Его взгляд буквально пронзает, заглядывает внутрь. Миша так же всегда смотрел.
– Кто ты, – шепчу.
– Я расскажу, – доносится до меня ответ, что буквально пригвождает меня к месту.
Он отпечатывается прямо в моей голове, ведь невозможно с такого расстояния услышать чужой шепот.
Резко поднимаюсь на ноги, не разрывая наш зрительный контакт.
– Стой на месте, я иду, – громко произношу и выбегаю из покоев.
Глава 7
Нереальность происходящего не покидает меня, пока я торопливо перебираю ногами, пытаясь не запутаться в извилистых коридорах. У меня в голове, должно быть, галлюцинации, воспаленный мозг выдает желаемое за действительное, потому что невозможно слышать людей на огромном расстоянии.
Но я уже не первый день в другом мире, это ли не доказательство того, что возможно все.
С силой защипываю кожу на руке.
– Ай! – вскрикиваю от боли.
Конечно, мне больно, было бы глупо думать по–другому, пора смириться с происходящим и подстраиваться под новую реальность, вместо привычного откладывания принятия проблемы на потом.
Некоторое время иду, разглядываю свою руку и не замечаю, как врезаюсь в человека.
– Извините, – бормочу на автомате и уже собираюсь продолжить свой путь, но сильные руки останавливают меня.
– Амелия, ты почему не в покоях? – конечно, это король.
В этом огромном дворце я и не вижу других людей, словно они заколдованы таким образом, чтобы не попадаться мне на глаза. Пара стражников на выходе из дворца не в счет.
– Очевидно, потому что свежий воздух полезен, и я устала от того, что вы меня заперли наедине с самой собой, – несмотря на договоренность, я обращаюсь к королю то на «вы», то на «ты».
– Хм, – он поджимает губы, – ты права. Мы это исправим! Я все равно хотел приобрести для тебя достойный гардероб, думал сначала пригласить швею, но лучше мы вместе проедем в город. Ни к чему держать тебя только во дворце, простой народ должен видеть мою невесту и радоваться за нас, желая плодородного союза.
– О, как мило, – киваю, не находя, что еще ответить после слова «плодородный».
– Идем обратно в твои покои, я распоряжусь принести дорожное платье и закуски, – король разворачивает меня в обратную сторону.
– Вы меня закармливаете, ваше величество, словно свинью на убой растите, – произношу больше от сожаления, что встречу с Михаилом придется отложить, чем действительно думаю про убой.
– Ох нет, ты что, ни в коем случае! – восклицает король слишком высоким голосом, словно нервничает.
Странная реакция. Впрочем, вся моя жизнь теперь такая, странная.
Переодеваюсь я быстро. К счастью, местная мода лишена бесчисленных шнуровок и корсетов, иначе мне пришлось бы туго в прямом и переносном смысле.
Подхожу к окну и задумчиво закидываю в себя несколько долек фруктов. Авитаминоз мне здесь точно не светит, свежие витамины подаются каждый день. Еще один плюс внезапной авантюры – поправлю здоровье.
Мишель–Михаил, естественно, больше не стоит на траве, не смотрит на меня. А жаль. Придется позже проверять свою теорию о голосе в голове и прочем. Хотя я не уверена, что стоит так уж цепляться за советника короля, кто бы он ни был. Один раз Миша меня бросил, прямо продемонстрировав свои приоритеты. Да и голоса в голове бывают у людей и на Земле, только там они обычно счастья не приносят.
Но загадка, конечно, любопытная. Здесь мой мозг хочет разобраться во всем и сразу, ничем ведь больше он не озадачен, в отличие от моей земной жизни, где приходится думать о насущном буквально каждый день.
– Готова, Амелия? – заглядывает в мою комнату король, засунув внутрь лишь голову.
Он выглядит при этом столь озорно и по–мальчишески, что я невольно улыбаюсь.
– Конечно, Сесил, жду тебя, – отвечаю с мягкой интонацией.
– Снова переходишь на неофициальный тон, – он широко распахивает дверь, – это радует.
– Почему? – спрашиваю без задней мысли, просто чтобы поддержать диалог, но его величество впадает в секундный ступор.
– Как же, – говорит он и делает паузу, – очевидно, чтобы подданные радовались нашему союзу! Да, точно, все ради них.
– Вы здесь очень печетесь о простом народе, заботитесь, чтобы он радовался, это необычно, – замечаю мимоходом.
– Конечно, Амелия, все исключительно ради этого, – улыбается Сесил и протягивает мне руку.
Он уже вернул себе уверенность и снова излучает ауру короля и победителя. Наверняка странности и заминки мне лишь показались. Кладу свою ладонь в его, на краю сознания отмечая, как гармонично смотрятся наши руки вместе. Этот мир наполнен не только хорошей погодой, но и красивыми людьми.
Карета оказывается именно такой, какой я ее себе и представляла. Наша история и местная реальность имеют и тут общие точки соприкосновения.
– Ого, удобные сидения, – произношу, усаживаясь на обитую бархатом лавку, – не ожидала.
– У вас и в этом плане все печально в мире, да, Амелия? – сочувствующе спрашивает король.
– Никак нет, ваше величество, – качаю головой, – скорее у вас печально, но хотя бы комфорт стремитесь организовывать. У нас уже давно изобретены автомобили, они гораздо быстрее, удобнее, и им не нужны лошади. Правда, они вредны для окружающей среды, но и с этим уже борются, переходя с горючего топлива на электричество.
– Хм, – только и отвечает Сесил, сжимая губы в тонкую линию и отворачиваясь к окну.
Кажется, кто–то терпеть не может быть в чем–то хуже других. Впрочем, это не моя проблема. Я тоже отворачиваюсь к своему окну, намереваясь провести время за разглядыванием сказочных пейзажей.
Но все когда–нибудь заканчивается, и дорога не исключение. Карета останавливается, Сесил выходит первым и галантно подает мне руку. Привыкну к воспитанному мужскому поведению, на земных кавалеров совсем не смогу смотреть. Впрочем, у меня и раньше были с ними проблемы, особо ничего не поменяется.
– Благодарю, ваше величество, – произношу с улыбкой.
Его обходительность со мной подкупает, как ни крути. И даже мысли о том, что он бы так поступал с любой, да и я слишком ценный экземпляр для него, не отрезвляют.
Становлюсь на городской брусчатке рядом с королем и задерживаю на нем взгляд чуть дольше положенного. В глубине его глаз мелькает непонятная эмоция, но я не успеваю ее проанализировать, нас прерывают.
– Амелия! – сбоку раздается громкий женский голос. – Не могу поверить своим глазам!
Мы с Сесилом успеваем обменяться испуганным взглядом, а незнакомка уже добирается до нас.
Глава 8
В последний момент стражники преграждают ей путь, естественно, но решительности девушки это не умаляет. Она не сводит с нас с Сесилом любопытного взгляда и явно не собирается так просто уходить по своим делам.
– Ничего страшного, я подожду, пока можно будет подойти, – произносит громко. – Ваше величество, – вежливо кланяется.
Сесил не реагирует, на его лице застыло брезгливое выражение, словно он под носом учуял ужасно неприятный запах. Он ее знает? Потому что я, конечно, нет.
– Ты же говорил, не стоит беспокоиться о родственниках принцессы, – шепчу ему обеспокоенно на ухо.
– Насчет родственников совершенно точно нет, но эта девица – не родня Амелии, – медленно отвечает Сесил.
– И что нам делать? Ее ведь не прогонишь, – продолжаю обеспокоенно.
– Нет, не прогонишь, ты права, – кивает король.
В нашу сторону начинают с любопытством посматривать прохожие. Конечно, все они остаются на почтенном расстоянии, но интерес–то не скрыть. Слишком уж здесь правители близки к народу, это порождает некоторые неудобства.
Поворачиваюсь к девице, наклеиваю на лицо широкую улыбку и заговариваю с ней. Сесил почему–то не торопится проявлять инициативу.
– Моя дорогая, здравствуй. Какими судьбами? – изображаю доброжелательность, попутно толкая короля локтем.
– Ах да, – он дает стражникам знак пропустить девицу к нам.
– Ваше величество, – она подбегает и заговаривает с Сесилом с придыханием, – я так рада, что вы позволили приблизиться к вам.
Девушка делает глубокий книксен, который обеспечивает обзор на ее бездонное декольте. Могла бы и поскромнее одеться, все–таки день на улице. Осматриваю себя, на мне вообще наглухо закрытое платье.
– Что вы, что вы, поднимайтесь, – Сесил машет рукой, но его голос звучит довольно. Самовлюбленный павлин. – Знакомые моей дорогой невесты и мои знакомые.
– Да, ваше величество, – девица поднимается–таки на ноги, – я очень скучала по Амелии. Мы вместе учились в срединных землях. Она не говорила?
– Вряд ли королю интересны такие подробности моей жизни, – произношу, замявшись.
Одногруппница принцессы наверняка многое знает о ней. Мы буквально на волосок близки к провалу. А ведь я даже не знаю, как зовут эту девушку.
– Брось, Амелия, наверняка интересны, – она толкает меня по–свойски в плечо, вызывая еще больше недоумения внутри.
Либо настоящая принцесса с этой девицей лучшая подруга, либо, наоборот, они заклятые враги. Оба варианта одинаково плохи для нас с королем. Лучше бы вместо устройства мира и магии я изучала биографию девицы, которой притворяюсь. Странно, что меня не нагрузили этим необходимым знанием.
– Пройдемте в кафетерий, дамы? Нас с Амелией там как раз ожидают, – произносит Сесил, переводя внимание на себя.
Кафетерий? Я закономерно удивляюсь. Я думала, короли во все времена посещали лишь лучшие заведения города. Впрочем, это может быть лучший кафетерий.
– Ох, какое щедрое предложение, ваше величество, я так взволнована! – снова громче, чем необходимо, произносит девица, реагируя слишком бурно.
Король слегка морщится, но более никак не показывает своего недовольства. Я же иду и молюсь про себя, чтобы девушка больше ничего не говорила, особенно такого, что наверняка должна знать Амелия.
К счастью, путь до кафетерия очень короткий, он составляет буквально десять шагов, и мы уже внутри помещения, надежно укрытые от прохожих на улице. Стражники располагаются снаружи, а для нас подготовлен столик. Правда, он накрыт на две персоны.
Приподнимаю брови и поворачиваюсь к королю с немым вопросом. Он для меня старался?
– Сейчас и для вас попросим десерт. Простите, как вас зовут, моя дорогая? – осведомляется Сесил, обращаясь к девице.
– Анжель, ваше величество, – она глупо хихикает, – Амелия, наверное, не упоминала обо мне, потому что боялась, что я уведу вас у нее.
У бедного короля глаза на лоб лезут, да что уж говорить, тут и я пребываю в легком шоке от наглости «подружки». В моей голове всплывают фильмы про всяких нехороших парней, где они легко решают проблемы с болтливыми свидетелями. Я начинаю понимать их мотивы.
– Это исключено, Анжель, – Сесил берет себя в руки, – мое сердце навсегда связано с одной лишь Амелией.
– Как вы это красиво сказали! – тянет девушка. – Ты поэтому передумала сбегать, да? Романтики захотелось, понимаю, – она кивает, жадно всматриваясь в мое лицо.
Навредить она мне хочет, раз рассказывает о побеге. То есть не мне, а настоящей принцессе.
– Какие в срединных землях раскрепощенные дамы, до сих пор не привыкну, – произносит король, отпивая от кружки. – А моя Амелия не сбегала, вы что–то путаете. Да вы угощайтесь, раз романтики не получилось.
– Втроем тоже можно сделать романтику, я вас уверяю, – кивает девица с хитрым прищуром.
– Анжель! – тут уже я не выдерживаю. – Может, хватит, дорогая, – сбавляю тон, – все–таки мы не дома.
– Да, прости, милая, и вы меня простите, ваше величество, – она опускает глаза на стол, – переволновалась. Недавно приехала в Наирию, никого толком не знаю, а родители хотят удачно выдать замуж на чужбине. Так обрадовалась, когда увидела родное лицо, вы не представляете! Хоть перед следующей поездкой глотнуть свежего воздуха, а то моего нареченного отправляют на границу, а там уже и я с ним.
– Гхм, ясно, – произносит Сесил, уверена, он редко сталкивается с настолько откровенными людьми. – Счастливой вам поездки.
– Благодарю, ваше величество. Одна радость – мы будем недалеко от родителей, смогу их навещать. Могу и твоим весточку передать, Амелия.
Она переводит свой взгляд на меня, а я моментально теряюсь.
– Н–не стоит, Анжель, я поддерживаю с ними связь. Меня ведь не держат взаперти, как какую–нибудь пленницу, – выдавливаю из себя принужденный смешок.
– Конечно, я так и подумала, – с готовностью кивает «подружка».
Тут происходит удивительное, король проливает на себя чашку. Лично для меня это поразительно, ведь манеры у него безупречные. Заслушался Анжель? Или засмотрелся на ее декольте?
– Прошу меня простить, дамы, – произносит он, поднимаясь на ноги, – но я вынужден ненадолго покинуть вас. Попрошу не сбегать, – добавляет с улыбкой и быстро уходит вглубь кафетерия.
– Наконец–то! – произносит Анжель недовольно, вмиг теряя свой флер восторженной девицы. – Так и знала, что он слишком чистоплюй, чтобы оставаться рядом с дамами в неподобающем виде. А ты давай, рассказывай все, хватит лгать! Я тебя раскусила!
Ох, а не побежать ли мне следом за Сесилом?
Глава
9
Мой пульс заметно повышается, я явственно ощущаю его биение в висках и где–то в районе горла. Надеюсь, в обморок падать не буду, как это произошло при виде Михаила–Мишеля.
Мозг отчаянно пытается просчитать возможные варианты спасения своей нерадивой хозяйки, как бы говоря: «Мир сменила, а себя–то нет». Да, проблемы меня везде находят, интересно, это когда–нибудь закончится?
Здесь какие у меня варианты? Попасть в темницу разве что только. Не знаю, расщедрится ли король снова использовать Патроникуса, чтобы тот закинул меня обратно. Да и получится ли у него, он ведь весь такой «теоретический», еще ошибется с координатами, и я зависну где–то в безвременье и пространстве. Или попаду в мир к каким–нибудь динозаврам и злобным туземцам. А я совсем не героиня фильма, чтобы показывать свою крутость в подобных условиях.
Впрочем, мое молчание затягивается, Ажель не отстанет, скорее еще что–то с королем сделает, чтобы не мешал нам.
– В каком смысле раскусила? – спрашиваю осторожно.
Мало ли, вдруг дело совсем в другом. Совершать классическую ошибку и признаваться во всем самой, я не буду.
– Ты не собиралась в Наирию! Что он с тобой сделал? Опоил зельем, подавляющим волю? – воинственно интересуется «подруга».
Такое облегчение, оно стремительно растекается по венам, успокаивая нервную пульсацию. Хорошо, что я не принялась каяться и слезно просить не выдавать неудавшуюся попаданку. Не зря смотрю многочисленные шпионские фильмы, хоть какую–то пользу из них почерпнула.
– Ты знаешь, Анжель, маг его величества не произвел на меня впечатления, какой–то он слабенький и неуверенный, чтобы опаивать чем–то сильным – искренне замечаю.
А сама прислушиваюсь к себе. Может, все–таки подлили мне чего–то? А я ни сном, ни духом. Хотя я не чувствую никакого принуждения извне, не ощущаю себя марионеткой в чужих руках, да и внезапной любви к Сесилу во мне не проснулось. А было бы логично подобное действие на мне испытывать. Но, собственно, зачем им лишать меня воли? Как будто у меня много вариантов в их мире.
– Да, Патроникус своеобразный, я слышала, – кивает Анжель с видом знатока. – Я ведь хотела податься в придворные колдуньи, но родители настояли на браке. Это ты у нас с маленькой искрой, счастливая, – с нескрываемой завистью тянет Анжель.
– Странные у тебя понятия счастья, – я ежусь.
Девица не сказать, чтобы приятная, скорее скользкая. Уже несколько раз сменила собственную личину, не понятно, где она настоящая.
– Вполне нормальные для той, кто не родился принцессой, – она пожимает плечами. – Главное, жених у меня внушаемый, думаю, справлюсь с ним. Ты–то что? Не удалось сбежать? Поймали?
– Да как тебе сказать, – произношу неопределенно, отводя глаза.
– Надо было тебе помочь, – она качает головой, – хотя ты не сильно желала посвящать меня в свои планы, но теперь я чувствую себя виноватой. Не поверила в слова о пророчестве, думала, ты просто бесишься, что отдают замуж в другое королевство, не спросив. Неужели оно настолько плохое? Или ты нашла способ, как его нейтрализовать?
Слова Анжель буквально ударяют меня, пронзают, словно молния, прямо в сердце. Новые неизвестные подробности. Одно дело – временно заменить взбалмошную девицу, а другое подвергать свою жизнь риску из–за местных пророчеств.
– А–хах, пророчество, точно, – смеюсь с натяжкой.
– Так чего молчишь? Нашли вы способ, как избежать плохого, да? – Анжель пытливо заглядывает в мое лицо.
Испытываю порыв признаться ей во всем и попросить помощи. Она уже жалеет, что не помогла когда–то. Только одна проблема, помогать она стремилась настоящей принцессе. А мое появление дает шанс ее подруге на безоблачную жизнь.
– Разве в пророчестве все было настолько плохо? – вместо ответа интересуюсь у нее.
Как бы саму формулировку узнать. Пророчества разные бывают, как нам рассказывают земные книги, некоторые из них даже хорошие.
– Ты его не помнишь, Амелия? – Анжель озабоченно хмурится.
– Нет–нет, просто считаю, что поторопилась с выводами, – пытаюсь изобразить на лице безмятежность, – выход ведь есть всегда, верно?
– Что я пропустил, дамы? – сзади нас появляется Сесил.
– Ничего такого, милый, – натужно улыбаюсь в который раз за день, – обычные разговоры старых подруг. Верно, Анжель?
– Хм, верно, – она кивает чуть с замедлением. – Ладно, мне пора, и без того слишком воспользовалась вашим гостеприимством. Вам надо узнавать друг друга до праздника урожая, а не уделять внимание другим людям, – Анжель снова превращается в жизнерадостную болтушку. – Пойду я, спасибо вам, ваше величество! Теперь я вижу, Амелия в надежных руках!
– Не за что, дорогая, друзья моей невесты и мои друзья, – любезно отвечает Сесил, а в его глазах явственно читается облегчение.
Анжель поднимается из–за стола и вдруг наклоняется ко мне.
– Ты знаешь, что с этим делать, – сует под столом мне в руку плоский предмет, похожий на монетку, а потом выпрямляется. – Прощай, милая! Глядишь, еще свидимся!
Глава 10
Анжель упархивает из кафетерия, а я сижу, задумчиво верчу под столом предмет. Кажется, я угадала, это монетка, но доставать ее и присматриваться при короле – плохая идея.
– Все хорошо, Амелия? – спрашивает он озабоченно.
– Что? – перевожу рассеянный взгляд на него и понимаю, что нужно изобразить безмятежность, пока не разберусь во всем. – Да, ваше величество, само собой, все прекрасно.
В моем платье нет декольте, зато я нащупываю глубокий карман. Очень к месту, должна сказать.
Голова буквально пухнет от услышанного от Анжель, жаль, она текст самого пророчества не знает. И тут снова можно разрабатывать сразу несколько вариантов. Как и в случае с Михаилом–Мишелем.
То ли настоящая Амелия действительно испугалась пророчества и потому сбежала, то ли хотела большего сочувствия и помощи от магически одаренной знакомой, и просто сгустила краски. Да и было ли оно, пророчество?
И нельзя отрицать, что оно может быть совсем безобидным, что–то вроде: «Супруга короля родит ему наследника, который будет более великим, чем его предки». Вполне себе нейтральное предсказание, ведь в браке принято заводить детей. Но не все этого хотят, отсюда и причина побега.
По поводу короля тоже возможна вариативность. Если пророчество действительно существует, и он о нем знает, тогда я вызвана не только ради прикрытия, но и ради подстраховки. Интересно, как он будет объяснять подданным перипетии с невестой, если настоящая Амелия явится–таки в самый неподходящий момент, или я наотрез откажусь рожать ему наследника, ведь на столь далекое сотрудничество мы с ним не договаривались.
Еще король может не знать о пророчестве. Столько если и еще – голова кругом. Кажется, в этом мире интриг больше, чем в нашем, или там я в них просто не участвовала.
– Ты снова перешла на официальный тон, – он хмурится. – Подруга тебе не поверила?
– О нет, она точно решила, что я настоящая принцесса, тут можете не переживать. Лучше вы мне скажите, что за праздник урожая, и почему мы должны до него уделять друг другу должное внимание? – перевожу тему, оставляя мысли о пророчестве на задворки. – И ведутся ли поиски настоящей принцессы? Она ведь может внезапно передумать и явиться сюда.
Пока что я вижу только одно решение – как–то вызнать, существует ли опасность для Амелии, и уже потом думать, что делать дальше.
– Праздник знаменует начало года, все радуются и восхваляют Свет за продолжение жизни. Традиционно король Наирии скрепляет себя узами с принцессой срединных земель, что также выступает гарантией продолжения благополучия нашего королевства, – принимается объяснять Сесил.
– Скрепляет узами, то есть женится? – приподнимаю бровь. – Такого не было в нашем договоре. Когда будет этот праздник?
– Через месяц, – отвечает король, но быстро добавляет, заметив, как вытягивается мое лицо: – Но это не свадьба! Скорее простой древний обычай! Он больше для людей, на публику, он не несет в себе никакой юридической подоплеки.
– Очень интересно, – тяну, прячась за кружкой. – Так а что с принцессой? Простите, но чем дальше я разбираюсь в происходящем, тем больше мне кажется, что в вашем плане много дыр.
А не на празднике ли должно исполнится пророчество? По классике жанра, плохое именно тогда и сбывается, когда все радуются жизни.
Или хорошее. Например, я помню сцену из известного сериала, где блондиночка выходила замуж в чистом поле. В прямом и переносном смысле выходила замуж, вот только я на такое не подписывалась.
– Не волнуйся, принцесса внезапно не объявится, – заверяет меня король как обычно без объяснений, почему именно он так думает.
Ой. А если никакой принцессы уже нет? Если я здесь именно поэтому?
Не хочу думать плохое про Сесила, я его совсем не знаю, он может быть непричастен в окончательном исчезновении своей невесты. Но в моем положении нельзя отрицать ни один из возможных вариантов.
– Амелия, да что случилось? Что сказала тебе Анжель? – видимо, мое выражение лица меняется и озадачивает короля. Сесил берет меня за руки. – Прошу тебя, скажи, я помогу. Мы в одной связке, ты помнишь?
Молча рассматриваю его несколько секунд. Он искренен, да и мы действительно в одной связке, только я выступаю в роли слепого котенка.
– Ничего ваше величество, – выдергиваю свои запястья из его, – просто я поняла, что вы мне не рассказали абсолютно ничего полезного! Лучше бы биографию Амелии учила эти три дня, а не слушала то, до чего и так интуитивно дошла. Идемте? Вы же собирались меня одеть, как подобает. Покормить вы можете и во дворце, – заканчиваю раздраженно.
Поднимаюсь на ноги и задумчиво смотрю на улицу. И почему снова так сложно жить.
Глава 11
Удивительно, но король твердо решил не только доставить меня к швее, но и выгулять, как следует. Наверное, снова что–то связанное с тем, что простой народ должен максимально чаще видеть своего монарха вместе с его избранницей. Важен им мир и благодать между нашими персонами.
Я не жалуюсь, любуюсь городом и представляю, что я где–то в Европе. Постройки здесь в основном низкие, вычурные вензеля на зданиях, величественные колонны – чем не наш средневековый мир? Хотя нет, лучше вспомнить эпоху Возрождения. Впрочем, она в конце Средневековья и зародилась, если мне не изменяет память.
Но местный мир выгодно отличается отсутствием зловоний на улице и всякими примочками цивилизации. Вот что значит люди умело используют голову и магию. Может, если бы на Земле не сжигали ведьм в свое время, у нас тоже была бы распространена магия.
– У вас, правда, всегда тепло? – спрашиваю у Сесила, любуясь лучами солнца на чьем–то окне.
– Истинная, Амелия. Наирия – благодатный край. Что характерно, изнуряющей жары и духоты у нас тоже не бывает, – отвечает он с гордостью.
– Застывшая в своем одном состоянии страна, – тяну задумчиво. – Интересно.
– И вовсе мы не застыли! – естественно, его величество тут же возмущается. Я обратила внимание, он любое замечание принимает на свой счет. – У нас идеальное королевство!
– С чем это связано? Маленькая площадь? Расположение на экваторе? Если он у вас есть, хм. Не может быть везде одинаковой температуры, она отличается в зависимости от местности. В горах традиционно прохладнее, чем на равнине. Также важна удаленность от моря, наличие теплых и холодных течений, – умничаю, осознавая, что мои познания климата на самом деле весьма поверхностны.
Но просто даже в Африке бывает прохладно, а вот на экваторе все действительно более–менее ровно. Тем не менее мне странно, что у них всегда тепло. Наверное, сказывается мое родное местожительство. Наша страна настолько большая, что и погода на ее территории отличается. А я тут устроила допрос и выискиваю теории заговора.
– С площадью, Амелия, – Сесил цедит слова сквозь зубы, – у нас все прекрасно. К примеру, срединные земли представляют собой разрозненные мелкие княжества, которые даже все вместе не занимают и половины Наирии.
– Но принцесса у них есть. И магически одаренных людей больше, чем здесь, да? – вспоминаю Анжель.
– Принцесса есть. Но фактически королевская семья мало что решает, им подчиняется только их княжество.
– Прямо какая–то группа самовольных мятежных земель, – произношу задумчиво. – И поэтому–то исчезновение принцессы не стало большой проблемой, верно?
– Отчасти ты права. Мы пришли. Новые наряды еще желаешь? Или нам лучше сразу переместиться в географическую лавку? – кисло осведомляется король.
– В географическую не надо, достаточно простого книжного магазина.
Очень любопытно, смогу ли я читать на местном языке? С разговорной речью никаких проблем не возникло.
Но сначала мы заходим за нарядами. В просторном помещении стоит низкий диван, столик, и обустроен цветочный уголок. Чуть поодаль стойка, а вот за ней то ради чего мы, собственно, пришли.
Я, как и практически любая женщина, уважаю походы по магазинам. За одеждой и прочими интересными вещами, а не за морковкой, естественно. И данный случай не исключение. С огнем в глазах подхожу к кронштейнам и с благоговением рассматриваю висящие на вешалках платья. Каждое по отдельности – произведение искусства, а вместе они являют собой художественную галерею.
– Чем могу помочь, милочка, – раздается голос позади меня.
Разворачиваюсь и ловлю на себе неприязненный взгляд. Дама явно оценила мое непрезентабельное дорожное платье.
– Гардероб хочу у вас приобрести, полный, и чтобы все было, как у принцессы, – отвечаю женщине, каверкая свою речь, привнося в нее деревенский акцент.
– Боюсь, что мы не сможем вам помочь, – отвечает та, не мигая.
Переживает, как бы я что–нибудь не своровала?
– Отчего же? – наклоняю голову на бок и делаю круглые глаза. – Нет подходящего нижнего белья, да? – понятливо киваю. – А еще мните себя лучшим магазином города, нехорошо! Хотя я вас, конечно, понимаю, у самой не на все случаи жизни бельишко припасено.
У дамы натурально вытягивается лицо, и начинает дергаться глаз, но она молчит. То ли язык проглотила, то ли борется с собой, чтобы проявить крохи вежливости.
Но в итоге побеждает ее плохая сторона.
– Вон! – кричит она. – Вон из моей лавки! Не смейте здесь сквернословить!
– Нижнее белье – это сквернословие? – искренне удивляюсь. – Я же с вами не о женской физиологии пришла поговорить, хотя и эта тема вполне нормальна.
– Вон! – дама багровеет, а ее глаза сильно выпучиваются.
Не хотелось бы стать невольной причиной ее плохого самочувствия.
– Что случилось, Амелия? – на крики прибегает король, который все это время мирно сидел на диване в передней части лавки. – Ты цела? Все в порядке? – на панике осматривает меня, крутит со всех сторон. – Не поранилась?
– В–ваше величество? – хозяйка лавки переводит взгляд с меня на Сесила.
– А кого вы ожидали увидеть? Я ведь приказывал слугам предупредить вас, – он недовольно хмурится.
– Да, ваше величество, – отвечает дама, всхлипывая, а в следующее мгновение теряет сознание.
Глава 12
– Слабенькие у вас женщины, – произношу, нагнувшись над хозяйкой лавки, – чувствительные. А может, дело в климате, я ведь тоже недавно теряла сознание. Вечное тепло не равно благодать.
Специально подначиваю короля. Он меня не посвящает подробно во все обстоятельства нашего общего дела, а я не подписывалась всегда быть с ним милой и кроткой. Этого в моем контракте точно не было. Хотя наверняка проверить не дали даже Сесилу, свиток завернулся и склеил себя сам, я помню.
Кстати, это еще одна тема для допроса. Воспользовался наивностью и растерянностью попаданки, пугая перспективой попасть в темницу, и понаписал в контракте неизвестно что, сославшись на магию.
– Может, дело в платье? – король смотрит на хозяйку лавки с сомнением. – Оно у нее такое узкое.
– К счастью, у местных фасонов нет корсетов и утягивающей шнуровки, иначе и я бы теряла сознание по поводу и без. Так что не думаю, что причина в одежде.
– Неужели климат? – ужасается Сесил.
Какой он забавный и внушаемый.
