Страница 2 из 2
– Не Дракула надеюсь? А насчет замечаний… – черт, ну чего я лезу опять. Судя по тону конвойного моего, он начал заводиться. – Куча. Воз и маленькая тележка. А, и предложения тоже есть, конструктивные. Например, каблуки тебе справить, чтобы ты не на стероидного гоблина похож был, а на…
– Вот ты и поделишься своими мыслями с барином сейчас. Еще пожалеешь, что граф наш не румынский кровопийца. Он, кстати, заждался уже. Пять раз справлялся о твоем здоровье, пока летим, прям все наушники нам проорал. Переживает, значица. Ценный ты кадр, булочка, видать. А то б я тебя еще на «быдланах» из вертолета выкинул. У тебя как, кстати, мочевой пузырь крепкий?
– Да не жаловалась никогда, а что?
– Ну, нашего то хозяина не все выдерживают, – хмыкнул проклятый подонок. – Даже у меня все поджимается, а уж я то привык за годы службы на него.
– Ты что имеешь в виду? – взвыла я. Черт, неужели это меня в сексуальное рабство везут какому-то извращенцу? Мдаа, это самое фиговое развитие событий. – Слушай, в что других некого было похитить, покрасивше, постройнее? Ну там, королеву красоты мисс Северная Гвинея, например. Экзотика. Я то зачем такому уважаемому господину? Ну, хотя, если он даже тебя может естествовать…
– Ты заткнешься сегодня, или нет? – взвыл Кубик. Интересно, чего он разнервничался? Молчаливый пилот затрясся тихо повизгивая. Надо же, припадошные все какие-то. Меня вдруг тряхнуло, а глаза увидели дневной свет. Кубик, красный от злости, содрал с моей бедовой черепушки мешок и я поняла – мы приземлились на очередную поляну, скрытую в лесной чаще, похожую на ту, откуда мы начали свое путешествие, как сестра близнец.
Знали бы вы, какое это счастье чувствовать под ногами землю. Я вывалилась из «стальной птицы» и жадно задышала. Пропитанный хвоей воздух казался божественным эликсиром. Прямо вот пить его хотелось. Точно, мне очень хотелось пить, желательно Просекко, желательно из своего любимого фужера, желательно дома.
Я осмотрелась вокруг и онемела, увидев срубной терем. Аж дух захватило от вида огромного дома, украшенного деревянной резьбой, словно из сказки, ей-богу. Неужели теперь злодейские монстры живут так шикарно?
– Шагай, царевна лягушка, – грубо подтолкнул меня в спину Кубик. Я расправила плечи и заковыляла в сторону усадьбы, спрятанной в лесной глуши, кляня на все лады Лясика, подогнавшего мне шикарные говнодавы. Да уж, нормальные люди не станут строить жилище такого уровня в чащобе. Значит попала я к человеку, у которого рыло в таком пуху, что не отмоешь.
Мы пересекли пустынный двор, больше похожий на декорацию к фильму об упырях, даже колья вдоль забора присутствовали. Надеюсь моя многоумная черепушка не украсит сей предмет интерьера в ближайшее время.
Кубик впихнул меня в огромный холл, освещенный лишь всполохами пламени в камине и молча испарился, с грацией не свойственной его телосложению. Я замерла на месте, не зная, как себя вести. Заметила на маленьком столике, стоящем у стены пузатый тяжелый графин, наполненный янтарной жидкостью. И хоть меня учили не пить из лужицы, я все же не удержалась. Плеснула себе пахнущей дубом жидкости на дно кристального стакана, стоящего тут же. Опрокинула в себя огненную воду, пронесшуюся вихрем по пищеводу.
– Прекрасно. Я заждался, моя восхитительная Лили.
Голос шел, казалось отовсюду. Голос робота, механический, страшный, неживой.
Я повернулась к источнику звука, открыла рот и заорала во всю мощь легких. Из кресла, точнее, скорее, трона, поднялся…
У него не было лица. Его скрывала маска, только глаза в прорезях маски сияли в отблесках каминного пламени, как адские дыры. И ей казалось, что она проваливается в эту огненную бездну. Страх запустил в, и без того измученную душу, свои ледяные щупальца. Перед ней стояла сама смерть.
Из кресла, точнее, скорее трона, поднялся высокий мужчина. Его фигура казалось гротескной, словно изломанной. Лицо, скрытое маской, делало человека похожим на киношного маньяка, эдакого Ганнибала Лектера. Хотя, человека ли? Руки, затянутые в дорогие перчатки, нервно подрагивали. Я вдруг уловила своим овчарочьим нюхом сладковатый запах. Черт, наверное так и пахнет смерть.
– Тебе понравился коньяк? – поинтересовался парниша, я снова вздрогнула. Голос шел не из-под маски. Голос робота раздавался отовсюду, как мне лично показалось. Мужик явно переигрывает в злодея, не поленился даже преобразователь тембра прикупить. Вот теперь меня начал мучить вопрос – зачем? Неужели он так боится, что я его узнаю. Вряд ли, у меня нет таких знакомых. Уж я бы точно запомнила изуродованную фигуру. Такое не подделаешь.
– Клопами пахнет, – что ж, надо принимать правила игры. Показывать, что мне страшно уж точно не стоит. Я уверена – передо мной хищник, один из самых опасных на этом маленьком сине-зеленом шарике, болтающемся в космосе. – Вы меня позвали для того, чтобы обсудить полутона напитка, выдержанного в бочках? Тут что у нас, слет сомелье? Так пригласили бы, может я бы сама пришла. Зачем столько экстрима? Мне ж только свистни. Ты свистни, тебя не заставлю я ждать. Не мои слова, Панкратов-Черный в одном фильме…
– Досвистишься тебя, как же. Ты любишь заедать недозрелой голубикой дешевое шампанское, – хмыкнул чертов Фантомас, а у меня по телу волной пробежали мурашки. Да, люблю. Слабость у меня, именно зеленая ягода, чтоб на зубах хрустела, чтоб кислая вырвиглазно. – А еще, у тебя на столе стоит фужер из чешского хрусталя. Он все, что у тебя осталось от матери, которая бросила маленькую Лилю, когда ей исполнилось десять, ведь так? Я знаю о тебе все.
– Да кто ты такой, черт возьми? – прорычала я, но мой жалкий скулеж не произвел особого впечатления на урода. Черт, он наверное еще и людоед. А что, не удивлюсь даже, с моим то везеньем. Ответом «красавчик» меня тоже не удостоил.
Ну что ж, и черт с ним. Дернулась, когда на пороге, словно тень, возникла маленькая худенькая женщина в переднике. Не поднимая глаз она поставила на стол, стоящий в центре комнаты поднос с бутылкой «Просекко», миску зеленой голубики, вазочку с желейными конфетами, по которым я с ума схожу и домашним печеньем «Мадлен». Значит в доме есть прислуга, и охраны поди как блох на дворовой псине. Просто они как тени, не видно. Рот наполнился слюной. Я вдруг поняла, что я не ела уже два дня. Коньяк тут же зашумел в голове. Я набила рот песочной выпечкой и замычала, боясь от удовольствия скончаться.
– Прекрасно, пока ты не можешь идиотничать, я пожалуй перейду к основной причине, почему мне пришлось пригласить тебя в гости, – равнодушно произнес хозяин дома, но его руки снова задрожали, а это означает, что парень не так уж и спокоен, как хочет показать.
– Замечательный способ пригласит в гости известную личность и светскую даму, – хмыкнула я, наконец проглотив восхитительную выпечку. – Вы, сударь, просто мега галантны. Я с мешком на голове в жизни столько не путешествовала. А уж в подземелье мне как понравилось, вышка просто.
– Заткнись и слушай, дама, – наконец-то вышел из себя радушный хозяин. Ха, это он еще не видел, как я танцевать умею. Сейчас хлебну немного шампанского, продемонстрирую. – Конфеты ешь, ты же их любишь. И не вздумай мне тут танцы устраивать.
Я подавилась желейкой. Он что еще и мысли мои читает?
– Ладно, удивил, – хмыкнула я. Честно? Не просто удивил. Напугал до чертиков, до спазма желудка. – Чего хочешь?
– ТЫ ведь знаешь о Гиперборее? Только не говори, что нет, историк-лингвист.
Я отставила бокал и с удивлением посмотрела на дядьку. Он серьезно? Черт, да у мужика просто крыша дырявая во всех местах. Конечно, я знаю легенды о волшебной стране гигантов, высокоразвитой цивилизации «Следующих за северным ветром». Прекрасная утопическая сказка о людях, выросших из крови Титанов. Мишка бредил этой чертовой Гипербореей. Искал ее как одержимый. Доискался, мать его. Оставил меня совсем одну. Я то уж надеялась, что никогда больше не услышу бреда о затонувшей колыбели арийской расы.
– Я историк-лингвист, вообще то, как вы правильно заметили, – ну, какой вопрос, такой и ответ. – Вы меня сюда привезли подискутировать о роли легенд и сказок в истории человечества?
– Ты мне поможешь найти ее, – от вопля сумасшедшего меня передернуло. Надо же было так попасть. Умалишенный мужик, с манией величия и кучей денег – это квинтэссенция самого ужасного ужаса.
– Слушайте, Гипербореи не существует, так же как и Антлантиды, и Шамбалы, и Эльдорадо. Это сказки. Легенды, понимаете? Предания, – спокойно, чтобы не нервировать буйно помешанного начала я.
– А это что? – сунул мне под нос скомканный лист кальки чертов Фантомас. Я уставилась на знакомую бумажку, о которой совсем забыла. Ту, которую мне передал убитый красавчик в коридоре ресторана. Черт. – Вы лазили в мой лифчик? Ну вы и твари…
– Где доска? – Фантомас подошел ко мне вплотную. Тошнота подскочила к горлу. Он пах тленом, так говорят, кажется. Дотронулся до моей шеи своими искореженными пальцами, лишая воли. Я окаменела от ужаса. – Лис передал тебе доску? Ведь так. Говори. сука.
– Я не знаю. Не знаю ни о какой доске, – промямлила, умирая от сверхъестественного, лютого ужаса. – И Лиса никакого не знаю.
Хозяин размахнулся и со всей силы залепил мне пощечину, такую сильную, что мне показалось сейчас у меня оторвется голова. Интересно, откуда в искалеченном теле столько силы?
– Доска, с которой снял копию Лис. Вот эту копию, куколка. Что написано на ней?
– Я не знаю. Не смогла расшифровать. Символы незнакомые, – выплюнула я, понимая, что, скорее всего, это мои последние слова. Парниша не бросает слов на ветер.
– Тут написано, где находится карта. И ты прочитаешь эту чертову писанину. Или я сгною тебя в подземелье, поняла?
Конечно, я все поняла. Подземелье даст мне возможность еще хоть немного пожить. Потом меня просто убьют и прикопают под раскидистой елочкой. Лили Норд исчезнет с лица земли. Даже памятничка не останется. Но озвучивать свои мысли я не стала. Зачем дразнить злого урода?
– Вы думаете, что у вас больше возможностей чем у Рейха? Эту чудесную страну искали волки пострашнее вас. И обкакались под уральскими елками. А знаете почему? Потому что сказки не оживают. И вы не Кощей Бессмертный, а простой человек, возомнивший себя богом. Зачем вам это все?
– Сказки говоришь? – хмыкнул шеф, вдруг резко успокоившись. Подал мне руку, помогая подняться с пола, на который я упала получив по своей восхитительной физиономии. – Помнишь как в сказках твоих любимых прыгал Иван Дурак в чаны сначала с молоком, потом с кипятком, а потом с ледяной водой? Стал он прекрасным царевичем после этого. Народ говорит, сказка ложь, да в ней намек… Мне не нужна чертова страна, мне нужны три озера, три сакральных источника. Спрашиваешь зачем? Смотри. Смотри, сука. Попробуй только закрыть глаза, – зарычал «радушный» хозяин, схватил меня за подбородок не давая отвести взгляд и приподнял маску. Я задохнулась от ужаса смешанного с омерзением и… жалостью. Там не было лица. Череп, обтянутый тонкой пленкой, тем, что осталось от кожи.
– Вы же помните, что перед Иваном прыгал в чаны царь. Я знаю легенды. Озера не принимают всех, – прохрипела я, чувствуя себя персонажем театра абсурда. Господи, неужели я на полном серьезе сейчас обсуждаю то, чего просто нет на свете?
– Не твоя печаль.
– А если я откажусь?
– Иди за мной, – приказал мой похититель и пошел к выходу из комнаты. Я поплелась за ним. Мне вдруг показалось, что я слышу детский смех. Наверняка уже глючит. В этом чудовищном месте откуда взяться детям?
Мы вышли во двор. Начало темнеть. Сквозь еловые лапы пробивался тусклый свет. Хозяин шагал тяжело, явно каждый шаг ему тяжело давался. Почему он показал мне пол лица, а не руку например? Интересно, что с ним случилось? Неужели он и вправду верит в то, что может произойти чудо? Тогда мне точно конец. Живой я не выберусь.
– Мы пришли, Лили, – вырвал меня из тягостных дум все тот же голос робота. – Ты спросила, что будет если откажешься сотрудничать. Я отдам тебя им.
Я закусила кулак, разглядывая клетки, расставленные по периметру двора, в которых метался десяток огромных медведей.
– Хорошо, я постараюсь расшифровать письмена, – прошептала я. Нет, так мучительно сдохнуть я не готова. – Но у меня будет условие. Мне нужен помощник. Верни меня в подземелье.
– Что, тебе понравился твой сокамерник? Надо же, а я думал ты более разборчива в мужчинах, Лилия Северцева. А ты как все, повелась на гору мышц, – захохотал Фантомас. – Зря ты думаешь, что оттуда легче уйти будет. Я тебя насквозь вижу, девочка.
Ага, хрен тебе. Просто у меня в голове вдруг лампочка зажглась, как в мультике. Я аж желание подавила, дернуть за невидимую веревочку.
– Или так, или я сама полезу к мишкам. Ты ведь знаешь, что кроме меня никто не прочтет эту писульку. А животных я люблю больше чем таких, как ты.
О да, он это знал. И меня знал, как облупленную. Я была в этом уверена. Только вот откуда?
Там, где меня нет.
Там всегда происходят невероятно важные вещи. Там есть ответы на многие вопросы. Там другая жизнь, в которой я присутствую лишь незримо, словно потерянная вещь.
Уставший майор уставился на странного дядьку, похожего на розового гнома и нервно потер переносицу. Слишком активный крепыш его утомил настолько, что хотелось вытащить из кобуры «Макара» и разрядить в этого «розового» придурка всю обойму. Голова начала болеть еще на подъезде к банкетному залу, в котором проходил фуршет известного издательства. От него за версту разило огромными проблемами. Колоссальными.
– Вам знаком этот человек? – поинтересовался полицейский, сунув под нос колобку фотографию. – Очевидцы говорят, что ваша подопечная ушла с ним в обнимочку, мило флиртуя.
– Ее зовут Лили Норд. Прошу вас поуважительнее говорить о королеве современной прозы. Чтобы сама Норд дала первому встречному, ну точнее, пошла с каким то…? Вы думайте, что говорите, – промокнул залысины платочком Алексей Леонидович, чтоб ему… Мазнул взглядом по снимку, округлил губы. – Это что? Убийца? Оооо, боже, моя бедная девочка.
– Ха, девочка. Лясик, вынырни из фантазий. Да на твоей графоманке клейма негде ставить, – подал голос брат-близнец дядьки-карапуза. Опер поморщился, посмотрел на мужика, похожего на огромную толстую морковину. Мама такую сажала на огороде, звала ее «коротель». В животе заурчало. С утра в желудке кроме поганого кофе ничего не было. – Ей до моей императрицы…
– Заткнись, – взвизгнул Лясик и дернулся на стуле. Только драки тут не хватало сейчас. Хотя майор бы с удовольствием глянул, кто кому начистит рыло, морковка или свин. Зрелище, должно быть, будет сногсшибательным. Хоть на видео снимай и в ютюб выкладывай. Больше заработаешь, чем бегая задрав хвост и любуясь трупами.
– Замолчали. Оба. Бедную девочку зовут Лилия Алексеевна Северцева, – снова поморщился майор полиции, Дмитрий Макаров. Ну да, смешно, все отделение подкалывает. Макар с Макаром. Ха-ха. – И она фигурант дела о возможном похищении. Этот человек не убийца. Но именно он погрузил в машину тело вашей Королевы.
– Тело? Вы что считаете…? Нет, мне не знаком этот… Этот… Подонок, – взвыл раздражающий мужик и снова полез в карман за платочком. Черт, черт, черт. Только истерики этого розовенького пятачка сейчас не хватало. Господи, за что?
– Сосредоточьтесь, Алексей Леонидович. А этот человек вам знаком? – новое фото легло на стол перед Лясиком. С него улыбался огромный бородатый мужик, больше смахивающий на йети, держащий на, покрытых замысловатыми татуировками, руках крохотную девочку. Эта девочка и ее мать погибли полгода назад, при странных обстоятельствах. Взорвались в новом исправном автомобиле. Мать смогли опознать только по крохотным кусочкам ДНК, останки девочки полностью уничтожило пламя. Этот здоровый, несгибаемый мужик, умный, как сто чертей, чуть не сошел с ума. Руслан Молотов – геолог, альпинист, мастер спорта по тяжелой атлетике, просто сошел с рельс. Твою мать, Макаров ухватился за виски. Он не нашел убийц. Проклятое фото, с которого, словно позируя, улыбался похититель писательницы, выжигало остатки самообладания. Молотов исчез неделю назад. Его просто вырубили на подземной парковке, дротиком с транквилизатором, как и эту сияющую пухляшку. Похититель так же улыбался, красовался глядя в камеру торгового центра. Сука. Понять бы, что может связывать этих двух людей из разных миров.
– Это убийца? – прошептал поросенок, – ну и рожа у мужика. Глаза, прямо как оптические прицелы. Нет, я его не знаю. Не видел ни разу, и Лилечка с такими ярдом даже дышать не станет. Уж я бы знал если бы…
– Ха, знал бы он, – вредно фыркнул «Коротель» – ты дальше носа своего не видишь.
Майор молча поднялся со стула и пошел к выходу из кабинета, любезно предоставленного управляющим этой богадельни для допроса. Тело погибшего уже упаковали.
– Макар, глянешь, или отправляю? – поинтересовался эксперт, кивнув на носилки.
– Чего я там не видел? – отмахнулся опер. В мешке лежал Лис. Точнее Лисенков – вор, работающий по антиквариату. Обычный паук-крестовик. Он бы сроду не полез в киднепперы.
Но он что-то передал девке, какой-то странный лист бумаги. И скорее всего разгадка именно в этой записке.
Макаров поднял воротник и вышел на крыльцо. Курить хотелось нестерпимо, чертов пластырь не помогал от слова совсем. Майор закинул в рот леденец и пошел к служебной машине.
Здесь и сейчас
Ей не было больно, ей не было страшно. Мозг работал хладнокровно, невзирая на бушующий в венах адреналин. Она шла, гордо расправив плечи, понимая, что нельзя оглядываться, нельзя давать слабину. Слышала рык беснующихся медведей, в который вплетался, где – то на границе слуха, детский колокольчатый смех. А может ей просто чудилось. Говорят перед смертью люди видят и слышат именно отголоски своей мечты. А она всю жизнь мечтала подержать в руках свое продолжение. Женщина улыбнулась мыслям, блуждающим в самых глубоких закоулках ее мыслей.
– Ужин подан. Ты же не откажешь мне в удовольствии, Лили? Не каждый день мне доставляется возможность трапезничать с персоной твоего уровня, – механический голос монстра меня уже не пугал. Страшно болела щека, голова разрывалась от миллиарда мыслей, мозг, казалось, сейчас работал на пределе. Я замерла, прислушалась. Где-то, совсем рядом смеялся ребенок. Мой сопровождающий сжал кулаки. Значит не пригрезилось мне. Хотя, тут же прислуга. Может это ребенок той женщины, что приносила мне закуски. А монстр просто не любит детей. Злодеи все боятся светлых эмоций и радости.
– Я не голодна, – задумчиво выдохнула я. Один из символов на дурацкой кальке не давал мне покоя. Я его видела где-то. Очень давно. Может дежавю, просто. Но чертова закорючка, похожая на выгнутую буквой зю рыбину, никак не отпускала мое внимание. Словно выжглась на подкорке и теперь поедала мой и без того измученный мозг. – Отправь меня обратно. Мне в подземелье думается лучше. Там воздух такой, прямо как в комнате солевой. Очень стимулирует умственную деятельность. А еще, там нет тебя.
– Зато есть накаченный татуированный парень, да куколка? Что ж вы все какие падкие на кубики и косые мышцы? Ты как все, Лили, а я то думал, что мы с тобой подружимся.
– Ты ревнуешь, красавчик? – хмыкнула я. Нет, ну а что? Вдруг я как та Василиса, от которой сам Бессмертный костетряс свистел баком, и даже чахнуть над сокровищами забывал. Хотя, Премудрая была умна и весила не центнер. Но кто их знает, придурков этих сказочных.
– Ну что ты, мне совсем неинтересны твои новые… – он вдруг замолчал, уставившись мне за спину. И мне снова показалось, что я вижу в глазах монстра всполохи адского пламени. Трость в его руке взметнулась в воздух, словно ядовитая змея.
Я онемела, но лишь на миг. Что-то врезалось мне в спину, всхлипнуло и заскулило, словно щенок. Медленно начала поворачиваться, очень надеясь, что не увижу там, куда впился глазами хозяин, чего-нибудь сказочно-страшного. А что, обстановочка здесь, прямо скажем, располагает к фантазиям на тему русских-народных кошмаров.
Первое, что я увидела, испуганные глаза уже знакомой мне женщины-служанки. Она смотрела не на меня, сжавшись словно в ожидании неминуемого удара.
– Я что тебе приказал, Зоя? – механический голос звучал сейчас еще более страшно. Словно скрежет ножом по металлу.
Что-то закопошилось возле моих ног. Я посмотрела вниз и обмерла. Маленькая девочка, одетая в смешную шапочку из под которой выбивались кудряшки цвета спелой пшеницы, комбинезон расписанный под хохлому и странные туфельки, пыталась подняться на ноги, пыхтя при этом, как маленький паровозик.
– Простите, господин. Но малышка сущая егоза, – пролепетала служанка.
– Я задал вопрос. Ты должна была дать четкий ответ, – воздух вдруг засвистел, женщина вскрикнула и упала на землю. Сарафан на ее спине лопнул, я уставилась на рассеченную белую кожу, ткань залило кровью. Зоя молчала, хотя ей это очевидно давалось с огромным трудом, судя по сжатым челюстям и боли, плещущейся во взгляде. Повернулась к монстру. Трость в его руке, превратилась в плетку. Малышка поднялась таки на ножки и сжав кулачки замерла на месте, нахмурила бровки и медленно пошла к проклятому мерзавцу. У меня сердце зашлось от ужаса за эту странную девочку, которая никак не вязалась с тем, что нас окружало. Ну не могут в темном лесу жить крохотные дети, если только они не сказочные Красные шапочки.
– Ты злой и мерзкий страшила. Мой папа придет и тебя укокошит, – отчаянно картавя выговорил ребенок. Рука монстра, сжимающая плеть, дрогнула. Я шагнула вперед, следуя древнему инстинкту, каждой женщины на земле. Сейчас мною двигало одно желание – защитить дитя. Глупышка совсем не ведает страха, в силу своего возраста. Сколько ей? Лет пять, не больше.
– Тронешь ее и можешь забыть о нашей сделке.
– И не собирался даже, – совершенно спокойно ответил Фантомас. – Эта девочка очень ценна, у меня на нее планы. Очень большие планы. Ты ведь знаешь сказку? Ну…? Ну подумай, Лили. Кстати, папа ее не придет. Эта девочка призрак. Ее не существует.
– Не понимаю, – я задохнулась. Сказки никогда не говорят ничего прямо, все иносказательно. А это значит, малышка приговорена.
– Ну и не надо. Одно могу обещать, ходят за этой куколкой, как за принцессой крови. Девка, уведи воспитанницу в терем, и на будущее – мои приказы выполняются беспрекословно. Медведи голодны, а ты не единственная баба в округе, способная работать. Я плачу очень хорошо.
– Да, господин. – не поднимая взгляда от земли прошептала Зоя, ухватив девочку за маленькую ладошку.
Черт, что же это за место такое? Где я оказалась?
Цифры. В моей памяти вдруг всплыл набор цифр, который успел перед смертью прохрипеть красавчик с приема, лежащий теперь где-то там хладным трупом.
Я очнулась от резкого звонка. Телефон. Фух ты, слава тебе господи, я все таки в реальности. И звонит не мобильник, а какой-то спутниковый аппарат, скорее всего защищенный от всех видов отслеживания, судя по трубке, которую достал из кармана Хозяин. Она больше похожа на рацию, нежели на тот телефон к которому привыкли мы – нормальные граждане.
То, что сказал Фантомасу невидимый мне собеседник, ему явно не понравилось. Господин любитель медведей грязно выругался и с силой швырнул на землю, по всей вероятности безумно дорогой аппарат.
– Тебя отвезут обратно, – рявкнул «галантный кавалер» – я распорядился перевести тебя в более комфортные условия. Но учти, охране дан очень строгий приказ. Попытаешься сбежать, скормят медведям. Попробуешь обмануть, будешь умолять о смерти в объятиях топтыгина.
– А обед? – нахальный вопрос, за которым я попыталась скрыть свои истинные чувства, повис в воздухе, оставшись без ответа. Бежать? Надо сначала понять, где я. Но это лишь дело времени. Хотя, ситуация в которой я оказалась совсем не радует восхитительными перспективами. Но лучше сдохнуть в лесу и знать, что ты хоть пыталась, чем быть переваренной мишкиным желудком и превратиться сами знаете во что. Фигово все короче. Кроме топора, торчащего из колоды расположенной возле поленницы. Он мне очень понравился. Прекрасное орудие, так зазывно меня манило. Интересно, если его в трусы сунуть под резинку, а рукоять привязать к бедру тем уродским пояском, который с того, что у всех зовется талией, у меня вечно сползает под грудь, не выпадет в самый неподходящий момент?
Очень трудно притворяться дурочкой, имея за плечами несколько высших образований, годы работы с мертвыми текстами и умение адаптирорваться к любым неприятностям. Да, она смогла этому научиться, мотаясь по экспедициям. Но деваться ей было некуда. Она должна была усыпить бдительность похитителей. Игра на выживание, уже не казалась ей чем-то фантастическим, виденным в сотнях сериалов. Теперь это была реальность. Сказка стала былью. Жаль, что сказка страшная.
Летят перелетные птицы
– Слышь, Коробок. Может ее обшмонать? – предложил Летчик квадратному. – Как то странно баба идет, хромает и подпрыгивает.
– А что, хорошая мысль, – сально улыбнулся поганец Кубик. Вразвалочку пошел к вертолету, возле которого я замерла, раскорячившись, словно одноногий Джон Сильвер готовый к поднятию на Летучий Голландец. Прятать топор в трусах – идея не фонтан. Это так, на будущее, если вдруг кто решит попробовать. Маленький еще может и проканает, а вот колун, который я свистнула со двора…
– Только тронь меня, – прошипела я, наблюдая за перемещениями придурка. Подмигивает еще, упырь. – Я тебе нос откушу. Веришь?
– Детка, я буду нежен, – промурлыкал безмозглый уродец, ухватив меня за ягодицу своими погаными клешнями. – Такие нежные цветочки, как ты в этом лесу не водятся.
«Господи, спаси душу раба твоего блаженного» – успела подумать я, прежде чем вцепилась ногтями в физиономию ублюдка. Ну, автоматически я калечу дураков. Такая у меня суперспособность. Мозг отключается напрочь, когда кто-то пытается посягнуть на мою добродетель без моего на то разрешения.
Короче, в вертолет мы погрузились, только через полчаса. В этот раз мешок мне на голову накидывать не стали, и я могла любоваться делом рук своих и восхитительными пейзажами из окна стальной стрекозы. Кубик, который Коробок, напряженно молчал, что мне, лично, даже импонировало. Он умнее кажется, когда сопит в свой распухший пятак, и красиво отсвечивает полуоторванным ухом.
– Без мешка мне нравится больше, – миролюбиво сказала я, любуясь горным пиком, укрытым кипенно белым, снежным покрывалом. – Гораздо больше. Может споем? Ну там «Летят перелетные птицы, или на худой конец…»
– Ты можешь помолчать? – взвизгнул квадратный. Зря он, пою я конечно даже еще хуже, чем танцую, но я же дама. Мог бы хоть вид сделать, что сама Кабалье мне и в подметки не годится. Несчастный летчик подскочил на сиденьи от неожиданности, и едва не выронил из рук штурвал. Вертолет на миг потерял управление, его тряхнуло так, что мерзкого карлика мотануло вперед. И если бы не ремни, которыми он был пристегнут, к его шрамам, полученным на любовном фронте, прибавилась бы еще парочка.
– Эй, не дрова везешь, вот пожалуюсь на вас шефу, а у него медведи голодные, – пробухтела я, пытаясь отодрать каблук от сиятельной туфлишки. Первый пал смертью храбрых во дворе терема. Я его подобрала и сунула в свой «сейф». Шпилька-стилет в умелых руках тоже оружие, похлеще финки. Лясик меня четвертует, когда я выберусь из этой переделки. Если выберусь.
Кстати, прикидываться дурочкой, оказывается, достаточно сложно. Времени на нормальный мыслительный процесс остается крайне мало. – Ваш Фантомас сказал, что у меня будет доступ к компьютеру. Еще мне нужен доступ в интернет, ящик Просекко, шампунь без парабенов, ты записывай, записывай. А то вдруг что забудешь, я ж не смогу тогда расшифровать надписи, если начну перхотью шелушиться. Угадай, кого сожрет Потапыч первым?
– А морду тебе вареньем не намазать? – ехидством в голосе потрепанного гаденыша, можно было бы обернуться три раза. – Получишь все, кроме сети. Нужные книги уже доставлены, и ждут вас в вашей резиденции, ваше высокблагородье. Кстати, о Потапыче, интересный факт. Нашего шефа так все и зовут. И он гурман, каких поискать. Еще будут какие-нибудь пожелания? Или фантазия закончилась.
– Чтоб тебя разорвало, – вякнула я. Интересно, Потапыч – это какое-то погоняло бандитское, связанное с любовью мужика к косолапым, или реальное отчество подонка? И девочка, мысли о малышке не оставляют меня ни на минуту. Кто она? Почему медведелюб ее назвал призраком? Сто вопросос и ни одного ответа. Чертов шеф говорил что-то о сказке. А она, как известно ложь, но в ней намек. Царь прыгал в чаны и сварился. Потому что… Потому что…
– Прибыли, – радостный вопль Кубика спугнул начавшую зарождаться в моей голове догадку.
Спасение или проклятье
Он уже не ждал ничего. Так позорно попался. Шел по следу врага, не подозревая, что хищник давно уже выследил своего охотника, и теперь затаился и просто ждал. Играл. Мужчина выдохнул. Воспоминания о прошлом жгли болью, сильнее чем рана нанесенная зверем. Он вспоминал, что даже не попрощался с женщиной, подарившей ему счастье быть отцом. Они в очередной раз поссорились из-за какой-то мелочи, настолько незначительной, что она тут же стерлась из памяти. Зато глаза его малышки, солнечной девочки, его доченьки, полные слез и непонимания, преследовали его во снах. Каждую ночь. Каждое гребаное ведьмино время.
А теперь и его надежда на то, что он все же сможет отомстить исчезла. Улетела в неизвестные дали, вместе со странной женщиной, способной зашить рану швейной иглой, остановить на ходу коня тяжеловеса и спасти от раздирающего душу бессилия.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
