Ян Бао задумался.
– Похоже, он вам понравился, – наконец сказал Маленький Парчовый Барс.
– Понравился, – согласилась правая.
– А ты нам не нравишься.
– Даже не думай.
– Ты забавный.
– И это хорошо.
– Но это не значит, что ты нам нравишься.
– Нет! Нет! Нет! Это ничего не значит! Ты совсем нам не нравишься.
Маленький Парчовый Барс решил, что будет лучше смотреть на арену. Потому что все равно не поймешь этих женщин.
Варвар, как и положено, вышел босиком и без сорочки, в просторных светлых штанах. Он был худой и стройный, но отнюдь не слабак – поджарое тело, казалось, было вылеплено из упругих жил и крепких мускулов.
Интересно, он владеет защитными заклинаниями для кожи – или у их племени просто принято сражаться полуголыми?
Ян Бао хотел верить в вариант с защитными заклинаниями. Иначе поединок окажется слишком коротким и неинтересным.
Его противник одет так же. Ростом он примерно с варвара, но шире в плечах. Очень молодой, но могучий боец мог бы при случае замаскироваться под каменщика или водоноса. Но он существовал не для разведки, а для публичного боя. Северо-Восточный Ураган явно был создан для того, чтобы красоваться на арене или выступать впереди войска.
Сейчас он был на своем месте. Он приветствовал зрителей и в какую бы сторону ни поворачивался, по ярусам звучал восторженный ропот.
– Как он тебе? – снова подали голос близняшки. Он не заметил, которая из двух, и мысленно отругал себя за невнимательность.
– Как?
– Будешь ставить?
Маленький Парчовый Барс почувствовал, что ему неудобно сидеть. Какой-то предмет давил в бок словно край железного ящика. Он подтянул одежду с той стороны и обнаружил, что предметом была та самая связка монет, что висела на поясе.
Из нее он заплатил за проход в шатер к тигрице. И все равно денег оставалось слишком много.
– Буду ставить, – сказал он, не поворачивая головы.– Когда будет следующий бой.
– Еще не поздно.
– Третьего гонга не было.
Ян Бао без единого слова поднялся и пошел к столику.
Сейчас там было меньше людей. Но они казались серьезней и ставили больше. Пришлось подождать, прежде чем он выложил на лакированную поверхность половину своих монет и получил кусочек шелка с каллиграфически выписанной суммой и именем бойца.
Когда он вернулся, оказалось, что место занято. На циновке возле близняшек восседал незнакомый парень с головой, похожей на фасолину, и в облачении чиновника младшего ранга, пошитом из на удивление добротного полотна. Видимо, незваный гость происходил из знатной семьи, недавно получил первое назначение и готовится к скорой и стремительной карьере.
– Вы представите меня этому благородному юноше? – осведомился Маленький Парчовый Барс.
Он догадывался, что услышит сейчас «Пошел вон!» и уже заранее проглотил обиду. Однако ему было интересно, в каких выражениях это будет сказано.
Но он ошибся. Похоже, сегодня был особенный день, когда все решили его удивлять. Наверное, это было связано с праздником.
– Ты сделал ставку? – спросила левая девочка.
– Не сделал он ставку. По малой нужде ходил. Прямо через окно все сделал, чтобы время не тратить.
Вместо слов Маленький Парчовый Барс продемонстрировал шелковую бирку. Так как боец не пожелал назвать своего варварского имени, в качестве имени были написаны те самые два иероглифа, что обозначают зверька-горностая.
– Он поставил!
– И на кого? Ничего себе!!
– Ты думаешь, он победит?
– Ты уверен?
– Ты знаешь, как могуч Северо-Восточный Ураган? Поверь, мы видели, мы знаем! Ты новичок в городе, раз ничего не понимаешь?
– Тебе кто-то сказал, что варвар победит? Оставь, это невозможно!
– Говорим тебе, это невозможно!
Парень в чиновном халате не говорил ни слова, только внимательно слушал, поворачивая голову то к одной, то к другой девчонке. А близняшки не унимались:
– Ты думаешь, Северо-Восточный Ураган будет поддаваться? Тебя обманули завистники, которых не приняли в клан. Клан Черного Дракона такого не допустит!
– Вот увидишь, не допустит!
– Он – лучший боец! Даже твой дядюшка Гу не стал бы иметь с ним дела.
– Я поставил, – ответил Маленький Парчовый Барс, – так, как решил сам. Я не спрашивал ничьих советов.
Близняшки синхронно, словно ими руководил невидимый кукловод, повернули головы в сторону парня с головой-фасолиной. Это случилось так быстро, что кисточки на их шапочках столкнулись и перепутались.
– Вон отсюда!
– Пошел!
– Освобождай место!
Парень посмотрел на них с удивлением.
– Я вас чем-то обидел? – спросил он.
– Мы хотим быть рядом со смелыми!
– Решительными!
– Кто вступает в бой!
– Кто делает ставку!
– Кто смело идет вперед!
– Кто готов сразиться с врагом! Кто готов побить врага!
– Вон пошел отсюда – пока мы сами тебя не побили!
– Хорошо, хорошо, ухожу, – парень поднялся, подбирая полы халата, и освободил циновку. Маленький Парчовый Барс с наслаждением уселся на нагретое место.
– Скоро ли они начнут? – осведомился он.– Прошу простить мое невежество, я же не местный. Разбираюсь в боевых искусствах, но пока не очень много знаю о ритуале.
– Сейчас начнется!
– Уже скоро!
Словно в подтверждение их слов снова ударил гонг внутри губернаторской ложи. И зарокотали барабаны.
– Скажите, – с легкой улыбкой осведомился Маленький Парчовый Барс, наклоняясь к девчонкам, – теперь я вам, получается, нравлюсь?
– Тихо ты! Начинается!
– Молчи! Начинается!
Бойцы приняли боевые стойки.
Маленький Парчовый Барс сразу опознал стойку Северо-Восточного Урагана. Это была та самая стойка, которую он видел у настырной девушки со второго яруса. Видимо, это была особая стойка для техник клана Черного Дракона.
Варвар стоял в стандартной позе, только отзеркаленной – левая рука и нога впереди, правые сзади. Ничего особенного – видимо, он левша или просто пытается ввести противника в заблуждение. Эта поза стандартна, стандартней некуда. Но выбор вполне разумен, особенно против противника, чьих приемов ты не знаешь. Такая стойка не обещала преимуществ – но у нее и не было явных уязвимостей.
Маленький Парчовый Барс собирался начинать сражение с наглой девицей именно из такой позы.
Он не очень верил в победу варвара и даже немного радовался, что тайну светловолосого растопчут сейчас прямо на арене.
А если у него вдруг получится победить – тем лучше. Ян Бао обязательно расскажет дядюшке Гу, что опознал победителя еще в толпе, прежде чем турнир начался.
Что касается ставки – ему не жалко ее терять. Он делал ставку не ради выигрыша, а чтобы впечатлить близняшек. И эту победу у него уже не отнять.
Варвар бросился в бой первым. Это было неожиданно. Может быть, он просто не понимал опасности? Или хотел получить побольше одобрительных криков?
Северо-Восточный Ураган тоже атаковал. Уже с первых ударов стало ясно, что он опытный боец и подошел к схватке серьезно.
Боец неопытный и гордый пытается победить отчаянном рывком, потому что думает, что сокрушит врага за пару ударов и добьет единственным секретным приемом, который он удосужился выучить. Но это неосмотрительно и срабатывает только для противника, который толком не умеет драться. Когда атакуешь рывком – одновременно открываешь себя для контратаки. Быстро растратив запал, не сможешь войти в полную силу, задействовать всю свою ци. И тогда можно угодить в затруднительное положение – заведомо слабый боец лупит тебя как хочет, а ты способен только отбиваться.
Северо-Восточный Ураган напротив, атаковал, исходя из обычной стратегии. И поэтому с первого раза ощутил, что стандартные блокирующие выпады не срабатывают.
Горностай не просто умел драться – он умел драться неплохо. Горностай дрался уверенно и умело. Было заметно, что он полон сил. Только капли пота блестели на щеках и слетали с кончика завязанных в хвост волос. И он держался не за счет дикарской выносливости. Горностай отлично знал, что делает, чего добивается и что ему угрожает. В его движениях была своя система, иноземная и очень мощная.
Светловолосый варвар великолепно ставил блоки. Изматывал контратаками. Закрывался щитами и печатями, а потом резко наносил кинжальный удар.
Ци бойцов еще не вошло в полную силу, хотя смотреть было уже интересно. Тела не светились, только сухие искры сыпались на арену и доносились звонкие удары рук и ног. Каждый из этих ударов отправил бы неподготовленного бойца не просто на песок – а в следующее перерождение.
Ян Бао не знал названий для этих движений. Однако мог угадать, для чего каждое из них нужно.
Но Северо-Восточный Ураган тоже был непрост. Он вовремя понял, что имеет дело с серьезным противником, и знал – даже сильного противника можно победить.
Вспышка! На рядах одобрительно загалдели. Горностай легко отразил выпад, но это было достаточно внезапно. А еще стало ясно, что бойцы уже добились концентрации энергии. Сейчас начнутся приемы, достигнутые культивацией, которые недоступны без упорных тренировок.
Это было неожиданно, но Горностай снова атаковал первым. Его прием был прост и эффективен – за каждым ударом руки следовал огненный след открытой энергии, изогнутый, словно лезвие сабли, и такой же опасный. Теперь при каждом ударе Северо-Восточный Ураган был вынужден ставить земляной щит – а значит, у него не было возможности ни контратаковать, ни отскочить в сторону. Ураган не мог обрушиться на своего противника, его могучее телосложение оказалось бесполезным. Более того, с каждым ударом он был вынужден отступать, чтобы не попасть под волну раскаленного воздуха.
Но Маленький Парчовый Барс тоже прошел через тренировки. И такая стратегия казалась ему ошибочной.
Это неосмотрительно – так тратить ци! – думал Ян Бао, стараясь не упустить ни одного движения бойцов, – совсем неосмотрительно. Тут вся надежда на успех атаки, но что он будет делать, когда яростный напор иссякнет и атака захлебнется?
Варвар еще не видел, какими приемами атакует Северо-Восточный Ураган. Очевидно, что боец из клана Черного Дракона будет тратить силы только на глухую оборону. Ему достаточно продержаться достаточно долго, чтобы Горностай выдохся и пропустил контрудар. А дальше останется только обрушивать на потерявшего инициативу противника прием за приемом, пока его защита не рухнет.
Но Ян Бао признавал, что стратегия Горностая по-своему разумна. Атакуя, он удерживал инициативу. И сможет победить, если сможет ее удержать достаточно долго.
Тревожная тишина царила среди зрителей.
Две синие спирали выскочили внезапно, словно Северо-Восточный Ураган прятал их внутри руки.
Горностай вздрогнул, выставил руки, торопливо сплетая защитный узор. Он сумел защититься – но потерял ритм атаки, а вместе с этим перевес. Теперь пощады не будет. Грозный Северо-Восточный Ураган не для того копил силу, чтобы позволить тощему северному варвару вести в бою во второй раз.
Синие молнии оплели печать, в тщетной попытке сломать ее или хотя бы согнуть. А тем временем зыбкое сияние затрепетало на руках бойца из клана Черного Дракона.
Что за фигуру он строит? Ян Бао приглядывался изо всех сил, но только в последний миг понял, что это жернова – очень редкая техника, слишком сложная для полевой битвы и слишком смертоносная для сражений на арене. Ее мало кто изучал – и почти никто не умел от нее грамотно защищаться.
Боец из клана Черного Дракона знал что делает. Он был уверен в своих силах. Он точно рассчитал, сколько энергии ему понадобится. Можно было не сомневаться – он не выдохнется прежде, чем нанесет решающий удар.
Горностай отступил, отбрасывая прилипший к потному лбу хвост. Он тряхнул головой, приглядываясь к жерновам. Их неестественно сизый отсвет лег на его светлую кожу.
Он не знал этой техники, но верно угадал, что она крайне опасна. Поэтому Горностай не стал даже пытаться ставить щиты и печати. Он применил защиту, доступную всем, – начал отступать, не отпуская рук и внимательно высматривая.
Тем временем жернова были готовы. Синие диски, окружившие запястья Северо-Восточного Урагана, излучали радужное сияние, а в их трепещущей глубине мерцали знаки неведомых алфавитов.
Казалось, вместо рук у него два небольших мельничных жернова, отчего-то отливающих синевой. Оружие необычное и опасное – ведь ими слишком легко задеть себя самого. Но именно необычность и делала его настолько смертоносным. Их применяли настолько редко, что никто толком не знал, как от них защищаться.
Неужели турнир сейчас остановят? Нет, в ложе губернатора царит чинная тишина и спокойствие. Видимо, все хотят посмотреть, что сделают жернова с возгордившимся варваром.
Приглядевшись, Ян Бао смог увидеть, что золотистые искры защиты уже не пляшут над полуобнаженным телом бойца из клана Черного Дракона. Северо-Восточный Ураган бросил на исполнение невероятно сложной техники всю свою энергию – даже ту ее часть, что тратилась на защиту.
Оно и верно. Защита ему больше не понадобится. Даже опытному бойцу не уйти от беспощадных жерновов.
Северо-Восточный Ураган наступал, нанося удар за ударом. Жернова сталкивались и разлетались, разбрызгивая колючие искры.
А на Горностая было жалко смотреть. У варвара оставалось немало ци, но толку от ее концентрации уже не было. Теперь он тратил силы на самые обычные движения – отбегал, отскакивал, уворачивался в последний момент. И делал это не всегда удачно – ведь он сконцентрировал всю силу на кончиках пальцев рук и ног.
Ян Бао чувствовал, что его ладони похолодели. Словно не безвестного варвара, а его, Маленького Парчового Барса, гонял сейчас по арене грозный боец из клана Черного Дракона.
Горностай убегал все медленней. Было ясно – ему скоро конец. Колеса жерновов вращались, а пламя в них из синего стало белым.
Конечно, на таких схватках запрещено использовать по-настоящему смертельные приемы. Такой бой – это развлечение, пусть и жестокое. Но тут был особый случай. К тому же Горностай – варвар. А значит, сам виноват в том, что вызвал гнев культурного человека.
Жернова сошлись, чудом не раздавив белокурую голову. Снова удар. И еще один, сломавший торопливо выставленную печать словно ореховую скорлупу. Опять удар, а за ним сразу же атака зажимом.
И вот, после последнего прыжка, который потребовал от варвара нечеловеческой ловкости, случилось нечто немыслимое.
Едва ли не быстрее, чем способен уловить человеческий глаз, Горностай контратаковал. Обессиленный и обожженный, он бросился в третью за сегодня атаку.
Прыжок! Рывок!
Вот это да!
На какое-то мгновение показалось, что худой стройный варвар и вправду превратился в ловкого белого зверька горностая. И этот зверек легко проскользнул между жерновами, вокруг шеи и вцепился Северо-Восточному Урагану прямо в багровое от натуги лицо.
– А-а-а!– заорал воин клана Черного Дракона. Ему было настолько больно, что не хватило сил даже на ругательства.
Он взмыл, как акробат, но Горностай взмыл вместе с ним. Ураган взревел еще громче, его жернова заполыхали пламенем ада – но сколько он ими не кружил, достать Горностая был не в силах. Обессиленный этой злобной ношей, Северо-Восточный Ураган рухнул на арену и зарылся лицом в арену. Энергия из его рук, шипя, растекалась в песок, оставляя ручейки мутного стекла.
Горностай уже стоял над ним. Он опять был своего обычного роста. Деловито, словно трофейную тушу оленя, он перевернул своего поверженного противника и начал примериваться к его груди.
Сердце Маленького Парчового Барса почти остановилось. Он узнал эту сцену, хотя прежде читал только ее описания. Именно так готовятся распороть пополам тушу поверженного демона, чтобы достать жемчужину его души…
– СТОЙ! – донеслось с ярусов.
Варвар поднял голову. Его глаза сверкнули, и по-своему красивое вытянутое лицо показалось особенно похожим на мордочку животного.
И вдруг он ответил. Причем на довольно правильном языке.
– Разве не за это ведутся сражения? – спросил Горностай.– Я предположил, что мы сражаемся за то, чтобы съесть жемчужину врага и забрать себе его силу, мастерство, секретные приемы?
Кто-то охнул, кто-то захихикал. Несколько детей на задних рядах попытались поднять одобряющий свист, но затихли после пары звонких подзатыльников.
– Он издевается над нами! – кричал человек с четвертого яруса. У него была здоровенная борода с двумя заплетенными косами, и два огромных черных дракона играли на его халате.– Сначала унизил – потом издевается! Этот варвар делает вид, что не отличает мастера единоборств от дикого зверя! Где это видано? Кто допустил на турнир этого людоеда?
– Обычаи моего народа темны, – ответил Горностай, – а ваш ритуал такой изощренный. Наши ритуалы и обычаи сближаются, только медленно. Может быть, что и слишком медленно…
– Почтеннейший губернатор, – представитель клана Черного Дракона перевел взгляд на ложу, – прошу вас, не ограничивайтесь отменой результатов схватки. Вы должны арестовать этого опасного злодея! Такому варвару не место в нашем городе, который славится даже в столице своими благородными и совершенно мудрыми мужами, равно как и мастерами боевых искусств!
Горностай оборачивался то в сторону губернатора, то в сторону, откуда говорил человек из клана. Сейчас варвар был похож на зверя, который бросился на добычу, очутился в капкане и никак не может понять – что произошло? Почему он не может выбраться? Что с ним теперь будет?
4. Суровый урок
– Он его съест! – ревел человек из клана Черного Дракона. – Съест! Вы что – не видите? Он хочет пожрать жемчужину его сердца!! Воины клана Черного Дракона, защитим нашего брата! Защитим наш город от бесчестного варвара!
Поднялся безобразный шум. То тут, то там пробивались к перилам люди с черными драконами на халатах. Стражники схватились за копья, служители побежали к курильницам.
На нижних ярусах тоже началось движение. Местные жители отступали под арки, словно собираясь под ними укрыться, а варвары в испуге озирались и пытались задавать вопросы. Но ни у кого не было времени им отвечать.
Даже в губернаторской ложе неспокойно. Губернатор взмахнул веером и отдал какое-то распоряжение. Дежуривший рядом офицер в тот же миг побежал исполнять.
Но гонг и барабаны молчали.
И тут раздался звон колокольчика.
По ярусам ипподрома пополз шепот. Люди удивленно переглядывались.
Нет, им не померещилось.
Где-то на первом ярусе звенел колокольчик.
Сперва очень тихий, этот звонок почему-то был слышен везде. А потом он заскользил по ярусам, и повсюду, где он проносился, стихали ропот и брань и наступало спокойствие.
Наконец, звон затих на арене. Все смотрели туда, и разговоры смолкли сами собой.
Словно какой-то морок рассеялся. Поднятая боем пыль опустилась на арену, и зрители словно в первый раз увидели поверженного Северо-Восточного Урагана, а надо ним – худого и изящного варвара-победителя. Горностай тяжело дышал, его руки обвисли, и он уже не пытается ни на кого нападать. Он просто смотрел по сторонам и пытался бодриться.
Тем временем внизу, из-под арки, показался тот, кто звонил в колокольчик. Это был пожилой улыбчивый монах с четками на поясе.
– Я прошу слова, – сказал монах и снова поклонился, отчего стал казаться еще ниже.– Прошу слова!
– Говорите, уважаемый хэшан, говорите! – махнул веером губернатор.
Маленький Парчовый Барс знал, что слово «хэшан» – не имя, а вежливое обращение к монаху. Это слово можно переводить как «хранитель Закона», но получится слишком длинно и будет неясно, о каком законе идет речь, государственном или небесном.
Было немного обидно, что он не может объяснить это светловолосому варвару.
– Боюсь, – заговорил монах, – что эта совершенно немыслимая битва смутила зеркальную гладь нашего разума. Варвар поступил так, словно сражался с монстром. Вы сами набрасываетесь на него как монстры. К чему такая жестокость? Ведь он еще ничего не сделал, а вы уже готовы его хватать!
– Но такое поведение запрещено! – возразил бородач из клана Черного Дракона. – Мы не можем ждать, пока этот варвар усилится настолько, что с ним не сможет справиться даже городская стража! Для чего еще существуют кланы, как не для укращения таких одиночек?
Теперь Ян Бао был точно уверен, что этот грозный человек – глава клана. Угадать это было легко. Достаточно посмотреть, насколько почтительно его все слушают.
А кто монах? Наверное, тоже важная персона. Настолько важная, что пришел в простой рясе – но разговаривает на равных.
Возможно, он даже из бессмертных…
– Но этот Горностай пока еще не усилился, – напомнил монах. – К чему лишний шум? Не станете же вы из-за одного проигранного сражения выставлять против неотесанного варвара, которому просто досталось слишком много жизненной энергии, всю мощь городской стражи! Он не сделал ничего плохого и пока никого не съел. Неужели стоит беспокоить вашего многоуважаемого старейшину мастера У ради подобной ерунды? Варвар выступил, варвар победил. По сравнению с высотами мастерства это представляется такой мелочью… Разве за низкую месть принимают на обучение в прославленные монастыри, не говоря о Шаолине? А нам, ничтожным, надо смириться – нас даже в монастырь Суншань не приглашают. Даже варвары нас побивают, – вот до чего мы дошли!
– Но я еще раз напомню – он пытался убить противника всерьез. А потом съесть его сердечную жемчужину и забрать его опыт, – повторял мастер У.– Варвар по прозванию Горностай поступил против правил. Если судьи сочтут, что он достоин снисхождения, пусть этот проступок останется без наказания, но я требую, чтобы засчитали ничью. Победа, добытая против правил, не может быть засчитана.
– Однако съедать жемчужину не запрещено правилами, – заметил монах.– Просто сложилось так, что никто этого не делает. Но это не имеет отношения к правилам, это просто наш ритуал. В древности случалось, что и его нарушали. Вспомните того почтительного крестьянина, что накормил царя мясом собственных сыновей. Тот крестьянин был полон сыновьей почтительности – а варвару Горностаю и она неизвестна. Проявим к нему снисхождение и будем учиться его искусству – потому что небо одарило его великими запасами ци, а форму придать не успело. Его талант рос как придорожная трава – и все мы знаем, как непросто вырвать такую траву, если она уже укоренилась!
– Что еще скажете?
– Я сказал, что хотел. Теперь я жду решения нашего мудрейшего губернатора, – сказал монах и отступил в толпу.
На ярусах ипподрома снова начались перешептывания. Никто больше не смотрел на арену. Всем и так было ясно, что там не будет ничего интересного. Тысячи глаз изучали теперь ложу губернатора. Ведь именно оттуда придет окончательное решение.
Вот два советника в золоченых халатах склонились к губернатору, и они начали совещаться. Глашатай отошел в сторону, показывая, что ему не положено знать, о чем говорят важные люди.
Горностай принял почтительный вид и смиренно дожидался решения.
Тем временем у него за спиной началось движение. Медленно, словно собирая себя по частям, Северо-Восточный Ураган начал подниматься с земли. Вот он встал на одно колено. Вот оперся на руку. А на другой уже извивались молнии медно-желтой энергии, сплетаясь в короткий, но смертоносный клинок.
Он бросился без предупреждения, так, что ахнули даже соратники по клану. Все смотрели на губернатора и не заметили, что поверженный боец из клана Черного Дракона смог подняться.
Желтый клинок, словно выкованный из молний, рванулся к молочно-белой шее Горностая.
Сейчас он его убьет! Никаких сомнений.
Но в самый последний момент варвар вдруг изогнулся, отскочил в сторону и скрутил своего противника сзади.
Северо-Восточный Ураган заревел как бешеный бык. Он принялся вырываться, отчаянно пытаясь достать врага, но только без толку молотил ногами в воздухе и разбрызгивал искры, дергая бесполезным теперь энергетическим ножом. Но Горностай держал его крепко, словно огромный мешок, полный трофеев.
В толпе захихикали.
Губернатор. нахмурившись, оттолкнул законников словно золотой занавес и подошел к перилам. Он хотел увидеть все лично.
– Не беспокойтесь! – крикнул Горностай. – Я крепко его держу!
Губернатор кивнул и поднял сложенный веер. И чем выше губернатор его поднимал, тем больше ослабевало сопротивление Северо-Восточного Урагана. Наконец сложенный веер встал вертикально, словно межевой столб. И боец от клана Черного Дракона со стоном рухнул обратно в песок.
Ян Бао поискал взглядом человека с косами в бороде, но старейшина клана Черного Дракона тоже растворился в толпе.
Жаль, даже очень жаль. Маленький Парчовый Барс отдал бы остаток денег за шанс посмотреть на его обескураженную физиономию.
Тем временем в губернаторской ложе подводили итоги.
– Я полагаю, с этим все ясно, – произнес губернатор и его негромкий голос вдруг наполнил весь ипподром.– Боец Северо-Восточный Ураган лишен отныне права выступать на нашей арене по праздникам или будням. В течение двух недель он будет уволен из стражи без пенсионного возмещения и переведен в крестьянское сословие. Пусть это послужит для вас суровым уроком. У нас – веселый праздник, а не война, и не следует забывать, где ты находишься. Варвары в нашем уезде защищены теми же законами Срединного Государства, что и местные уроженцы. Что же касается поединка, который мы только что видели, я приказываю: подать наградной свиток, ленту и рисовое вино иноземному варвару Горностаю – победителю первого дня!
…А тем временем за городом, в сосновой роще возле Мрачного Озера, в чьих мутных водах водятся диковинные рыбы, похожие на сверкающие кожаные ремни, бородатый старик в коричневой рясе отшельника склонился перед древним каменным алтарем.
Когда-то на берегу стоял храм, но крыша давно рухнула, пол провалился, а деревянные балки сгнили и превратились в ту же землю, из которой они прежде выросли. Остался только каменный алтарь, треснувший пополам, с пятнами мха и едва понятной древней надписью.
На алтаре дымились ароматные травы, дымок поднимался к небу тоненькой серой нитью.
– Ничего! – грустно констатировал старик. – У нее нет истинного имени. Это значит, чудовище пришло из иного мира… Странная эпоха, жестокая эпоха.
Холодный сосновый лес молча внимал его рассуждениям.
– Мы живем в сумеречные времена, – продолжал старик, обращаясь к самому себе.– Ныне воцарился мрак и не стало света, дао рассеялось и уже не совершенствуется, дэ искривилось и уже не выпрямляется.
Мы отбросили как ненужное милости и наказания Пяти предков, оттолкнули от себя законы и установления Трех правителей, и оттого совершенное благо погибло и уже не поднялось, дао предков закрылось и уже не возродилось. Принялись за дела, враждебные лазурному небу, отдаем приказы, противные четырем временам года. Весна и осень прибрали свою гармонию, небо и земля отняли свое благо.
Добродетельные государи не чувствуют себя спокойно на своих тронах, сановники прячут истину и молчат. Придворные чины подлаживаются под волю высших и утаивают должное. Люди отдалились от родных по крови и преисполнились самодовольством. Неправедные люди собираются по двое-трое, сколачивают группы и строят тайные планы. Господин и слуга, отец и сын соперничают друг с другом за горделивое главенство и поступают каждый по своему усмотрению.
Мутят людей, чтобы добиться успеха в своем предприятии. Вот почему между господином и слугой встало ныне лукавство и появилось отчуждение. Родные по крови отдалились друг от друга и уже не могут сблизиться.
Посевы у алтаря высохли, жертвенный алтарь растрескался. Дворец церемоний дрогнул и обрушился. Собаки стаями, рыча, бросаются в пучину, свиньи, схватив зубами свои подстилки, устремились к воде. Красавицы спутали волосы, клеймят лица и не заботятся о красоте. Певицы глотают уголь, забивают все внутри и больше не могут петь. На похоронах не изливались в горе, на охотах не слышно веселья.
На небе тоже непорядок. Бабка Запада Сиванму сломала свои головные украшения, дух Желтого предка громко застонал.
Летающим птицам отрубают крылья, бегающим зверям ломают ноги. На горах не стало деревьев, на болотах – заводей. Лисы ложатся головой по направлению к холму, где их нора, кони и быки пасутся без присмотра, на полях не высятся посевы, на дорогах не растет осока.
Копят золото, пренебрегая честностью, берут нефрит, не считаясь с мерой. Бесконечно запрашивают черепаху, гадают на тысячелистнике, – но духи не отвечают!
Он говорил это так торжественно, словно опять восседал в Зале Церемоний на Троне Закона, а перед ним стояли его ученики из клана Туманной Горы.
Теперь учеников не было. Только мальчишка с выбритой головой и вязанкой хвороста за спиной. На выбритой голове оставили небольшой чубчик, а в глазах сверкали точечки концентрированной ци. Мальчишка явно предпочитал направлять ци на разведку и шпионаж.
– Где Утки Мандаринки? – сурово спросил старик.
– В городе, – ответил мальчуган, – пока не вернулись. Собирают полезные сведения.
– В городе нет ничего полезного. Мы и без них знаем, что клан Черного Дракона усилился. Их старейшина – из тех людей, кто играет на золото так же легко, как на черепицу. Он всегда бросает в бой все силы – и поэтому победа так часто достается ему. И он умелый дипломат – поэтому эта победа никогда не растрачивается. Если Утки Мандаринки надеются найти упущение, какую-то дырочку в его планах, то им не стоит ходить в город – такой дырочки даже я не нашел. А еще клан Черных Драконов достаточно бесчестен, чтобы изучать забытые древние техники. Хотя можешь быть уверен – эти техники забыли не просто так! Даже их простое исследование способно открыть Небесные Врата!
Мальчишка почтительно склонился перед наставником и произнес:
– Я им передам, как вернутся.
– А еще передай, что мне не удалось связать чудовище. Оно пришло из другого мира, для его имени нет знаков в языке Срединного Государства. Так что в лесу теперь тоже опасно. Пусть и безопасней, чем в городе.
Не дожидаясь ответа, старик поднялся и заковылял в чащу к своей хижине.
За его спиной бесшумно качнулись кусты. Мальчик с чубчиком понял, что новых распоряжений не будет, и побежал в сторону города.
Сизые холмы, где впервые увидели неведомое чудовище, мрачно нависали над горизонтом. Они были похожи на силуэт огромной кошки, которая притаилась за лесом и внимательно наблюдает за жалкими людьми.
Заслон иллюзии, почуяв хозяина, пропустил его без предъявления печати. И спустя сотню шагов, не сходя с удобной тропинки, старик оказался возле хижины. Приземистая, но добротная, покрытая соломенной крышей и похожая на огромный муравейник, она почти сливалась с лесом – точно так же, как сливался теперь с лесом и сам старик.
Здесь, наедине с собой и своим жалким убежищем, старик вдруг ощутил, что силы его оставляют. Крепко схватившись за посох, он все же доковылял до дверей и заглянул внутрь, лишний раз обещая себе отныне не забывать о волшебных пилюлях.
В нос ударило запахом мокрой кошачьей шерсти.
Веревка от связки вяленого мяса валялась на полу, полностью обглоданная. А на хозяйской циновке развалился огромный белый тигр.
Упираясь задними лапами в лежанку, а передними в стол, полосатый хищник лакомился мукой из разодранного мешка. Рядом – горшок для риса, уже опустошенный.
Тигр был здоровенный, взрослый. Но двигался деликатно, как это делают самки. Чавканье и ворчание наполняли хижину.
Зверь заметил, что дверь открылась, но вида не подал. Только уши чуть дернулись и лапа со здоровенными, как гвозди, когтями шлепнула по столу.
