Перейти к содержанию

Невинная овечка для волка

Автор:

4,9 80+ оценок читателей Рунета
Категория
эротическое фэнтези
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
31.10.2026

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Журналистка Евгения пытается взять интервью у миллиардера. Её привлекает таинственный Виктор Вознесенский. Проникнув в компанию она добивается встречи. По команде вредного олигарха её выгоняют из журнала, института, но Женя не сдаётся. Ей движет жажда мести. После года слежки подруга помогает попасть в таинственный замок, переодевшись в ролевой костюм овечки. Впереди разгромная статья о том, как веселятся богатые и знаменитые. Успех, головокружительное возвращение в карьеру. Но всё вновь идёт не по плану. Замок оказывается волчьим логовом, а её подруга бесследно пропадает.

Читать «Невинная овечка для волка» — Катя Лоренц онлайн

Страница 2 из 5

– Виктор? Я тебя искала.

Стройная брюнетка делает глоток шампанского и скользит жадным взглядом по мне. Она проходится розовым язычком по нижней губе, слизывая прозрачные капли алкоголя.

– Соскучилась? – она кивает. – Скоро я весь буду твой, – она улыбается.

Позади раздается раскатистый женский смех. И мы смотрим туда.

– Мальчики, а вот и мы! – громко объявляют девушки в костюмах овечек, разбредаются по поляне. Знакомятся с будущими клиентами.

– А вот и овцы на заклание. Какие вульгарные, – Инга морщится, продолжая пить шампанское. – Людишки, – презрительно фыркает она. – О! Папа облюбовал одну. А ничего такая. Хороший вкус, – одобрительно кивает.

Мне становится интересно, кого выбрал мой будущий тесть. Но девушка повернулась спиной. Смотрю на белые как снег волосы, стройные длинные ножки в белых чулках чуть выше колена. Что-то знакомое. Как будто я ее уже где-то видел.

Она, чувствуя, посторонний пристальный взгляд, поворачивается лицом ко мне.

Что за ерунда? Эта та пигалица, что залезла в мой офис! Да, на ней тонна косметики, ярко-красные губы и накладные ресницы, но все же это она.

Артур проводит пальцами по голым рукам девушки и мне хочется сломать ему пальцы. Я не понимаю природу гнева, что вибрирует в грудной клетке.

Девчонка Женя, так, кажется, ее зовут, отступает, обнимает себя руками. А он наступает, наметил себе добычу. Обломается.

– Извини, я на минутку.

Быстрым шагом преодолеваю расстояние между нами. Женя чувствует приближающийся пиздец и хочет убежать.

– Куда, – хватаю ее за локоть. Она дёргается и взглядом просит помощи у Артура.

– Виктор, в чем дело? – недовольно спрашивает Артур. – Мы так мило болтали со Снежаной.

Снежана значит. Скриплю зубами.

– Ни в чем. Паршивая овца прибилась. Надо убрать.

Глава 6

Женя

Паршивая овца?! Наглый грубиян!

Хам! Неандерталец! Терминатор доморощенный!

– Что вы себе позволяете? – попыталась выдернуть руку.

– Неужто девица легкого поведения обиделась? – хотела возмутиться и зарядить ему пощёчину, но вспомнила, как я выгляжу. Справедливое замечание. Вообще, все снова идет не так, как я задумала. План был в том, чтобы я уличила его, а не он меня.

– Куда вы меня тащите?

Он проигнорировал мой вопрос.

Огляделась по сторонам. Все это место пропитано мистикой и таинственностью. Пробирает до дрожи и в то же время, нет сил оторваться от созерцания. Как и от их хозяина.

Высокие шпили замка, подпирают черный небосвод. Арочные окна и двери, фонтан с фигурой волка. А двор и сад наполнен приятным светом фонарей, украшающих сад.

Позади воздушный шатёр, белоснежная ткань колышется от малейшего дуновения.

Все смешалось. От готических холодных стен замка до версальской роскоши сада. Я словно снова в Диснейленде, не могу унять детского восторга.

Или скорее в замке Дракулы с колоритным мрачным хозяином, что тащит в свою спальню, чтобы отведать моей крови, или разделить ложе. Последнее пугает сильнее.

С силой толкает массивную дверь и ведет внутрь замка.

– Ты! Наглая пройдоха! – толкает меня, навалившись спиной, своим телом закрываю дверь. Он сжимает плечо пальцами. Морщусь.

– Больно! – Виктор кривит губы в усмешке, но не успевает ответить. Его перебивает мужчина в черном смокинге.

– Я смотрю ты веселишься, Виктор, – от этого замечания, сказанного с укором, лицо Вознесенского искажают мука. Надеюсь совести. Хотя вряд ли он способен на какие-то чувства.

– Какого хорошенького ягненка отхватил. А как же Инга?

– Инга в саду. Веселится. Извини нас, Марат. Мне нужно переговорить с девушкой.

– Понимаю, – блондин согласно закивал. Он сальным взглядом облизывает меня с ног до головы. – Как закончишь, я тоже не был бы против, и охотно пообщался с этой милой девушкой.

По телу пробежала дрожь страха. Я машинально вцепилась в рукав Виктора. Казалось, что с ним надежнее. Он не позволяет себя смотреть на меня как на кусок мяса.

Куда я попала? Меня тут отдерут, как сидорову козу, и даже помощи просить не у кого.

А все он виноват! Со злостью посмотрела на Вознесенского.

Виктор, между тем, тащил меня наверх. По дороге встречались мои временные коллеги, обнимающиеся с представительными дяденьками по углам.

Не нравится мне все это. Страшно до тошноты. И даже перцовый баллончик больше не внушает смелости.

– Проходи, – он затолкнул меня в комнату.

Первым, что мне бросилось в глаза – королевских размеров кровать, накрытая черно-золотым шелком. Спинка резная, в той же цветовой гамме. На фоне бежевых обоев, с золотой росписью. Смотрится дерзко.

Я попятилась и врезалась спиной в Виктора. Подскочила как ужаленная, порылась в сумке. Он без труда выхватил ее и откинул в сторону.

– Что ты там ищешь? Презервативы? Снежана. А точнее Женя.

Удивительно. Он меня узнал, хотя прошел целый год. И виделись мы всего лишь раз. Да под этой тонной косметики меня мама родная не узнает. Как же ему удалось?

– И как тебе новый род деятельности? Из журналистки в проститутки? – я задохнулась от возмущения.

– Так это благодаря вам я стала такой.

– То есть, серьёзно? Ты тут не для того, чтобы вынюхать что-то?

– Да, кушать что-то надо. Но даже не мечтайте! Вас в свои клиенты я даже не рассматриваю. Ни за что! Лучше вернусь и пообщаюсь с тем милым мужчиной. Артуром, если не ошибаюсь? – мне кажется или у терминатора глаза горят красным светом? Трудно сказать, через очки.

– Приятного вечера, – обогнула его, собираясь уйти. Но он схватил меня и толкнул на кровать.

– Здесь я хозяин. И мне решать кого ты будешь ублажать.

Кровать под его весом прогнулась. Я в страхе поползла, бросая взгляд на валяющуюся сумочку.

Сумею я добраться до нее быстрее него? Ответ на этот вопрос я не узнаю.

Он потянул меня к себе, от чего меховая юбка скаталась на поясе. С усмешкой, растолкал мои ноги в стороны и встал между ними, толкнулся бедрами вперед.

– Помогите! – завопила я, чувствуя как между ног угрожающе упирается твердая плоть. Меня окатило жаром и тут же бросила в холод.

Замахнулась, чтобы расцарапать ему лицо, но он завернул мои руки за спину и навалился всем телом.

– Тебе это не понадобится, – сдернул бант с шеи и сжал в кулаке. Послышался треск камеры. Второй раз он курочит мою технику, но меня это слабо волнует. Больше то, что он собирается со мной делать.

В последнюю очередь я мечтала, чтобы моим первым мужчиной стал мой враг.

Он снял очки и наклонился. Я перестала трепыхаться.

Вокруг черного зрачка пылает рубинового цвета радужка, переливается красками. Линзы? Или это настоящий цвет глаз? Может, поэтому он носит очки?

– Такую красивую шейку не стоит скрывать, – его рука в перчатке ползет по шее, обвивает как змея. А голос глубокий с хрипотцой отдается вибрацией.

Я дрожу, под его руками как струна. Не понимаю себя. Нужно сопротивляться, отбиваться от него, пока не случилось непоправимое.

Виктор наклоняется ближе. Красная радужка почти скрылась в черноте зрачка, куда меня затягивает как в омут. Линия рта изогнута, нижняя губа пухлая. В нос заползает дурманящий аромат. Не могу определить из чего состоит его парфюм. Волнующий, возбуждающий.

Я не могу сосредоточиться. Мысли медленно плывут в розовом тумане. Все мое внимание приковано к приближающемуся рту.

Я чувствую его дыхание на покалывающих губах.

Он грубо проникает языком в меня, отпуская шею и сжимая бедра, толкается твердой выпуклостью, скользит по прозрачным трусам.

Он меня целует. Лапает! Он враг, человек, испортивший мне жизнь. Я должна сопротивляться, брыкаться, отплевываться от омерзения, а вместо этого меня штормит от бури ощущений. Приближения чего-то неподвластного, как сама стихия.

Дышу им, робко поглаживая жгучий язык, орудующий в моем рту, тело бьёт мелкий разряд тока. Он рыкает, как зверь, сжимая попу сильнее, впечатывает в себя, ударяет бёдрами.

Из меня вылетают странные звуки. То ли всхлипы, то ли стоны.

Я не знаю как бы далеко мы зашли, подозреваю, что до конца, но нас прерывает стук в дверь и в комнату входит Герман.

Увидев непристойную картину отворачивается.

– Да! – недовольно рычит Виктор.

– Простите, господин. Но там Инга и Артур. Они волнуются, потеряли вас. И уже пора присоединиться к празднику. Открыть охоту.

– Выйди! Я сейчас.

Он встает между моих ног, смотрит, как мне кажется с разочарованием. Вытаскиваю из-под себя затекшие руки и поправляю юбку.

– Ты очень умелая, Женя, – мои щеки вспыхивают.

– А не пошли бы вы!

– Останешься здесь. И мы закончим, то что начали.

– Я хочу уйти! – сажусь на кровати.

– Чтобы так же стонать под Артуром или Маратом? Ты им приглянулась. И стоит тебе только выйти…

– Да под кем угодно, только не под вами! – его глаза полыхают как пламя. Он хватает меня за шапочку овечки и тянет к себе.

– Не буди во мне зверя, Женя. Тебе не понравится превращение, – шепчет прямо в губы.

– Вам пора. Вас там Инга ждёт, – откуда это раздражение? Какое мне дело, с кем идет развлекаться Вознесенский.

– Не ревнуй. Меня хватит и на тебя, – коротко целует в губы и выходит. Подрываюсь с кровати и слышу, как в двери поворачивается ключ.

Он меня закрыл! Я в ловушке.

Глава 7

Дергаю за ручку двери – тщетно. Заперто. Навалившись спиной, ударяю от досады по дорогому дереву двери каблуком. Наверняка вмятины останутся. Плевать!

Ясно понятно, чем Виктор будет заниматься и с кем. С той красивой брюнеткой, с которой видела его в саду. Будет так же целовать ее, пихать этой огромной штукой между ног…

«Меня хватит и на тебя…»

Нет, только подумайте каков наглец! Неужели думает, что я приму его после другой? Что я вообще его приму.

Приму.

Он что-то сделал со мной. Мозг отключился. И это странное томление внутри от его рук, губ. Как жадно сжимал меня. Я и сейчас как тлеющий уголёк. А рядом с ним был пожар. Я не могла ни о чем думать, только о том, чтобы целовал сильнее, чтобы потушил пламя. Терлась об него как… тьфу! Вспоминать противно.

Слишком вжилась в роль доступной девушки.

А может все дело в алкоголе?

Зря я пила шампанское, хотя оно было очень вкусное. Остановиться не могла.

Наверняка они туда что-нибудь добавили, чтобы стадо овечек отдавалось богатым извращенцам с удовольствием. Именно так!

Это объясняет мое непонятно с чего вдруг проснувшееся либидо.

Ах, они подонки! Разве можно так обращаться с девушками, пускай и легкого поведения?

А эта агентша Анджела? Она в курсе, что творят заказчики?

Профсоюза на них не хватает!

Ничего. Напишу разгромную статью! Ух, они у меня за все ответят!

За дверью раздается веселый смех девушки и низкий бас мужчины.

Так. Нужно срочно выбираться отсюда пока не вернулся Виктор. Неизвестно на какое время хватит действия дурман-травы.

– Выпустите меня отсюда! – ударила кулаком по двери, приложилась ухом, чтобы лучше слышать. Разговоры и смех притихли.

– Это спальня хозяина дома. Пошли отсюда! – услышала голос мужчины.

Ожидаемо. Спасать меня никто не собирается.

Окно!

Подбежала к витражному окну. Красивому. Из разноцветных стекол и с железным переплетением.

Так. Глянула вниз. Не слишком то и высоко. Метров десять. Так и переломать себе что-то можно. Под окном «привлекательный» куст роз.

Эх, была не была.

Подергала ручку. Не открывается. Паника внутри нарастает. Все меньше путей для спасения.

В саду оживление.

А вот и Виктор. Наклонившись шепчет что-то брюнетке. Не могу разглядеть ее выражение лица. Наверняка довольное. Внимание такого мужчины льстит девушкам. Даже таким лощеным.

Он притянул ее ближе к себе. И у меня в груди все неприятно закрутилось, завертелось.

К черту!

Металась по комнате в поисках инструмента, чем бы можно было вскрыть окно. Подобрала брошенную Вознесенским сумочку.

Остановилась возле зеркала в полный рост. Вздернула подбородок и провела по синеющим пятнам на шее.

Моя белая кожа очень чувствительна к воздействию. Чуть тронешь сильнее и уже синяки появляются. Естественно для нее не прошли даром нападки жадных губ Виктора. Он как вампир впился в шею, терзал, всасывал в кожу одновременно толкаясь бедрами в меня.

От воспоминания обдало жаром. Сжала ноги вместе, пытаясь прекратить это безобразие.

Я не должна его желать. Только не его!

– Очнись, Женя! – с силой ударила по отражению. И повалилась вперед. Зеркало как вращающаяся дверь в бизнес-центре Виктора, пропустила меня вперед.

Я упала на холодный каменный пол, поцарапала ладони о каменную крошку.

Вокруг темнота. Лишь сзади горит свет из комнаты Виктора.

Это что тайный ход?

Господи! Куда я попала? Как выбраться отсюда? Я же пропаду здесь! Сдохну с голоду! И никто меня искать не будет.

Уж точно это не будет делать Виктор. Скорее обрадуется, что отделался от надоедливой журналистки.

Глава 8

Кожа покрылась мурашками, по щекам бегут слезы, превращая меня в панду. Где-то позади слышится шорох и я замираю, прислушиваясь, перестаю всхлипывать и ругать себя последними словами. От этого звука в жилах стынет кровь.

Крысы?

Мамочка! Папочка!

Я собак до трясучки боюсь, а этих тварей тем более.

Шорох становится все сильнее, угрожающе приближается ко мне. Со страху мерещится что за мной гонится стая слонов, а не мелких грызунов.

Взвизгнув, бегу вперед, в темноту. Не разбирая дороги, спотыкаясь и падая.

Глаза постепенно привыкают к темноте, я могу рассмотреть черные очертания на стене, напоминающие факелы, впереди перила.

Вовремя разглядела. Торможу на лесенке, практически падаю, в последний момент хватаюсь руками за перила, утопаю пальцами в чем-то мягком.

Фу! Паутина.

Вытираю испачканные руки об юбку.

Лестница, извиваясь, ведет вниз. Мы с Виктором поднялись на второй этаж, возможно, если я спущусь мне удастся найти потайной выход?

Каблуки стучат по железным ступеням, эхо гулко разносится по заброшенному потайному ходу.

Я стараюсь абстрагироваться и не паниковать.

– Все будет хорошо, Женя. Представь, что это увлекательное приключение. Что ты искательница приключений, – на свою задницу, – бесстрашная Индиана Джонс в женском обличии. Бродишь по мистическому древнему замку, открывая секреты. Возможно ты первая кто побывал здесь.

Сколько ж этому замку лет? И кто жил в нем до Виктора?

Ступени кончаются. Я прощупываю стену руками. По пальцам пробегает легкий ветерок и я победно кричу.

Во всех замках как-то открывался потайной ход. Я видела это в старых фильмах. Должен быть предмет, нажав на который стена бы отъехала в сторону. И тогда я свободна! Пешком уйду с проклятого острова.

Руками ощупываю каменную фигуру. Уши, вытянутая пасть. На волка похожа, нога подворачивается и я висну на фигурке. Раздается скрежет камней друг об друга и медленно появляется полоска света от фонариков, украшающих сад.

Я покидаю стены замка с ощущением, что прошел не один десяток лет. И я как узник замка Ив получила, наконец, свободу.

Не веря в счастье, что еще жива, кандыбаю на ватных ногах.

А впереди смех, веселье. В шатре гости сидят за столом, на коленях их девушки в костюмах овечек.

Виктора и брюнетки не видно. Уединились где-то.

И к лучшему!

– А теперь попросим девушек поучаствовать в одной очень занимательной игре, – объявляет ведущая. – Прошу всех пройти на поляну.

Я иду к воротам. Пересижу в автобусе. Подожду их. А может получиться поймать попутку и свалить отсюда.

Достаю из клатча ремешок в виде цепи, присоединяю к сумочке и надеваю ее по диагонали. Фиг я больше расстанусь со своей защитой. Пусть ко мне только кто-то подойдет, я ему тут же брызну из перцового баллончика или ударю электрошокером.

– Женя! Вот ты где, зараза такая, – Анджела хватает меня за локоть и тащит к поляне, где все собрались. – Где тебя носило? Артур тебя обыскался, еще и Марат спрашивал о тебе. Не хотела ведь брать девку с улицы! Но твоя подруга Лиза уговорила.

– Я никуда не пойду! – вырываю руку. Агентша смиряет меня взглядом и цокает языком.

– Ля! Как ты выглядишь, как будто из подвала вылезла.

Достает из сумочки влажные салфетки и как маленькой вытирает мои щеки.

– Тушь поделка, ресницы отклеились. Отряхивает попу. – Где ты была? – подозрительно щурится. – Подработкой занялась по подвалам?

– Нет!

– Мне плевать, где тебя поимели, но мой процент, будь добра, отстегни.

– Я не брала денег! Я ухожу!

– Хрена лысого! – хватает меня за локоть.

– Лизок! Помоги! – прошу подругу. Она покидает общество седеющего богача и подходит ко мне.

– Что происходит?

– Да вот, твоя подружка решила забить на работу. Собралась меня опозорить. Уговаривай как хочешь! И учти, Елизавета. Не получится, я тебе ни копейки не заплачу! И больше ты никогда у меня работать не будешь.

– Жень, ну ты чего?

– Я не буду ни с кем спать! Я журналистка, а не проститутка!

– Да тише ты! – Лиза отводит меня в сторону. – Не хочешь – не надо! Но я не позволю тебе спрыгнуть с крючка. Я не для того окучивала этого дедка. Откажешься, твой снимок в этом костюме получит отец. Хочешь посмотреть? – достает из декольте телефон и демонстрирует мое фото, в обнимку с Артуром.

– Что?! – неверяще смотрю на подругу. – Ты протащила сюда телефон?

– Да, – радуется она своей подлости и что держит меня за горло шантажом. – Представь что будет? Папа военный, а дочка шалава. Накроется твоя платиновая карточка и свободная жизнь. В военное училище пойдешь на перевоспитание.

– Ну ты и крыса! Не зря папа был против нашей дружбы.

– А что ты хотела? Хочешь жить – умей вертеться. Пошла! – подталкивала меня к сборищу гостей.

Вокруг поляны слуги зажигают факелы. Девушки встают в центре.

Артур, увидев меня, радостно улыбнулся и направился ко мне.

– Прошу Женя. Я так рад, что вы успели к охоте.

– К чему?

– Охота. Традиция такая. Очень древняя игра. Сначала мы будем ловить вас с завязанными глазами. А потом вы нас. Правило: найти помеченную девушку, – он наклоняется и проводит носом по шее, втягивая воздух.

Они все больные! Обнюхивает меня как псы.

– Отлично.

Достал из переднего кармана красный платок и повязал на запястье.

– Вот так я тебя пометил.

– Чудно, – скривила губы. Они все тут чудаки-маньяки.

И уйти нельзя. Подлая Лиза связала меня по рукам и ногам дурацким фото.

Если его увидит мама ее инфаркт хватит. А отец впервые в жизни выпорет меня солдатским ремнем с начищенной до блеска пряжкой. И будет прав.

У каждой девушки уже был повязан на руках отличительный знак. У Лизы, к слову, красовался черный галстук-бабочка седовласого мужчины.

Вообще странное дело. Даже мужики в возрасте все подтянутые качки, привлекательные. Впервые вижу богатых в такой отличной физической форме. Обычно они из-за пуза своих ног не видят.

– Повяжи мне на глаза, – приказал Артур, протянул повязку.

Я привстала на носочки, разматывая черную ткань. Он остановил мою руку.

– Я счастлив, что ты вернулась. И что именно ты будешь моей добычей, – похабно улыбнулся. – Виктор тебе не пара. Поймаю, – клац зубами. – И съем.

– Я хорошо бегаю.

– Спорим, я лучше?

Потуже затянула ткань, чтобы у этого наглеца зенки повылазили.

Добыча я его! Это еще посмотрим!

– Девушки, вы не стойте столбом. Убегаете. Но за огненный круг, – ведущий указал на расставленные факелы, – не выходите. Удачной охоты, господа, – слуга дунул в рог.

Девушки с визгом разбегались в разные стороны. Я пыталась затеряться в этом стаде. Но Артур четко шел в мою сторону.

– Попалась? – протянул руку, пытаясь меня схватить. Я проскочила под его рукой и побежала в другую сторону.

А это достаточно весело.

Захохотала, когда в очередной раз Артур не смог меня поймать.