– Да, я сказал, чтобы нас не тревожили до обеда. Хочется побыть с тобой наедине. Лучший отдых для меня.
– Вчера ты сердито смотрел, когда разбудил и взял на руки. Что случилось?
– Ты должна проводить ночи в моей постели – в нашей общей постели, а не прятаться по каморкам для слуг. Не забывай, кто ты здесь.
– Я собиралась тебя дождаться… чтобы опробовать новое ложе вместе.
Начинаю ластиться к нему, как довольный котенок и вдруг осознаю странную мысль. Когда обнимаю Джелло и чувствую в ответ его заботу, неважно, где при этом нахожусь: в аскетической обстановке заброшенной базы на Цоте или в старинном дворце из мрамора и гранита, где каждое мое желание готова исполнить вышколенная прислуга.
– Неплохое оправдание. Принимается.
Он опрокидывает меня на постель, бережно поддерживая руками за спину. Мы долго и горячо целуемся, пока не настает черед откинуть одеяло, разделяющее наши тела.
Затуманившимся зрением вижу, как медленно текут капли прозрачного сока по срезу большого красного плода на подносе рядом с подушкой. Судя по мятно-медовому запаху и вкус у него чудесный.
Мне столько еще предстоит попробовать в Бахрисашш…
Конечно, мы не собираемся валяться в кровати до вечера. Все-таки здесь не Цота, где дни казалось мучительно бесконечными и унылыми до того, что только сексуальные удовольствия и жутковатые развлечения делали жизнь ярче.
Скоро из спальни мы перешли в кабинет Джелло, пора было создать там рабочую обстановку для решения важных вопросов в будущем. Здесь я и заговорила о вчерашней мимолетной встрече с пожилым яссом на цепи. Оказалось, Джелло понятия не имел, о ком идет речь, но заявил, что намерен ликвидировать всех предателей.
И с чего бы мне захотелось спорить…
– Так надо еще убедиться, что «библиотекарь» виновен. Расследование серьезное провести. Мы же в правовом государстве находимся. Или ты собираешься взамен недавнего террора свой королевский установить?
– Ари, не вмешивайся в политику! Хочешь помочь, обсуди с Драгго церемонию коронации и предстоящий прием. Разосланы приглашения ведущим державам. Все должно пройти безупречно.
Конечно, мне не понравился бескомпромиссный тон мужа, потому решила сама разведать про «книжного» заключенного. Не могу забыть его просящий взгляд. Никогда прежде не видела ясса в таком подавленном состоянии. Даже в минуты тоски или гнева Джелло и Шакко выглядели сурово-сосредоточенно. Даже по хвастливым рассказам Чугго помню, что яссы не плачут, не жалуются, не умоляют о снисхождении.
Яссы берут то, что считают своим, а, потерпев поражение, умирают с презрительной усмешкой на тонких губах, – с усмешкой, от которой у зрителей кровь леденеет в венах. Нет, ясс, прикованный к столу, просил не о себе, тут что-то другое…
В кабинете появляется секретарь короля и еще несколько доверенных лиц, я прошу позволения удалиться, чтобы не мешать работе. Хочу найти Шакко и еще раз спуститься в комнату, где до сих пор присутствует запах гари.
Возле разгромленной библиотеки сменился охранник, но я без особых помех встретилась с пленником.
– Как ваше имя? Вчера я не смогла нормально общаться. Меня зовут Аарин, я из Дейкос, если вы знаете, где это место. Наши космические системы граничат, однако жители Антарес не высокого мнения о землянах.
Он не выказал ни малейшего удивления, напротив, натруженные мелкой работой его глаза излучали искренний интерес и сочувствие, а тихий голос звучал взволнованно-дружелюбно.
– Мне известно, что ваша звездная система находится в Малом Аскосе. Мы обитаем в «большом мешке», оттого несколько кичимся происхождением. Рад, что вы здесь, хотя могу предположить, что не по своей воле и все же готовы разделить судьбу моего народа. Я – Хаккош, исследователь антиквариата и реставратор, когда-то служил хранителем реликвий Бахрисашш.
– Как вышло, что вы сидите на цепи?
– Я отказался покидать дворец при Гракко – противнике вашего супруга и почти год таился на нижнем ярусе. Мне удалось предотвратить возгорание и спасти редкие экспонаты, но теперь меня считают предателем. На судьбу я не ропщу, только настоятельно прошу вас позаботиться о коллекции. Будет жаль, если она погибнет или окажется среди подарков Сиане.
Никто не мешал нашей беседе, проходившей через стол, – мы с Хаккошем держались на некотором расстоянии друг от друга. Охрана моя терпеливо ждала у дверей. Шакко переглядывался с мощной красоткой-ясской, вероятно, строил далеко идущие планы по завоеванию ее рельефных бастионов.
Я же все больше проникалась симпатией к культурологу и скоро пришла к выводу, что не допущу его казни. Все усилия для этого приложу, а уговорю Джелло провести новое дознавание.
– У вас еда на столе, но вы даже не прикоснулись, как вижу. Нарочно собираетесь голодать? В знак протеста?
Хаккош неопределенно пожал плечами, с явным трудом подавил судорожный вздох.
– Мой организм плохо усваивает злаки. Редкая генетическая аномалия. Я предпочитаю белковую пищу.
Вспомнила свое утреннее меню из моллюсков и рыбы, невольно устыдилась и нарочито громко принялась возмущаться.
– И вас одной жидкой кашей и похлебкой кормят! Ясно, отчего вы такой худой. Шакко, распорядись принести сюда другой обед.
Мою простую просьбу рассматривали аж семь охранников, но в итоге на библиотечном столе появились мясные блюда, и мой новый знакомый потянулся к разновидности местных сосисок. Думаю, хорошего качества, все-таки с королевской кухни.
Потом мы еще немного поговорили о печальной судьбе династии Уратос, выяснилось, что Хаккош помнил Джелло еще маленьким. Разговор растрогал меня до глубины души, а кроме того вдохновил на активные действия.
Я покинула «темницу» с твердым намерением добиться справедливости. И потом, кто лучше Хаккоша – знатока истории и культуры яссов поможет мне адаптироваться в Бахрисашш. Здесь был замешан мой личный интерес.
Осталось убедить Джелло даровать помилование реставратору, но до вечера муж мой занимался обсуждением дел с советниками, а когда начало темнеть и вдоль ограды дворца зажглись масляные светильники в граненых чашах, венчающих колонны, меня пригласили в зал для приемов.
Первый раз довелось увидеть супруга, восседающим на троне, сердце забилось часто и радостно. Величие момента подчеркивало торжественное убранство покоев и строгие ряды охраны – еще одна дань традициям, что-то вроде личной гвардии из отборных молодых яссов.
А уж сам трон вызывал особый прилив восхищения – надо представить огромное кресло, по краям которого возвышались две массивные змеиные головы. Невольно возникла ассоциация с земной древнеегипетской цивилизацией. В долине Нила тоже почитали «нагов», стоит вспомнить только головной убор фараонов. А ведь их считали потомками богов…
Мое место было рядом с королем, но чуть ниже. Сидение, обитое багряным полотном, оказалось для меня великовато. Не потому ли советник Драгго особенно ласково улыбался, словно выражая удивление и растерянность. Я бросила на него мимолетный взгляд и отвлеклась на женщину, вышедшую вперед для произнесения речи.
Насколько я разбираюсь в красоте яссов – эта представительница их расы была идеально сложена. Высокая, с точеной гибкой фигурой, в облегающем зеленом комбинезоне с разводами, как на малахитовой статуэтке. Женщина – змея. Обольстительно опасна и вместе с тем притягательна.
За моей спиной раздалось тихое шипение, переходящее в глухой рокот. Похоже, именно так Шакко выражал свои мужские эмоции при виде столь превосходной особи женского пола.
Но она смотрела на короля без каких-либо эмоций на гладком, немного вытянутом лице, а затем приятно вибрирующим голосом назвала свое имя.
– Дейра из рода Дааш. Мне поручено подготовить короткое выступление на церемонии встречи гостей за день до коронации. Могу я продемонстрировать вам танец охоты прямо сейчас? Это займет немного времени. Если вы сочтете эпизод неуместным, мы успеем скорректировать сценарий.
Я старалась не задерживать дыхание и сидеть ровно. Но мне отчаянно хотелось в этот момент знать, что думает Джелло, разглядывая эффектную ясску.
Молчание затянулось, король как будто изучал Дейру, и я не выдержав долгой паузы, обернулась к нему. И в тот же миг он кивнул, давая согласие на показательное выступление. На ярко освещенный центр залы вышли еще четыре женщины в «малахитовых» костюмах.
Они встали по краям незримого квадрата, а Дейра заняла позицию в его центре. При первых звуках барабанной дроби выразительные глаза ясски расширились, изящные ноздри затрепетали, кончики тонких губ изогнулись в зловещей улыбке – лицо приняло хищное и одновременно вызывающее выражение. Соблазнительное, заманчивое…
Издав протяжный горловой звук, она скрестила руки на выдающейся груди и откинула голову назад. Скоро по телу Дейры пробежала волна, демонстрирующая превосходную пластику, полученную годами тренировок, не иначе. Двигалась танцовщица прекрасно. То сжималась в комочек, то пружинисто подпрыгивала, изображая охотницу, натягивающую тугую тетиву лука. Я даже не следила за ее столь же умелыми партнершами, – Дейра затмила всех.
Бедный Шакко сопел и вздыхал, а я кусала губы и косилась на короля снизу вверх, желая наблюдать за его впечатлением. И успокоилась лишь когда мое плечо легонечко сжала тяжелая ладонь Джелло.
– Думаю, это зрелище стоит показать послам с Нийласа и Тарсин, как ты считаешь, Ари?
Он спрашивает моего совета. Хочет знать мое мнение. Вдохновленная явным расположением короля, я утвердительно качнула головой, а следом раздались оглушительные аплодисменты Шакко.
Дейра часто дышала, приоткрыв рот, смотрела куда-то вверх, – мне показалось, в ее глазах блестят слезы. Что могло ее так огорчить… Ведь не волнение же, что номер будет отвергнут. При знакомстве она держалась очень уверенно.
К нам приблизился советник Драгго, – его длинное одеяние на манер римской тоги едва не волочилось по полу. Так ведь и мое выходное платье ничуть не короче, хорошо, что в личных покоях могу сменить его на более удобную тунику.
Убедившись, что танец заслужил одобрение короля, Драгго взмахом руки отпустил женщин, а сам продолжил нашептывать Джелло какие-то донесения. От группы военных отделился статный ясс в парадном мундире. Видимо, именно о нем сейчас шел разговор. До меня долетели обрывки фразы со званием.
– Генерал Рукаш. Отлично зарекомендовал себя и может продолжить службу… надежен и честен…
Джелло посматривал благосклонно и вскоре задал генералу ряд вопросов, как будто спросил его мнения о последнем столкновении с террористами.
Рукаш отвечал кратко, но вдруг испросил позволения на монаршую милость. Конечно, получил согласие и, вытянувшись в довольно плотную струну, начал излагать свою просьбу. Услышав имя Хаккоша, я встрепенулась. Особенно меня насторожил хруст, с которым Джелло стиснул руку в кулак. Тихо коснулась его сжатых пальцев и пробормотала скороговоркой:
– Я знаю, кто такой Хаккош, я недавно общалась с ним и должна заметить, что он страдает зря. Могу объяснить, найдутся свидетели, надо лишь серьезно заняться этим вопросом. Джелло, нельзя спешить, решая судьбу ясса. Тем более, такого, как хранитель памяти предков. Хаккош нужен нам, он лично мне нужен, я это чувствую. Он научит меня вашему языку и познакомит с традициями. Прошу тебя… дай нам возможность доказать его невиновность. Уверена, тебе не придется жалеть.
Джелло смотрел на меня с удивлением, а потом начал расспрашивать Драгго. Тот с небольшими запинками подтвердил мои слова, мол, готов поручиться за реставратора и лично собирался доложить свою позицию королю.
«После… когда Хаккош совсем отощает. Ну-ну, не очень-то он спешил».
Мне Драгго не по душе, но он здесь персона важная. И еще у него есть талантливая и симпатичная дочь с грустными глазами. Шакко впечатлен, а Джелло… Не будешь же немедля в душу лезть, пусть даже собственному мужу. Одно радостно – совместными усилиями нам удалось отстоять Хаккоша, и уже к ночи его освободили от цепи, разрешили помыться и получить нормальный ужин.
Надеюсь, завтра смогу поздравить реставратора с долгожданной свободой, у нас найдется немало тем для бесед. Вот хотя бы о предстоящей коронации нужно узнать больше. С Драгго не очень комфортно детали обсуждать, а больше пока ни с кем позитивное общение не наладила.
И даже смутилась, когда генерал Рукаш поклонился и поблагодарил за поддержку. Может, с этой минуты одним союзником в Бахрисашш у меня стало больше.
Глава 5. В ночном саду
Дворец Бахрисашш
Заснуть у Шакко так и не получилось. Покинув прихожую королевской спальни, он бесцельно бродил по коридорам дворца, пытаясь угадать, за какими дверями сейчас отдыхает Дейра. Это имя казалось терпким на вкус, и Шакко повторял его снова и снова, словно перекатывая на языке.
Давно ему так остро не хотелось соединиться с женщиной своей расы. Мысли о Найсе, возглавлявшей охрану личных покоев королевы, развеялись словно дым. А ведь Шакко был твердо уверен, что именно Найса станет его возлюбленной на ближайшие месяцы. Дальше он загадывать не собирался.
И вот перед ним предстала другая – холодная и отстраненная, таящая в себе скрытый искрометный огонь, до которого страшно дотронуться, но без которого дни теперь покажутся тусклыми.
Дейра не танцевала – она жила танцем, погоней, схваткой, борьбой. Шакко разом увидел ее суть – неистовую страсть и радость победы, заключенную в жесткую скорлупу традиций и ритуалов. Было что-то еще неуловимое… какой-то надрыв, печаль.
Шакко твердо намерен узнать больше. О, как он хотел бы видеть ее и говорить с ней о чем угодно!
Погруженный в смутные грезы о стройной женщине в облегающем тонком костюме, он завернул на широкий балкон и остолбенел, не решаясь ступить дальше портика. Спиной к нему стояла Дейра, – он мгновенно узнал ее по плавным очертаниям фигуры и горделивой посадке головы.
Улыбаясь своим недавним размышлениям, Шакко на мгновение прикрыл глаз и втянул в себя прохладный воздух с тонкими нотами садовых цветов, распускающихся к полуночи. Или то были ее духи…
Дейра склонила голову на плечо и тихо проговорила:
– Я уже ухожу. Звезд сегодня не видно.
– И не нужно звезд, если есть ты.
Шакко сам не понял, как выпалил эту фразу и теперь остановился в растерянности, поскольку не ожидал от себя подобного проявления чувств. Он привык к простому развитию событий, когда сразу понятно, кто и для чего может сгодиться. Найса, к примеру, почти согласилась на интимное свидание, и оно обещало состояться ко взаимному удовольствию. Но теперь уже не вызывало интерес, в поле зрения появился более привлекательный объект.
Дейра тоже замерла у балюстрады балкона вполоборота к нему, – отсвет ближайших досфакелов и тени ветвей рисовали на ее загорелом лице штрихи, делая его похожим на маску для трагических представлений.
– Ты стоял за плечом королевы. Прибыл вместе с Джелло?
– Да, мое имя Шакко. А ты… мне понравился танец. Очень понравился.
Он вдруг ощутил себя унизительно косноязычным и скованным. Припомнил, что всего лишь простой солдат, которому повезло сплести судьбу с наследником трона Яшнисс, даже стать его другом, но значимо ли это для Дейры? Перед внутренним взором мелькнули годы скитаний и службы в рядах наемников. Грязь, кровь, смерть… выпивка и дурман другого рода.
Она же – дочь советника Драгго, того, кто фактически правил страной в годы гражданской войны. Дейра прекрасно воспитана и образована. Меж ними пропасть. Хватит ли сил выстроить надежный мост…
– Шакко? Да, я слышала твое имя. Запомню. А сейчас мне пора идти.
Она повела плечами, будто стряхивая незримые соринки, и уже хотела пройти мимо, но Шакко не собирался уступать дорогу.
– Подожди! Я только хочу спросить, ты пока останешься во дворце, да? Могу я тебя еще увидеть?
– Зачем? – в ее звучном голосе слышалось недоумение.
А он пытался подобрать нужные слова, боясь, что она скоро исчезнет в сумраке коридора. Недоступная и отчужденная, как статуя у недавно возрожденного фонтана в саду. Точно, сад…
И Шакко уцепился за единственно верную подсказку.
– Я не был на родине много лет. Пытаюсь привыкнуть, вспомнить. Голова кругом идет. Иногда кажется, что сплю, а пробуждение случится опять на Цоте. Суашшь… (Ругательство вполголоса)
Когда мы летели сюда, сердце ныло от радости, а сейчас я хожу, будто пьяный, не чувствую под ногами твердую почву. И что это такое? Нет, не то… и зачем я тебе говорю про себя… Я бы лучше тебя послушал. Хоть немного. Ты счастлива, Дейра? Ничто не тревожит тебя?
Едва на балконе показался этот странный тип, она испытала прилив раздражения и сейчас намеревалась оттолкнуть его и уйти. Но когда он сбивчиво заговорил, да еще так некрасиво морща при этом угловатое лицо и щуря уцелевший глаз, сердца Дейры коснулось что-то похожее на сочувствие.
Она пыталась отогнать краткий всплеск жалости к солдату, но продолжала стоять и слушать, а увидев его опущенную к груди макушку с маленьким косым шрамом, сухо проговорила:
– У меня все отлично. Я сама по себе, и если возникнут проблемы, справлюсь. Тебе нужна помощь? Скажу, чтобы Крага тобой занялась, она отлично работает с телесными блоками и нарушением сна. Не отказывайся, когда пришлю ее к тебе.
– Кто это – Крага? Мне не нужна женщина. Я хотел…
Но он же не мог запросто сказать, что нуждается именно в ее внимании и, если удачно сложатся обстоятельства, то и близости. Да у Шакко уже от одного звука ее голоса натянулись спереди штаны, хорошо, что в полумраке не заметно.
Дейра поджала губы, пряча усмешку.
– Крага давно стара и делает прекрасный массаж. Ни один аналог так не умеет. Думаю, король тоже скоро убедится. И его маленькая женщина… Аарин, да? Странная. О ней ходят разные слухи. Она точно из Дейкос? Это же очень далеко!
Шакко быстро провел кончиком языка по пересохшим губам. И рискнул.
– Давай спустимся в сад и прогуляемся к фонтану. Прости, если бестолково себя веду, но я в первый раз говорю с подобной тебе.
– Ашшш… и какая же я?
– Невероятная! Особенная.
Он смотрел на нее с откровенным обожанием, и впервые за весь прошедшие полгода Дейра ощутила что-то похожее на удовольствие от комплимента. Может, потому, что не считала эти ухаживания серьезными, и уж тем более не собиралась на них отвечать.
Однако поведение Шакко было непосредственным, и, отдыхая на балконе, она как раз собиралась спуститься в сад. Столько разных воспоминаний с ним связано.
– Пойдем!
Шакко не сразу поверил в такую удачу, Дейре пришлось легонько толкнуть его в грудь.
– Или тебе нездоровится?
– Я в прекрасной форме!
Она не удержалась от ехидного замечания, отчего-то робость солдата начала ее забавлять. Дейра знала, что хороша собой и может нравиться многим. Но после гибели Натти ей стали безразличны мужские взгляды. Стоит ли делать исключение для «одноглазого» прислужника Джелло?
Отношение ее к королю было мягко сказать неоднозначным и после намека отца на возможность неофициального союза с ним хотелось только избегать встреч. Пусть он даже тысячу раз наследник Уратос – быть его послушной любовницей? Какая мерзость! Дейра больше никому не принадлежит.
Она двигалась по лестнице быстро и почти бесшумно. Дыхание Шакко за спиной вызывало смутную досаду и слегка волновало кровь предчувствием ночной прогулки.
«Обойду с ним фонтан, наговорю дерзостей и сбегу!» Но в саду было спокойно и тихо, а равномерное журчание длинных струй настраивало на мирный лад. Никто не начинал беседу. От буйно разросшихся розовых кустов доносился густой аромат, томил и призывал отдаться естественным велениям плоти. Той самой плоти, что Дейра безуспешно пыталась вымотать долгими тренировками и ограничениями в еде. Но молодая, страстная натура регулярно требовала свое. О, как же надоело сбрасывать напряжение заменителями…
А теперь эта теплая душная ночь и солдат, вернувшийся на родину из изгнания, не сводит безумных жадных глаз… Чепуха! Глаз у него всего один. «Несчастный калека, даже не догадается обратиться к мастеру Дооши, давно бы получил качественный аналог, даже лучше настоящего».
Злясь на свое неуместное желание содействовать судьбе Шакко, она вдруг вскочила с каменной плитки бортика и решительно углубилась в тенистую аллею лиловых елей. Как привязанный, Шакко последовал за ней, а когда нагнал, услышал резкие слова:
– Чем я могу тебе помочь? Что тебе нужно? Поверь на слово, скоро освоишься в Бахрисашш, жизнь при короле будет для тебя изобильна. Возьмешь жену или даже двух, сколько потянешь.
– Я хочу тебя.
– Откровенно.
– Я понял это, когда увидел тебя – в тот же миг. Мне больше никто не нужен.
– А мне вообще никто не нужен! Уймись.
– Это неправильно.
– Не тебе решать…
Дейра перешла на бег, на время они опять замолчали. Дейра знала, куда хочет его привести – подальше от зорких бесстрастных фиксаторов, там, где никто не помешает задуманному. Она приняла решение, хотела проверить себя, иссечь запекшуюся рану в душе диким поступком. Словно броситься в ледяную воду. Сначала она будто обжигает, а потом хорошо проясняет разум.
В полуметре от черного грота, облицованного мелкой мозаикой, изображавшей сцены примитивного искусства предков, Дейра остановилась и круто повернулась к Шакко.
– Значит, ты хочешь меня прямо сейчас, да?
– Хочу.
Он был готов к любому подвоху, насмешке и даже прямому оскорблению, поэтому стоял, чуть пригнувшись и сжав кулаки у пояса. Впереди пискнула застежка, – Дейра расстегнула комбинезон на груди, открывая себя почти до паха.
– Одно условие. Ты возьмешь меня сейчас так, как пожелаешь, но больше никогда ко мне не подойдешь. Дай слово воина Яшнисс.
Шакко с шумом выпустил воздух из напрягшейся груди, встряхнул кистями, расправляя пальцы.
– Ну уж нет! Так вот по быстрому, на бегу, из милости мне подачек не надо. Я готов назвать тебя шайсой. И не отступлю, так и знай. Мне плевать, что ты дочка советника, подумаешь, важная птица – советник! На Цоте в тяжкое время я хлебал пустой суп из одной чашки с Джелло, ссал в одну дырку с королем на заставе Харакаса. Нечего тебе задирать нос, сладкая!
Этот контраст с его прежним благоговением застал ее врасплох, но не сбил с толку. Дейра презрительно фыркнула и наглухо застегнулась.
– Второй раз я себя не предложу.
– Эй, постой! Слушай, я, может, резко что-то сказал. Но ты сейчас тоже устроила… Что на тебя нашло? Ведь ты не шлюха, чтобы предлагать себя каждому. Ну, я не каждый, конечно, я твой будущий муж, но можно было вначале просто поговорить.
Его наглость граничила с безумием. Может, он пьян? Дейра демонстративно плюнула в сторону Шакко и бросилась по тропе в обход грота. Она будет мчаться быстрее ветра, одноглазый ни за что ее не догонит, ха-ашшш… ему помешает увесистое «бревно» в штанах.
Азарт погони заставлял забывать о колючих ветках и опасности подвернуть ногу. И все же она слабо вскрикнула, когда сильные руки ухватили ее поперек талии и попытались уронить в траву.
Но к удивлению Шакко, желанная добыча выскользнула из объятий и нанесла ощутимый удар в челюсть, а потом попыталась коленом атаковать низ живота. Пришлось действовать более жестко и скоро Дейра уже извивалась на земле, придавленная немалым весом противника.
– Пусти, суашшшш, тебя накажут! – шипела она, силясь укусить его за руку.
– Если побежишь жаловаться, расскажу, как ты сверкала передо мной грудью. За кого ты меня приняла, за голодного сосунка? Решила развлечься? Снизойти до охранника, а потом поглядывать свысока?
– Пусссти-и-ишш…
– Поцелуй меня и можешь ползти во дворец. Ничего я тебе не сделаю, и вообще передумал за тобой бегать. Ты капризная, избалованная вертихвостка, а я ищу пару веселую, открытую, преданную.
Внезапно ее пронзил стыд. Дейра даже прекратила сопротивляться и просто тяжело дышала, прикрыв глаза. Шакко же решил, что она пытается усыпить его бдительность и не ослабил хватку. А после затянувшегося молчания вынужден был приподняться и заговорить:
– Прости, если сделал больно, сама виновата. Может, у вас так и принято во дворце, но подобные игры не для меня. Драться больше не будешь? Я отпущу, и пойдем каждый своей дорогой.
Она досадливо поморщилась, усаживаясь удобнее.
– Быстро же пропал твой запал.
– Ты нарочно, да? Чего добиваешься? Хочешь, чтобы с меня сняли голову за оскорбление дочки Драгго? Кто тебя подучил?
Пораженная его подозрением, она дернулась в сторону, избавляясь от расслабленных мужских рук.
– Я же сказала, что сама по себе! У меня давно не было секса, я решила наконец попробовать это с живым яссом, а не голограммой или синтетиком. Получилось нехорошо, признаю. Не хотела обидеть тебя своим предложением.
Шакко уже пожалел о резкости своего тона.
– Я слышал о твоем женихе… Мне жаль, что ты потеряла любимого. Раньше думал, что я везучий. Мои самые близкие друзья живы, смерти родителей я не помню – был слишком мал, а найти шайсу не получилось. Я тоже один, казалось, так проще. А увидел вчера тебя и с той минуты ноет вот здесь…
Шакко ткнул себе кулаком в центр груди.
– …ты стоишь перед глазами, сил нет избавиться. Я начал расспрашивать о тебе, искать. И предки будто услышали, подарили встречу. Потом начались твои глупые игры, я почти разозлился.
– Почти? – насмешливо передразнила она. – У меня ссадины и синяки по всему телу.
– Ты очень нежная, но дерешься здорово. Я мог бы тебя научить паре приемов, вдруг пригодится. Ага! Только не надейся, что сможешь ими одолеть, всех-то секретов я не раскрою, меня сам Чугго инструктировал.
Дейра провела рукой по лицу. Когда-то Натти учил ее стрельбе и навыкам самообороны, а после его смерти она стала добровольной затворницей, потеряв вкус ко всем проявлениям жизни. Только настоятельные уговоры отца и особые препараты помогли побороть отчаяние. Впрочем, за такое поведение потом тоже было стыдно.
В сложную для страны эпоху нельзя страдать от личных неурядиц. Дейра нашла спасение в работе. И теперь солдат с искалеченным лицом предлагает ей совместные тренировки, которые могут окончиться постелью. Да, да, есть опасность поддаться его наглому обаянию!
Потому что солдат настойчив, ведет себя бесцеремонно и дерзко, но прячет за грубой оболочкой ранимую, чувствительную натуру. Именно такие мужчины всегда привлекали утонченную Дейру.
Она протянула ладонь и погладила Шакко по щеке в знак примирения.
– Мы оба вели себя не лучшим образом, признаю. Но ничего не могу обещать.
Дейра вздрогнула, когда его длинные пальцы перехватили ее запястье, удерживая ладонь у лица. Шакко лизнул кожу на тыльной стороне и чуть прихватил зубами мизинец, а потом быстро проговорил:
– Просто не избегай меня… хм… я думаю о твоем желании. Раз уж так вышло, что мы здесь одни и обстановка располагает. Почему бы не порадовать друг друга ласками. Клянусь, я не стану тебя преследовать, если больше видеться не захочешь, и ни слова не сболтну о твоем доверии. Но так ты сможешь узнать, каков я в деле, что тебя интересует. Может, сумею угодить и мы сможем еще… Как считаешь?
Подожди, не отвечай! Я добавлю, что очень серьезно к тебе отношусь. Но насмехаться над собой никому не позволю!
Она снова поразилась его прямоте. А зачем усложнять? Разве не для того она завлекла солдата в рощу, где когда-то впервые увидела Натти. Она хотела провести эксперимент, а получила знатный щелчок по носу. Этот выходец с Цоты оказался не так-то прост. И, «сражаясь» с ним, она даже испытала что-то похожее на возбуждение.
Дейра позволила ему по очереди прижать зубами каждый из своих пальцев, а потом второй рукой надавила на его плечо, толкнув навзничь. А когда Шакко с довольным ворчанием улегся, запрыгнула сверху на его бедра. Нет, она не собиралась его целовать и облизывать! Никаких нежностей. Стандартное соединение двух тел для улучшения физической формы и баланса энергии.
Темно-зеленый комбинезон Дейры снова оказался расстегнут и, на сей раз, распавшись на две половины, свисал тонкой змеиной шкуркой по обе стороны от гибкого тела.
Шакко старался не упускать из виду каждое движение танцовщицы, все еще опасаясь подвоха. Но как только его напряженный член погрузился во влажную, тесную глубину тела Дейры сомнения уступили место величайшей ответственности.
Ей должно быть хорошо. В первую очередь ей, а он уже в выигрыше, хотя бы на перспективу. Пусть красавица считает, что победила, уложив его на лопатки и прыгая сверху, Шакко не будет спорить до поры.
Сначала она двигалась торопливо и нервно, словно соревнуясь с кем-то незримым, а потом замерла, вздернув подбородок, и вдруг резко склонилась к Шакко, на миг коснувшись зубами шеи. Удовольствие пронзило его разум, и руки, державшие ее упругие оголенные ягодицы, слегка ослабли.
Крепко удерживая его изнутри, Дейра медленной волной сокращала интимные мышцы, вызывая череду пульсаций, которые скоро заставили его дергаться в продолжительном экстазе. Он едва мог простонать вслух:
– Ты такая… такая…
Она торжествующе усмехнулась и круговыми движениями помассировала его твердый живот у паха.
«Надо же, а я еще помню, как сделать ясса счастливым, как заставить его извиваться подо мной и вскрикивать от восторга. Полезные навыки не должны пропасть зря. Прекрасный экземпляр воина – он нужен стране! И, может быть, мне отчасти…»
– Согласна. Будешь тренировать меня трижды в неделю на площадке у Птичьего фонтана.
– Да, шайса…
– Не смей меня так называть! Это всего лишь тренировки. На любом уровне.
Прищурившись, он кивнул, надеясь, что в полумраке она не заметит его блаженно-хитроватую улыбку.
Глава 6. Учеба и развлечения
Аарин
Дни в ожидании официальной коронации Джелло прошли спокойно и плодотворно. С утра до обеда я часто бывала в книгохранилище, которое нам с Хаккошем сообща удалось превратить в маленький музей-мастерскую. Я много общалась с реставратором, постигая историю и культуру яссов, потихоньку изучала их причудливый язык.
Джелло был очень занят, большую часть времени проводил на встречах за пределами дворца или на закрытых заседаниях, которые порой затягивались до темноты. Но встречаясь ночью в благоухающей спальне, мы набрасывались друг на друга, как изголодавшиеся люди на свежий хлеб. Нет, речь даже не о плотских утехах.
Сначала кратко или наоборот в подробностях обсуждали дела, что успели совершить за день, но я больше слушала, чем говорила, потом занимались любовью. Засыпали уже умиротворенные, полные планов и надежд на будущее – оно казалось ослепительно прекрасным.
Я выпросила у Джелло разрешение на ряд экскурсий по городу без большой охраны, чтобы не привлекать излишнее внимание. Меня сопровождал Хаккош и однажды даже генерал Рукаш, оказывается они дальние родственники. Вчера вечером я посетила большой дом генерала в старой части Тахры, познакомилась с его супругой и старшим сыном.
Яссы держались приветливо-почтительно, и моя легкая скованность скоро прошла. Возникло ощущение своей значимости, Рукаш дал понять, что искренне уважает выбор короля в плане личных отношений. Постараюсь оправдать доверие, хотя, что от меня требуется по большому счету?
Украшать собой престол вряд ли смогу, внешность моя для подтянутых безволосых яссов слишком оригинальна. Благотворительностью заняться? Создать фонд имени Солнечной системы… нет, финансы-то местные, при чем здесь моя далекая родина. А все же хочется что-то полезное сделать для приютившей меня страны, для начала хотя бы узнать ее лучше.
Пока завожу интересные знакомства, постигаю тонкости быта и местных традиций. В восторге от кухни яссов – здесь изобилие морепродуктов, превосходные сочетания молочных и овощных блюд. Хаккош обожает птицу, признался, что считает личным деликатесом мясо местных длиннохвостых цесарок. Рукаш нарочно велел приготовить это блюдо в честь нашего приезда. Я оценила по достоинству, правда, немного смутила необходимость есть руками.
При наличии на столе разных вилочек и ножей, яссы деликатно разрывали запеченную птичью тушку и облизывали пальцы, по которым тек ароматный мясной сок. Специи заслуживают отдельных комплиментов, кажется, начинаю привыкать к острой пище.
Помимо познавательных мероприятий для меня устраивали и развлечения. В первый свой выход в город поразилась отсутствию привычного транспорта – автобусов и машин.
Юные и взрослые яссы передвигались по улицам совершенно бесшумно, используя подставки вроде скейтов – запросто парили в полуметре над землей на удобной доске, где даже двигателя нельзя было рассмотреть.
Наша делегация использовала комфортабельный летмобиль, уж не чета тому, что был в распоряжении Джелло на Цоте. Однако, уступив моей робкой просьбе, генерал Рукаш позволил приобщиться к прогрессу. Мы несколько раз медленно перелетели реку с берега на берег, стоя на плоском устройстве размером с обычную гладильную доску, две тонкие трости помогали сохранять равновесие и не терять обзор. Захватывающие эмоции!
Тахра утопала в зелени, полагаю, климат здесь сродни средиземноморскому у нас на Земле, сразу приходит на ум побережье Турции или греческие острова. Много пиний и кипарисов, пышноцветущих кустарников и рукотворных клумб самых замысловатых конструкций. Некоторые возвышаются целыми каскадами как миниатюрные сады имени древней царицы Семирамиды.
Еще заметила, что столица четко структирирована по секторам. Деловой и научный центры отделены от жилого массива прогулочными аллеями и зонами отдыха. Яссы близки к природе, и в архитектуре своей стремятся повторять ее шедевры.
Я видела здания, напоминающие с высоты птичьего полета огромные грибы, любовалась мостами, сконструированными в виде гиганской паутины, растянутой между двумя берегами, обедала в подводном ресторане, за стеклом которого проплывали обитатели местной фауны: рыбы и черепахи, мурены и скаты. Приглушенный свет и естественные звуки водоемов создавали уникальную атмосферу присутствия на морском дне.
После таких прогулок я возвращалась в Бахрисашш уставшая физически и взбудораженная душевно. Каждый час меня ожидали новые яркие впечатления, а ночи проходили в горячих объятиях Джелло. Минуты нашей близости походили на бурные завершающие аккорды чудесной симфонии насыщенного событиями дня. Вот только изредка в них закрадывались мимолетные нотки моих сомнений.
Это было связано с Дейрой и ее танцевальной группой. Они часто репетировали в саду у Птичьего фонтана, и вчера мне сказали, что Джелло снова посетил их выступление. Интересно, зачем?
Я осторожно спросила об этом Шакко, а того чуть от злости не затрясло. Похоже, ему очень нравится Дейра, так пусть бы попробовал добиться взаимности. Я так прямо ему и заявила:
– Порази ее своей невероятной харизмой, воин! О приключениях на Харакасе расскажи, наконец. Она из золотой клетки папочки не вылетает, а ты где только не побывал в составе Сианского контингента. Женщины иногда любят ушами… А у тебя язык хорошо подвешен.
– Дала бы она мне возможность поработать языком! Думаешь, я не пытался? Шаг вперед и два назад. Надоели мне такие танцы! Но своего добьюсь, даже если придется поспорить сссссс…
– Что? С кем придется спорить из-за нее, ответь Шакко!
У меня сердце затрепетало, я закончила фразу за него и смысл мне жутко не понравился.
– Это касается Джелло, да? Думаешь, он на нее засматривается? Ну, что насупился-то?! Я первая должна знать.
У него аж скулы свело в приступе ярости, с трудом смогла разобрать шипение – будто насос прохудился.
– Прешшшде не замечал такого, но теперь буду ссссмотреть внимательней!
Боже мой, какие страсти! Если все так сложно и запутано, надо рубить сплеча.
– Шакко, слушай! Устрой нашу встречу – я лично познакомиться хочу. Пошли к ней! У меня остается немного свободного времени перед ужином, может, решу взять у Дейры уроки пластики. Как считаешь? Я тоже хочу очаровать своего мужа фольклорными танцами. Выступать перед послами других стран не решусь, – лишнее, пожалуй, но в королевской спальне при свечах сброшу все комплексы вместе с одеждой.
– Какая ты откровенная стала, я помню тебя другой.
