Страница 2 из 3
Таню опять прошиб холодный пот. А может быть, ей это просто кажется? В конце концов она не так давно очнулась в чужом теле. Стресс и прочее. Тут и не такое может показаться.
И Таня ухватилась за эту спасительную мысль. В конце концов, лавка-то магическая? Магическая. Может, Таня как раз магию эту и ощущает.
Стало значительно легче. Да и кастрюлька, кастрюлька стояла и ждала, когда же хозяйка возьмется наконец за готовку. И ей, судя по всему, было все-равно Солара будет заниматься кулинарией или Таня.
Таня вздохнула, засучила повыше рукава и принялась за работу.
Что же нужно для заварного крема? Конечно, молоко. Сахар, немного муки или крахмала. Не забыть ванилина.
Таня пробежала глазами по ряду шкафчиков над плитой и столом и сразу открыла нужный. Как же интересно… Стоило ей расслабиться и подумать о готовке, как она стала действовать уверенно. Будто и правда знала, где что лежит.
“Ну конечно, знала! – Таню озарило очередной раз. – Я совсем забыла про память тела. Оно все помнит. И слава богу. Иначе чтобы я делала?”
Таня достала две стеклянные баночки с притертыми пробками. На одной было выведено каллиграфическим почерком “Ванилин”, на другой “Орех мускатный тертый”.
И если ванилин для крема был в самый раз, то вот мускатный орех Таня никогда для крема не использовала.
– Попробовать, что ли? – задумчиво пробормотала девушка. – Ведь не зря же он мне под руку попался.
Решено! Если уж я доверяю телу и его памяти, так уж доверяю.
Таня налила в кастрюльку холодного молока из крынки совершенно обычным, привычным движением и замерла.
Крынка?
Откуда на столе взялась крынка?!
Весь страх у Тани как рукой сняло. Вместо страха в груди поднялась злость.
– Да что же это такое! Кто здесь есть? А ну, покажись! – заорала Таня не своим голосом. Низким, грудным. Имеющим власть и силу.
Злость выплеснулась и тотчас прошла. Но в кухне что-то неуловимо изменилось. То ли воздух сгустился, то ли утреннее солнышко поднялось выше и лучи его уже не так рьяно проникали в кухонные окошки.
Тане еще показалось, будто шелест какой она услышала. Она повернулась в сторону звука и ахнула. Мешки и мешочки, один за другим, рядком двигались вдоль стены. Буквально у самого выхода из кухни они остановились и будто просочились сквозь стену. Раз, и нет ни одного мешка.
Сердце забилось и жар волной прошелся по телу. Таня прижала руки к горящим щекам и бухнулась на лавку. Злости не было, а была растерянность.
– Ну и как же прикажете крем готовить, в такой-то нервной обстановке? – пробормотала Таня. – За апельсиновым тортиком скоро могут прийти, – задумчиво добавила она.
“А ведь точно! Когда шарлотка подгорела, так и Петко тотчас тут был. Значит, надо варить крем и ни на что не обращать внимание. Ни на какие странности”, – Таня почему-то была совершенно уверена, что это очень важно.
Чрезвычайно важно было приготовить апельсиновый торт, и как можно быстрее.
Будто что-то изнутри, маленький звонкий колокольчик предупреждающе звенел, подгоняя.
– Ладно, иду я. Уже иду, – сказала Таня этому невидимому колокольчику. – Но знай, что готовка не терпит суеты, – вдруг наставительно выдала она. Колокольчик тотчас смолк, явно соглашаясь с девушкой.
– Итак, продолжим творить чудеса, – молвила Таня и окунулась в процесс. Молока, свежайшего, явно не снятого, а с толстенным слоем сливок, в кастрюльке уже было довольно. Таня с сомнением посмотрела на плиту и тут призадумалась.
А как, собственно, она включается?
Никаких привычных нам рычажков и ручек тут не было. Все шесть конфорок сияли чистотой и явно были готовы к работе.
Но, судя по всему, работали они на чистой магии. Которой у Тани отродясь не бывало. Какая магия, о чем вы. Таня и так и эдак подходила к плите. Несколько раз снимала металлические круги от конфорок и заглядывала внутрь. Внутри было чисто и пусто.
И так продолжалось минут пятнадцать как минимум. В конце концов в груди девушки опять стала зарождаться здоровая злость.
– Да что ж такое! Уж если вы, многоуважаемая Пава Леонтьевна, отправили меня черт-те куда исполнять мечту, так уж и инструменты бы дали, – сердито сказала Таня в пространство и от злости ударила ладонью по конфорке.
– Ойй! –ладошку будто током пронзило. Таня поднесла ее к губам и стала дуть. – Нет, надо себя в руках держать. Эдак еще получишь производственную травму и никто тебе тут больничный не даст, – постановила Таня и уставилась на проштрафившуюся плиту. Вдруг под ее взглядом самая маленькая конфорка, как раз та, по которой с расстройства шарахнула рукой Таня, начала менять цвет. Она стала явно светлее и от нее пошло тепло.
– Обалде-еть, – прошептала Таня. Схватила кастрюльку и скорее поставила на конфорку.
– Это что же, магическая разновидность электроплиты? – девушка бдительно следила за молоком, помешивая его венчиком. Радость переполняла ее. Она-таки включила эту вредную плиту!
– Правда, нужно еще разок попрактиковаться.
Молоко начало закипать и девушка сняла его с огня. Потом аккуратно всыпала сахар и помешала. Пусть он хорошенько растворится в горячем молоке, а то еще как подгорит крем! Тогда только выбрасывай и по-новой делай. А время шло. Таня совершенно четко понимала, что скоро за тортом придет заказчик. Интересно, кто его заказал? Наверное, для семейного торжества.
Сахар потихоньку растворялся и Таня опять поставила кастрюльку на горячую конфорку. Постоянно помешивая, добавила немного муки и стала варить до загустения.
Крем загустел довольно быстро. Таня скорее добавила ванилин и посмотрела на тертый мускатный орех.
Добавить или нет? Привкус все-таки очень своеобразный…
И все-таки добавила.
Крем приобрел едва заметный оттенок крем-брюле и Таня, с удовлетворением посмотрев на результат своих трудов, понесла кастрюльку на стол.
Пора, пора было промазывать кремом коржи.
– А яйца-то…Яйца! Я же совсем забыла про яйца-а, – застонала девушка. – Что же делать?! Ведь за тортиком скоро явятся, вот прямо совсем скоро…– прошептала Таня и уронила голову на руки.
Из глаз потоком хлынули слезы. Таня по-простому вытерла их присборенным рукавом и вздохнула. Делать-то нечего.
Новый торт она сделать не успеет, это яснее ясного. Нужно работать с тем, что есть. Вот именно.
Таня хлюпнула носом и встала. Сунула руку в карманчик кружевного передника и к своей радости обнаружила там так нужный сейчас носовой платочек. Платочек был тоже кружевной, но функцию свою исполнил исправно.
– Так-с, – уже бодрее сказала Таня, – а где бы нам найти блюдо? Она задумалась на минутку и пошла к самому крайнему шкафчику. Открыла дверцу и охнула. Большое блюдо в нежными розочками буквально выпорхнуло с верхней полки и приземлилось ровнехонько в подставленные Таней руки.
Так с блюдом в руках Таня и привалилась к ближайшей стенке.
– Охх… До разрыва сердца доведут меня здешние магические штучки, – Таня вцепилась в блюдо и прижала его к себе как самое дорогое.
Еще бы. Это и правда было блюдо так блюдо. Да Таня таких и не видала. Оно было совсем тоненьким, почти прозрачным и довольно легким. И еще, эти розочки по всей его поверхности были как живые. Вот того и гляди, повеет легкий ветерок и лепестки их задрожат.
– Какая искусная вещь, – поразилась Таня и оторвалась наконец от стены. Блюдо лежало в ее руках спокойно, будто и не оно вот только недавно спланировало с верхней полки.
“А ведь придется привыкать к магии. К чудесам этим странным”, – подумала Таня и поставила блюдо на стол.
– Так-с. Первый корж пошел, – Таня положила желтый, мягкий бисквит на дно блюда и залила его кремом. Накрыла его следующим и провела процедуру по-новой. С каждым следующим коржом торт становился все выше и тяжелее. Крем проникал в апельсиновый бисквит и заполнял каждую его ячейку. Таня невольно проглотила слюньки.
“И как только Солара сохранила фигуру при таких-то занятиях? Я бы не смогла”, – подумала Таня и поняла, что сегодня она же не завтракала совсем.
А что там кусочек, пусть даже не самый маленький, шарлотки? Так, мимо проскочил.
Сейчас бы Тане стаканчик латте с густой пенкой. После яичницы из двух яиц, конечно.
Таня вспомнила про яйца, которые она забыла положить в крем, и опять запечалилась.
Но ненадолго. Потому что тому, у кого руки заняты, печалиться долго не получается.
Руки же работали вовсю, доливая, смазывая кремом коржи.
Наконец торт был готов.
Он горделиво высился на блюде и ждал своего часа.
– Ага. Теперь его нужно в коробку! – Таня метнулась к уже знакомой кладовке и выбрала подходящую по размеру.
Это оказалась большая круглая коробка с прозрачной крышкой и плотным дном, покрытым узорчатой вощенной бумагой.
Таня водрузила изделие рук своих на внутреннюю подставку и взяла в руки прозрачную крышку.
Поднесла к коробке и стала ее закрывать. Не тут-то было.
Крышка, которая была явно по размеру и точно совершенно от этой упаковки, упорно не желала вставать на место.
– Да что ты будешь делать! – Таня умаялась и сердито посмотрела на несговорчивую крышку.
Но тут у нее внутри будто опять зазвенел тонкий колокольчик. Будто предупреждая о чем-то, будто что-то подсказывая.
Таня задумалась и замерла. Потом посмотрела на торт и хмыкнула:
– Я, похоже, совсем навыки растеряла. Давно не пекла.
Тут Таня немного лукавила. Она пекла, и не далее, как неделю назад. Но, конечно, не такой торт. А простенькую шарлотку.
Этому же изделию кое-чего не хватало.
Чего же?
Я уверена, что вы сразу поняли.
Ну, конечно!
Торт ведь важно не только хорошо испечь, но и украсить. Особенно, если это тортик заказной.
Да, торт нуждался в украшении как дама в макияже перед походом в театр.
Таня улыбнулась и скорее к шкафчикам. На этот раз она подошла к правому шкафчику и открыла его с большой осторожностью. Ну, а вдруг опять что-нибудь спланирует ей прямо в руки?
И ведь права оказалась Таня. Вот как чувствовала. С нижней полки, будто кто-то их вытолкнул из общего ряда баночек, мешочков и бутылочек, выдвинулись три.
Совсем маленький мешочек темно-синего бархата, одна баночка с чем-то оранжевым внутри и бутылочка с тягучей субстанцией цвета весенней травы.
Что оставалось делать Тане? Конечно, она сгребла все это богатство и потащила скорее на стол. Дальше она действовала просто по наитию. И результат впечатлил.
В мешочке оказались разноцветные зернышки, в баночке – засахаренные апельсиновые корочки или что-то очень на них похожее. А в бутылочке – Таня понюхала – оказался то ли настой, то ли эссенция мелиссы.
Таня хмыкнула и капнула несколько капелек на поверхность готового торта. Повеяло свежестью летнего утра. А когда Таня украсила тортик апельсиновыми корочками, повеяло ярким осенним днем. Когда же Таня рассыпала по поверхности разноцветные зернышки, они засияли как алмазы чистой воды.
И повеяло чистым, только-только выпавшим снегом. Холодным и сверкающим под ярким солнцем.
– Какая же красота! – Таня ахнула и с минуту стояла и только смотрела на торт, равных которому она не видывала.
Потом спохватилась и закрыла его прозрачной крышкой. Вот сейчас крышка не сопротивлялась и спокойно вошла в пазы.
И вовремя.
Конечно, опять раздался стук в дверь. Таня сдула со лба выбившиеся из вроде бы аккуратно заплетенной косы светлые волосы и выдохнула.
Еще раз окинула взглядом апельсиновый тортик и отправилась открывать.
Сейчас, после всех трудов и нервотрепки, ей в голову больше не лезли никакие дурацкие мысли.
Но все-равно, хоть на секундочку, да остановилась Таня перед дверью. А потом перекинула косу, к которой уже начинала привыкать, за спину и отодвинула щеколду.
– Солара, дорогая моя! – к ней кинулась обниматься маленькая полненькая дама средних лет. Одета дама была в нарядное летнее платье розового тона с кружавчиками. Обычно такой цвет носят юные девушки и на даме он смотрелся несколько странно. Впрочем, этот цвет очень подходил к ее пухлым розовым щечкам.
– Ну как, готов мой тортик? – азартно спросила дама и попыталась просочиться в лавку.
Таня невольно отпрянула от ее объятий и встала в проеме двери.
– Ах, дорогая моя, – ответила она в тон даме. – Как же иначе? Для меня каждый ваш заказ – это просто праздник.
– Вы же подождете, пока я его вынесу? – спросила Таня, улыбаясь ласково. Таня и сама не знала, почему сказала именно эти слова. Почему не пригласила даму в лавку. Вот просто почувствовала, что – нет. Нечего той делать в ее лавке.
Дама прищурилась недовольно, но согласно кивнула головой. Таня же улыбнулась еще ласковей и закрыла дверь перед самым ее носом.
Сердце билось ровно и спокойно. И Таня поняла, что она все правильно сделала.
Однако и заставлять ждать клиентку нельзя. Таня метнулась к столу и взяла торт. Носком ноги открыла дверь и торжественно вынесла этакую красоту заказчице.
Дама тотчас заулыбалась и заохала:
– Чудо! Это просто чудо, дорогая моя. Впрочем, как всегда у вас, – добавила она и схватила коробку с тортом.
Дама улыбалась, но глаза ее оставались холодными. Холодными и очень внимательными. И веяло от дамы, вопреки ее словам, явным недовольством.
“Неужели поняла, что нет яиц в креме?! – вдруг подумала Таня. – Нет, это бред. Откуда она могла это узнать? “ – девушка улыбнулась даме еще шире.
– Всегда рады вашим заказам, дорогая. Как и всегда рады видеть вас у нас, – Таня раскланялась с дамой и закрыла дверь.
Дама же повернулась и быстро удалилась. Торт она несла, прижимая к груди.
“Неужели тут не принято обвязывать ленточками коробки?” – удивилась Таня. Потому что в кладовке с упаковками она ленточек не видела. Да и дама, как и Петко перед ней, не выразила никакого удивления, когда взяла коробку.
“Непорядок. Ведь куда удобнее нести тортик, когда он перевязан красивой ленточкой.
Или, например, в фирменном пакетике”, – тотчас заработала мысль современной девушки.
– Уфф… – Таня облегченно вздохнула. – Тортик отправился к адресату. Очень надеюсь, что крем им зайдет, хоть и без яиц.
“ А хорошо бы наконец как следует позавтракать. Или уже дело к обеду?” – судя по тому, как заворчал голодный желудок, дело шло если и не к обеду, то точно ко второму завтраку.
И Таня решительно отправилась дальше исследовать кухню.
– Не может же быть, чтоб у Солары не было припасов. Если уж она тут жила, – приговаривала Таня, открывая один за другим ящички и шкафчики.
Но, как назло, никаких припасов ей не попадалось.
– Интересно девки пляшут, – задумалась Таня и неожиданно просияла. – А где же те мешки, что привез поставщик? Они во-от в том углу как сквозь стену прошли! Значит, есть в этом доме еще одна кладовка, – и Таня с неожиданным азартом кинулась в тот угол.
Угол оказался совершенно обычным. Доски светлого дерева с одной стены плотно соединялись с точно такими же досками другой. И ни малейшей щелочки, ни малейшей зацепки. Ровное, гладкое и тепло дерево.
– Ну и где здесь вход?! Где же? – Таня стала стучать по каждой доске, внимательно прислушиваясь, не раздастся ли где звонкий звук. Если звук звонкий, значит там есть пустое пространство. Слава богу, Таня и детективы в свое время почитывала. Вот и довелось применить полученные знания на практике.
Но звук был как звук. Глухой. И никакой звонкой нотки.
Только желудок издавал одну обиженную трель за другой и Таня уже стала опять поглядывать на остатки утренней шарлотки.
Конечно, не стоит есть одни сладости и мучное, но что же делать, если здешние кладовки такие вредные и открываются, похоже, только Соларе?
А что же прикажете Тане делать? Таня ведь в магии ничегошеньки не понимает. Ну не говорить же, как там в сказке про Алладина-то было?
“Сезам, откройся?” – Таню даже смех прошиб.
– Ага, именно так и скажу. В конце концов, что мне терять? Есть хочется сильно, – и Таня, стесняясь самой себя и посекундно посмеиваясь, все-таки сказала:
– Сезам, откройся!
Гладкие доски вовсе не подумали разойтись в стороны и открыть вход в святая святых лавки.
– Ну, следовало ожидать, – Таня вздохнула. – В конце концов, какой тут может быть сезам? Мы не на Востоке. Тут надо бы что-то попроще…
Ничего попроще на голодный желудок в голову не приходило.
Таня с тоской посмотрела на несговорчивый угол и пошла доедать шарлотку.
Шарлотка закончилась неожиданно быстро и Таня пригорюнилась. Пирог был, конечно, вкусный и душистый. Пожалуй, получше тех, что она дома пекла, когда удалось раздобыть настоящих антоновских яблок. Вот из них выходила самая лучшая шарлотка. Таня вздохнула и удивленно нахмурилась.
Ей что, кажется? Неожиданно запахло медом. Легкий медовый аромат с явными цветочными нотками поплыл по кухне.
Девушка медленно обернулась.
Ну конечно!
Тут же три духовочки. Две свою работу выполнили и выпекли шарлотку для лиры Киланы и апельсиновый тортик для полненькой дамы в розовом платье. Теперь третья духовка старалась вовсю.
И, похоже, пекся там и уже был практически готов медовый торт.
– Да уж… – протянула Таня. – Получается, что ничего другого, кроме пирогов да тортиков, эти духовки делать не умеют.
Девушка нахмурилась.
“ Это что же, мне и правда придется днями есть одни торты?! – Тут любая фигура, даже такая, как у Солары, придет в негодность полную. И вредно это, одни сладости есть”, – решительно подумала Таня.
“Нет, что-то здесь не то. Чего-то я не понимаю и делаю неправильно”, – и девушка, куда деваться, отправилась вынимать медовые коржи из духовки.
В этот раз Таня работала споро, отрешившись от горестных мыслей. Потому что жизнь здесь ее уже научила, что если очередной тортик готов, то вскоре жди стука в дверь.
На этот раз девушка решила сделать сливочный крем.
– Да, сливочный крем для медовика самое оно будет! – громко и отчетливо проговорила Таня.
– А что нам для этого нужно? Правильно! Свежее масло нам нужно и сахар.
И Таня, совершенно не ожидая от себя, взяла да и топнула правой ножкой, обутой в уютные туфельки на маленьком каблучке.
А когда вдруг обернулась и посмотрела на стол, то обнаружила и масло, и сахар. Кроме того, на столе красовалась большая миска и сверкающий серебром венчик для взбивания.
Девушка ахнула и посмотрела скорей на туфельки.
– Один удар каблучком и какой результат! Неужели магия так работает? – с удивлением протянула Таня и решительно стукнула каблучком еще раз.
Что тут началось!
Масло прыгнуло в миску. Сахар за ним. Венчик загудел как прогреваемый двигатель и кинулся в бой. Через минуту крем был готов. Пышный, душистый и почти невесомый.
– Да он в объеме раза в три увеличился! – прошептала Таня. – Вот это скорость, вот это результат!
Девушка радостно кинулась к столу и принялась промазывать кремом корж за коржом. Третий раз каблучком она топать не стала. Во избежание. А может быть, это было уже слишком для ранимой психики современной девушки. Так и в сказки поверишь. В сказки же Таня, понятное дело, не верила. Вот в магию еще так-сяк.
Но улыбка не покидала ее лица все то время, пока она промазывала коржи. И даже тогда, когда закончила украшать медовик свежими ягодами малины, которые как нельзя кстати появились на столе.
В этот раз Тане даже не понадобилось идти искать необходимые для украшения ингредиенты в шкафчиках.
“Это что значит? Я учусь пользоваться магией или лавка меня начинает признавать?” – девушка задумчиво огляделась вокруг.
Может быть, ей показалось, но в кухне стало явно светлее. Светлее и уютнее.
– Что ж я сижу, – спохватилась Таня. – Того и гляди, за медовиком придут.
Девушка метнулась в кладовку. Принесла очередную красивую коробку и споро упаковала тортик. Полюбовалась делами рук своих и пожалела, что нечем перевязать.
А потом прищурилась и чуть не бегом отправилась в спальню.
Открыла шкаф и начала копаться в его солидных внутренностях.
– Не может быть, чтобы у нее лент не было! В косе вон синяя, – отбрасывая лезущую в глаза косу, проворчала Таня.
– Ну где же, где же она их хранит, – девушка вытерла пот со лба и задумалась. Таня кос с роду не носила. Все стрижки короткие. Да и если б носила, то какие могут быть ленты? Заколочки, резиночки всякие.
“Угу… А если бы носила, то где бы держала ленты? – девушка прищурилась и стала задумчиво оглядывать спаленку.
Напротив шкафа стоял небольшой столик, покрытый белейшей кружевной скатеркой.
“Любит же она кружева”, – пронеслась мысль. А потом Таня подошла к столу.
“И как я ее сразу-то не заметила?”, – удивилась девушка, увидев деревянную узорчатую коробку размером с детскую энциклопедию.
– Вот вы где! – победно прошептала Таня и откинула крышку.
Действительно, коробка была полна аккуратно скрученных лент. Разного цвета, от яркой синевы до почти черного бархата. Да и материал у лент был разный. И шелковые, и бархатные и даже плетеные из узорчатых золотистых нитей.
Тортик же был темно-коричневого тона.
“ Значит, вот эта ленточка, золотая, очень подойдет.
Но только широковата будет”, – Таня вытащила ленточку и попыталась сложить вдвое. Получилось не очень. Лента оказалась довольно-таки жесткой и складываться не желала, постоянно разворачиваясь во всю ширину.
– Ну что же. Придется резать, – девушка взяла ленту и скорее на кухню. Того и гляди, в дверь опять постучит очередной заказчик.
А у Тани еще коробка не обвязана.
– Ничего, будем вносить прогресс в массы, – приговаривала Таня, подступая к ленте с ножницами. Жесткая лента не давалась. Девушка чуть мозоль себе не набила, но в конце концов разрезала-таки ее на две части.
Обвязала коробку. Смотрелось очень гармонично и празднично. Таня радостно улыбнулась и опустилась на лавку в ожидании клиента.
Прошло минут пятнадцать, не меньше, но никто
на этот раз никто не спешил за тортиком.
Таня облокотилась на стол, положила подбородок на руки и глаза ее сами собой закрылись.
Вот вроде и не спит Таня. А может быть, и спит. Необычное такое состояние между сном и бодрствованием. Не помнила девушка, чтобы такое с нею раньше бывало. Может быть, когда-то давно, в самом раннем детстве… В домике у бабули. Домик стоял совсем рядом с лесом, на некотором отдалении от деревушки.
Ох и сладко же Тане там спалось. Пахло свежескошенной травой и густым ароматом высоченных сосен.
– Ну что, охальник, довел девушку? – вдруг услышала она чей-то грозный шепот. Разве шепот может быть грозным? Но этот точно был.
– И-и-эхх… Вот на мою голову навязался, старый ты безобразник. А ведь говорила мне матушка, сказывала, родимая. Не ходи ты, Аникеюшка, не ходи за Боровикова сына, – продолжала шептать неведомая Аникеюшка.
– Так я это, Аникеюшка, – раздался тихий покаянный шепот в ответ. – Ведь не со зла же.
– Молчи уж, козлиная твоя борода! – в сердцах ответила та и Таня тотчас открыла глаза.
Вот, вроде и не спала совсем. А сон привиделся. И сны тут под стать лавке. Магические прямо. Или нет. Не магические. Волшебные! Именно волшебные.
Таня зевнула, потянулась и на всякий случай огляделась. Конечно, это был сон. Никакой Аникеюшки, кем бы она не была, вокруг не наблюдалось. Боровикова сына тоже. Имена такие интересные. Боровиков сын это боровик, получается? Боровик, белый гриб, всем грибам гриб. Эх, какие боровики Таня собирала в том лесу, у бабули. Толстенькие, ладненькие. Светло-коричневая шляпка выглядывает из-под мха. А какой супчик по зиме бабуля варила! Это же объеденье, а не суп.
Таня сглотнула.
Да уж. Вот Таня попала. С утра на одной шарлотке и вот медовик стоит, красуется. Дожидается заказчика. А заказчик все не идет.
“Интересно, что Солара делала в таких случаях? Ведь у нее тут по предоплате, как я поняла. Может быть, сама доставляла? – Таня еще раз зевнула. – Ну, это вряд ли. Разве кого нанимала? Так и я бы наняла. Но ведь надо знать, кому и куда доставить тортик”, – девушка вздохнула.
Подлый же желудок опять издал голодную трель и Таня поняла, что так скоро она и до медовика доберется.
Нет, надо брать себя в руки. Вот как раз сейчас самое время сесть на диету.
Правда, она себе диету представляла несколько иначе. Ну там, творог. Яйца, зелень. Сыр, на худой конец. Белое куриное мясо.
Желудок будто проник в мысли Тани и заурчал совсем жалобно.
– Урчи-не урчи, – наставительно сказала Таня, – а все вышеперечисленное взять негде. Она вздохнула и поерзала на лавке, усаживаясь поудобнее. Еды нет. За медовиком должны прийти. Значит, надо ждать. Но вот ждать и догонять, сами понимаете, никто не любит.
Вот и Таня не любила ждать. Привыкла брать дело в свои руки. Но вот сейчас, сказать по правде, растерялась.
Ну что она могла еще сделать? Где искать вожделенные продукты? Никакой “сезам, откройся” ей ведь не помог.
Таня прищурилась и опять посмотрела на тот самый угол, который недавно исследовала со всех сторон.
