Лира Алая
Моя мама – боевой лекарь
Глава 1
– Уважаемый клиент, вас приветствует служба поддержки эмиграции в другие миры! Рады сообщить вам, что ваша заявка на воссоединение с семьей была принята! Если вы не Кьяра Эрт, то приносим извинения за неудобства. Проигнорируйте этот звонок.
Бодрый автоматический голос девушки продолжал вещать о чем-то наверняка важном, но я могла лишь тихонько всхлипывать. Наконец-то! Я ждала этого одобрения четыре долгих года. Четыре года, которые были наполнены постоянной тревогой, бессмысленным сожалением и затухающей надеждой.
Четыре года назад я подписала согласие на переселение моего сына – Кайдена Эрта – в другой мир по программе «Спасение жизни». Именно тогда у моего сына выявили неизлечимую болезнь, которая привела бы к мучительной смерти в течение года или двух. Неизлечимую в нашем мире, на Земле, но не в другом.
Другие миры были открыты более десяти лет назад, но переселиться в них было очень трудно: большое количество эмигрирующих граждан вызывало бы дисбаланс, что могло привести к природным катастрофам. Поэтому правительство взяло под контроль перемещение и строго регулировало его. К тому же, иногда миры настолько разнились, что некоторые были абсолютно непригодны для проживания людей не только по климатическим условиям, но и из-за особенностей менталитета местных жителей.
Чтобы попасть из нашего мира в другой, нужна была веская причина. Например, возможность избежать смерти, как у моего сына.
Если причина считалась недостаточно серьезной, то можно было встать в очередь на переселение. Например, для того, чтобы жить вместе со своим ребенком в другом мире, нужно было прождать несколько лет.
Я до сих пор не могла забыть тот шок, когда представители власти сообщили мне, что я не смогу отправиться вместе с моим больным восьмилетним сыном. Кажется, что это произошло буквально вчера, когда я вышла из палаты сына в больнице, а меня ждали два представителя из службы поддержки эмиграции в другие миры.
– Что вы, Кьяра Эрт, не переживайте так, – притворно-сочувственно говорил тогда мужчина в идеально сидящем костюме, который даже на мой неискушенный взгляд казался очень дорогим. – О вашем сыне там обязательно позаботятся, он не первый ребенок, которому приходится отправляться в другой мир одному.
– Но… но ему всего лишь восемь, – я могла лишь растерянно шептать. До того, как болезнь выявили, я больше года моталась с сыном по разным больницам, пытаясь понять, почему ему плохо, параллельно работая. Мои моральные и физические силы были на пределе, потому быть уверенной и решительной в момент диалога с властями совершенно не получалось. Да и, если бы получилось, результат остался бы прежним. – Он болен, ему трудно общаться с людьми после того… после того, как отец нас бросил. Он очень замкнутый мальчик, как он… И это же другой мир, абсолютно другой мир, где все будет иначе! Мало ли, какие опасности его будут ждать?
– Кьяра Эрт, мы не можем отправить сразу двоих людей. Нам приходилось разлучать с семьей и трехлетних малышей. Врата перемещения – вещь хрупкая. Если мы не будем строго контролировать, кого отправлять в другие миры, то рано или поздно они сломаются. И у таких детей, как ваш сын, не будет шанса на излечение, – со мной заговорил второй мужчина. Его холодный спокойный голос был куда лучше, чем лживый первого. – К тому же, мир магический. Детям обычно нравятся такие миры, уважаемая Кьяра. Этот мир во всем похож на наш, при перемещении детей мы особенно внимательны, так что волноваться не стоит. Там будет интересно, спокойно и безопасно. А главное – ваш сын получит шанс на полноценную и длительную жизнь. Вы же понимаете, что…
Мужчина на секунду замялся, явно не зная, как выразить то, что выбора нет.
– У меня нет выбора, – закончила я за мужчину. – Если он пробудет здесь еще немного, то умрет.
– Верно. Но вы сможете подать заявку на эмиграцию для воссоединения с вашим сыном сразу же, как только подпишете согласие на его перемещение в другой мир. Потом у вас будут еще сутки, чтобы объяснить ему все. Но, как я уже понял, он удивительно разумный ребенок для своих лет. Когда ему позволили выйти из палаты, он сразу спросил, не к нему ли мы в гости. Поэтому, уважаемая Кьяра, вам останется лишь подтвердить его догадку.
Да, мой сын и впрямь был умен. Как бы я не скрывала свои эмоции, он все заметил и осознал, что его болезнь очень серьезна. Да и врачи с медсестрами не скрывали сочувственных взглядов.
Поэтому я подписала договор. Быть в разлуке с ребенком очень трудно, но наблюдать, как он умирает, потому что ты боишься отпустить его, как он умирает по твоей вине, – это было бы поистине невыносимо.
Но я дождалась! Вытерев (точнее, размазав) беспрерывно текущие слезы тыльной стороной руки, совершенно отвратительно шмыгнув носом, я зашарила по туалетному столику, выискивая салфетки. Глаза все еще застилали слезы, и я практически ничего не видела, так что на ощупь было быстрее. Вытерлась и посмотрела в зеркало – этого и следовало ожидать: красный нос, опухшие и заплаканные глаза, но вид счастливый почти до безумия. Нет-нет, в таком виде я не могу показаться на глаза службе эмиграции – еще заставят психолога проходить перед отправкой. Хотя, если я правильно помню, перед отправкой одобрение этого специалиста все равно необходимо.
Быстро приведя себя в порядок, я схватила сумку с документами, ключи от машины и вылетела из своей квартиры. Даже если мне предложат прямо сейчас отправиться на встречу с сыном, то этого хватит: при перемещении в другие миры нужно было брать исключительно себя. Все другие вещи запрещены.
Осталось только уладить формальности, и я смогу впервые за четыре года обнять своего сына. Как он там? Как выглядит? Кто за ним присматривал все это время? Смог ли он справиться со своей болезнью?
Хотя, конечно же, смог. Его отправили в мир второго класса, где господствовала магия, где не было войн между людьми, а за детьми было кому присмотреть. По крайне мере, так мне сказали агенты из соответствующей службы. И у меня не было никаких причин им не верить. Наше правительство действительно заботилось о своих людях, прилагая максимум усилий, чтобы сохранить здоровье и обеспечить комфортную жизнь. Поэтому я была уверена, что с моим сыном обязательно все будет хорошо. А когда мы будем вместе, то еще лучше!
В машине мне пришлось сделать пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться и попасть ключами в замок зажигания. Как я не превысила скорость, как не врезалась во что-нибудь, как смогла затормозить на красный, а не мчаться быстрей? С трудом, с огромным трудом. Лишь понимание, что спешка может стоить жизни, как-то сдерживало меня.
Подспудная паника, не ошибка ли межмировой эмиграционной службы этот звонок, ушла лишь тогда, когда я села в кабинете курирующего мою отправку агента. Светлое помещение, заставленное растениями, удобное мягкое кресло, вежливый и совсем не строгий и холодный специалист – все это никак не наводило на мысль, что я в государственном учреждении.
– Кьяра, у меня будет несколько вопросов, – вежливо сказала миловидная девушка в очках. – Это формальность, но необходимая.
– Да, конечно, – ответила я, добавив: – Но сейчас все мои мысли о том, что скоро я увижу сына. А еще о том, как мне его искать в другом мире. Простите, если буду невнимательна.
– Ему сейчас двенадцать, верно? – вежливо улыбнулась девушка. – Для облегчения поиска в другом мире вам будет выдан специальный предмет. Он будет указывать на ближайшего кровного родственника, который там находится. В том мире, где сейчас проживает ваш сын, никаких других родственников нет, поэтому проблем с поиском не возникнет, можете не волноваться.
Я облегченно выдохнула – этот вопрос волновал меня больше всего.
– К сожалению, я не могу рассказать вам о новом мире, даже с учетом того, что вы скоро отправитесь. Но вам абсолютно не о чем беспокоиться. Этот мир абсолютно идентичен нашему, разница лишь в наличии магии. О магии вам расскажут по прибытии, со всем остальным вы сможете разобраться самостоятельно. Разумеется, вас обеспечат всем необходимым на несколько месяцев – деньгами, предметами первой необходимости. Это позволит вам спокойно жить, пока вы не сориентируетесь в новом мире, – сказала девушка. – Но перед отправкой нам нужно решить вопросы в нынешнем мире. Вы указали в нашей анкете, что желаете попасть в другой мир как можно быстрее, верно? – спросила девушка и, дождавшись моего подтверждения, продолжила: – Есть ли у вас родственники и близкие в этом мире? Нужно ли нам сообщить о вашем перемещении?
Я неловко улыбнулась. В этом мире моим единственным родным человеком был мой сын.
– Нет, никого.
– А ваш муж?
– Бывший муж, – поправила я девушку. – Я не поддерживаю с ним связь. Пара близких друзей, коллеги на работе – им можете сообщить, если вас не затруднит.
Но тратить время и прощаться я не собиралась. Меня в этом мире и впрямь ничего не держало, я уже четыре года жила ожиданием сегодняшнего дня.
– Все ваши деньги, недвижимость и прочее имущество в новом мире вам не понадобятся. Как вы желаете с ними поступить?
– Отправьте все на благотворительность, – ответила я.
– Хорошо, тогда распишитесь, – агент положила передо мной кипу распечатанных бумаг, а потом понимающе улыбнулась: – Желаете отправиться прямо сейчас?
– Да, конечно! – я оторвалась от бумаг, на которых расписывалась, и с надеждой посмотрела на девушку. Так быстро? Уже можно?
– Тогда закончим с бумагами – и сразу. К счастью, вам не нужно проходить психолога и адаптолога, поэтому будет быстро, – сказала агент, но, поймав мой недоуменный взгляд, пояснила: – Агент имеет право решить, необходима ли консультация специалиста перед отправкой. Вам она не нужна. За все время работы я еще не встречала того, кто настолько уверен в своем решении переехать в другой мир. Психологически вы готовы более чем полностью. Что касается адаптолога, то здесь ситуация такова, что мир, в который вы отправитесь, признан похожим на наш на девяносто процентов, потому консультация не нужна.
Когда мы закончили со всеми формальностями, девушка провела меня через запутанные коридоры в широкое просторное помещение. Только когда я увидела на потолке огромный сияющий желтым портал, то почувствовала легкую тревогу. Но не от того, что попаду в другой мир, а потому что все вокруг казалось мне нереальным. Это ведь не сон?
– Вы готовы? – поинтересовалась мой агент. – Сейчас вы подойдете и встанете на платформу, выделенную красным цветом, видите? Она ровно под сияющим кругом на потолке. Как только я дам команду нашим специалистам, они загрузят данные для вашей телепортации. Платформа под вами загорится желтым. За несколько секунд до отправки она станет зеленой. Рекомендую закрыть глаза. И приятного вам путешествия.
– Спасибо, – совершенно искренне поблагодарила я, а потом уверенно направилась к платформе, впиваясь ногтями в ладонь. Боль была. Это реальность, реальность, я действительно скоро встречусь с сыном!
Красный, желтый, зеленый. Я не закрыла глаза. Вспышка, белый свет. Белое пространство.
Голографическое окошко перед глазами с надписью, которую озвучил приятный голос:
– Система поддержки героев приветствует вас в мире Линерос! Пожалуйста, выберите ваш класс!
Глава 2
– Я уже закончила школу, – неловко сообщила я. Конечно, я выглядела чуть моложе своего возраста, но не настолько же, чтобы меня приняли за школьницу?!
– Вам нужно выбрать класс героя, которым вы хотите стать, – произнес механический голос. – Вам требуется больше информации для принятия решения? Хотите узнать историю мира Линерос и пройти краткий курс обучения? В случае вопросов, прошу задавать. Меня можно называть системой.
– Да, – не стала отнекиваться я. – Меня зовут Кьяра, весьма приятно.
Конечно, мне не терпелось увидеться с сыном, но если я ничего не буду знать о новом мире, как я его найду? К сожалению, не было никакой возможности добыть хоть каплю информации о мире, куда отправляли моего сына. Правительство тщательно оберегало тайны других миров. Каждый раз, когда кто-то пытался узнать о том, как живется его родственнику в другом мире, правительство ссылалось на межмировое соглашение: никто, кроме определенного числа людей, занятых в этой сфере, не мог получить подобные сведения.
Делалось это для того, чтобы никто не догадался о реальной силе людей в других мирах, об уровне магии или военного вооружения. Так пытались исключить возможность незаконного перемещения воинственных группировок и случайного порабощения мирных миров. Единственное, о чем мне рассказали: мир моего сына был магическим и безопасным. Но об этом я сама догадалась, зная о болезни, уровне нашей медицины и том, как правительство заботится о детях.
Мне не дали подумать о своем, система заговорила. Причем этот рассказ напоминал начало то ли книг жанра фэнтези, то ли компьютерных игр, в которые время от времени играл мой сын.
– Мир Линерос всегда был мирным. Светлая энергия, текущая по всему миру, делала земли плодородными, реки полными, а жителей здоровыми. Но несколько сотен лет назад в этот мир пришла тьма. Она отравила часть земель, создала порождения без души и чувств, начала войну против людей.
– Какую такую войну?! – я перебила без капли стеснения. – Мне говорили, что мир такого уровня должен быть без войн!
– Чтобы получить класс второго уровня, достаточно того, чтобы люди и другие существа, обладающие душой и чувствами, не воевали. Порождения тьмы – это существа без души, совести и правильного восприятия мира.
Я побледнела. Моего сына отправили в мир, где кто-то воюет? Не в безопасное место, а туда, где он мог умереть?! Когда я поняла, что ноги меня не держат, рядом со мной неожиданно появился стул. Прежде чем я смогла задуматься, откуда этот стул взялся в пустом белом пространстве, что-то похожее на плотный ветер подтолкнуло меня к этому стулу. И я опустилась без сил.
– Огромная просьба от системы поддержки героев – не перебивать систему. Ваша чрезмерная реакция вызывает проблемы, хотя системе безмерно приятно, что будущего героя так волнует судьба этого мира.
Да кого волнует судьба этого чертового мира?! Пусть хоть с ног на голову перевернется, там мой сын! И меня волнует только его судьба! Я хотела это сказать, но шок от новости такого плана до сих пор не прошел, а система продолжила:
– Чтобы противостоять тьме и ее порождениям, свет избрал героев, наделил их силой и позволил сражаться с порождениями тьмы. Около сотни лет назад герои собрали свои силы и уничтожили бо́льшую часть войск тьмы, прекращая войну. Однако саму тьму окончательно убрать из мира Линерос невозможно: слишком глубоко она проникла. Потому Линеросу нужны герои, которые будут бороться с остатками порождений! Мы рады приветствовать вас как нового героя мира Линерос!
– Значит, сейчас там нет войны? – спросила я, чувствуя, как дрожат мои руки. Ведь именно этими руками я подписывала договор-согласие на отправку своего ребенка в этот мир.
– Все верно. Линерос – прекрасный безопасный мир, где свет озаряет всех. Природа великолепна, поля плодородны, правители великодушны. Столкновения с порождениями тьмы есть, но в них участвуют только подготовленные и давшие на это согласие люди. Эти люди собираются в команды, где каждый выполняет свою роль. Выбирая нужный класс, вы выбираете ту роль, которую будете выполнять в команде при сражении с порождениями тьмы! – бодро вещала эта система, как будто сражения – это предел мечтаний. А ведь вначале голос был механическим и совсем безэмоциональным.
– Я не могу отказаться от выбора класса героя? – спросила я. – Если я выберу какой-нибудь класс, мне обязательно во всех этих сражениях участвовать?
– Выбор класса обязателен, участие в сражениях – ваше решение, – голос системы потерял треть своей восторженности. – Рассказать вам про классы и их роль?
– Нет, просто присвойте мне любой класс и отправьте в новый мир, – сказала я. Какая разница, какой у меня класс, если я не собираюсь во всем это участвовать?
– Как насчет танка? Этот класс нужен для того, чтобы порождения тьмы не навредили остальным членам команды. Он принимает на себя все удары от врагов.
– А можно подробнее? Как это принимает? – спросила я. – Он становится перед врагами и дает себя бить?
– Можно и так сказать. Благодаря тому, что враги бьют танка, другие члены команды остаются целы и здоровы! Танк – очень важный участник команды.
Так, все-таки есть разница, какой класс героя мне присвоят. Боже, я не хочу, чтобы мой сын решила, что его мама настоящая… мазохистка! Неужели кто-то всерьез выберет это?! Гадость какая-то…
– А есть что-нибудь другое? – спросила я.
– Никто не хочет быть танком, – грустно вздохнула система. – Лекарь?
– Да, отлично, – тут же согласилась я. Мысли вертелись в голове с огромной скоростью. Лекарь – это отлично, это превосходно. Правительство сказало мне, что отправляет моего сына в безопасный мир, но мир не настолько и безопасен. Что, если они наврали мне и про его излечение от болезни? Что, если…
– Системе бы очень хотелось, чтобы вы проявляли больше интереса к вещам, которые определят вашу судьбу, – сказала система. – Возможно, я смогу что-то сделать, из-за чего ваш интерес повысится?
– Да, – это ведь шанс! – Можете ли вы определить, находится мой сын Кай в этом мире и что с ним сейчас?
– Дайте мне пару минут. Я вычислю родство и соответствие с именем, – ответила система, замолчав. – Отчитываюсь. Герой Кайден, двенадцать лет, лучник. Жив и здоров.
– А где он сейчас, что делает? – я спросила шепотом, хотя мне хотелось кричать. Главное, не начать плакать. Спасибо, боже, спасибо. Это все, что мне нужно было знать. Он здесь, он жив, я его скоро увижу.
– Местонахождение: тропа сражений. Текущее занятие: сражение с порождениями тьмы.
– Сражение? Разве вы не говорили, что сражаются лишь подготовленные люди? Он же ребенок! Отправьте меня к нему! Я ведь смогу ему помочь? У вас получится меня отправить?!
– Да, вы сможете ему помочь. Лекарь – абсолютно необходимый класс, благодаря своему оружию вы сможете противостоять порождениям тьмы. Отправить могу, но не сейчас. Вы не завершили стандартное обучение, предусмотренное для героев из другого мира.
– Оно мне не нужно, просто отправьте меня к моему сыну, – взмолилась я.
– Обучение входит в стандартный пакет программы для героев из иного мира. Мы не имеем права пропускать его. Это требование вашего правительства, которое есть в межмировом соглашении. Нарушение приведет…
– Тогда, пожалуйста, быстрее меня научите! – перебила я словоохотливую систему.
Я больше не могла ждать ни минуты. Беспокойство овладело мной, в голове сидела мысль: мой сын сражается? Почему мой двенадцатилетний сын сражается? Это же полный абсурд! Он ребенок, он должен играть, читать или заниматься тем, что любит.
– Хорошо, я запущу краткий вариант обучения. Ваш класс – лекарь. Следующим пунктом вы должны решить по поводу вашей внешности…
– Оставьте все как есть, – попросила я.
– Хорошо, выберите вашу одежду…
– Извините, я в этом ничего не понимаю, можете ли вы быстро подобрать все на свой вкус? – взмолилась я, вскакивая со стула, потому что не могла усидеть. Внешность, одежда – все это абсолютно бессмысленно.
– Хорошо, – тяжело вздохнула система, будто я была самым нерадивым гостем, который ей встречался, а потом эмоции из голоса полностью ушли, оставив лишь механический вежливый тон: – Я подберу максимально полезное снаряжение, чтобы компенсировать ваши недостатки. Анализирую личность. Женщина, тридцать четыре года, рост сто семьдесят сантиметров, телосложение худощавое, пропорциональное, русые волосы, зеленые глаза. Изменения внешности – минимальные, корректирую под мир. Характер: ответственная, заботливая, решительная, эмоциональная. Отмечена положительная для героя особенность – повышенное стремление к справедливости. В качестве награды выбираю особое оружие – «посох милосердия». Отмечена отрицательная для героя особенность – отсутствие амбиций и стремления прославиться. Для компенсации недостатка подбираю фамильяра – «амбициозный енот». Анализ завершен, новый герой получил полный комплект. Поздравляю!
– А теперь вы меня отправите? – не выдержала я.
– Пожалуйста, чем вы меньше будете перебивать систему, тем быстрее мы завершим все необходимые процедуры, положенные по соглашению с вашим миром. Ваше правительство позаботилось о вас, указав эти пункты. Будьте благодарны.
– Хорошо, извините, – повинилась я, беря себя в руки. Я понимала, что веду себя неразумно. Но и разумно не получалось: эмоции от предстоящей встречи были столь сильными, что впервые за свою жизнь мне казалось, что я полностью потеряла свой ум.
– Вы – лекарь. Ваша основная способность – это исцеление. Чтобы исцелить кого-то, вы должны вслух или про себя произнести слово «исцеление» и подумать о человеке, которого хотите вылечить. Это основное заклинание, которым вы будете пользоваться. Все остальные заклинания вы можете изучить в школе лекарей в одном из главных городов этого мира. Амулет, который будет на вашей шее, – это пространственная сумка. Коснитесь его левой рукой – и вы увидите содержимое. Сейчас в вашей сумке есть предметы и немного золота. Это подарок от меня перспективному будущему герою этого мира. Также лежит предмет, переданный из вашего мира.
Из моего мира? Это то, что помогло бы мне отыскать сына в новом мире? Потом посмотрю.
– Что-то еще? – спросила я у системы, которая резко замолчала.
– Из основного все. Минимальные договоренности соблюдены. Все остальные вопросы вы можете задать вашему фамильяру – амбициозному еноту. Фамильяр – это помощник, который будет сопровождать вас в новом мире. Он с удовольствием все расскажет или покажет: от того, как обращаться с вашим посохом, до того, как сражаться с порождениями тьмы. Фамильяр сможет помочь вам сориентироваться даже в момент сражения, пожалуйста, полагайтесь на него. Начать перемещение в мир Линерос?
– Да. Если можно, то поближе к моему сыну!
– Это возможно, – ответила система. – Но есть определенный уровень погрешности до полутора километров. Закройте глаза.
В этот раз я послушалась: зажмурила глаза. А потом поняла, что уже в другом месте. Пространство, где я была только что, казалось безликим: ни звука, кроме голоса системы, ни ветерка, ни какого-либо запаха, никаких красок.
Сейчас же дул легкий ветер, шум живого мира наполнял пространство. Я открыла глаза и едва не охнула: красиво! Небо, усыпанное звездами, верхушки деревьев. Я привстала, с удивлением отмечая, что лежала на голой земле. Осмотревшись вокруг, я поняла, что нахожусь то ли в лесу, то ли в роще. И куда теперь идти? Мой сын находится где-то неподалеку, но где? У кого спросить, если здесь безлюдно? О, система говорила про помощника.
– Амбициозный енот? – позвала я, чувствуя себя очень странно: имя у моего фамильяра, конечно, специфическое!
– Да, хозяйка? – перед моим лицом появился милый-премилый маленький енотик с крыльями.
– Здравствуй, – сказала я.
– И вам! Я так рад, что вы позвали меня! – возвестил енот. – У вас есть вопросы? Или мы можем сразу приступать к делу?
– К какому делу? – не поняла я.
– Как к какому? К тому, которое приведет вас к славе, величию и богатству! Скажите, что я могу для вас сделать? Превратить вас в генерала? Сделать королевой? А может, сразу по-крупному – захватить весь мир?
Глава 3
– Мне нужно найти моего сына, – прервала я речь енота, вставая и отряхиваясь от налипших на одежду травинок и сучков. – А не захватывать весь мир.
– Но как же… – енот уставился на меня как на седьмое чудо света, а потом робко добавил: – Может, тогда хотя бы королевство? Даже небольшое!
– Сначала помоги мне найти моего сына, – попросила я. – Система сказала, что он на какой-то тропе сражений. А потом уже подумаем, что и где захватывать. Знать бы только, где эта тропа.
– Это туда, – енот лапкой ткнул в левую сторону, после чего взлетел и уселся у меня на плече.
На удивление, вес у моего помощника был небольшим – никакого неудобства я не ощущала. Куда больше меня беспокоила моя одежда: странное платье из плотной ткани пусть и хорошо сидело, но сильно отличалось от любимых мною брюк. Ходить в этом по лесу было неудобно.
Я пошла в указанном направлении, чувствуя себя довольно неловко.
– Нам еще долго идти? – спросила я у енота.
– Не меньше десяти минут, – отчитался помощник. – Может, у хозяйки будут какие-нибудь вопросы? Например, что нужно сделать, чтобы стать известной уже через месяц после прибытия?
– Ты живой? – спросила я у енота, аккуратно потрогав рукой спину фамильяра. Мягкая и пушистая шерстка, под моей ладонью чувствовалось тепло.
– Конечно, живой, – обиделся енот. – Никогда не встречали енотов-летунов? Мы, между прочим, весьма ценные экземпляры, которые всегда приводят своего хозяина к славе и успеху! Я знаю, что вы из другого мира, но такого же быть не может, что мой прекрасный и поразительно успешный род не существовал в других мирах!
– Никогда, – ответила я. – В моем мире нет ни говорящих енотов, ни магии, ни всего этого.
– Правда?! – воскликнул енот, а потом слетел с моего плеча, зависнув на уровне моего лица, радостно потер лапки и заявил: – Это прекрасная новость! Чудесная, роскошная новость!
– И чем же она такая чудесная? – спросила я.
– Тем, что у меня целая куча работы! Хозяйка, я могу вас сделать героем с самого-самого нуля! Буквально из ничего! Моя еночья гордость трепещет в предвкушении! Хозяйка, хозяйка, у вас же есть много вопросов, да? Может, есть что-то, что вы хотите изменить при помощи магии?
– Что я хочу? – спросила я, вздыхая. – Можно ли сменить это ужасное длинное платье при помощи магии? В нем ужасно неудобно.
– Эм, хозяйка, если мы идем к тропе сражений, то это платье ни в коем случае менять нельзя! Оно является вашей защитной экипировкой и частично защитит вас от порождений тьмы. Все платье пропитано энергией света. Когда на вас будут нападать порождения тьмы, ты это платье будет действовать как барьер.
– То есть, пока я в этом платье, то порождения тьмы не смогут меня тронуть?
– Смогут, но тут все зависит от силы порождений. Против слабых порождений этот костюм довольно эффективен! Разумеется, ваше платье будет частично повреждено, если кто-то на вас нападет, но главное, что вы сами останетесь целы.
– Значит, если это платье можно повредить, то должно быть что-то на замену, верно? Что-то более удобное? – спросила я. – Покороче или с брюками?
– Хозяйка, вся боевая форма лекарей выглядит приблизительно одинаково, – вздохнул енот. – И имеет способность к самовосстановлению. Вам должны были рассказывать, что тьме этого мира противостоит свет. И свет заботится о своих героях. Он не только восстанавливает их броню и оружие, но и помогает исцелять самые страшные раны. К тому же, благодаря свету вам будет очень трудно погибнуть.
Енот продолжал вещать, но я слушала его вполуха. Слишком много информации, я еще даже не могла привыкнуть к тому, что шла и разговаривала с говорящим енотом! Что уж говорить о том, что там делает свет, или как может защищать от порождений обычное тряпичное платье. Ладно, не совсем обычное: ткань отличная, сидит как влитое. Но это же платье! Как оно поможет мне пережить атаки?!
Лес закончился так внезапно, что я на секунду приостановилась, оглядывая округу. Огромное поле колосящейся пшеницы казалось совершенно иррациональным после густого леса, а вытоптанная дорожка, шириной с улицу, не добавляла пейзажу достоверности.
А потом я заметила одинокую фигурку в плаще с капюшоном. Я не видела ни лица, ни телосложения – ничего, лишь то, что у этого человека был в руках лук, который напоминал по виду тот, который давным-давно использовали индейцы. Но я была уверена, что это мой Кай! Невозможно объяснить логикой то, что чувствует материнское сердце при встрече – долгожданной встрече со своим ребенком.
– Кай! – крикнула я, ускоряя шаг.
Сбоку что-то пытался говорить енот, но я отмахнулась от него, как от надоедливой мухи, и еще громче крикнула:
– Кай!
Какой шаг? Я побежала так, как не бежала никогда. Я выкрикивала имя сына, не обращая внимания на происходящее вокруг. Когда оставалось меньше метра до человека, он повернулся.
Удивленный взгляд, непонимание, но потом мелькнуло узнавание, неверие. На меня смотрели как на призрак, как на галлюцинацию или что-то нереальное, что не может существовать в этом мире.
А я без капли сомнений бросилась к моему сыну – повзрослевшему, подросшему на сантиметров пятнадцать, если не больше, с чуть отросшими волосами, серьезным взглядом – и заключила в объятия.
– Кай! Кай! – я обнимала растерянного сына все крепче. Я не плакала, но была близка к тому, чтобы зарыдать.
– Мама? – робко спросил мой сын.
Как мне не хватало этих слов! Так сильно, так отчаянно, что я больше не могла себя сдерживать и всхлипнула, расплакавшись.
– Я, я здесь. Мама рядом, – шептала я, вцепившись в сына.
Рядом что-то орал енот, причем так истошно, что его голос даже пробивался в мой затуманенный счастьем разум, но я была не в силах различить ни одного слова. В моих объятиях Кай зашевелился сначала робко, потом все сильнее.
– Мама! Отпусти меня!
– Прости, прости, пожалуйста! – взмолилась я. – Я понимаю, что ты уже взрослый и стесняешься, но позволь своей маме еще немножко обнять тебя. Я так скучала!
– Да не в этом дело, ма! Нас тут сейчас прибьют, если мы продолжим стоять как истуканы!
– Кто прибьет? – растерялась я.
– Хотя бы вон тот двухметровый волк, который несется сейчас на вас, хозяйка! – рявкнул енот. – Посох, посох доставайте!
Мой одуревший от радости мозг, наконец, заработал нормально. Система же сказала, что мой сын сражается. Он сражается с этим?! С двухметровым черным волком, который несется в нашу сторону, пасть которого может запросто вместить и меня, и Кая, и там еще место останется?
– Бежим! – рявкнула я, хватая сына за руку и направляясь в сторону леса. До него было не так далеко, так что шанс спастись пусть и небольшой, но был. В любом случае, я могла отправить сына вперед, а сама попытаться отвлечь волка.
– Мам, подожди! – взмолился Кай, которого я тянула как на буксире. Спасибо моему увлечению спортом, бежала я быстро и без проблем.
– Посох, посох возьмите, – кричал енот.
– На черта мне посох, когда нужно убегать? – огрызнулась я, продолжая тянуть Кая в сторону леса. – Чтобы было обо что споткнуться?!
– Да постой, мам! – воскликнул Кай. – Мы не убегать должны, мы ловить этого волка должны!
– В каком смысле… ловить? – спросила я. Мелькнула ужасная мысль, что мой сын тронулся умом, но тот выглядел вполне адекватным.
– Это порождение тьмы, я герой, который охотится на этих порождений! Не нужно убегать, нужно с ним разобраться, – сказал сын, вырвав свою руку. А после он взял и… помчался навстречу волку.
– Хозяйка, посох! – взмолился енот.
– Достань его, бегом, – рявкнула я, пытаясь догнать сына, который почему-то двигался с такой скоростью, что его плащ казался размытым пятном! Это магия?
– Держите, хозяйка.
Что-то рядом справа сверкнуло, а в моих руках оказалась длинная тяжелая деревянная палка, на конце которой сиял кристалл. Тяжелый кристалл. Прекрасно, прекрасно, чем тяжелее, тем лучше, если с разбегу и размаху…
– Слушайте меня, хозяйка, я научу вас правильно сражаться, – скороговоркой шептал мне на ухо енот. – Вы незаменимый член команды. Пока остальные сражаются, вы должны приблизиться к своим соратникам на расстояние, с которого вы можете отправлять заклинания исцеления… Нет, хозяйка, что вы делаете, слишком близко, вы должны держаться на безопасном расстоянии!
Ага, как бы не так! Кай присел в траве, целясь из лука, а чудовище неслось прямо на него. И я должна держаться на безопасном расстоянии?!
– Хозяйка, вы несетесь прямо на волка! Вы лекарь, лекарь, это плохая идея! Так не делается!
Как будто мне было важно, как это делается. Я просто бежала так, чтобы встать между волком и моим сыном! Я со всей силы замахнулась посохом и ударила по башке несущегося мне на встречу волка, отчего тот ошалело сел на задницу, тряся головой. Главное в этом деле – не останавливаться, пока эта животина не очухалась. Не раздумывая особо, я стукнула волка еще раз, а потом еще раз. Особо эффекта это не произвело: почему-то ни крови, ни каких-либо повреждений я не заметила. Зато, скорее всего, умудрилась этого волка оглушить.
– Мам, в сторону! – крикнул Кай.
Я инстинктивно двинулась влево, и сразу же волка поразила стрела, от которой исходил яркий белый свет. Волк рухнул на землю, а потом начал медленно исчезать, словно пена в ванне. Я облегченно выдохнула, но на всякий случай огляделась по сторонам: мало ли что еще вылезет. Тишина и спокойствие, словно не было этой маленькой схватки.
Я в три шага приблизилась к Каю, намереваясь сказать ему все, что я о нем думаю, но…
– Мам, посмотри, круто же я в него выстрелил? – Кай повернулся ко мне с сияющей улыбкой на лице, что мигом меня вернуло в те времена, когда мы часто проводили время вместе. – Теперь можно не волноваться, тут уничтожены все порождения, а потому безопасно.
И лишь из-за этой улыбки я не смогла сказать то, что думаю. Изо всех сил натягивая улыбку на лицо, я постаралась ответить естественно:
– Да, ты молодец.
И мой сын, как обычно, мой поразительно внимательный сын, все заметил и сказал:
– Мам, может, скажешь честно, что ты думаешь?
– Это будет громко, – предупредила я. – Ты уверен, что хочешь этого?
– Лучше ты скажешь все в поле, где не осталось ни души, чем об этом узнают все соседи в доме, где я живу.
– Хорошо, – сказала я, вдохнув поглубже, и начала: – Это был огромный двухметровый волк! Ты взял и побежал на огромного двухметрового волка! Даже маленькие дети знают, что от волков надо убегать, а не бежать на них!
– Мам, но я держался на расстоянии…
– Ты все равно подошел к волку! Огромному зубастому волку!
– Мам, но ты же сама подбежала к нему впритык, разве что в пасть не залезла…
– И вообще, как можно было додуматься стрелять в такую громадину из такого маленького хиленького лука! – продолжала я, не слушая слабые возражения сына.
– Мам, ты вообще его лекарским посохом по голове лупила…
– Ты мог умереть!
– Не мог, – тут же возразил Кай. – Тут вообще нельзя умереть от порождений тьмы. Мам, ты что, не прошла базовый курс адаптации? Почему?
– Я немного торопилась. То есть, как это – нельзя умереть? – недоуменно спросила я.
– Давай я тебе все расскажу, когда мы доберемся до города? – сказал Кай, а потом робко потянул меня за рукав: – Нам в ту сторону. Я снимаю в этом городе жилье, недалеко есть заведение, где можно перекусить. Там безопасно и спокойно, лучше нам поговорить обо всем там.
– Ох, конечно. Как скажешь, Кайден, – я крепко взяла его за руку – а ладошка уже не такая маленькая, как четыре года назад. Четыре года прошло? Зато сейчас я могу держать своего сына за руку. Ну и что, что он мне этого даже в восемь лет не разрешал. Потерпит немного свою эмоциональную маму, я обязательно отпущу его руку, как только мы доберемся до города. Я хотела все это ему сказать, если он вдруг начнет сопротивляться. Но Кай действительно позволил держать его за руку. Это было… слишком трогательно, слишком…
Не дал мне расплакаться вездесущий енот, про которого я благополучно забыла.
– Если позволите вмешаться, – заговорил енот. – Система поручила полное обучение мне – амбициозному еноту! Поэтому, пожалуйста, слушайте енота, все, что вы хотите знать, хранится в моей памяти. И, пожалуйста, пожалуйста, не бейте порождений тьмы лекарским посохом. Он правда для этого не создан.
– Я поняла. А как его можно снова заставить исчезнуть?
– Представь, что посох входит в твой амулет на шее, – ответил мне Кай. Я шла за ним по небольшой тропинке, вытоптанной прямо посреди поля. Сама бы никогда не обнаружила. – Это сумка, где хранятся все твои вещи. Она безразмерная, поэтому в нее удобно убирать все лишнее.
– Вот как, спасибо. Как тебе тут живется? – спросила я сына, полностью игнорируя енота.
– Неплохо. По крайней мере, тут я жив, – улыбнулся мне Кай, а у меня сердце перевернулось от его грустной улыбки.
– Я… я виновата, – сказала я, неожиданно остро почувствовав желание извиниться перед своим сыном. – Я не смогла… поэтому ты тут один, совсем один…
– Мам, мам, успокойся. Я тут не совсем один. Есть у меня добрая фея-крестная, которая помогала мне все четыре года, правда. Этот человек потерял сына в своем мире, поэтому отнесся ко мне как к родному ребенку. Помощь вот в таких сражениях, помощь с экипировкой, зельями… И все это просто так, – сказал Кай, а потом рассмеялся: – Я действительно повстречал сказочную фею.
Я улыбнулась – он не забыл. В детстве Кай больше всего любил сказку про фею, которая защищала малышей от всех невзгод. Я ему рассказывала эту сказку, когда ему еще не было пяти. Поразительно, что он до сих пор помнит.
– Это здорово, – искренне сказала я.
– О, кстати, мам, думаю, сегодня ты сможешь познакомиться с этим человеком.
– Было бы отлично, – улыбнулась я, представляя, как встречусь с прекрасной и доброй сердцем девушкой, которая стала для моего сына если не второй мамой, то уж доброй тетей точно.
Если бы кто-то знал, как мои ожидания разошлись с реальностью, он бы очень громко сейчас рассмеялся.
Глава 4
Кай привел меня в таверну. Несмотря на то, что снаружи она казалась неказистой, а гогот внутри не внушал мне доверия, внутри было просторно, своеобразно и даже уютно. А еще довольно многолюдно, настолько, что легко было потерять друг друга, если разделиться.
Но мой сын меня удивил. Я ожидала, что, как только мы войдем в город, где будет много людей, он отпустит мою руку, однако все было иначе: он лишь сжал ее крепче и уверенно повел меня вперед. Вот и сейчас он не отпускал мою руку, когда местами приходилось протискиваться между плотно наставленных столов. Их расположение – явный кошмарный сон дизайнера. Как официанты умудрялись разносить и расставлять еду, я не понимала.
А! Поняла. Перед моим носом прямо по воздуху проплыла тарелка, полная свиных ребрышек. Я даже остановилась, проводив ее взглядом.
– Мам? – громко спросил Кай. – Что-то не так?
– Иду-иду, – сказала я, решив не отвечать вопрос. Не так? Конечно, не так! Тарелка, летающая прямо по воздуху, на данный момент для меня действительно очень даже «не так». Вот она какая – магия этого мира!
