Скользнув взглядом по лежащей без сознания виконтессе и Круацине, что стоит, опёршись спиной о стену, всё тем же тоном интересуется.
– Одну вы значит заморозили, а вторая выжила? Надо бы глянуть, что там у неё внутри.
Вернувшийся на место Рифнер, слегка напрягается, поглядывая на меня, а я озвучиваю вопрос.
– Может быть представитесь, прежде чем напасть на одного из моих людей?
Уголки губ казначея, наблюдающего за беседой чуть дёргаются – как я предполагаю, он весьма неплохо прогнозирует реакцию мага. И тот его не разочаровывает.
– У тебя молоко на губах не обсохло, мальчик, чтобы требовать от меня назваться. Если будет надо покопаться в ком-то, я так и сделаю. Беспокоиться не стоит – потом верну всё на место.
Заметив, что он уже начинает огибать стол, повышаю тон голоса.
– Перед тобой граф Вайрьо, официальный посланник Морны Эйгор и «Защитник империи». Попытку «покопаться» в ком-то из моих людей, я посчитаю агрессией со всеми вытекающими последствиями.
Мужчина чуть притормаживает, бросив на меня взгляд.
– Онкос Мехор – глава службы надзора за магией Скэррса. О каких последствиях ты говоришь, малец? Попробуешь убить меня?
Уже пришедший в себя Эйкар холодно интересуется.
– Мехор? Кто-то из потомков «Унха-лопоуха»?
Теперь во взгляде остановившегося мага появляется самая настоящая злость.
– Мой дед носил титул «Защитника империи» и был удостоен кафедры в Хёнице! Он – «Железная плеть» императора и не носил идиотских прозвищ.
Бывший призрак разражается смехом, а я гадаю, насколько далеко может простираться ярость Онкоса и не спровоцирует ли его Эйкар на открытую агрессию. С учётом весьма жалкого состояния Круацины, противостоять местному магу мы не сможем.
– А ты спроси у Тескона, какое прозвище носил Унх в Хёнице. Он и в тот пустынный рейд отправился только, чтобы от него избавиться. А сами уши исправил ещё на первом курсе, правда это мало помогло.
Мехор делает шаг вперёд, но потом внезапно останавливается, с подозрением смотря на старого мага.
– Это он вам всё рассказал? Профессор Тескон?
Эйкар пожимает плечами, а я внутренне усмехаюсь. Хороший ход – если этот маг решит, что мы на настолько короткой ноге с главой кафедры химерологии, то не полезет в открытую драку.
Собственно так и происходит – пробурчав что-то себе под нос, он отступает назад. Но от реплики не удерживается – махнув рукой в сторону Круацины, замечает.
– Всё равно непонятно, как она выжила. Этот состав должен был убить её.
Теперь в дело вступаю я сам.
– Возможно дело в мастерстве леди Тонфой.
Взгляд мага, сейчас скорее вопрошающий, чем разозлённый, обращается на меня. С лёгким подозрением в голосе он уточняет.
– Какой именно леди Тонфой?
– Той самой, что в юности любила хорошо повеселиться и заслужила прозвище «Кровавой». Круацина – некон-телохранитель её внука, Канса Тонфоя, что прилетел в Скэррс вместе со мной.
На последней фразе киваю в сторону сына хёрдиса и похоже, новые данные изрядно удивляют Онкоса.
– Лэзла… И сын хёрдиса. Вы не могли сразу всё объяснить, граф Вайрьо, а не выставлять меня идиотом?
Как у него разом поменялся тон, стоило намекнуть на тесный контакт с Тесконом и упомянуть, что в деле замешана вдовствующая хёрдиссиня. Насколько я могу судить по лицу казначея, он тоже не был в курсе присутствия тут Канса и теперь находится в смешанных чувствах. Скорее всего в письме местным лоялистам, ушедшему на сторону, была информация только о самом посланнике, но не о его спутниках. Что в целом логично – откуда Морна могла знать, кого я возьму с собой и будут ли вообще сопровождающие.
– Вы сами не дали мне этого сделать, господин Мехор. Если бы задали пару вопросов вместо того, чтобы пытаться надавить на посланника престола, находясь в шаге от вооружённого мятежа, мы смогли бы выяснить всё в куда более спокойном тоне.
Тот хмурится, но предпочитает оставить последние реплики без ответа. А вот казначей, явно впечатлённый тем, как мы отбрили его соратника, снова возвращается к беседе.
– Может быть стоит перенести вашего раненного в более комфортные условия? Тут есть куда меньшие по размеру комнаты, где девушку можно уложить на диван или кровать. Дождавшись там Тескона.
Раздумываю над этим вариантом, но спустя секунду в дверях появляется фигура Тескона и вскоре в воздухе слышится скрипучий голос.
– Я убрался далеко на север, Орнос. В самую глушь. Но вы и здесь умудряетесь достать меня с вашими проблемами. Что случилось на этот раз – очередное восстание мертвецов? Побег дракона? Или вы снова вырезали пачку невинных людей?
Слова звучат, своего рода издёвкой, но вот глаза у старика явно встревоженные. Отмечаю, что следом за ним шагают ещё четыре человека – у двоих замечаю значки целителей, а ещё один чем-то неуловимо напоминает Йорса. Если это дознаватель, то стало быть четвёртый является цердом. Глядя на приближающегося преподавателя, обрисовываю ситуацию.
– Мы прибыли с официальным визитом, от лица Морны Эйгор. В зале было совершено нападение на местную…правящую прослойку и мы тоже попали под удар. Мэно отравилась неизвестной алхимической субстанцией и сейчас заморожена, чтобы сдержать действия яда. Прошу оказать ей помощь на территории представительства Хёница и начать следствие по факту нападения на студентов.
Остановившийся рядом со столом, Тескон окидывает взглядом всех собравшихся.
– Да-да, Хард предупреждал меня, что вы прибудете – совсем вылетело из головы.
Переводя взгляд на виконтессу, машет рукой целителям.
– Посмотрите, что с ней.
Сам же разглядывает столы, уставленные блюдами.
– Значит вся еда отравлена?
Прежде чем успеваю ответить, в разговор влезает недовольно хмыкнувший казначей.
– Простите меня профессор, но я вынужден сообщить, что дело уже…
Старый преподаватель реагирует так, как я и предполагал – крутнувшись на месте, рявкает.
– Для вас, я – господин Тескон, официальное лицо Хёница и маг, обладающий солидными возможностями. Не забывайтесь! Что вы там хотели мне рассказать?
Марэто медленно багровеет, но придвинувшийся к нему Онкос что-то шепчет мужчине на ухо и тот отвечает куда мягче, чем я предполагал.
– Я хотел сказать, что расследование уже ведётся нашими людьми и вам не стоит беспокоиться – мы обязательно выясним, кто это был.
Пару секунд Тескон непонимающе смотрит на него, после чего усмехается.
– Вы про тех дуболомов, что называете следователями? Да моя химера для чистки обуви и та будет сообразительнее.
Обернувшись к паре магов, что застыли неподалёку, меняет тон голоса на приказной.
– От имени Хёница поручаю вам расследование этого дела. Выясните, кто напал на студентов университета и далее действуйте в полном соответствии с законами империи.
Судя по вытянувшемуся лица Марэто, такого он точно не ожидал. А старик возвращает своё внимание к блюдам на столе. Сыпет порцией нотных символов и один из салатов превращается в тончайшую взвесь, которая какое-то время висит в воздухе. Вижу, как из неё выделяются странного вида синие капли, стекающие на скатерть. А вот самого Тескона, результат заклинания, похоже сильно удивляет.
– Что это за состав такой? Басоф – успели что-то выяснить?
Один из целителей, работающих с Айрин, поворачивает голову в сторону старика.
– Распад внутренних органов, отравленная кровь, частичное поражение струны. На мой взгляд, она должна была давно умереть, но кто-то весьма искусно поддерживал жизнь.
На последней фразе косится в нашу сторону, видимо не понимая, как с этим могли справиться первокурсники. Тескон, после секундного раздумья, определяется.
– Забирайте её к нам – попробуем помочь в стационаре. И возьмите образец этого гхаргова дерьма – выясните, что это такое на самом деле.
Целители принимаются за работу, а я уточняю.
– Ей получится помочь?
– Скорее всего да, но не могу ручаться – первый раз вижу алхимический состав, который не могу идентифицировать. Когда закончите со своими делами – зайдите к нам, побеседуем. Думаю на тот момент уже станет понятен прогноз.
Стиснув зубы наблюдаю за тем, как тело девушки плывёт по воздуху, следуя за целителями. Тескон, обратив внимание на выражение моего лица, добавляет.
– Постарайтесь не напортачить Орнос – здесь нельзя убивать направо и налево, всех кого захочется. До встречи.
После того, как он удаляется на пару десятков метров, слышится голос Сарта Довано.
– А где-то можно?
Парень с явным изумлением смотрит на удаляющегося мага, а вот казначей Скэррса впал в состояние тотальной задумчивости. Настолько, что не сразу реагирует, когда прибывший дознаватель Хёница начинает задавать ему вопросы. Против моего ожидания, Марэто не возмущается, а спокойно отвечает, рассказывая всё, что от него требуют. Надеюсь у меня вышло добиться желаемого и теперь наша миссия в его глазах выглядит куда более весомой. А с учётом присутствия здесь посторонних лиц, слухи быстро разнесутся по городу, что поможет в будущем. Как минимум сократит объём потенциальных проблем с которыми мы можем столкнуться. И возможно будет полезно в процессе переговоров.
Ещё один плюс, весомый лично для меня – теперь я кажусь не просто болванчиком-идиотом, прибывшим по хотелке девушки, погрузившей страну в хаос гражданской войны, а относительно самостоятельной фигурой с ценными связями.
После того, как дознаватель заканчивает свою работу, допросив всех интересующих его лицо, казначей, терпеливо ожидавший на стуле, со вздохом облегчения выпрямляется.
– Теперь мы можем поговорить, граф Вайрьо?
Киваю ему.
– Думаю, да. Только сначала заглянем в гостиницу, где остановились.
Не сказать, что Марэто рад этой идее, но возражений не высказывает. В итоге, спустя несколько минут отправляемся к отелю, одолжив ещё два паромобиля для взвода солдат Рифнера. За время нашего ожидания, успели вернуться оба отправленных лейтенантом посыльных, передавших один и тот же вопрос – куда офицерам необходимо прибыть для совещания. В горячке ситуации я забыл указать, место в которое необходимо явиться командиру батальона и главе отделения канцелярии. Обозначаю в качестве такового конференц-зал гостиницы, замеченный при заселении и отсылаю солдат обратно. Время встречи – через два часа от текущего времени.
По прибытию, поручаю обер-лейтенанту организацию охраны и тот выставляет посты на нашем этаже, разместив остальных солдат в холле и около входа. Парень за стойкой пытается выразить слабый протест, но я озвучиваю, что все дополнительные расходы будут оплачены и обращаюсь с просьбой обеспечить бойцов питанием. Сюда бы ещё мага, который станет проверять их пищу, но такового под рукой пока нет. Правда, Эйкар утверждает, что способен справиться с анализом еды, даже при половинной силе струны. Но пусть он лучше сканирует то, что станем употреблять в пищу мы сами.
Круацина, заметив в коридоре еду, которую везут кому-то в номер, буквально отшвыривает в сторону служащего и звеня металлическими крышками, набрасывается на содержимое тарелок. Оттаскивать её бесполезно, да и чревато – легко можно стать инвалидом. Так что Эйкар пускает в дело пару нотных связок и успокаивает нас, заявив, что в тушёном мясе и картофеле нет никакого намёка на яд. Объясняет и причину дикого голода призванной – для восстановления ей нужна масса пищи. Чем больше, тем лучше. Собственно ей требуется большой объём еды, даже для поддержания обычного функционала, а поправка при тяжелом ранении вынуждает есть в несколько раз больше, чем обычно.
Пока он говорит, Круацина успевает запихнуть в себя всё, что было на тележке и бросив зверский взгляд на перепуганного лакея, удаляется в номер. За ней следуем и мы. Если призванной нужно сменить одежду на чистую, то мы захватываем с собой ручные гранаты, а Джойл берёт «Лоун». Теперь можно чувствовать себя чуть более уверенно при возможном конфликте.
У входа в гостиницу нас ожидает паромобиль, присланный казначеем – готов отвезти нас на встречу с неформальным лидером города. Заверяю Рифнера, что сопровождение из числа солдат не требуется и приказываю следить за сохранностью номера, проводив прибывших офицеров в конференц-зал, как только они прибудут. Если мы к тому моменту ещё не вернёмся – пусть ждут, как минимум, в течение двадцати минут.
Ещё одна короткая поездка по городу и мы уже выгружаемся перед зданием ресторана, фасад которого украшен причудливой резьбой. Предупредительный швейцар распахивает двери, а официант ведёт нас в отдельный зал для важных гостей. Перешагнув порог, на момент останавливаюсь – помимо казначея, внутри помещения ещё несколько человек, чьи взгляды сейчас скрестились на мне.
Глава III
Пройдя дальше в комнату, разглядываю присутствующих, а Марэто показывает рукой на противоположную сторону стола, приглашая занять наши места. Как только рассаживаемся, официант обращается с просьбой выбрать какие-то блюда. Желудок всё ещё сводит от голода, поэтому пробегаю глазами по списку вариантов в меню, упакованному в кожаный переплёт. Следом подключаются и все остальные.
Первой свои предпочтения озвучивает Круацина, выбравшая молочного поросёнка на вертеле и утку в яблоках. Служащий ресторана на момент впадает в ступор, но быстро берёт себя в руки, фиксируя заказ девушки в блокноте. После неё, определяемся с едой и мы. В процессе обращаю внимание на предмет, которым парень в ливрее записывает названия блюд – если в Хёнице мы используем перья, обработанные магией, то здесь он орудует чем-то похожим на карандаш.
Когда официант удаляется, Марэто по очереди представляет присутствующих. Солидный мужчина во фраке и с лёгкой полнотой оказывается городским главой, вертлявый худой брюнет – главой местного парламента, а блондинку лет тридцати, в брючном костюме, он называет представителем семьи Лоннейс. Той самой, что контролирует двадцать процентов шахт города. Последним очередь доходит до поджарого мужчины неопределённого возраста в скромном костюме, что курит сигару. Это Хольт Довано – глава криминального клана, тоже приглашённый на встречу.
Следом казначей проходится по нашим именам и я понимаю, что он не предупредил своих соратников о личностях моих спутников – при упоминании Канса Тонфоя на лицах всех, кроме Довано проступает явственное удивление. Вот его бабушку он не упоминает, что немедленно отмечает всё тот же Хольт.
– Ролс, та забыл сказать, что среди наших собеседников некон-телохранитель, созданный вдовствующей хёрдиссиней Тонфой. А в представительстве Хёница сейчас находится раненая Айрин Мэно – дочь главы военной разведки империи.
Марэто, закашлявшись, поворачивается в сторону Довано, взмахивая рукой.
– Это не столь важно для цели нашего сегодняшнего собрания – мы должны обсудить предложение регента, а не родственные связи её посланников.
Тот со скептическим видом выдыхает дым, но отвечать, судя по всему не планирует. Поняв это, казначей поворачивается ко мне.
– Итак, вы прилетели, чтобы предложить нам присоединиться к «Пакту порядка», правильно я понимаю?
Утвердительно склоняю голову.
– Именно так.
– А прислали вас по той причине, что род Вайрьо весьма уважаем горожанами и просто так развернуть вас назад не получится? Плюс, ещё и замок у нас под боком.
Пока местный лидер озвучивает вполне очевидные вещи, так что молча киваю. Тот ждёт пару секунд и удостоверившись, что я не собираюсь ничего отвечать, продолжает.
– Что регент может предложить нам в обмен на поддержку? Присоединившись к «Пакту», мы моментально станем мишенью для всех её противников, а к их числу, как я понимаю, скоро можно будет отнести почти всю высшую аристократию Норкрума.
Произнося последние слова, бросает взгляд на Канса, но парень хранит молчание, с каменным выражением лица, наблюдая за нашими собеседниками. Я же сходу озвучиваю встречное предложение.
– Основной вопрос в том, что именно вам хотелось бы получить. Озвучьте свои пожелание и посмотрим, получится ли их реализовать.
Казначей оглядывается на остальных присутствующих и городской глава делает приглашающий жест рукой – мол, продолжай и дальше сам. Переведя взгляд на меня, Ролс принимается излагать.
– В первую очередь нас интересует вопрос деятельности императорской канцелярии. Понятно, что совсем без неё не обойтись, но хотелось бы сократить их возможности, наряду с ограничением численности личного состава. А значительную часть дел передать городским структурам. Ещё один важный момент – подсудность и подследственность. Сейчас, при совершении преступления членом дома хёрдисов или герцога, следствие в их отношение ведут только офицеры канцелярии, а сам процесс происходит в имперском суде. Само собой, мы хотели бы получить возможность расследовать подобные дела самостоятельно, а рассматривать их в суде Скэррса.
На лице Канса появляется усмешка и парень, не выдержав, вклинивается с репликой.
– И часто у вас совершают преступления аристократы из высшей знати?
Смерив его взглядом, Марэто возвращает ухмылку.
– Деньги притягивают самых разных людей – например племянник какого-то хёрдиса может приехать к нам, заключить сделку на поставку продукции, получить аванс и покинуть город с деньгами. Будь следствие в нашей юрисдикции – за ним бы отправилась наша полиция, которая бы произвела арест и доставила преступника к нам. Но мы, мало того, что не можем действовать за пределами Скэррса, так ещё и в своём собственном городе способны только задержать злоумышленника, отдав остальное на откуп канцелярии.
Пока он всё это рассказывает, понимаю, что несмотря на пафос, требование точно из разряда декоративно-имиджевых. Да, в теории представители пары домов высшей знати могли провернуть сомнительные сделки и сбежать. Но понятное дело, на постоянной основе это невозможно. Да и реальный ущерб от нескольких подобных преступлений, в масштабах Скэррса крохотный. Дело скорее в популистской составляющей – городские власти хотят выглядеть полноценными правителями в глазах местных жителей. Такими, что могут отдать приказ об аресте хёрдиса, если это понадобится. Когда казначей заканчивает, формулирую свой ответ.
– Тут всё понятно. Но может быть обсудим темы, которые для вас действительно критичны? А не те, что годятся больше для предвыборных речей.
Ёрзающий на стуле брюнет, возглавляющий местный парламент, немедленно возмущается.
– Это важное требование! Мы должны быть хозяевами в своём собственном городе, а не бесправной обслугой!
Хочет сказать и что-то ещё, но осекается под взглядом Марэто – кажется даже съёживается на своём стуле, уменьшаясь в размерах. Сам казначей переглядывается с главой клана Довано и поворачивается ко мне.
– Хорошо, давайте перейдём к более масштабным вопросам. Например, отказу от обязательств перед империей в случае войны. Или налогам на экспорт кэррса и содержащих его алхимических составов. Можно обсудить и право ввода имперских войск на территорию города, в случае начала военных действий. Например, как сейчас, когда на наших улицах оказался батальон солдат, хотя все очаги мятежа находятся далеко отсюда.
Сразу после его слов раздаётся осторожный стук в дверь – официанты принесли подносы с едой, что даёт мне возможность обдумать свою реакцию. Если я правильно понял суть имперской грамоты, выданной Морной – мои полномочия распространяются на все сферы жизни города, за исключением армии и безопасности. Поэтому, ограничить полномочия канцелярии или пересмотреть соглашение о военном присутствии я не могу. А вот решить что-то с налогами и экспортной пошлиной – вполне.
Спустя несколько минут официанты удаляются, расставив еду на столе, а комнату оглашают звуки разрываемого поросёнка, которого Круацина, не сильно церемонясь, разделывает голыми руками. Представители Скэррса с некоторой оторопью наблюдают за тем, как красноволосая красотка отрывает солидные куски мяса от ещё горячей тушки, отправляя их себе в рот, а Канс скалится в довольной усмешке. Даже невозмутимый Довано подаётся вперёд, сжимая в пальцах сигару. Эйкар же пускает в дело нотную связку, анализирующую еду и утвердительно кивает мне, давая понять, что пища безопасна. Дождавшись его вердикта по поводу принесённой еды, решаю детализировать их просьбу.
– До какого порога вы хотите снизить экспортные пошлины на сырьё и артефакты? И что именно предлагаете изменить в соглашении с империей о присутствии войск?
К сожалению, Морна не прислали никакой документации на этот счёт. Возможно считала, что бастард Вайрьо, выросший где-то в этих краях, должен быть в курсе положения вольного города и сам отлично разбираться в вопросе. Но это совсем не так – сейчас я чувствую себя, как сапёр, двигающийся по минному полю. Если эта «банда» поймёт, что я абсолютно не разбираюсь в правовых актах, которые сейчас обсуждаются – моя репутация, как переговорщика, моментально рухнет на самое дно.
На этот раз отвечает Сейк Ботоли – официальный глава города. Правда, перед тем как заговорить, обменивается взглядами с Марэто, получив от него подтверждающий кивок. Не знаю как, но казначей однозначно держит их в ежовых рукавицах, не давая забыть, кто тут настоящая высшая власть.
– Вы наверняка знаете, что сейчас пошлина на вывозимый из города кэррс составляет половину от стоимости его продажи. А для алхимических составов, в которые он входит, пошлина и вовсе равна цене продажи. Нас вынуждают продавать добытый минерал, не развивая собственного производства. Из-за размера пошлин, экспорт готовых алхимических составов приносит денег не больше, чем продажа сырья для них. А сложностей, напротив, возникает масса – от оборудования лабораторий, до поиска специалистов и риска происшествий в процессе производства. Сами понимаете, на такое готовы пойти лишь энтузиасты или те, кто рассчитывает на изменения условий в будущем. Это не говоря о том, что наши собственные лаборатории обязаны закупать кэрсс с учётом всё той же экспортной пошлины. Как итог, они влачат нищенское состояние, потому что себестоимость их продукции более чем в два раза дороже, чем у остальных, а вот продают они по той же цене – иначе клиентов не будет вовсе.
Занятная ситуация. Но в то же время, достаточно логичная – власти империи явно не хотели допустить концентрации в одном городе добычи минерала, наряду с производством алхимической продукции на его базе. Переглянувшись с нахмурившимся Кансом, пожимаю плечами.
– Свои предложения вы так и не озвучили. Чего вы хотите?
Ботоли откашливается, косясь на казначея и продолжает.
– Было бы неплохо снизить пошлину на экспорт кэрсса и составов на его основе, до двадцати процентов. При этом, дав нашим лабораториям возможность закупать его без дополнительной наценки, равной этой самой пошлине. Это поставит городское производство в равные условия со всей остальной империей.
Скорее выведет город в явные лидеры, так как по моему подозрению, закупочная цена сырья для местных лабораторий, будет критично ниже, чем для покупателей извне. Но этот очевидный факт, сейчас лучше не упоминать. Вместо этого, задаю совсем другой вопрос.
– Хорошо – я услышал вашу позицию. Что по поводу соглашения между вами и империей на случай военных действий?
Тут слово снова берёт казначей Скэррса.
– Согласно договору, мы обязаны поставлять добываемый минерал бесплатно, в том случае, если Норкрум воюет с внешним противником или в стране имеет место открытое выступление мятежников против императора. Как вы сами понимаете, город в этом не заинтересован.
На несколько секунд замолкает, пристально изучая меня, но не получив ответной реакции, говорит дальше.
– Само собой, мы осознаём, что война – не тот случай, когда можно говорить о сохранении каких-то рыночных отношений. И не собираемся требовать немедленной оплаты за всё поставленное сырьё в то время, как престол и так несёт колоссальные расходы на ведение военных действий. Но хотелось бы получить деньги за поставленные минералы и алхимические составы после того, как война закончится. В оговорённые сроки, которые будут указаны в новом соглашении. Скажем, в течение года.
Всё им сказанное тоже звучит вполне логично. Только вот присутствуют у меня мысли, что будь под контролем Морны больше солдат и острая потребность в кэрссе – девушка бы взяла город штурмом, обеспечив себе поставки сырья. Как и любой другой правитель империи. Но эти парни явно смотрят в будущее и как я понимаю, надеются сформировать достаточно мощную местную армию к моменту окончания конфликта. Конечно, если раньше до них не доберётся кто-то из его участников.
– Это требование тоже понятно. Рискну предположить, что фразу о запрете на ввод имперских войск следует рассматривать, как невозможность армии войти в город, за исключением случая мятежа в нём самом.
Получив подтверждающий кивок со стороны казначея, делаю свой ход.
– Предположим, я могу рассмотреть часть ваших требований. Более того – возможно получится удовлетворить их в полной мере. Но если это произойдёт, то и с вашей стороны потребуется нечто большее, чем присоединиться к «Пакту порядка».
На лице Марэто появляется непонимание, а городской глава уточняет.
– Но ведь вы прибыли сюда как раз с предложение подписать «Пакт», поддержав Морну. Что изменилось?
– Услышал объём ваших запросов. Если с экономической стороной дела всё ещё как-то можно утрясти, то вот ограничение полномочий канцелярии и запрет на ввод в город имперских солдат, потребуют в обмен куда большей самоотдачи, чем простой финансовый транш и открытые пункты по набору добровольцев. Например, вам может быть поручено полностью укомплектовать личным составом несколько армейских бригад, что вступят в войну на стороне регента. Обеспечить их снабжение, пополнение новобранцами, развернуть тыловые госпитали и предоставить командование над всем этим кому-то из присланных генералов имперской армии.
Насколько я могу судить по лицам переговорщиков, такого поворота событий они не ожидали. Только Довано чему-то усмехается, обрезая новую сигару. Да блондинка, представляющую семью Лоннейс, владеющую шахтами, по-прежнему сидит с постным видом. А вот казначей, глава города и спикер парламента явно ошарашены. Впрочем, надо отдать им должное – пауза длится не более пяти секунд, по истечению которых Марэто осторожно озвучивает свою позицию.
– Нам потребуется какое-то время, чтобы всё обсудить. Сами понимаете – к предложению такого рода, мы готовы не были. И скажу сразу – эти четыре требования ключевые, но далеко не единственные.
– Надеюсь остальные не настолько масштабны?
Тот слегка улыбается.
– Абсолютно верно – если мы придём к соглашению по уже озвученным четырём пунктам, то думаю точно договоримся обо всём остальном. А теперь, прошу нас извинить – дела города не ждут. Предлагаю встретиться в этом же зале, завтра в два часа дня. Пока же наслаждайтесь едой и гостеприимством Скэррса. Паромобиль будет ждать вас около входа в ресторан.
Когда представители местной элиты, один за другим покидают помещение, наконец отдаю дань уважения ароматному стейку, который принёс официант. Да и остальные набрасываются на еду – из всех нас насытиться успела только Круацина, сейчас обгладывающая кости утки. Машинально бросаю взгляд на её живот, который на мой взгляд, должен был вздуться от такого количества пищи. Но судя по всему, несмотря на объёмы поглощаемого, призванная постоянно остаётся стройной.
Несколько минут в комнате слышатся только звуки работающих челюстей и звон столовых приборов, которые прерываются голосом Канса.
– Думаешь, Морна пойдёт на такое?
Бросив взгляд в сторону сына хёрдиса, показательно осматриваю стены вокруг.
– Лучше обсудить всё в гостинице, а не здесь.
Эйкар было поднимает на меня глаза, явно собираясь предложить свои услуги, но не думаю, что демонстрировать наши возможности здесь – хорошая идея. Если за помещением наблюдают на постоянной основе, то его заклинание успеют зафиксировать. Что даст потенциальному противнику дополнительную информацию о нашей компании. Поэтому, смотря на старого мага, отрицательно качаю головой и он возвращается к трапезе.
Разделавшись со своими порциями, покидаем здание ресторана, возвращаясь к отелю. По дороге интересуюсь у водителя статусом паромобиля, на которым мы сейчас перемещаемся и тот отвечает, что транспорт в нашем распоряжении до момента отъезда из Скэррса. Когда добираемся до здания отеля, вручаю ему монету в один лар и информирую, что дальше мы будем ездить со своим собственным шофёром, а он может быть свободен.
Когда парень удаляется, прошу приблизившегося обер-лейтенанта подобрать нам водителя из числа его солдат и тот бодро рапортует о том, что приказ будет выполнен. Потом, чуть замявшись, понижает голос почти до шёпота.
– Вас ждут посетители. До совещания ещё больше часа, поэтому я взял на себя смелость, отправить их в конференц-зал.
Сбоку удивлённо хмыкает Канс, а Джойл непонимающе хмурит брови. Я же поднимаю руку, прерывая офицера, уже готового продолжить свой рассказ.
– Сначала поднимемся наверх – там всё изложишь.
Рифнер явно не понимает разницы, но послушно следует за нами на третий этаж, где находится выделенный нам номер. По пути в голову приходит мысль, что было бы крайне неплохо проверить разумы всех солдат его взвода на предмет внешнего вмешательства. Учитывая наличие под властью города магов, с них станется попробовать установить контроль над каким-то числом бойцов.
Оказавшись в холле люкса, киваю Эйкару и тот пускает в ход нотную связку, исключающую возможность прослушки при помощи магии. Когда маг сообщает о завершении процесса, вопросительно смотрю на Гульца и тот называет имена посетителей.
– В конференц-зале вас ждут Сарт Довано и Лика Лоннейс – они прибыли вместе, заранее зная, что вас нет на месте и просили дать им возможность дождаться вашего возвращения.
Удивлённый поворотом событий, уточняю.
– Вот так просто заявились в открытую?
Офицер чуть смущается.
– Не совсем – у обоих были…маски. Или как их правильно назвать? Другие лица, что создаются заклинаниями.
Прислушивающийся к беседе Эйкар, встревает.
– Маскировка при помощи иллюзий.
Рифнер с облегчённой улыбкой поворачивается к нему.
– Вот – точно! Так они добрались до поста на вашем этаже и только потом назвались, показав свои настоящие лица.
Вздохнув, пытаюсь понять, что происходит. Выходит, пока мы были на переговорах в ресторане, Довано и Лоннейсы прислали отдельных посланников, что заявились прямо к нам в отель? Или это частная инициатива самих визитеров?
Глава IV
Ввиду неожиданного визита, приходится отложить посещение представительства Хёница, куда я собирался сразу после возвращения в отель. Собственно и в саму гостиницу мне мне было нужно исключительно для того, чтобы сменить водителя на одного из имперских солдат. Теперь же придётся задержаться, чтобы понять, зачем сюда явилась эта парочка.
Пока, вместе с Кансом и Круациной шагаем по коридору, пытаюсь набросать варианты. Очевидно, что они хотят передать нечто, отличающееся от «генеральной линии партии». Ключевой вопрос – каково именно содержание этого послания? И тут мозг генерирует десятки разнообразных вариантов, на любой вкус. В конце концов оставляю это занятие – меньше чем через минуту, сами всё расскажут. Перебрасываюсь парой фраз с Тонфоем, попросив его, без необходимости не встревать во время беседы с «гостями». На встречу мы отправились втроём – Эйкар сейчас занят тем, что копается в головах солдат, проверяя, не было ли факта вмешательства в их разум. По окончанию маг, вместе с Джойлом и Сонэрой, займётся созданием артефакта, позволяющего установить «сигнальные маячки» в сознании каждого из бойцов взвода, который я решил закрепить за нами, в качестве лейб-гвардии. Если кто-то попытается взять их под контроль, то артефакт даст об этом знать.
Я бы оставили ему в помощь и Канса – сам Эйкар не так много может, с учётом половинной силы его струны. Но Круацина вполне предсказуемо не пожелала отправляться куда бы то ни было, без своего господина. А присутствие девушки необходимо – если визитёры попробуют нас прикончить, это единственная страховка, позволяющая выжить. Призванная по большей части восстановила свои силы и сейчас выглядит куда более бодро. Где-то на заднем фоне мелькает мысль о том, что я не знаю её точных возможностей – надо будет узнать, как далеко они простираются и чего от неё можно ждать в бою. Вся имеющуюся пока информацию можно свести к двум тезисам – призванная невероятно живуча и способна голыми руками разрывать на части химер, которых не берут пули. Ах да, ещё она залечивает раны в процессе секса. Но, как я подозреваю, у неё могут найтись и какие-то иные таланты.
Добравшись до входа в зал, чуть притормаживаю, собираясь с мыслями и тяну на себя дверь. Оказавшись внутри, располагаюсь напротив уже знакомого брюнета и изящной девушки, чертами лица отчасти похожую на ту женщину, что была в ресторане. Только эта лет на десять моложе своей предполагаемой родственницы. Но тоже блондинка, да ещё и голубоглазая – не знаю, как здесь, а в моём старом мире, у неё точно не было бы отбоя от ухажёров.
Когда усаживаемся на стулья, Сарт с ухмылкой представляет свою спутницу.
– Знакомьтесь – блистательная леди Корна Лоннейс, младшая дочь главы семейства и главная красотка Скэррса.
Сама девушка раздражённо морщится.
– Ради болотных гхалтов, будь серьёзнее, Сарт! Речь о судьбе города!
Тот на момент тушуется, но сразу находится с ответом.
– Это не повод сидеть с постной миной, моя обожаемая Корна – в любой беседе есть место для шутки.
Манерами и поведением он отчасти напоминает Канса, который сейчас задумчиво рассматривает парня. Я же перевожу взгляд на девушку, представляясь.
– Орнос Вайрьо – посланник регента и студент Хёница. Рядом со мной – Канс Тонфой, а ещё дальше Круацина, его некон-телохранитель.
Довано снова усмехается.
– Вот так просто? Без всяких титулов? Как там у вас принято – Его Светлейшество, граф Вайрьо, «Защитник империи», наделённый властью Её Императорским Величеством и Канс Тонфой из дома прославленных хёрдисов империи.
Вижу, как на лице Канса появляется усмешка, а вот Лоннейс выглядит так, как будто прямо сейчас отвесит парню затрещину. Я же, пытаюсь перевести разговор в более конструктивное русло.
– С удовольствием обсудил бы с вами напыщенных аристократов, как и многое другое, но у нас не так много времени. Вы же явились сюда не ради светской беседы?
Сарт становится серьёзнее и даже выпрямляет спину, видимо готовясь что-то озвучить, но его опережает Корна.
– Естественно, мы не просто так пробирались к вам в гостиницу, рискуя быть раскрытыми. Только что вы встречались с руководством города, на котором присутствовали люди, представлявшие наши семьи, но они не могли говорить открыто. Поэтому мы здесь. О безопасности беседы можете не беспокоиться – у нас есть артефакт, обеспечивающий защиту от магической прослушки.
Слегка наклоняю голову, вопросительно смотря на неё и девушка продолжает.
– Дело в том, что далеко не все довольны тем, как сейчас управляется Скэррс. Но изменить ситуацию без союзников извне, не представляется возможным. Как нам кажется, вы вполне можете стать таковым.
Пока она не сказала абсолютно ничего конкретного и я со вздохом, пытаюсь подтолкнуть её в нужном направлении.
– Возможно. Вопрос только в том, что именно вы хотите предложить.
Сарт, взяв со стола яблоко, рассматривает его и внезапно выдаёт фразу.
– Всё очень просто – прикончите кусок гхаргового дерьма, что называет себя казначеем и распустите парламент. А город примкнёт к «Пакту порядка» девицы, что сейчас правит империей.
Закончив, он с довольным видом вонзает зубы в яблоко, а в помещении ненадолго устанавливается тишина. Судя по лицу Корны, она планировала куда более мягко подвести разговор к этому варианту, но сделанного не изменить и теперь девушка с ожиданием смотрит на меня, оценивая эффект от произнесённых фраз. Сам я, переварив услышанное, уточняю.
– Прошу извинить – не слишком силён в законодательстве вольных городов, разве у меня есть полномочия распускать парламент?
Корна с облегчением вздыхает.
– Имперская грамота при вас? Я могу её посмотреть?
Переглянувшись с Кансом достаю бумагу, отдавая её девушке. Сбоку от Тонфоя недовольно хмурится Круацина – забирая документ, Корна перегнулась через стол, демонстрируя декольте, в которое немедленно устремился взгляд сына хёрдиса. Лоннейс секунд десять изучает грамоту, после чего возвращает её мне, повторив манёвр.
– Как я и думала – стандартный текст. Вы можете заключать сделки и предпринимать действия от имени регента, в качестве полноправного представителя престола. Единственное ограничение – армия и императорская канцелярия, но парламент к ним не относится.
Видимо заметив на моём лице знак вопроса, объясняет.
– Правитель Норкрума в любой момент может распустить парламент, либо иной выборный орган, любого из вольных городов. В соответствии с грамотой, вы располагаете подобной властью на территории Скэррса.
Киваю ей.
– Пусть так. Но чем вам не угодил казначей? Зачем нужен роспуск парламента? И собственно ключевой момент – как вы планируете всё это провернуть?
Оба визитёра переглядываются и на этот раз говорить начинает Сарт.
– Скэррс всегда был городом со сбалансированной системой политической власти, что обеспечивало максимально эффективное управление и развитие. А сейчас всё идёт к тому, что мы окажемся под властью одного диктатора, привыкшего держаться в полутени, дёргая при этом за ниточки. Марэто надо убрать до того, как он полностью закрепится на своём месте, уничтожив всех остальных. Городское правительство и парламент уже превратились в декорации – единственное, что ему сейчас мешает, наши семьи.
Ситуация относительно ясна. Хотя о факте концентрации власти в руках казначея, я узнал ещё в дирижабле, из документов, присланных Морной.
– Можете как-то более детально обрисовать ситуацию? Сложно делать какие-то выводы, слыша только общие фразы.
Блондинка подаётся вперёд, наклоняясь над столом.
– А о чём тут рассказывать? Этот скользкий ублюдок выполз на место вице-казначея, подложив свою дочку под тогдашнего главу города. Тот был настолько рад юной жене, на тридцать лет моложе него, что сразу взял её отца под крыло. Потом Ролс наладил схему контрабанды кэррса и алхимических составов из города, сформировав вторую, подпольную казну. Это позволило ему покупать лояльность людей и влиять на выборы. Когда у тебя есть масштабный поток неконтролируемых финансов – возможности открываются весьма широкие. Через пару лет он стал казначеем, заменив своего шефа. А потом скончался старый городской глава и власть в семье перехватила дочь Марэто, к тому времени подмявшая под себя всех остальных родственников. Пара из числа тех, кто пытался сопротивляться её влиянию, неожиданно покинула этот мир, а остальные склонили головы.
Делает короткую паузу, переводя дух.
– Дальше всё было просто – за следующие три года, Ролс проник во все сферы жизни города. Он держит в кулаке лаборатории, которые процветают и зарабатывают за счёт контрабанды, отдаёт приказы профсоюзам, каждый месяц получающим солидную пачку ассигнаций, часть из которых доходит и до обычных шахтёров. На месте городского главы оказалась безвольная марионетка – все решения в правительстве принимаются самим Марэто. А подавляющее большинство членов парламента обязаны ему своим местом. Он старается контролировать всё – вплоть до кафе, парикмахерских и борделей. А чёрная казна растёт с каждым месяцем – спрос на рынке растёт и хаос позволяет вывозить всё большие объёмы продукции.
