Страница 4 из 4
– Привет, Соколов, – тянет Полина. – Познакомься, это моя подруга Аня.
– Женя, – он протягивает мне руку. – Но все меня по фамилии зовут или Соколом.
– Приятно познакомиться.
– И мне… очень приятно.
– Так ты в параллельном учишься, да? – уточняет Женя.
– Ага. Только пришла в вашу школу.
Несмотря на то, что мы с Женей только познакомились, он кажется мне вполне адекватным. По крайней мере, не смотрит на меня так, словно я пустое место. И оскорбить меня тоже не пытается. Он вообще очень добрый и дружелюбный. А еще мне кажется, что я ему понравилась. Иначе зачем бы ему просить мой номер телефона?
– Я пойду к другим гостям, – предупреждает он. – Обидятся, что я тут только с вами, хотя я бы стоял тут вечно.
Говоря эти слова, Женя смотрит прямо на меня. Я улыбаюсь. Чувствую, как горят щеки. Лишь бы не покраснеть!
– Поль, а где тут туалет?
– Вон туда иди, – она кивает в дальний левый угол. – Там первая дверь – туалет.
– Спасибо.
Я пробираюсь сквозь гостей к указанному углу. Обхожу танцующих с краю, огибаю диваны. Туалет нахожу безошибочно. Первая дверь, как и сказала Поля. Внутри немного паникую. Вдруг и здесь меня ждет повторение случившегося? Отбрасываю эти мысли. Одноклассников здесь почти нет. У них, видимо, другая тусовка, и к ученикам параллельного класса они не ходят.
Из кабинки выхожу со страхом, но никто меня не поджидает. Я спокойно мою руки и выхожу в коридор.
– И о чем с Соколом шушукалась? – летит мне в спину.
Я и пары шагов сделать не успела. Откуда тут Огнев взялся вообще?
– Тебе какая разница? – спрашиваю у него, гордо вскинув подбородок. – Кажется, мы сегодня днем договорили.
– Соколов не та компания, которая тебе нужна, – ехидно говорит Огнев.
– Это уже не тебе решать, – заявляю с улыбкой. – Ты сам сказал отвалить от тебя нафиг.
– Я тебя предупредил, – Кирилл пожимает плечами и, оттолкнувшись от стены, проходит мимо меня.
Я удивленно смотрю ему вслед, а затем решаю не обращать внимания. Кто он такой вообще, чтобы мне указывать? Сам сказал отвалить, и я прекрасно с этим справлялась. Даже на вечеринку совершенно другую пришла. Его здесь, кстати, быть не должно. Как и Тины, между прочим. У них, я слышала, своя вечеринка. Но они здесь. Танцуют и веселятся.
Полину я нахожу на втором этаже со стаканом пунша. Ее клеит какой-то парень, но я ее отвлекаю.
– Я домой хочу, ты идешь?
– Сдурела? Мы только пришли.
– Сюда Романова приперлась и Огнев.
– И почему мы должна уходить? Мы первые пришли.
– Ты пьяна, что ли?
– Нет, конечно, ты что, – шепотом говорит Полька. – Просто оторваться хочу. Таких вечеринок почти не бывает.
Я не знаю, какие вечеринки тут обычно бывают, но мне и выяснять не хочется. Как и находиться здесь. Решаю, что уйду без Поли. Она девочка взрослая, точно найдет дорогу домой. Как и я.
Я спускаюсь на первый этаж. Вот где царит настоящий хаос. Кто-то пьет пунш, кто-то танцует, другие пытаются отснять смешные ролики в тик-ток, а третьи просто залипают на бессмысленные видосы. Пока я протискиваюсь сквозь толпу, мне пытаются всучить стакан, от которого я отказываюсь, а какой-то парень даже обнять пытается. Просит его утешить.
Подальше отсюда! Сброд какой-то! Людей слишком много, музыка оглушает, неужели родители Жени это одобряют? Да и он сам. Мне он не показался таким заядлым тусовщиком. Скорее спокойным и даже интеллигентным. Хотя и Огнев мне после обещания помочь казался вполне адекватным.
– А эта мышь что здесь делает? Эй, новенькая…
Голос Тины я узнаю сразу, но не оборачиваюсь и продолжаю идти. У порога меня останавливают и разворачивают к Романовой. Вырваться не получается, а Тина вдруг радуется своему триумфу.
– Ты чего это, уйти вздумала? Так рано?
– Чего тебе, Романова? Я домой собралась. Скучно тут с вами.
– И что же тебе тут не нравится?
– Да как-то… душно. Людей много стало.
Я знаю, что такая перепалка с королевой школы ни к чему хорошему не приведет, но все равно не могу молчать. Интересно, Огнев дал ей зеленый свет так со мной разговаривать? Он ведь говорил, что может и перестать меня защищать. Может, уже перестал?
– Ладно, отпустите ее, пусть проваливает.
Я ушам своим не верю. Парни позади меня пихают в спину, и я несусь к выходу. Поскорее бы отсюда уйти. Сбежать. Правда, далеко уйти не дает смс от Полины:
“Мне та-а-а-а-а-а-к хорошо, зря ты не осталась”.
Что-то в ее сообщении меня настораживает, и я останавливаюсь. А потом разворачиваюсь и иду обратно. Нельзя оставлять подругу там, мало ли что может произойти.
На то, чтобы отыскать Полю, уходит минут десять. Она оказывается на втором этаже в одной из спален, и судя по тому, как сильно она обнимает фарфорового друга, ей уже не так хорошо.
– Ты все-таки пила?
– Совсем немного пунша, но зато с Орловым пообщалась, прикинь? Он из параллельного класса. Всегда мне нравился… загадочный такой… будто старше всех них.
– И где твой загадочный, когда тебе плохо?
– А он уехал, – разочарованно тянет. – И меня с собой не взял.
– Пошли давай домой.
Идти с Полей домой оказывается тем еще испытанием. Подруга навеселе, ее немного шатает из стороны в сторону, а я устала после школы, уроков и танцев. Зеваю и тащу подругу, которая все рвется вернуться обратно к Орлову. И что ее так там зацепило, понятия не имею. Не выдержав, спрашиваю:
– Чем Орлов так понравился?
Подруга оживает, даже идти начинает ровно и сама. Восхищенно открывает рот и произносит:
– Орлов не похож ни на кого из всех тех, кто был на празднике.
– Ну, это я уже слышала.
– Ты не понимаешь, – возражает она. – Орлова у нас вообще не любят, но все боятся. Димка – о, какой!
Чтобы показать, какой именно Димка, подруга широко разводит руки и поднимает их над своей головой.
– Шкаф? – подсказываю ей, прыская со смеху.
– Сама ты шкаф! Он широкоплечий, высокий и сильно спортивный. Даже больше твоего Соколова.
– Он не мой! – все мое естество противится ее словам.
С чего это вдруг Соколов мой вообще?
– Я образно, – отмахивается Поля. – Я не договорила. Короче, боятся его все, понимаешь? Он к нам пришел пару лет назад. Его травить пытались, а он тогда Кривоносову нос сломал, прикинь? Сказал, теперь фамилия твоя будет оправдана. Трогать его больше не стали, он особняком держится, дружит со студентами преимущественно.
Подругу я не перебиваю, слушаю вполуха и ничего сверхъестественного пока не вижу. Понятно, что парень не из тех, кого легко обидеть, сильнее многих еще, это да. И ее восхищение им понятно. Среди наших пацанов никто не заступится за девушку. Упадет – руку не подадут. Я считала Огнева другим после того случая в туалете. Думала, что он из тех, кто может подать руку помощи при необходимости, а оказалось, что я ошиблась.
– Мы с ним сегодня буквально минут десять посидели, поговорили. Кажется, я влюбилась, – мечтательно тянет Полина.
– За десять минут? – уточняю скептически.
– А много ли надо? – она отмахивается. – Ты на него посмотришь – очаруешься.
– Ты про Огнева так же говорила, и что? Не впечатлил!
От разговора нас отвлекает сигнал клаксона подъезжающего автомобиля. Мы обе поворачиваемся. Я ровно, а Полинку немного заносит, но мне удается ее удержать.
– Девочки, что ж вы не сказали, я бы вас подвез, – из авто выходит Женя Соколов.
Я удивленно смотрю за тем, как он направляется к нам размашистыми шагами.
– Давайте довезу.
Поля с радостью соглашается, а я дергаю ее за руку и твердо произношу:
– Тут идти совсем чуть-чуть, мы сами, но спасибо.
Женя показался мне неплохим парнем, но дело в том, что я не очень-то доверяю школьникам, разъезжающим на машине. Прав нет, а он катается! Страшно… я вообще сильно аварий боюсь.
– Ты чего? – пихает Полька в бок.
– Я не поеду с несовершеннолетним в машине, – шикаю на нее и тяну пойти пешком.
– Он совершеннолетний уже, у него права есть, пошли.
Приходит моя очередь ошарашенно смотреть на парня. Совершеннолетний? Вот с Огневым я бы в это поверила, но Соколов… не тянет. Ростом он чуть выше меня, худенький такой, хотя я все больше убеждаюсь, что внешние параметры не важны. Мне самой в конце учебного года восемнадцать. Сомневаюсь, что я сильно вырасту и как-то внешне изменюсь к этому времени.
– Полина права, – говорит Соколов. – Права и паспорт в машине, я покажу.
Пока я стою, не зная, что делать, Полина уже закрывает за собой пассажирскую дверь. Вот и как ее оставить в таком состоянии? Иду следом, правда, на заднем сиденье места мне нет. Там Поля разлеглась и уснула.
– Садись спереди. Я не вру, правда права есть.
Я киваю и все же сажусь на переднее сиденье. Женя тут же дает мне документы, и я их просматриваю. Не привыкла верить людям на слово.
– Я давно езжу, стаж у меня года два, но за пределы поселка я не выезжаю. Мама переживает, да и я пока не освоился. Можешь не переживать, я здесь каждую ямку на дороге знаю, и аварий у нас почти не бывает.
– Сильно заметно, что я боюсь?
– Вообще-то, ты вцепилась в ремень безопасности.
С ужасом понимаю, что так и есть. Ослабляю хватку и заставляю себя расслабиться, хотя получается плохо. Выходит только тогда, когда я вижу, как спокойно и уверенно Женя ведет авто, будто едет на велосипеде, честное слово. Это успокаивает, да и правил дорожного движения он не нарушает, хотя машин здесь сейчас мало.
Первой мы отвозим Полину. Я помогаю ей дойти до двери дома и виновато объясняю ее маме, что Поля слишком интенсивно танцевала, поэтому едва держится на ногах. Не говорить же ей, что виной всему пунш, хотя, думаю, Полинина мама и так все поймет.
В машине меня ждет Женя. Он услужливо открывает мне дверцу, которую я тут же перехватываю и забираюсь в салон. Здесь приятно пахнет, но несмотря на это хочется поскорее очутиться дома, забраться в свою постель и уснуть. Я устала, а ведь придется еще и часть уроков делать. Кажется, информатику мы с Полей оставили “на потом”.
– Вы с Романовой что-то не поделили? – неожиданно спрашивает Женя.
– Да так… – отмахиваюсь. – Она принцесса, а я отказываюсь быть холопом.
Соколов смеется, мотает головой и делает комплимент моему чувству юмора. Приятно, конечно, но ведь это чистая правда. Я не хочу пресмыкаться перед Романовой, только потому что так делает половина школы. Это вообще не мое.
– В следующий раз я постараюсь сделать так, чтобы их не допустили к вечеринке.
– О нет, не стоит! Я, скорее всего, не буду приходить. Эти тусовки – не мое.
– А что твое?
– Зачем тебе?
– Понравилась, – спокойно признается Женя. – Я вообще со многими не общаюсь, а ты… другая.
Он останавливает машину прямо у моего дома и тянется ко мне через приборную панель. Я быстро отщелкиваю ремень безопасности и выбираюсь из машины. Женя, конечно, парень неплохой, но целоваться с ним в первый день знакомства совсем не входит в мои планы.
Сбежать, не попрощавшись, я не могу, поэтому жду, пока Женя последует за мной. Он ведь должен выйти из машины? Я не ошиблась. Через минуту дверь с его стороны открывается, и я вижу его светлые волосы.
Женя подходит ко мне ближе, останавливается в метре, виновато смотрит. Я же в это время рассматриваю его. В доме было темно, я почти ничего разглядеть не успела. Зато сейчас, под освещением уличного фонаря, делаю это беспрепятственно.
Женя довольно привлекателен, с правильными чертами лица, без хищного оскала, как у того же Огнева, с дружелюбной улыбкой и взглядом карих глаз. А еще у него милые ямочки на щеках, которые появляются, когда он улыбается. И волосы у него длинные. Не как мои, разумеется, но челка падает ему на лоб и достигает бровей. Прическа у него вообще смешная: растрепанная в разные стороны. Эффект небрежности, но ему очень идет.
– Извини, я поторопился, – говорит Женя, виновато опуская голову. – Ты мне понравилась очень, и я… ну, в общем…
– Мир? – тяну ему маленький пальчик.
Он протягивает свой, и мы встряхиваем руками. По-детски и глупо, но зато стирает возникшую между нами неловкость.
– Если ты не против, я бы пригласил тебя погулять. В пятницу вечером можно.
– А в субботу днем?
Мы еще плохо знаем друг друга, чтобы гулять вечером, но я ему об этом, разумеется, не скажу.
– Можно. В двенадцать будет нормально? Ты же недавно приехала? Я могу тебе город показать.
– Я тут раньше жила, – улыбаюсь. – Просто в другом районе. Но погулять все равно буду рада.
– Тогда договорились.
– Мне пора, – киваю на дом, в окнах которого горит свет.
Мама точно меня ждет. Спать не ляжет, пока я не вернусь домой.
– Пока.
Соколов все же подходит ко мне и обнимает. Поцеловать больше не пытается, но в объятиях держит дольше положенного. Я неловко освобождаюсь, машу ему на прощание и иду домой.
Мама, как я и думала, ждет меня в гостиной. Оценивает своим профессиональным взглядом и, убедившись, что я не пила, желает мне спокойной ночи. Когда в гостиной выключается телевизор, я как раз успеваю доделать домашку и забираюсь в кровать, чтобы почитать. Беру в руки любимую книгу и погружаюсь в чтение.
Не знаю, сколько проходит времени. Во время чтения я обычно никогда за ним не слежу, настолько погружена в сюжет. От книги меня отвлекает какой-то стук. Я аж подпрыгиваю на кровати, а затем он повторяется. Я даже не сразу понимаю, что стучат мне в балконную дверь, а когда до меня доходит, она распахивается, и в комнату заходит Огнев.
Вот говорила мне мама запирать дверь изнутри, но я же всегда лучше знаю и делаю по-своему.
– Эй, новенькая, не пугайся, это я, – шепчет он, а затем натыкается на меня взглядом. – Тьфу ты… я уже приготовился к тому, что меня огреют чем-то тяжелым.
– Тише ты, – шиплю на него. – У нас стены тонкие, а мама только легла. Что ты вообще здесь делаешь?
– Поговорить пришел.
– Проникнув ко мне в комнату? Ты с ума сошел?!
– Тише ты, – шикает теперь на меня. – Разговор не терпел отсрочки.
– Чего тебе надо?
Я принимаю стойку: скрещиваю руки на груди и смотрю на парня с вызовом. Дверь изнутри я закрыла, поэтому сбежать отсюда можно разве что через балкон, но комната, так-то, на втором этаже. Довольно затруднительно для моей комплекции прыгать из окон.
– Ты смотри, а Соколу руку протягивала и улыбалась, – язвительно произносит Огнев.
– Ты что, следил за мной?
– Больно надо. Как раз тоже вернулся домой. Я же сказал тебе, чтобы ты с ним не общалась.
– И что? – пожимаю плечами. – Ты мне никто, чтобы тебя слушать, а он, между прочим, такой внимательный. И совсем не грубиян, как некоторые.
– Он тебя пережует и выплюнет. Ты что, правда думаешь, что понравилась ему?
Его слова больно ранят. Настолько, что я обхватываю себя за плечи и растираю руки ладонями. Зачем он это мне говорит? Неужели правда считает меня настолько страшной? Разве я никому не могу понравиться? Я ведь симпатичная…
– Это не твое дело, Кирилл, – говорю ледяным голосом. – Ты мне никто, сам же говорил.
– Меня ударил отец, – вдруг говорит он, склоняя голову набок.
Взгляд при этом у него серьезный, челюсти крепко сжаты. Я впервые так близко рассматриваю Огнева. У него действительно агрессивная внешность. Он выглядит куда старше своих сверстников. С прямым острым подбородком, с прищуром хищных глаз, с четко выраженными скулами. А еще я замечаю небольшой шрам на его брови. Интересно, это у него от чего? Неужели подарок от отца? Куда вообще смотрит его мать в таком случае?
– Мне так жаль, – выдавливаю из себя.
Не знаю, что мною движет, но я подхожу к Огневу и сочувственно кладу руку ему на плечо. Несмотря на хищный взгляд и недовольно сжатые губы, я не могу ему не сочувствовать. Даже не представляю, что чувствовала бы, если бы папа или мама меня били. Насилие в нашей семье всегда было под запретом. Да и Борис к нему не прибегает, чему я несказанно рада.
– Может, можно что-то сделать? – спрашиваю. – С заявлением я погорячилась, но если отец твой узнает, что теперь я знаю, то, может быть…
– Послушай, Аня… Об этом никто и никогда не должен узнать, слышишь? Никто и никогда! Ни подружке этой своей не говори, ни матери. Даже, блин, кукле своей.
– У меня нет кукол, – растерянно произношу.
Его реакция меня пугает.
– Никому, Аня, – он хватает меня за плечи, встряхивает.
От него пахнет алкоголем, и он раздражен, но я почему-то не боюсь Кирилла совсем. Мне хочется его пожалеть. Конечно, я никому и ничего не скажу.
– Почему с Соколовым нельзя общаться? – спрашиваю, когда он меня отпускает.
– Потому что.
– Это не объяснение.
– Я не могу сказать.
– Не можешь или не хочешь?
– Не могу.
– Так не пойдет, – мотаю головой. – Ты не рассказываешь, почему Сокол плохой, закрываешь мне рот на беспредел твоего отца и банально не говоришь причин.
– Я тебя предупреждаю.
– А что, если я всем расскажу? Скажу, что с тобой делает твой отец?
Разумеется, я не собираюсь ничего и никому говорить, произношу это в сердцах. Потому что Огнев действительно много о себе возомнил. Разве у него есть право указывать мне, с кем общаться, а с кем нет? И Женя, в отличие от него, намного приятнее в общении и ничего от меня не скрывает.
– Попробуй только, – говорит Огнев с ненавистью. Подходит ко мне ближе. Я упираюсь спиной в стену, а он нависает передо мной. – Я превращу твою жизнь в кошмар, если ты откроешь свой рот.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
