Кикимора на выданье, или Королева болот
Пролог
На краю болот, мистических и сказочных, на полянке среди берёз стояла избушка… да, да, та самая, на куриных ногах!
Не верите в сказки? Ну и зря!
За домом был разбит сад, парничок, красивый цветник и беседка. В ней восседала Ягиня, ну или по-старому баба — Яга. Да только посмевших ее так назвать ждало вовсе не сказочное проклятие, хорошо, если не на всю жизнь.
Ефросинья была молода, крепка телом, ну и рука у нее была тяжёлая. Женихов отвадила всех, суров у нее был характер, видела всех женихов насквозь, прекрасно понимая, зачем она им нужна: детей они все хотели, сильных магически… Ни о каких чувствах речь не шла вовсе.
Устала она от притязаний и ушла на самый край магического леса, сюда простые люди не заходят, а от магов, ведьмаков стоит запрет.
— Ну что, заготовки уже почти все сделаны. Вопрос только, зачем нам такое количество консерваций? — обратилась она к домовому. Тот шустро подхватывал закрученные банки и исчезал, отправляя те в подвал.
— Запасы карман не тянут! — возразил домовой.
— Не тянут, — с тоской оглянулась на огород. Скоро картошку копать, морковь, свеклу… ещё капуста. Забор покосился от времени, придется гастарбайтеров опять искать. Те, сволочи, харчей сожрали немерено, а забор абы как поставили, всего пятьдесят лет, а он уже завалился. У бани крыша провалилась, а куры скоро будут спать на улице. С козой вместе…
— Мужика бы в дом… хоть какого-нибудь, — буркнул домовой, забирая последнее и исчезая.
— Где ж его взять-то, мужики пошли то какие? — загрустила Ягиня.
— Какие? — заинтересовался домовой.
— Меркантильные! Денег им давай или детей без любви, магически одаренных! Лучше уж нанять кого, — вздохнула она и встала с лавки. Стряхнула фартук, снимая его с необъятной груди.
— Нанять тоже хорошо… Но свой мужик лучше!
— Поговори мне ещё тут, — хлопнула она по столу.
Вернулась в дом и, открыв потайную дверь, оказалась в квартире. Обычной, на окраине Москвы. Сначала это был свой дом, потом трёхэтажный, затем — двенадцати. Прогресс не стоит на месте, а вот возраст… вторая сотня уже никак.
— Спущусь-ка я к соседкам, на лавочку, глядишь, что путное подскажут, — накинула шаль на плечи и посмотрела на себя в зеркало; оттуда смотрела женщина в возрасте, нельзя ей показывать посторонним свое истинное лицо.
Вышла на лестничную площадку, спустилась на первый этаж и, пройдя холл, вышла во двор. Ага, вон и соседки с третьего и пятого этажа уже сидят, судачат. Увидев ее, обрадовались и махнули, зовя к себе.
— Ефросинья, наверное, только с деревни вернулась? Все огородом занимаешься? — спросила любопытствующая соседка.
— А чем же ещё, не умирать же со скуки в душной Москве? Вы лучше скажите, где взять работников, забор починить да баню. Там в деревне вообще никого не осталось… — вовсе не притворно вздохнула Ягиня.
— Ой, а у меня квартиранты появились, хорошие мужики, не пьют! Сказали, ремонтом они занимаются… Вроде как бывшие военные, подряд у них. Приехали в Москву за длинным рублем! Да только думаю я, обманут их, одиночки, без фирмы, кто их возьмёт? — рассказывала, торопясь, соседка.
— Фросенька, приходи вечерком, попьем чаю. А то вон и сейчас не поговорить, дождь натягивает, кости опять ломит, — буркнула соседка, потирая натруженные руки.
— Я тебе мазь давала, использовала уже? — уточнила Ефросинья.
— Кончилась, а тебя же не было, да и неудобно мне… Дорогая, наверное, — смутилась женщина.
— Вот ещё, принесу, у меня запас, — Ягиня встала и пошла домой, — через часик приду, пирожков напекла, принесу.
Ушла в квартиру, взяла в доме большую миску пирожков с разными начинками. Домовой буркнул недовольно:
— Опять соседок кормить будешь?
— Нет, мужиков заманивать! — огрызнулась Ягиня, собирая травяной сбор и баночку с мазью для суставов.
Спустилась к соседке и зашла без стука, знала, что ждёт она ее. На плите стояла кастрюля с супом, макароны и котлеты.
— А я и ребят кормлю, мне не трудно, а они приходят голодные. Жалко мне их, прошлый раз не заплатили им… Вернее, подкинули копейки и выгнали, и сейчас куда-то ходят. Говорят, заканчивают объект, только вот денег опять не видно.
Входная дверь хлопнула, и там кто-то, тихо переговариваясь, раздувался.
— Мальчики, руки мойте, ужин готов, — громко сказала соседка пришедшим.
На шум в дверях кухни я все же оглянулась, тут же переходя на магическое зрение. Ох не просты ребята. Проклятий на них понавешанно, болезней, ещё чего-то и слабый свет магии. Без настойки рябиновой не разберёшься…
— Что, опять не заплатили? — охнула соседка.
Мужчины только кивнули, усаживаясь к уже накрытому столу. Ягиня смотрела, как они едят, и понимала: надо брать, и ей польза будет, и им…
— У меня дом в деревне нуждается в ремонте, деньги плачу вперёд, еда за мой счёт, — посмотрела на них пристально, внушая, что она достойна доверия.
— Хорошо, — ответил один из мужчин.
— Через час жду вас у себя, за нами приедет машина. Квартира 123, — вытащила из кармана пачку денег и положила на стол.
— А расписку? — уже в дверях ее позвали удивлённым голосом.
— А что, обманите?
В ответ тишина, она согласно кивнула и вышла…
***
Вот так познакомились мои мама и папы, да, папы, они все — мои генетические отцы.
Теперь давайте знакомиться. Я — последняя кикимора на планете, и у меня потрясающие родители: мама — Ягиня и папы — три богатыря. И живу я вовсе не в сказке...
Глава 1
История родителей трудная и очень долгая, я всегда любила слушать ее на ночь. От всех, ведь каждый из них рассказывал ее по-разному, поэтому легенда каждый раз обрастала новыми подробностями.
О современном мире я не знала ничего, совсем. Росла в доме у матери в лесу, в избушке на курьих ножках, пока случайно проснувшиеся магические силы не позволили открыть мне потайную дверь в квартиру. Так меня шестилетнюю и нашли сидящей на балконе и смотрящей на жизнь во дворе жилого дома. Так я узнала, что есть просто люди, а есть мы, магические существа. А еще я узнала, что мне туда нельзя…
— Если мне туда нельзя, я могу хотя бы знать об этом? — спросила я у матери, которая стояла за моей спиной.
— Можешь, я думаю, пора начинать обучение. Твое будущее тебе не принадлежит, груз ответственности тяжел! — вздохнула мама.
— Почему?
— Потому что ты последняя, на тебя возложена большая надежда.
— Я не хочу!
— Я тоже, но выбора нам не оставили! — внезапно рассердилась мама, но я знала, что вовсе не на меня.
Папы учили меня всему, что нужно знать о современном мире, мама — магии и всему, что с ней связано. Мой дар — управление пресной водой, соленая меня не слушается, я очень долго ей училась управлять. Когда впервые мне позволили подойти к краю болот, на мой зов пришли страшные существа, пожиратели. Стена, что мама поставила на болото, не пустила их, но они стояли и смотрели на меня так, словно я их еда.
Вот тогда я и испытала свой первый, самый сильный страх. Тогда я решила, что не справлюсь, ведь мама сказала, что я должна принять власть и прогнать тварей из нашего мира.
Они уничтожили сказочный мир, Ягинь, Кикимор, дед Змей Горыныч погиб там же, болотников, водяных, речных русалок. Кого убили, кто-то уснул, отрезанный от магии мира. По сути, их больше нет, мы уцелели по непонятным причинам, мама сказала, мир пытается выжить. Земля помогла нам родиться, пытаясь помочь.
Я — Королева Болот и последняя Кикимора на земле. А я не хочу… Я просто хочу быть обычной, жить там, где есть люди.
— Совет ведьм просит представить тебя. Тебе на днях исполняется двадцать, пора искать того, кто станет твоим мужем и поможет принять наследство! — мама, как всегда, была прямолинейна, и все было сказано просто за ужином.
Я подавилась супом, отцы затихли, я посмотрела на маму.
— То есть двадцать лет мне нельзя было в мир людей, а теперь вот так сразу можно, но только чтобы замуж? — я сказала это тихо и не глядя на маму. Она не терпела своеволия…
Я всегда старалась быть тихой и незаметной при ней, только с отцами я могла быть сама собой. Магия Ягини позволяла ей наказывать меня без особых усилий. Заставить стоять целый день в углу, заклеить рот, онемевший язык…
— Именно так, и не в мир людей, а только в цитадель. Одна из ведьм сможет определить твоего супруга, пошлем ему весть, и уже дома будете знакомиться.
Я же промолчала, а что сказать? Если она все уже решила. Вечером ко мне зашел один из отцов, Илья…
— Детка, прости ее, она и так тебя долго прятала от мира, страшась последствий, — он взял мои руки и заглядывал в глаза.
— Ты еще скажи, что она это делала, потому что любит! — я выдернула свои ладони и спрятала в подмышки.
— Это так, ты не представляешь, как она расстроилась, когда поняла, какая в тебе проснулась магия! Ведь она надеялась, что ты будешь кем угодно, но только не кикиморой! — увещевал меня отец.
— Я не хочу замуж!
— Твой супруг уже существует и дан тебе магией, вы связаны. Как мы с мамой были предназначены друг другу с самого начала. Наша встреча, она была предопределена. Подумай о том, что ты станешь хозяйкой самой себе, муж станет другом, помощником. Ты сможешь начать возрождать болото, давая миру магических существ.
— Мне не нужно будет жить дома? — из его слов я только и услышала.
— Нет, мы построили дом с другого края болот, он так же имеет дверь в мир людей. Только там была дача теперь просто земельный участок, досталась мне от родителей.
Вот тогда и у меня начал рождаться план, я не зря росла молчаливой и тихой. Я много размышляла и думала, а теперь, наконец, готовила план побега. Да, именно так, побега. А там жизнь подскажет, что делать дальше.
— Я готова, — поправила на себе сарафан и косынку.
Мне не нравилось свое тело, мамино, пышная грудь, широкие бедра. Посмотрела на себя в зеркало: я толстая, нос пипкой, румянец во все пухлые щеки… Из красивого во мне, пожалуй, волосы: зеленые, густые, туго стянутые в длинную, до самой попы, косу. Да глаза яркие, зеленого цвета… И все.
— Хорошо, — кивнула мне мать и открыла дверь в квартиру, вернее, уже в дом.
Несколько лет назад дом, в котором была квартира, снесли. Мама предпочла купить землю и построить дом, в котором мне даже можно было находиться. Не покидая двора, конечно же…
Сегодня меня представляют ковену ведьм и, возможно, жениху. Сердце билось в груди заполошно, словно птица в клетке. Я впервые покидаю дом…
Отец Алексей вывел машину из гаража, и мы сели в нее, открыли ворота электронным ключом и проехали через марево магической стены. Я тут же пропала, с жадностью смотря на мелькавшую за окном жизнь, недоступную мне. Деревенский пейзаж сменился на город, а затем мы подъехали к огромному высотному зданию. Въехав на подземную парковку, машина остановилась.
— Можно мне с вами? Поддержать Светлану? — скосил глаза в зеркало заднего вида отец.
— Нет, нам тут ничего не угрожает, — отрезала мама.
Он вышел из машины, открывая нам дверь, первой вышла мама, я следом. Внутри здание оказалось старым, оказалось, оно имело снаружи иллюзию современности. Мы шли каменными коридорами по полу, покрытому коврами, скрывающими звук наших шагов.
Мы вошли в большую комнату, останавливаясь в дверях. На нас смотрело несколько женщин, по магическому следу я поняла, что это — ведьмы.
— Ефросинья, выйди, оставь нас, — попросила самая старая из них.
— Но, Адель… — вскинулась мама.
— Иди, — сказала та с жёсткими нотками в голосе.
Мама развернулась и молча вышла, и я поняла, что она не самая сильная в этом мире.
— Сильна… — протянула одна из ведьм.
— Да, а после инициации будет сильнее, чем мать… — согласилась та, которую мама назвала Аделью.
— Боишься? — ко мне подошла молодая женщина, участливо заглядывая в глаза.
— Немного, — согласилась я.
— Зря, все уже определено судьбой. Суженый твой тоже… Сегодня он узнал, что ты есть, и будет искать тебя, — она взяла мою руку и, перевернув ладонью кверху, водила по линиям, словно что-то там видела.
— Кто? Мария? — спросила Адель.
— Вот этого не вижу, словно он невидим или существует на гранях. Главное, он силен магически и сможет ей помочь.
— Это все? — уточнила ведьма.
— А еще девочка сильна, несмотря на страх, она сделает то, что задумала, — кивнула Мария и отпустила мою руку.
— Это помешает? — Адель взяла в руки книгу и открыла ее, пролистав и останавливаясь пальцем на каких-то строках.
— Нет, задержит, но так судьбой задумано. Не нужно той мешать, Ефросинье не говорить, а, наоборот, помочь!
— Чем?
— Оберег подарить, подсказать, к кому можно обратиться за помощью, как распознать врагов… — Мария начала копаться в сумке и что-то там искать.
— Тогда, милая, прими от каждой из нас дар, — Адель смотрела на нее сухими старческими глазами внимательно, словно просчитывала что-то.
