наш Хрюша еще вернется, да еще с фанфарами. Спаситель, надежное плечо, настоящий мужчина мечты. Спасет красавицу из беды.
Что привело меня к таким выводам? Логика. Зачем бросать меня, если собирался похитить? Незачем. Скорее всего хотел именно напугать, чтобы стать объектом привязанности, когда вернется. И вуаля! Все началось на привале. Не прошло и суток моего одиночного путешествия, как поднялся ветер, заскрипели деревья, а отовсюду послышался пугающий рык и завывания. Можно было испугаться, но как-то верилось в опасность с трудом. А все дело в том, что малиоль спокойно продолжал бездумно жевать чертополох из моих рук, игнорируя любые звуки вокруг.
Всегда помнила эту особенность. Если конь, в моем случае козел, а они еще пугливее, стоит на месте, не нервничает и не сбегает, значит никакой угрозы нет. Инстинкты у этих трусливых копытных получше любой человеческой интуиции. Поэтому я продолжила сидеть на покрывале в предвкушении представления и пить нагретый в зачарованной чашке настой на травах.
Неожиданно на небольшую прогалинку, где мы отдыхали, выскочило нечто непонятное, похожее на енота или скунса, только больше в два раза. Оно начало носиться туда-сюда, шипя и порыкивая. Меня это больше удивило, нежели напугало, но я все равно поджала к себе ноги. Мало ли оно бешенное. Стоило мне проявить немного скованности и настороженности, как из кустов появилась сперва морда ящерицы, потом харя Хари, а за ними и все оставшееся вползло на полянку.
– Летиция, не волнуйся. Этот зверь не посмеет тебя тронуть, – и его ящерица после этих слов своей пастью ловит и загрызает животное. Ужин, как говорится, подан.
Меня затошнило. Не потому, что я неженка и жалела зверька, а потому что хруст был слишком явным, а желудок у Летиции оказался слабым. Харитион решил, что впечатление на меня произвел правильное, поэтому соскочил со спины своей "лошади" и подошел ко мне.
– Я искал тебя весь день! Где ты была? – он встал на одно колено прямо передо мной, наклоняясь ближе.
Так и хотелось сказать ему, что я была все у того же дерева в течении минимум двадцати минут, пока не разобралась с чертополохом, но это было бесполезно. Наверняка он специально задержал меня там, чтобы успеть подготовить грандиозное представление, способное повлиять на детскую психику принцессы. Вот только я все испортила, сбежав с места премьеры. И ведь действительно беспокоился, это было видно по глазам. Все пошло не по его плану и дракону пришлось лихорадочно прочесывать враждебный лес в поисках пропавшей невесты.
Все это кончено хорошо, но мне нужно было выбрать тактику поведения. И я решила остановиться на пугливой, слегка истеричной аристократке, которой, по сути, и являлась. Глаза нополнились слезами, губы задрожали, как и пальцы. А теперь настал мой выход на сцену:
– Куда ты ушел?! – и я кинулась на шею мужчине. – Я так испугалась! Я пыталась догнать тебя, я звала тебя и все время плакала! Как ты мог меня броси-ить?!
– Тише-тише, нас могут услышать, – напомнил принц, во всю тиская мои бока. – Я теперь с тобой. Больше ничего не случиться, я обещаю. Я буду защищать тебя.
Будь у меня глаза на затылке, я бы сказала, что Харя улыбался слишком сильно для того, кто переживал за меня. Однако в силу анатомии, я могла только почувствовать его широченную улыбку плечом и интуицией.
Что ж, наш принц решил получить не только статус жениха, но и мужа. Он оказался умнее некоторых циничных наследников, что пытались просто купить себе жену-подзарядку. Этот выбрал тактику влюбить, а потом уже платить. Какая хорошая схема: спасти от деспотичного отца, помочь в исполнении мечты, защищать от опасностей. Не нужно быть умником, чтобы понять, что такие схемы отлично работают, особенно с наивными девочками, которым только стукнуло восемнадцать.
И я бы обломала этого самовлюбленного хитреца прямо сейчас, если бы не необходимость в проводнике. Одной слишком опасно ходить по этим лесам. Увы, но помощь Харитиона была важной деталью в пазле успешного побега. Нельзя было ей пренебрегать. Поэтому роль сопливой дурочки прочно обосновалась на моем лице на последующие дни. Я даже позволяла брать себя за руку и обнимать. Что я, нецелованная какая-то или невинная? Ха! Даже близко нет. То, от чего неопытное птичье сердечко феникса замирало и пропускало удар, у меня вызывало приступ смеха. Прям как дети, честное слово. За ручки держимся, по щечке поглаживаем, томно шепчем на ушко. У меня от этих яселек ни одна мурашка носа не показала на коже. Благо в игре невинности хорошо помогал холод, вот кто рождал перманентно гусиную кожу на руках.
– Мы почти добрались. Остался один ночной переход, – сообщил дракон, нежно поглаживая меня по плечику, пока я просыпалась. Солнце уже касалось горизонта, а это означало, что лагерь пора сворачивать.
– М-м, – я потянулась, ощущая все "прелести" сна на сосновых ветках и покрывале под открытым небом.
Спину ломило, поясница онемела, руки затекли, а задница и бедра отваливалась от верховой езды. Казалось бы, при чем здесь ноги? А при всем. Кто не ездил на скакунах, тому не понять, несколько страшно свалиться вниз. Именно поэтому несчастные бедра и голени сжимают бока животного, чтобы хоть как-то удержаться в седле. От вечного напряжения потом крутит ноги и хватает судорога. Особенно это ощущается во сне. Неудивительно, что к концу нашего путешествия я была злая, уставшая и невыспавшаяся. Словом, готова была убивать.
В моей голове все еще не складывался план брюнета отправить меня в академию и при этом завоевать сердце. Одно другому противоречило, поэтому я все время проверяла маршрут, убеждаясь, что мы не отклонились от курса. По моим прикидкам дракон как раз должен был в ближайшее время саботировать мой побег и предложить иной выход из сложившейся ситуации. Последний день, последний шанс.
Я очень удивилась, когда до самого утра ничего не произошло. Неужели этот принц настолько самоуверен, что надеется на мой добровольный отказ от академии?
– Мы подъезжаем, – произнес брюнет, когда мы, наконец, выехали из леса к подножию нужной мне горы. – Не могу поверить, что мы не увидимся больше, пуговка.
Да-да, теперь у нас были милые прозвища для влюбленных. Я пуговка, а он Хрюша. Естественно гордый дракон опешил от подобного никнейма, даже возмутился, но на то я и влюбленная сопливая принцесса, чтобы надуть губы и сказать: "Тебе что, не нравится? А я так старалась. Это же мои истинные чувства." Последнее, кстати, чистая правда. И все, дракон с его гордостью повержен и зовется Хрюшей на постоянке. Скрипит зубами, давит улыбки и терпит, терпит. Лишняя жизненная энергия она такая, труднодоступная и немного хамоватая. Чего не сделаешь, ради долголетия.
– Я тоже не могу в это поверить.
Вот только в отличие от брюнета, я не верила своим глазам. Неужели я, наконец, добралась до своей свободы?
На склоне огромной горы стоял величественный черный замок и переливался красным в лучах своевременного рассвета. Пять башен, огромная ширина и чудесный Веселый Роджер на флаге академии. Но даже мрачность места, в котором я собиралась провести пять лет своей новой жизни, не могла отпугнуть меня. Я была просто в восторге. Дракон забылся, его потуги сблизиться тоже. Я просто ударила Филю по бокам и помчалась к своему спасению на всех парах. Вот только я забыла, что малиоли, это обычные козлы, которые не могут переходить в нормальный галоп. Они переходят на скачки. Подлетают в воздух, зависают там, потом приземляются всеми четырьмя конечностями, отталкиваются и снова в воздух. Стоит ли говорить, как подкидывает бедного всадника верхом на козле? Ты как болванчик из той самой игры в охоту на крота, который выскакивает из отверстия и прячется в него с огромной скорость, чтобы по нему не попал дубинкой игрок и не заработал очки. Вот только по мне, похоже, попали, забивая в землю.
Вспоминая мой бешеный скач к академии, думаю, именно он не дал первой стреле убить меня мгновенно. Огнем обожгло грудь, но я не скончалась сразу, а ощутила весь ужас, страх и боль перед таким желанным забвением. Странно, но я почему-то достала палочку-выручалочку и из последних сил ударила ей по шее остановившегося малиоля. Я понимала, что, скорее всего, Филипп единственный, кто может меня спасти. Однако, когда вторая стрела добила меня, то я с облегчением подумала, что менеджер хотя бы доживет свою жизнь человеком. Странные мысли для умирающего. Какие-то даже благородные мысли, не свойственные такой циничной стерве, как я.
Темно, тепло, тихо, хорошо. Даже не знала, что после смерти бывает так приятно. Будто нежишься в объятьях матери или спишь в ее утробе, ожидая рождения. Полная защищенность.
– Ну, ты почти права.
Приятные мысли прерывает голос. Определить его принадлежность к какому-либо гендеру мне не удалось. Отвечать не хотелось, хотелось продолжить нежиться в тишине.
– Будет у тебя еще время понежиться. А сейчас открывай глазки, соня, – мягко пожурил голос, после чего я действительно открыла глаза.
Передо мной в воздухе, посреди вселенной, что разворачивалась планетами, звездами и туманностями вокруг, зависло странное нечто. Без лица, лишь какие-то привычные очертания: туловище, две руки, две ноги, голова. Непонятный персонаж был неприятен на вид, да и не вызывал доверия. Скорее отталкивал, как и его пугающе-нежный голос, исходящий непонятно откуда, ибо рта у нечто не было.
– А вот это было неприятно, – кажется, чудовище оскорбилось. И, кажется, оно читает мои мысли.
"Ну и страхолюдина." – Я пыталась не думать в подобном ключе, но не преуспела. Язык за зубами гораздо проще держать, чем мысли.
– Впервые Красоту называют страхолюдиной, – нечто не обиделось, скорее удивилось и озадачилось. И да, говорить я не могла. Только думать. Пришлось задавать вопросы мысленно.
"Ты Красота? Всамделишная?"
– Именно. Самое прекрасное, что может быть на земле, – я услышала улыбку в голосе, но вот внешне с фигурой передо мной ничего не происходило. Она будто не двигалась вовсе.
"Я так понимаю, ты та Красота, которая внутренняя". – даже смешно стало от своей шутки.
– Каждый видит в силу своей красоты, – фигура раздосадовано вздохнула и опустила слегка голову. Чем вздыхала, не ясно.
"Да не важно. Интереснее то, какого черта меня в аду встречает Красота а не дьявол с отрядом чертей и вилами?"
– А ты хотела бы оказаться в аду?
"С ума сошла? Да кто хочет оказаться в аду?" – все-таки этот персонаж без кожи и одежды, состоящий из непонятно чего серого цвета с разными не анатомическими уродливыми наростами, впадинами и выпуклостями не походил на того, кто решает мою судьбу.
– Тогда почему ты заговорила об этом? – и фигура заинтересованно склонила голову набок. Как любопытный манекен, оплавившийся после пожара.
"А мне с моим родом деятельности только туда. Я не питаю ложных надежд на свой счет".
– Забавная, – снова мне послышалась улыбка, которой я не видела. – А у надежды есть на тебя свои планы.
И как только отзвучало последнее слово в непонятном космосе, в котором в принципе не может быть звуков, все завертелось и исчезло, оставляя темноту. Сперва ничего не появлялось, но постепенно где-то вдали начал появляться мягкий красноватый свет. Он разрастался, покрывался более яркими прожилками и становился более приглушенным. И вот я уже легко могу узнать картину перед собой. Солнце, проникающее сквозь закрытые веки так, что видно сосуды.
Во второй раз открыть глаза после окончательной смерти я не ожидала. Было уже не так неожиданно, и паника не спешила накрывать с головой, однако все равно было не по себе. В этот раз я лежала в какой-то хижине из прутьев и бревен. По крайней мере потолок надо мной был плетеным и выглядел не очень надежно. Когда я попыталась сесть, то у меня ничего не получилось. Начала шевелить головой, а она не слушалась. Поворачиваю влево, а она запрокидывается, вправо, уходит куда-то в диагональ. Полный разлад тела и разума. С ногами и руками та же история, полностью захвачены хаотичными движениями.
Вот теперь началась паника. Я даже заорала от отчаяния и безысходности, чтобы привлечь хоть какое-то внимание. Должен же был кто-то притащить меня в эту хижину, вот пусть и спасает. Страх от мысли, что меня парализовало из-за ран, отступил на второй план, когда вместо тонкого голосочка принцессы я услышала раздражающий плач младенца.
"Откуда в этом месте ребенок?" – первая мысль, а вторая: "Я еще и онемела?"
Тогда игнорируя очередной надвигающийся приступ паники, я снова закричала изо всех сил. Никакого женского ора, только зарыдал истерично младенец. И тут, наконец, прерывая мои путающиеся мысли кто-то вошел в хижину.
– Тише-тише, кроха, – надо мной появилось женское лицо. Сложно было определить черты, но я пыталась. Все, в чем преуспела, это слегка рыжеватые волосы. – Не кричи, а то нас обнаружат стражи. Мы же не хотим, чтобы тебя забрали.
"И какого черта эта ненормальная говорит это мне, заглядывая в глаза и строя рожицы?" – подумала я, а вышло:
– Агу-а-гы!
– О! Милашка. Хочешь кушать? – перед глазами замелькало что-то цилиндрическое из дерева и с трубочкой. – Это полезное козлиное молочко.
Господи, надеюсь, это не Филю обесчестили! Он же, вроде как, мальчиком был.
– Давай откроем ро-отик, – к губам приставили ту самую непонятную трубочку.
"Да эта особа окончательно свихнулась!"
– Не хмурься, кроха. Нужно покушать.
Она все-таки впихнула в меня эту штуковину и наклонила сосуд. Тут же во рту появился молочный вкус и растекся по языку.
"Убери от меня свои руки! Что это за дрянь?! Гадо… М-м-м, ничего так. Годненько."
– Сюрп-сюрп! – О боги! Неужели эти звуки издавала я.
– Все, малышка. Пока достаточно, а то разболиться животик, – и от меня забрали самодельную бутылочку.
"Отдай! Изверг! Вкусно же!"
– Через два часика повторим, – и рыжая улыбнулась мне, перед этим пощекотав за пятку.
И вот размер пятки, которую трогала женщина, не совпадал с размером взрослого человека. Это была крохотная сморщенная стопочка с малюсенькими пальчиками. И ручки, что отходили от моего тельца, оказались просто крохотными по сравнению с ладонями женщины, хозяйки жилища.
Окончательный вывод из всех моих наблюдений уже готов был сформироваться в крохотной лысой головке, но тело дало ответ первее. Тепло неожиданно начало растекаться по бедрам и в районе таза. Оно копилось, появилось ощущение сырости, а потом пришло облегчение и начало поддувать.
Ну что ж, Слава, поздравляю тебя! Ты только что замарала простынку как самый настоящий младенец.
– Ах, солнышко. Ты решила половить лягушат? – умилительным голоском произнесла хозяйка хижины.
"Черт! Женщина, так и скажи, что напрудила! От твоих сюсюканий только сильнее хочется зарыться в землю!"
Как вообще подобное могло произойти? Мне теперь расти заново?!
Один плюс бытия младенцем все же был, можно было проспать большую часть этого периода. Я решила видеть в ситуации только хорошее, ибо от криков и плача уже болела голова, а моя кормилица уже явно подумывала выбросить меня в окно. Еще одним неожиданным бонусом было то, что я росла во сне. И не просто росла, а по супер ускоренной программе. Проснулась я на следующее утро от того, что задыхалась в собственных пеленках. Ткань слишком сильно сдавила мое выросшее тельце. Ноги и руки неожиданно начали слушаться и помогли мне выпутаться из ловушки. А дальше я не просто оказалась свободной, я могла стоять самостоятельно на своих двоих. Одна из пеленок тут же была кое-как обернута вокруг бедер, все же мозги были взрослыми, и уже в более приличном виде я направилась к кровати Кио, так назвал мою спасительницу кто-то за пределами дома.
Я честно не хотела шокировать женщину, сама не понимала, что происходит, но жутко хотелось есть. Пусть у меня не было детей, но я предполагала, что младенцы не едят в таких количествах, как это делала я. Наверняка в этом был виноват ускоренный рост, но легче от этого не становилось. Если так пойдет и дальше, то я буквально объем всю деревню.
Судя по тому, что мне удалось услышать с улицы, когда я не пребывала в блаженном сне, то Кио была местной шаманкой и жила на окраине лисьей деревни. Именно она нашла меня в лесу неподалеку и приняла решение выходить, несмотря на осуждение собственных людей. Я была ей очень благодарна, а вот местных опасалась. Все же был еще один очень тревожный слух, что ходил по деревне. Говорят, что патрульные их племени недавно убили на границе женщину-нарушительницу на малиоле, после чего и женщина и ее животное исчезли в клубах дыма и языках пламени. Поговаривают, огонь пылал до небес, озаряя всю округу лучше восходящего солнца. После таких новостей стоило вообще не показываться на глаза деревенским. Если бы могла прожить сама, то ушла бы немедля, но, увы, это было невозможно.
Я очень боялась реакции Кио. Шаманка могла испугаться и сдать меня местным стражам, а могла и сама прирезать, посчитав угрозой. Как не посмотри, а будить кормилицу было страшно. Вот только желудок не внял доводам разума, ему важнее было пропитание. Я даже не помню, когда испытывала подобный голод. От этого пугающего ощущения пустоты буквально скручивало пополам.
– Ки, – это все, что у меня получилось выговорить. Полное имя было пока не доступно для ребенка. – Вай!
Я начинала понимать страдания годовалого Димочки, что приходился мне племянником, когда тот пытался выговорить "собака", а остановился на упрощенном "ава". Сказать "вставай" для моего не сформированного речевого аппарата было тоже самое, что для взрослого человека внезапно заговорить на древнеегипетском. Это удручало и сильно уменьшало мои шансы все правильно объяснить шаманке. А от того, поймет она меня или нет, все-таки, зависела моя жизнь.
– Ки! Ки! Вай! – я хлопала маленькой ладошкой по животу женщины, при этом с трудом пытаясь удержать равновесие на еще слабых ножках. От усилий на глаза упала огненная челка, закрывая обзор.
"Какая прелесть! Я теперь маленькое, голенькое и патлатое чудо, что еще не умеет контролировать свой мочевой пузырь и внятно выражать мысли."
Я уже отчаялась разбудить шаманку, но тут мои ножки подкосились от долгого напряжения и я угодила головой прямо в живот женщины. Правду говорят, что эта часть тела слишком тяжелая у детей и часто перевешивает все остальное. Вот и причина ссадин на лбу, разбитых губ и рассеченных бровей. Я упала мягко, а вот Кио получила хороший удар, отчего и проснулась.
А дальше я пыталась на пальцах объяснить паникующей шаманке, что я все та же кроха, которую хозяйка подобрала вчера в лесу. Не представляю, как у меня это получилось, но сработало. Она перестала жаться к стене и расслабилась.
– Ну ты и напугала меня, кроха. Если бы не твои водянистые глаза, не признала бы, – она облегченно выдохнула и отпустила из рук одеяло, а также перестала прятать за ним нож.
И тогда я по-настоящему испугалась. Эта приятная на вид и характер женщина могла меня прирезать и глазом не моргнуть. Не знаю, то ли детская психика защитила, то ли я в принципе в этом мире стала более стрессоустойчива, но я благодарно улыбнулась шаманке, отпуская липкий страх. Потом меня накормили нормальной едой. Под этим словосочетанием я имею в виду большой кусок вареного мяса, бульон и чудесные лепешки. Уплетала я за обе щеки. Следом сон, обед, мои попытки изобразить стрелу в сердце и падение с малиоля, что не увенчались успехом, сытный ужин, рассчитанный на здорового мужчину, и ночной сон. День выдался насыщенный предыдущего, но я его достойно прожила.
Когда я размышляла позже, то осознала, что мне крупно повезло быть найденной именно шаманкой племени лис. Кио была продвинутых взглядов, доброй и невероятно умной. Ей не составило труда понять, кем я являлась и установить мою личность. Забавно, что она так и не рассказала никому о моем королевском происхождении, даже мне не обмолвилась и словом за все те десять дней, что я у нее жила и пряталась. А ведь она осознанно скрывала принцессу чужого племени, строго настрого запретив мне покидать пределы хижины. За это ее могли строго покарать. Как я узнала за все время пребывания в деревне, лисы были очень жестокими, хитрыми и мстительными существами. Хуже окружения не найти. Уже тогда я их возненавидела, и стрельба по безоружной женщине без предупреждения была одним из оснований держаться этого чувства до конца.
– Поправь ремень, красавица, – улыбнулась женщина и сама затянула кожаный аксессуар на моем поясе.
Кио была отличной швеей и умудрилась сшить мне штанишки на шнуровке воль ног и рубашку с похожей шнуровкой спереди, а рукава своеобразного одеяния были изначально созданы длинными, и мне приходилось их закатывать, как и штанины. Шаманка учла мою особенность с быстрым взрослением, и теперь мне должно было хватить этого костюма до подросткового возраста точно. Уже сейчас я была на одном физическом уровне с восьмилетними детьми. Это значительно облегчило наше общение. Теперь я могла ясно выражаться и вела себя совершенно не как ребенок. Скорее как маленький взрослый, что забавляло женщину.
– Он еще слишком широкий для меня и впивается в живот. Ослабь, – тонким детским голоском потребовала я.
– Штаны упадут, принцесса – улыбка на лице шаманки стала шире. Принцессой она меня называла скорее в шутку, чтобы высмеять прилепившуюся манеру требовать своего беспрекословно.
– Ты действительно считаешь, что я не почувствую, когда штаны начнут падать? – я изогнула одну бровь и посмотрела на Кио снизу вверх. – Ослабь ремень!
Под веселых смех хозяйки дома я почувствовала свободу в районе талии и глубоко, с удовольствием вдохнула. Кажется, моему слишком умному мозгу нужно было гораздо больше кислорода, чем могли вобрать в себя за раз маленькие легкие.
– Ну что, теперь порядок? – она хлопнула меня по бокам. Я ответила кивком. – Тогда хватай лук, и пойдем на охоту. Сейчас как раз тот возраст, когда тело и разум схватывают все на лету.
И лисица не прогадала. Мой организм действительно впитывал новые знания и умения, как всем известная губка. Сперва я никак не могла правильно наложить стрелу на тетиву, потом недостаточно оттягивала ее, а под конец никак не попадала в цель. Прям беда с этой стрельбой, но Кио была непреклонна. По ее мнению, я должна была научиться не только охотиться, но владеть какими-либо оружием. На мой вопрос "Зачем?" она отвечала слишком размыто. Мол, потом сама узнаешь. Еще непонятнее было объяснение причин, почему Шаманка все же скрыла меня от всех и помогла выжить.
– Когда-нибудь узнаешь. Ничего не делается случайно, – загадочно произнесла она, смотря на небо и мечтательно улыбаясь.
В первый охотничий день я никого не подстелила, пришлось есть овощи и каши. На второй тоже ничего не вышло, ужин состоял из супа. На третий я решительно шла по лесу, иногда проваливаясь большими сапогами во влажный мох и выскальзывая из голенища. Несмотря на примерный возраст десяти лет, стопа у меня была все еще маленькая для взрослой обуви, но Кио не смогла найти ничего лучше своих старых охотничьих сапог из телячьей кожи, если, кончено, тех здоровенных бычар в сарае можно назвать телятами.
– Лук, это не мое, – стонала я, в очередной раз перевязывая пальцы в том месте, где натерла их о тетиву. Кожа знатно кровоточила. Кио в это время стояла посреди леса и обнималась с березой. Помощи от нее не было никакой. Скорее вред.
– Не шуми, – выдохнула женщина и сменила свою белоствольную партнершу на могучий дубок с внушительным и шершавым стволом. – Осина забирает все невзгоды, плохие думы и болезни, а береза и дуб питают здоровой энергией, добром и душевным счастьем.
– Ага, конечно. Вышел в лес, пообнимался со стволами разной структуры и никакого психолога, психиатра или антидепрессантов не нужно. Зачем транквилизаторы, если есть сестрица березка и братец дубок, – я не смогла сдержать сарказма.
– Слушай, впитывай, чувствуй. Тебе это пригодится, – шаманка была спокойна и весела. До сих пор мне ни разу так и не удалось развести ее хотя бы на недовольство или раздражение. Прям кремень, а не женщина.
– Слушаю, впитываю и чувствую отчетливый голод. Я мяса хочу, а не сакральные древесные соки! Я растущий организм. Мне нужен животный белок! – не выдержала спазмов желудка я и топнула ногой.
– Так охоться. Подстрели дичь.
– Да я даже в дерево с трех метров не попаду!
– Именно из-за подобных мыслей и неприятия лука точно не попадешь. Вот только мясо я тебе достать не смогу. Давно отказалась от него в пользу шаманства и силы, – размеренно произнесла Кио и упорхнула к дальней березе.
Только не говорите мне, что она из этих… Детей солнца, что питаются энергией и светом. Солнечные ребятки, на всю голову. Не все, но есть индивиды, что полностью перестают есть сами, да еще и детей не кормят. Прям помешанные. Вот и эта что-то больно счастливо голодающая.
Пока наблюдала за шаманкой в тишине, не сразу заметила шевеление в траве за пятьдесят метров от нас. Да, мое птичье зрение легко улавливало малейшие колебания на таком небольшом расстоянии. Стоило зверьку попасть под мой прицел, как древко стрелы уже оттягивало тетиву до предела. Удар сердца – вдох, удар сердца – выдох. Удар сердца, засвистела стрела, рассекая воздух стальным наконечником.
– В яблочко! Ю-ху! – я начала скакать и трясти в воздухе сжатыми кулаками. – Хэдшот!
Оказалось, это был кролик и я попала ему прямо в глаз. Возможно когда-то, в прошлой жизни, я бы и ужаснулась своему хладнокровию, но не сейчас. Другой мир, другие правила. Хочешь жить, стань хищником.
