Девушка улыбнулась. И снова почудилось, что звёзды ярче зажглись. – Как это делаешь? – не выдержал Эгар.
– Это магия, – просто ответила девушка.
– Ты богиня с Севера?
– Нет. Боги не живут на Земле, разве этого не знал?
– Знал. Но в народе разное говорят про далёкие Северные земли. Одна из версий, что там живут жестокие боги, которые могут обратить человека в лёд.
– Это грязная ложь! – возмутилась девушка.
– Мы не обижаем людей! Наоборот, служим и помогаем. Только люди чрезмерно завистливы и любят благо переворачивать и превращать во зло. Поразительная не магическая способность! Нам пришлось покинуть людей и отгородиться. Теперь помогаем с расстояния, когда видим, что без нас люди не справятся.
– Вы иные?
– Да, нас называют люди именно так, потому что отличаемся силой как физической, так и духовной. В нас есть магия, мы совершеннее людей во всём…
– Эльфы! – выдохнул Эгар.
– Верно. Тебе не стоит рассказывать об этом никому. Иначе будет беда! Люди начнут нас искать, а в этой земле, что пролегла меж нами, найдут только смерть. Подобное случалось однажды…
– Почему вы ушли?
Глава 7 Прибытие чёрных кораблей
– Когда-то на Земле Анос произрастали густые леса повсюду, не только в северной части. Эльфы поселились здесь самыми первыми. Мы тысячелетиями жили в гармонии на земле. Затем пришли люди. Нас предупредили о вашем появлении. Мы ждали вас. Эльфы должны были заботиться о людях, как о младших неразумных братьях и сёстрах. Мы встретили людей и помогли устроиться. Самые лучшие земли отдали во владение вам – всю южную оконечность Аноса. Зима в тот край не приходила, урожай снимали дважды в год. Эльфы же ушли на север. Сейчас на месте наших земель располагается твоё княжество. Границей между эльфами и людьми стали Невысокие горы.
– Ты говоришь о Горячих горах?
– Да. Но раньше они назывались Невысокими. Вулканы появились позже.
– Продолжай, пожалуйста.
– Эльфы всегда помогали людям. Человек слаб и хрупок, подвержен многим болезням. Мы лечили людей. Вы неспособны долго существовать без пищи, зависимы от погоды и урожая. Мы помогали и в этом. Регулировали климатические условия для вас, учили, как получать больше урожая. Эльфы находились рядом с людьми до тех пор, пока в том была нужда.
Но однажды на земле Анос появилось зло. Мой народ почувствовал это сразу. Оно возникло на юге. А началось всё с прибытия чёрных кораблей в южные гавани. На их корме и флагах была изображена оскалившаяся пантера, – на лице эльфийки отразилось отвращение.
У Эгара промелькнула мысль: «Рассказывает так, будто сама видела! Сколько же ей лет! Внешне, так моложе меня! Но явно мудрее в тысячу крат».
– Прибыла подобная нам раса. Внешне мы мало чем отличаемся, разве что глазами. У них глаза хищников, жёлто-коричневые, в порыве гнева могут светиться. Мы зовём их тёмными эльфами.
Нас всех создал Единый Творец. Одних Он наделил природной магией, других физической. Наш дар позволяет слышать природу и следовать ей. Мы управляем стихиями, погодой, можем общаться с животными и растениями. Проникаем в разум, слышим мысли… – эльфийка сделала паузу и легко улыбнулась.
Эгар отвёл взгляд и смутился. В своей голове он позволил фантазии отправиться в свободный полёт. А главное действующее лицо этих самых фантазий – беловолосая странница.
– Прости! – буркнул Эгар и начал ворошить палкой в костре.
– Некоторые из нас могут подчинять и воздействовать. Ты сам видел это на примере с медведем. Физическая магия отличается от природной. Она представляет собой метаморфозы. Обладатели этого дара могут превращаться сами во что пожелают: животное, птицу, насекомое, человека, великана, тролля, – кого угодно. Они также способны превращать и людей.
– Оборотни?
– И да, и нет. Оборотни вынуждены обращаться. Скорее это проклятье заставляет их превращаться в животных против воли. Тёмные эльфы могли делать это по желанию. Ничто не заставляло их пребывать в чужой шкуре, если им самим этого не хотелось. По крайней мере, так задумано изначально…
Мой народ называет их тёмными, поскольку они возгордились и превознесли себя выше самого Создателя, за что Творец послал им вечное наказание. Они стали двуликими. Животная сущность вросла и превратилась в неотъемлемую часть их личности. Если раньше обращение происходило по желанию, то после наказания они лишились свободы выбора. Отныне половину года тёмные эльфы пребывали в звериной ипостаси, а половину в истинной. Лишь в эльфийском облике магический дар управляем, зверь же оставался почти всегда зверем.
Тёмные эльфы, прибывшие в южные гавани, называли себя чёрными Пантерами. Из названия понятно в облике кого они пребывали половину года. Цикл превращения у каждого эльфа свой. Ипостась животных тёмные принимали попеременно.
Удобно! Люди не сразу поняли, что дикие озлобленные звери, которые нападали на домашних животных, разоряли деревни – это недавно прибывшие из-за моря эльфы. Чёрные пантеры не только наносили поселениям тяжёлый урон, случалось, что звери убивали случайных путников, забредших далеко в лес.
Обитатели южных земель привыкли к эльфам. Ведь мы никогда и ни в чём не отказывали людям. Делали добро. Каждому страждущему приходили на помощь. Люди свободно посещали наши земли. Мы были всегда открыты. Прибытие чёрных кораблей не насторожило людей. Они гостеприимно встретили странников, так похожих на нас, и уступили им южную приморскую оконечность Анос. Многие южане восприняли тёмных как друзей, и стали больше обращаться за помощью к ним, а не к нам. Зачем идти за горы, если есть приморские эльфы рядом?!
Принимая помощь тёмных, люди много переняли от них, в том числе гордость и зависть. Люди всё меньше посещали нас, больше надеялись на себя и на своих новых друзей.
– Разве это плохо? – спросил Эгар.
– Независимость – это хорошо, – согласилась эльфийка. – Но гордость всегда приводит сначала к возвышению собственного «Я», за которым следует высокомерие и превосходство над прочими существами. Так случилось с тёмными эльфами, та же участь постигла и людей. Человек возгордился. Решил, что не нуждается в нас. Люди перестали появляться у нас совсем.
Проклятье, которое обрекло тёмных на существование в звериной шкуре, делало их сильными и уязвимыми одновременно. Тёмные эльфы весьма малочисленны. У них не рождались дети. Зачать ребёнка можно только в истинном облике так же, как и выносить. А тёмные – рабы цикличности. Даже если, кто-то успевал зачать, то выносить и родить зверь эльфа не мог. Ребёнок погибал в утробе. То было истинное наказание Творца, настоящая кара!
Численность тёмных эльфов сохранялась такой, какой они достигли до лишения благодати Творца. После наложенного проклятья ни один ребёнок не родился. Создатель не отнял вечную жизнь и молодость, но лишил возможности размножаться.
Мой народ, светлые эльфы, не пересекались с тёмными нигде. Нет, запретом это не было, но мы чувствовали зло, исходившее от них. Хищники всегда убивали, а убийство накладывало отпечаток на душу. Сердце ожесточалось с каждым разом всё больше и больше.
Тёмные эльфы вскоре нашли способ получить потомство. Для этого привлекались человеческие девушки. Так появились оборотни-полукровки. Тёмные эльфийки забирали таких детей и воспитывали как своих. Потомство оказалось подвергнуто более частой цикличности. Если эльфы пребывали в облике пантер по полгода, то полукровки обращались ежемесячно. Оборотни почти не владели магией эльфов. Вели себя более несдержанно в облике зверей.
Юг Аноса быстро заполнился кровожадными чудовищами, которые оттеснили людей дальше ближе к Невысоким горам.
Человек догадался, что эльфы у моря и есть оборотни-пантеры, причиняющие им вред, а оборотни-полукровки их порождение. Стало ясно, куда пропадают девушки. Страх и паника завладели человеческими сердцами. Люди побросали дома и двинулись на север. Они вырубали леса, строили новые жилища, деревни и города, – эльфийка замолчала. Из глаз светлой девы покатились бриллианты слёз.
Эгар, словно заворожённый, смотрел на спутницу.
– Ты оплакиваешь людей или деревья? – княжич не понимал чувств эльфийки.
– И тех и других, – спустя мгновение ответила. – Люди неразумны, словно дети, не ведают, что творят, не видят собственного будущего, – дева помолчала и продолжила: – Убежать от беды нельзя. Её нужно встречать лицом. Однажды так и случилось.
Жил в то время сильный воин Ролан, который объединил людей и выступил против оборотней-полукровок. Страшная произошла битва! Погибло много добрых воинов, но и оборотней полегло не меньше. Выжившие бежали к южным гаваням под защиту отцов.
Люди вырубили лес, чтобы чудовищам негде было прятаться, ведь на открытой местности их можно увидеть издалека и успеть подготовиться к бою. Когда человек что-то задумал и уверен в правильности решения, остановить уже невозможно.
В том сражении люди победили. Оборотней перебили, а численность тёмных сократилась вдвое. Почти все уцелевшие покинули Анос.
– Получается, не все тёмные уплыли из южных гаваней?
– Остались два брата. Они попросили у нас защиты. Считаю, это поступок благородным. Таким гордецам большого труда стоит смириться и склонить голову перед себе подобными. Мы не отказали им. Заключили договор, что тёмные поселятся за Высокими горами, и никогда не спустятся в долину ни к нам, ни к людям… – эльфийка замолчала, будто обдумывая что-то, а потом добавила: – Сейчас тёмных здесь нет, они, если кто ещё и остался, живут за Западным Хребтом, в долине меж гор.
Эгар побледнел.
– Скоро люди пожалели, что беспощадно расправились с лесами. Дичи не стало, ягоды и грибы исчезли. Южные земли перестали плодоносить. Жара и ветер иссушали любые посевы. В период дождей почву размывало, и весь плодородный слой стекал вместе с потоками дождевой воды в море. Только скудная трава росла на юге. Человек сам разрушил своё благополучие.
Люди вспомнили о нас и попросили приюта. Мы пустили их на свою землю, но настрого запретили впускать чужеземцев.
«Наша земля для вас – пусть ни один чужеземец не ступит на неё!« – сказал людям Светлейший.
Именно тогда, когда последний человек вошёл в благодатную землю, в Невысоких горах появились вулканы. Мы воздвигли их для защиты страны с юга от непрошеных гостей. Так возникло княжество Нодель. Эльфы же постепенно ушли за Высокие горы, запретив людям ходить за нами. Здесь мы жили долго, сдерживая и контролируя тёмных.
– Ты сказала, что люди не видят будущего. А эльфы? – поинтересовался Эгар.
– Я знаю его наперёд, – улыбнулась странница.
– И каково же оно?
– Неоднозначное! В нём будет любовь, счастье, а также боль и несчастье, в конце мы оба умрём от руки одного человека, – твёрдо ответила эльфийка и посмотрела на Эгара.
– Может, назовёшь, кто замыслил такое зло? Я убью его прежде, чем он подберётся к тебе, – вскочил на ноги княжич.
– Себя убьёшь?– спросила дева.
Эгар застыл на месте.
– Я… Я. Да я никогда…
– Ты уже сделал это, – ответила дева. – Дал клятву, которую не сможешь сдержать. Да, и лучше я умру, чем позволю тебе исполнить её.
Эгар ошеломлённо смотрел на странницу. Такого исхода разговора он не ожидал.
– Ты… ты проникла в мои мысли! – выкрикнул княжич.
– Я их услышала раньше, чем увидела тебя. Нет нужды проникать в твою голову.
– Получается, ты знала обо мне всё раньше, чем мы встретились?
– Да, и я шла навстречу! – сообщила эльфийка. – Я выбрала свой путь, Эгар, будущий князь Ноделя.
– Будешь моей?
– Иначе ты меня не встретил бы! Айрисиэль!
– Что?
– Айрисиэль! Моё имя Айрисиэль! Эльфы называют имя только супругам.
Глава 8 День рождения
Эвелин сидела в тронном зале подле отца и со скучающим видом стойко переносила ничем не примечательную церемонию поздравления. Девушке приходилось мило улыбаться каждому, кто приближался к помосту и выражал пожелание здоровья и процветания княжне.
Первыми выразили почтение Эвелин взрослые лорды-наместники, управлявшие крупными городами Ноделя. К старым лордам княжна испытывала уважение. Когда же потянулись их молодые сыночки, девушку одолела скука. Каждый подходил с намерением понравиться Эвелин. Заведомо известные заискивания утомляли. Она развлекала себя тем, что рассматривала трещины в помосте, или играла в перемигивание со свечами, освещавшими зал. Но и это ей, в конце концов, надоело. Тогда Эвелин стала прислушиваться к перешёптываниям братьев, стоящих позади тронов отца, мамы и сестры. Эти разговоры развеселили девушку и сильно мешали сохранять вид серьёзной принцессы.
– Смотри, смотри, вон у того остолопа из Наата слюни сейчас потекут! – заметил Майкл.
– Ага! Он смотрит на Эвелин, словно на луинильский (Луиниль – звезда) пирог. Взгляд голодный! – поддержал брата Джонатан.
– Не голодный, а бестолковый!– поправил Ричард. – Такими глазами только верблюд на козу смотрит, когда она ветки жуёт. С одной стороны, удивление и восхищение, а с другой, страх.
– Почему страх? – спросил Майкл. – Эвелин нестрашная.
– Коза тоже нестрашная. Просто верблюд – дурень, не знает, что с ней делать, – все три разом загоготали шёпотом. Леди Глэдис одарила сыновей колким взглядом. Смех умолк. Эвелин силилась сохранить серьёзный вид.
– Нет, ну вы только взгляните на этого проныру из Вадата. Он явно о себе высокого мнения.
– Смотрите, идёт к Эвелин, как напыщенный павлин.
– Вот бы перьев ему в зад натыкать!
Эвелин не сдержалась и прыснула. Хорошо, что дамам полагался веер. Хотя за окном зима, в помещении становилось душно, и поток воздуха спасал часто от обморока.
Движение Эвелин веером молодой лорд из Вадата расценил как знак. Внутренний павлин от гордости надулся сильнее.
– Сейчас лопнет, – заявил Майкл.
– Не знаю, как он, а вот сюртук точно, – отозвался Джонатан.
– Сейчас пуговица отлетит, – заявил Ричард.
Эвелин представила всё в ярких красках: отлетает пуговица, лопается сюртук вместе со своим хозяином. И вдруг произошло невообразимое. Не дойдя до помоста пары шагов, молодой человек издал громкий звук, не услышать который было невозможно. Затем пуговица на груди сюртука спружинила и отлетела, а сам торжественный туалет лопнул по швам. По всему залу поплыл запах тухлых яиц. Дамы и лорды зажимали носы и отворачивались. Вееры заработали как один одновременно.
– Вот вонючка!
– Как корюха!
– Фууу, Эвелин, как тебе такой женишок? Задохнуться можно!
Княжна не ответила. Она задержала дыхание. Молодой лорд смутился. Он не понял, как получился такой конфуз. Покраснел ярче свёклы. Эвелин натянула на лицо снисходительную улыбку, всё ещё боясь вздохнуть. Напыщенный павлин вмиг превратился в смущённого цыплёнка. Протараторил что-то заученное под нос и исчез из зала.
– Вряд ли мы увидим его на балу, – заметил Майкл.
– Минус один, сестрёнка, – шепнул Джонатан.
– Шшшш, – грозно зашипела леди Эгар.
Все разом успокоились.
Вдруг к трону княжны устремился неизвестный темноволосый лорд. Трудно сказать, сколько ему лет. Внешне юн, но в глазах… слишком много в его глазах мудрости для молодого человека. Статью и гибкостью движений походил на танцора. Отсутствовала мужская грубоватость.
Незнакомец заинтересовал Эвелин. Безусловно, он хорош собой: благородные черты лица, словно божественная длань причастна к его сотворению, высок, худощав, узок в кости. Однако биться с ним в поединке, вряд ли кто изъявит желание. Узкокостность отнюдь не делала мужчину хиляком. В этом по-девичьи стройном высоком теле чувствовалась немалая сила. Все окружающие инстинктивно ощущали, что от него исходит опасность.
Когда молодой мужчина со взглядом мудреца пересекал зал, все присутствующие, кроме княжеской семьи, погрузились в забвение. Время для них остановилось.
Эвелин всего этого не заметила. Девушка приклеилась взглядом к незнакомцу. Больше всего на неё произвели впечатление глаза мужчины янтарного цвета. Вот, казалось бы, что может быть теплее этого оттенка?! Однако глаза лорда не излучали тепла. Наоборот, настораживали и заставляли сжиматься от страха. Незнакомец не отрывал глаз от Эвелин. Ни пошлости, ни обожания во взгляде не было. Неизвестный красавец смотрел на княжну, как хищник на жертву.
Незнакомец привлёк к себе и внимание княжичей. Братья переговаривались между собой.
– А это кто? – шепнул Майкл.
– Первый раз вижу, – отозвался Джонатан
– Я тоже не знаю его, – внёс лепту Ричард.
Если бы кто-нибудь из детей посмотрел в тот момент на родителей, то заметил бы, что гостя оба хорошо знали, но радости от встречи не испытывали.
– Моё высочайшее почтение, леди Эвелин, – заговорил незнакомец, обратившись напрямую к княжне. – Счастлив поздравить вас с совершеннолетием, – голос звучал обезоруживающе, словно гипнотизировал.
– Благодарю лорд…
– Глэрион эль Линаркс, – мужчина изящно поклонился и улыбнулся. У любого от этой улыбки побежали бы мурашки, но Эвелин не чувствовала никакой опасности. Девушке будто отказали инстинкты.
Братья же стояли позади. Ужас сковал их. У них возникло желание выступить вперёд и заслонить собой сестру, как они делали всегда с самого детства, когда Эвелин грозила опасность, но теперь не могли даже пошевелиться. Невидимые путы оплетали их тела. Только смотрели и всё больше понимали, что столкнулись с тёмным колдовством.
Ричард хотел крикнуть охрану, но язык перестал слушаться.
– Откуда вы приехали к нам лорд Глэрион? – задала вопрос Эвелин. – Я раньше никогда не слышала вашей фамилии.
– С Западных земель, – пространно ответил мужчина.
– На Западе только горы, лорд. Там нет поселений, – заметила Эвелин.
– Разве вам родители не рассказывали что есть? – наконец-то гость удостоил князя удивлённого взгляда.
Эгар так же, как и сыновья, ничего не мог сделать, хотя попыток совершил немало.
– Лорд эль Линаркс, – впервые за несколько десятков лет леди Эгар открыто заговорила на официальном приёме. Обычно она хранила молчание и улыбалась, когда требовала того ситуация. Многие из придворных считали её глухонемой. Мало кто знал, что голос леди Эгар обладает непомерной силой, а слова превращаются в пророчество. Леди знала цену своей речи, поэтому предпочитала больше молчать и не пугать окружающих. Её голос слышали только близкие: супруг и дети. Слуги недоумевали, как у них получалось исполнять поручения леди Глэдис, ведь напрямую она к ним никогда не обращалась. Но то, что требовалось госпоже, само приходило им в голову. Чудеса! – Вам не кажется, что время затянулось? Князь Эгар мог бы сам разъяснить дочери местоположение вашей страны. Уверена, Эвелин слышала эти рассказы не раз, просто подзабыла, – леди говорила спокойно, даже не удостоив незнакомца взгляда, будто чувствовала своё превосходство. Однако с момента начала её речи атмосфера в зале приёмов изменилась, стала напряжённой, точно вот-вот грянет взрыв.
Лорд эль Линаркс удостоил леди своих янтарных глаз хищника. Ему не нравилось, что забавной игре помешали. Леди Глэдис встретила противника достойно. Её ледяные глаза резали словно острым лезвием.
Со стороны битва взглядов выглядела как продолжение беседы. Так и было. Княгиня видела мысли эль Линаркса, она знала уже о нём всё, как только лорд вошёл в зал. Леди готовилась к подобной встрече, ведь её супруг так поспешил с клятвой.
Лорд эль Линаркс знал, кем являлась леди Глэдис. Он ожидал трудности и сопротивление. Уверенность вселяло лишь одно: Айрис эль Луидон не желала открывать свою тайну. Это означало, что в схватку на публике леди не вступит, а будет вести игру исподтишка.
«Она моя!» – мысленно сообщил эль Линаркс.
«Нет! Я не позволю!» – тем же способом ответила Айрис.
«Он поклялся!»
«Я отменяю клятву!»
«Ты не в силах!»
«Я мать. Никогда не получишь мою дочь».
«Посмотрим», – эль Линаркс надменно улыбнулся. Кто-то бы залюбовался им в этот момент.
«Что если она сама пойдёт за мной?»
«Твоё подчинение не властно над моими детьми!»
«Любовь лучше подчинения», – эль Линаркс повернулся к Эвелин, грациозно поцеловал запястье и отошёл в толпу. Девушка проводила мужчину взглядом. Он единственный, кем княжна заинтересовалась в тот вечер.
Сердце тревожно стучало в груди. Волнение, возбуждение, симпатия проснулись в ней разом. Оцепенение с князя и с сыновей спало…
Глава 9 Бал
Никто из присутствующих ничего не заметил. Только князь и его семья знали о присутствии лорда эль Линаркса.
– Что это был за тип? – шёпотом спросил брата Майкл. – Я даже пошевелиться не мог, не то чтобы говорить.
– Мне кажется, он колдун. Тоже не мог пошевелить ни пальцем, ни языком, – ответил Джонатан.
– Мерзкий какой-то, но Эвелин, кажется, так не считает, – Ричард кивнул на сестру, которая выискивала в толпе эль Линаркса.
Официальная церемония окончилась. Все гости перешли в бальный зал. Оркестр заиграл полонез. Бал открывали князь и княгиня. За ними шли Эвелин и Ричард.
Никого из приглашённых молодых лордов княжна выделять не желала, поэтому все приглашения на первый танец, открывающий бал, Эвелин вежливо отклоняла. Единственный, кому бы княжна ни отказала – лорд эль Линаркс, но он исчез бесследно. Эвелин постоянно искала его среди толпы взглядом, но не находила.
Полонез закончился. Князь с княгиней заняли свои места. К Эвелин же выстроилась очередь из молодых лордов. Все танцы были расписаны наперёд. Эвелин почти и не отвечала, всё решала камеристка. Взгляд же княжны продолжал блуждать по толпе, но так и не нашёл желанного лица.
Весь бал расписан, каждый танец закреплён за мечтающими обратить на внимание княжны лордами. Те с довольными лицами выстроились вдоль банкеток ожидать своей очереди. Сегодня каждому выпал шанс показать себя перед княжной.
Эвелин обожала танцы, но именно сейчас ей они не приносили радости. Возможно, дело в партнёрах. Вальс менуэт, краковяк, гавот, кадриль, мазурка, полька – ничего не запомнилось, ничто не приносило прежнего удовольствия.
Вечер подходил к концу. Бал завершался. Впереди котильон с молодым лордом Сали из Вадата, тем, что осрамился на официальном приёме. Юноша переминался и теребил полы камзола. Молодой человек заметно нервничал. Как смотрел княжне в глаза после такого позора? Пока лорд из Вадата терзался душевными муками. В зале появился эль Линаркс. Эвелин сразу заметила его и сильно пожалела, что последний танец уже обещан.
Лорд Сали повёл Эвелин в середину зала для завершающего танца, а эль Линаркс бездействовал и смотрел издалека на княжну. О чём он думал, понять сложно. Взгляд пронизывал и пугал. Может, опасность и притягивала Эвелин. Княжна следила за эль Линарксом.
«Зачем он здесь?» – думала девушка. «Только чтобы поздравить меня с днём рождения и не пригласить на танец? Почему мама так странно вела себя? По-моему, он самый интересный мужчина из всех присутствующих холостых лордов!»
Заиграла музыка. Эвелин повернулась лицом к партнёру. Взгляд от таинственного гостя оторвала на мгновение. Но этого достаточно. Лорд Сали уже поклонился и протянул руки в приглашающем жесте, неожиданно прозвучал голос, повелительный и мелодичный одновременно:
– Леди Эвелин, не подарите последний танец лорду Западных Земель? Я нечастый гость на ваших балах, – эль Линаркс мельком взглянул на Сали. Тот и не думал возражать. Казалось, даже вздохнул с облегчением: не нужно голову ломать, куда смотреть во время танца.
– Если лорд Сали не возражает… – протянула Эвелин, утопая в янтарных глазах.
Дожидаться ответа Сали никто не стал. Эль Линаркс уверенно обхватил партнёршу и закружил по залу в танце. Как же божественно он танцевал?! Ни один балетмейстер в Ноделе не сравнился бы с ним. Грациозные плавные движения завораживали. Эвелин оценила партнёра. Эль Линарксу равных в княжестве не найти!
– Вы прекрасно двигаетесь, лорд Глэрион, – заметила Эвелин.
– Леди, вас тоже не медведь вальсировать учил. Думаю, мы идеально подходим друг другу, – Эвелин показалось, что на последней фразе в глазах эль Линаркса сверкнул жёлтый огонёк.
«Интересно, что он имел в виду?» – подумала девушка.
– Где вы учились танцам? – продолжила Эвелин вытягивать подробности из загадочного лорда.
– Нигде, – ответил эль Линаркс.
– Шутите?
– Отнюдь.
– Разве такое возможно? Мне няня говорила, только эльфам не нужно обучаться искусствам. Они прирождённые танцоры и музыканты. Начинают танцевать, как только встанут на ноги, а петь раньше, чем произнесут первое слово!
– Вашей няне виднее. Наверно, она встречала новорождённых эльфов! Я таковых не видел, – взгляд лорда на мгновение потух.
– А у вас есть семья? – не унималась Эвелин.
Ответы эль Линаркса обескураживали девушку, однако она решила поразмышлять над ними позже.
– Семья? – переспросил лорд.
– Да, семья. Родители, братья, сёстры…
– Родителей нет, и не было…
«Как это?» – подумала Эвелин. Присмотрелась, ничего особенного в энергетическом поле не заметила.
– А братья, сёстры… Были. Много…
– Были? А сейчас нет? Погибли?
– Можно и так сказать…
– Ох! Сочувствую вам! Получается, вы совсем-совсем один?
– Да, – согласился эль Линаркс.
– Вам одиноко?
– Бывает…
– А жениться вы не пробовали? Говорят, что это лучший способ избавиться от одиночества.
Эль Линаркс улыбнулся. Детская непосредственность Эвелин забавляла его.
– Думаю, вы правы. Вот только с невестой сложности…
– Это как же? Девушек мало?
– Немало. Мне особенная нужна…
– Особенная?
– Да, например, такая как вы, леди Эвелин.
– Я? В чём же моя особенность? В том, что я княжна?
– Особенность в вашей крови…
– А что с ней не так?
– С ней-то как раз всё прекрасно.
– Получается, дело в вас, лорд? Вам не всякая кровь подходит?
– Вы умны, леди!
– Не хотите рассказать? Я могу быть хорошим другом, и секреты хранить умею, – Эвелин желала подружиться с лордом и узнать тайну эль Линаркса. Он единственный, кто впервые заинтересовал девушку.
– В другой раз, – ответил лорд и добавил: – Друг мне не нужен, только жена…
Музыка закончилась, как и сам бал. Лорд эль Линаркс проводил Эвелин к родителям, которые всё это время обеспокоенно следили за дочерью.
Глава 10 Ромир
Младший брат лорда Эгара Ромир после смерти отца отправился наместником в небольшой, но стратегически важный город на юге Ноделя. Томна располагалась у самого подножия Горячих гор. Основное назначение города – защита южной границы княжества от вторжения кочевников. Томна – это крепость. Население – воины. Торговли никакой, ремёсла не развивались. Чтобы порадовать себя, жители ездили в другие города. Жизнь в Томне протекала однообразно. Не о таком мечтал для себя Ромир. По воле судьбы Ромир родился последним. Возможности взойти на престол – никакой. Честолюбием, однако, младший сын лорда Глэдис одарён сполна.
С самого детства он больше всех из братьев видел себя на престоле Ноделя. Ромир всегда прилежно учился, потому что считал, это ему пригодится в будущем. Он желал править как отец. В пять лет мечты мальчика разбились в прах, когда он узнал, что престол перейти младшему сыну никак не мог… Наследник – старший брат Ричард. Ромир сильно расстроился, замкнулся в себе.
К мальчику был приставлен мудрый наставник. В Эрмуте все считали, что Энор Всеведающий владел тайными знаниями, которыми ранее обладали Северные боги. Он слыл лекарем, прорицателем и мудрецом. Князь Глэдис однажды предложил ему стать наставником для младшего сына, поскольку видел у Ромира тягу к знаниям, а прилежание маленького княжича радовало сердце отца. Так мудрец Энор поступил на службу в замок Эрмут.
Наставник заметил смятение воспитанника. Узнав причину, учитель посоветовал мальчику не расстраиваться: «Жизнь непредсказуема! В ней нет ничего невозможного!»
«Только я никогда не стану правителем, потому что родился последним!» – отчаянно выкрикнул Ромир.
Через некоторое время мальчик успокоился. Наставник сумел внушить, что и последние дети вполне способны править на престоле. Нельзя отказываться от мечты. Ведь вокруг Ноделя много государств, у правителей которых не было сыновей-наследников, но имелись дочери.
Ромир ухватился за эту мысль как за последнюю возможность удержаться за мечту. Снова вернулся к занятиям. Прилежно изучал историю, государственность и право.
Прошло несколько лет…
Случилось несчастье. Погиб старший брат. Великое горе потрясло каждого жителя Ноделя. Скорбели все: от мала до велика. Престолонаследие перешло Эгару – среднему брату, который всегда отличался вольнодумием. Он никогда не блистал прилежностью в учёбе, особенно по точным наукам. Среднего сына лорда Глэдис больше интересовала музыка и литература. Смерть Ричарда изменила жизнь Эгара. Всё внимание отца перешло ему. Юношу стали готовить в будущие князья. Ответственность тяжким грузом легла на плечи незрелого княжича. Любовь к отцу не позволила Эгару воспротивиться, хотя душа его стремилась к иному. Средний сын принял престолонаследование и пообещал отцу не разочаровать. Лорд Глэдис понимал, что Эгар не Ричард, не было у среднего сына стратегического мышления, дальновидности и рассудительности, свойственной мудрым правителям. Сознавал это и сам Эгар, поэтому и пустился в скитания искать мудрости.
Смерть Ричарда потрясла и Ромира. Фраза наставника: «Жизнь непредсказуема», – всплыла в памяти и засела там. Теперь от желанного престола Ромира отделял только Эгар. Рой чёрных мыслей вскружил голову младшему княжичу. Он выстраивал втайне коварные планы. Лучше править в родной стране, где знаком каждый камень, чем где-то в неизвестном государстве с уродливой принцессой в жёнах.
Свои чёрные планы Ромир намеревался воплотить после смерти отца. Он любил отца. Расстраивать родителя младший сын не желал. А вот после смерти старого князя легко убрать недалёкого брата. Несчастный случай на охоте ни у кого не вызовет подозрений.
Однако после кончины старого лорда коварным замыслам не суждено было сбыться. Супруга Эгара сразу не понравилась Ромиру. Вернее сказать, наоборот, понравилась, даже слишком, но она уже носила наследника Эгара. Ромир решил, что вслед за братом отправит и новорождённого племянника, а сам завладеет безутешной вдовой.
С появлением в Эрмуте леди Эгар, старый лорд князь, который сильно сдал и постоянно болел, внезапно почувствовал себя лучше, встал на ноги и даже вернулся на время к государственным делам.
