– Да и не надо, – отмахнулся Борборыч. – Откуда эта дура-то появилась? У Харчика сменял?
– У него, кровопийцы… – кивнул я. – Содрал с меня столько, что я его ещё долго тихо ненавидеть буду.
Пока моя булава пошла по рукам, пока «гвардейцы» повосхищались, попробовали ей помахать – к слову, только Борборыч и Барэл смогли её как оружие использовать – совсем рассвело.
Больше мы не стали задерживаться и покинули посёлок, углубившись в лес. Шли мы, как обычно, вдоль реки – теперь это был наш привычный маршрут. Ещё тогда, после победы над бандитами, мы поняли, что ходить вдоль берега моря бесполезно. Там всё было занято другими людьми – бандами, кланами, вольными поселениями… Кстати, то же самое подтверждал и Харчик. Да и система недвусмысленно намекала, что по всему берегу будет одно и то же – пляжи, кокосы, а ещё редкие родники и речушки.
Думая об острове, на который нас поместили, я всегда представлял себе пиццу. По краям – тесто. Сытно, но на этом достоинства и закончились… И только там, в центре, можно было найти что-то по-настоящему вкусное. Конечной целью для меня и моих «гвардейцев» были горы. И не потому, что я воспылал особой любовью к альпинизму и экстриму – такого за мной отродясь не водилось. Но именно в горах был шанс обнаружить по-настоящему ценные и нужные ресурсы. И лично для меня этим нужным ресурсом было железо. Нечто внутри меня упорно говорило, что без железа нам всем скоро станет очень тяжело. Впрочем, от бронзы я бы тоже не отказался! Да я даже меди рад буду…
Была у меня и ещё одна затаённая радость. Один из поселенцев пару дней назад попросил у нас кожу, нитки и иглу. И теперь вовсю корпел над сапогами. Дело шло не быстро, но обещало избавить нас от страшной муки хождения в меховых тапочках. Мало того, что жарко, так ещё и не сильно спасает – особенно, когда идёшь вглубь острова. Пока мы не достигли плато за равниной варанов, всё это было ещё терпимо. Но вот дальше начинался тропический ад!
Начать с того, что там растут самые настоящие тропические леса. И их ширину мы до сих пор не знаем – просто потому, что нам ещё ни разу не удалось пройти лес насквозь. В последний раз, когда я с «гвардейцами» штурмовал тропические заросли, мы прошлись только по краю. К счастью, рядом с Золотой был великолепный подъём. Сама речка спадала вниз каскадом из трёх водопадов. Но, пробивая себе путь, она обрушила часть склона – и нам хотя бы не приходилось карабкаться по отвесной стене.
Тропические леса на плато состоят, как им и полагается, из ярусов. На нижнем ярусе душно и темно. Зато он полон жизни. Не самой доброй и не всегда сытой, но жизни! Змеи, насекомые, птицы… Стоило нам продраться через подлесок, как мы оказались атакованы тучами мошкары и комаров.
– Бляха! – первым не выдержал Вислый.
– Муха! – вторил Толстый.
– Мы так долго не проживём! – заметил Вислый.
– И быстро вернёмся! – согласился Толстый.
– Но без шмоток! – добавил Вислый.
– А ну, тихо! – прикрикнул на них Борборыч. – Давайте все к реке! Будем илом обмазываться.
Помогло… Мы не перестали быть целью кровососущих и кускооткусывающих, но сухой налёт из ила им прогрызть было сложнее, чем нежную человеческую кожу. Вот только приходилось постоянно отмахиваться, чтобы мошки не попали в глаза и в нос.
Двигались мы, как пьяный матрос – зигзагами обходя густые заросли молодняка и бамбука. К сожалению, мачете нам не подогнали, вот и приходилось выискивать пути и возможности. В крайнем случае, всегда можно было воспользоваться берегом реки, но там приходилось дышать через раз, иначе назойливая мошкара совсем донимала. Ноги утопали то в иле, то в гнилой листве, а руки царапали ветки и острые шипы каких-то растений. В общем, боль, кровь и унижение… Не хватало лишь эффектного завершения позорного похода – которое и последовало чуть позже полудня.
Внезапно справа от меня раздался шорох и глухое ворчание. А потом встревоженный Борборыч закричал:
– Берегись!..
Но я среагировал уже на «бере…», резко развернулся и встретил нападающего в полёте.
Группа атакована кошкой – азиатский тигр земной!
Тигр ты или нет, но полтора десятка килограммов, разогнанные достаточно длинной деревянной рукоятью, которые прилетают по раскрытой пасти – это всегда больно и неприятно. Тигр выбрал целью не меня, а идущего впереди Барэла, но тот и повернуться не успевал, а у меня умение сработало само собой. С гулким «бу-бух!» тигр полетел в одну сторону, а Барэл – в другую.
Критический удар!
Вы нанесли кошке – азиатский тигр 971 урона
Жизнь азиатского тигра 11029/11000
Противник оглушён!
Оглушение – 15 секунд
Что называется, приплыли! Система услужливо высветила над катящейся полосатой тушей тридцать четвертый уровень и крайне высокую опасность для игрока. Впрочем, никто и не ожидал, что один из самых опасных хищников Земли будет лёгкой добычей.
– Оглушён-пятнадцать-сек-жизней-пятнадцать-ка! – скороговоркой выпалил я, бросаясь к противнику, пока тот не пришёл в себя.
– Близнецы, копьями его давите к земле! – приказал Борборыч.
Тигр откатился недалеко: всё-таки моя сила и вес дубины пока не могли сравниться с весом полосатой туши. Он ошалело крутил головой, пытаясь подняться на ноги, когда на него обрушился град ударов. Чтобы добить зверя, нам понадобилось десять секунд.
Вы убили азиатского тигра земного!
Вы получаете 1014 очков опыта (поделён между союзниками).
Набрано опыта – 41665/261498 очков!
– Эх! Так и не отомстил кошаку! – вздохнул Барэл, который после падения как раз успел встать на ноги и подбежать.
– Скажи спасибо, что тигры в норме одиночки, – заметил Дойч. – А то бы и тебе отомстить могли!
– Ну теперь точно назад… – заметил Тариг, приступивший к сниманию шкуры. – Скоро сюда все хищника из леса сбегутся.
– Бляха! – взвыл Толстый, резко отшатываясь в сторону.
– Муха! – вторил ему Вислый, отпрыгивая.
– Что это за …? – начал спрашивать Барэл, а потом дико заорал, хлопнув себя по ляжке. – Ах ты!..
– Барэл, а у тебя случаем на ос и шершней аллергии нет? – спросил Кадет, глядя на подвывающего здоровяка.
– Сука! Это заговор полосатых! – выл Барэл. – Как же больно, вашу машу в кашу! А-а-а!..
Все остальные с интересом склонились над поверженным мстителем. Тоже полосатым, кстати. И здоровенным! Сантиметров пяти длиной с оранжево-чёрной раскраской. Шершень не пережил меткого удара Барэля и теперь был неопасен. Я поднял унылый трупик и сунул в мешочек на поясе.
– Надо нашим показать.
– Азиатский гигантский шершень, – заметил Дойч. – У нас на Земле в Японии живёт. Жуть…
– Я умру на хрен! А-а-а! Отрубите ногу скорее! – оглашал окрестности неистовым рёвом Барэл, у которого свело укушенную ногу, отчего он разлёгся прямо на земле.
– Если аллергии нет – не умрёшь! – отрезал Кадет. – Но идти он не сможет… Скоро… Смотрите, какой шишак дуется!
На ноге несчастного росла шишка размером с кулак, грозившая в скором времени перейти в отёк по всей ноге.
– Тариг, заканчивай с разделкой, и уходим! – приказал Борборыч. – Филя, нам тащить товарища. Сам он не дойдёт.
– Может, носилки? – спросил я.
– Попробуем.
Пока мы организовывали носилки из деревянных кольев, которые близнецы прихватили в качестве запасных копий, Тариг снял шкуру, повытаскивал куски мяса и кинул серый шарик Дойчу. Тот всмотрелся в трофей и объявил:
– У кого есть парусный корабль? Кто хочет уметь им управлять? Никто?
– Харчику можно сбагрить, – отмахнулся я. – А лучше в запас.
В нашем тайнике в доме Кирилла было уже десять шариков. Первый – тот, который выпал из решашиарха – обещал сделать из любого человека отменного повара. Несомненно, умение полезное, да только не в нашем палеолитическом случае. Было ещё умение игры на каком-то вышронском барабане (знать бы ещё, как он выглядит!), было умение боя хвостом (ага, уже отрастил и научился!) и когтями (ну если только приклеить…).
Не обошла система вниманием и певцов, обещая поставить голос и связки (Плутону выдавать отказались, потому что будильник должен звенеть противно), умение оперировать пятизначными цифрами в уме (актуально же, умение приручать лошадей (и ещё, пожалуйста, карту с отметками, где искать мустанга!), умение самовоспламеняться (во славу Феникса!), умение остановки сердца (всю жизнь мечтал) и знание всех поз камасутры вместе с необходимой гибкостью (вот найду бордель и озолочусь!).
Остальные добытые шарики давали вполне себе полезные навыки, на получение которых многие были согласны. Портной, к примеру, научился нормально шить – и теперь искал умение бронника, собираясь стать важным и востребованным специалистом. Правда, почти всё из этого на нулевом уровне мы и так умели. А на прокачку требовалось много опыта! На первый уровень требовалось сто очков, на второй – пятьсот, а на третий – двадцать пять тысяч. Дальше пока, по понятным причинам, никто свои умения не прокачал. Но если продолжить аналогию, то было ещё непонятно, из кого и как выбивать шестьсот двадцать пять миллионов очков опыта. Тут бы сороковой уровень взять…
– Да как же больно! Не трогай, ять ты эдакая!.. – Кадет попытался дотронуться до места укуса Барэля и получил по шапке.
– Может, вырубить его… Чего он страдать будет? – поинтересовался Кот, красноречиво покосившись на мою булаву.
Вырубать не стали – пускай мучается. Если перестараться, то можно и совсем зашибить бедолагу. А сброс уровней до несгораемой суммы… Простите, до двадцатого уровня – это не самое лучшее, что можно было себе представить. Большинство игроков ничтоже сумняшеся болтались в районе двадцатого, периодически теряя всё нажитое непосильным трудом.
Нагрузившись костями, мясом и шкурой тигры – а также массивной тушей Барэля – мы устремились назад. Бегом, потому что из глубины леса приближались странные и подозрительные звуки. То, что их издавало, было определённо очень большим и хотело покушать. Так что испытывать судьбу мы не стали, храбро обратившись в бегство. Штурм леса снова закончился ожидаемо – полным провалом.
Пахнущий кровью и мясом отряд с постанывающим на носилках Барэлем спустился с откоса, миновал варанов, парочка из которых попыталась бежать за нами, но быстро отстала – и уже вскоре вышел к посёлку. Народ провожал нас заинтересованными взглядами, но с вопросами пока не лез. Барэл ругался, стонал и жаловался – нога у него раздулась раза в два. Я думал, первыми нас встретят Кирилл или Саша, но их всех опередила Бамбина.
– Что с ним?! – Почему-то она накинулась на ни в чём не повинного меня.
– Ему разбила сердце одна прекрасная девушка! – немедленно сориентировался я, но заметив нехороший прищур, решил не нагнетать. – Полосатый покусал…
– Тигр?! – Бамбина в ужасе указала на шкуру на плечах у Дно.
– Нет, хуже. Шершень….
Бамбина растерянно посмотрела на меня, на Барэля, а потом снова на меня.
– Ты сейчас пошутил, да? – тихо, но недовольно спросила она.
– Да нет, какие шутки! – возмутился я в ответ, доставая припасённое насекомое из кожаного мешочка на поясе. – Смотри, какой…
«Красивый и большой!» – это было продолжение, которое застряло у меня в глотке. Всё перекрыл многоголосый женский визг…
– Убери это! Сейчас же! – подскочила ко мне Ира, пытаясь зажать руками уши. – Ты вообще чем думаешь?!
Пожав плечами, я быстро спрятал трупик шершня в мешок.
– Злые вы… Такого красавца им показываю! – обиделся я уже всерьёз.
– Ладно, прости! – сдалась Ира. – Просто не доставай пока…
– Да что с вами такое? – спросил я, глядя, как Бамбина причитает над стонущим Барэлем.
Кадет пытался ей объяснить, что ничего страшного в укусе нет, и завтра все пройдёт – но девушка его явно не слушала. Надо же… Бравый «гвардеец» осаждал эту крепость долгие дни, но получал от ворот поворот. Получается, надо было сразу искать шершня и заставлять себя кусать! Неприступная крепость пала – и это было понятно даже Клопу, который вышел посмотреть, что здесь происходит.
– Ничего… – Ириного ответа я уже и не ждал, но он всё-таки последовал. Однако так ничего и не объяснил.
Вечером тайна раскрылась. Я всё-таки нашёл в себе силы принести морковку Ире, но у центрального костра её не застал. Она сидела на краю обрыва со стороны моря и целенаправленно напивалась.
– Кажется, я опять не вовремя, – заметил я, присаживаясь рядом.
– Филя, ты человек такой… Ты всегда не вовремя… Это просто надо принять и смириться, – ответила девушка.
– А ты алкоголем в глаза себя не плескала? – спросил я. – Или ты тут ревёшь втихую?
– А ты ничего не заметил? Например, что все девушки были расстроены? – спросила она.
– Я заметил, что вы третий день нервные и злые… А вот причину до сих пор не знаю.
– У всех девушек раз в двадцать восемь дней случаются такие дни… Особенные… Мы же не просто так у вас кожу просили…
– Оу! – вот тут до меня и начало доходить, какой момент все мужики упустили из виду.
– Да… Но особых дней нет и не будет. Сегодня вечером система высветила сообщение, что эта функция у женщин в игре не работает… Нет месячных, нет детей… Вот так…
– А ты хотела тут детей завести? – не на шутку удивился я.
– А я только тут и могла бы… – ответил Ира, всхлипнув. – Я очень надеялась… Тут же ноги отрастают. Так, может, и бесплодие моё поправили бы…
– Может, ещё и поправят? – спросил я. – Слушай, ну не вечно же будет игра длиться…
Ира не ответила, продолжая смотреть на море и прикладываясь к фляге.
– Ладно, морковку я тебе завтра принесу… – сказал я со вздохом. – Не грусти. Придумаем что-нибудь…
Вот только что? Я вдруг отчётливо понял, что кое-что всё-таки не понимаю. Положим, игра рано или поздно закончится. Однако вот вопрос: а отправят ли нас домой? Вернёмся ли мы когда-нибудь на Землю? Вот что я помнил про договор? Да ничего… Всё важное нам написали «мелким сеанским шрифтом». Всё, что мы читали на родных языках – не имело никакого смысла. Кто мешал вписать на том же сеанском, что мы все должны умереть в конце? Или, может, назад отправят только победителя, но куда тогда денут проигравших? А что если всё это никогда не закончится? Да только что я могу с этим поделать?..
С такими невесёлыми мыслями я и отправился спать.
Глава 3. Осторожно: хомяк!
Ночью пошёл дождь. Нет… Ночью пошёл душ!.. Тоже нет. Хляби небесные разверзлись этой ночью!.. Фигня… Кто не был под тропическим дождиком – тот не знает, что это за глобальная катастрофа.
День тридцать третий!
Вы продержались 32 дня!
Буль-буль!
Надо отдать должное домикам – они выдержали. В паре мест с потолка, конечно, капало, и на земляном полу скапливалась лужа. Но я свою лежанку уже давно поднял над полом сантиметров на пятнадцать, так что лужа мне была не страшна. А вот опустившаяся температура – это была беда…
Игрок: Федотов Ф.Л.
Жизнь: 1600/1600
Энергия: 1638/1640
Сытость: 79 %
Жажда: 87 %
Усталость: 53 %
Тепло: 35 %
За весьма короткое время потоки воды с неба успели охладить воздух настолько, что меня буквально трясло от озноба. И Иру трясло… Кстати, что она у меня дома делает?
– Извини, твой «склеп» был ближе всего… – виновато ответила она на удивлённый взгляд.
Если Ира вечером и напилась, то холодный душ быстро выбил хмель из головы.
– Да, теперь у меня тут и вправду «склеп». Холодненький! – согласился я, поднимаясь и выглядывая наружу.
Костёр ожидаемо потух. Однако не всё было потеряно! Лежащая рядом куча дров хоть и намокла по верхам, но нижние дрова ещё оставались сухими. И как раз сейчас близнецы доставали себе с самого низу те, что посуше. Набравшись сил и решимости, я тоже рванул под дождь: добывать дрова.
Вернулся я, ожидаемо, мокрый насквозь. Зато в руках у меня были относительно сухие толстые поленья. На полу, в центре, где было не так влажно, я начал разводить огонь, а Ира камнем отбивала тонкие лучинки, чтобы помочь костру разгореться.
Тепло: 28 %
Наша война с дубаком продолжалась ещё минут двадцать. Удивительно, что стимул может сделать с человеком. Это был мой личный рекорд по разведению костра трением деревяшек. Руки, правда, я в кровь стёр, но посплю – и всё пройдёт. Зато очень скоро в домике горел небольшой, но тёплый костёр. Вход я прикрыл специально приготовленной «занавеской» из травы. Дым же уходил через отверстие в крыше, прикрытое от дождя шапочкой из листьев.
– Покажи руки! – Ира пресекла мои вялые возражения, что «завтра пройдёт», и подвела к выходу. После чего заставила отмыть ладони и пальцы под дождём.
– Да зачем? – упорно не понимал я.
Ира обняла меня сзади, и внезапно ответ стал понятен. Просто у неё был план, в котором грязные руки – это лишнее. Как и одежда…
– Шумная ночка, красавчик! – выдохнула она мне на ухо. – Не хочу упускать такую возможность…
А уж я-то как не хочу!..
– Там у Кира есть серый шарик с позами из камасутры…
Ира решительно развернула меня к себе и заткнула губы поцелуем, чтобы лишнее не болтал и с настроя не сбивал. Я провёл руками по спине девушки, спускаясь всё ниже. Кожа у Иры была гладкая и на удивление мягкая. Девушка задрожала от прикосновений, и…
– В домике! – прошептали мы хором, вспомнив про очень полезную функцию.
Лежанку мы всё-таки сломали. Не была она приспособлена для того, чтобы на ней вот этим вот занимались… «Вот этим вот» тут вообще было негде заниматься! Всё насквозь просматривается и прослушивается – не в лес же ходить… Хотя и такое случалось: как-то мы случайно спугнули одну парочку во время рейда. Дождь лил полночи – и, думаю, мы с Ирой были не единственными, кто потратил это время с пользой. Во всяком случае, некоторые люди в посёлке утром выглядели, как минимум, невыспавшимися. Один только сбрендивший планетоид отличался завидным постоянством.
– Я птицею вниз улечу-у-у-у-а-а-а!..
Мы с Ирой проснулись раньше. Костёр, что обогревал нас, потух – и сквозь траву и листья в домик снаружи пробрался холод. Ира успела сбежать ещё до побудки – видимо, не хотела, чтобы кто-то узнал, где она провела ночь. Жаль… Девушка мне нравилась, но я понимал, что уж слишком я сложный для неё персонаж… Да и разница в возрасте у нас с ней имелась, и не в её пользу… Хотя какой тут в игре возраст?! Даже Саша успел омолодиться лет на пять…
Этим утром туман был ещё гуще, чем вчера. Он клубился даже на нашей возвышенности. Пляж и лес до самых крон скрылись в белесом мареве. Нижний посёлок тоже исчез из виду, но, судя по первым столбикам дыма, не захлебнулся в воде за ночь. Последние угли из моего костерка позволили разжечь большой костёр снаружи и согреться. И украдкой пробегающая из домика Барэла Бамбина, конечно, могла думать, что я был слишком занят розжигом, но Филя глазастый, Филя – всё видит…
Когда к костру вылезли дрожащие близнецы, я уже дожаривал мясо, нашпигованное морковкой.
– Опять морковь! – поморщился Толстый.
– Ну её зачем в мясо? – удивился Вислый.
– За витаминами! – наставительно сказал я. – Вам не надоело одно мясо есть?
– Нет!
– Никогда!
– Мы мясоеды!
– Овощефобы!
Близнецы не изменяли себе, а ведь взрослые уже люди…
Завтракали мы при ярком солнышке, решившем немного прогреть наш насквозь мокрый мир. Задумавшись, я смотрел на море – и только поэтому заметил плот Харчика, быстро идущий вдоль берега со стороны Лосевки.
– Так-так! – задумчиво проговорил я, привлекая внимание Саши и Борборыча.
– Так-так-так! – поддержал меня Борборыч. – Ну хоть своим ходом, а не голым через наш тотем…
– Спешат! – кивнул Саша. – Надо Киру сказать.
Он быстро доел остатки мяса и отправился к центру крепости, где обычно завтракал Кир.
– Чуют наши сердца! – проговорил Толстый.
– Что скоро будет весело! – закончил за него Вислый.
– Да лучше бы в рейд… – заметил Быга. – Мне от этих бандитов вообще не по себе.
Харчик вернулся не просто так. Плыл его плот даже ночью – и именно ночью, пытаясь укрыться от дождя, они обнаружили неподалёку бандитский лагерь. Всего в нём было порядка трёх-четырех сотен человек. Других подробностей в темноте видно не было. Отправившийся на разведку Паскаль принёс неутешительные новости – среди рабов в лагере был и ещё один торговец, отправившийся с первым караваном на север острова. Видимо, он успел оплыть вдоль берега до земель бандитов – и там-то им и попался. Вместе с новостями у Харчика пропала всякая надежда открыть торговлю, а заодно и необходимость плыть дальше. Торговцы развернулись и, не дожидаясь утра, рванули к нам в посёлок, не жалея сил.
Дожидаться прихода бандитского войска Харчик не стал. Погрузив оставленный на хранение товар, он спешно отчалил домой.
– Слушайте, там лбы не хуже ваших! – объяснил он. – Все за двадцатый уровень. Возьмут они вас!
– Посмотрим… – хмуро ответил Кирилл, хотя все понимали, что триста рыл нас быстро раскатают в блин.
Из нормальных бойцов у нас была готова всего сотня человек. Ещё человек пятьдесят могли в бою как-то помочь. Все остальные годились разве что для массовки. Как только торговцы отбыли восвояси, в посёлке началась спешная подготовка к приёму нежданных гостей. Ну а мне с моими «гвардейцами» предстояло отправиться в разведку и следить за врагом.
После завтрака мы выдвинулись в сторону Лосевки. Довольно споро добрались до места, где располагался посёлок, поднялись на лесистый мыс и проверили следующий пляж – там было пусто. Выдвинулись вперёд вдоль кромки леса, да так и шли, пока впереди не показался враг. Сначала небольшой отряд человек в двадцать, который выбрал подходящее место и принялся готовить лагерь – а потом подошли и основные силы. По нашим прикидкам, было их и впрямь почти три с половиной сотни. И ещё человек пятьдесят рабов, которые тащили поклажу, нагруженные как мулы.
Бандиты не торопились и никуда не спешили. В своих силах они были уверены, так что не собирались заниматься лишней беготнёй ради победы над нами. Видимо, наш посёлок эти ребята не воспринимали всерьёз. И немудрено – сколько бандиты уже задавили поселений? Вот и мы им не казались серьёзной угрозой. Думаю, по их мнению, всё наше отличие заключалось лишь в том, что нас было больше, чем наших невезучих предшественников. Медоеда с бандитами не было, и командовал бойцами какой-то здоровенный хрен в костяной броне.
Посмотрев и прикинув, что день в запасе у нас ещё есть, мой отряд тихо, но споро двинулся назад. Дойча и Дно мы оставили на мысу за Лосевкой, оборудовав им лёжку на дереве, чтобы они могли с удобством наблюдать за врагом. Сами, уже не особо скрываясь, прошли по пляжу и достигли Мыса.
Нижний посёлок разительно изменился. Большая часть домов и навесов переместилась в крепость, и туда же ушло большинство людей. Те, кто ещё не перебрался наверх, пока просто собирали вещи. А по склону холма прыгало несколько пушистых зверьков размером с кошку и с комплекцией хомяка.
– Опа! А это что за зверьё? – удивился Борборыч.
– Не знаю… Пошли посмотрим! – предложил я.
При нашем приближении животные не разбегались, а продолжали с меланхоличным видом пожёвывать травку, что-то вынюхивая. От них шёл какой-то странный слабый запах… Он не вызывал раздражения или отвращения, но совершенно не идентифицировался носопыркой. Выглядели животные и в самом деле как большие хомяки: две огромных щеки, явно набитых запасом травы, зоб под подбородком, полукруглые ушки и большие зелёные глаза. Тело покрывала густая мягкая шерсть. Ну просто прелесть…
Добрый хомяк
Уровень 25
Не агрессивен
– Название неродное! – догадался Кадет, присаживаясь рядом с одной из животин.
– Система, выведи изначальное название! – попросил я тихонько.
Т’ч’к’с’ныр Сурк’с’м Д’л’г’нисский
Уровень 25
Не агрессивен
– Ещё бы перевод… – пробормотал я себе под нос. – Ладно, пускай будет «добрый хомяк дологнисский».
– Ты там что, с призраками прошлого разговариваешь? – удивился Барэл.
– Пытаюсь откорректировать название, – признался я.
Добрый хомяк дологнисский
Уровень 25
Не агрессивен
– Зачем? – удивился Борборыч.
Я было открыл рот объяснить, но понял, что и сам не до конца понимаю. Вот просто так было надо… В тот момент я подумал, что в самом названии есть смысл – и смысл достаточно глубокий. Кто-то из нас, землян, уже встречался с этим хомяком и обозвал его по-своему. Система посчитала, что такое название удобно всем нам – и теперь неизменно его высвечивала. Вот только хомяки были не земными, а теми самыми дологнисскими – то есть инопланетными по самое не балуйся. И вот стоило ли от них ожидать привычного поведения? Название «добрый хомяк» сбивало с толку и заставляло воспринимать зверька именно как питомца. Но двадцать пятый уровень как бы намекает, что…
– Т’чк…т’чк… т’чк… – залепетало создание, рядом с которым мы стояли, поднимаясь на задние лапы и зажмуривая глаза. Оказывается, Кадет решился погладить зверушку по шерсти.
– Да так… – ответил я Борборычу. – Просто удобнее.
– Ясно… Так, Кадет, хватит руками трогать неизвестную живность! – строго приказал Борборыч. – Ещё подхватишь что-нибудь от него!..
– Да, папочка! – голосом дебила ответил парень.
Но это мы предусмотрительные и осторожные… А вот остальные жители Мыса оказались вовсе не такими! Когда в красноватых закатных сумерках мы прошли по мосту, оказалось, что в «крепости» этих тварей было уже штук пятнадцать. Вокруг каждой толпились женщины: гладили, умилялись и смеялись, а отовсюду неслось подозрительное:
– Т’чк…т’чк… т’чк…
– Народ, да вы что творите-то?! – возопил я с места в карьер. – Немедленно всех хомяков из крепости!
– Да ладно тебе, Филя! – крикнул Кирилл, подходя к нам. – Чего ты на них взъелся?
– Они же травоядные! – крикнул кто-то.
– Да откуда вы знаете?! – присоединился ко мне Борборыч.
– Так мы в пасть заглянули! Там особо зубов-то нет!
– Это не земные хомяки, ёпрст!.. – попытался я образумить людей. Во всяком случае, тех, кто меня слушал. Большинство предпочло проигнорировать «параноика» Филю.
Тем не менее, самые ярые любители живности успели возмутиться. И с нескольких сторон понеслись неодобрительные отзывы о нашей нелюбви к «бедным зверушкам». Подошла ко мне и Бамбина с хомяком на руках.
– Филь, прекрати! Смотри, какие милашки! – Она вытянула руки, протягивая мне пушистую милоту.
И в этот момент солнце мигнуло последний раз, превращая лёгкие сумерки практически в ночь. Благодаря Бамбине и болтающемуся прямо перед носом хомяку, я смог оценить метаморфозы, которые с ним произошли. Глаза резко изменили цвет, подсветившись красноватым. Пасточку он резко закрыл – и даже как-то поджал вверх, из-за чего нос у него сморщился, а на морде появился нехороший прищур. Из пушистых лап выскочили небольшие, но острые, как бритва, когти. Странный запах, источаемый зверушкой, резко изменился.
Что за хрень?!
Уровень 26
Опасность для Игрока: средняя
Не успел я дочитать системное сообщение, как зоб хомяка распахнулся на три части, обнажая пасть, полную острых клыков. Вместе с этим пушистая тварь отчаянно заверещала!
– Что?!
– Эй!..
– Ты чего?..
Увидев моё лицо, Бамбина, видимо, решила, что я решил обидеть её питомца. Она попыталась прижать зверя к себе, а тот извернулся и вцепился в её руку второй, плотоядной, пастью.
Вы (глупое стадо приматов!) атакованы умной стаей млекопитающих – Что за хрень?
Бамбина завизжала и начала трясти рукой, стараясь сбросить пушистую тварюшку. Барэл кинулся ей на помощь, но в тот момент, когда он в прыжке почти дотянулся до мохнатой тушки, девушка от боли взмахнула рукой, поднимая цель на недосягаемую для крепыша высоту. Барэл пролетел мимо и приземлился на пятую точку.
Вокруг царил форменный хаос. Крики боли, визг хомяков и женщин…
– Поднять мост! – орал Борборыч, успевший сориентироваться в обстановке. Из леса, не спеша, выползали сотни «чтозахреней?!» с горящими красными глазами.
Вместе с близнецами мы вцепились в брёвна моста, поднимая тяжёлую конструкцию. Несколько оставшихся за стенами человек кричали на бегу и отчаянно просили их дождаться.
