– Нет? Та-ак…
Путем коротких расспросов выяснилось, что в этом мире есть только холодное оружие. Про огнестрельное они знают, но не понимают – зачем? Порох какой-то, пули, стволы…
Просто – зачем? Если на моих глазах Аделас сформировал на ладони вполне себе симпатичный водяной смерчик и легко подбросил. А потом и впитал.
М-да. Это не хуже ракетной установки будет, а хлопот, наверное, меньше. Запустил его на побережье – и получил цунами. Тайфун, наводнение – по вкусу мага и желанию заказчика. Или все не так просто?
Для системного анализа у меня не было данных.
Я не знаю, сколько стоит одна ракетная установка, не знаю, сколько шли к ее производству, сколько времени ее делали, сколько…
Нет, пока все подсчитать нереально.
И сколько стоит обучить одного мага, мне тоже неизвестно. И с какой частотой встречаются в обществе маги, и сколько они могут накрыть…
Нет, не посчитаю.
Тем более, как оказалось, есть и какое-то артефактное оружие. Типа кинжальчика, которым можно сейф расковырять, или стрелы, при попадании которой может озеро высохнуть.
Нет, не просчитать даже в первом приближении.
Вот с таким оружием тоже работают мастера по неживой материи. Такие, как я в перспективе.
Ладно, каждый мир сходит с ума по-своему. Нет здесь огнестрела, ну и ядрен-батона не будет. Потому как уран тоже не раскопают и не обогатят. Даже не поймут – зачем?
– Склад, – представил мне Аделас небольшое одноэтажное строение.
– Хорошо, – кивнула я, оглядывая белые стены и покрашенное зеленой краской крылечко. Симпатичный домик, не слишком большой… тут все и размещается? Хотя, может, там склад под домиком?
Забегая вперед, скажу – так и оказалось.
Внутри была крохотная комната. И стойки, стойки, стойки…
Все покрашены в разные цвета, на всех одежда и обувь, и тоже разного цвета, и характерный такой запах вещей. Ткань, кожа…
Чувствуется.
И мужчина за стойкой. Вид – хомяк обыкновенный. Такой… невысокий, брылястый, сильно похожий на бульдога в атаке… такой и из зубов ничего не выпустит, и к себе в норку что хочешь утащит, и вцепится намертво. Золото, а не складской работник.
Наверняка у него священная фраза: «Не положено!»
А если и положено, то не найдешь ни кем, ни куда.
Поругаться – или поступить, как умная женщина? То есть похлопать ресничками и свалить все самое трудное на мужчину? Пока я размышляла, тэр Аделас решительно шагнул вперед:
– На таэру – комплект формы. Полный. Факультет неживой материи.
– Добрый день, тэр, – отозвался кладовщик, даже не вставая из-за стойки.
Аделас чуточку порозовел:
– Добрый день, тэр. Полный комплект формы на таэру.
Складской товарищ снова хвост не поднял от стула:
– Нет такого размера.
– Что?!
– Размера, говорю, такого нет.
– А если поискать?
– Ищите, тэр.
– А если ректор поищет?
Угу, на этом складе – и поищет? Этот хомяк каждую полку знает наверняка. А кто-то посторонний тут и гнилого яблока не найдет.
– Да хоть весь Совет. Формы на таких – нет.
Я бы и поверила, если бы не заметила хитрые искры в глазах тэра. Это Аделас не в курсе, а я с такими знакома.
– Тэр, скажите, а такие – это какие?
– Объемные, таэра, – вывернулся умник.
– Угу… и ничего, значит, не предусмотрено. И мужчины у вас, как на подбор, задохлики, – я взглядом оценила объемы заведующего складом. Так душевно пригляделась…
– При чем тут мужчины?
– А вы мне выдайте комплект на мужчину, – подсказала я нежным голосом. – Ширина плеч совпадет наверняка, а длину я подошью. И не переживайте, я всем скажу, что вы не виноваты. Подумаешь – недостаточное снабжение, в нашем мире такое сплошь и рядом.
– Не положено!
– Почему? – удивилась я. – Форма и форма.
– Она с брюками.
– Так это ж и лучше! Я их подошью…
– Как вы это себе представляете, таэра?
– Иголкой, конечно. Тэр Аделас, а есть какие-то магические методы подгонки одежды?
Тэр задумался:
– Да, конечно. Можно взять книгу в библиотеке, ее хорошо снабжают.
Кажется, он уже понял, к чему я клоню.
– Вот, – искренне обрадовалась я. – Обувь на меня точно найтись должна, нога у меня не такая большая. Тэр Аделас, а вы обязательно сходите к ректору. И тэра… простите, не знаю вашего имени…
– Шлейн.
– Вот, и тэра Шлейна с собой возьмите. Пожалуетесь на недостаточное снабжение, посмотрите бухгалтерские ведомости, там должно быть четко прописано, что и когда заказывали, опять же, акты выдачи, списания…
Тэр посмотрел на меня как на врага народа.
Ну еще бы, я ж ему ревизию пообещала. На всем складе, а то и чего повеселее. Смотря что ректор придумает.
– Сейчас поищу… может, хоть что-то найду…
И удалился в глубины склада.
Я посмотрела на Аделаса:
– Тэр, что именно может получить курсант вашей академии?
– Кур… сант?
– А у вас кто?
– Студенты. Ученики…
– Так что может получить студент вашей академии?
Спустя полчаса легкого шантажа и торга я стала обладательницей двух комплектов формы – обычная и еще раз обычная. Ее же стирать надо, она белая. Один комплект парадный, на выход, с золотым галуном, с какими-то шевронами… потом рассмотрю, что на них нарисовано. Два зимних комплекта, утепленных.
Больше всего это походило на блузку и юбку. Плюс накидка, типа удлиненного воротника. В крайнем случае можно надеть только накидку и скрепить брошью с эмблемой факультета. Конечно, к этому придираются, но мало ли что?
Спортивная форма. Лосины, выданные не без злорадства, и толстовка, чуточку непривычного кроя.
Носки. Платки. Тапочки (белые!!!), ботинки и сапожки. Все из натуральной кожи, прелесть, а не обувь.
Шарф и плащ. И даже сумка.
И надо было видеть, с каким выражением лица мне все это выдавалось.
Разорили хомяка! Обездолили…
Я даже подумала, не дать ли ему взятку? У меня в глубине сумки лежал «стаканчик». Знаете, есть такие, в них дешевая водка продается. На всякий случай, на два глотка. Или рану продезинфицировать.
Потом решила, что перебьется. Не люблю тех, кто вымазживает взятки. Сделал бы все сразу и качественно – отблагодарила бы. А вот так, из-под палки – фу! И еще раз фу!
К ректору!
Аделас едва не согнулся под тяжестью еще одной сумки, но мне взять в руки ничего не позволил. До общежития он меня проводил честь по чести, даже мою старую сумку нес, хотя сумкой это можно назвать только из вежливости. Скорее уж – чемоданом в миниатюре. И вес больше пяти килограммов.
Как шутит моя подруга, дамская сумка – аналог Бермудского треугольника. Попасть туда может что угодно. Но что и когда оттуда выпадет? И в каком состоянии?
Ладно, лишь бы очередной американский авианосец не нашелся, а то опять во всем русские будут виноваты.
Общага мне понравилась.
Белые стены, светлые чистые окна, видно, что моют здесь ежедневно. На полу – ковер. Дорожка, конечно, но где те дорожки в нашей общаге?
У нас засаленные перила лестницы, тараканы на общей кухне (магические, ничем не выведешь), старая мебель, которую гробило не одно поколение студентов.
Здесь – все светленькое, чистенькое, аккуратное, может, это все построили год назад?
– Тэр Лоринский?
– Наташенька, для вас просто Аделас, сделайте милость.
– Тэр Аделас, скажите, давно ли построено общежитие?
– Да уж лет шестьсот, Наташенька.
– А ремонт давно делался?
– Вам здесь не нравится? Я поговорю с дядей… действительно, ремонта здесь уже лет двадцать не было. Кошмар!
Двадцать лет – и ничего не скрипит? Не разваливается? Не течет?
У меня слов нет. Вот это точно самая крутая магия мира. А вот и моя комната. И соседка…
Эх, Татка, втравила ты меня в историю! Знала бы – сидела бы дома в тапочках и картошку фри жевала. А в этом мире даже «Макдоналдсов» нет. Отсталые люди…
Дверь комнаты выглядела так, что в нее даже стучать было страшно. По антиквариату грязными лапами барабанить!
Дубовая, с роскошной фурнитурой…
В России такое стоит в особняках олигархов. Наверное. А здесь – в общаге! И ведь не одна такая дверь, они здесь все такие, по коридору, сколько я вижу.
